Текст книги "Судьба - дама настырная (СИ)"

Автор книги: Ива Ривер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Глава 27. «Страшно заразная болезнь» или утро, дары приносящее

Я замерла в попытке сообразить, чего он от меня ждёт. Может, как пишут в некоторых журналах, жаждет восторженных признаний, что он был неотразим? Да я бы, может, и поделилась впечатлением, если б хоть что-то помнила…

Нет, как уже упоминалось, какие-то воспоминания копошились на дне моего промытого алкоголем сознания, но они большей частью были связаны с собакой, а никак ни с ночью любви.

– Ну не молчи, – чуть более настойчиво произнёс Виктор.

«Настырный какой… – подумала я, начиная раздражаться. – Комплексы, что ли, мучают? Топай, вон, к своей Зое, пусть она тебя от них и избавляет!»

Вспомнив о девушке, я разозлилась ещё больше и, оторвавшись наконец от собачьей макушки, прямо посмотрела на него.

– А что ты хочешь услышать?

Виктор от моего вопроса приободрился. Может, опасался, что я от счастья дар речи потеряла? Сделал глоток из чашки и осторожно произнёс:

– Скажи, пожалуйста, почему ты вчера так странно себя вела?

Я странно себя вела? И как же, интересно?! Как вавилонская блудница? Или, наоборот, как пресвятая дева?! И вообще, если ему что-то не понравилось – это его проблемы! Не хватало мне ещё обсуждать то, что напрочь вылетело из моей головы!

– Вовсе не странно, – пожала я плечами, – я всегда себя так веду.

Виктор воззрился на меня в изумлении.

– А что, вам что-то не понравилось? – с вызовом спросила я. – Так вас тут никто не держит! Уходите!

– Рита, я не могу так уйти, – растерялся он. – Расскажите, пожалуйста, чем вы больны?

Что?.. Серьёзно?! Теперь ему ещё и анамнез предоставь?!

Мне казалось, я ожидала от него чего угодно, только не этого. И сейчас даже не знала, плакать мне или смеяться.

Виктор ждал, обеспокоенно глядя на меня. М-да… вот вам и герой… И вот по этому человеку я «сохла» последние несколько месяцев?!

Я спокойно взяла чашку, неторопливо выпила кофе, вернула её обратно на стол, а потом с максимальной издёвкой, на которую в этот миг была способна, произнесла:

– Знаете что, Виктор Андреевич, когда в следующий раз вознамеритесь заняться с кем-нибудь любовью, постарайтесь собрать сведения о здоровье потенциальной партнёрши заранее. А теперь проваливайте отсюда! – После чего резко встала и направилась к выходу.

Виктор тоже быстро поднялся и преградил мне путь с явным намерением продолжить разговор. Не сбавляя скорости, я попыталась его обогнуть, но не тут-то было.

– Да подождите вы, – крепко ухватив меня за руки, с досадой сказал он.

– Отпустите меня! Что вы себе позволяете?! – возмутилась я, пытаясь вырваться. – То, что вы воспользовались бесчувственным состоянием девушки, не делает вам чести! И уж тем более не даёт права задавать идиотские вопросы! Я, кажется, в ваш гарем не нанималась!

– Рита, что вы несёте? Не путайте меня, – он ещё крепче перехватил мои запястья. – Вы сейчас о чём?!

– Будто сами не знаете! – я снова попыталась вырвать руки.

– Постойте… вы думаете, что… – он не договорил. Лицо его озарилось догадкой, тут же сменившейся ещё большей досадой.

– А разве нет?.. – настороженно спросила я, прекратив вырываться. Впрочем, в следующее мгновение он уже и сам выпустил мои руки.

– Вы серьёзно так думаете?

Я молчала, не зная, что ответить.

– Рита, за кого вы меня принимаете? Я что, похож на маньяка?

Я с сомнением покосилась на него. Нет, не похож…

– А что вы тогда делали в моей постели?.. – пролепетала я, покрываясь румянцем.

– Вас убаюкивал. Вы так плакали… Потом боялся оставить вас одну и не заметил, как сам уснул, – он виновато улыбнулся. – Извините.

– Ничего, – покраснела я ещё больше. – Вчера, действительно, был не лучший день в моей жизни… А почему вас тогда интересуют мои болезни? Я подумала…

– Что вы подумали?

– Ну… – протянула я.

– Я знаю, что, – пристально глядя мне в глаза, перебил он. – Но вы ошибаетесь. Помните историю моего кота?

Мне стало стыдно. Как я вообще могла подумать о нём такое? Конечно, ему плевать на все болезни на свете – он привык рисковать. И он, конечно, разделит любую участь с той, которую полюбит. Только какое отношение всё это имеет ко мне? Почему к моему здоровью такой нездоровый, извините за каламбур, интерес?..

– Послушайте, Рита, вы можете всё мне рассказать, – мягко произнёс Виктор. – Я могу найти любых специалистов, самых лучших. Скажите, чем вы больны?

– Да ничем… – вконец растерялась я. – Точнее, если у меня и имеются какие-то болезни, мне о них ничего не известно.

– Ну как же? Вчера вы плакали и сказали, что чем-то заразились от какого-то наркомана…

И тут я вспомнила всё! Бедные граждане, перенёсшие амнезию! Представляю, каково им, когда память внезапно возвращается лавиной!

– О, боже! – простонала я, чувствуя, что ещё минута, и у меня начнётся истерика. – Вот это мы набредили! А это был всего лишь вопрос незапертой двери!

***

Инцидент был исчерпан. Я, не вдаваясь в подробности, рассказала, как ездила вчера за родословной и попутно заразилась от Валька «страшной болезнью» не закрывать входные двери. Выслушала от Виктора выговор за такое неосмотрительное поведение. Ну, не то чтобы выговор, а так, скорее, здравую речь разумного человека.

– Рита, ну как же вы так неосторожно? А если бы Федька выбежал и напал на кого-то? Вы представляете, чем это могло закончиться? И уж тем более не надо было ехать одной к этому типу. От таких же что угодно можно ожидать! Неужели вы не понимаете?

Интересно, что бы он сказал, поведай я ему всё? Или ничего бы не сказал, а просто поехал и переломал всем четверым ноги? Что-то мне подсказывает, что такой вариант более вероятен.

В любом случае, говорить я ничего не стала, понадеявшись, что и сама напугала этих малолетних обдолбышей достаточно.

Фёдор был выгулян и накормлен, мы мирно завтракали, а времени до начала работы оставался ещё вагон.

Какие там блага обещаны тем, кто рано встаёт? Если следовать логике народной мудрости, в одном я, безусловно, права: ранний подъём и в глазах Создателя – подвиг, раз за него положена награда. И сегодня я вправе на неё претендовать, раз уж распахнула глаза с петухами. Поглядим, какие щедроты нам будут дарованы. Или на алкоголиков это не распространяется?

– Рита, а почему же вы вчера так плакали? – спросил Виктор. Видно, причина его по-прежнему занимала.

В другое время я бы сочла это грубым вмешательством в мою личную жизнь, но сегодня была признательна Виктору за то, что он ни разу не поставил вопрос иначе. Не спросил, например, «чего это вы нажрались до такого невменяемого состояния»? А потому ответила:

– Да много всякого произошло. По мелочи. На работе неприятности, сосед с пугающим диагнозом. Доктор, правда, сказал, что ничего страшного и должно пройти, а вдруг нет? Но главное, Федька… Сначала уронил меня на прогулке, а потом чуть рояль не сгрыз. А вас всё не было и не было…

– Вот же поросёнок, – покачав головой, беззлобно сказал Виктор. – Надо было позвонить, я бы пораньше приехал. Как чувствовал, что надо всё отменить, но неудобно было, давно обещал Сергею мастер-класс его ребятам провести.

Так вот где мы, оказывается, так задержались… И вовсе ни у какой не у Зои. Ну спасибо, господи, порадовал. Будем считать это первым даром.

Пока я благодарила всевышнего, Виктору позвонили, и он вышел. А когда вернулся, лицо его вновь было озабоченным.

– Как же вы с этим монстром управляться будете? – после паузы произнёс он, ласково потрепав «монстра» по холке. – Меня срочно обратно отзывают. Вылет через три часа.

Я поперхнулась клубничным вареньем и чуть не выронила чашку с чаем…

Что ж за натура у меня такая дурацкая?! Вчера, да что вчера, ещё сегодня на рассвете я мечтала, чтобы он провалился ко всем чертям! А сейчас, услышав, что он меня покидает, готова опять расплакаться… Так нечестно! В поговорке ничего не сказано, что каждый подарок должен быть компенсирован какой-нибудь пакостью!

Собачьи уши были далеко – у другого конца стола, рядом с Виктором, и спрятать свою огорчённую физиономию было негде. Пришлось спешно выкручиваться.

Я поморщилась, разгоняя набежавшие слёзы, потёрла ушибленное место и пояснила:

– Спина ужасно болит. Если эта псина ещё раз меня уронит, боюсь, останусь инвалидом. Придётся, наверное, «дог-воккера» нанять. А вы надолго уезжаете?

– Не знаю, как получится. Может, на три дня, а может, и на три месяца, – вздохнул он и озабоченно предложил: – Давайте я вашу спину посмотрю, вдруг там что-то серьёзное?

Боже, как романтично! Показать любимому на прощание хребет с обширной гематомой. Чтобы холодными зимними вечерами ему было что вспомнить. С моим патологическим «везением» он и до Рождества не вернётся…

Я представила, как Виктор сидит перед камином с бокалом шампанского в руках. В углу радужными огнями переливается ёлка, а парень смотрит на неё и вспоминает мой расцвеченный кровоподтёками позвоночный столб.

– Ерунда, обычный синяк, пройдёт, – отмахнулась я, с трудом избавившись от дурацкого видения. – А вот о человеке для выгула собаки, действительно, следует побеспокоиться.

Я набрала номер Артура.

– Привет, душа моя, – сразу отозвался он. – Что опять стряслось? Твой пёс кого-нибудь загрыз?

– Попытался, – ответила я.

– Ты серьёзно?

– Почти. Жертва оказалась ему не по зубам и отделалась мелкими травмами. Это был рояль.

– Смешно, – сказал ветеринар. – А чего звонишь?

– Срочно нужен «дог-воккер». У тебя нет кого-нибудь на примете?

– Найдём, – пообещал Артур. – Тебе подешевле или повнимательнее?

– Мне покрупнее, чтобы мог мою «лошаку» удержать. И чтоб застрахован был от несчастного случая. А ещё лучше, от стихийного бедствия, потому как иначе свою псину я назвать не могу.

– Договорились, часикам к пяти позвоню, – обнадёжил Артур и отключил аппарат.

– Ну вот, всё в порядке, – повернулась я к Виктору, – к вечеру проблема будет решена. Можете ехать с лёгким сердцем.

– Да, – поднялся он, – пора. Я вам денег на новую мебель с Сергеем передам, хорошо?

– Да ну вы что, зачем? При чём тут вы…

– Не отказывайтесь, а то я спать спокойно не смогу, – улыбнулся он. – Как бы тоже ответственность чувствую. Вообще, если возникнут какие-то проблемы, сразу обращайтесь к Сергею – он поможет.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарила я безразлично.

Зачем мне Сергей? Мне вообще никто не нужен. А тот, кто, кажется, нужен – уезжает, и возможно, надолго. Если не навсегда… А нужен-то зачем? Собаку выгуливать? Я же, вроде, решила, что не стоит мне в этот «бразильский сериал» соваться. Или… Что ж так тяжко-то, а?

Мы стояли в прихожей.

– Я буду звонить, можно? – спросил Виктор.

Я кивнула.

– И писать.

– Вы будете писать мне письма? – удивилась я. В наше время почти никто не пишет писем…

– На мэйл.

– Ладно, – согласилась я, хоть и не представляла, о чём могут переписываться два взрослых человека, не слишком хорошо знающие друг друга. – Вам пора, – напомнила я.

– Я знаю.

– Идите.

– Не могу. У вас грустные глаза. Почему? Рита, мне кажется, вы всё время что-то не договариваете. Что-то очень важное.

«Ну, расскажи, расскажи ему! Что ж ты, как любил говорить Димка, стоишь неприступной гордыней?! Он же даже поцеловать тебя на прощанье не посмеет. А другого случая может и не представится. Встретит там у себя ещё какую-нибудь «Зою», и всё – поминай как звали…» – искушал меня внутренний голос.

«Нет. Если судьба, никого он не встретит и вернётся. А если нет, то тем более нет!» – мысленно отрезала я.

«Сейчас же рассказывай!» – перешёл голос на громкий возмущённый шёпот.

– Нет, – вслух ответила я противному наушнику и, опомнившись, добавила, обращаясь к Виктору: – Вам, действительно, кажется. Просто с детства не люблю прощаний. Меня это почему-то всегда огорчает. Наверное, что-то кармическое. А вам в самом деле пора. Отвезти вас в аэропорт?

– Да нет, спасибо, Сергей сейчас уже подъедет.

– Ну тогда до свидания.

– До свидания, – повторил он и вопреки мрачным прогнозам «беса-искусителя» всё-таки осмелился легонько коснуться губами моей щеки. И возможно, кому-то, после ночи, проведённой в одной постели, это могло бы показаться смешным.

Глава 28. Спасительная встреча и последнее «прощай»

Я уныло блуждала по Интернету и, конечно, совсем бы раскисла, если бы следом за тягостными проводами вовремя не поступил следующий дар.

Буквально через пару часов после отъезда Виктора прибыл Олег.

Я всегда была рада старому другу, но такой отчаянной радости, кажется, не испытывала ещё никогда.

Повиснув на нём, я вперемежку с поцелуями осыпала его упрёками, что он не сообщил мне о приезде, лишив тем самым сразу двух обожаемых вещей: встретить любимого одноклассника и прокатиться до аэропорта. В нашей-то провинции не разгонишься, а там – трасса! А я так люблю быструю езду! Так люблю! В последние слова я вложила столько чувства, что проницательный друг, немного отстранившись, внимательного вгляделся в моё пылающее лицо.

– А ну колись, кого это ты любишь?

– Тебя люблю, – охотно призналась я.

– Меня – понятно. А ещё?

– Дочку люблю, маму с папой, Магистра люблю, Лику с Андреем, Сашку с Галкой, Машу твою! – я засмеялась случайному каламбуру и аж зажмурилась от переполнявшись меня чувств. – И Фёдора! Боже! Как же я, оказывается, люблю Фёдора!

– Так. А кто у нас Фёдор? – подозрительно спросил Олег.

– О, это жуткое чудовище, которое сейчас, наверное, доедает в ванной мой банный халат! – я опять засмеялась и снова бросилась его обнимать. – Олежка! Если бы ты только знал, как я счастлива, что ты приехал! Я как раз собиралась издохнуть от тоски.

– Рит, ты меня пугаешь. Такую бурю эмоций я наблюдал у тебя в последний раз после успешной сдачи экзамена по физике.

– Знаешь, Олежка, а может, мы каждый день какой-то экзамен сдаём… – неопределённо высказалась я, несколько сбавляя обороты. – Ты голодный? Пойдём, я буду тебя кормить.

Я потащила его на кухню, усадила в своё любимое кресло и метнулась к холодильнику.

– Так Фёдор – это кто? – уточнил Олег, глядя, как я вываливаю на стол все имеющиеся припасы.

– Фёдор – это собака. Представляешь, Олеж, он – рыба.

– Рит, ты точно в порядке? – засмеялся Олег.

– В полнейшем! А знаешь ли ты, друг мой, что такое собака-рыба?! – эмоции продолжали бить через край.

– Пиранья или акула? – улыбаясь, предположил Олег. – Так-то, смотря, какого размера.

– Собака-рыба, Олежек, это чувствительнейшее существо! Такой специальный детектор друзей и врагов. Представляешь, мой пёс бросается почти на всех! – я внезапно остановилась. – Это что же получается… выходит, кругом враги, так, что ли?.. А, ладно, не суть! Главное, что собака-рыба появляется в жизни человека когда он особенно одинок и подавлен, – процитировала я выхваченные из собачьего гороскопа сведения. – И она, эта рыба, для таких людей – настоящее утешение, и ей всё-всё рассказать можно! Я вчера на себе проверяла. Слушай, отлично работает! И теперь пусть эта барракуда хоть все мои халаты к чертям сожрёт, не жалко! А после завтрака я буду вас знакомить.

– Ну, меня-то ты накормишь, так что за псину можно не волноваться, – пошутил Олег. – А собака-то сыта?

– Само собой! Вы будете в совершенно равных условиях, – засмеялась я.

То, что мальчики друг другу понравятся, я не сомневалась, но что настолько, всё же не ожидала. Похоже, что если бы Федьке дали право выбрать себе хозяина, приоритетное положение было бы у Олега.

– А ещё говорят, что собаки-мальчики больше любят хозяев-девочек! – ревниво воскликнула я, наблюдая, как мой пёс обхаживает гостя. – А может ты, Олежка, ещё более одинок, чем я?

– Всё может быть, – улыбнулся он. – Человек – он вообще одинок.

– Ну знаешь! Если ещё и ты начнёшь жаловаться! У кого из нас прекрасная семья, проницательная умница-красавица жена и чудесные дети?! Да ты должен быть счастлив как никто!

– А я и счастлив. Но это же не значит, что не одинок?

– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурилась я.

– Рит, да не грузись ты по пустякам, – улыбнулся Олег и замысловато изрёк: – Прими как данность, собаке-то виднее. Она – существо интуитивное и не смотрит, как должно быть.

А я решила, что, наверное, мне тоже не следует лезть в чью-то душу, раз уж я сама не готова допустить в свою даже самых близких друзей.

***

С Олежкиным приездом жизнь завертелась, закипела, и подумать о Викторе мне было попросту некогда. Во всяком случае, на протяжении дня. А к ночи, учитывая ранний подъём, настолько вымоталась, что едва-едва доплелась до кровати.

Уютно устроившись на подушке, я как раз собираясь с упоением мазохиста помучить себя переживаниями последних минут нашего с Виктором несуразного прощания, когда зазвонил телефон. Похоже, воспоминания нахлынули на нас одновременно.

Я схватила трубку и рывком села в кровати. К горлу неожиданно подступил комок, да так и застрял там, мешая не то что произносить слова, а и дышать даже.

– Алло, – выдавила, силясь или проглотить, или выпихнуть мешающий ком наружу. Противный гад упирался, как мог.

– Доброй ночи, Рита. Я вас не разбудил? – спросил Виктор извиняющимся тоном.

– Нет… – проблеяла я.

– Извините, что поздно, только с работы вырвался. Так приятно слышать ваш голос. Как Федя?

– Федя лучше всех! – мне наконец-то удалось совладать с невидимой преградой и заговорить нормально.

– Успел к нему привязаться и теперь вот скучаю, – поделился Виктор. – А вы как? Справляетесь?

– О, у нас всё прекрасно! Артур парнишку-студента прислал, с Федькой гулять. А ещё ко мне сегодня любимый друг приехал! – радостно поделилась новостями моя дурья башка. – В общем, хватает помощников.

– Понятно, – произнёс Виктор, и мне почудилось, что тон его неуловимо изменился. – Надолго?

– Что?

– Приехал надолго?

– Не знаю ещё. Да вы не беспокойтесь, у нас правда всё отлично! – ответила я, смутно догадываясь, что говорю что-то не то.

– Ну что ж, замечательно, что вы не одна, – сказал он. – Тогда не буду вам мешать. Спокойной ночи, Рита.

– Спокойной ночи, Виктор. Спасибо вам за звонок, – проговорила я, вместо того, чтобы сказать ему… Да что угодно можно было сказать! Лишь бы не эти дурацкие дежурные фразы!

«Здравствуй, даун!» – ядовито ухмыльнулся внутренний голос, как только я положила трубку и вернулась в исходное положение. И чтобы я уж совсем на будущее не обольщалась, ехидно пропел: «Бо-ль-ше он не поз-во-нит!»

***

В общем, я обеспечила себя ещё одной невыносимой ночкой и лишь к рассвету забылась недолгим сном. А с утра превосходно отдохнувший Олег ждал от меня такой же прыти, как у него самого.

Ещё вчера он развил бурную деятельность. И первое, что сделал, было попыткой добиться для Димки разрешения выйти из тюрьмы под подписку о невыезде.

Но здесь нас постигла неудача. А может, и наоборот.

Добромир Петрович всё-таки был любопытной личностью и, будучи в принципе не против, отговорил нас от этой затеи. Оказывается, он тоже заприметил некоторые странности в Димином поведении и по-дружески посоветовал нам оставить подследственного в изоляторе. Дабы в силу своей неуравновешенности, тот, обретя свободу, не наломал ещё больших дров.

– Поверьте, в КПЗ ему будет лучше, – увещевал Кондратенко. – Парень он горячий и отчебучить может что угодно.

Сначала я было вспылила. Кому же это лучше коротать свои дни в заточении?! Да стремление к свободе – это, можно сказать, один из базовых инстинктов! Вон, немцы, и те это поняли, и даже сбежавших из тюрьмы не наказывают! Однако здраво рассудив, согласилась, что следователь отчасти прав. Зная Диму достаточно хорошо, я представила, как он, оказавшись на воле, снова ударится в запой. А уж какие у этого будут последствия, одному богу известно.

Далее Олег взялся за Катю с Дашей и сегодня второй день мучил их вопросами, выстраивая модель злополучной свадьбы по минутам. В итоге он пришёл к выводу, что зоркие девицы постоянно следили за объектом вожделения то в два, а то и в четыре глаза. Получалось, без присмотра Дима оставался, исключительно когда посещал туалет.

Я никак не могла поверить, что Димка в своём теперешнем обличье мог внушить кому-то столь сильные чувства, но потом подумала, что, возможно, всё гораздо проще. Видимо, директор фирмы, сорящий деньгами направо-налево, казался наивным девчонкам завидным женихом. Даже несмотря на то, что просыхал через два дня на третий, да и то ненадолго. И невдомёк было глупеньким, что деньги как приходят, так и уходят, фирма вообще не его, а жить с таким человеком – то же самое, что забраться с горящим факелом на пороховую бочку

– Рит, вроде, получается, что Дима твой действительно невиноват, – наконец отпустив свидетельниц, обратился ко мне Олег, сладко потянувшись и откинувшись на спинку кресла. – Если, конечно, девчонки заранее не сговорились обеспечить ему алиби. Но это маловероятно, на чём-нибудь прокололись бы. Выжду пару дней и ещё раз их попытаю.

Беседы велись в моём кабинете и я, утомившись вникать в суть бесчисленных подробностей, мастерски вытягиваемых Олегом из свидетельниц, углубилась в переписку с дочкой, как только она появилась в сети.

Сейчас я как раз прощалась и передавала горячие приветы родителям. Поскольку семья жаждала меня лицезреть, а вырваться никакой возможности у меня не было, пришлось снова извиняться и объясняться. Благо теперь я могла, не произнося ни слова неправды, указать причину: у меня появился щенок, он требует внимания, а оставлять его на кого-то другого я пока не хочу. Не может же пёс каждую неделю менять хозяев!

В глазах моих родных, обожающих животных, причина была более чем уважительной, и Ланка незамедлительно засыпала меня кучей разных вопросов. Как зовут? Сколько месяцев? Рост, вес, окрас? И какие у пёсика отношения с Магистром?

Я расписала подробности, попрощалась с дочкой и загрустила.

Перед отъездом родителей на «остров любви» мы договорились, что я буду забирать ребёнка, когда и насколько захочу, и тогда мне казалось это легко выполнимым. Но жизнь, как обычно, внесла коррективы. То не получалось с учёбой, то какая-нибудь выставка была на носу, то кто-то решал, что ему срочно нужно поболеть… Тогда я сама стала стараться приезжать почаще, но и это оказалось непросто, а забрать Ланку насовсем – означало лишить бабушку с дедушкой главной радости в жизни. Вот так и мучились, живя на два дома, а точнее, на два острова…

– Рит, ты меня слышишь или нет? – повысил голос Олег, поскольку занятая своими мыслями, я никак не реагировала на его слова. – Ты была права. Похоже, Дима твой к убийству и правда непричастен.

– Олежка, да он не мой! – в который раз возмущённо сказала я и захлопнула ноут.

– Хорошо, твой бывший, – улыбнулся Олег. – Я тоже начинаю склоняться к тому, что он невиноват. Уже легче. Тебя это радует?

– Олег, ты в своём уме? Как меня может радовать, что невинный человек сидит в тюрьме?!

– Тебе не угодишь, однако! – шутливо возмутился приятель. – Я тут в поте лица тружусь, выискивая доказательства, что парня подставили, и вот что получаю вместо благодарности!

– Кто подставил?! – ахнула я. С этой стороны я как-то дело вообще не рассматривала. Впрочем, теперь я его вообще ни с какой стороны не рассматривала, полностью положившись на Олега.

– Ну откуда мне знать, кто? – пожал он плечами. – Но то, что подстава – вероятность большая.