Текст книги "Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать (СИ)"
Автор книги: Иринья Коняева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)
– Ты ещё маленькая, какие тебе рестораны? Детский центр и кафе–мороженое! И, наверное, всё–таки…
Дамир говорил последнюю фразу издевательски медленно, чтобы Маруська успела проанализировать свои слова, а затем понять, чего её лишат.
– Книги не отдам! – грозно ответила она вместо обычной песни «Ах, Дамирушка, золотце ты моё!» – Я уже взрослая кофемашина и знаю свои права. Поскольку ты наделил меня искусственным интеллектом я подпадаю под статью о защите разумных рас…
А дальше чертовка принялась зачитывать положения из закона, который не имел к ней ни малейшего отношения, но так уверенно, что Дамир, кажется, поверил. Тёмные брови скрылись под взлохмаченной чёлкой, глаза расширились. Я попыталась быстренько считать поверхностные мысли любимого гения, но тот укоризненно на меня посмотрел.
– Я случайно! – выдала я и отступила, «спрятавшись» за Марусю. – Кстати, лишать книг – это святотатство. Как тебе, учёному, могло такое в голову прийти? – возмутилась не на шутку.
В ладонь опустился прохладный тяжёлый кругляш. Похоже, конфета в фольге.
Быстро положила благодарность в накладной карман, там, по идее, конфетка не расплавится.
– Ида, если бы она читала книги! – фыркнул Дамир. – Любовные романы и эротика – вот её энциклопедии.
Я прочистила горло, но взгляд от учёного не отвела. Сладость нужно отработать.
– Это отличное пособие для изучения… взаимоотношений мужчины и женщины. Кроме того, это художественная литература, а она развивает воображение, логику…
– Какая логика в любовных романах? – рыкнул недовольный моим сопротивлением Дамир.
– Женская! – в том же тоне ответила ему. – Любовные романы помогают женщинам терпеть ваши мужские выходки!
– Вот–вот! – поддакнула Маруська и сунула мне в руку ещё одну конфету, затем подумала и добавила ещё две. На всё готова, лишь бы её не лишили интеллектуального занятия – чтения.
– Доказано, что женщины, которые читают любовные романы, более верные, преданные, заботливые, нежные, женственные, они лучше понимают мужчин, кроме того, меньше их нагружают своими проблемами. И попробуй сказать, что Маруся не такая, – закончила я с триумфом.
– Э-э, – протянул Дамир, совершенно дезориентированный нашей сплочённой работой.
Кофемашина всё это время смотрела только на властелина банковской карты. Её «лица» я не видела, но не сомневаюсь, что она вновь демонстрировала слёзы. При этом старательно передавала мне шоколад.
Справившись с набежавшей слюной, продолжила.
– Я думаю, тебе стоит поговорить с адмиралом Монро, чтобы он не тянул с нашей увольнительной, а то Марусенька и так долго ждёт праздника. Со всеми заботами и волнениями мы пропустили самый важный день в году. Скоро будет выставка–ярмарка инновационных технологий, можно заехать туда, выбрать достойный подарок нашей драгоценной, милой…
– Не перегибай, – шепнула кофемашина.
– … Марусеньке, – закончила я, убрав из предложения два десятка комплиментов. – Погулять по городу или пролететь над ним, может, заглянуть в какой–нибудь музей. Что касается вечера, мы с группой давно запланировали собраться и отметить окончание первого учебного года, но уверена, все будут рады, если вы присоединитесь. Кстати, забавное совпадение, но ребята как раз выбрали домик в горах. Точнее, огромный дом. Не знаю, есть ли там река рядом, но вид обещали шикарный.
– А чей дом? – неожиданно резко уточнил Дамир.
– Не знаю. Я печатала отчёт, когда народ обсуждал, куда мы поедем, так что не обратила внимание.
Пальцы мужчины запорхали над клавиатурой и через несколько мгновений он получил ответ на свой вопрос, однако озвучивать его не стал, только нахмурился.
Кажется, это дом Дитера. Упс.
– Мы будем, – проговорила Маруська серьёзно и важно. – Непременно будем. И я за вами присмотрю, ведь я ответственная, заботливая и очень начитанная. Да, Дамирушка?
– Да! – проговорил он, размышляя о своём. – Идарика, в кресло. Маруся, кофе. За работу.
Я послушно упала, куда велено, и распахнула сознание, вызывая в памяти нужный фрагмент.
– Всё, – в следующее мгновение произнёс Дамир.
Непонимающе моргнула. Посмотрела на морщинку меж тёмных бровей, на поджатые губы учёного. На то, как посерело его лицо. Устал.
Я же не чувствовала ничего, кроме удивительной безмятежности. Непривычной. Несвойственной мне. Подозрительной. И… разве мы уже что–то сделали?
– Блоки? – спросила раньше, чем осознала, насколько глупо сейчас выгляжу. Разумеется, они самые! Неспроста он полулежит в кресле и до сих пор не прикоснулся к кофе с конфетой, что подала Маруська до начала процедуры. – Почему? Информация представляет для меня опасность, да? Ты их потом снимешь или мне самой придётся?
– До высадки на К-7412 не лезь, затем… у тебя всё получится.
– Ладно.
Я испытывала смешанные чувства. Было неприятно, что Дамир подчистил мне память, притом принял решение в одностороннем порядке. Однако я знала, что его поступок продиктован заботой о моей безопасности, и в глубине души получала удовольствие от осознания, что небезразлична ему.
Отчего–то вдруг показалось, что причина установки блоков несколько иная.
Я не могла объяснить, откуда взялась эта идея, но её определённо стоило проверить.
– То есть о мыслях Дитера ты не расскажешь? – уточнила нейтральным тоном. Незачем показывать эмоции.
– Почему же? Расскажу, – огорошил мужчина. – Тебя насторожило то, что он слишком много знает о планете и отчего–то уверен, что всё пройдёт гладко, тогда как у руководства академии и совета иное мнение. Это всё.
– Но ты поставил мне блок.
Дамир выпрямился в кресле, сделал глоток кофе, лишь после этого наклонился в мою сторону и, обдав терпкой кислинкой первоклассной арабики, выдохнул: «За ним спрятано послание».
Мой взгляд замер на его губах. Красиво очерченных. Притягательных. Они были слишком близко. Так близко, что достаточно было лишь немного качнуться вперёд, чтобы почувствовать их сладость.
Однако я не позволила себе слабости раствориться в ощущениях.
Нельзя.
Не позволено.
Запрещено.
Не сейчас!
– Спасибо, – ответила, нащупывая конфету в кармашке и быстро её разворачивая. Хотела с независимым видом её съесть, вместо этого рука дрогнула, застыла на полпути.
А дальше…
Дамир легко перехватил моё запястье и бессовестно ухватил шоколад, мягко коснувшись губами кончиков пальцев, мгновением ранее державших лакомство.
И я впервые в жизни не на шутку испугалась. Дёрнулась, вжалась в кресло, глядя на опешившего мужчину распахнутыми глазами и не зная, что и думать, как действовать, куда бежать. И убегать ли.
– Идарика, даже самые сильные менталы – не сухари, а живые люди. Мы способны испытывать яркие эмоции, пусть и не так часто, как остальные, – спокойно объяснил Дамир, откинувшись в своём кресле и предоставляя мне свободу действий.
– Я… я не ожидала, – призналась смущённо. До сих пор в голове не укладывалось, что я могу быть столь впечатлительной, чуткой, отзывчивой. Тело горело огнём, колючей щекоткой нервов по коже скользило электричество, сердце колотилось как сумасшедшее.
– Не стоит бояться своих реакций…
– Я не боюсь, а предпочитаю ими управлять, – ответила немного резко.
– Ты настолько умна, что порой я забываю о твоём возрасте. Приношу свои извинения. Это целиком и полностью моя вина.
– Не извиняйся. Для меня это хороший опыт, более того, он получен в безопасной зоне, – заметила я с улыбкой, найдя отличный аргумент, чтобы не накручивать себя. – Будь здесь Кирилл, он бы до конца жизни троллил меня, а если ещё кто – подумать страшно!
Я практически обрела внутреннее равновесие, как вдруг поняла, что у моей первой в жизни яркой эмоции непристойного характера был свидетель. Даже два. И то, что они электронные, не делало их безопасными. Кирилл тот ещё жук! Взломать электронный замок и кофемашину для него не составит труда.
Повернулась к Марусе. Та и не думала принимать невинный вид. Её и взламывать не надо, с удовольствием сдаст.
Однако я оказалась не права.
– Момент, где Дамир впервые в жизни приносит извинения не удалю! – упёрлась Маруся. – Он пойдёт в семейный архив!
Я застыла с глупо приоткрытым ртом, но тут у Дамира пиликнул браслет, он удивлённо выгнул брови, а затем обернулся ко мне. Выглядел при этом взволнованно и бледно.
– Ида, возможно, мы не увидимся до вашего отлёта, поэтому я выдам тебе пакет необходимых данных без предварительной подготовки. Анализировать будешь сама, блоки держи круглосуточно, Дитера не подпускай на пушечный выстрел, – скороговоркой выпалил он.
– Это разумеется.
– В дела Кирилла не лезь, ничего лишнего ему не рассказывай, – нашёл, чем удивить Дамир. – Они с Дитером продолжили копать тему пиратов с Окраинных Миров, так что им придётся работать с такими профи, что шила в мешке утаить не смогут, не хватит ресурсов. Их обоих выпотрошат не раз, так что тщательно продумывай каждое слово во время разговора. Уверен, по возвращении с Кашки Кира переведут в спецведомство, а ты станешь старостой.
Плечи устремились к земле. Только не это!
Я не шутила, когда говорила Нариссаль, что не хотела становиться у руля, предпочитая отсидеться в уголочке.
Да, я нашла подход к более зрелой и опытной во многих сферах команде, но меня безмерно раздражали бесконечные отчёты и доклады! Они отнимали драгоценное время!
– Жаль.
– Не жаль. Так надо, – отрезал Дамир. – Следующее. Дитера уберут, как только его раскроет группа.
– Благодарю за подсказку! – Я коварно улыбнулась, хотя понимала, что в ближайшем времени провернуть затею не светит.
– Помни, что в группе у тебя нет друзей и доверенных лиц, с ними ты пройдёшь лишь часть жизненного пути, и во что это выльется поймёшь спустя много лет. Сейчас ты можешь доверять только нам с Марусей. Да, дорогая?
Хранительница компромата важно кивнула.
– А то, что Кирилл…
– Кир может взломать лишь ту часть данных, которую я ему позволяю, – ответил Дамир без улыбки, хотя в обычных обстоятельствах непременно бы хмыкнул и, возможно, даже подмигнул мне. – Маруся – верный друг и соратник, и как бы себя ни вела, запрограммирована на обеспечение твоей безопасности.
– Поняла, – ответила важно, сама же едва совладала с эмоциями – лицо неуклонно превращалось в довольный смайлик. Настоящее признание в любви от гениального учёного! Ну надо же! Дождалась!
– Не знаю, как сейчас начнут разворачиваться события, будет ли у вас увольнительная, смогу ли вырваться и присутствовать, так что день рождения Маруси отмечайте в удобное время, расходы оплачу. А сейчас прошу извинить, вынужден откланяться. Если не хочешь возвращаться к себе, диван раскладывается, а я буду отсутствовать всю ночь.
Да что со мной сегодня? То и дело смущаюсь, дёргаюсь, нервничаю. Возьмите себя в руки, девушка.
Только не получалось. Как никогда отчётливо я чувствовала своё тело, испытывала сильные эмоции и они совершенно отчётливо влияли на мой обычно холодный, трезвый, ясный ум. Непривычно и неприятно.
– Дамир, а может быть такое, что мед–боксы делают менталов более…
– Замороженными, да, – закончил мужчина фразу. – Я прочитал отчёт о практике на Амираке. Вы были невероятно эмоциональными на серой планете, и потому я заподозрил неладное. Затем прояснил ещё пару нюансов и подтвердил гипотезу. Так, всё, я побежал. Если не увидимся, пришлю на браслет остатки инструкций. Маруся, на тебе… Ан нет, не простишь ведь. Ты со мной. Ида, ложись спать.
Дамир посмотрел на меня так, словно хотел подойти и, возможно, поцеловать, но кивнул и быстрым шагом удалился, тогда как Маруся замерла на полпути к двери, затем и вовсе приказала её заблокировать.
– Не можешь поверить, что он оставляет меня здесь без присмотра? – спросила я, не двигаясь с места, хотя собиралась вернуться к себе.
– Нет. Я хотела тебе сказать, что мы с Дамиром тоже собираемся на планету К-7412. Он подал прошение.
– Там небезопасно.
– Если Дитер считает, что вы легко справитесь, значит так оно и есть, – убеждённо произнесла Маруся. – Нас к вам отпустят только если вы сможете обеспечить определённый уровень безопасности, так что ты уж постарайся.
Я кивнула и поднялась.
– Мне пора. Тебе, наверное, тоже.
– Постой! Тебе скоро исполняется восемнадцать и я хотела с тобой поговорить на важную для каждой девушки тему. Не думаю, что будет уместно, если ты обратишься с этим вопросом к Кириллу или Дамиру. Они мужчины и не…
– Что–о–о?! – протянула я с выпученными глазами. – Маруся!
– Что Маруся? Кто, как не я? Мне велено за тобой присматривать, подсказывать, оберегать.
– Конфет и кофе пока достаточно. Хотя нет, если у тебя есть успокоительное, можешь накапать, – проговорила я шёпотом, потому что голос внезапно отказался подчиняться.
– И тем не менее я настаиваю. Может, не прямо сейчас. Поверь, у меня огромный опыт и я всё досконально тебе опишу. Я подготовилась! Прочитала множество книг, просмотрела сцены из фильмов, где мама объясняет дочери, как устроены отношения между мужчиной и женщиной…
От ужаса мозг заработал неожиданно ясно, и я в два счёта нашла повод избавиться от навязчивой кофемашины.
– Маруся, а ты знаешь, куда пошёл Дамир?
– Нет.
– Подозреваю, что вернулся шеф, – кротким голосочком произнесла я… и в следующее мгновение осталась одна.
Посмотрела на столь заманчивый и мягкий диван, но не соблазнилась его близостью. Если я права и к нам вернулся шеф, Тобс с утра пораньше будет занят, и мы сможем выспаться, а делать это нужно в своей родной кровати. Оттуда всё же удобнее позвонить с утра пораньше Нариссаль и рассказать, как мне признались в любви. Она, конечно, не проникнется. Этой романтичной натуре нужны красивые слова, антураж, быть может, музыка. Я же более прагматична, мне достаточно действий. А словам… словам я давно не верю.
– Спокойной ночи, – вежливо произнесла я, зная, что электронный замок не дремлет.
– Спокойной ночи, прекрасная фея.
Глава 32. День рождения Маруси Дамировны
Идарика
Я оказалась права. Шеф вернулся.
Осунувшийся, измождённый. Если бы не алый цвет кожи я бы сказала: «посеревший».
Он казался рассеянным, странным, замкнувшимся и совсем не напоминал себя прежнего. Ярко–жёлтые глаза стали прозрачными и будто выгоревшими, старыми.
Мы не знали причины его отсутствия, и не на шутку взволновались. Академия из привычно гудящего улея превратилась в холодное, мрачное, тихое заведение. Студенты и курсанты затаились, не понимая, что происходит и чем это чревато, но общий уровень напряжения зашкаливал настолько, что в нашей группе неожиданно проявился дар пси ещё у нескольких человек. Возможно, именно это вытащило шефа из кабинета, ведь после возвращения он не принимал даже лучшего друга Торвальда Монро.
Придя на ежедневную утреннюю медитацию мы увидели любимого адмирала Традониадаля. Он по–прежнему был похудевшим и напряжённым, но в нём снова бурлила энергия!
– Вижу, что удивлены, – проговорил метран, опускаясь на коврик. – Садитесь, обычный протокол со мной можете не соблюдать, время дорого, я и без того прекрасно знаю, кто и на что у нас здесь способен. Не стану вводить вас в заблуждение и сразу обрисую ситуацию: вам предстоит безумно сложная практика. Амирак – чепуха, по сравнению с тем, что ждёт на К-7412. Наша задача сейчас – максимально прокачать способности каждого. Также хочу заметить, что пробуждение пси – это норма после Амирака, если у кого–то ещё проявятся способности, прямым ходом идёте к дежурному медику, вам помогут пройти инициацию. Забудьте о страшилках, что слышали о людях с пси–способностями, это информация для обывателей, на деле всё обстоит иначе. Все инициированные пси будут заниматься дополнительно, поэтому у менталов останется чуть больше времени, его вы сможете посвятить изучению Кашки. Я слышал, вы приступили к данному вопросу самостоятельно…
Адмирал обвёл ехидным взглядом притихшие ряды вечно сующих свои носы куда не следует курсантов.
– Так точно, – повинился Кир.
– Мы не владеем практически применимой информацией о планете, потому вынуждены готовиться масштабно, не зная, в какие сферы стоит углубиться детальнее, – намекнула я на то, что больше сведений ещё никому не помешали.
Жёлтые глаза шефа уставились на меня, словно вскрывающие черепушку лазерные лучи, но я не посрамила честь учителя и своевременно выставила дополнительные щиты, заставив адмирала Традо удивлённо приподнять брови, а после и улыбнуться.
– Хвалю. Прогресс налицо.
– Благодарю вас, шеф! – Я расплылась в улыбке словно школьница, получившая высший выпускной балл.
– К концу занятия я проверю каждого. Тех, кто сможет выдержать блоки под моим напором свыше трёх минут, лично просвещу относительно К-7412, а вы уже дадите направление остальным, куда двигаться в изучении данных, разумеется, не вдаваясь в детали; полный инструктаж проведёте на планете, не раньше.
Мы с Киром довольно потёрли руками, рассчитывая, что уже сегодня получим вожделенную информацию, но не тут–то было, шеф оказался куда сильнее, чем мы думали! Нас в буквальном смысле выпотрошили и оставили лежать без сил на ковриках, вспоминать, как дышать, и восстанавливаться.
Когда стихла головная боль, прошла тошнота и я смогла открыть глаза, не морщась, проверила, на месте ли блоки Дамира или я подставила учителя по полной.
Ничего не было.
В мозгу царил идеальный порядок. Такой, словно в нём навели генеральную уборку, строго рассортировав данные по ящичкам. Однако, как и при любой уборке чужими руками, возникало страшное неудобство – я не знала, что где лежит!
Огляделась по сторонам. Одногруппники и Кир в том числе лежали сломанными куклами и пытались прийти в себя или и вовсе спали. Поднялась и бесшумно удалилась, зная, как неприятен для них любой звук.
Чувствовала себя отвратительно, но доползла до лаборатории Дамира, в которой, к сожалению, не оказалось ни хозяина ни Марусеньки, потому слопала булочку из личных запасов кофемашины и без сил упала на диван.
– Замочек, тебе дали имя? – спросила тихо–тихо, чтобы не травмировать пострадавший организм ещё больше.
– Нет, – со слезами в голосе пожаловался электронный страж ещё тише.
– Выбери себе имя, я тебя назову, пока нет Маруси, – предложила дружески. – А Дамиру скажи, когда вернётся, что нас досмотрел шеф и я не нашла ни одного блока. Он поймёт, о чём речь.
– Договорились. Спи, я пока прочитаю значения имён и выберу подходящее, – совсем другим тоном предложил замок.
Я отключилась, не дослушав.
Проснулась от вопля Маруськи: «Тебе на занятие!»
Вскочила, непонимающе хлопая глазами. Казалось, на минуточку легла прикорнуть, но нет. Безжалостные часы показывали, что я спала почти сутки и через четверть часа начнётся второе занятие с шефом.
– Всё под контролем. Ничего страшного не случилось. Беги, – с улыбкой отреагировал на мой нервный взгляд Дамир. И уже в спину добавил: – Доброе утро, Ангелочек.
На бегу улыбнулась. Как всё–таки мило у нас развиваются отношения. По чуть–чуть, по капельке мы становимся ближе. Несмотря ни на что. Вопреки всему.
Второе занятие прошло ещё трагичнее и закончилось лазаретом для нескольких человек, при этом мед–боксы по–прежнему не задействовали. И после третьего занятия, и после четвёртого. Я очень хотела обсудить этот вопрос с Кириллом, но они с Дитером исчезали сразу после «медитации» с шефом, по вечерам тренировали новоявленных пси, а по ночам… Мне не интересно, где был Дитер, а Кир теперь ночевал у Тани, которая умудрилась выбить себе квартиру в доме для преподавателей академии, и вытащить его оттуда было совершенно невозможно. Наверное. Никто ведь не проверял.
Учебный процесс для нашей группы сузился до утренних тренировок с адмиралом Традониадалем и вечерних – с Тобсом на полигоне. Остальное время мы посвящали восстановлению и изучению первоначально составленного мной списка, поскольку до сих пор ни один из членов группы не выдержал адмиральское внимание в течение трёх минут.
У пси, конечно, были ещё обещанные дополнительные занятия, после которых они спали до утра и, как показала практика, иногда не слышали будильника. Адмирал Традо отнёсся к этому неожиданно бережно и перенёс занятия на более позднее время.
У меня был вагон предположений и идей, связанных с «внезапно» проявившимися способностями у одногруппников, но обсудить их было не с кем. Дамир исчез с радаров, Кир слишком плотно работал с Дитером и я опасалась предоставлять ему сведения, кроме того, адмирал Традо на каждом занятии внимательно следил за нашими упражнениями и иногда подключался к заинтересовавшей его паре. Потому я достала пачку экобумаги и записала то, что не хотела «случайно» забыть.
Итак, сперва мы едва ли не жили в мед–боксах, которые блокировали эмоции и, возможно, не позволяли проявиться пси–способностям. Нас «насиловали» изнуряющими тренировками, сверх разумного нагружали информацией и смотрели, как мы справляемся. Полгода практики на Амираке без волшебных капсул сделали нас эмоциональными, восприимчивыми, чувствительными, после чего у нескольких человек проявились пси.
Родилось пси, как подумал тогда Дитер.
Вот, что за слово меня тогда зацепило! Родилось.
Именно эти знания мне заблокировал Дамир. Только почему?
Если отталкиваться от слова «рождение», можно провести аналогию с репродуктивной системой. Иногда врачи приостанавливают её работу с помощью специальных препаратов, а затем их отменяют, словно перезапуская с новой силой, и у пациентки повышается шанс забеременеть.
Быть может, появление, точнее рождение пси–способностей тоже можно спровоцировать? Нарочно заблокировать, «осушать» эмоции с помощью мед–боксов, а затем закинуть на планету–провокатор Амирак и ждать, когда «семена пси взойдут».
Вероятно, здесь я не ошибаюсь.
И чем эта информация может быть опасна?
Почему Дамир велел вскрыть блок только после высадки на Кашку? И шеф…
Три минуты активного вмешательства. Три минуты сопротивления сильному менталу.
Я чувствовала, что разгадка близка. Шеф неспроста назвал это время. Но почему? Три минуты и ни секундой больше. Или меньше.
Время играет какую–то роль.
Пиликнул браслет. Машинально посмотрела на экран.
– Увольнительная? Серьёзно?!
Засунула лист бумаги во внутренний карман и побежала на общий сбор.
– Два дня увольнительной, затем неделя тренировок и вылет. Если до вылета не пройдёте моё испытание, пакет данных получите на поверхности К-7412. Запрещено пить, курить, употреблять прочие вещества, – проинструктировал адмирал Традониадаль. – Свободны. Кирилл, задержись.
Я сгорала от любопытства, но ждать друга не стала. Не хотела терять время, ведь стоило организовать обещанный день рождения одной электронной вымогательнице. Обещания – это святое.
Заняла ближайший подоконник в коридоре и принялась рассылать сообщения в «узкий круг» друзей Маруси Дамировны, как вдруг на горизонте появилась сама виновница торжества. И не важно, что на самом деле оно давно прошло. Не лишать ведь любимицу академии праздника. Она нас со свету сживёт!
– Марусенька, а я как раз тебе пишу! – радостно возвестила я, предъявляя экран планшета. – Таня ответила, что они с Кириллом с радостью присоединятся к нашему празднику, Дамир тоже постарается быть.
– Спасибо тебе, моя хорошая, – ласково пропела кофемашина. – Не забудь купить красивое платье и заглянуть к роботу–стилисту.
– Ой, точно! – всполошилась я и побежала к себе, лишь спустя несколько мгновений сообразив, что от меня наглым образом избавились, не желая слушать шуточки про их с адмиралом Традо роман. Похоже, кое–кто соскучился по шефу и теперь преследует его по всей академии. Умора, конечно.
А платье я всё равно купила бы, ведь Нариссаль уже ждёт, не дождётся, когда я попаду в её наманикюренные ручки. Она давно подготовила программу мероприятий, и встреча с группой туда совершенно не вписывалась, ревнивая подруга не желала меня ни с кем делить. Кое–как уговорила Нарис присоединиться к нашей честной компании, ведь первая полноценная увольнительная – это святое, мы обязаны её отметить с сотоварищами, тем более, что большинство ребят были с других планет и на Аруане не имели ни друзей, ни семьи. Этот аргумент её убедил.
Надевать гражданскую одежду казалось немыслимым легкомыслием. В невесомо–воздушном голубом летнем платье я чувствовала себя обнажённо и уязвимо. Непривычные ощущения. Странные. И лиф, кажется, тесноват.
– Уж перестроилась, так перестроилась, – оценила я привычку носить брюки.
Когда зашла в парикмахерскую, робот–стилист колдовал над локонами Селены. Наша первая красавица присвистнула, увидев меня.
– Шикарно выглядишь. Немного косметики, причёска – тебя никто не узнает!
– Ладно тебе. Лучше посоветуй, какой образ выбрать, я никогда особо не увлекалась всеми этими штуками. На гражданке у меня личный стилист – подруга с безупречным вкусом. Мне, как ты понимаешь, не дают принять решение даже по поводу цвета.
– А на дне рождения будет твой учёный? – с хитрой усмешкой поинтересовалась Селена.
Подавила желание сказать, что он не мой учёный, но хватит уже. С чего это вдруг он не мой? Очень даже мой. Никуда он от меня не денется.
– Будет, – проговорила спокойно, как и полагается уверенной в чувствах возлюбленного барышне.
– Распущенные волосы, лёгкий макияж и естественный румянец, – дала рекомендацию более опытная подруга. – И держись меня, присмотрю, чувствую, наши мальчишки одуреют от твоего романтичного образа.
Бросила на неё испуганный взгляд.
– Ещё чего не хватало!
– Это неизбежно, Рика, ты слишком красива и юна, при этом независима, парни сразу делают стойку. Завоеватели! – хмыкнула она. – А Дитер, как мне кажется, лишь изображает влюблённость, только не пойму, зачем, – вдруг удивила замечанием первая красавица. – Может, хочет позлить твоего учёного?
– Тоже заметила, значит. Да, – с тяжёлым вздохом признала я очевидное. – Не знаю, как избавиться от внимания рыжика, он удивительно упрям и настойчив, и, признаться, немного пугает этой показательной влюблённостью.
– Если он заинтересован в тебе с корыстной целью, то не отвяжется, что ни делай. Дитер упорный и хитрый, я тоже его побаиваюсь и, если совсем откровенно, подозреваю, что он работает на академию. А ещё мне кажется, он немного похож на одного из членов совета.
Я не ожидала от девушки проницательности и столь открытого высказывания, потому поджала губы и кивнула, соглашаясь с доводами.
– Любуйтесь, – велел робот–стилист и переместился ко мне. – Распущенные волосы, лёгкий макияж, естественный румянец, – повторил он слова Селены, требуя подтверждения. – Можно добавить тонкую ноту парфюма и мерцающую пудру на кожу.
– Полностью вам доверяю, творите, – уверила специалиста по красоте.
– Рика, я не знаю всех нюансов, но посоветовала бы тебе не влюбляться в учёного. Или насладиться его компанией по полной, потому что… ну, ты поняла, – скомкано закончила красавица и, кинув «до скорого», вышла.
– Прошу извинить, но я обязан напомнить, что вы не достигли совершеннолетия и наслаждаться компанией любимого мужчины по полной сможете лишь спустя семнадцать дней, восемь часов и одиннадцать минут, – педантично уточнил робот.
– Благодарю, – ответила вежливо, хотя от комизма ситуации дёрнулся глаз. То Маруська со своими советами о первой ночи с мужчиной, то парикмахер! Кому скажи – не поверят.
Однако поверили и ещё как!
Нариссаль так хохотала от моих рассказов, что в какой–то момент нас едва не выгнали из её любимого кафе.
– Я просто обязана познакомиться с вашей кофемашиной, – всхлипывая и утирая слёзы проговорила Нарис. – Уверена, мы подружимся.
– Почему–то ничуть в этом не сомневаюсь.
Мы прогулялись по парку, беззаботно полежали на траве, покормили верблюдов листьями акации. С лучшей подругой было хорошо и уютно, надёжно и спокойно. Рассказывать об учёбе я не могла и не хотела, но проблемой с рыжим одногруппником поделилась, правда, не вдаваясь в подробности его роли в коллективе.
– Если он сын или родственник одного из членов совета, ситуация хреновенькая, – заключила Нариссаль, привычным движением отбирая моё мороженое. Эта сладкоежка слопала несколько порций лакомства в кафе, затем купила нам по рожку в парке, быстро прикончила свой и вот настал черёд моего. А ведь я специально выбрала кислое малиновое, зная, что оно ей не по вкусу. С Нарис нужно есть быстрее или не выступать.
– Да. Но у меня ни кола, ни двора. Зачем я ему нужна?
– А он случайно не пси?
Удивлённо посмотрела на подругу.
– С чего ты взяла?
– Я недавно читала, что у некоторых пси есть возможность заглядывать в будущее. Это, конечно, был жёлтый сайт, доверия ему никакого, но, знаешь, вдруг правда. Может, Дитер увидел, что ты станешь богатой, знаменитой, влиятельной и решил приклеиться? Или ты можешь поспособствовать его карьере или финансовому успеху. Или ещё что. Иногда дети богатых и влиятельных родителей хотят всего добиться самостоятельно, показать предкам, на что способны, не желают чахнуть в их тени, – перечисляла подруга рабочие варианты.
Я не могла поделиться с Нариссаль всеми доступными сведениями, но кажется, она попала в цель. Последнее её предположение очень напоминало правду. Дитер неспроста взял другую фамилию. Неспроста честно трудился в академии, а не почивал на лаврах, проматывая родительское состояние.
Вспомнила, как Маруся уверенно заявила, что если Дитер сказал, что на планете К-7412 безопасно, значит так оно и есть. Но почему тогда столь жестоко пострадал отряд Теодора Монро? Неужели Дитер стоит выше Тео в иерархии и больше знает? Или у него… Пси–способности, разумеется. Они дают рыжику преимущество.
Возможно, проявившиеся и уже опытные пси в нашей группе – гарант безопасности миссии на Кашке. Подозреваю, прежде на планету отправляли лишь менталов и людей без способностей. Мысль стоит обмозговать.
И всё же картинка не складывалась.
Нариссаль не дала мне погрузиться в анализ ситуации. Заболтала, увлекла. Заставила перемерить сто тысяч нарядов и сменить парфюм, поскольку робот–стилист подобрал его без души. Спорить с подругой всегда было бесполезно, так что я сменила имидж, и самое удивительное, утомилась сильнее, чем после тренировки с мастером–наставником Тобиасом Крином.
На день рождения Маруси Дамировны прибыли точно в срок. В одной руке я держала гигантскую связку воздушных шаров, во второй – букет фиолетовых роз, Нариссаль же везла на гравитележке собственноручно приготовленный трёхъярусный торт, декорированный съедобными кофейными зёрнами и цветами, вполголоса пеняя, что я умудрилась слопать крохотные пирожные, которыми она планировала дополнить дизайн.
– Поверь, торт и без них выглядит шикарно, вряд ли кто–нибудь из ребят вообще пробовал домашний торт, им нереально повезло, – вяло отбивалась я, потому что действительно умудрилась впихнуть в свой крохотный желудок десяток миндальных кругляшей, и если и раскаивалась, то только в одном – что до этого съела мороженое и два макаронса не пострадали от моего пристального внимания.
