Текст книги "Рассвет боли (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Диан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Кэтрин Диан – Рассвет боли

(Вампирское Оборонное Агентство #4)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

Русификация обложки: Rosland

Глава 1

Кир хмуро оглядел комнату в Бункере, где Рис вроде как жил. То есть, когда он не ночевал в «Ластере», борделе, принадлежащем матери Луки.

До прошлого месяца Рис жил в пригороде с 82-летней женщиной-человеком, которую он называл Герцогиней. Даже тогда Рис проводил много времени в «Ластере», но дом Риса с Герцогиней означал определённую степень стабильности, каким бы странным это ни казалось другим (включая Кира).

После перелома бедра Герцогиня переехала жить к своей дочери. А Рис вернулся к своей прежней привычке плыть по течению.

Да, конечно, Рис мог спать, где ему заблагорассудится. Но Кира это сводило с ума, бл*дь.

Единственное, что придавало комнате обжитой вид – это странный круг из открытых книг на полу, похожий на какой-то сатанинский ритуал в разгаре. Господи, неужели он читал всё это? Одновременно?

В остальном это был, по сути, гостиничный номер, со спартанским письменным столом, на котором стоял ноутбук Риса и банка Ред Булла, ванной комнатой с колючими полотенцами и неудобной кроватью, которую Рис задвинул в угол. Поверх одеял виднелся слабый след, как будто Рис лежал там, но не спал. Он редко спал, хотя по общению с ним этого не скажешь. Он всегда был полон изнуряющей энергии.

Но эта чёртова комната. В чёртовом Бункере. Это место, где можно переночевать, а не жить. Какого хрена Рис просто не переехал в аббатство, Кир не понимал. Там же три проклятых этажа и миллион проклятых комнат.

«Это не имеет значения, – с усилием напомнил себе Кир, – только не сегодня».

Сегодняшняя ночь посвящена осуществлению плана, над которым он работал некоторое время.

Кир протопал по коридору к гостиной-кухне, единственному ярко озарённому помещению в Бункере, за полустеной которого виднелись тускло освещённая тренировочная зона и мастерская. В гостиной справа от него Ронан хмуро смотрел в один из мониторов, и свечение экрана резко подчёркивало татуировки, поднимающиеся по его шее от воротника мотоциклетной куртки. Он просматривал запись с камер наблюдения, установленных Лукой две недели назад.

Нокс устроился на одном из диванов позади Ронана, держа в руке мобильный телефон и набирая большими пальцами сообщение, которое почти наверняка предназначалось Клэр. Кир сомневался, что глубокий, мрачный взгляд когда-нибудь полностью исчезнет из глаз Нокса, учитывая, какой адской была его жизнь на протяжении десятилетий, но в нём чувствовалась лёгкость, которой не было раньше, умиротворение, уравновешивающее боль. Нокс рассеянно улыбнулся своему телефону. Затем он оглянулся через плечо, заметил Кира и немного выпрямился.

Когда Кир повернул налево, в сторону кухни, где Талия готовила кофе, он попытался смягчить выражение своего лица. Золотисто-каштановая бровь, вскинутая на середину её лба, свидетельствовала о том, что ему это не удалось.

– Где, чёрт возьми, Рис? – спросил Кир у комнаты, открывая один из шкафчиков и находя коробку печенья Nilla Wafers и старомодный пластиковый ланчбокс с изображением Капитана Америки во всей его патриотической славе.

– Наверное, не там, – протянул Ронан, сидевший за компьютером.

Кир бросил на него предостерегающий взгляд, который Ронан встретил с выражением «пошёл ты». Кир стиснул зубы и промолчал. Ему было хорошо известно мнение Ронана о том, над чем он работал последние несколько недель. «Хреново», – так Ронан охарактеризовал подход Кира.

Но у Кира были свои причины скрывать это от Риса, пока он не будет уверен.

Ему нужны были точные факты и ясные варианты, прежде чем он подключит к этому Риса. Он не хотел, чтобы Рис думал об этом ночами или неделями, не с его чрезмерно сложным мозгом. Киру нужна была инстинктивная реакция. Ему нужно было понаблюдать за этой реакцией.

Отсюда и план на сегодняшний вечер.

Заглянув в другой шкафчик, Кир обнаружил запас маринованных огурцов и чипсов из тортильи. Он сдался. Он всё равно не был голоден.

Осознавая, что Ронан всё ещё пристально смотрит на него, Кир сказал:

– Ронан, вы с Талией займитесь спаррингом, пока я найду Риса.

На лице Талии заиграла коварная улыбка.

– Почему? Потому что я готова ударить его, а он не готов ударить меня?

– Она может хоть раз провести спарринг с Ноксом, – проворчал Ронан.

– Нет, чёрт возьми, – возразила Талия. – Неважно, сколько раз я бью Нокса, он не собирается отвечать тем же, и это просто заставляет меня чувствовать себя куском дерьма.

– Ты явно не против ударить меня, – отметил Ронан.

– Это потому, что я уверена, что если я отвешу тебе подзатыльник достаточное количество раз, ты, в конце концов, начнёшь давать отпор. Я верю в тебя, Ронан.

Ронан вернул своё внимание к экрану.

– Я занят тем, что наблюдаю за Лукой, скорчившимся на крыше, как ниндзя-горгулья, и, вероятно, отмораживающим свою задницу. Держу пари, он бы не отказался от твоей компании, Талия. Просто пища для размышлений.

– Хотя мне больно это признавать, в слежке Лука лучше, чем я. У меня не хватает терпения. Кроме того… – она указала на свой кофе, давая понять, что тоже занята.

Даже несмотря на своё раздражение из-за отсутствия Риса и беспокойство по поводу плана, Киру потребовалась секунда, чтобы насладиться новой динамикой команды. Слава Идайосу за то, что Талия была здесь. Конечно, ради Луки, ведь они провели двадцать лет в мучительной разлуке из-за свихнувшегося отца Луки. Но и ради Тиши тоже.

Перегруженная команда отчаянно нуждалась в расширении – и всё ещё нуждалась. Кир хотел, чтобы его ребята продержались. Он не хотел доводить их до выгорания.

Или хоронить их.

– Я думаю, Рис в кабинете директора, – предположил Нокс.

Талия фыркнула.

– Не может быть, чтобы он уже попал в беду. Ещё нет и шести часов.

Нокс пожал своими широкими плечами.

– Он получил сообщение, в котором говорилось, что его вызвали.

– Это может означать что угодно.

– Только не с Рисом, – настаивал Нокс. – Я бы поставил деньги на то, что он с директором Осом.

Прислонившись к кухонному столу, Талия потягивала кофе.

– Ты знаешь его лучше, чем я, поэтому я не принимаю это пари. Я всё ещё не оправилась от двух сотен, которые проиграла Луке на прошлой неделе.

– Вы с Лукой заключаете пари? – поразился Нокс.

– Постоянно. А что? Разве это не нормально?

Выражение лица Нокса говорило о том, что он и представить себе не мог, как можно делать ставки против Клэр.

– Он в движении, – крикнул Ронан, как раз в тот момент, когда телефон Кира завибрировал текстовым сообщением. Он достал его из кармана своей тактической куртки.

Лука: Цель движется на запад-юго-запад.

Кир напечатал ответ: Задерживаюсь в штаб-квартире. Оставайся с ним.

Затем он направился к лифту.

Шестью этажами выше лифт с раздражающе весёлым сигналом выпустил Кира на административном этаже. Он зашагал по коридору, подавляя желание остановиться у 416-го кабинета Миры и продолжая смотреть на кабинет директора.

Когда он подошёл к открытой двери, то услышал, как Джодари рявкнул:

– Чёрт возьми, Рис, это важно!

– Господи, успокойся, проповедник, – последовал ответ Риса, – это не так уж и важно.

Да бл*дь. Если у Риса проблемы, это касалось Кира, а не Джодари. Директор не мог наказывать команду Кира.

Но когда Кир влетел в открытую дверь, готовый броситься на Оса, он резко остановился. Рис сидел в кожаном кресле директора и работал за компьютером, кипя обычной энергией, как будто он не провёл весь день в сатанинском хороводе книг вместо сна. Джодари тем временем расхаживал взад-вперёд по обюссонскому ковру, его мокасины от Tom Ford поблёскивали на свету, а скрещенные на груди руки туго натягивали дизайнерский костюм на широких плечах отставного воина.

– Не так уж важно? – ответил Ос. – Рисорвиан. Я посмотрел на своём телефоне, и там это называлось «Чёрный Экран Смерти».

Рис фыркнул.

– Чувак, всё в порядке. Я всё исправлю, – тёмно-синие глаза мужчины метнулись к Киру, стоявшему в дверях. – Я же говорил ему держаться подальше от этих порносайтов.

Джодари повернулся к Киру.

– Не слушай его. Он полон дерьма.

– Я знаю.

Рис небрежно отмахнулся от Кира, прежде чем взглянуть на директора.

– Ты не помнишь, что ты отключил?

– Нет. Как я уже сказал, автоматическое обновление всё испортило, поэтому я искал, как это исправить, и там было написано…

– Там?

– В интернете, – уточнил Ос.

– О, в интернете написано. – Рис снова покосился на Кира. – Потому что всё, что там написано, правда.

Джодари обошёл стол и встал за кожаным креслом, держась рукой за спинку и глядя на экран через плечо Риса. Всё тело Риса мгновенно застыло, каждый мускул заметно напрягся, жёсткость была видна даже сквозь чёрную компрессионную рубашку. Примерно за полсекунды выражение его лица из игривого превратилось во что-то очень-очень мрачное.

Прежде чем Кир успел что-либо сказать, Рис процедил сквозь зубы:

– Тебе нужно быть где-нибудь в другом месте.

– Господи, – пробормотал Ос, направляясь к своему обюссонскому ковру, чтобы снова протаптывать там дырку, совершенно не замечая, как по телу Риса пробежала дрожь.

Боже, Рис был таким сложным, бл*дь. Людям было легко забыть об этом из-за его очаровательной улыбки и лёгкого смеха, из-за его слишком красивого лица. Но Кир знал, что это не так. За этими голубыми глазами скрывалось много дерьма. И именно поэтому Кир так тщательно придерживался плана на сегодняшний вечер.

Он не потеряет Риса, ни за что на свете, бл*дь. Рис был безумно умён, трудолюбив, готов к самопожертвованию и наделён большим спортивным талантом, чем кто-либо другой. Он был бесценен для Кира. Но у него также имелась сотня чёртовых триггеров.

Кир надеялся, что вот-вот не спровоцирует один из них.

Рис провёл пальцами по волнистому беспорядку своих тёмно-русых волос со стрижкой андеркат, а затем вернулся к работе. Напряжение покинуло его тело, а тьма в глазах исчезла, как будто её никогда и не было. На это было чертовски жутко смотреть.

Рис небрежно сказал:

– Ты должен быть добр ко мне, знаешь ли. Я веду себя как очень хороший мальчик.

Джодари продолжал расхаживать по комнате.

– Рисорвиан, я очень сомневаюсь, что ты когда-либо был хорошим мальчиком.

– Вообще-то, когда-то был, – сказал Рис. – Ладно, готово.

Джодари остановился как вкопанный.

– Ты исправил это?

– Ты действительно удивлён? Ауч.

– «Чёрный экран смерти» звучало серьёзно. Я думал, что угробил всё.

– Я уверен, что в своё время ты был крутым парнем, но…

– Убирайся к чёрту с моего места.

Рис со смехом вскочил. Бросив взгляд на Кира, он с явной спешкой направился к двери.

– Что за хрень? – раздалось позади Кира и Риса, когда они шли по коридору, а затем: – Тащи свою задницу обратно, Рисорвиан!

Рис подавил смешок.

Кир спросил:

– Ты загрузил грязные картинки на его компьютер?

– Грязные картинки? Сколько тебе лет, двенадцать? И что у тебя за склад ума, босс?

Кир вздохнул. Он не хотел вдаваться во всё это, поэтому перешёл к делу.

– Этой ночью ты со мной.

Хотя Кир, возможно, ожидал ещё какой-нибудь шутки или, по крайней мере, вопроса, Рис только немного успокоился и сказал:

– А.

«А?» Что, чёрт возьми, это должно было означать?

Но если бы они начали обсуждать «что-ты-имеешь-в-виду», Рис бы узнал от него больше, чем он от Риса, поэтому Кир не стал спрашивать. Кроме того, сегодня вечером им предстоял гораздо более серьёзный разговор.

Киру нужно сосредоточиться на этом – и молиться, чтобы он не похерил команду, над выстраиванием которой так усердно трудился.

Глава 2

Снежинки кружились вокруг Риса и Кира, пока они шли по одной из тихих улиц Мёртвой Зоны, хрустя льдом под ботинками. В основном пустынная территория на западной окраине Красного Района была опасным местом как для людей, так и для вампиров и требовала частого патрулирования, независимо от температуры.

Рис не возражал. По крайней мере, холод притуплял городскую вонь мусора и грязи. А ночи всё ещё были долгими. Занятыми. Вот летом, с его долгими, праздными, бесконечными грёбаными днями, Рису приходилось тяжело.

Комудари, кутавшийся в свою тактическую куртку, выглядел не слишком довольным из-за февральского холода. А может, он просто избегал смотреть Рису в глаза.

Не то чтобы Рис не знал, что что-то происходит.

Кир уже давно скрывал всё это, скрывал исключительно от Риса. Единственным, кто в последнее время не ходил вокруг него на цыпочках, был Лука, и то только потому, что Лука был гораздо лучшим лжецом, чем остальные. Ронан почти не отрываясь смотрел на него (на Кира, а не на Риса, но всё же), а Нокс стал откровенно дёрганым. Чёрт возьми, на прошлой неделе здоровяк прыснул апельсиновым соком прямо из носа, когда Рис внезапно заговорил у него за спиной. И Талия, благослови её Идайос, однажды ночью принесла ему домашние (самодельные!) хашпаппи. Они были чертовски вкусными, но в них чувствовался явный привкус вины.

(Хашпаппи – это маленькие пончики-шарики из кукурузной муки, обжаренные во фритюре, – прим)

И Кир продолжал изучать его.

Рис был уверен, что в последнее время не делал ничего особенно плохого. Конечно, комудари ненавидел его образ жизни, но дело в чём-то другом. В чём-то гораздо более серьёзном.

Параноидальная часть Риса сказала: «Вот и всё. Он выгоняет тебя. От тебя больше проблем, чем пользы».

Он послал этот голос нахер.

Когда телефон Кира завибрировал, комудари вытащил его из кармана и провёл пальцем по экрану. Рис попытался прочитать сообщение, но треснувший экран (и свирепый взгляд Кира) помешали ему.

Кир убрал телефон.

– Мы повернём налево.

– Ты сегодня такой загадочный, боссмен.

Кир только слегка хмыкнул, что не дало никаких подсказок.

Когда они добрались до заброшенного жилого дома, Кир кивнул на шаткую пожарную лестницу, но Рису надоело подыгрывать.

– Так что всё это значит?

– У нас с тобой будет разговор.

Сердце Риса ёкнуло.

– На крыше этого здания?

– Может, ты просто поднимешь свою задницу наверх? Тогда и поговорим.

Поговорим.

Дерьмо.

Почему там, наверху? Чтобы Рис мог потом сброситься? Бесстрастный взгляд Кира говорил о том, что он не собирается давать никаких намёков.

Рис тяжело выдохнул через нос, и на холоде выдыхаемый воздух сделался видимым. Затем, поскольку он не хотел, чтобы Кир заметил, как он чертовски напуган, он одарил комудари ухмылкой и сказал «Давай наперегонки», прежде чем призраком подняться по пожарной лестнице на плоскую крышу здания.

Прилив энергии вызвал выброс сладких эндорфинов в кровь, что помогло ему на секунду расслабиться в холодной, ясной ночи. Когда ботинки Кира захрустели по обледенелой крыше, Рис перевёл дыхание и попытался мысленно собраться с духом.

Но Кир прохрустел мимо него.

Комудари спрятался за низкой кирпичной стеной на краю крыши. Приложив палец к губам в знак молчания, он жестом пригласил Риса присоединиться к нему.

Э-эм… что?

Когда Кир снова нетерпеливо махнул рукой, Рис прокрался по крыше и присел на корточки рядом с ним. Рис был в полной растерянности – до тех пор, пока в переулок внизу не вошли пять демонов… с Вэстораном Косу позади них.

Человек не смог бы опознать Вэса с такого расстояния. Даже большинство вампиров не были бы уверены, но Рис узнал его мгновенно. Тело Вэса, созданное для боя, не было чем-то необычным среди вампиров-мужчин, но уверенность в его движениях – скорость, несмотря на тишину, твёрдая просчитанность – это Рис не мог не заметить. По крайней мере, если бы кто-нибудь спросил его, он бы назвал именно эту причину, по которой он так легко узнал Вэса. (Хотя он, вероятно, использовал бы слово «высокомерие» чисто из принципа.)

По правде говоря, это был инстинкт. У него внутри всё сжалось. Он просто знал.

– Что, чёрт возьми, он делает?

Кир ответил:

– Дело не только в том, что он делает, но и в том, что делаем мы.

Внезапно вся секретность последних нескольких недель приобрела новый ужасный смысл. Дело совсем не в Рисе. По крайней мере, не напрямую.

– Чёрт. Я так и знал. Я знал, что это произойдёт. Я понял это, как только увидел, как он сцепился с тобой в «Жаре» прошлой осенью.

Сводная сестра Кира, Сайрен, и её подруга Ана, которая случайно оказалась двоюродной сестрой Вэса, были на танцполе «Жары», подвергаясь опасности нападения демонов и всевозможным другим неприятностям. Кир и Ронан пошли положить конец пьяному веселью, а Вэс, прибывший вскоре после них, принял Кира за угрозу для женщин. Игнорируя свои шансы «двое против одного», Вэс набросился с кулаками.

Независимо от его других чувств, Рис должен был уважать это. Защита кузины была для Вэса важнее, чем его собственная шкура. И позже, когда Ана была взята в плен демоническим лордом, Вэс пробился в спасательную миссию Тиши.

Но даже на этом всё не закончилось.

Вэс также помог Тиши собрать ценную информацию о преступном мире вампиров, информацию, которая привела к освобождению пары Нокса, Клэр, от засранца, который держал её в плену.

И теперь, по-видимому, он проводил ночи, охотясь на демонов.

Вэс был именно тем типом мужчин, которых Кир хотел бы завербовать.

Внизу, в переулке, Вэс сделал два выстрела с глушителем, уложив пару ничего не подозревающих демонов на тротуар. Остальные разбежались и открыли ответный огонь, заставив Вэса спрятаться в дверном проёме.

Вэс метнулся вперёд призраком и перерезал горло демону, прежде чем тот успел увернуться от очередного выстрела. Он развернулся, чтобы ударить кулаком в лицо, а затем направил пистолет на убегающего демона. К сожалению, один из первых, в кого он выстрелил, поднялся и оказался позади него. Он ударил Вэса ломом по пояснице.

Рис поморщился. Ауч.

И действительно, от удара Вэс упал на колени.

Рис поднялся, готовый спуститься в переулок, но рука Кира сжала его запястье.

– Кир, он…

– Сам в это вляпался. Мне нужно знать, сможет ли он выпутаться.

Вэсу предстояло сделать выбор: защититься от демона с ломом или застрелить того, кто собирался убежать.

Вэс поднял пистолет и выстрелил. Когда убегающий демон упал, лом метнулся к голове Вэса. Но Вэс был готов к этому, он уклонился от удара и вонзил свою шиву демону в пах. Существо с криком упало на спину.

Остался один демон, и он выстрелил, но Вэс уже успел призраком перенестись в сторону. Демон так и не заметил его приближения. Вэс остановился позади существа, приставил пистолет к его голове и вышиб ему мозги.

Вэс не остановился, чтобы перевести дух, не согнулся в шоке, даже не проверил степень боли, которую он, должно быть, испытывал в пояснице. Он убрал пистолет в кобуру и принялся за работу с шивой. Когда он начал отрубать головы, пламя Бездны вспыхнуло, чтобы забрать своё потомство.

Рис, присевший на корточки рядом с Киром, не отрывая глаз от сцены внизу, почувствовал, что комудари наблюдает за ним.

– Ну и что? – подтолкнул Кир.

– Ну и что? Он – очевидный выбор. Я знал, что ты его захочешь.

Внизу, в переулке, Вэс отрубил последнюю голову, вытер шиву о штанину и спрятал её в ножны. Затем, как ни в чём не бывало, он повернулся и пошёл обратно тем же путем, каким пришёл.

– Но у тебя к нему какие-то претензии, – настаивал Кир.

– Так вот почему мы здесь в такую прекрасную ночь?

– Позволь мне перефразировать: в чём твои претензии к нему?

– Я не могу просто не любить кого-то?

– В данном случае? Нет. Рис, мне нужно, чтобы ты высказался начис…

– Тогда почему бы тебе не высказаться начистоту? Потому что ты неделями возился с чем-то – с этим, как я понимаю – и все были в курсе, кроме меня.

– Потому что я не хотел, чтобы ты думал об этом в течение нескольких недель, пока я проверял его. Мне нужно было, чтобы ты был здесь, со мной, этой ночью, чтобы я мог увидеть твою реакцию.

По какой-то причине это выводило Риса из себя. Ему не нравилось, когда его допрашивали. Не в целом, и уж точно не в отношении Вэса.

– Почему? Какой в этом смысл? Он хорош, это очевидно. Как я уже сказал, я знал, что он тебе понравится. Даже если он богатый придурок.

– Чёрт возьми, Рис. Смысл в том, что я не возьму кого-то в команду, если это будет стоить мне кого-то другого. И если это, бл*дь, недостаточно начистоту, я имею в виду тебя.

Рис уставился на него. Затем отвёл взгляд. Когда он обрёл уверенность в своём голосе, он сказал:

– Знаешь, ты можешь быть довольно милым, босс.

Рис хотел, чтобы он ответил хмурым взглядом «пошёл ты» и ударом в плечо, чтобы закрыть тему, но Кир произнёс тихим, напряжённым голосом:

– Не отмахивайся от меня, Рис. Мне сейчас нужно, чтобы ты говорил.

– Или навсегда хранил молчание?

Кир пригвоздил его своим пронзительным взглядом, но ничего не сказал.

– Послушай, я понимаю. Ты… – у Риса так перехватило горло, что он на секунду потерял дар речи. – Ты даёшь мне право наложить вето против него.

– Да.

– Чёрт, чувак, – Рис снова отвернулся. Он не хотел такой ответственности.

Кир настаивал:

– Он тебе не нравился с самого начала. Ты, как правило, хорошо разбираешься в людях. Есть ли в нём что-то такое, что я упускаю?

– Дело не в этом.

– Тогда в чём?

– Это просто вопрос характера, – солгал Рис, хотя внутри у него всё сжалось от правды. – Но я могу с этим справиться.

Глава 3

Знойная латиноамериканская музыка никак не сочеталась с пронизывающим холодом, дующим в окна шикарного, эксклюзивного для вампиров бара в Красном Районе. Вэс предполагал, что в этом-то и был смысл. Всё здесь располагало к отдыху: облегающие дизайнерские платья и дорогие джинсы, поддразнивания и флирт, приглушённое освещение и первоклассные спиртные напитки.

Атмосфера на самом деле не очаровывала Вэса, но это было лучше, чем бешеный ритм и извивающиеся тела на клубной сцене. И это лучше, чем пить в одиночестве.

В последнее время он делал это слишком часто.

Вэс наклонился вперёд, чтобы заменить свой пустой стакан на свежий, ждавший его на низком столике. Ладно, значит, он всё равно пил в одиночестве.

Это помогало ему расслабиться настолько, что он мог заснуть, и немного приглушало боль, причинённую ломом. Стараясь не морщиться, он откинулся на спинку кожаного кресла и принялся за выпивку.

Обычно все претендовали на это шикарное местечко, уютно расположенное рядом с газовым камином, но сегодня Вэс был предоставлен самому себе. Учитывая, что он сменил свою одежду, от которой разило демонами, на чистые тёмные джинсы, белую футболку и коричневую мотоциклетную куртку, он не был уверен, что именно подарило ему всё это спокойствие. Может, у него был тот «убийственный взгляд по умолчанию», которым любила дразнить его кузина Ана.

Ему следовало пойти домой.

Потягивание бурбона здесь не так уж и отличалось от того, что он делал на диване в своём пентхаусе, и, по крайней мере, там он мог приложить пакет со льдом к ужасному синяку, который заметил в зеркале ранее.

Глупо было позволить этому мудаку подкрасться к нему сзади.

Он давно не практиковался в рукопашном бою. В течение двух десятилетий он сохранял свою жизнь свободной (по большей части) от насилия. Он изо всех сил старался держаться этого правильного и узкого пути, направляя всю свою безжалостность на финансовые игры, занимая свой разум холодными, незыблемыми цифрами. Он убедил себя, что это работает, что он достиг почти машинальной стабильности. Он действительно верил в это.

До прошлой осени.

Когда Ану похитили, когда она была в опасности…

Вэс почувствовал, как при воспоминании об этом в нём закипает ярость. Он поднёс стакан к губам, пытаясь успокоиться глотком бурбона и приказывая своей руке перестать дрожать.

После того, как Ану благополучно доставили домой, Вэс ожидал, что он сразу же вернётся к своей работе, снова погрузится в оцепенение. Он пытался. Боже, как же он старался.

Но прошло уже несколько недель с тех пор, как он в последний раз надевал костюм. Цифры, которыми он занимался годами, казались нереальными. Они не были реальными, не в той же манере, как охота на демонов.

Он знал, что должен остановиться. Не потому, что он боялся, что его ранят или убьют – он смирился с такой возможностью – а потому, что чем больше он это делал, тем больше ему этого хотелось. Чем это могло закончиться для такого мужчины, как Вэс, с его историей насилия?

Поднеся стакан к губам, он обнаружил, что тот пуст. Господи, в нём что, дырка? Он вздохнул и сказал себе (в который раз), что ему следует отправиться домой. Этот внутренний спор пошёл по привычному кругу, когда – какого чёрта? – в дверь вошёл Кирдавиан Ру.

Лидер Тиши был одет в чёрную тактическую форму, которая ассоциировалась у Вэса с ним, и, ага, все головы в баре повернулись в его сторону. Отчасти из-за того, что он был одет в одежду, кричавшую «я-занимаюсь-серьёзным-дерьмом», но также из-за того, что большинство вампиров знали, кто он такой – незаконнорожденный сын давно умершего супруга королевы и сводный брат вампирской Наследницы. Красивое лицо тоже не вредило его имиджу.

Но всё это не было настоящей причиной, по которой люди пялились. В Кире было некое неописуемое нечто, которое требовало внимания и уважения. Это также внушало некоторый страх. Или даже очень сильный, в зависимости от того, какой взгляд он направлял в вашу сторону.

Он не направлял ничего в сторону Вэса, так что Вэс не стал притворяться, будто не следит за движением мужчины к бару. Ну, кто бы мог подумать, прямо перед парнем освободилось место.

Вежливо, но с видом, не располагающим к беседе, Кир заказал две порции виски Макаллан. Хороший вкус. Почему Вэс не удивился?

И с кем он встречался? С любопытством (и, очевидно, от нечего делать) Вэс наблюдал, как Кир отвернулся от бара… и направился прямо в его сторону.

Другой мужчина сказал бы что-нибудь, прежде чем сесть. Красавчик Тиши, Рис, сделал бы это неприлично кокетливым, сказав что-то вроде:

– Это место занято?

Кир просто поставил перед Вэсом ещё один бокал и плюхнулся задницей за низкий столик напротив него. Лидер Тиши потягивал виски, глядя на Вэса поверх края стакана. Его взгляд был напряжённым. Оценивающим.

Поставив бокал себе на бедро, Кир сказал:

– Отличная работа сегодня вечером.

Что за…

– Я бы пропесочил тебя за то, что ты не заметил двух потенциальных участников драки, у которых был отличный обзор на тебя, но я бы расстроился гораздо больше, если бы ты нас заметил.

Бл*дь.

– Двух?

Кир снова отхлебнул виски, проигнорировав приглашение раскрыть личность второго наблюдателя.

– Так какого чёрта ты там делал? Ты уже давно этим занимаешься.

– Насколько я знаю, я не нарушаю никаких законов. Есть ли какая-то причина, по которой я привлёк внимание ВОА?

– Ты привлёк моё внимание. Это может быть как хорошо… так и плохо.

Вэс покосился на виски, которое Кир поставил перед ним. Он сомневался, что мужчина покупал выпивку для тех, кого собирался арестовать. Это не слишком успокоило Вэса. Ему не понравилось, что за ним наблюдали. И он ненавидел себя за то, что не заметил этого.

Взяв со стола виски, Вэс сохранил нейтральное выражение лица. Он откинулся на спинку стула и стал потягивать напиток, ожидая, когда Кир переведёт разговор на что-нибудь другое.

Его пристальный взгляд был неумолим.

– За последние несколько месяцев ВОА получило гораздо больше наводок.

Да, так и было. Вэс не совсем выжил с ума. Когда ситуация становилась слишком сложной для одного мужчины или когда возникал риск разоблачения, Вэс передавал наводки в ВОА. У него не было таких ресурсов, как у них, он не мог просмотреть записи с камер наблюдения, у него не было целого отдела, готового заняться зачисткой, если что-то пойдёт не так.

Кир отхлебнул виски.

– Я так и думал.

Не было смысла отрицать это.

– Вот вам и анонимная горячая линия.

– Не это навело меня на твой след.

– А что тогда?

– Внутреннее чутьё. И опыт. Я знаю таких, как ты.

Вэсу это совсем не понравилось.

– Таких, как я?

Кир проигнорировал это, как и предыдущий намёк Вэса. По-видимому (и это неудивительно), Кир объяснялся только тогда, когда хотел. Вместо этого он заметил:

– Знаешь, работать в одиночку как сегодня, когда я наблюдал за тобой – это чертовски опасно.

Вэс поставил стакан на подлокотник кресла.

– Я совершенно уверен, что то, чем я занимаюсь – это моё личное дело. Я не имею ни малейшего представления, почему тебя это волнует. Не то чтобы я не ценил хороший виски.

Взгляд Кира упал на пустые бокалы, стоящие на столе перед Вэсом.

– Я это вижу.

Лицо Вэса вспыхнуло. Он не ожидал сегодня зрителей, ни на улице, ни здесь. Его проблемы были его личным делом.

– Так чего ты хочешь?

– Как я уже сказал, ты привлёк моё внимание.

– И это хорошо или плохо? – спросил Вэс, вспомнив слова Кира, сказанные ранее.

На его красивом лице промелькнула коварная улыбка.

– Это зависит от точки зрения.

– О?

– Похоже, у тебя много свободного времени.

– А у тебя куча вопросов без чёткой цели. Я не люблю, когда со мной играют. Что сейчас происходит, Ру?

Кир отхлебнул виски и ещё мгновение пристально смотрел на Вэса. Затем он сказал:

– Это собеседование о приёме на работу.

– Что?

Его кристально-голубые глаза по-прежнему были устремлены на Вэса.

– Косу, если ты продолжишь заниматься этим безумным дерьмом в одиночку, тебя убьют. И это, чёрт возьми, пустая трата ресурса, когда мне мог бы пригодиться кто-то вроде тебя.

Вэс уставился на Кира. Он не часто бывал ошарашен, но сейчас…

– Что? – спросил Кир. – Ты думал, я скажу тебе, чтобы ты шёл домой, как хороший мальчик, и предоставил взрослым разбираться с этим дерьмом?

Да, это именно то, о чём думал Вэс. Не то чтобы он послушался бы. Но это…

Такого он себе и представить не мог.

Вэс покачал головой.

– Это плохая идея.

– Это всегда плохая идея.

– Я имею в виду… – возможно, это из-за шести порций бурбона у него развязался язык. Возможно, он думал, что сможет воплотить это в жизнь, сказав это. Какой бы ни была причина, он признался: – Я пытаюсь прекратить.

Кир не выглядел удивлённым. Вообще. Он только спросил:

– Ты собираешься прекратить?

Вэс изучал янтарный напиток в своём бокале, как будто там мог найтись ответ. Его там не было.

Кир уточнил свой вопрос.

– Ты прекратишь завтра?

– Скорее всего, нет.

– Тогда приходи завтра в ВОА.

– Это… не геройство, – вынужден был признаться Вэс. – То, что я делаю.

Но Кир отмахнулся от этого.

– Это никогда не бывает геройством. Это просто извлечение чего-то хорошего из чего-то плохого. Как я уже сказал, я знаю таких, как ты. Ты явно пытаешься проработать какое-то дерьмо. С таким же успехом ты мог бы сделать это с нами.

Вэсу не понравились предположения Кира, его уверенность.

– Ты не знаешь меня и того, что я делал. Тебя бы здесь не было, если бы ты знал.

Кривая улыбка тронула губы Кира.

– Возможно, ты удивишься. Дай мне одну ночь, Вэс. Ты всё равно собирался это сделать, помнишь? Нет причин делать это в одиночку.