Текст книги "Стопроцентные чары (СИ)"
Автор книги: Катти Карпо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)
– Чума! – Аркаша глазам не верила: хрупкий на вид заместитель директора преподносила один сюрприз за другим.
– Говорят, в роду у нее были воины, – с восхищенным придыханием прошептала ей на ухо Анис.
– Вернее, берсерки, – уточнил кто-то за их спинами.
Староста Мимозы Александр Цельный взирал на развернувшееся безобразие с невозмутимым лицом.
– Карина, я решил, что Фомальгаут на сегодня достается Бориславе. – Скальный дружелюбно похлопал обескураженную девушку по плечу. Борислава никак не могла вернуть свою челюсть на место, а когда Борзая без труда подняла над головой Флориана, – и вовсе втянула голову в плечи, словно ожидая, что, закончив с юношей, Карина примется за нее. – А я займусь Денебом. – Директор посмотрел в сторону спортивного поля. – Приступим к занятиям, пока их дикая энергия не направилась на что-нибудь еще. Кстати, Карин, – Скальный снова остановился и посмотрел через плечо, – тебе поручаю Сириус. Хотел Смешанных передать Эрнсту, но он все еще не в лучшей форме.
Борзая под аккомпанемент из диковато-нервного хихиканья Флориана кивнула.
Скальный удалился. На ходу он напрягал мышцы, заставляя мускулы на руках возрастать в объеме, и с удовольствием хрустел шеей. Вслед за директором засеменила и Ангелина Семеновна. Остановившись около бледной и заметно дрожащей Бориславы, она усмехнулась и, кивнув на Борзую, сообщила:
– Не баба, а огонь. Уважаю. Сама такая.
– Пугает малость. – Психолог сглотнула. – Я бы лучше в кабинетике своем посидела.
– Не ту ты образовательную организацию выбрала, крашеная. Устроилась бы туда, где обычных магов выше крыши. А здесь – редкостная клоака. Шоб со зверьем водиться, самому озвереть надо. Ладно, пошли, посмотришь, как я с блохастыми управляться буду.Вервольфы из компании Рудольфа Фрая, демонстративно почесываясь, послушно поскакали за дамами.
– Фрай, – позвал Александр Цельный и нахмурился. – Вега разве не собирается с сегодняшнего дня начать чарбольные тренировки?
– Не очкуй, Цельный, – пророкотал Рудольф. – Мы при деле. Гляну на первогодок, может, кого и подберу покруче в запас, и сразу на тренировку. В этом году Вега точно размажет твоих магов по площадке. Готовьте слюнявчики.
– Посмотрим, – набычился Александр. – Мимоза поддаваться не собирается.
«Ух, аж жаром повеяло, – прошептала Анис, заговорчески пихая Аркашу в бок. – Мужское противостояние так будоражит!»
Аркаша в ответ что-то буркнула. Ее вдруг начало одолевать беспокойство – то самое, при котором складывается четкое ощущение того, что жизненно необходимо сделать что-то конкретное. Мысль об этом вертится в голове, никак не складывается в понятную картинку, но тревожит и тревожит – до тех пор, пока не догадаешься об ее смысле и не выполнишь то, что требуется.
Аркаша перевела взгляд на все еще болтающегося в руках Борзой Флориана. Тот уже особо не трепыхался, а лишь блаженно щурился и легонько покачивал руками, как будто возлеживая на поверхности водоема, которого никогда не тревожат волны.
Заместитель директора, чьи вытянутые руки даже и не думали дрожать из-за значительного веса удерживаемого молодого тела, задумчиво обшаривала взглядом поле, судя по всему, вычисляя в толпе тех, за кем ей поручено было следить. Вполне возможно, что про Флориана она благополучно забыла.
Предположение оказалось верным.
– Профессор, пустите в вольный полет? – Староста Фомальгаута выгнул шею, чтобы одарить заместителя еще одним проникновенным взглядом. Правило неотразимости номер раз: будь сногсшибательным даже тогда, когда женщина уже давно сама сшибла тебя с ног.
Борзая удивленно взглянула вверх, помрачнела и, молча подбросив Флориана вверх, устремилась вглубь поля.
– Осторожно! – Александр, заметив, что не перестающий голосить Флориан вот-вот рухнет прямо на девчонок, стоящих перед ним, метнулся вперед и оттолкнул Анис и Аркашу в разные стороны.
Анис, ойкнув, тяжело отступила на пару шагов, а вот Аркаша от толчка рухнула на землю и даже один раз перекувыркнулась. Все-таки стоило, как и говорил Маккин, кушать побольше хотя бы для того, чтобы ее не швыряли с такой легкостью как какой-то маленький мячик.
Хотя сочувствовать стоило больше Александру – он отойти так и не успел. Согнувшись под тяжестью рухнувшего на него Флориана, чья фальцетная рулада завершилась, как только он почувствовал, что может вцепиться во что-то твердое и живое, Александр чертыхнулся и отставил ногу назад, принимая более или менее устойчивое положение.
– Цельный, золотце, спаситель мой! – Флориан нащупал ногами землю, патетично дернул край испорченной блузы, полностью обнажая бледную грудь, и сжал старосту Мимозы в крепких объятиях, прижав его лицо к своей шее и шерудя подбородком по ежику его волос.
– Отцепись от меня! – Александр с перекошенным выражением на лице уперся ладонями в грудь фейри и принялся с усилием отпихивать его от себя.
Через пару секунд юноше удалось избавиться от назойливой нежности. Пришлось знатно попотеть, ведь Флориан энергично сопротивлялся как коала, не желающая расставаться со своим эвкалиптом.
– Какой же ты бука. – Староста Фомальгаута, ничуть не обидевшись, откинул с лица непослушные длинные прядки и поискал глазами потерянную ленточку для волос. Его взгляд сразу же наткнулся на Аркашу. Девушка не спешила вставать с травы, настороженно следя за выкрутасами фейри. Последние деньки выдались так себе, поэтому она с наивысшим подозрением относилась к личностям, которые позволяли себе без предупреждения бросаться на окружающих. – А что тут у нас за букашечки?!
Аркаша попыталась увернуться, но Флориан оказался проворнее. Наклонившись, он схватил ее за футболку чуть пониже горловины, собрав ткань в огромные складки, и одним рывком вздернул девушку вверх. Аркаша охнула, ударившись об его бок, и, как только вновь ощутила под ногами твердь земли, метнулась в сторону. Однако ее снова дернули назад. Прижав девушку к своему боку, Флориан небрежно облокотился на девичью голову, разместив ладонь на ее лбу, тем самым окончательно зафиксировав Аркашу подле себя. Правая щека девушки прижалась к его груди – к холодной, как мрамор, коже.
– Знакомая мордашка. – Флориан побарабанил пальцами по ее лбу. – Все ходишь, бродишь, соблазняешь своим дружелюбием чужих феечек? На кого еще из моих фейри нацелилась?
– Оставь ее. – Александр сложил перед собой руки, сверля Флориана раздраженным взглядом. – Эй, девочка…
– Аркадия Теньковская, – процедила сквозь зубы Аркаша, усиленно стараясь прервать контакт с чужой обнаженной кожей. Тщетно.
– Теньковская, скажи-ка, Грегори и его цирк уже начали тренироваться? – Задавая вопрос, Александр демонстративно косился в сторону, словно ответ его, в общем-то, не слишком интересовал.
– Ну-ну, Цельный, снова ты про Грегори. – Флориан отпустил Аркашу, но через секунду снова поймал, теперь уже обхватив сзади за шею, водрузив подбородок на ее голову и прижавшись всем телом к ее спине. – Я же ревную. Грегори то, Грегори се. Прям помешался на нем.
– Заткнись, Руфус.
– Ну-ну, сюси-пуси, золотце. Не ругай меня, я расстраиваюсь.
Аркаша дернула головой и потянулась вперед в попытке вырваться из железной хватки, но Флориан лишь сильнее прижался к ней, буквально ввинчивая острый подбородок в ее макушку.
– Ох-ох, какое гневное личико. – Староста Фомальгаута наклонился к Аркашиному уху и прошептал: – Цельный такой миленький, когда злится. Не правда ли?
– Тебе бы заняться делом, Руфус. – Александр сдержанно вздохнул.
– Не дави на мою совесть. Она итак вся подавленная. А чарбол мне не по нраву. Никакого изящества, одна агрессия и бесполезные телодвижения. И, к счастью, у меня есть в наличии те, кто вместо меня готов предаваться этому неинтересному занятию.
– Да уж, команде Фомальгаута от тебя было бы мало пользы.
– Зато от меня мои фейри не убегают. – Флориан боднул Аркашу в висок. – А от тебя маги – только так. Да, букашечка? Убегают от Александра его маги? И не хотят поступать на факультет Мимоза. Вот как ты, например. Почему не Мимозу выбрала? Примкнула к Грегори, а не к Александру? А? Таким ходом у Цельного могут нехилые такие комплексы развиться. – Юноша посмотрел на стоящего напротив с откровенной усмешкой. – Или уже развились? А, Цельный?
– Нет у меня никаких комплексов. – У старосты Мимозы был такой вид, словно он не против шибануть коллегу чем-нибудь увесистым.
Что бы ни говорил Александр, но ему явно было не наплевать на такое положение вещей. Аркашу кольнула совесть, но совсем чуть-чуть. На самом деле выбор факультета был вовсе не ее прерогативой, ведь магом она не являлась. И даже если бы очень-очень захотела стать частью Мимозы, то не смогла бы. С другой стороны, ни Александр, ни Флориан не знали истину, а выдающая ее с головой голубая метка стараниями Маккина была скрыта темно-синим напульсником. Отсутствие магии равняется признанию полной беззащитности, что здесь, среди всех этих существ, сродни катастрофе. Не та весть, которую стоит распространять на каждом углу.
– Неужто тебя ничуть не задевает, что Грегори тебя всегда обставляет? – продолжал напирать Флориан.
– Сириус в прошлом году занял последнее место в турнирной таблице.
– Не своди все к чарболу. Двенадцать магов перевелось в Сириус вслед за Рюпеем... Обидненько, да? А каково быть старостой у Мимозы после Грегори?
Аркаша неожиданно снова оказалась на земле, потому что Александр шагнул вперед и, схватив Флориана за порванные края блузы, приподнял, уперев сжатые в кулаки пальцы ему в подбородок.
– Не зли меня, Руфус.
– Что, и спросить нельзя? – пропел Флориан.
– Каждый волен делать то, что ему заблагорассудится. Если Константин, Лакрисса, Артемий, Данил и все остальные решили пойти за Грегори, то это их дело. Я отвечаю за Мимозу, остальные меня не волнуют.
– Совсем-совсем не волнуют? Ну и чудненько. А уж меня-то как они не волнуют, золотце. Совсе-е-ем не волнуют. Пусти, золотце. Это красивое тело совершенно не сочетается с синяками.
Александр подержал невинно улыбающегося Флориана еще пару секунд, а затем, тихо ругнувшись, отпустил.
– Правильно, золотце. Наплюй на Рюпея, – посоветовал староста Фомальгаута, крутясь вокруг Александра. – Смешанные неудачники. И в этом году снова продуют в чарбол как пить дать. А Грегори поиграется со своим зверинцем, а потом ему надоест, и он будет слезно молить тебя принять его обратно.
– Руфус, сгинь в туман.
– Опять ругаешься. Я ж расстроюсь.
Пока Флориан изливался льстивыми речами, как сладкий фонтан шоколадными струями, к Аркаше подкралась Анис.
– Ты что, и со старостами знакома? – У девушки-жабоньки возбужденно горели щечки. Мрачный взгляд Аркаши ее ничуть не смутил. – Флориан такой красивый – у меня аж дыхание перебивает. А Александр такой мужественный... ух, и глаза у него просто зверски прекрасны. А еще говорят, он офигенно играет в чарбол. И именно благодаря ему команда Мимозы достойно отстояла себе второе место на школьном чарбольном турнире в прошлом году.
«Чарбол, чарбол, чарбол».
– А кто занял первое?
– Денеб. Демоны.
«Чарбол, чарбол, чарбол».
Аркаша тихонько потянула Анис за собой, следя, чтобы Флориан не заметил их отступления. Укрывшись за раскидистым кустом на краю поля, Теньковская облегченно выдохнула и сосредоточенно поправила напульсник.
– Мы разве не пойдем на пару? – Перспектива прогула заметно напугала Анис. Немудрено – после такой-то демонстрации силищи от курирующей их Карины Борзой.
– Пойдем. – Аркаша смотрела на вершину склона. – У всех факультетов имеются собственные залы для чарбольных тренировок?
– Да. – Анис обеспокоено оглянулась через плечо.
– Строение с колоннами недалеко от главной аллеи – это спортивный зал Сириуса?
– Да, но... Стой, ты же не собираешься пойти сейчас к ним? Я понимаю, что тебе интересно посмотреть на тренировки, но это граничит с безумием. Ну, то есть, я имею в виду, опасно все это! Знаешь, какие там страсти-мордасти творятся?! Не зря же любителей чарбола называют безумцами. И не тех, кто любит следить за игрой, а именно игроков. Ты же видела на предыдущей паре членов чарбольной команды Сириуса? Грегори-то еще ладно – на вид щупленький, а остальные! Особенно, тот громадный с рыжей шевелюрой. Ух, страшен. А демон? Красивенький, но как представлю, что его алые глаза будут безотрывно следить за мной, страх до костей пробирает. А блондинистый котик очень даже миленький красавчик. Вот только у меня правило: не связываться с красавчиками и фанатами чарбола. А здесь прямо два в одном.
Аркаша почти не слушала увещеваний девушки. Ее ладони горели. Воспоминания об ощущении шероховатости баскетбольного мяча, о кратких прикосновениях при дриблинге, палящих легких, прерывистом дыхании, жарких каплях пота не давали ей покоя. Еще вчера она забросила последний трехочковый, этим жестом попрощавшись с лучшим и единственным другом, а сегодня ей уже не хватало этого чувства. Баскетболу Аркаша посвятила больше времени, чем любым иным занятиям, а уж чего только она не перепробовала! Баскетбол и Коля. Коля и баскетбол. Тренировки подарили ей первого друга. Единственного друга. Тренируясь вместе с Колей, она впервые испытала нечто, похожее на искреннюю радость. А может, это и была радость. Она слишком привыкла к этому ощущению – причастности к чему-то, пусть даже и к чужому увлечению. Аркаша все еще не могла честно ответить нравится ли ей баскетбол, как не смогла бы найти ответ на него и ранее. Коля любил баскетбол. Для нее этого было достаточно, ведь за все осмысленные годы существования она так и не отыскала того, что могла бы назвать «своим». Присвоить чужую любовь к чему-то всегда легче, тем более, когда не умеешь разбираться в собственных чувствах.
– Я загляну всего на минутку. – Аркаша позаимствовала одну из своих вежливых улыбок, про себя извиняясь перед Анис за лицемерие. Такая улыбка всегда действовала на людей успокаивающе. – Даже за порог не зайду.
– Ох не нравится мне это, – запричитала Анис. – Забыла, о чем Скальный на собрании рассказывал? И о чем Грегори на паре Эльблюма упоминал? Эти психи поджарили первокурсницу!
– Да ну? – Вот теперь Аркаша улыбнулась по-настоящему.
– Стопроцентными! Без меток! Кошмар, да? Ты видела кого-нибудь с ожогами? Я смотрела, смотрела, но так и не нашла никого. А вообще говорят, что атака была прямо в лицо и такой силы, что нос девчонки влепился внутрь и упал ей на язык!!
– Э-э?.. – Аркаша невольно скосила глаза вниз, удостоверяясь, что ее нос на месте.
– Да! – восторжествовала Анис, ошибочно думая, что изумленное выражение на лице собеседницы возникло от ужаса. – А еще я слышала, что ее так поджарили, что живого места не оставили! Ей пришлось полностью обернуться бинтами, чтобы скрыть почерневшую плоть! А ты видела мумию среди нас? Я нет. Бедняжка. Похоже, и в народ теперь выйти стесняется. А ты еще хочешь к этим психам добровольно сунуться.
«Ох уж эти сплетни. Носа лишили, в бинты обернули. Даже и не хочется страждущих особо разочаровывать».
– Передумала?
– Всего на секундочку, одним глазком.
– О боги, адреналина не хватает? – возмутилась Анис.
«И это задает вопрос тот, кто пару часов назад предлагал мне препарировать жабоньку. Любопытный контраст».
– Эй, девчонка!
Аркаша и Анис замерли от ужаса, вмиг узнав голос Карины Борзой.
– Ты из Сириуса?
Борзая обращалась только к одной из них. Аркаша быстро оценила обстановку. Густые ветви скрывали ее от глаз заместителя, а вот Анис с ее кофтой грязнооранжевого цвета повезло меньше.
– Ты одна там?
Анис неуверенно покосилась на Аркашу, та замотала головой, позволяя девушке выдать и ее присутствие. Однако Анис решила иначе.
– Одна.
– Давай на пробежку. Десять кругов. Плюс еще один за отлынивание.
– Да, профессор.
«Спасибо, Анис».
Аркаша дождалась, пока обе направятся к полю, и бросилась вверх по склону. Найти злополучное строение с колоннами, перед входом в которое и произошел инцидент с Ровеном и Роксаном, не составило особого труда. Свои первые Стопроцентные вы не забудете никогда.
Дверь была открыта. Из проема доносился знакомый шум: четкий звук ударов мяча о пол. Услада для слуха. Чарбол так похож на баскетбол.
Удары сердца синхронизировались с ударами, доносящимися из зала. Дриблинг самой души.
Аркаша не заметила, как переступила порог. Это был самый лучший зал, который она видела в своей жизни (и чихать, что сравнивать она могла разве что со школьным спортивным залом). Светлый, чистый, умещавший по размеру две полноценные баскетбольные площадки. Корзины команд на щитах, ящики с мячами, защитные решетки на часах и окнах под самым потолком – все такое чудесное и родное.
Чарующая близость знакомой обстановки обострила восприятие, поэтому на движение слева Аркаша среагировала так, как если бы была посреди игры. Подставила ладонь под летящий прямо ей в лицо мяч и, изменив его направление, послала к полу. Мяч отскочил и поскакал дальше, а девушка гневно уставилась на напавшего.
– Надо же, – протянул Ровен, морща нос. – А реакция все-таки имеется.
– Рвотная. На тебя.
Демон хмыкнул и направился к ней.
– Охамела за пару часов разлуки?
– А я с рождения хамло. – Аркаша понятия не имела, откуда в ней взялась эта смелость. Возможно, само пребывание в пределах спортивного зала придавало ей сил.
Ровен навис над ней, нещадно давя ростом и аурой. В его намерения, похоже, входило выставить ее вон.
«Самое страшное, что ты можешь совершить в жизни, заняв позицию, это сделать шаг назад. Желаешь шагнуть назад, а, Обманка?» – зазвучал в ее голове голос Коли.
– Да ни черта, – прошипела Аркаша, шагнув навстречу демону.
Ровен остановился.
– Любишь повякать?
– Люблю. – Аркаша запрокинула голову, ловя демонский взгляд. По ее лицу скользнули малиновые локоны. Близко, очень близко. Щеки обдало горячим дыханием с ароматом персика.
«Может, ему нос оттяпать? Или фингал поставить? Тогда у девчонок надолго отпадет желание стелиться ковриком к его ногам».
– Шарора, чем это ты занимаешься?
Аркаша отклонилась в сторону, чтобы Грегори смог увидеть ее.
– Теньковская?
Староста Сириуса был весьма удивлен и совершено этого не скрывал. Он стоял в середине зала вместе с Джадином, Роксаном и... Луми.
– Снежок? – Аркаша обошла Ровена, который, как ни странно, больше не препятствовал ей. – А ты что здесь делаешь?
– ЗЕ-ФИ-РИН-ка!!!
Роксан, распахнув объятия, ринулся к ней, но был неделикатно остановлен Джадином, который схватил его поперек живота и приподнял над площадкой.
– Правильно, Кюнехелм, – похвалил Грегори. – Мы на гостей не бросаемся. К нам итак мало кто захаживает.
Аркаша оглянулась на Ровена.
– «На гостей не бросаемся», – процитировала она слова старосты, намекая на нарушение им этого правила.
– Брось, Шмакодявка. У нас же с тобой особые отношения, – хищно осклабился демон. Аркаша, поежившись, порадовалась, что сейчас они с ним не наедине.
– Теньковская, что-то случилось? – Грегори приблизился к ней и быстро оглядел, видимо, удостоверяясь, что та не успела заработать себе где-нибудь еще пару-тройку синяков. – У тебя ко мне вопросы?
– Да. – Аркаша перевела взгляд на Луми. Тот ее прихода, судя по виду, тоже не ожидал.
– Фасцу записался в секцию, – пояснил Грегори – Тоже хочешь?
«Вот так просто?»
– Зефиринка! Ты пришла ко мне, да?! – Роксан энергично бился в медвежьих объятиях Джадина. – Я тоже по тебе очень-очень скучал!!
– Значит, я могу записаться? – Аркаша недоверчиво взирала на Грегори. Тот пожал плечами.
– Только, пожалуйста, скажи, что это не для того, чтобы преследовать Шарора и выводить его из себя. Не ради какой-нибудь высокопарной мести, – попросил он.
– Она слишком тупа, чтобы додуматься до такого, – заметил Ровен, раздраженно хмурясь.
– Шарора, будь вежливее.
Но прямо сейчас Аркаше было не до демонских оскорблений. Она шумно дышала, пытаясь утихомирить неистово бьющееся сердце. Всего-то и надо было что прийти и сообщить о своем желании записаться. Все так просто!
– Ты же в человеческом мире жила, да? – Грегори повел ее к ближайшей группе скамеек. – Наверное, любишь баскетбол? – Дождавшись неуверенного кивка, он продолжил: – В чарболе те же правила и те же заковырки. Отличие в Наложении, блоках и Стопроцентных. Думаю, чарбол намного зрелищнее баскетбола.
– Эй, ты же не всерьез? – Ровен, словно очнувшись от глубокого сна, стукнул себя кулаком в грудь. – Ты же не собираешься принять ее в секцию?
– Почему бы и нет. – Грегори усадил Аркашу на скамейку и задумчиво огладил подбородок. – Нам не помешает нормальный менеджер. Или можем из нее талисман команды сделать.
«ЧЕГО? Менеджер? Талисман?» Аркаша едва со скамейки не рухнула. Изначальные ожидания себя решительно не оправдывали.
– «Нормальный менеджер», говоришь? Я, между прочим, все слышу. – Голос, произносящий гласные с интонациями гвоздя, царапающего по металлу, резанул по слуху, но, несмотря на омерзительное звучание, не вызвал особого раздражения.
– Шани, не хочу обидеть твою чувствительную индивидуальность, но, черт бы тебя побрал, ты отвратительный менеджер.
– Какая команда, такой и менеджер, – невозмутимо ответил голос.
Аркаша опасливо оглянулась, ища особу, с которой переругивался Грегори. Через две скамейки от нее примостилась девушка, одетая в черное короткое платье с кружевом. На уровне лица она держала открытую книгу. Пальцы с длинными черными ногтями изящно лежали на обложке, а отогнутые мизинчики напоминали пижонскую манеру удерживания чашки во время изысканной чайной церемонии. По блестящей черной обложке вились кривоватые буквы названия: «Оригинальное макраме. Как сплести кашпо из жил окозлившегося бывшего ухажера».
– Шани, ты слишком сурова к нам, – жалобно прокричал Роксан, которому все-таки позволили стоять на своих ногах.
– Степень суровости зависит от уровня мастерства команды. – Шани зашуршала страницами. – Или от полного его отсутствия.
– Как-то ты с нами не нежно.
– Да. Я вас презираю.
Ничего себе высокие отношения. Аркаша смущенно уставилась в пол, обескураженная столь открытым пренебрежением и разрозненностью.
– Мило тут у нас, да? – Грегори невесело улыбнулся и, кивнув девушке, мол, посиди пока тут, вернулся к своей команде.
Обшарив взглядом весь зал, Аркаша замедлилась на чернеющей дыре проема, ведущего в какое-то темное помещение. Обычно в таких держали спортивный инвентарь. Ей показалось, что там, в темноте, кто-то двигается. Но скоро ей наскучило наблюдать за проемом, как наскучило и следить за командой Сириуса, собравшейся в кружок, пока Грегори что-то вполголоса объяснял внимательно слушающему Луми.
Бесшумно повернувшись вполоборота, Аркаша кинула украдкой взгляд на особу с книгой. И едва не взвизгнула. Особа, не отличающаяся уважением к священной персоне старосты, опустила книгу, явив миру лицо. Тонкие волосы оттенка расплавленного золота были зачесаны назад, открывая широкий лоб, и переходили в тонкие длинные косички, обрамляющие яйцевидную форму головы. Но страшнее были глаза: две половинчатые матово-черные скорлупки с нечетким зеленоватым бликом.
– Здрасте, – пролепетала Аркаша.
Шани захлопнула книгу и положила ее рядом с собой на скамью.
– Я Аркадия Теньковская. Можно просто Аркаша.
– Шаньян Ловчая. Нельзя просто Шани. – Жуткая девушка втянула носом воздух. – Вонь трухи. Человек?
– Э, да.
– А я черная вдова.
– И давно? – с перепугу ляпнула Аркаша.
– Что давно?
– Вдова.
– С рождения.
– О, понятно.
Ощутив щекотку, Аркаша глянула вниз и остолбенела. По ее оголенным ногам и рукам ползали не меньше двадцати маленьких черненьких паучков. Они быстро перебегали с места на место, едва касаясь девичьей кожи своими малюсенькими лапками.
Прежде чем Аркаша успела вобрать в себя воздух, чтобы в следующую секунду истерично заголосить, Шани, зевнув, вновь потянулась к книге и предупредила:
– Осторожно, они чувствительны и болезненно реагируют на отказ в общении.
– Я сейчас тоже очень болезненно среагирую, – еле ворочая языком, выдала Аркаша, краем глаза замечая, что пауки добрались до ее плеч и нацеливались на шею.
Сбоку появилось лицо Шани. Черные скорлупки глаз сверкнули недовольством.
– Уважай живых существ, – острые ноготки прочертили по Аркашиной руке невидимые линии, – и они будут уважать тебя.
Прикосновение маленьких лапок будоражило нервную систему. Один за другим пауки перебрались на подставленную ладонь Шани и скрылись в кружевах платья у шеи.
Почувствовав копошение в волосах на затылке, Аркаша медленно закинула руку назад и коснулась дрожащим указательным пальцем малюсенького мохнатого тельца. Дождавшись, пока щекочущие лапки переберутся на подставленный палец, она протянула паука Шани, которая успела присесть на скамью рядом с ней и теперь внимательно наблюдала за ее реакцией. К горлу подкатилась тошнота, лоб покрыла испарина. Аркаша крепко сжала губы, глядя, как паук, покинув ее палец, перебрался на ладонь, обежал запястье по кругу, сунулся в пространство между каждым пальцем и только потом удосужился переместиться на подставленную ладонь Шани.
– Хороший менеджер им не поможет. – Книга с грохотом упала на скамью между ними. – Посредственности. Да и организации никакой. Грегори зря теряет время.
Аркаша, убедившись, что ни одно черное мохнатое создание не собирается в ближайшее время снова прогуляться по ее телу, посмотрела в сторону площадки.
Интересная мысль. Среди всех диковинных созданий университета маги представляли собой, пожалуй, самый простенький и банальный вид. Наверное, для Грегори, как для мага, подобное осознание – ужасающее давление. Быть обычным среди уникальных – то еще счастье. Однако по нему нельзя было с уверенностью сказать, что сложившаяся ситуация его безумно угнетала. Юноша был словно тележка, к которой были привязаны разноцветные шарики. Удивительные, яркие, прекрасные. Но без тележки, удерживающей их веревочки, они бы гордо воспарили в небеса. Качались бы на облаках, предавались забавам с ветром, плыли и плыли в далекое никуда, пока ни застряли бы в проводах, ни наткнулись бы на острые ветки или ни потеряли бы остатки воздуха. Прекраснейшие воздушные шарики: демон, нефилим, дикий кот, а теперь и снежный мальчик, – Грегори, как надежная опора, бережно сохранял их целостность.
От философских измышлений Аркашу отвлекло легкое, но весьма болезненное дерганье за волосы. Шани, явно чем-то недовольная, растирала между подушечками пальцев Аркашины пряди, будто ожидая, что при должном ухищрении из них можно добыть огонь.
– Ты не сможешь быть менеджером. – Взлохмаченные пряди были возвращены владельцу. – И не подходишь на роль талисмана. – Шани надула щеки и отвернулась. – Слишком страшненькая.
«Вот спасибо. – Аркаша закатила глаза. – Это вдогонку тетиному «рыльцу», да?»
– Не согласен, – раздался голос над ухом девушки. Аркаша подпрыгнула на скамье. Перед ней на корточках примостился Роксан. И когда только успел подкрасться? Сложив локти на коленях, юноша с любопытством вглядывался в ее лицо. – Очень миленькая. Мне нравятся твои глаза. Как коричные палочки или сладкая шоколадка. А губки! Такие пухленькие, как...
– А ну сбрызни, Котяра. – Джадин, оттолкнув Роксана, шлепнулся на его место. – Хм-м. Ну не сказал бы. – Нефилим задумчиво почесал подбородок. – Не так уж все плохо, но лицо сегодня кривовато.
– Чего? – Пятерня Роксана врезалась в щеку Джадина, слегка отодвигая его в сторону. Золотистые глаза разочарованно оглядели Аркашу. – Действительно, чуть-чуть косая. Ай-ай!
Вопль был оправданно громким, потому что карающее ребро ладони Грегори, стремительно подскочившего к непутевым оценщикам, не знало пощады и добралось до каждого затылка.
– Идиоты! Она всего лишь скорчила рожу. – Грегори ухватил парней за шкирняк и резко дернул на себя. Ухнув в голос, нефилим и дикий кот повалились на спины, взметнув вверх подошвы кроссовок. – Это из-за ваших дурацких приставаний! А ты, Шани, держи своих пауков при себе.
– Им просто не хватает общения.
– Линси и Кюнехелму?
– Паукам!
– Не, мне тоже не хватает общения, – заявил Роксан и, закинув руки назад, оттолкнулся ладонями от пола, перекатился на корточки и водрузил локти на Аркашины колени. – Пообщайся со мной, Зефиринка.
– Какие же вы шумные. – Шани страдальчески прикрыла уши.
– Так и валила бы из секции. – Ровен подошел к Роксану и проделал тот же трюк, что и Грегори до этого, но с маленьким отличием: когда дикий кот с воплем упал на спину, водрузил на его грудь ногу в кроссовке, зафиксировав несчастного в лежачем положении.
– Тогда секция по чарболу потеряет всякую прелесть. – Шани отбросила золотистые косички за спину и надменно вздернула подбородок.
– Тогда тебе придется страдать на общей физподготовке. – Ровен не позволил возмущенно пищащему Роксану подняться. – А не просиживать зад на скамейке, почитывая слезливую литературку.
– Твое мнение меня абсолютно не интересует, демон.
– А раньше она всех нас считала принцами своих грез. – Роксан, стараниями Грегори обретший свободу от кроссовка Ровена, поспешно поднялся на ноги. – И записалась-то в секцию в прошлом году лишь потому, что искала себе идеального принца.
– Помолчи. – Шани, раздражаясь, выпятила нижнюю губу.
– Вот только мы не оправдали ее ожиданий. – Ровен ухмыльнулся.
– Это очевидно, таких придурков еще поискать.
– Ну, пардон, красотка. На себя глянь. Тоже не образчик райского блаженства.
– Шарора… – начал было Грегори, но внезапно смолк.
Смачно ругнувшись, Ровен разжал руку, позволяя пойманной секунду назад книге упасть на пол.
«А кто метнул в демона книгу? – Аркаша захлопала ресничками, не понимая, почему все присутствующие одновременно уставились на нее. А Шани даже рот от удивления приоткрыла. – Неужто я?»
– Ах ты зараза! – взвыл Ровен, подкрепляя ее опасения.
– Эй, только не снова. – Грегори кинулся наперерез демону и пихнул его локтем в живот. – Уж извини, Шарора, но сейчас мне тоже очень хотелось кинуть в тебя что-нибудь тяжелое.
– Это карма, – под хихиканье Роксана глубокомысленно изрек Джадин.
– Я эту «карму» когда-нибудь в землю закопаю. – Алые демонские глаза недвусмысленно сообщали о жажде привата с юной девой. И желательно в компании с мачете.
– Прости, но я не позволю тебе сделать это. – Луми в своей обезоруживающе незаметной манере снова включился в перепалку, встав между Ровеном и Аркашей.
– Не боись, Снеговик, тебя я рядом с ней уложу.
– Твою ж, да заткнетесь вы когда-нибудь?! – вспылил Грегори, отталкивая Ровена в сторону. – О каком взаимодействии может идти речь, если вы грохнете друг друга еще до начала турнира?!
– А я говорила, что они безнадежны, – влезла Шани.
– Ты тоже помолчи. От вас всех толку меньше, чем от Плюх Плюхича.
«Кого?»
Шорох за спиной Аркаша услышала слишком поздно. Какой-то предмет ударился об ее плечо, скатился по сгибу руки и остановился на коленях. Вытаращенные глаза с синеватыми прожилками на белках, сероватая кожа с желтыми вкраплениями, длинные спутанные волосы оттенка застоявшейся сладкой воды. Голых ног коснулись холодные ошметки с багровыми краями, торчащими на месте предполагаемой шеи. Но самой шеи не было. Была только голова. Оторванная.
