![](/files/books/160/oblozhka-knigi-agentstvo-quotdrugaya-storonaquot-si-271499.jpg)
Текст книги "Агентство "Другая сторона" (СИ)"
Автор книги: Карен Витаминов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
Адальби снова молча поклонился.
– А теперь, – продолжил князь, – я прошу вас, как нового главу семьи, предоставить артефакт, известный как "нос оборотня" во временное пользование Михаила Пожарского.
– У меня нет возражений, господин, – Адальби вынес из слов князя главное для себя, а что за это пришлось отдать ценную вещь – не показалось ему высокой платой.
– Тогда я вас больше не задерживаю. Через неделю предоставите моему новому заместителю, Евгению Федосееву, отчет о нынешнем состоянии клана.
Адальби поклонился, и, сопровождаемый пристальным взглядом одного из охранников, вышел из кабинета.
– Михаил, заберите статуэтку и постарайтесь ее сами не потерять, – вдруг усмехнулся князь. – Признаюсь вам, что в произошедшем есть немалая доля моей вины. Несколько недель назад я приказал Одоевскому найти для вас такой артефакт. А он банально не справился. Единственный, доступный ему, оказался собственностью клана Хачировых, входившего в его сферу ответственности.
Мещерский недобро скривился, немного помолчал и продолжил.
– И болван, решив, что уважение инугами, то есть собак-оборотней, – чуть замявшись, поправился князь, ему важнее, велел им статуэтку пока спрятать. Он предполагал, что убьет двух зайцев – и псам покажет свою заботу, и вам достанется невыполнимое задание. Одоевский не верил в перспективность вашей работы, и очень хотел доказать мне, что возглавлять агентство должен его протеже. У меня были подозрения, но тем интереснее показалось дать вам возможность проявить себя.
– А откуда в этой истории взялись псы-боевики? – я все же рискнул задать начальству неприятный вопрос.
– Эксцесс исполнителя, – вздохнул Мещерский. – За который я, собственно, Одоевского и сослал на Камчатку. Глава псов взял на себя заботу о нескольких дальних родственниках, бежавших от разборок белорусской нечисти. Хорошо вооруженных и откровенно бестолковых парнях. И мой бывший заместитель умудрился об этом не знать. Что характерно, вместе с моим пять минут как бывшим начальником службы безопасности – но на его счет у меня есть другие, куда менее приятные подозрения.
– Надо полагать, он вас и насчет планов и местонахождения напавших на нас псов дезинформировал? – предположил я.
– Именно. – Мещерский поморщился, а мне показалось, что в помещении стало заметно жарче.
Алиса как-то рассказывала, что князь Дмитрий Мещерский, один из сильнейших магов России, носит титул "познавшего пламя". Злые языки, правда, утверждали, будто на самом деле причина появления титула в том, что для его получения пришлось соблазнить могущественную огненную элементаль, духа стихии. В любом случае, его отношения с этой стихией были уже даже не магией, а родством. Что иногда было очень заметным, примерно как сейчас.
– Простите, отвлекся, – князь заметил, что с нами что-то не так, и в кабинете вновь стало прохладно. – Михаил, вы ведь понимаете, зачем я вам все это рассказываю?
– Полагаю, да, – в самом деле, я успел сделать пару выводов и мне было интересно, насколько точными они оказались.
– Госпожа Хагуя, – Мещерский внезапно перевел взгляд на вздрогнувшую волчицу, – вам понравилась ваша работа?
– Конечно-конечно, – испуганно закивала Мегуми. – Я не ожидала, что обо мне будут заботиться, и могла только надеяться, что стану полезной.
– Это хорошо, – маг вдруг нахмурился. – Ненавижу, когда девочек обижают.
Он снова повернулся ко мне.
– Я сделал выводы. Теперь вы будете подчиняться лично мне, без промежуточных звеньев. Хозяйственные вопросы можно решить через секретаря, а при необходимости силовой поддержки – запрашивайте боевую группу. Катерина в последнее время скучает, – князь неожиданно улыбнулся.
– Я понимаю цену вашего доверия, – сказал я именно то, что от меня ждали. – И приложу все усилия, чтобы его оправдать.
– Рад слышать, – кивнул мне руководитель. – И не забудьте статуэтку!
На негнущихся ногах мы с Мегуми покинули бывший кабинет Одоевского. Внизу нас снова встретила Катерина. Бант в ее волосах, как мне показалось, жил своей жизнью, иногда пульсируя и пуская искры.
Девочка поймала мой взгляд и озабоченно провела рукой по волосам, отчего бант стал вести себя, как и полагается предмету одежды.
– Я рада, что вы с папой договорились. И мы теперь иногда будем вместе играть. То есть работать, я хотела сказать, – поправилась она.
Меня эта оговорка насторожила, но я промолчал, подчиняясь внезапно острому взгляду Мегуми.
– Конечно, милая – улыбнулась волчица. – Заходи к нам в гости. Если мы все не будем очень-очень заняты, то с удовольствием с тобой поиграем.
– Ой, здорово! – Катерина хлопнула в ладоши. – Вот только у папы разрешения надо будет спросить. А там все такие милые, как ты, сестренка?
– Ну я даже не знаю, – игриво протянула Мегуми. – Там есть тётя Света, она хорошая, правда – привидение. И тётя Иванна, волшебница. Она, думаю, с удовольствием с тобой поиграет.
Отчего-то мне вдруг послышались в голосе волчицы мстительные нотки, но уточнять я не стал. В конце концов, маленькие дружеские розыгрыши только укрепляют отношения в коллективе. Ну, мне так кажется.
Девочка сосредоточилась, прислушиваясь к голосу в наушнике.
– Там машина за вами. Новая, невзорванная, – зачем-то добавила она. – Так что вам пора.
Дверь бывшего дома Одоевского захлопнулась. Первое для нашего агентства дело было закрыто.
– Шеф, вы помните о наших планах на вечер? – волчица вырвалась чуть вперед, а потом развернулась и посмотрела мне в глаза.
– Конечно, Мегуми, – вздохнул я. – Как же я могу о таком забыть.
Обрадованная волчица побежала к машине, а я неторопливо шел за ней следом, на ходу пытаясь придумать, как же мне правильно поступить. К счастью, время еще было.
Полумрак, играет медленная и печальная музыка, напротив меня сидит девушка в вечернем платье и чуть смущенно улыбается, а в глазах у нее играют смешинки. Да, по мне видно, что в таком месте я чувствую себя неуютно. Причем видно даже Мегуми, опыт которой в таких вещах явно невелик.
Дежурный комплимент – мне действительно понравились ее сережки – ситуацию нисколько не исправил. Зато дело улучшил бокал красного вина. Не то чтобы я в нем разбирался, но выбор на вкус сомелье оказался достойным. По крайней мере, я перестал постоянно одергивать на себе пиджак, да и Мегуми, чуть расслабившись, облокотилась на спинку стула.
Мы молчали – но тишина не была неловкой. Просто слишком много произошло за сегодняшний день, и сама возможность спокойно посидеть, посмаковать вино и насладиться ужином в хорошей компании была очень ценной.
Я покрутил бокал в руке и посмотрел сквозь него на волчицу. Мегуми сегодня открылась с неожиданной стороны. Возможно, неожиданной и для неё самой. Сначала расчетливая ярость в бою, потом спокойствие в разговоре с заоблачно высоким начальством, и, наконец, с легкостью найденный общий язык с взрывоопасной приемной дочерью князя Мещерского.
Едва ли неполные три дня, проведенный в нашей компании, могут так сильно и резко закалить характер хронически неуверенной в себе и откровенно запуганной девушки. Хотя, конечно, угроза жизни, схватка плечом к плечу с верными соратниками и успешно решенное дело многое меняют. Но, полагаю, дело не в этом. Просто все, что сегодня случилось, не относится к вещам, которых Мегуми привыкла бояться или стесняться. И, значит, волчица так и остается для меня загадкой.
– Потанцуем? – вопрос застал меня врасплох.
Видя мою заминку, девушка тихо хихикнула.
– Не надо так переживать, я тоже не умею, – она опустила глаза, а потом протянула мне руку. – Но уж очень хорошая музыка.
Это она так зря про "тоже". Практики у меня не было много лет, но некоторые вещи забыть просто нельзя. Когда-то ведь я ухаживал за ее ровесницами. И что девушкам нравятся ребята, которые хорошо танцуют, я тогда хорошо знал.
Последний приступ смелости объяснялся просто – вино подействовало на Мегуми гораздо сильнее, чем казалось. Видимо, сказывалось всякое отсутствие опыта. Но сверкающие глаза и немного смазанная пластика движений говорили сами за себя. Чаще всего именно немного выпив, мы отпускаем привычные тормоза и становимся более похожи на себя настоящих. Выпускаем наружу того, кто живет у нас в голове за глазами, того, кем мы себя ощущаем вне навязанных снаружи правил, привычек и способов поведения.
Мы кружили в танце едва ли не полчаса, а потом, притомившись, снова вернулись за столик. На этот раз я сел не напротив девушки, а рядом с ней. Чистая, незамутненная радость в ее глазах сменилась явно читаемым вопросом. Словно почувствовав мои колебания, Мегуми хотела что-то сказать, но не смогла произнести ни слова. А потом вдруг безнадежно разрыдалась, уткнувшись головой мне в плечо. Я растерянно гладил волчицу по волосам и совершенно не понимал, что же мне делать дальше.
Не знаю, сколько мы так сидели. Но в какой-то момент девушка прекратила плакать и посмотрела на меня откровенно больными глазами.
– Мне надо привести себя в порядок, – шепнула она и удалилась в сторону дамской комнаты.
Меня хватило только на одну мысль, показавшуюся удачной.
– Алиса, что мне делать? – похоже, мой несчастный голос в телефонной трубке здорово удивил дочь. – У меня тут девушка в ресторане сначала добрых полчаса плакала на плече, а теперь вот пошла умываться.
– Из твоих, да? – моментально ухватила мысль Алиса. И, похоже, она знала о моих подопечных заметно больше, чем я успел рассказать. – Папа, ты безнадежен. Но ничего, вези ее к нам, попробую помочь.
Я поблагодарил дочь и, рассчитавшись, остался ждать Мегуми.
Лицо волчицы было совершенно спокойным, а глаза сухими.
– Спасибо за вечер, Михаил Евгеньевич, – холодно сказала она. – И простите, если я позволила себе что-то лишнее.
Мегуми попыталась пройти к выходу, но обернулась, когда я начал говорить.
– Постой, – мой голос внезапно осип, и, похоже, именно это привлекло ее внимание. – Я хочу познакомить тебя со своей дочкой. Поедешь со мной прямо сейчас?
– Конечно, поеду! – от всей напускной холодности не осталось и следа.
Все-таки она еще очень молодая. Но именно эта прямота и искренность так здорово в ней привлекают. Хотя и пугают – но в этот раз смелости мне хватило.
Всю дорогу, к счастью, недолгую, мы молчали. А стоило выйти из машины и зайти в дом, как на нас налетел жизнерадостный вихрь по имени Алиса.
– Ты ведь у папы работаешь, да? – затараторила дочь. – Пойдем ко мне, я тебе такого расскажу!
И потащила растерянно оглядывающуюся Мегуми за руку к себе в комнату. Умеет она играть, ничего не скажешь.
– А ты иди спать и не показывайся нам на глаза, – шепнула мне Алиса.
И продолжила громко, уже в адрес волчицы:
– Папа к нам позже присоединится, у него голова кружится, – и повелительным жестом отправила меня прочь.
Я пожал плечами и поплёлся на "свою" половину дома.
Утром, благо был выходной, я выбрался на кухню ближе к десяти утра. Алиса уже была там, колдуя над микроволновкой.
– Ну как? – почему-то шепотом поинтересовался я.
– Папа, ты балбес, – широко улыбнулась дочь. – Впрочем, тебе это наверно уже говорили. Но все будет хорошо, честное слово!
– А подробности? – такой ответ здорово расшевелил мой любопытство.
– А подробностей – не будет! – Алиса улыбнулась еще шире, чем-то напоминая теперь Чеширского кота. – Так что придется тебе поверить мне на слово.
Конечно, я поверил. А что же мне еще оставалось. И как показало время – совершенно правильно сделал.
Интерлюдия 1.
Для середины октября день выдался неожиданно теплый. Поэтому, когда я предложила вернуться в офис не напрямик, а через парк, то Миша не стал возражать. В самом деле, после переговоров с очередным заказчиком, проявившим редкую даже для нечисти неадекватность, было очень здорово полчаса погулять на свежем воздухе. Да и возможностью подольше побыть в обществе моего ненаглядного начальника тоже не стоило пренебрегать. Он рассказывал мне интересный случай из своей богатой практики, но вдруг, оглядевшись, остановился.
– Хочешь мороженого, Мегуми? – внезапно предложил он.
– Конечно! – мороженое я всегда люблю, а в такой день оно особенно в радость.
– Тогда побежали! – вдруг подмигнул мне Миша и помчался к лотку торговца.
Такой он смешной все-таки – и когда пытается быть серьезным, обучая нас своему ремеслу, и когда вдруг так начинает дурачиться. Алиса много хорошего рассказала о своем отце. Она хорошая, очень на него похожа, пусть и не хочет почему-то в этом признаваться. Я глупая тогда была, а вот теперь и о себе много поняла.
Только надо догонять же! А то совсем уже оторвался, быстрее меня, настоящего японского волка бегает!
Но до лотка с мороженым Миша не добежал. Остановился рядом с плачущей девочкой и озабоченно прислушался. Послушаю и я.
– Я не пооомню, – рыдала кроха. – Она наверно обиделась и ушла от меня!
– Ну и где теперь мы будем искать твою куклу? – всплеснула руками пухленькая женщина, как видно, мама.
Миша вдруг присел на корточки рядом с девочкой.
– Привет, что у тебя такого случилось, может я смогу помочь? – спросил он.
Девочка озадаченно уставилась на серьезно заговорившего с ней высокого седого мужчину и от неожиданности даже перестала плакать.
– Мы с Молли, моей куклой, играли в чайный домик. А потом она наверно обиделась, и больше не хочет со мной играть.
– А вы здесь, в парке играли? – уточнил шеф.
– Да, только мы доиграли, а ушла она уже потом – похоже, девочка снова собралась плакать. – Не надо было мне заставлять ее допить весь чай.
– Знаешь, я могу помочь твоей беде. Позову собачку, и она попросит Молли вернуться. Собачка хорошая, Молли ее обязательно послушается!
– Правда? – обрадовалась девочка. – Тогда помогите, пожалуйста!
Миша подмигнул мне и принялся успокаивать уже маму крохи, которую случившийся диалог вогнал в легкий ступор. Он такой, умеет и шокировать, умеет и успокоить. Хотя, конечно, до дочки ему далеко. Мужчины, что с них взять.
А я, спрятавшись за ближайшим кустом, благо никто в мою сторону не смотрел, перекинулась в звериное обличье. Схватка двухнедельной давности пошла мне на пользу – теперь не надо одежду снимать, она вся со мной остается. Такое наглядное подтверждение моей силы в очередной раз улучшило настроение.
Теперь надо подойти к девочке, понюхать, и пойти искать. Благо мой нюх, и без того волшебный, теперь усилен специальным артефактом. Тот еще лучше оказался, чем я думала: не только в человеческом облике позволяет хорошо все чуять, но и в зверином я теперь гораздо больше могу. Главное кровью не забывать делиться, но это уже не так пугает, как в самый первый раз.
Не так уж много мама с девочкой прошли. Вот лужайка, где они чай пили, долго они тут сидели, вот они останавливались у пруда, а вот лавочка, где девочка отчего-то задержалась. Ага, и кукла тут же! Светловолосая такая, Алису напоминает.
Надо бы к ней в гости как-нибудь зайти. Очень помогла она мне. Главное, сама ведь толком не расспрашивала, знает правила, только о жизни своей говорила, как они с отцом все эти годы жили. Я ведь чем-то в этом плане на нее похожа. Только у них по-другому все. Миша ведь папу мне напоминает, и желания вызывает чем-то похожие, частью стыдные, частью страшные. Папу я люблю, тут спора нет, но ведь оказывается все по-другому бывает.
И самого Мишу я лучше поняла. Дочь-то у него есть, умница и красавица, и если я на нее похожа буду, то и будет он во мне девочку-несмышленыша видеть. А ему спутница и соратница нужна. Настоящая волчица. И вот, Алису послушав, могу себе признаться, что настало время перестать быть дочерью, и стать собой. Демоном, оборотнем, нечистой силой, женщиной. Пройти до конца тот путь, что начала, выпрыгнув из окна своей спальни вечером в первый же день работы. Не успей я тогда – и всё по-другому бы было. А Алиса обещала мне помочь, папино-то одиночество ее саму волнует.
Ага, девочка заметила собачку, которая аккуратно, за краешек платья, несет ее ненаглядную куклу.
Мама, правда, нервничает немного – видимо, японский красный волк на картинках ей попадался.
– А вот и Молли вернулась, – успокаивает всех Миша. – Я же говорил, собачка – замечательная. Самая лучшая на свете!
Как же здорово, когда таким вот маленьким делом можно сделать чуть лучше весь мир вокруг себя. Девочка с восторгом прижимает к себе куклу, а Миша так улыбается, как будто я луну с неба принесла.
И еще он назвал меня самой лучшей. Буду стараться соответствовать!
Часть 2. Головная боль
Когда у тебя третий день из-за перемены погоды ломит виски, то пустое и слегка остекленевшее выражение в глазах коллеги совершенно не удивляет. Сам в зеркале вижу точно такое же. И самый логичный ответ на бормотание «чтоб она провалилась куда-нибудь, эта голова» – протянуть страдальцу начатую пачку болеутоляющего.
Спустя несколько секунд я замер, осознав, кому именно протянул таблетки.
– Спасибо, шеф, выручили, – простонал Костя, и, к моему удивлению, заглотил сразу несколько штук.
– Возможно, фантомные боли, – пояснил он. – Вроде бы не должно быть у моего нынешнего организма человеческих болячек, но вот накрывает иногда, особенно осенью. Таблетки поидее тоже бы действовать не должны – но почему-то помогают. Привычка, наверно.
Бесшеий немного ожил и нетвердой походкой зашагал в сторону приемной. Уже на пороге он оглянулся и смерил меня все еще немного стеклянным взглядом.
– Как думаете, шеф, получится из меня детектив?
– Пока все шансы есть, – я покачал головой. – Работай, и все получится.
Неожиданный вопрос, конечно, он задал – но приступ мигрени с нашей самооценкой и не такие вещи может творить.
– Это радует. А то вот, – Костя понизил голос и что-то неразборчиво пробормотал, – уже не получился.
– Пойду проветрюсь немного! – уже громче добавил он, выходя за дверь.
Хотя мог бы и домой пойти – до конца рабочего дня оставалось буквально полчаса. Сам я пока что старался соблюдать назначенный график. Но вот того же Ярослава сам недавно выпроводил домой. Но ему еще не близко, а я все пешком хожу.
Мегуми и Иванна ушли еще днем по делам – разыскивать украденный кошелек посетительницы магического салона. Странная женщина почему-то в полицию обращаться не стала, бросив гадалке "ну вы же маг, вот и разберитесь". А та, пусть и действительно владела несколькими деревенскими гадательными приемами, мастерство поиска все же не освоила. Зато, как многие "официальные" маги города, знала, куда в таких случаях обратиться. Я бы волчицу и одну отпустил, но Иванна попросила разрешить и ей тоже поучаствовать. Видимо, волшебница наша хочет посмотреть, чем другие живут, кому нормальной работы не досталось. Не могу ее винить – заработки там получше нашего, а вот силой дара эти гадалки ей и в подметки не годятся.
Что поделать – людей со слабенькой искрой магического таланта не так уж и мало. Но среди них тех, кто на самом деле на что-то способен – единицы. И способности свои в зарплату конвертировать даже у них не всегда получается. Зато не так обидно мешать свой дар с яичницей.
Василий тоже отсутствовал – но по другому делу. Так что в конторе оставались только мы с привидением. Светлана отвлеклась от монитора и смерила меня сочувственным взглядом.
– Шеф, вам бы тоже к дому. Если уж у нечисти голова болеть начинает – то что уж о вас-то говорить.
Чуть подумав, я с ней согласился. Из-за вечного зимнего времени уже начинало темнеть, так что шел в сторону своего жилья я уже в сумерках. Когда на вечно тихой окраинной улице раздался рык мотоциклетного двигателя, отдавшийся в ушах глухими ударами, я вполголоса пожелал неизвестному гонщику немедленной мучительной смерти. Выговорившись, я поднял голову, стараясь разглядеть, не знакомого ли кого принесло.
В полумраке толком ничего увидеть не удалось – но я готов был поклясться, что головы у изящной фигуры в алой дорожной куртке не было. Пока я протирал глаза – мотоциклист скрылся за поворотом.
"Ничего себе, пожелал" – сумбурно подумалось мне. – "Или это уже с работой нынешней мерещиться стало всякое".
Впрочем, и знакомые гонщики тоже мне встретились – от нашего дома как раз отъезжал дочкин ухажер со своей компанией.
– Эй, Тимофей, – я решил подразнить паршивца, – а безголовый тут катается не из вашей компании?
Я готов был поклясться, что парень вздрогнул, как и еще несколько ребят и девчонок неизвестной видовой принадлежности из той же команды. С ними никогда не разберешь – то ли нечисть, то ли юные колдуны и ведьмы, то ли просто эпатажная молодежь.
– Нет, дядя Миша, таких у нас точно нет. Вы где его видели?
– Да вот буквально минут пять назад мимо проехал. Точно не ваш? – внезапно повеселел я.
– Точно-точно, – Тимофей переглянулся со своими. – Поедем-ка мы лучше, по домам нам пора.
И укатили в сторону заката, как мне показалось, несколько осторожнее обычного. Я только вздохнул – после таких вот визитов дочь обычно принималась чудить.
Дома витала тяжелая и настороженная атмосфера. Алиса смотрела исподлобья, словно пытаясь что-то прочесть не моем лице. Надо отдать ей должное, сперва все-таки она покормила меня ужином. И только потом упрямо уставилась на меня.
– Папа! Ребята позвали меня с ними на выходные в их мотоклуб за городом. Я поеду с ними!
"Как же она на мать-то похожа", – пронеслась у меня в голове дурацкая мысль.
Дочь требовательно смотрела на меня, а я все тянул время. Страшно захотелось курить. Конечно, я знал, что этот момент настанет. Понимал, что сдерживать подростка – примерно как вычерпывать воду решетом. Тем более, мою Алису, с ее-то характером. Но вот компания мотоциклистов, обязательный на таких встречах алкоголь – и моральный облик юных девушек плохо сочетаются. Даже если эта девушка – начинающая волшебница, уже сейчас способная с легкостью охладить пыл пары-тройки недружелюбных типов.
Но и стать душителем первой любви тоже не хотелось. Доверие между родителями и подростками – хитрая штука. Слишком тонкая. Дочь может за себя постоять. Дочь отправляется в знакомую мне компанию. Дочери, наконец, все же настало время взрослеть.
– Нет, – негромко ответил я. – С ночевкой я тебя к ним не отпущу. Если уж так хочется – вечером заберу, а утром отвезу обратно.
Она меня даже не дослушала. От всплеска чистой силы взорвался десяток лампочек, а сама Алиса, прыгая через ступеньки, унеслась наверх в свою комнату.
Даже спустя несколько часов тупого смотрения в телевизор сон все не шел, и я разрешил себе выкурить одну сигарету из старых запасов. Дым не развеял сумрак на сердце, но привычные механические действия немного успокоили. И я нашел свою часть ответа. Я просто не доверял Тимофею. Не из-за того даже, что он относился к нечисти неизвестного мне вида. А просто этому парню не хотелось доверять – выработанное за годы службы чутье не давало покоя. Сомневался я в его больших и чистых чувствах к моей дочери.
Да и с самой Алисой все было не так уж гладко. Непонятно, чего там больше – увлечения, или вполне понятного подросткового желания расшатать свою клетку.
Все может быть – и я путал свою интуицию с банальными страхом и ревностью. Но на душе стало немного легче. Алиса меняется, и все следующие годы мы мучительно будем искать новое равновесие. Если она так же умна, как мне хочется верить, и не успеет наделать непоправимых глупостей, то рано или поздно все наладится. Главное помнить, что мы этих странных существ все-таки любим.
Отправив дотлевшую до фильтра сигарету в урну хитрым щелчком, я, наконец, пошел спать.
Спал я отчего-то плохо. Снилась всякая дрянь – то с Алисой, убегающей от безголового мотоциклиста с явными чертами Кости, то подвал банды Красного глаза, то какие-то дикие собаки на залитой лунным светом пустоши.
К тому же, здорово проспал. Наспех позавтракав, побежал на работу -совершенно не дело подавать ребятам дурной пример. Все равно опоздал, правда – но не настолько, чтобы хоть кто-то обратил на это внимание. Начальство, в конце концов, имеет полное право хотя бы вот за пирожками для всех в булочную заглянуть.
Сразу за мной в дверь влетел запыхавшийся Василий.
– Шеф, у меня паршивые новости, – с порога начал он, – в городе появился безголовый мотоциклист!
– Что это значит, и почему это должно меня волновать? – наработанная годами привычка не удивляться взяла свое.
– Ну, как же, – удивился стажер. – Значит, теперь точно всякая дрянь происходить будет.
– Ты, часом, японских мультиков не насмотрелся на ночь? – поднял я бровь.
– И впрямь, это ведь вообще не наша нечисть, – неожиданно поддержала меня Светлана. – Шансы на его появление у нас невелики, а уж про возможные проблемы и говорить не приходится.
– Да, вот, ребята видели, – сбивчиво забормотал Василий. – Они, конечно, те еще разгильдяи, но фантазии лишены напрочь, зуб даю.
Немного покопавшись в недрах поисковика, Светлана подтвердила свои выводы:
– Безголовые призраки вообще для Японии больше характерны. У нас вон только Костя есть, но его голова, пусть на плечах и некрепко сидит, но все же при нем. А мотоциклиста так и вовсе только в Штатах видели. Но ты прав, ситуация в городе может сильно осложниться, если твоим мифическим знакомым не примерещилось, – озабоченно добавила она несколько секунд спустя.
– Не примерещилось, – буркнул я. – Я тоже его видел. И дочкин ухажер, узнав об этом, как-то очень резво дал дёру из нашего района.
– Так надо ловить! – в запальчивости стажёр хлопнул в ладоши.
– Тихо всем! – пришла пора наводить порядок, а то на шум из общего зала подтянулись и остальные. – Значит, безголовый призрак у нас есть. Сообщаем начальству, и возвращаемся к текущим делам. Мы не армия, не полиция, а всего лишь детективное агентство. Вот спустят сверху указание – тогда и займемся розыском. Но как по мне – пусть его лучше боевая группа князя Мещерского ловит, если там такой неприятный тип.
Я прошел по кабинету, смерив взглядом свою команду. Ребята пока что горели энтузиазмом, что невероятно меня радовало. Впрочем, излишнюю инициативу тоже нужно иногда гасить – просто, чтобы люди не перегорели.
– Светлана, докладывай руководству по форме два. – И подмигнул притихшим подопечным, – Чует мое сердце, еще придется нам этого персонажа ловить. Но лучше – в хорошей компании!
Формально аналитическую работу на нас никто не возлагал. Но начальство было достаточно умно, чтобы понимать – с такой деятельностью к нашим рукам неминуемо будет прилипать немало самой разной информации. И точно так же оно прекрасно понимало, что часть мы зажмем для собственных нужд, но оставшегося – или бесполезного, или просто опасного – может быть достаточно много.
Для этого и существовала та самая "форма два" – отчет о потенциально интересных фактах и событиях. А там уж пусть аналитики князя думают, как этими сведениями воспользоваться.
Привидение послушно начала составлять текст доклада, а я решил выйти во двор немного перевести дух. Но в дверях наткнулся на девушку в белоснежном наряде – нас снова посетила Юлия.
После того дурацкого дела с ее неудачливым ухажером она стала у нас частой гостьей, но обычно заглядывала она обычно вечером после службы – поговорить со Светланой обо всяком разном. Кажется, даже раз или два зазывала вместе посидеть в ресторане, но привидение всякий раз находила повод отказаться. Покинуть наш дом она могла, но, как признавалась, это доставляло ей некоторый дискомфорт. Вроде постоянного писка в ушах и легкого головокружения, как она выразилась.
А вот в рабочее время Юлия уже давно не заходила.
– Ой, Михаил, как хорошо, что вы здесь. Мне срочно нужен мужчина! – выпалила она.
– Выбирайте, – я широко улыбнулся и показал на себя, Костю и Ярослава. Василий же от моего жеста увернулся, запрыгнув за стол Светланы. Мне показалось, что его волосы встали дыбом.
– Я же совсем не то имела ввиду, – Юлия смутилась. – Тут какое дело. Ко мне тут делегация из Кореи приезжает, а директор наш, как назло, в отпуске. Корейцы же мужчин гораздо сильнее уважают, вот мне и нужен кто-нибудь для солидности. Посидеть, изобразить большое начальство – больше, честно-честно, ничего не требуется. Переговоры-то я и сама проведу, нужно будет только кивать в нужных местах и выглядеть серьезно.
– А почему именно мы? – поднял я бровь.
– Ну, я подумала, что вы точно сможете помочь.
Задача опять выглядела довольно глупо. Но мне чисто по-человечески было стыдно перед Юлей за наше прошлое "дело", да и вообще причин отказываться я не видел.
– Тогда тем более – выбирайте, – усмехнулся я.
– Ой, все такое вкусное, – вроде бы пошутила девушка.
Но потом уставилась на нас троих совершенно не вяжущимся с ее обычно легкомысленным образом тяжелым, как будто бы заледеневшим взглядом. Я поежился, пытаясь сбросить с себя наваждение, и заметил, что Косте тоже стало немного не по себе.
– Ярослав, извините, на большого начальника вы не очень похожи.
Старый друг только хмыкнул, но ничего не сказал.
– А вот вы, Костя, вполне подойдете. Несмотря на молодость, если делаете серьезное лицо – очень даже попадаете в нужный образ.
– Так это ж костюм надо надевать, – неуверенно протянул бесшеий. – А тут проблемы могут быть, я же не просто так и в помещении шарф ношу.
– Старая травма? – перебила его Светлана. – Да ничего страшного! Как раз, знаете, есть такой типаж директора по развитию, и вы отлично смотреться будете.
– А я не гожусь? – чуть обиженно переспросил я, и сам удивился своей реакции.
– Михаил, вы самый лучший, – почему-то без улыбки посмотрена на меня Юля, и я вновь поежился под ее ледяным взглядом. – Но, боюсь, у вас сегодня важное дело будет. А вот Костю я отвлечь не стесняюсь. Оплата по часам по прежней ставке?
Дождавшись моего подтверждающего кивка, она потащила немного растерянного бесшеего за собой, на ходу что-то шепча ему на ухо.
А я отправился в свой кабинет – собирать ценную информацию.
С легкой руки несколько расслабившихся администраторов князя Мещерского наша локальная сеть была частью более крупного общего домена. И, как удалось почти случайно узнать, наши учетные записи были едиными на всю его необозримую организацию. При этом мне, как руководителю структурного подразделения, полагался очень сильно расширенный доступ.
Да, в нашей маленькой сети смысла в этом не было. Но зато у меня была Светлана, способная добраться гораздо глубже, туда, куда нас всех пускать изначально скорей всего не предполагали. И вот уже там была защита посерьезнее, требовавшая или хакерского мастерства, или серьезных полномочий. А они-то у меня уже были.
Инерция мышления, или маленькое испытание на наглость? Не знаю, но вот желание немного поискать полезные сведения у меня возникло, пусть и далеко не сразу. Сперва я решил разобраться с личным вопросом – выяснить наконец, что знают аналитики князя об ухажере моей дочери.