Текст книги "Судьба - дама настырная (СИ)"

Автор книги: Ива Ривер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Глава 13. Грустная «лав-стори» или по ком плачет Голливуд

В пробку я всё-таки попала и, подъезжая к зданию за минуту до назначенного срока, издали увидела Виктора, прохаживающегося вдоль мостовой.

– Можете не спешить, – помахал он рукой, когда я, припарковавшись, почти бегом рванула к нему. – Добромира срочно вызвали на совещание. У нас есть пара часов. – Скользнув взглядом по моей полупрозрачной юбке, почти не скрывавшей ноги, он расплылся в довольной ухмылке и, как мне показалось, плотоядно сглотнул. – Можем куда-нибудь зайти, если вы не заняты.

В каждом слове мне чудился оскорбительный намёк: «У нас есть пара часов… Можем куда-нибудь зайти…»

– Мне нужно заехать домой, – сурово сдвинув брови, сказала я. А дальше понесла полную околесицу. – Я там давно не была. Надо срочно посмотреть, может, сломалось что-то или кран потёк…

Ага, или потолок обвалился! Что там могло сломаться, если никто ничего не трогал? Хотя, нет, Сашкина домработница Анюта цветы поливала, могла что-нибудь и тронуть. Только она бы сразу позвонила, случись чего.

– Хорошо, – просиял Виктор. – Давайте заедем вместе. Вдруг вам помощь понадобится? Например, кран починить. Или гадюку отловить, которая невзначай заползла. Я слышал, у вас тут такое бывает.

Я поковыряла носком туфли выемку на асфальте, подняла глаза и встретилась с безмятежным, я бы даже сказала, непорочным взором.

– Да, а в Москве бурые мишки по улицам шастают. Можете не опасаться, в Крыму нет смертельно ядовитых змей. И на всякий случай, это я сейчас не про людей.

– Что, и в террариумах нет? – улыбнулся он.

– В террариумах есть конечно. И в частных коллекциях тоже. У одного моего знакомого, к примеру, и королевская кобра, и чёрная мамба, и ещё кто-то там живёт. Представляете, друзья подарили? Любят его, видно…

– Ну вот, видите, сколько опасностей. А если такой зверинец сбежит? Не сосед ваш часом?

– Нет, у меня соседи смирные. Относительно. Ладно, поехали, раз уж напросились. Но на моей машине.

По пути Виктор вспомнил, что забыл купить сигареты и попросил остановиться. Вернулся он с роскошным букетом и большой коробкой конфет.

– А это зачем? – нахмурилась я вместо «спасибо».

Подозреваю, чтобы обескуражить этого парня, нужно будет сильно постараться. По крайней мере, мой недоброжелательный тон его нисколько не смутил.

– Как зачем? – улыбнулся он, укладывая всё на заднее сиденье. – Не могу же я с пустыми руками ехать в гости к девушке. Тем более в первый раз.

– Надеюсь, и в последний, – неучтиво буркнула я, мгновенно представив, к какому количеству девушек он таскался с цветами и конфетами.

– А вот мне интуиция подсказывает, что всё будет иначе, – продолжая улыбаться, произнёс он.

Я в ярости утопила педаль газа и на крутом вираже вылетела на проспект. И лишь остановившись у своего подъезда, развернулась к Виктору и сказала:

– Интуиция – не мужской конёк. На вашем месте я бы поостереглась ей доверять. Выгружайтесь, приехали.

– Не очень-то гостеприимно, – засмеялся он и нагло подмигнул Магистру. – Похоже, дружище, нам здесь не слишком рады. Но мы же не привыкли отступать?

Заметив, как кот одобрительно щурится, я фыркнула, забрала цветы и конфеты, и вышла из машины.

***

Войдя в мою прихожую, Виктор присвистнул – прямо по курсу цвёл розовый куст.

– Ах вот почему вы цветочкам не обрадовались, – улыбнулся он, окидывая взглядом мои многочисленные насаждения.

– Не угадали, не поэтому. Мне не нравится, когда убивают цветы. И потом, когда мужчина идёт к девушке с цветами и конфетами, это очень смахивает на свидание.

– А вы не хотите свиданий со мной? – продолжая с интересом рассматривать мою оранжерею, полуутвердительно уточнил Виктор.

– А я не хочу, – подтвердила я серьёзно.

– Можно узнать, почему?

– Нельзя. Но, поверьте, причины есть. Давайте сразу со всем этим определимся, чтобы в дальнейшем избежать недоразумений. Возможно, когда-нибудь нам даже удастся подружиться, но на большее я бы на вашем месте не рассчитывала.

– Понятно, – нисколько не огорчившись, весело кивнул он, а я схватила вазу и понеслась на кухню.

Чёрт! Да что ж меня так колбасит! Я включила воду и призадумалась. Вот чего меня так задело веселье Виктора? Ведь сама же решила, что нам лучше не общаться. Натура у меня какая-то совсем чокнутая. Ну просто дрянь натура! И так мне плохо, и так нехорошо…

– Краны в порядке? – внезапно раздалось у самого уха.

От неожиданности я выронила вазу, которая, треснувшись о мойку, благополучно раскололась.

– Я вас испугал? Простите. Я куплю новую.

– Не нужно. У меня достаточно ваз. Будем считать, что это к счастью, – поспешно вынимая осколки, сказала я и тут же вскрикнула от резкой боли, зацепив острый край. Кровь тонкой струйкой полилась из раны.

Я хотела сунуть руку под воду, но Виктор нахально перехватил её и поднёс окровавленный палец к губам.

– Конечно, к счастью, Маргарита Николаевна, к большому счастью, – произнёс он, пристально глядя мне… нет, даже не в глаза, прямо в душу.

«Да что ж такое-то?!» – не на шутку рассердилась я, чувствуя, как от этого прикосновения меня накрывает горячей волной.

Так, не расслабляться. Надо немедленно прекратить это безобразие!

– Что вы присосались, как вампир?! – рявкнула я, вырывая руку. – Лучше осколки уберите. И постарайтесь не порезаться, я вас облизывать точно не буду!

К моему удивлению, Виктора мой агрессивный выпад ничуть не обидел, напротив, развеселил пуще прежнего. То ли гражданин на редкость непробиваем, то ли просчитывает меня «на раз» и получает удовольствие, наблюдая за моими плохо скрываемыми эмоциями.

Через пять минут последствия аварии были ликвидированы: останки безвременно почившей вазы помещены в мусорный контейнер, палец обработан антисептиком и заклеен пластырем, розы пристроены в другой сосуд, а гость препровождён в гостиную.

Усадив его на диван и всучив недавно подаренное мне прекрасно иллюстрированное издание о кошках, я удалилась варить кофе, на всякий случай предупредив травмоопасного товарища, чтобы на кухне он появляться не смел, дабы я ненароком ещё и не обварилась.

Конфетки пришлись как раз кстати, так как в доме никакого провианта не оказалось. Не было ничего, кроме пары банок кошачьих консервов, предложить которые гостю я постеснялась.

Доставив в гостиную поднос с чашками, я обнаружила, что и Виктор, и Магистр пребывают в радостном возбуждении.

– Вы это читали? – со смехом спросил Азаров, ткнув пальцем в раскрытый фолиант.

Я взглянула на страницу, пытаясь понять, что привело мальчиков в такой экстаз. Глава была посвящена кошачьему интеллекту.

– Ещё не успела. А что там? Открытие, подрывающее основы мироздания?

– Сейчас, подождите, зачитаю. Кто тут у нас автор? – Виктор перевернул обложку и кивнул. – Так я и думал. Только иностранец мог написать такое.

– Ага! – поддакнул Магистр. – Восхитительный бред!

– Вот, послушайте. «Иногда те, кто знает котов не очень хорошо, приписывают им человеческие характеристики, но то, что они принимают за интеллект, – большей частью инстинкт. Поскольку кот хочет жить в удобстве, он обучается тому, что считает необходимым для сохранения благоприятных условий существования». – Дальше он стал читать, выделяя каждое слово: – «Поэтому кот, которого считают очень умным, может просто играть роль, позволяющую сохранить или улучшить его положение в окружающей среде». Как вам такое? На самом-то деле дурак-дураком, просто роль играет! Господи, люди совсем идиоты.

Я не поверила, пробежала страницу глазами и тоже засмеялась.

– Надо бы всё прочитать, думаю, это не единственный перл. Жаль времени нет, – с досадой сказал Виктор, закрывая талмуд.

Я посмотрела на Магистра, кот сидел с задумчивой миной, размышляя о талантах, поклонниках и актёрской карьере.

Виктор тоже оглянулся на него и с улыбкой заметил:

– Магистр, ну по тебе-то точно Голливуд плачет!

Вправду он, что ли, моего кота понимает? Или снова совпадение?

– Вы можете не поверить, – неожиданно сказал Виктор, – но лет в шестнадцать у меня был кот, с которым мы прекрасно понимали друг друга.

– А где он сейчас? – усаживаясь в кресло и открывая конфеты, спросила я.

– Не знаю, он нас бросил, – вздохнул Виктор.

– Как это? – изумилась я, не представляя, при каких обстоятельствах Магистр мог бы покинуть меня добровольно.

– Вот так. Любовь у него случилась. Знаете, встречается иногда такая одна большая любовь на всю жизнь.

– У котов?

– Не только. Но и у них тоже. Я даже когда-то читал об одном подопытном, который отказался есть, когда его подруга погибла. Лежал и тосковал, пока не умер. Но с моим, к счастью, было не так всё трагично. Однажды он вернулся с прогулки не один, как обычно, а с дворовой кошечкой. А моя матушка, скажем так, не самый великий фанат животных, попросила её на выход. Я сразу понял, что Шериф ставит ультиматум: либо они вместе живут у нас, либо вместе уходят на улицу. Мама мне, конечно, не поверила, правда, накормила обоих, но после категорично указала гостье на дверь.

– И что?

– Ничего, – пожал плечами Виктор. – Шериф ушёл вместе с ней.

– Навсегда?

– Не совсем. Поначалу они иногда ещё нас навещали, всегда вдвоём, потом всё реже, пока вовсе перестали появляться.

– Какая-то очень грустная у вас «лав-стори»… – огорчилась я, до слёз жалея неведомых влюблённых котов, вынужденных уйти жить в подворотню.

– Не печальтесь, Рита. Помните, у Булгакова: «…тот, кто любит, должен разделять участь того, кого он любит». Шериф сделал правильный выбор, и, надеюсь, они прожили долгую, счастливую жизнь.

«Как же так?» – с тоской думала я, рассматривая Виктора. Он и думает, как я, и чувствует так же… Почему же тогда, во сне, всё пошло кувырком и закончилось так плачевно? Да и сейчас не лучше. Зоя эта… Марьяна… Нет, к чёртовой бабушке! Не хочу я во всё это ввязываться. И не смотри на меня так своими чистыми изумрудными глазами. Не хочу я знать, если окажется, что «великая кузница американских грёз» и по тебе слёзы льёт.

– Кажется, нам пора, – вывел меня из задумчивости голос Виктора.

– Что? – глубоко погрузившись в свои мысли, я не сразу сообразила, о чём он говорит. – Ах, да. Я покину вас на пять минут, и поедем.

Я зашла в гардеробную и переоделась в тонкий серый костюм, на сей раз отвечающий всем требованиям деловой этики. Так-то лучше, чем явиться к следователю, не говоря уж о Димке, полуобнажённой.

Пока я переодевалась, Виктор убрал со стола, вымыл чашки и снова просматривал книгу.

– Занимательный автор. Вы знали, что «котята, лишённые взаимодействия с себе подобными, часто развиваются в асоциальных и недоразвитых особей»? Совсем как наш Дима. Вероятно, в детстве у него тоже был дефицит общения, – не удержался он от камня в огород моего пленённого экс-любимого, а я с умилением отметила, что Дима перестал быть «моим» и стал «нашим». Осталось только пожениться, усыновить его и воспитать заново!

– Вы даже не представляете, насколько правы, Виктор Андреевич, – усмехнулась я. – Димке в этот период жизни в самом деле не слишком повезло. Взрослые не предают некоторым вещам значения, а между тем, любая мелочь в нежном возрасте может иметь самые катастрофические последствия. Но пока у вас нет детей, можете на эту тему особо не заморачиваться.

– А откуда вы знаете, что у меня их нет? – полюбопытствовал он, насмешливо поглядывая на меня.

– От дяди… – буркнула я и осеклась.

А действительно, откуда я знаю? Именно его дядя нам с Ликой и рассказал, что Виктор женат не был. Так ведь это же ничего не значит. У такого «супергероя» вполне может быть куча внебрачных, о которых он, возможно, и сам не подозревает!

Все плюсики, выставленные после «правильных» разговоров о котах, мгновенно перечеркнулись одним большим жирным минусом, а я укоренилась в решении прекратить неформальное общение с ним как можно скорее.

Виктор продолжал смотреть на меня иронично.

Да и чёрт с ним!

– В любом случае, сейчас не время рассуждать о проблемах возрастной психологии. Как, впрочем, и гадать, имеются ли на просторах страны ваши отпрыски, – направившись к двери, с сарказмом сказала я. – Давайте уже поедем, а то и так весь день впустую.

Тогда я про себя подумала: вот съездим к Добромиру и распрощаемся. Но, оказалось, всё это было лишь прелюдией к очередной долбанной фантасмагории…

Глава 14. Белая горячка

Добромира Петровича мы прождали ещё часа полтора. Затем он прибежал на минуту, второпях выдал нам разрешение пообщаться с заключённым, пообещал позвонить и, сославшись на неотложные дела, ускакал на очередное ЧП.

Я с большим трудом убедила Азарова не присутствовать при моём разговоре с Димкой. Для последнего было бы ударом ниже пояса, появись я в обществе нашего удалого спасателя, а «добивать» дурилку мне совсем не хотелось.

Потребовалось всё моё красноречие, но в итоге Виктор остался по другую сторону решётки.

Осунувшийся и помятый Димка смотрел на меня глазами святого мученика.

– Привет, – выдавил он страдальчески. – Ты, как всегда, обворожительна…

– Привет, – кивнула я, осторожно присаживаясь на корявый стул. – А ты как?

– Спасибо, хреново, – он хмуро посмотрел на меня и вздохнул. – Попал я, Ритка, попал по полной… И всё из-за тебя.

– Что?! – остолбенела я. – А я-то здесь с какого бока?!

– Да ни с какого. Это меня бог наказал. Всё-таки нормально я у тебя крови попил… Ты прости меня, ладно? – он болезненно скривился. – Серьёзно, столько всего передумал за эту ночь… такой баран был…

– Дим, ну хватит каяться, я ж не духовник. Давай по делу. Признавайся, ты эту женщину грохнул?

– Если б я знал… Нажрался, как свинья… ничего не помню…

– Давай вспоминать вместе.

– Вместе… – эхом повторил Димка. – Пока мы были вместе, такого произойти не могло… Помнишь, я же раньше вообще не пил!

– Да, только пить ты начал задолго до нашего расставания, – я начала раздражаться. – А с того дня, как возомнил себя новым русским, произойти могло вообще что угодно – образ жизни сильно этому способствовал! Но вот это я уж точно вспоминать не хочу!

– А я последнее, что хорошо помню, как ты меня бросила. А дальше сплошная тупая карусель… всё в башке перепуталось. Если бы ты осталась со мной…

– Слушай, Богданцев, – зашипела я, злясь на то, что он опять пытается взрастить во мне комплекс вины, – я сюда прорвалась не для того, чтобы тебе сопли утирать! Теряем время.

– Да и хрен с ним. Давай лучше о нас поговорим. Ведь хорошо было! Жалко только, что детей не было.

– Жалко? Да ты совсем того?! – рявкнула я. – Какие дети с неадекватом?! Быстро рассказывай, кто эта тётка и на кой ляд она на Сашкину свадьбу притащилась?! Иначе я сейчас уйду и оставлю тебя в одиночестве предаваться прекрасным воспоминаниям о нашей потрясающей совместной жизни! Думаю, после суда времени для этого у тебя будет предостаточно!

Для наглядности я схватила сумку и подскочила со стула, демонстрируя намерение немедленно осуществить угрозу, но тут Димка вдруг тоже подпрыгнул, шлёпнул себя по лбу и выпалил:

– Подожди! Забыл сказать! Я же нам сына купил!

– Что-о-о?! – глаза мои округлились. От неожиданности я плюхнулась обратно на стул, хотя бежать надо было совсем в другую сторону. И как можно скорее.

– Не успел его тебе привезти, у Соньки пока оставил, – быстро заговорил Димка, тоже вернувшись на место и ухватив меня за руку, видимо, чтобы не сбежала. – Ты его себе забери, хорошо? Я же его нам купил, а не ей! Тем более, Соньку убили, а Вальку он нахрен не нужен! Классный такой пацан, тебе понравится. Только шебутной – кранты, полгода уже, а нихрена не понимает! – губы его растянулись в умильной улыбке.

Да он и впрямь от бесчисленных возлияний спятил! Это ж натуральная «белка»! Я оглянулась на дверь. Может, пора на помощь звать, а не сидеть тут в закрытом помещении наедине с психопатом?!

– А Валёк – это кто? – аккуратно высвобождая руку, выдавила я.

– Сын Сонькин, тот ещё мудила! Федьку терпеть не может, покалечит ещё!

Я продолжала в ужасе таращиться на него, сожалея, что уговорила Азарова подождать на улице.

– Ты адрес запиши и съезди за ним. Прямо сегодня, хорошо? А то чёрт его знает, что там с ним этот больной ублюдок сделает!

Я обалдело кивнула, на автомате достала из сумки ручку и блокнот и послушно записала координаты. Продолжать дальнейшие расспросы было бессмысленно, раз теперь слова Димки никак нельзя принимать в расчёт. Пообещав найти для него лучшего адвоката, оставила на столе сигареты и поспешно свернула визит.

***

На улице, хоть и близился вечер, всё ещё ярко светило солнце, и после мрачной обстановки каземата краски показались в миллион раз ярче. Даже листва, которая к концу лета потихоньку начинала терять свою сочность, сейчас казалась зелёной-презеленой. С клумбы доносился сладкий цветочный запах.

Лёгкий ветерок подхватил мои волосы, и, играясь, припечатал прядку к губам. Я убрала её с лица, глубоко вдохнула и стала спускаться по ступеням.

– Как там наш подопечный? – осведомился Виктор, поднимаясь мне навстречу со скамейки.

– Плохо. Похоже, совсем крыша уехала… – ответила я, ощущая, как горечь собирается в огромный ком и тяжёлым камнем ложится на сердце. – Белая горячка, наверное…

– Что вы говорите, какая досада, – насмешливо начал Виктор, но приглядевшись к моему лицу, перестал улыбаться. – Вы серьёзно? Может, симулирует?

– Да чёрт его знает, не похоже, – покачала я головой. – Он и раньше-то был не вполне вменяем, а сейчас, кажется, и вовсе спятил. Странно, что Добромир этого не заметил, надо его срочно предупредить. В конце концов, это даже опасно – держать сейчас Димку с другими заключёнными. Он, правда, не буйствует, но такую ахинею несет…

– И что говорит? – полюбопытствовал Виктор.

– Что купил нам сына, который сейчас живёт в доме убитой Карецкой.

– А я смотрю, тема детей сегодня в топе, – снова не удержался от улыбки Виктор.

– Да перестаньте вы! Не видите, что мне не до смеха? – рассердилась я и подробно пересказала ему Димкины бредни. – Короче, попросил меня забрать малого к себе, пока сын Карецкой его не прибил.

– Пожалуй, вы правы, – наконец всё-таки проникся он, – надо позвонить Добромиру. Пусть психиатрическую экспертизу назначит. Хотите, я сам с ним свяжусь?

– Хочу. А вы сейчас куда? К Сергею?

– Пока нет, у меня ещё кое-какие дела в городе. А вы?

Ехать в офис было уже поздно. Я ещё больше расстроилась. Именно сейчас мне жутко не хотелось оставаться наедине со своими мыслями. От Магистра сочувствия не дождёшься – ему тема Димки за последний год до тошноты надоела, а потребность разделить это всё с кем-то ощущалась очень остро.

– Обратно поеду… – вздохнула я. – Сегодня Лика с Андреем уезжают и остальные тоже. Хочу попросить Олега задержаться.

Виктор по-своему истолковал мой вздох.

– Не переживайте, всё образуется, – сказал он, ободряюще сжав мою ладонь. – А со следователем я поговорю и вечером вам всё расскажу.

***

В пути я так себя накрутила, что дважды словила штраф за превышение скорости. Зато добралась быстро.

Народ ужинал перед отъездом. Я выдернула Олежку из-за стола, затащила в свою комнату и рассказала о неутешительных результатах похода в КПЗ.

– Олег, ты бы остался, а? Димке хороший адвокат нужен…

– Исходя из того, что я услышал, ему не адвокат, а психиатр хороший нужен, – с досадой ответил он.

– Ну пожалуйста, – заканючила я. – Может, у него на фоне стресса временное помешательство и пройдёт скоро. Тогда его признают вменяемым и посадят! А я почти уверена, что это не он.

– А кто?

– Не знаю, – никаких кандидатур на роль убийцы у меня не было. – Ты останься, и потихонечку вместе разберёмся.

– Не могу я, Рит, – покачал он головой. – Дело у меня одно есть, неотложное.

Блин, да что ж они все такие деловые?!

– Знаешь, Олег… мне кажется, Добромир этот и меня подозревает, – покривила я душой. – Думает, наверное, что мы вместе эту тётку угрохали. Он как-то очень странно на меня сегодня смотрел, и вопросы всякие задавал… каверзные.

На самом деле следователь общался со мной нормально, совсем не так, как при первой встрече. Похоже, пока его вполне устраивает подвернувшийся подозреваемый, или Сергей его хорошенько «обработал». Но как там Димка говорит? Для достижения цели любые средства хороши?

– Ох, не верю я тебе, – скривился Олег. – Но всё равно не нравится мне всё это… Ладно, я сейчас уеду, быстро улажу свои дела и прилечу. Дня через два-три. Ты пока ничего не предпринимай и со следователем постарайся не встречаться. Договорились?

– Договорились… – потупившись, как «голубой воришка», кивнула я. Смотреть другу в глаза было неловко. Врать я не очень люблю и не очень умею. Делаю это редко и, как правило, во спасение, только ложь от этого не становится правдой. Но что делать, если мне сейчас позарез нужен Олег? Есть у меня и другие знакомые адвокаты, и в моей собственной фирме несколько юристов работает, но никто из них уголовными делами не занимается.

– Олеж, ты мне позвони, когда прилетишь, я тебя в аэропорту встречу, – пообещала я, продолжая стыдливо прятать глаза.

Пока мы общались, народ собрался и приготовился к отбытию. Я порадовалась, что из-за цейтнота удалось избежать нудных объяснений с Ликой, которая наверняка продолжила бы разговор, начатый с утра Андреем. Небольшую напутственную речь мне, конечно, выслушать пришлось, но это сущая ерунда по сравнению с продолжительными тягостными беседами о моём туманном будущем.

Уже садились по машинам, когда подъехал Азаров. Я в последний раз помахала рукой удаляющимся автомобилям и повернулась к нему. Сашка с Галкой тактично удалились.

– Как вы думаете, Виктор, может, мне всё-таки стоит наведаться по указанному адресу? – спросила я. – Вдруг этот чудила Димка и правда у каких-нибудь алкашей ребёнка купил? Что-то мне неспокойно. Время такое, что уже ничему не удивляешься.

– А я вам как раз то же самое хотел предложить. Действительно лучше проверить. Если хотите, можем вместе съездить.

– Хочу, – ни секунды не раздумывая, твёрдо сказала я. Ехать одной в дом к убитой мне совсем не хотелось. А если там и правда купленный младенец окажется… тогда я вообще неизвестно во что вляпаюсь… – А когда? Сейчас?

– Можно и сейчас. В принципе, у меня на сегодня никаких дел больше нет. Пойду только скажу Марьяше, чтобы не ждали меня к ужину.

При упоминании этого имени щёки мои вспыхнули, дыхание от воспоминаний о вчерашних фантазиях перехватило, да так, что я чуть было не отказалась от предложенной помощи. С этим придурком Димкой всё из головы вылетело! Хорошо ещё, что Виктор сразу развернулся и зашагал по направлению к своему участку, не заметив моей реакции.

Я постояла, бездумно глядя в мелькающую между листвой фигуру, и поплелась в свою комнату забрать кое-какие личные вещи. Возвращаться до пятницы на виллу я не собиралась.

***

– Значит так. В шторм к воде не подходить. За чайками не гоняться. Так можешь по морде отхватить, что мало не покажется! Крыс не вздумай ловить, от них любую заразу подцепить можно. Под сквозняками не валяйся. Кушай хорошо, не скучай и слушайся Сашу с Галей. Временно они – твоя мама, – скороговоркой напутствовала я Магистра, стоя на пороге и нетерпеливо высматривая Виктора. Расстроенная моим отъездом Галка топталась рядом. – Галюнь, – обратила я взор на неё, – Сашка более-менее гастрономические пристрастия Магистра знает, единственно, не перекармливайте его, пожалуйста, дыней.

Кот немедленно выразил протест. Я посмотрела на него и добавила:

– Он хитрый – может голодовку объявить, поэтому лучше, чтобы в доме вообще этого фрукта не было.

– Дыня – не фрукт, – вставил свои «пять копеек» Магистр, – а ложно-ягода из семейства тыквенных. А тыква, между прочим, очень даже полезна.

– Вот и ешь тыкву! Разумничался тут, – шикнула я. – Короче, так: будешь вести себя хорошо, так уж и быть, в пятницу сама тебе дыню привезу. Галка, ну что ты такая кислая?! Каких-то четыре дня и я приеду. Оглянуться не успеешь, как время пролетит.

На дорожке показался Виктор.

– Всё, поехала я, если что, звоните.

Я расцеловала кота и подругу и поспешила навстречу Азарову.