![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vozvraschenie-k-zvezdam-si-340366.jpg)
Текст книги "Возвращение к звёздам (СИ)"
Автор книги: К. Лопухов
Жанр:
Космическая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
Экипаж, утомлённый событиями, впечатлениями и заботами первого дня полёта, спал. Бодрствовали, согласно расписанию, двое вахтенных: сам командир и Лена. Влад решил не терять время и посвятить, чего уж греха таить, изрядно скучное время вахты дополнительному образованию своей подчинённой и принялся объяснять девочке, сидящей на месте второго пилота, детали управления кораблём. Однако очень быстро заметил, что она слушает его невнимательно.
– Засыпаешь? – спросил он.
– И правда устала, – непроизвольно зевнув согласилась Лена.
– Потерпи, ещё пол часа и сменимся. А Сапфира с тобой?
– Конечно!
Лена погладила сидящую у неё на плече невидимую драконицу.
– Знаешь, мне иногда кажется, что я вижу какую-то тень… Словно мелькает вокруг тебя. Когда ты сбоку, а я смотрю куда-то ещё. А если начинаю присматриваться, то ничего нет.
– ВМ говорил, что так и бывает, когда начинают видеть таких… Как их Аскар называет? Албасты?
– Ага. Ладно, подреми.
– А ты?
– Я привычный.
Влад осторожно взял Лену за руку. Она благодарно кивнула и прикрыла глаза.
Москва, приёмная КГБ СССР по Москве и Области, утро 14 июля
Молодой и вежливый лейтенант пригласил Игната в кабинет, включил компьютер, подвинул к нему микрофон и сказал:
– Извините, Игнат Фёдорович, но по каждому обращению мы обязаны вести протокол. Вы готовы передать нам ваше сообщение?
– Да, конечно.
– Тогда ещё раз, где вы работаете?
– Я ведущий инженер КБ номер 410, это мы сделали орбитальный танкер возле Луны и сейчас делаем такой же на околоземной орбите. Мой отец, Фёдор Михайлович Ковалёв, был одним из космонавтов, спасшихся с нашей лунной базы Федерация.
Игнат говорил спокойно и чётко, потому что успел хорошо продумать своё выступление.
– Это имеет отношение к тому, что вы собираетесь сообщить?
– Непосредственное. Дело в том, что эта та самая старая лунная база, куда сейчас летят пионеры!
– А! Та самая Первая пионерская экспедиция! Понятно. Значит ваш уважаемый родитель был там, когда в базу попал метеорит?
– Осенью 2071 года, незадолго до смерти, он рассказа мне, что никакого метеорита не было!
– А что же было?
– Дайте я расскажу по порядку! Отец рассказал мне, что по приказу с Земли группа из двух членов экипажа была направлена для обследования долины, прорезающей вал кратера. В расчётное время связь с группой прекратилась и больше группа на связь не выходила. Проводить спасательную операцию запретили с Земли. А через сутки после того, как у них должен был закончиться кислород, на базу кто-то напал. По крайней мере для оставшихся на базе это выглядело так.
– Это были американцы?
– Отец считал, что нет. Он думал, что это… чужие.
– А…
– Извините, дайте я закончу! Когда нападение прекратилось, они получили приказ с Земли срочно возвращаться, а после, на Земле, информацию о том, что там произошло на самом деле, засекретили и распространили легенду про метеорит. А там началась Всемирная Гражданская, всем стало не до космоса и отец боялся, что о настоящих событиях могут просто забыть. И вот сейчас к этой базе отправили экспедицию. Детей! А по телевизору говорят только официальную версию гибели базы. Я боюсь, что отец был прав и о том, что там произошло на самом деле действительно забыли. И дети могут столкнуться там, неожиданно для всех, с чем-то очень опасным. А там, между прочим, и американский школьник с ними летит!
– Хорошо. Я вас понял, – на лице лейтенанта не дрогнул ни один мускул. – Отец оставил вам какие-то записи на этот счёт?
– Да, конечно, – и Игнат выложил перед лейтенантом оставленную отцом тетрадь.
– Тогда сделаем так. Сейчас вы подпишете протокол, я заберу эту тетрадь и передам информацию руководству экспедиции.
–
[1] Ла-20-ЛП – Ла – НПО им. Лавочкина. И сегодня основной производитель отечественных космических аппаратов, 20 – номер модели в данном модельном ряду, ЛП – Лунный Пилотируемый.
[2] Как известно, для реактивного двигателя чем выше скорость выхлопной струи, тем выше его тяга на один килограмм затраченного топлива. Но, в то же время требуется больше мощности на каждый килограмм тяги двигателя. Для т. н. "химической" ракеты (например, сжигающей керосин и кислород) это не особо актуально, а вот для электро-реактивных двигателей (ионных, плазменных и т. п.) – существенно, так как им требуется электрический источник питания. И чтобы получить более-менее приемлемую тягу ионному, например, двигателю требуются совершенно немыслимые электрические мощности. Плазменный двигатель является компромиссом: там скорость выхлопной струи существенно выше чем у ракеты с химическим двигателем, что позволяет существенно экономить топливо, но требуемая для этого мощность не слишком велика.
[3] разгонялся с ускорением в одну сотую – 1/100 от g – ускорения свободного падения у поверхности Земли. Чуть меньше чем 10 см. в секунду за секунду. При этом кораблю для разгона до скорости полёта к Луне потребуется чуть меньше 10 часов.
Глава 13, в которой события на Земле закручиваются всё туже и туже, а на Луне продолжается размеренная работа. Хотя и юные космонавты уже поняли: что-то пошло не так…
Москва, кабинет начальника Приёмной КГБ СССР, 14 июля, ближе к обеду
– Товарищ полковник, – раздалось в трубке, – извините, что беспокою, но я не очень понимаю, что мне делать?!
– А что случилось.
– Приходил мужик, рассказывал об инопланетянах…
– Ну ты знаешь что с этим делать!
Все сообщения об НЛО полагалось без рассмотрения складывать в отдельный ящик, который, по официальной версии, раз в неделю вывозили на утилизацию. А на самом деле везли в Главное Управление КГБ по вопросам космической безопасности. Что бы там эти академики не вякали, но госбезопасность должна бдеть по поводу любых возможных угроз! Но лейтенант не унимался:
– Понимаете, случай очень необычный!
– Ну рассказывай, – с тяжким вздохом произнёс полковник и, чтобы ускорить процесс, принялся задавать наводящие вопросы: – Что за мужик?
– Ведущий инженер космического КБ…
– Настоящий?
– Так точно! Того, где делают орбитальный танкер. А ещё, папа у него был космонавт, один из тех, что спасся с базы "Федерация".
– Что за база?
Лейтенант кратко пояснил.
– Угу… Значит детишки туда летят… Папа у него настоящий? В смысле, космонавт.
– Так точно!
– Молодец! Ты, смотрю, уже всё проверил. Так где этот мужик видел зелёных человечков и при чём тут его папа?
– Да в том-то и дело, что видел папа!
И лейтенант пересказал полковнику историю, рассказанную Игнатом. Полковник резко посерьёзнел. Ксеносы[1] там, или кто, но если папа-космонавт прав, то могут быть большие проблемы. А поскольку информация прошла через Приёмную, проблемы будут и у него. Так что лучше сразу сделать так, чтобы проблемы просвистели мимо.
– Значит так, дорогой, скажу прямо, этот вопрос нам не по зарплате.
– Так что же делать-то?
– А делать следующее: пиши бумагу, в неё пиши всё, что мне рассказал про мужика. Что инженер настоящий, папа у него настоящий, в дурке не отме… А, кстати, в дурке он отметился?
– Никак нет!
– И это успел проверить! Молодец! Значит… даже в дурке не замечен. То есть источник вызывающий доверие… А вот эту фразу не пиши, пусть сами додумают! Прикладываешь к бумаге его тетрадочку, протокол и отсылаешь с фельдъегерем в Ордо Ксенос, – так на внутрикомитетском жаргоне называли Управление по космической безопасности. – С пометками "Срочно", и "Важно". У них там головы на эти дела повёрнуты, вот пусть и думают.
Кабина корабля Ла-20-ЛП, 14 июля, ближе к вечеру (по московскому времени)
Разгон давно уже завершён, скафандры сняты, пионеры вдоволь наигрались с невесомостью и сейчас осваивают "личное время", то есть изучают то, что не успели изучить, повторяют изученное…
Вот Джон, обложился документацией по бортовому ПО[2], подключил свой планшет к бортовой сети и что-то там выстукивает на виртуальной клавиатуре. При этом не забывает сверяться со своим штатным монитором бортового кибернетика-связиста, там тоже что-то набирает, сверяет ответы компьютера с документацией, делает пометки в тетради. Да-да, в обычной бумажной тетради в клеточку столь же обычным, прошедшим сквозь века простым карандашом.
Лена и Влад склонились над подробной картой места высадки и Лена даёт командиру краткий урок геологии Луны.
– Слушай, а почему "лунная геология"? Вроде в школе нам говорили "селенология".
– А ещё ВМ нам рассказывал о замшелых пнях из Академии… – комментирует вопрос Лена.
– А?
– Ну смотри. Сейчас мы изучаем Луну. Будет селенология. Будем изучать Марс, будет ареология. Для Венеры наверное, венерология[3]…
Влад сдавленно хрюкнул.
– …А когда займёмся астероидами нам что, для каждого булыжника свою логию выдумывать? Тем более, что основа-то везде одна…
Люся также сосредоточенно изучает. На экране её планшета устройство оранжерей "Федерации" и она тоже что-то записывает в тетради.
И только Аскар и Света спят. Им нести первую вахту после отбоя.
Кабинет начальника Сводной оперативной группы по сопровождению Первой пионерской экспедиции, здание ГУ КГБ по вопросам космической безопасности, утро 15 июля
Начальник оперативной группы, Макар Макарыч Макаров, смотрел на пришедшие к нему бумаги с явной неприязнью. С одной стороны, это, конечно, его прокол, что сами не отработали этот источник при подготовке к экспедиции. С другой, то что сообщал этот Ковалёв – явный бред. С третьей – это всё-таки космос, а там всякое случается. К тому же по результатам первичной проверки, сам Ковалёв получается источником надёжным. Ну или, как минимум, может и в самом деле располагать какой полезной информацией. Так что, как ни крути, а этот сигнал надо отработать. Прикинув, кто из его подчинённых сейчас занят меньше всех, он снял трубку и вызвал:
– Козлевич! Зайди-ка ко мне!
Уже через пять минут означенный Козлевич стоял пред строгие очи начальства и получал наставления, как занять своё рабочее время на сегодня:
– Значит тут, один мужик принёс информацию по нашей теме. Дичь, конечно, лютая, но с другой стороны, сам мужик серьёзный, потомок одного из космонавтов, которые на нашей базе работали. Так что ты возьми его материалы, посмотри, вдруг там есть чего полезное для ребят. Если найдёшь – сразу докладывай. А потом съезди, покопайся по архивам. Вдруг там что-то есть? Тогда такой бардак везде творился, дивизии забывали, а уж о космической станции и подавно могли.
Кабина корабля Ла-20-ЛП, 16 июля, ближе к вечеру (по московскому времени)
Расстыковка с лунным орбитальным танкером прошла в штатном режиме и корабль с вновь заполненными внутренними баками (которые составляли чуть больше половины всего его объёма) начал сложный манёвр смены плоскости орбиты и выхода на траекторию снижения. Экипажу, вновь облачившемуся в скафандры, предстояла весьма напряжённая и бессонная ночь которая должна была закончиться посадкой в заданном районе, уже ранним утром следующего дня. И ранним лунным утром.
– А знаете, – сказал вдруг Аскар, – мы ведь одни из последних, кто летает вот так, на одном корабле с Земли на Луну!
– Ну скажешь тоже! – возразил Влад. – Пока то ещё этот танкер построят!
– Ребята, вы о чём? – удивилась Люся.
– А ты не слышала? – удивилась Света. – Сейчас у Земли строят такой же танкер, как вот этот.
– Не такой! – возмутился Аскар. – Настоящий космопорт! Лапоть будет летать только до космопорта. Там все будут пересаживаться на специальную баржу до Луны, а здесь снова пересаживаться на посадочный модуль.
– А смысл? – спросила Лена.
– Ну как же! Чтобы лететь от Земли к Луне не нужна ни термозащита, ни посадочные устройства, да и с аэродинамикой можно не заморачиваться. Значит и груза можно взять больше, вместо всего этого. С Земли до орбиты наоборот, не нужен плазменный двигатель, реактор, например. Вместо них можно взять больше груза. Ну и с посадкой на Луну тоже, как-то так.
– Будет совсем так, как на поезде в Крым поехать, – с некоторым разочарованием вздохнула Света.
– Но это правильно, – подал свой голос Джон. – Прогресс идёт. Сначала летали с Земли напрямую, сейчас мы заправляемся тут и поэтому полёт дешевле. А так, будет уже регулярное сообщение. Можно будет строить тут гостиницы.
– Вот, американец! Сразу же бизнес придумал! – подколол его Влад.
– Работа такая! – гордо расправил плечи Джон.
– Кстати, вы обратили внимание, здешний танкер тоже достраивают до космопорта, – обратил внимание товарищей Аскар.
Все прильнули к иллюминаторам, разглядывая торчащие в разные стороны от орбитального заправщика строительные конструкции.
Кратер Страбон, посадочная площадка в двухстах мерах от корпуса базы «Федерация», кабина корабля Ла-20-ЛП, 17 июля, 8 часов утра (по московскому времени)
Короткий четырёхчасовой сон освежил ребят и они были готовы к трудовым свершениям. Однако прежде всего предстояла разведка. И как ни ценно было в их условиях ракетное топливо, но разведку поручили ракетному летающему дрону. Вернее Лене, которая этим дроном мастерски управляла. Вместе с ней к экрану склонился Джон. Влад поглядывал на это тесное сотрудничество с едва осознаваемым недовольством, но молчал. Работа же!
Через некоторое время Джон откинулся в своём кресле:
– Ничего не понимаю! Никакой пробоины нет!
– Может метеорит ударил рядом? – предположил Влад.
– Не было никакого метеорита! – решительно заявила Лена. – Если бы он ударил так, как написано в отчётах, вот здесь, – она покрутила одну из панорам, сделанных дроном и показала место маркером, – был бы кратер метр – полтора в диаметре.
– И что это значит? – задала очевидный вопрос Люся.
– Кто-то где-то накосячил, – рассеянно бросил Влад и тут же обратился к Джону: – Связаться с базой можешь?
Тот какое-то время стучал по клавиатуре, после чего сообщил:
– База поддерживает внешний радиоканал, но чтобы подключиться мне нужны коды. Я могу попытаться взломать, но проще сделать это изнутри.
– Внутрь нельзя… – отрешённо сказала Света.
– Почему?
Вопрос настолько висел в воздухе, что трудно даже сказать, кто его задал. Главный микробиолог экспедиции столь же отрешённо пояснила:
– Там наверняка сохранилась атмосфера, а значит пятьдесят… почти шестьдесят лет там шла эволюция, по крайней мере бактерий. Кто знает какие там штаммы появились? А у нас к ним нет иммунитета. К тому же, здесь повышенная радиация. У нас хорошая защита, а тогда такой ещё не делали. Значит мутаций там выше крыши.
– Так что же делать? – снова вставила своё веское слово Люся. Слова про эволюцию легли на благодатную почву и ей очень хотелось пошарить по тамошней оранжерее. Увы, будучи сама из юннатов, она прекрасно понимала, насколько её подруга права.
Все повернулись к командиру и тот после секундного размышления принял решение:
– Начинаем работать по программе. Аскар, Люся, выгружаете и разворачиваете базовый лагерь. Джон, Света, подходите к базе, осмотритесь, попытайтесь заглянуть в окна. Лена, у тебя есть щупы с камерами, чтобы заглядывать в трещины, там, в полости?
– Да.
– Выдай один, чтоб им до окон не тянуться.
– Пусть сами берут, они в багажнике.
Сказав это, Лена сбросила Джону номер погрузочного места.
– Джон! Постарайся получить телеметрию, но так, чтобы не разгерметизировать базу.
– Yes!
– Тогда приступаем! Группы работающие на поверхности готовятся к выходу. Первыми идут Джон и Света, Аскар с Люсей вторые. Лена, сколько ещё в дроне топлива?
– Семьдесят процентов.
– Отлично! Тогда осмотрим реактор. Джон! На всякий случай к реактору не подходите.
– Yes!
Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, 17 июля, 11 часов утра (по московскому времени)
Настало время очередного сеанса связи. Влад включил передатчик дальней космической связи и на экране появилась одна из аппаратных дальней космической связи в ЦУПе.
– Добрый день, Николай Николаевич! – поприветствовал он начальника экспедиции.
– Как у вас дела? – спросил Ник Никыч.
– Оборудование корабля работает штатно, начали работы по плану первого дня экспедиции. Но у нас есть важная информация. Относительно этой самой базы.
– Докладывай!
– Следов метеоритного удара на корпусе базы не обнаружено, признаков разгерметизации тоже. И вообще никаких внешних повреждений. По наблюдениям через окна, внутри сохранилась биосфера. Света считает, что входить внутрь базы нельзя, там могут быть болезнетворные бактерии, неизвестные штаммы. Джон считает, что база находится в состоянии стенд-бай, сейчас он пытается получить доступ к телеметрии.
– Вот как? Совсем никаких повреждений?
– Есть несколько царапин от микрометеоритов на внешнем кожухе, но это нормально, за столько лет. Нет, мы, конечно успели осмотреть очень бегло, в основном дроном, но большую дыру мы бы нашли. Ну и внутри есть воздух, там вообще полно всякой живности. Какие-то кустики по всем углам растут, мухи по окнам ползают. Если бы воздуха не было, там бы этого всего не было.
– Это точно… – задумчиво произнёс Ник Никыч. – А вокруг уже осмотрелись?
– Следов метеоритного удара достаточной мощности в радиусе двухсот метров от базы нет, – уверенно заявил Влад.
– Вот что! – Ник Никыч пришёл к какому-то решению. – Постарайтесь не затаптывать те следы, которые там остались. И зафиксируйте, по возможности, состояние базы на момент своего прибытия. Следы вокруг, состояние внешнего оборудования и инвентаря тоже зафиксируйте. Ну и вообще, всё что обнаружите.
– Есть!
– С реактором осторожнее.
– Обследовали дроном, повреждений нет, внешние излучения в норме, судя по температуре он тоже в стенд-бай. А дальше – нужна телеметрия.
– Это понятно…
– Джон говорит, что если у него будут коды доступа, он сможет вытянуть кое-что по радиоканалу. Так что если где-то что-то найдётся…
– Хорошо, напрягу наших. А у вас, есть готовая информация?
– Обижаете, Николай Николаевич! Первый пакет, согласно инструкции, готов к отправке!
– Хорошо, подключаем канал и передавай!
Москва, кабинет начальника сводной оперативной группы по сопровождению Первой пионерской экспедиции, сразу после обеда
– Козлевич! – рявкнул в трубку Макаров. Сейчас он был уже не так благодушен. – Ну что там у тебя?
– Работаю, товарищ полковник!
– И что наработал? Есть ценная информация? Этот космонавт что-то нужное написал?
– Ну… вроде у него там есть какие-то коды компьютерные, но…
– А чего молчишь? Тебе было сказано сразу мне докладывать?
– Виноват, товарищ полковник!
– Виноват, так исправляйся! Сейчас срочно перешлёшь эти коды начальнику экспедиции!
– Да, но я сейчас…
– Срочно, я сказал!
– Есть, товарищ полковник!
– Вот так! И что там в архивах?
– Ищу! Но тут и правда, такой бардак…
– Ускорить работу! Эти детишки никак не могут найти дырку от метеорита, так что похоже у нас и в самом деле недостоверная информация. Чуешь, что может получиться?
– Нехорошо получается… – согласился Козлевич.
– Вот! Я тебе ещё людей пришлю, так что вы там шерстите очень внимательно, ответственно, но при этом быстро!
Кратер Страбон, кабина корабля Ла-20-ЛП, вечер 17 июля
Кабина хоть и тесная, но конструкторы позаботились о некотором комфорте. А уж сейчас, когда все скафандры были сняты и поставлены в держатели шлюзовой камеры, а кресла экипажа развёрнуты так, чтобы образовать круг с небольшим столиком в центре, так и вообще можно было сказать, что тут очень даже комфортно. Ребята совмещали ужин и обсуждение прожитого дня. Первого рабочего дня экспедиции.
Влад уже успел сообщить, что на Земле сильно удивлены несоответствию реального состояния базы и официальной легенды.
– Как бы нас отсюда не сдёрнули… – задумчиво проговорил Аскар.
– С чего бы? – легкомысленно возразила Света.
Аскар принялся обстоятельно объяснять:
– Ну, во первых, здесь тогда произошло что-то очень нехорошее, если придумали про метеорит, а то, что на самом деле случилось, засекретили так, что аж забыли. Дальше, сама база для нас закрыта, так что вашу часть сразу списываем…
– Кстати, Джо, – вклинился Влад, – табе пакет, персональный, из ЦУПа. Загляни в почту.
Джон повозил пальцем по планшету и чуть не подпрыгнул:
– ВАУ!!!! Работаем!!!
– А что такое? – Люся заглянула в его планшетник.
– Прислали коды доступа для базы! Так что наша часть в работе!
– А чего так странно? – удивился Аскар, тоже заглянувший в коммуникатор товарища. – словно на бумажке написали и отсканировали.
– Так прислали, – пожал плечами Влад.
– Значит нашли что-то в архивах, – пожала плечами Люся. Биологини, заметно приунывшие после известия о том, что попасть внутрь базы не получится, сейчас разом воспряли духом.
– Чего радуешься, внутрь-то всё равно нельзя, даже если Джо шлюзы запустит.
– У нас есть автобот[4] с манипулятором. Загоним его внутрь и наберём образцы. Контейнеры упаковать он сумеет, – отмахнулась Света.
Влад, который всё время дискуссии хранил молчание, решил наконец вставить своё веское командирское слово:
– Ну, срывать нас отсюда просто так не будут. О нас объявили на весь мир, так что тут ещё и политика замешана. Только если тут творится что-то совсем непотребное. Так что, продолжаем работать по программе.
Он подумал немного и добавил:
– Но, на всякий случай, давайте будем очень внимательны. Обращаем внимание на все мелочи, любые несоответствия, отклонения параметров… В общем, я не знаю! Но если тут что-то было, или есть, должен остаться какой-то след, знак, улика… Я не знаю что это может быть! Но что-то должно быть! Нас не зря с Земли запрашивали о состоянии окрестностей базы, оборудовании и следах.
– Если Сапфира что-то заметит… – начала было Лена, Влад не дал ей закончить:
– Обязательно! И ты, Аскар, говоришь, что можешь видеть… духов?
– Блин!
– Значит можешь увидеть что-то, что никто кроме тебя не увидит.
Все притихли. Влад оглядел экипаж и неожиданно так призвал:
– Джон!
– А! – тот снова подпрыгнул, отрываясь от планшета.
– Все работы завтра! А то знаю я вас, программистов. Все вы полуношники! А у нас без режима не выжить!
– Ага… – кивнул Джон. – Только Земля требует, чтобы я проверил коды сегодня.
– Ладно, – проворчал Влад, – но только проверишь подключение и сразу спать!
Джон со вздохом взял планшет в руки. Спорить с командиром было бесполезно: он не только команду даст, он ещё и проверить не поленится.
–
[1] Ксеносы – популярность игры Warhammer 40000 (W40K) к началу XXII века сошла практически на нет, но свой вклад в мировую культуру она внесла. Так, слово "ксеносы", означающее инопланетян, стало международным. Равно как и "Ордо Ксенос" стало во многих спецслужбах жаргонным обозначением подразделений, занимающихся вопросами космической безопасности.
[2] ПО – программное обеспечение.
[3] венерология – с одной стороны, так может называться наука, аналогичная земной геологии, но в приложении к планете Венера. А с другой это область медицины, изучающая венерические болезни.
[4] автобот – популярная в XXII веке сервисная роботизированная платформа. Обычно – квадратная платформа на четырёх колёсах, снабжённая зачатками искусственного интеллекта, автопогрузчиком и всякими сенсорами (радар, видеокамеры, микрофоны и т. д.) на выдвижной штанге. По мере надобности на автоботы добавляют разное навесное оборудование. Стандартный автобот для лунных экспедиций снабжён ещё небольшим манипулятором для тонких работ (поднять камень с поверхности, например) и небольшим отвалом для грунта (как у бульдозеров) – для мелких земляных работ.