Текст книги "Шафер (ЛП)"

Автор книги: Кэт Таммен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

В большом похожем на склад магазине товаров для дома, мы с Энди расстались. Он отправился на поиски ступенек размером два на четыре, а я за краской и другими вещами, которые оживили бы старый домик на дереве.

– Ты взял гвозди? – спросила я, когда мой друг наконец присоединился ко мне в очереди на выписку.

– Ага, – он подбросил сумку в своих руках и снова поймал её. – И угадай, с кем я столкнулся? Ник Смит. Помнишь его по школе?

– Не уверена, – я нахмурилась, пытаясь представить себе лицо, которое бы сочеталось с несколько знакомо звучащим именем.

– Он сказал, что несколько парней, с которыми мы ходили в школу тоже в городе. Я собираюсь встретиться с ними сегодня вечером за парой кружек пива.

– Ну, это должно быть весело, – кивнула я.

– Хочешь пойти с нами?

– Нет, – ответила я, сморщив нос. – Думаю, папа сегодня будет дома. Хочу попытаться провести с ним побольше времени. Ты иди и повеселись с ребятами.

– Да. Но дом на дереве в первую очередь, – Энди поджал губы в своей лучшей версии серьёзного лица.

Я рассмеялась.

– Определённо.

Вернувшись домой, Энди не потребовалось много времени, чтобы сорвать старые доски с дерева и заменить их новым, более прочным деревом и гвоздями. Я забралась в строение вперёд его.

– Поторапливайся, Эм, – приказал Энди, хлопнув меня по заду ладонью.

– Ай! – заорала я. – Я же могу упасть. Не помню, чтобы ты так шлёпал меня по заднице, когда нам было по двенадцать.

– Это потому, что тогда твоя задница была костлявой, и она бы оставила синяк на моей руке.

Я закатила глаза и подтянулась к платформе, на которой стоял наш дом на дереве. Сделав несколько неуверенных шагов, я проверила свой вес на досках, а затем дала Энди сигнал, что ему безопасно присоединиться ко мне.

Несколько прогнивших мест нуждались в замене. В остальном общая конструкция оставалась в очень хорошем состоянии. Мы с Энди заменили несколько досок в полу, обсуждая, что делать с нашим кредо на двери. Оно так сильно выцвело, что его почти невозможно прочесть. Учитывая нынешние обстоятельства, мы оба согласились на небольшое его изменение. По указанию Энди я закрасила наше старое кредо и написала новое поверх. Когда закончили, в новой версии чётко говорилось: «Живи ради следующего приключения».

– Мне это нравится, – Энди обнял меня сзади.

– Мне тоже, – я улыбнулась. – Это как мы… версия 2.0.

Вместе мы развесили несколько крошечных лампочек по периметру потолка, и подключили их к шнуру питания, который тянулся к дому. Они будут мерцать, как светлячки в темноте. Я не могла дождаться, когда увижу это место полностью освещённым.

– Знаешь, – поддразнила я, – ты всегда можешь привезти Лили сюда на свой медовый месяц. Это приятное, романтическое путешествие…

– Мне нужно больше места, когда я занят делом, – засмеялся он, глядя в пол.

– Ой! Фу! – я рассмеялась и оттолкнула его плечом, в то время как Энди улыбнулся моей любимой глупой улыбкой и поправил очки.

– Мы закончили на сегодня?

– Да. Мне нужно подготовиться к встрече с парнями.

– Увидимся завтра?

– Конечно. Думаю, что вернусь домой не слишком поздно. Мы можем снова пробежаться утром.

– Тогда увидимся, – я попрощалась и нырнула в дверь нового и улучшенного надземного убежища.

Я приготовила ужин для папы, и мы посмотрели несколько подач ещё одной игры «Моряков» по телевизору. Когда он начал храпеть во время шоу «Основные моменты после игры», я толкнула его в плечо, пока он не проснулся и сонно не поднялся наверх. Когда папа встал с дивана, я плюхнулась на всё ещё тёплые подушки и пролистала каналы, пока не нашла марафон «Новобрачных»¹. Посмотрела пять или шесть серий, ожидая, когда чёрно-белые выходки Джеки Глисона убаюкают меня. Но они имели обратный эффект. Во всяком случае, я была более взвинчена, хотя было уже далеко за полночь.

Чувствуя себя бесшабашно, я подумала, вернулся ли Энди домой после своей вечерней вылазки с парнями. Он сказал, что не задержится допоздна.

Натянула теннисные туфли и схватила свою чёрную толстовку с крючка у двери. Он разбудил меня прошлой ночью. Расплата та ещё стерва.

Когда тихо выскользнула из своей входной двери, я прищурилась в полумрак за крыльцом и позволила глазам привыкнуть к темноте. Опустился туман, влажный и густой в воздухе. Быстро скрутила волосы в пучок, одновременно натягивая капюшон куртки на голову. Это помогло прогнать холодный туман. Затем вышла во двор и бесшумно обошла дом сбоку.

Окно Энди было легко найти. Он прямо напротив моего собственного, и молочный свет от уличного фонаря на углу слабо освещал белый сайдинг его дома ровно настолько, чтобы я могла разглядеть тёмную прямоугольную раму. Вместо того чтобы направиться к противоположной стороне дома, чтобы посмотреть, припаркована ли машина Энди на подъездной дорожке, я решила рискнуть и предположить, что он внутри, в своей комнате, отсыпается после пивного кайфа.

Опустила голову, чтобы осмотреть промокшую траву подо мной. Во время ходьбы мои ноги издавали чавкающие звуки, когда отрывались от грязи. Я знала, что найду маленькие камешки у фундамента их дома – идеально, чтобы бросить в окно Энди. Они недостаточно тяжёлые, чтобы разбить стекло, но произведут достаточно шума, чтобы разбудить парня. Он использовал тот же метод, чтобы вытащить меня из постели, как раз накануне вечером.

Однако, как только я подкралась ближе к дому, меня внезапно очень сильно сбили с ног. Я могла бы закричать, но так сильно врезалась спиной в землю, что у меня перехватило дыхание. Ошеломлённая, я некоторое время лежала неподвижно. А потом начала бороться, пытаясь высвободить руки и ноги из-под навалившегося на меня тяжёлого груза, который придавил меня к земле. Я хрюкнула от усилий, и это вырвалось со слабым кашлем.

– Не так быстро, – прорычал глубокий голос из тёмного тела надо мной.

Жёсткие пальцы вжались в мои плечи, пытаясь остановить мои попытки освободиться. Фигура полностью заслонила уличный фонарь от моего поля зрения, оставив в темноте чудовище, наклонившееся надо мной. Я попыталась сделать глубокий вдох, но колени мужчины были сжаты вокруг моего живота. Зажмурившись, я боролась за маленькие глотки воздуха, которые были единственным спасением, на которое я могла рассчитывать, чтобы не потерять сознание. Маленькие белые точки танцевали за моими веками. Никогда в своей жизни я даже не задумывалась о возможности подвергнуться нападению… в Астории… в моём собственном дворе!

Руки мужчины сильно прижали мои плечи к мокрой земле, и я почувствовала, как холод пропитанной дождём травы проникает в мою одежду. Я начала сильнее извиваться всем телом, чтобы стряхнуть его. Моё горло горело от потребности вдохнуть побольше воздуха. Крошечных вдохов, которые мне удалось украсть, было недостаточно. Его руки ослабили своё положение на моих плечах, но всё ещё были неумолимы в поисках нового угла, чтобы удержать меня.

– Ты, должно быть, самый тупой чёртов вор в округе, – проскрежетал голос. – Пытаешься вломиться в этот дом? Ты выбрал не то место, приятель!

Я замерла в тот момент, когда мне показалось, что голос мне знаком. И он замер в тот момент, когда понял, что его руки упираются не в твёрдую грудь мужчины, как он предполагал.

– Вау! Не парень! – крикнул он.

Мой противник немедленно убрал руки с моей груди и слез с меня. Тем не менее он крепко схватил меня за куртку и поднял на ноги, прежде чем потащил к крыльцу Далтонов. Наконец-то обретя способность дышать, я позволила своим ногам следовать за ним и сделала глубокие, исцеляющие вдохи. Я сильно дрожала от холода, сырости и стресса всей этой ситуации. Мужчина добрался до переднего угла дома, когда я наконец почувствовала, что могу выдавить хоть слово сквозь дрожащие губы.

– Какого чёрта ты делаешь? Может перестанешь меня дёргать? – возмущённо пробормотала я.

Он остановился и повернулся ко мне, его рука всё ещё была на молнии спереди моей куртки. Слабого света из-за угла было достаточно, чтобы края его растрёпанных волос стали красновато-коричневыми, но я не могла видеть его лица. И даже если бы моя догадка ограничивалась только этим… Его личность была подтверждена его следующим недоверчиво звучащим словом.

– Эмилия?

Только один человек в мире когда-либо называл меня полным именем.

Самюэль Далтон.

ГЛАВА 3

Даже мой отец не называл меня полным именем. Все звали меня Эм, Эмма или Эмми. Чёрт возьми, иногда меня даже называли Эм&Эм люди, которые, должно быть, думали, что это милое прозвище. Однако Самюэль всегда называл меня Эмилией. Один этот звук вернул меня в прошлое, в прохладный апрельский день.

Ссутулившись я сидела на ступеньках заднего крыльца, пытаясь спрятаться от мира. Я не хотела никого видеть. Что ещё более важно, я не хотела, чтобы меня кто-нибудь видел. Моя и без того хрупкая двенадцатилетняя самооценка всё ещё испытывала сильнейший удар – даже больший, чем обеспечивала моя постоянная неуклюжесть. Мне только что установили брекеты.

Они причиняли боль. И были ужасны. С ними я выглядела как чудик. И ненавидела их. Итак, я села на крыльцо и обхватила руками согнутые колени, изо всех сил стараясь спрятать лицо в рукавах рубашки, чтобы никто не увидел, как ужасно я выгляжу.

– Эмилия? – Я услышала голос, зовущий через двор, и застонала.

«О, боже. Кто угодно, только не он».

Я действительно не могла вынести встречи с Самюэлем прямо сейчас.

– Эй, девочка. Почему ты плачешь?

Слова, которые я знала, что не должна была произносить, вертелись у меня в голове, когда я почувствовала, как парень опустил своё долговязое тело, чтобы сесть рядом со мной на ступеньку.

– Уходи, – сказала я ему приглушённым голосом.

– Ни за что, – тихо сказал он. – Не уйду, пока не скажешь, что случилось.

– Я не хочу, чтобы ты смотрел на меня, – фыркнула я.

– Ох. Что случилось на этот раз? – тихо усмехнулся Самюэль. – Упала и пропахала асфальт носом? Синяк под глазом?

– Хуже, – сказала я с болезненной гримасой. – Брекеты.

– Ой! Я забыл об этом.

Парень тихо сидел рядом со мной, пока я шмыгала носом и пыталась незаметно вытереть нос о рубашку. Отлично. У меня не только скобы, но я ещё была вся в соплях.

– Всё не может быть так ужасно, – наконец сказал Самюэль. – Дай мне посмотреть.

– Может, – простонала я.

– Да ладно тебе… дай мне посмотреть.

Я взглянула поверх своей руки и увидела, что он смотрит на меня с заботливой улыбкой на полных губах. Его искренние карие глаза ободрили меня, и я подняла лицо немного выше. Когда прохладный воздух коснулся моего подбородка, я неуверенно скривила короткую зубастую ухмылку и понадеялась, что не ослепила его блеском своей новой жестяной улыбки.

– Ну вот, я знал, что ты сможешь это сделать, – сказал Самюэль. Его взгляд метнулся к моему рту, но лишь на мгновение. Затем он кивнул. – Эмилия, я бы сказал, что ты ужасно преувеличиваешь. Они не так уж плохи. Подумай об этом так… через пару лет эта крошечная щель между твоими зубами исчезнет. И твоя улыбка произведёт впечатление на всех мальчиков.

Он улыбнулся и толкнул меня плечом. Я снова опустила подбородок на руки и постаралась не смотреть на него. Самюэль был единственным мальчиком, на которого я действительно хотела произвести впечатление.

– Почему ты меня так называешь? – спросила я, уставившись в траву у подножия лестницы.

– Как?

– Никто не называет меня Эмилией, – сказала я.

– А должны, – сказал мне Самюэль. – Ты знаешь, что оно значит?

Когда я покачала головой, он продолжил:

– Эмилия означает «трудолюбие». Это похоже на тебя. Ты никогда не боялась усердно работать. Посмотри вон на тот домик на дереве. Ты помогала его строить, верно? Также твоё имя может означать «соперничество».

– Откуда ты это знаешь?

– Я посмотрел это, – пожал плечами Самюэль. – Мне нравятся такие вещи. В любом случае хочу сказать… Эмилия – сильное имя. Ты сильная. Никогда не позволяй никому говорить тебе, что это не так. И ты не должна позволять такой глупой мелочи, как брекеты, взять над тобой верх. Они выглядят неплохо. Правда.

– Ты правда так думаешь?

– Я когда-нибудь лгал тебе?

– Эмилия? – недоверчиво спросил он, возвращая меня в настоящее. Я должна была признать, что, стоя перед ним, покрытая травой и грязью, я не чувствовала в себе той силы, на которой он когда-то настаивал. На самом деле, мои ноги ослабли, и я дрожала. – Это ты?

– Да, Самюэль, – выдохнула я. – Это я.

– Боже мой, дорогая! Мне так жаль. Я понятия не имел…

– Не думай об этом, – проворчала я, пытаясь поправить куртку, так как он так любезно решил перестать тянуть меня за завязки. Я выглядела как полный бардак.

– Чёрт… Мама с папой ничего не сказали о том, что ты дома. Я не ожидал… – он продолжал объяснять своё поведение. – Я уже некоторое время живу в Нью-Йорке и, вроде как, привык не доверять тёмным фигурам, скрывающимся в темноте…

– Я просто пыталась достать несколько камней, чтобы бросить в окно твоего брата? – объяснила я. – Не думала, что меня атакуют…

– Извини. Ты не пострадала?

– Кроме моей гордости, всё в порядке, – я покачала головой. – Бывало и похуже.

– Держу пари, что так и было, – усмехнулся Самюэль. – Ты всегда была ходячей катастрофой.

– Спасибо, что напомнил о моих недостатках, – проворчала я. – Но то, что ты наскочил на меня, вряд ли было моей виной.

– Я сказал, что сожалею.

– Ты прощён, – сказала я.

– Я просто… не могу поверить, что ты тоже дома, – сказал Самюэль с улыбкой. Как бы мне хотелось увидеть его лицо. Мне хотелось бы увидеть, сверкают ли всё ещё его глаза, когда его голос становился таким тёплым и нежным. – Сколько времени прошло?

– Почти восемь лет, – прошептала я.

– Не может быть, – покачал головой Самюэль. – Прошло не так уж много времени с моего последнего визита. Я был дома почти на каждое Рождество.

– Но мы не виделись, – тихо сказала я.

И вспомнила последнюю ночь, когда видела Самюэля Далтона.

Мне было шестнадцать лет, и я никогда не была так взволнована, узнав, что наши планы на отпуск изменились. Последние несколько лет мы с отцом проводили рождественские каникулы во Флориде с моими бабушкой и дедушкой. Но в тот год дедушка наконец-то подарил бабушке билеты на круиз для пожилых людей, на который она давно намекала. Наконец-то я смогу присутствовать на большой рождественской вечеринке, которую Далтоны устраивают каждый год. Ещё лучше? Энди сказал, что Самюэль возвращается домой! Я была так рада этому. Я выбрала очень красивую юбку и ярко-красный рождественский свитер, которые хорошо сидели на мне и заставляли меня чувствовать себя очень взрослой. Мои брекеты исчезли, и я не могла дождаться, чтобы улыбнуться ему и показать, как сильно я изменилась, пока его не было. Я сидела на коленях в изножье кровати, не желая идти на рождественскую вечеринку Далтонов, пока не узнаю, что Самюэль там. У меня в голове был запланирован целый фантастический выход.

Я приподнялась на коленях, глядя в окно, и увидела такси, остановившееся перед домом Далтонов.

Самюэль вышел из машины, неся сумки в каждой руке к своему крыльцу. Должно быть, что-то привлекло его внимание, и он повернул голову к моему окну. А затем, хотя его черты были размыты расстоянием между нами, я увидела, как парень широко улыбнулся. Он поставил сумки, которые держал, и поднял руку, чтобы помахать в моём направлении. Я коснулась ладонью холодного стекла и улыбнулась в ответ.

Но потом парень обернулся, чтобы посмотреть через плечо, и я увидела, что из такси вышел кто-то ещё. Это была девушка. Улыбка сползла с моего лица, когда я увидела, как Самюэль двинулся в её сторону. Моя надежда на то, что она была просто другом, быстро улетучилась, когда парень обнял её и поцеловал. Я отшатнулась назад, снова садясь на задницу. Самюэль привёз с собой домой девушку, чтобы познакомить со своими родителями во время рождественских каникул. И все мои детские романтические мечты были разрушены.

Папа поднялся в мою комнату. Моего красного лица и опухших глаз было достаточно, чтобы убедить его, что я больна. Я утверждала, что у меня грипп, и папе не пришло в голову усомниться в моем измождённом виде. Он отправился на вечеринку без меня, а я лежала, свернувшись калачиком, в своей постели и плакала над разбитым сердцем.

Джой отправила нам остатки еды. Я притворялась больной в течение всего визита Самюэля. Это было легко. Я чувствовала себя и выглядела больной. К началу нового года Самюэль и его девушка вернулись в колледж, и я смогла сказать, что наконец-то покончила со своей глупой влюблённостью маленькой девочки.

– Я проводила каникулы с бабушкой и дедушкой во Флориде, – продолжила я, отмахиваясь от грустных воспоминаний. – Думаю, мы просто разминулись.

– Думаю, да, – кивнул Самюэль.

– Что ты сейчас делаешь дома? Энди не сказал мне, что ты приедешь.

– Ну… не уверен, что он знает. Мама и папа попросили меня приехать и провести с ним пару недель.

– Серьёзно?

Для меня это было новостью.

– Они сказали, что Энди нужны мои советы, но не сказали, почему, – сказал Самюэль, почёсывая щеку. Я улыбнулась в темноте. – Сказали, что Энди сам расскажет мне.

– Думаю, что догадываюсь о чём идёт речь, но да… Тебе следует поговорить со своим братом. – Похоже Самюэль не знал о помолвке Энди, и я не собиралась быть тем, кто сообщит эту новость.

– С ним всё в порядке? – Самюэль нахмурился. – Мы действительно не общались с ним уже некоторое время.

– Он в порядке. У него нет никаких неприятностей или чего-то в этом роде, если это то, о чём ты беспокоишься. – Я не знала, что ещё сказать.

Мы оба стояли там в темноте, лицом друг к другу. Хотя я знала, что парень видит меня не лучше, чем я его, но ужасно стеснялась своей испорченной одежды и вообще неряшливого внешнего вида.

– Хочешь войти? – спросил Самюэль. – Мы могли бы сварить кофе, может быть, наверстаем упущенное?

– Нет… Мне пора возвращаться в дом, – я покачала головой. – Уже действительно очень поздно. Не хочу будить твоих родителей.

– Да, мой самолёт задержали из-за тумана, – сказал Самюэль. – Я ещё даже не был в доме. Мой багаж всё ещё на крыльце.

– Патрулирование безопасности окрестностей превыше всего, – подразнила я.

Самюэль слегка усмехнулся, и я повернулась, чтобы уйти.

– Уверен, что мы наделали достаточно шума, чтобы отогнать любые реальные угрозы в этом районе.

– Тогда считай себя героем, – бросила я через плечо.

– Сладких снов, Эмилия. Извини, что набросился на тебя.

– Спокойной ночи, Самюэль. Добро пожаловать домой.

Утреннее солнце проиграло битву, пытаясь пробиться сквозь густой туман, который всё ещё окутывал Асторию. Я встала и быстро оделась. Поскольку я знала, что погода будет холодной и сырой, по крайней мере, до тех пор, пока туман не рассеется, то надела толстовку и спортивные штаны для утренней пробежки.

– Куда собираешься? – спросил папа за чашкой кофе.

Я собрала волосы в хвост, а затем повернулась и села верхом на стул напротив него за столом.

– Встречаемся с Энди в закусочной, чтобы позавтракать перед пробежкой по пляжу.

– Тебя подвезти? – спросил папа, и я кивнула.

Он встал и допил остатки кофе, прежде чем поставить кружку в раковину и повернуться к двери. Поездка была короткой, и я улыбнулась ему, когда папа остановился перед закусочной.

– Будешь работать всю ночь? – спросила я, знакомая с его напряжённой сменной работой.

– Ночная смена только завтра. Я знаю, что работаю немного больше обычного, но Стэн скоро собирается на пенсию.

– Они сделают тебя начальником, – я кивнула. – Я всё понимаю. Ты долго работал над этим, пап.

– Ненавижу уезжать, пока ты дома на каникулах, – нахмурился папа.

– Я большая девочка, – напомнила я ему. – И знаю каким напряжённым может быть твоё расписание. Всё в порядке. Честное слово.

– Я буду дома к шести. Джой и Ларри устраивают барбекю. Ты знала, что Самюэль тоже дома?

– Да. Мы, э-эм… столкнулись друг с другом, – я кивнула.

– Может приготовишь немного своего картофельного салата? – предложил папа. – Одно из моих любимых блюд.

– Конечно, пап.

– Увидимся позже, малышка, – папа помахал рукой и уехал на работу.

Я вошла в закусочную и огляделась. Энди ещё не было, хотя я переживала, что он уже ждёт меня. Накануне мы начали пораньше.

– Привет, Эмми, – поприветствовал меня повар, помахав короткой стальной лопаточкой над стойкой для обслуживания, которая была вырезана в стене между кухней и столовой. – Чем хочешь позавтракать?

– Просто немного пшеничных тостов, пожалуйста. Я сама налью себе выпить.

Проскользнув за стойку, я открыла дверь в глубокий холодильник, в котором, как я знала, хранился ассортимент соков. Прямо сверху во льду стояли бутылки с апельсиновым соком с яркими наклейками на них. Мне, вероятно, придётся немного покопаться, чтобы найти что-то ещё. Я не была поклонником апельсинового сока, что всегда заставляло людей улыбаться по какой-то глупой причине. Наверное, поскольку я жила во Флориде, мне автоматически полагалось наслаждаться апельсинами.

Закатив рукав толстовки, я погрузила руку в лёд. Стиснув зубы, прислонилась верхней частью тела к холодильнику и протянула руку так далеко, как только могла. Послышался слабый звон колокольчиков на двери, указывающий на то, что кто-то вошёл, но я была сосредоточена на своей задаче. Мои пальцы наконец нашли гладкую стеклянную тару, и я начала вытаскивать её из ледяных оков.

– Клюква внизу, – сказал тёплый голос надо мной.

Я вздрогнула и громко ударилась головой о столешницу над собой.

– Ай! Чёрт! – я подняла руку, чтобы потереть ушибленное место.

Самюэль сел на табурет передо мной.

– Прости, Эмилия, – сказал он, сдерживая улыбку. – Я не хотел тебя напугать.

– Ты не напугал, а просто… удивил меня, вот и всё, – я назло стряхнула конденсат с бутылки с соком в его сторону, прежде чем приложить её к чувствительному месту на затылке.

– Две травмы за два дня. Думаю, для меня это рекорд.

– Если имеешь в виду мои сломанные ребра, то этот инцидент произошёл после полуночи. Так что технически ты причинил две травмы за один день.

– Давай не будем доводить до трёх, хорошо?

Глаза Самюэля сверкнули на меня из-под ресниц, и я на мгновение застыла, ошеломлённая. Несмотря на нашу неудачную встречу прошлой ночью, это был первый раз, когда я действительно хорошо рассмотрела его. Сказать, что с возрастом он стал красивее, было бы преуменьшением.

Его волосы были темнее, менее хаотичными, но уложены так, чтобы эти упрямые кудри выглядели намеренно растрёпанными. Цвет корицы всё ещё дразнил кончики, когда Самюэль повернул голову. Ему это очень шло. Плечи стали широкими, а предплечья, лежащие на прилавке, более толстыми и сильными. Тогда я поняла, что с тех пор, как мы виделись в последний раз, Самюэль из мальчика превратился в мужчину. И, судя по всему, хорошо с этим справился.

– Ты в порядке? – В его глазах все так же светилась забота.

Я сморщила нос и улыбнулась.

– В порядке, – я кивнула головой. – Сок?

Парень взял предложенный мной апельсиновый сок, и я закрыла дверцу холодильника, прежде чем обойти стойку и сесть на табурет рядом с ним.

Джексон вышел из-за угла и поставил передо мной мои тосты, а перед Самюэлем – тарелку с завтраком.

– Рад тебя видеть, сынок, – улыбнулся старый повар.

– Спасибо, Джексон. Я тоже рад тебя видеть.

Самюэль поднял вилку и откусил кусочек своих картофельных оладий. Я старалась не пялиться на то, как двигались его губы, пока он жевал.

– Итак… где Энди? – спросила я, откусив тост и открутив крышку с клюквенного сока.

– Дома, мучается с похмелья, – усмехнулся Самюэль. – Предполагаю, он встречался с какими-то парнями прошлой ночью и напился в хлам.

– Он легковес, – хихикнула я. Самюэль кивнул над своим завтраком. – Ты уже говорил с ним?

– Нет. Я полагаю, ты не расскажешь мне об этом большом сюрпризе?

– Ни за что. Так что… что ты здесь делаешь?

– Мама сказала, что вы с Энди должны были поехать на пляж, чтобы пробежаться. Так как он не был готов к этому, я подумал, что составлю тебе компанию.

– О… – я нахмурилась, глядя на корочку хлеба на своей тарелке. Старый добрый Самюэль, его снова заставляют нянчиться с детьми. – Тебе действительно не нужно этого делать. Я имею в виду, уверена, что у тебя есть дела поважнее, пока ты в отпуске. И ты вернулся вчера поздно вечером. Ты, должно быть, устал.

– В чём дело, Эмилия? – Самюэль ухмыльнулся и сделал глоток сока. – Боишься, что не сможешь за мной угнаться?

Мои глаза сузились сами по себе. Я действительно уже недостаточно хорошо знала Самюэля, чтобы понять, дразнит ли он меня. Вызывающий тон его голоса заставил меня стиснуть зубы.

– Больше боюсь увидеть, как ты плачешь, когда я оставлю твою задницу в пыли.

– Так что? – Самюэль фыркнул, казалось, забавляясь. – Давай приступим к делу.

Самюэль схватил обе наши тарелки и отнёс их обратно на кухню, в то время как я принесла две бутылки воды для поездки. Как всегда джентльмен, Самюэль открыл для меня дверцу машины и я проскользнула внутрь.

– Хорошая машина, – похвалила я, когда он сел за руль.

– Это арендованная, – пожал он плечами.

– Ты все ещё водишь Элеонору?

Я вспомнила, что он уехал в колледж на старой синей машине, которую так любил и на которой возил нас с Энди, когда ещё жил дома. Самюэль не спорил, когда Энди дал имя машине. Конечно, он назвал её в честь песни «Битлз».

– Она умерла несколько лет назад, – покачал головой Самюэль. – Я всё ещё не заменил её. В любом случае я почти всегда езжу на такси или метро, когда нахожусь в городе.

Мы оба улыбнулись, и парень снова перевёл взгляд на дорогу. Я на мгновение посмотрела на его профиль, думая о том, как странно было вот так сидеть рядом с ним. Годы изменили нас обоих, но всё казалось совершенно по-старому.

Опустив стекло, я откинула голову назад и позволила ветру трепать короткие пряди волос, выбившиеся из моего конского хвоста, вокруг лица. Туман проигрывал свою битву. Солнце пробивалось сквозь пелену.

ГЛАВА 4

К тому времени, как мы добрались до пляжа, туман полностью рассеялся. Теплый солнечный свет пробивался сквозь облака и заливал участки песка своим кремово-желтым светом. Я наблюдала, как Самюэль стянул через голову толстовку и бросил ее на сиденье машины. Его футболка красиво облегала твердую грудь, и я опустила взгляд к своим ногам. Внезапно я пожалела, что не догадалась надеть более тонкую футболку под свой старый спортивный костюм.

Я стояла рядом с пассажирской стороной машины в то время, как Самюэль оставался у дверцы со стороны водителя. Мы оба делали растяжку, готовясь к пробежке.

– На самом деле меня не удивляет, что вы с Энди занялись бегом трусцой, – сказал Самюэль через крышу машины.

– Почему это? – спросила я, наклоняясь в талии, чтобы прижаться лицом к коленям. Задняя часть моего бедра слегка запротестовала, напомнив о вчерашней пробежке.

– Ну… потому что в старших классах я занимался бегом по пересеченной местности и легкой атлетикой, – объяснил Самюэль. Он смотрел прямо перед собой, делая неглубокие выпады. – Вы, двое детей, всегда копировали все, что я делал.

Я не была уверена, что именно вызвало мое раздражение – его тон, самодовольство или то, что назвал нас с Энди «детьми».

– Мы начали бегать задолго до того, как ты уехал в колледж, – объявила я. – И никто из нас не вступил в легкоатлетическую команду.

Энди никогда не занимался спортом так, как Самюэль. Я пробовала заниматься черлидингом, но быстро бросила это занятие. Бег трусцой подходил нам обоим. И, что удивительно, я держалась на ногах, пока они быстро двигались.

Самюэль пожал плечами, как будто мое заявление не имело никакого значения. Хотя я не могла понять причину, это раздражало меня еще больше. Быстро вытащив телефон из кармана, начала листать музыкальные папки.

– Обычно я пробегаю около трех миль. Надеюсь, ты не против, – сказала я.

– Сойдет… для начала, – кивнул Самюэль. – Я давно не бегал.

Я сдержала ответ, который закипал на его бесцеремонное оскорбление.

– Бежим до Чпок-скал, прежде чем повернуть. Знаешь это место?

Скалы получили свое неофициальное название давным-давно. Во время пляжных вечеринок многие молодые пары ускользали, чтобы уединиться за большими скальными образованиями. Камни закрывали их от посторонних глаз, в то время как парочки наслаждались друг другом позади них.

– Откуда ты знаешь Чпок-скалы? – Самюэль удивленно поднял брови.

Я лишь пожала плечами и вставила наушники, прежде чем начать пробежку по пляжу.

Самюэль отстал всего на пару мгновений. Затем быстро догнал меня и подстроился под мои шаги. Его губы были плотно сжаты, а на лице застыло знакомое выражение, которое парень всегда носил, когда не одобрял то, что мы с Энди затевали. Вероятно, ему не понравилось, что я уклонилась от его вопроса. Нет. В отличие от половины моего выпускного класса средней школы, у меня никогда не было секса за камнями. Тем не менее было странно приятно представить, что Самюэль задавался этим вопросом.

Вместе мы бежали бок о бок. Я позволила танцевальной дорожке, которая звучала в моих ушах, задать мой темп бега. Самюэль подстроил свое движение под ритм, в котором мои ноги ступали по песку. Время от времени я поглядывала на него, хотя и старалась не пялиться на его сильный профиль или мускулистые предплечья, прижатые к бокам. Парень сильно изменился, с тех пор как уехал в колледж. Но… и я тоже. Когда наши ноги коснулись песка одновременно, я улыбнулась. Было здорово бежать рядом с Самюэлем, теперь я не гналась за ним по пятам. Наконец-то мы были на равных.

Однако динамика изменилась, когда мы наткнулись на большую корягу. Она как раз оказалась на моем пути. Я обогнула препятствие и оказалась на несколько шагов позади Самюэля, когда вернулась на прежний курс. Парень не замедлил шаг. Я услышала жалобный плач маленькой девочки в своем сознании.

«Самюэль! Притормози! Подожди меня…»

Стряхнув с себя детский голос, мне больше не нужно было, чтобы кто-то нянчился со мной, я заставила ноги работать сильнее, быстрее. Брови Самюэля поползли вверх, когда он краем глаза увидел, что я догнала его.

«Удивлен?»

Я самодовольно ухмыльнулась и продолжила бежать.

Мы оба повернулись, когда добрались до Чпок-скал, и, не говоря ни слова, ускорили темп. Я посмотрела на Самюэля и поймала его украдкой брошенный на меня взгляд. Его брови опустились, а губы сжались в хмурую гримасу.

«Интересно».

Может быть, он подумал, что мне уже пора притормозить. Чувствуя уверенность в себе, я ускорила шаг и обогнала парня.

Самюэль снова оказался рядом со мной в одно мгновение. И так мы продолжили по очереди. То он вырывался вперед, и я догоняла его. То я ускоряла шаг, и парень нагонял меня. Я стиснула зубы, мои ноги сильно шлепали по песку. Челюсть Самюэля была сжата, и он работал так же усердно, как и я.