Текст книги "Рассвет боли (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Диан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)
Вэс остановился и скрестил руки на груди, словно пытаясь сдержаться. Его бицепсы бугрились под компрессионной рубашкой, а грудные мышцы заметно напряглись. Его глаза пронизывали Риса насквозь.
Боже, Вэс был агрессивен. Это было очевидно с самого начала, но теперь, когда он был одет для уличной работы, а его слишком короткие для укладки волосы слегка торчали в разные стороны, это выглядело гораздо более примитивно. И ещё тот факт, что всё его свирепое внимание было приковано к Рису.
– Но ты не сказал мне, – процедил Вэс сквозь зубы. – Вот какое объяснение я хочу услышать. Какого чёрта ты мне не сказал?
– Потому что, если бы всё пошло наперекосяк, я не хотел, чтобы досталось тебе или кому-то ещё.
– Это так не работает!
– На самом деле всё сработало охрененно классно. Я идентифицировал потенциальную точку интереса того, кто хотел получить эти чертежи. Я подтвердил, с достаточной степенью уверенности, что Амарада не знала об этом, хотя она и насторожилась, когда я указал на её хранилище как на потенциальную цель.
Эта информация, слава Богу, привлекла внимание Вэса.
– Тот пробел на схеме.
– Ты тоже его видел?
– Я видел, как ты на это смотрел.
– Но как, чёрт возьми, ты узнал, что я пойду туда сегодня ночью? Ведь я был чертовски осторожен…
– Ты был полной противоположностью осторожности, Рис. И я знал это, потому что начинаю узнавать тебя.
По какой-то причине у Риса всё перевернулось внутри. Это заставило его почувствовать себя… замеченным. Он не знал, как к этому относиться.
Эти слова, казалось, произвели странный эффект и на Вэса, как будто заглушив его гнев. Казалось, он внезапно остыл, и теперь выглядел измученным. Когда он заговорил снова, его тон был мрачным.
– Ты хоть представляешь, как я был напуган, когда понял, где ты, скорее всего, находишься?
У Риса встал ком в горле. Дерьмо. Он не ожидал, что Вэс поведёт себя таким образом. Он ожидал, что Вэс разозлится… и останется злым. Он ожидал, что гнев возобладает над врождённым стремлением защитить всех, которое Вэс проявлял ранее. Он ожидал, что Вэс скажет, что если бы его поймали, то и поделом ему.
Рис откашлялся, прогоняя ком в горле.
– Я не думал, что это будет иметь значение.
Вэс замер.
– Что значит, ты не думал, что это будет иметь значение?
Рис искал, на что бы ещё обратить свой взгляд, кроме как на Вэса. Он остановился на двери.
– Может, тебе стоит просто пойти и сказать Киру, тогда он сможет наорать на меня, и мы покончим с этим.
Потому что это, чем бы это, чёрт возьми, ни было, морочило ему голову гораздо сильнее, чем взбучка от Кира. Всё дело в словах и тоне Вэса. Дело в том, что Рис хотел, чтобы они что-то значили, и это пугало его до чёртиков.
По-прежнему скрестив руки на груди, Вэс подошёл ближе. В этом не было угрозы, но чувствовалось что-то напряжённое. Рис почувствовал, как по его телу разливается жар, спускающийся к паху. Для Риса влечение обычно было игривым, мимолётным и, откровенно говоря, поверхностным. Но с Вэсом…
Это затронуло его на слишком многих уровнях и зашло чертовски глубоко.
Вэс стоял так близко, что воздух между ними звенел от напряжения.
– Ты имеешь в виду… ты не думал, что это будет иметь значение… для меня.
Пристально глядя Вэсу в глаза, Рис потребовал:
– И почему это должно было иметь значение? – ему нужно было, чтобы Вэс отмахнулся от него, сказал что-то, что разнесёт это в пух и прах.
Но в глазах Вэса появилось странное выражение, уязвимое, почти испуганное, и он тихо произнёс:
– Я не знаю, Рис. Но, чёрт возьми, это имело значение.
* * *
Вэсу было пи**ец как тяжело сидеть на брифинге после разговора с Рисом. Он то и дело говорил слишком много. Он продолжал испытывать слишком сильные чувства.
Даже сейчас, когда Рис стоял в дальнем углу кабинета Джодари, пока Тишь отчитывалась о ночных событиях, Вэс чувствовал, как между ними словно пробегал электрический ток. Это только он чувствовал? Вэс был чертовски уверен, что так оно и было.
И вся эта история с жизнью в борделе. Тот факт, что Рис, по-видимому, не заводил отношений. И тот факт, что, хотя Вэс до позорного открыто проявлял своё влечение к Рису, Рис никогда не отвечал ему взаимностью. Если уж на то пошло, Рис, как правило, замирал рядом с ним.
Рис определённо замер, услышав последние слова Вэса во время их конфронтации, превратившейся в признание. Слава богу, разбор полётов дал ему повод сбежать.
Но было до ужаса неловко стоять у стены с Талией и Лукой, которым было так комфортно вдвоём, тогда как он сам не мог заставить себя перестать краем глаза наблюдать за Рисом.
Когда Вэс вошёл в кабинет директора, Рис уже стоял с Ноксом у дальней стены. Тело Риса заметно напряглось, когда он бросил взгляд на Вэса, а затем отвернулся. Больше он на него не смотрел.
Честно говоря, Рис был не единственным напряжённым мужчиной в комнате. Рядом с Рисом, скрестив огромные руки на груди, стоял Нокс, и эта поза частично скрывала его забинтованную правую кисть. Не только демон сильно ударился об асфальт. Нокс всё ещё не до конца успокоился. Его челюсти были сжаты. Его глаза оставались тёмными, глубокими и немного пугающими.
Наблюдая за тем, как Нокс размалывает в порошок того демона, Вэс понял, что, когда Нокс швырнул его на его же журнальный столик, здоровяк ещё в какой-то степени владел собой. Тогда ему так не казалось. Господи, Нокс был сильным.
Но у Риса не было страха перед Ноксом. Рис пошёл за ним, успокаивая его, когда Нокс, вероятно, был наиболее опасен. И именно Рис вмешался в ситуацию с Ноксом после инцидента с журнальным столиком.
Рис заботился о Ноксе.
Вэс начинал понимать, что Рис заботился обо всех.
Он держал в неведении не только Вэса, когда пошёл на такой дикий риск, вламываясь в Резиденцию. Он оградил всю команду от своих действий.
Хотя Вэс, в принципе, уважал это качество, Рис был чертовски безрассуден. Как подозревал Вэс, это было привычным поведением, учитывая то, с каким подозрением Кир продолжал коситься на Риса.
Но были и более насущные вопросы, и все они касались разборок в кинотеатре посреди Мёртвой Зоны.
– И всё это без каких-либо признаков присутствия демонического лорда? – спросил директор Ос, стоя перед своим столом. Его дизайнерский костюм не сочетался с его крепким телосложением и мрачным выражением лица.
– Никаких, – подтвердил Кир со своего места у мини-холодильника.
– Это кажется странным, – заметил Джодари, – учитывая их концентрацию.
– Согласен, но это также может свидетельствовать о росте популяции. Мы продолжим обследовать Мёртвую Зону, пока не получим более точное представление, – Кир взглянул на дверной проём, в котором появилась Мира, мягкий женственный элемент на фоне всей суровости комнаты.
Тон Кира смягчился, когда он заговорил с ней, но его слова по-прежнему были деловыми.
– Есть какие-нибудь новости о женщине? И есть ли у нас имя?
– Изелла, и она восстанавливается, – сообщила Мира, обеспокоенно оглядывая собравшуюся команду. – С ней всё будет в порядке. Ей повезло.
– Никаких следов… – Кир умолк на полуслове.
– Никаких следов изнасилования.
Все в комнате расслабились. Вэс закрыл глаза. Слава богу, что она, по крайней мере, не пострадала. Это было одним из его страхов во время поимки Аны. Ему было больно даже представить, что ей причинили какой-либо вред, но особенно такой. Насилие всегда было ужасным, но сексуальное насилие искажало то, что должно быть в основе своей хорошим.
Они обсудили другие подробности этой ночи, составив хронологию событий, которая не показала ничего, кроме того, что они хорошо поработали и им повезло. Ронан получил царапину на спине, а Нокс разбил свою руку, но всё могло быть намного хуже.
Когда разговор перешёл к заданию Риса и Вэса, Рис поделился своей теорией о том, что похитители чертежей Амарады интересовались её хранилищем, что бы там ни содержалось. Если бы не всё то дерьмо, что произошло сегодня вечером, Риса, возможно, и расспросили бы из-за этого, но вместо этого его информация вызвала реакцию «продолжайте изучать».
Примечательно, что Рис не упомянул о своём проникновении. Он взглянул на Вэса, явно задаваясь вопросом, не собирается ли тот его разоблачить. Наверное, ему следовало бы.
Но момент был упущен, и Джодари сказал:
– Я слышал, что завтра вечером в доме лорда Тайсана состоится художественная выставка. Поскольку Амарада, похоже, считает, что я контролирую вас всех, она убедила меня, что Рис и Вэс должны присутствовать в подобающем стиле.
Рис простонал:
– Я совершенно уверен, что у меня нет ничего, что считалось бы подобающим стилем для пафосной художественной выставки в пафосном доме какого-нибудь мудака.
– Можешь позаимствовать что-нибудь из моих вещей, – слова были произнесены прежде, чем Вэс успел обдумать их смысл. Он добавил, слегка поёживаясь: – Если хочешь.
– Хорошая идея, – произнёс Джодари, но Кир посмотрел на Риса так, словно хотел оценить его реакцию, как будто знал, что Рису это может не понравиться, и спросил:
– Рис?
Вэс старался не смотреть, но он смотрел. Конечно, он, чёрт возьми, смотрел. Щёки Риса залил румянец. Он вообще не взглянул на Вэса, когда сказал:
– Ага. Окей.
Когда с делами было покончено, Тишь вышла из кабинета директора, отделавшись на сегодня, и все были готовы разойтись по домам и забыть обо всём этом на несколько часов.
В коридоре ждала Клэр, пара Нокса, в коротком свитерке, обтягивающем её маленькую фигурку, и с беспокойством в глазах. На секунду Нокс поколебался. Он попытался спрятать свой забинтованный кулак, но когда Клэр протянула ему руку, он подошёл к ней и взял предложенную ладонь. Они ушли вместе, огромный, опасный мужчина и хрупкая женщина со светлой стрижкой пикси.
Кир и Мира тоже ушли вместе, их контраст был почти таким же сильным, как у Нокса и Клэр, а их связь была такой же подходящей для них.
А Талия прижалась к Луке, ярко сияя на фоне его мрачной неподвижности, пока они направлялись к лифту.
И пока Ронан уходил от всего этого, словно ему не терпелось сбежать, Вэс шёл рядом с Рисом, не зная, что сказать.
– Значит, всё начинается в три? – спросил Рис.
– Да. Зайдёшь к часу? Ты помнишь, где я живу?
– О, я помню.
На губах Риса заиграла улыбка, и увидеть это было таким облегчением, что Вэс почувствовал, что улыбается в ответ.
– На этот раз воспользуйся дверью, – посоветовал он Рису.
Глава 13
– Знаешь, в прошлый раз я тоже воспользовался дверью, – заметил Рис, когда Вэс впустил его в пентхаус.
Вэс был одет в накрахмаленную белую рубашку и идеально скроенный чёрный костюм-тройку, без пиджака. Обычно Риса такой стиль не интересовал, но на Вэсе? Так чертовски сексуально.
Жилет обтягивал его крепкий торс, а брюки сидели как раз впору. Расстёгнутый воротник и отсутствие галстука придавали ему немного несобранный вид. Но вот пристальный взгляд, то, как плотно были поджаты его губы – всё это выдавало лживость его цивилизованного облика.
Вэс закрыл дверь, снова активировав электронный замок.
– Возможно, ты и воспользовался этой дверью, но я сильно сомневаюсь, что ты прошёл через вестибюль.
Рис широко улыбнулся.
– Верно. Я взломал твою систему с крыши.
Квартира на самом верхнем этаже выглядела почти так же, как Рис помнил. Справа располагалась вытянутая двухрядная кухня, полностью выполненная из чёрной нержавеющей стали с несколькими золотыми акцентами. За ней начинался коридор, ведущий к закрытым дверям.
Кухонный островок, выполняющий функцию обеденного стола, отделял кухню от просторной гостиной, где центральное место занимал чёрный кожаный диван в окружении изящных столиков, расположенных под углом к телевизору, вмонтированному в стену. Вместо прежнего журнального столика был установлен столик с кожаной столешницей в тон дивану. За окнами от пола до потолка, обрамлёнными открывающимися на ночь металлическими ставнями, простирался потрясающий вид на город. Отсюда Портидж выглядел сверкающим и чистым.
– Я добавил несколько новых элементов безопасности, – сообщил ему Вэс. – В следующий раз будет не так просто.
– О, я уверен, что всё равно могу пробиться сквозь твою защиту.
– У меня есть плохое предчувствие, что это правда, – мрачно ответил Вэс. – Сюда.
Засунув руки в карманы своей тактической куртки, Рис последовал за Вэсом по другому коридору, налево. В этом коридоре имелась только одна дверь, которая была открыта.
Когда они вошли в спальню Вэса, сердце Риса пропустило удар. Несмотря на то, что именно там должен был находиться гардероб, Рис почему-то не смог мысленно подготовиться к тому, чтобы войти в самое личное пространство Вэса.
На самом деле, оно не выглядело таким уж личным. Риса не удивило, что всё было элегантным и чистым, но при этом каким-то… безликим.
Даже в помещениях, которые на самом деле ему не принадлежали, Рис не мог удержаться и не занимать пространство. Большая часть его вещей в настоящее время находилась на складе, но он продолжал ходить в складскую ячейку за той или иной книгой, рубашкой, инструментами для мотоцикла и т. д.
Здесь у стены стояла огромная кровать на платформе, аккуратно застеленная бордовым покрывалом. Между ней и стеклянными дверями, ведущими во внутренний дворик, было достаточно свободного места, чтобы устроить чёртов матч по рестлингу.
Это ощущалось…
Боже, это ощущалось чертовски одиноко.
В комнате было две дополнительные двери. За одной из них виднелась ванная комната. Другая, судя по всему, и была их целью.
Вэс включил свет, и стало видно огромную гардеробную. Выдвижные ящики, полки и вешалки тянулись от входа до зеркала в дальнем конце, и всё это было безупречно опрятным. Даже подставка для обуви была чистой, и из корзины для грязного белья ничего не свисало.
На ближайших к двери вешалках висела коллекция уличной одежды, как будто эти вещи в данный момент пользовались наибольшим спросом, но на большинстве вешалок преобладали костюмы, которые, вероятно, стоили столько же, сколько «Дукати» Риса. Конечно, именно поэтому Рис оказался здесь – потому что у Вэса было такое дерьмо, но при виде этой реальности возникло несколько вопросов. Первый: чем Вэс занимался до того, как начал охотиться на демонов? Что более важно: почему он начал охотиться на демонов?
Рису следовало бы задать себе эти вопросы раньше. Если бы кого-то другого пригласили в Тишь, он бы так и поступил. Но с Вэсом он так старался не думать о… ну, о Вэсе.
Вэс остановился и повернулся спиной к зеркалу. Его руки скользнули в карманы брюк. Он выглядел очень напряжённым, но Рис подумал, что ему может быть не по себе. Да, в этом он не одинок.
– Мой пиджак хорошо на тебе сел, – сказал Вэс почти сурово, практически хмурясь. – Надеюсь, мои брюки тоже подойдут.
– Я всегда могу втянуть живот.
Это заставило Вэса рассмеяться, и его внезапная улыбка взорвала всю его напряжённость. О да, он определённо нервничал. И, Боже, эта улыбка изменила его лицо. Рис почувствовал, что немного расслабился, и улыбнулся в ответ.
– Мышцы трудно втянуть, – заметил Вэс.
– Там есть небольшой жирок.
– Нет, это не так.
– О, точно, – Рис широко улыбнулся. – Я и забыл, что ты уже видел меня голым.
Краска залила щёки Вэса.
– Когда я открыл ту дверь в «Ластере», я не ожидал увидеть…
– Такую великолепную задницу?
– Такую голую задницу.
– Что ж, я не буду извиняться за это, – настаивал Рис, стараясь говорить непринуждённым тоном.
– Нет, – сказал Вэс, – тебе не стоит извиняться.
Как и во многих других случаях с Вэсом, Рис не был до конца уверен, как это истолковать. Обычно он хорошо разбирался в людях, поэтому его раздражало, что ему было так трудно понять Вэса. Не то чтобы он не понимал, почему ему трудно понять его. Именно его влечение к Вэсу делало его неуверенным, даже нервным, что усугублялось тем фактом, что он не хотел, чтобы Вэс привлекал его. Это ощущалось… сложным. Это пугало. Следовательно, он не хотел, чтобы Вэс испытывал к нему влечение. Но в то же время? Да, конечно, он хотел.
– В любом случае, – Вэс прочистил горло. – Ты можешь надеть всё, что захочешь, но у меня есть пара идей.
Когда Рис повернулся, чтобы посмотреть на развешанную одежду, он понял, что до сих пор держит руки в карманах куртки, как турист, который боится прикоснуться к чему-либо в Смитсоновском институте.
– Поскольку у меня нет идей, думаю, нам стоит начать с твоих.
Вэс подошёл к вешалке и отодвинул несколько костюмов, чтобы показать серовато-голубой. С ним висела белая рубашка.
– Это был бы мой первый выбор.
– Тогда давай остановимся на этом. Я тебе доверяю.
– Правда?
– В вопросах стиля, безусловно, – уточнил Рис, пока не ляпнул что-то тупое вроде «да, доверяю». Потому что после того, как Вэс позаботился о нём в «Рубайяте»? И приехал помочь ему в Резиденции?
Да. Рис доверял ему.
Раздражённый собственным дискомфортом, Рис заставил себя перестать прятать руки в карманах. Он расстегнул молнию на куртке и сбросил её. В этом не было ничего особенного. Если бы он сейчас был в гардеробе Луки, то уже наполовину разделся бы и подкалывал Луку из-за пафосной одежды. Он бы не чувствовал себя так чертовски неловко.
Кроме того, Рис отказывался испытывать дискомфорт из-за собственного тела. Он чертовски усердно работал, чтобы прийти к этому, и не собирался отказываться от достигнутого. Была только одна вещь, которую он предпочитал скрывать, но в целом это удавалось довольно легко. Люди не обращали внимания на твои запястья, когда другие части твоего тела выставлены напоказ.
И… возможно, он немного проверял Вэса. Он бросил куртку на скамейку. Затем начал расстёгивать ремни своих набедренных кобур.
– Я дам тебе переодеться, – резко сказал Вэс, протискиваясь мимо Риса к двери.
Поскольку, по-видимому, чувства Риса не могли быть простыми, бл*дь, он испытал смесь облегчения, веселья и разочарования, когда дверь закрылась.
Ему потребовалось несколько минут, чтобы снять с себя одежду и облачиться в костюм. Надев его, он скорчил гримасу своему отражению в зеркале.
– Ну? – позвал Вэс снаружи.
– Я чувствую себя пи**ец как странно.
– Можно мне посмотреть?
– Наверное.
Рис обернулся, когда дверь открылась. Вэс застыл на пороге. Совершенно оцепенел.
– Что? – спросил Рис. – Я выгляжу глупо, не так ли?
– Ты выглядишь ох*енно сексуально.
– О, – лицо Риса залил жар. – В самом деле? Потому что я чувствую… Я не знаю.
Вэс вошёл в гардеробную. Он обошёл Риса кругом. Обычно Рису бы это не понравилось, но когда это сделал Вэс, жар от лица Риса переместился в пах. «Ты выглядишь ох*енно сексуально». Вэс действительно только что сказал ему это?
– Господи, – пробормотал Вэс.
– Что?
Вэс не ответил. Вместо этого он прокомментировал:
– Это, очевидно, подходит. Хотя я беспокоюсь об обуви. Мне следовало спросить раньше – какой у тебя размер?
– Четырнадцатый. А у тебя?
– Тринадцатый с половиной. (примерно 46–47, – прим)
– Я просто надену свои ботинки.
– С этим костюмом нельзя надевать армейские ботинки. Исключено. Тебе просто придётся потерпеть.
– Грубиян, – поддразнил его Рис.
Вэс фыркнул.
– Я найду тебе ремень.
– Ремень? – переспросил Рис. – Это становится всё хуже и хуже.
Бросив забавляющийся взгляд через плечо, Вэс подошёл к выдвижному ящику.
Среди всех этих деловых костюмов казалось, что настал подходящий момент спросить:
– Итак… чем именно ты занимаешься? Или, наверное, занимался? До того, как начал охотиться на демонов.
Вэс перекладывал несколько ремней в ящике.
– В основном, инвестиции, банковское дело. Уверен, тебе это показалось бы очень скучным.
– Банковское дело? Я бы определённо счёл это скучным.
– Да, что ж, – Вэс пожал плечами. – Я тоже.
– Тогда зачем ты этим занимался?
– Деньги.
Это был простой ответ, поверхностный. Рис покачал головой.
– Я на это не куплюсь.
– Это единственная причина, по которой кто-либо занимается инвестиционным банкингом. Ты начинаешь с денег и зарабатываешь ещё больше денег.
Рис мог бы закрыть тему. Вэс этого и хотел, это было видно по его бесстрастному тону. Но за этой темой скрывалось что-то, до чего Рис хотел докопаться. Он хотел узнать Вэса. Он ничего не мог с собой поделать.
– Да? Потому что я вижу деньги. Хорошее жильё, хорошая одежда, хорошая машина. Но я чувствую, что всё это для тебя ничего не значит.
Вэс замер. В воздухе повисло напряжение. Инстинкты Риса не подвели. Тема была не так проста, как Вэсу хотелось, чтобы он думал. Рис ожидал, что Вэс не ответит или, возможно, скажет ему не лезть не в своё дело. Но Вэс сделал глубокий вдох, выдохнул. Затем, по-прежнему стоя спиной к Рису, сказал:
– Мне нужно было чем-то заняться, сосредоточиться на чём-то, что не было бы… агрессивным.
Так или иначе, Рис этого не ожидал. Возможно, ему следовало это сделать. Вэс, очевидно, прошёл боевую подготовку. Но то, как Вэс произнёс последнее слово, наводило на мысль о чём-то… личном.
– У меня всё шло неплохо, – добавил Вэс, – до… прошлой осени, когда похитили Ану? Наверное, это что-то сломало во мне. Я не мог вернуться в свою коробку. Я пытался, но не смог. Поэтому я начал охотиться на демонов, – Вэс резко покачал головой. – Бл*дь. Почему я рассказываю об этом? Я говорю как грёбаный психопат.
У Риса были вопросы, конечно, были. Но сейчас не время выпытывать подробности. Кроме того, что действительно имело значение, так это последний кусочек – самобичевание, которое Рису не нравилось.
– Мы все склонны к насилию, Вэс. Все в Тиши. Вот почему мы работаем в Тиши. Чтобы попытаться сделать что-то хорошее из чего-то плохого.
Наконец Вэс повернулся к нему лицом. Сердце Риса сжалось от его затравленного взгляда.
– Кир говорил мне что-то в этом роде, – произнёс Вэс.
– Да, что ж, Кир довольно умён. Я слушаю его по крайней мере сорок процентов времени.
Вэс слегка улыбнулся, как Рис и надеялся. Затем он вручил Рису ремень и сказал:
– Давай покончим с этим, чёрт возьми.
Глава 14
Боже, Рис был таким неугомонным. В «Рубайяте» Вэс заставил его прижать задницу, но сегодня вечером, пока Вэс проследовал за Рисом в другую комнату особняка лорда Тайсана, он не думал, что это произойдёт. К счастью, учитывая характер этого… художественной выставки, некоторое движение могло остаться незамеченным.
Рис рыскал по гостиной, где на низкой кушетке в греческом стиле лежала одна из обнажённых позолоченных «статуй». Её правая рука и правая нога простирались и покоились на полу, обнажая грудь и половые органы. Бриллианты украшали её закрытые глаза, сверкая в свете ламп и свечей. Кровь сочилась из двойных проколов на её золотистом горле. Даже волосы были покрыты золотой краской. Табличка, прикреплённая к серебряной подставке, гласила: «Прекрасная Смерть».
Это определённо одна из самых скромных и наиболее изысканных экспозиций, размещённых в многочисленных залах дома. Мужчины и женщины, выкрашенные в золотой цвет, располагались так, чтобы привлекать… но трогать было запрещено.
Гости перемещались по дому, чтобы насладиться эротическими сценами, их изысканная дорогая одежда резко контрастировала с обнажённой натурой. Неудивительно, что дресс-код был таким формальным: разделять, дразнить, представлять гостей друг другу через вызов в форме пуговиц, молний и застёжек.
Здесь, как и в других залах, ряд подобных трудностей уже был преодолён.
Две женщины, одна в сверкающем голубом, а другая в зелёном с блёстками платье, исследовали шеи друг друга у каменной статуи возбуждённого сатира. Другие гости двигались по залу, беря бокалы с шампанским с позолоченных подносов, которые разносили сотрудники в прозрачных белых халатах поверх тел, покрытых серебристой краской.
Вэс поймал Риса за руку, прежде чем тот успел выскочить из этой комнаты и перейти в следующую. По инерции Рис достиг предела их общей досягаемости и только потом отреагировал на рывок. Он отступил к тому месту, где Вэс остановился у греческой вазы, украшенной изображениями обнажённых воинов, одинаково готовых как к бою, так и к сексу.
– Притормози, – прошептал Вэс.
Чтобы подчеркнуть свою мысль, Вэс взял бокал игристого шампанского с подноса проходившего мимо официанта. Не сводя глаз с Риса на случай, если он попытается сбежать, Вэс сделал глоток.
Грудь Риса расширилась под накрахмаленной белой рубашкой и жилетом стального цвета. Он сбросил пиджак у двери, как будто не мог смириться с такой цивилизованностью. Или, может быть, для того, чтобы он мог носиться по дому, как чёртов вихрь?
Шумно выдохнув, Рис прислонился спиной к голубым с золотом обоям. Его глаза были немного безумными, а расстёгнутый ворот рубашки подчёркивал сильные мышцы шеи, спускавшиеся к горлу. (Он наотрез отказался от галстука). В тех местах, где разошедшаяся в стороны ткань открывала вид на его грудь, заметно выделялись мускулы, создавая мощный контраст между строгой одеждой и его необузданной хищностью.
Как Вэс и отмечал ранее, образ был ох*енно сексуальным.
Он не единственный, кто это заметил. Рис привлекал к себе внимание с тех пор, как час назад они вошли в дверь вслед за Амарадой, и один Идайос знал, что она могла бы предпринять, если бы Вэс не оттащил Риса в сторону в тот момент, когда остальные бросились заискивать перед королевой в её чёрном платье, усыпанном бриллиантами.
– Разве мы не должны осмотреть экспонаты? – спросил Рис, скрестив руки на груди.
Вэс потягивал нежное шампанское, едва ощущая вкус. Он был слишком занят, борясь со своей реакцией на эротическую атмосферу. И на Риса.
– Да, но не на максимальной же скорости.
– Да не настолько быстро я двигаюсь.
– Ещё чуть-чуть, и все занавески и платья от кутюр взметнулись бы в воздух от вихря, образованного твоим появлением.
– Ой, чушь собачья.
Вэс протянул руку и мягко потянул Риса за запястье. Рис дёрнулся, как будто ему это не понравилось, но позволил Вэсу опустить его скрещенные руки.
В голубых глазах Риса отразилось раздражение. Вэсу захотелось провести рукой по его напряжённому подбородку. Он хотел почувствовать, как Рис расслабляется под его пальцами. Но вместо этого он протянул бокал с шампанским.
Рис взял его и осушил. Он скорчил гримасу.
– Это почти так же плохо, как виски.
– Сомневаюсь, что на этих мероприятиях подают пиво.
На лице Риса промелькнула тень улыбки.
– Вот что я пью, по-твоему?
– Я понятия не имею, что ты пьёшь, кроме Космо, – Вэс вырвал хрупкий бокал из слишком крепкой хватки Риса. – Я подкалываю тебя за то, что ты не способен ценить изысканные вещи в жизни.
Впервые с тех пор, как они прибыли, внимание Риса полностью сосредоточилось на Вэсе.
– Это совсем не так.
– Докажи это.
Вэс подразумевал под этим замедлить темп, продемонстрировать наслаждение атмосферой. В этом и заключалась их задача: сливаться с толпой, втягиваться в разговоры, искать подсказки среди блеска и гламура. Но когда глаза Риса потемнели, а губы приоткрылись, обнажив кончики клыков, когда его взгляд переместился на рот Вэса, затем на его горло… Тело Вэса отозвалось жаром, и создалось впечатление, что он имел в виду что-то другое.
Рис моргнул и, казалось, пришёл в себя. Он снова скрестил руки на груди. Это выглядело машинальным, как будто он не осознавал, что продолжает это делать. Боже, Рису здесь было так неуютно. Как и в «Рубайяте». И это мужчина, который шёл на безумный риск, например, вламывался в Резиденцию? Тот, кто прошлой ночью прошёл сквозь град пуль, чтобы рассечь своей шивой шею демона?
Это вызывало вопросы.
Когда мимо проходил мужчина, покрытый серебристой краской, Вэс поставил пустой бокал на его поднос. Он воспользовался моментом, чтобы осмотреть комнату. Женщины у статуи сатира перешли от изучения шей друг друга к кормлению. Острые клыки сверкнули на нежной коже, пока они цеплялись друг к другу в обоюдном удовольствия. В комнату вошёл мужчина во фраке и остановился, чтобы понаблюдать за ними. Одна из женщин улыбнулась ему, как бы говоря: «В твоих мечтах».
Вэс снова обратил своё внимание на Риса.
Сопротивляясь желанию снова потянуть Риса за скрещенные руки, он тихо сказал:
– Хотя бы постарайся выглядеть более расслабленным, как будто ты получаешь удовольствие, а не охотишься за чем-то.
В «Рубайяте» Рис делал то же самое, охотился за толпой. Они должны были наблюдать, а не охотиться, так что, чёрт возьми, Рис искал?
Рис прерывисто вздохнул и опустил руки.
– Так-то лучше, – сказал Вэс. – А теперь, пожалуйста, поправь жилет. Он перекрутился сзади.
– Блин, – Рис отодвинулся от стены и начал шарить у себя за спиной, вся его расслабленность сменилась новым приливом энергии.
– Тебе нужна помощь?
– Да, бл*дь, нужна, – проворчал Рис себе под нос.
Когда Вэс подошёл ближе и скользнул руками вокруг тела Риса, чтобы дотянуться до шёлковой спинки жилета, он осознал свою ошибку. Он почувствовал это по тому, как у Риса перехватило дыхание, по тому, как внезапно напряглось его тело. Вэсу следовало поступить по-другому, попросить его повернуться.
Вэс уже собирался извиниться, когда руки Риса убрались с хлястика жилета, освобождая Вэсу доступ. Эти руки скользнули вперёд… и легли на бёдра Вэса. Под его расстёгнутым пиджаком. К телу Риса вернулась некоторая подвижность, а его дыхание стало поверхностным. Вэс, со своей стороны, вообще не дышал.
Затем Вэс всё-таки вдохнул… и обнаружил, что втягивает тот же насыщенный, пьянящий аромат, который остался на пиджаке, одолженном Рису в «Рубайяте».
Вэс старался не смотреть на Риса, но теперь ничего не мог с собой поделать. На скулах Риса выступил румянец, а приоткрытые губы обнажили клыки. На шее у него трепетал пульс.
Клыки Вэса сами по себе болезненно удлинились и смутное возбуждение, преследовавшее его всю ночь, нахлынуло горячей волной, заставив его член набухнуть. Когда Рис крепче сжал бёдра Вэса, ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не прижаться ртом к этим прекрасным губам, не вжать в Риса свой ноющий член.
Бл*дь, он хотел этого мужчину, хотел почувствовать, как это невероятное, накачанное тело прижимается к его собственному. Он хотел услышать, как Рис стонет от удовольствия, хотел, чтобы эти руки прикасались к нему всюду. Он хотел, чтобы Рис впился ему в горло, глубоко втягивая его кровь.
Вэс закрыл глаза, борясь с этим желанием. Он не мог достаточно хорошо читать Риса и не был уверен, действительно ли тот хотел его или просто реагировал на стресс и сексуальную обстановку.
Вэс закончил расправлять жилет в том месте, где он перекрутился под хлястиком. Его руки задержались, а затем скользнули вниз, к краю жилета. Ему до боли хотелось опуститься ниже, обхватить эту невероятную задницу и притянуть Риса к себе.
Пальцы Риса сжались на бёдрах Вэса, заставляя его резко втянуть воздух. Рис подался ближе. Его губы вскользь коснулись губ Вэса. Возбуждение пронзило пах Вэса с такой силой, что он вздрогнул. Похоже, неправильно поняв его реакцию, Рис отпрянул назад, ударился о стену и высвободился из рук Вэса.
