Текст книги "Космическая академия. Любовь без кофе не предлагать (СИ)"

Автор книги: Иринья Коняева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

– Опять же, Шанте, кажется, много путешествовал и партис где–то нашёл, редкость несусветную. Какова вероятность того, что он был на К-7412 или у жаб?

Забыв о еде, вернулся за компьютер. Мозг выстраивал четкую структуру и пока ничто не препятствовало процессу, а это могло означать лишь одно – я на верном пути.

Запросил расширенный доступ у шефа и тот немедленно его предоставил. Отлично!

С новыми правами я в два счёта нашел дело о пленении граждан Объединенных Земель неизвестной расой. Эту историю не освещали в СМИ, более того, она вообще не просочилась дальше военных медиков и членов Совета Тринадцати.

Внимательно изучив данные бросил взгляд на часы, они безжалостно показывали половину шестого утра. Остановив порыв наплевать на этикет и позвонить дизайнеру и компаньону Тани в столь неприличное время, я всё–таки решил поесть и немного взбодриться.

– Маруська, кофе! Давай двойной эспрессо.

– С лаймом?

– Обязательно.

– На голодный желудок кофе пить вредно, – назидательно произнесла Маруська. – А чего это мы так смотрим? Что я не так сказала? Ведь и правда вредно!

– Маруська, давай договоримся: ты не выносишь мне мозг, я не отключаю тебя к чертям собачьим!

– Идарике почему–то можно заботиться о тебе, а я что, самая рыжая? – обиженно всхлипывая несуществующим носом «дула губы» техника.

Вот коза электронная! Подслушивала наш с адмиралом разговор, несмотря на прямой запрет.

Впрочем, я слишком устал, чтобы злиться, а вот шутить могу в любое время, особенно, когда вспоминаю её честные–пречестные глаза во время заверений, что она не читает дамские романы.

– Про самую рыжую ты в какой–то жутко научной литературе вычитала, да? – улыбнулся я сдержанно и прилично, как и полагается серьёзному учёному. Который про себя просто заливается хохотом!

– Естественно! – фыркнула Маруська.

– Ну, давай–давай, поищи в сети, мне даже самому интересно, найдешь ли, – съехидничал я и сделал очередной глоток кофе.

– Дамирушка, радость моя, а ты знаешь, что мужчина должен быть снисходительным к маленьким женским слабостям? – совсем другим тоном пропела машина.

– Конечно, дорогая. Я люблю тебя такой, какая ты есть, – едва не хрюкая от смеха, произнес «правильную фразу».

– Ах! Ну, до чего же ты хорош! – Маруська прижала руки к груди и прикрыла глаза. Но тут же открыла один глаз, подсматривая.

– Угу, я такой, да, – утирая набежавшие слёзы, согласился я. Ну и актриса! Я бы крикнул: «Браво!», да ведь обидится.

– Скромный ещё, – вставила кофемашина.

– Маруська, прелесть моя, ну, что бы я без тебя делал? Ты, наверное, единственная дама, которая может так эффективно с утра поднимать мне настроение.

– Не то, что Ида, которая только портит его и всё тебе запрещает, да? – не удержалась ревнивица.

– Давай обойдемся без провокаций, хорошо?

– Но всё–таки? Я ведь лучше, чем она, да? – настаивала ревнивая техника.

– Маруся!

– А что Маруся? Что Маруся? Вот уйду от тебя к адмиралу Традониадалю, будешь знать! Ида так о тебе заботиться не будет, вот! Она вообще… эта… как её? Карьеристка, вот!

Шантажа от мелкой пакостницы не ожидал совершенно, да и не предусмотрено это было её программой.

– Марусенька, солнышко моё, а ну–ка расскажи, кто у тебя в мозгах пошуровать успел за моей спиной? Кир?

– Ни слова не скажу!

– Вот гад! – Я едва не рассмеялся. Кир не мог упустить такую роскошную возможность подколоть меня. И ведь как хорошо скрыл хвосты, я и не заметил. Моя школа!

– Кирочка не виноват! Я сама попросила. Честно! – грудью встала на защиту своего любимчика Маруся.

– Не ври мне, бесстыжая, – включил я строгого начальника. – Завтра куплю самый мерзкий кофе и засыплю в тебя целую пачку.

– И сам будешь его пить?! – не поверила электронная обманщица.

– Буду пить, морщиться и ругать тебя, пока кофе не кончится.

– Я больше так не буду! Не надо мерзкий кофе! – запаниковала Маруська. – Обещаю! Клянусь! Я буду лапочкой!

– Смотри мне! – пригрозил, сощурив глаза.

– Клянусь стопроцентной арабикой с Оркхи! – торжественно заявила Маруська.

– Ты прощена, – смилостивился «жестокий хозяин» в моём лице, – давай ещё порцайку кофе, пойду работать.

– Вот, пожалуйста, держи. Самый вкусный, обжарка – как ты любишь! – залебезила проштрафившаяся кофемашина.

– Так бы и сразу, а то ишь, чего удумала!

– Я больше не буду, честно.

Я с улыбкой вернулся в кабинет, с улыбкой позавтракал и допил кофе. Кирилл оказал мне неоценимую услугу, ещё больше очеловечив любимую кофемашину, которая становилась до чертиков похожа на сварливую ревнивицу–жену, развлекая своими пассажами и отвлекая от тяжких дум.

– Интерком, связь с лазаретом.

– Доброе утро, Дамир.

– Доброе утро, Лада. Забегу через минутку, вколешь мне чего–нибудь бодрящего, хорошо?

– Без проблем, конечно, но завязывал бы ты с этим делом, – привычно пожурила меня медик.

– Не могу пока.

– Да ты всегда не можешь. Ладно, топай сюда и притащи, наконец, мои кружки! Когда ты прекратишь их тырить?

– Я случайно.

– Случайно он, – недоверчиво цыкнула главврач. – Давай, жду.

Коллекция грязных кружек, позаимствованных из лазарета, оказалась внезапно большой. Вызвав робота и нагрузив его казённой керамикой, пошёл следом, удивляясь, как много кофе, оказывается, пью.

– Ида права, надо что–то с этим делать, – бурчал я себе под нос, – и у Маруськи запросить отчет, сколько я потребляю кофеина, ведь и лазаретных кружек более, чем достаточно, а ещё она мне делает.

Довольная возвращением посуды Лада вколола мне энергетик и коктейль витаминов с минералами, пообещав, что до обеда я точно продержусь.

Я не хотел откладывать задуманное, торопясь до отлёта Шефа успеть собрать максимум полезной тому информации и при этом не свалиться от истощения. Потом отосплюсь.

Бобо согласился встретиться в студии, хотя я бессовестно его разбудил.

– Извини, что выдернул в неурочное время, но сроки горят. От твоего содействия зависит жизнь одного очень хорошего человека, точнее метрана, не суть важно. Наша спокойная и размеренная жизнь, вполне возможно, подошла к концу, мы находимся на волосок от войны или ещё какой напасти, поэтому прошу не юлить, расшаркиваться и правда некогда, – припугнул я его с порога.

Бобо Шанте побледнел, тотчас сообразив, о чём пойдёт речь, но мужественно кивнул. Хороший всё–таки у Тани напарник.

– Если ты не хочешь рассказывать, я могу сам посмотреть, – предложил я.

– Ты пси? – испуганно уточнил дизайнер.

– Нет, ментал. Блоки твои для меня не проблема, не волнуйся. Так будет быстрее и тебе не нужно особо вдаваться в подробности, я сам увижу то, что нужно. Это не больно.

–Знаю. Хорошо, давай так, – чуть откинулся на диване Бобо, расслабившись, насколько это было возможно.

Через двадцать минут мы сидели в той же студии и пили. Много пили. Молча. Не помогало.

– Вообще не берёт, – констатировал я спустя время.

– Угу.

– Реакция на стресс.

– Ну.

– Слушай, мужик, а ты не думал подправить память? Нахрена тебе такое? – совершенно искренне спросил я. У меня, холодного и прагматичного ментала и то дрожали руки после увиденного, а он как–то с этим живёт.

– Пси пробовали, менталы пытались, военные психиатры гипнотизировали – меня ничто не берёт. А я и рад бы забыть, да не забывается.

– Да ну, не может такого быть, всегда можно найти блоки, взломать и удалить ненужное. Я сейчас немного не в форме, но завтра приезжай ко мне в академию, я дам тебе допуск, и мы это сделаем.

– Ты уверен? – без энтузиазма уточнил Бобо.

– Естественно! Если у меня не получится, дождёмся возвращения Кира и попробует ещё он, или даже Таню попросим.

– Таню? – удивился дизайнер.

– Можешь не делать вид, что не в курсе, – улыбнулся я, – она рассказывала о тебе, вы добрые друзья.

– Девушки совершенно не умеют молчать.

Мы обменялись понимающими взглядами и усмехнулись, хотя оба прекрасно знали, что Таня – кремень, из неё слова не выдавишь. Эта хитрая особа выдавала сведения только если считала нужным.

– Дамир, ты не думай, что я тебя гоню или что–то в таком роде, но ты, кажется, торопился, – напомнил Бобо Шанте.

– Точно! – Я поднялся, а затем внимательно посмотрел на мужественного, сильного человека, которому пришлось вынести страшные муки и при этом остаться достойным уважения, не сломаться. – Давай собирайся, поедешь со мной.

– Куда это?

– В Академию. Положим тебя в новомодный мед–бокс, он пока отреставрирует твою нервную систему, нам потом проще будет работать.

– А можно? – захлопал Бобо длинными, как у девчонки, ресницами.

– Конечно. Скажем, что ты – мой очередной рабочий проект. В общем, не переживай, со мной всё можно.

Пока летели во флае, набрал сообщение шефу: «Есть новая информация. Важно! Успеем встретиться?»

«Вылет через час из штатского космопорта».

«Скоро буду».

Препоручив восхищённо разглядывающего недоступную простым смертным Академию дизайнера заботам Лады, улетел на встречу с адмиралом. Краснокожий метран, упакованный в стильный чёрный дорожный костюм, выглядел весьма контрастно.

– Дамир, где тебя носит? Сорок минут до отлёта, я тебе максимум минут пятнадцать могу выделить. Нельзя было на планшет скинуть?

– Шеф, давайте присядем, – Я кивнул на ядовито–апельсиновые диванчики у стены. – Помните ту ситуацию, когда на год пропали пассажиры круизного лайнера «Коста Виктория»?

– Разумеется.

– Да. Давайте в контакт, быстро передам то, что удалось узнать. Пока будете лететь, как раз обдумаете и сделаете выводы. Я только со встречи, не совсем отошёл от шока, чтобы предоставить вам обработанные данные. Предупреждаю: там совсем кошмар.

– Открывайся.

Как только необходимая информация была получена, адмирал Традо как ни в чём не бывало поднялся, поблагодарил меня за оперативно найденную безумно важную информацию и удалился на посадку. Лишь излишне чёткий шаг выдавал его состояние.

– Мне бы так себя контролировать, – восхитился я шефом.

Два непростых ментальных контакта подряд, сильный шок, недосып и усталость, временно купированная препаратами, взяли своё – я почувствовал слабость в ногах. Кое–как доковыляв до стоянки флаев, уселся в первый попавшийся и, прибыв в Академию, улёгся в соседний с Бобо мед–бокс.

Задачу свою я выполнил – шанс выжить у шефа повысился в несколько раз. Уверен, теперь он справится.

Надеюсь. Ставки слишком высоки.

Глава 23. Космические страсти

Кирилл

Таня отвлеклась на рабочий планшет, чтобы доделать отчёты по медкомиссии нашей группы, я же подключился к системе корвета и раскинул пси–сеть, пытаясь соединить её с менталом, как учил Дамир.

На Амираке было сложно работать из–за непростого фона планеты, но я ежедневно тренировался и достиг некоторых высот и соединение двух противоречивых систем, эмоциональной и рациональной, давалось куда легче.

Меня интересовал владелец корвета и наш мастер–наставник в одном лице. Я быстро нашёл его в контрольной сети. Так быстро, что сам поразился, до чего здорово прокачал навык. Я слышал мысли, улавливал воспоминания, без труда воспринимал эмоции.

Тобиас Крин скучал. Его деятельная натура требовала постоянной смены декораций, людей, событий, но замкнутое пространство корвета ничего из данного списка предоставить не могло. Даже Таня, общество которой по его мнению должно было его развлечь, ушла в себя и практически весь месяц просидела в лазарете, что–то тестируя, исследуя или просто скрываясь.

Сейчас же наставник предвкушал момент, когда карантин снимут и он, наконец, оторвётся на своих любимчиках.

Я отчётливо улавливал его довольство и слово «безжалостно» в эфире.

Что касается членов экипажа, они изо всех сил демонстрировали страшную занятость, лишь бы не попасть под раздачу нарядов вне очереди от скучающего капитана.

Даже пилоты опасались, что их заставят драить судно.

И они правы! Их привилегированное положение совершенно не смущало мастер–инструктора Тобса, который будто только и ждал момента, чтобы заставить «белоручек» потрудиться.

Если кому и могло понравиться подобное стремление кэпа к чистоте, то только самому корвету «Быстрый»: начищенный озлобленным экипажем, он сиял и сверкал будто лишь вчера сошел со стапелей.

Я видел, как Тобс зашёл к пилотам, как они нервничали, пока он стоял за их креслами. Слышал их мысли. И едва не расхохотался искренней реакции парней, когда капитан покинул мостик.

– Пронесло! – радостно выдохнул пилот, имя которого я не знал, но по занимаемому месту без труда определил его должность.

– Ага. Улыбка кровожадная, прям б–р–р! – поддержал штурман.

– Не повезло бойцам. По нему видно, что оторвётся за все полгода их отсутствия.

– Да нет, думаю, как раз наоборот. Выживут, – озвучил мои мысли штурман.

– А, ну да. С нашим кэпом побоишься сдохнуть.

– Точно.

Мужчины немного помолчали, повздыхали каждый о своем и возобновили беседу.

– Слушай, – начал пилот, – а чего он попёрся–то с нами? Я понимаю, что корвет – его собственность, но он как отдал «Быстрого» академии, так и не заявлялся сюда ни разу.

– Так сбежал он.

– Не понял? – удивился пилот.

Я навострил органы чувств. Самому было страшно интересно, от кого мог сбежать наш бесстрашный мастер–наставник.

– От бабы своей. Кэп–то у нас мужик видный, скок помню его, а это почти полвека, считай, всё бабы бегали за ним, а он и рад. А кто б против был–то? Только последние пару лет на него Ладушка наша из медицинского охоту открыла. Баба–то она ещё ничего, красивая, жопа – во, – восхитился просторечивый штурман, – ну и хитрая, чё уж. Приманила округлостями, соблазнила, да и вот чем–то удерживает до сих пор. Он как кот на сметану все глядит на нее до сих пор.

– Почему сбежал тогда? Лада красотка.

– Дык, замуж захотела.

– И что?

– Да ничё! Ему–то это зачем? Живёт в свое удовольствие, всё есть, зачем ему эти проблемы? Жена, дети – это тоска.

– Ну как? – не понял пилот. – Он уже немолод, да и по статусу положено.

– Дык, ты чего как маленький? Лада для его статуса как раз и не подходит, – убеждённо проговорил штурман, лишь подтверждая мои подозрения.

– А-а.

– Бэ! Харэ трепаться. Не приведи Звезды, вернётся.

Я переключился на мастера–наставника и очень вовремя. Он ехидничал. Думал, какая наивность считать, что он, Тобиас Крин, может чего–то не знать на собственном корабле. Да, он не владел способностями к пси или менталу, но дураком никогда не был. Доступ к технологиям, знакомство с величайшими умами современности, власть – все карты на руках. Тобс считал, что умел филигранно использовать свои козыри, тем и продвинулся.

Я побоялся слушать все его мысли, потому переключился на камеры. Что ни говори, а Тобс неспроста столь высокого мнения о себе и мне стоит позаботиться о собственной безопасности. Не стоит забывать о том, что наставники куда опытнее и не один пуд соли съели на пути к своей цели. Со временем мы достигнем их высот, но сейчас стоит ходить, оглядываясь и прислушиваясь, иначе в системе не продвинуться.

Тобс зашёл в свою каюту, привычно просканировал взглядом пространство а затем активировал интерком. Надо же, Дамир ему, оказывается, создал личное чудо с искусственным интеллектом!

И ведь мне ни слова ни сказал! Как обычно, впрочем. Потому мы все ему доверяем – он умеет хранить наши тайны.

– Ксюнечка, – нежным голосом вызвал Тобс леди–компьютер.

– Да, дорогой? – проворковала проекция невысокой блондинки роскошных форм.

– У нас всё хорошо?

Ксюшечка Тобса выглядела так, что меня могли заподозрить в просмотре видео для взрослых, и я оглянулся, проверяя, чем занята любимая. Вряд ли она верно оценит картинку на экране после расставания длинной в полгода.

– Конечно. Все системы работают исправно, экипаж при деле, твоя группа тренируется в зале, – эротичным голосом проворковала Ксюнечка, приближаясь к мастеру–наставнику и прижимаясь проекцией внушительной полуобнажённой груди.

– Тренируется? Серьёзно?

– Показать?

– Давай. И сразу, пока не забыл, внеси провинившихся на черновые работы, нехрен сплетничать.

– Уточни, я тебя правильно поняла…

– Правильно–правильно, штурман и пилот! – рявкнул Тобс, явно смущаясь льнувшей к нему полуголой леди.

– Даю картинку, – чуть обижено поиграла голосом Ксюнечка.

Я усмехнулся. Дамир любит развлекаться. По–своему, конечно, но обычно его чувство юмора на высоте. Тобсу он определённо угодил.

– Ксюнечка, солнышко мое, не обижайся. Понимаю, что тебе нужно было уточнить. Я немного сорвался, был неправ, – повинился мастер–наставник.

– То–то же! – фыркнула виртуальная красавица, вызвав улыбку на лице вояки.

Я едва не хрюкнул от смеха, но машинально считал промелькнувшие мысли Тобса, утвердившись в мысли, что к женщинам он относился снисходительно и обожает капризы и театральщину, более того, глубоко убежден, что подобное поведение – своего рода проявление женственности, потому восхищался дамами, не стесняющимися использовать разные приёмы по удержанию его, Тобиаса Крина, внимания и интереса.

Вместе с мастером–наставником я смотрел, как стена превратилась в огромный экран, на котором Идарика нещадно гоняла группу. И слышал, как про себя Тобс радовался, что Ида, сама того не осознавая, переняла его командные интонации и, несмотря на всю свою нелюбовь к ругательствам, дважды обозвала одногруппников «говнюками», настолько вжилась в роль.

– Эля, Микаэла, – сказала в конце тренировки Рика, – задержитесь. Дитер, хватит копаться.

– Я пуговицу обронил, – лучезарно улыбаясь, оправдывался парень. Пуговицы давно стали лишь красивой декорацией, а на спортивной одежде и вовсе никогда не использовались, так что его желание остаться наедине ни для кого не осталось в секрете.

Но Идарика отчего–то не разозлилась, а улыбнулась.

– Подобрал? Всё, кыш отсюда! – дружелюбно выпроводила она Дитера. Но стоило двери закрыться, налетела а девчонок: – Это что вообще было? Совсем мозги потеряли? Ещё раз подобное повторится, буду лично блокировать дверь в ваши каюты, ясно?

– Да.

Провинившиеся жертвы любви и страсти дружно опустили головы.

– Обе сейчас идёте на тренажеры по пилотированию, после обеда возвращаетесь сюда и работаете до кровавого пота! – Идарика начала вышагивать туда–обратно вдоль маленького строя, заложив руки за спину. – Утром сдаёте нормативы лично Киру.

Девушки одновременно вскинули головы, умоляюще посмотрев на старшую по званию.

– И можете так не смотреть, я обязана ему доложить. Девочки, – тяжело вздохнула Идарика, – вы поймите, мы это делаем не из садизма, а ради вашей безопасности. Любовь любовью, но вы всегда должны думать головой. Эля, ты ведь хотела уйти в разведку. Передумала?

– Нет.

– Ты понимаешь, что серьёзные отношения, любые долгосрочные отношения – помеха твоей цели?

– Да.

– Мика, по тебе разговор отдельный. Надеюсь, вы с Костасом осознаёте, что делаете. Отношения не запрещены, но они будут проблемой и для вашей пары и для всей группы. Кроме того, на специализации вас могут развести по разным планетам. Точнее, скорее всего руководство так и поступит. Три года – срок немалый. Если вы не перешагнули грань, хорошо подумайте, стоит ли делать последний шаг. Это так, информация к размышлению. В любом случае вы всегда можете обратиться ко мне или к Киру, мы сообща найдём решение.

– Спасибо.

Идарика внимательно оглядела девушек ещё раз и, по всей видимости обнаружив нужную ей степень понимания и раскаяния на лицах, продолжила работу с подчинёнными.

– Так уж и быть, на первый раз обойдёмся без Кира. Но, девочки, не подведите меня, хорошо? – с правильными интонациями, вызывающими доверие, проговорила она.

Горжусь ею! Красавица! Чудо, а не девчонка!

– Конечно! – радостно пообещали Эля с Микой.

– От тренажёров я вас не освобождаю. Завтра будьте готовы на все сто, буду с особым вниманием за вами следить, – предупредила справедливая до мозга костей Рика, вновь вызвав во мне едва ли не отцовские чувства.

– Спасибо.

– Свободны.

Я видел, как Тобиас Крин довольно потёр руки. Слышал его мысли – что они не ошиблись с Традо в девочке, Идарика Вишневская – идеальный вариант. Для чего, интересно мне знать?

– Вот уж кто даже во влюблённом виде пользуется мозгами, – кивнул своим мыслям Тобс, но я переключился и на мгновение утратил связь с наставником.

Когда смог вернуть всё на круги своя, считал лишь обрывочные сведения, однако и они были не менее интересные, чем происходящее на корвете.

Тобс восхищался Рикой, её характером, силой воли, темпераментом. При всей его тяге к блондинкам, нашу белокурую красавицу он воспринимал исключительно как ребенка, которого надо защищать, беречь, заботиться. Стремление опекать проявилось практически сразу после её поступления в Академию и старый вояка даже не поленился уточнить, уж не родственники ли они. Не раз и не два жалел потом, что обратился не к Традониадалю, а в лазарет. Но кто же знал, что Лада окажется такой ревнивой и злопамятной?

Я бы сказал мастеру, что это главное правило – не показывать одной даме, что заинтересован в другой, даже если этот интерес не романтического толка. Но Тобс – вояка до мозга костей. Он слишком благороден, чтобы заподозрить других в приземлённых мыслях.

Это лишь утвердило меня в мысли, что нашей группе невероятно повезло. Нас окружают достойные мужчины, не побоюсь этого слова – герои! Их пример, их самоотверженность и есть главные ориентиры нашей жизни, наша мотивация, наша сила.

– Убирать картинку? – поинтересовалась Ксюнечка у Тобса, отвлекая меня от высокопарных мыслей.

– Нет, Рика пока не уходит, оставь. Кирилл с Таней?

– Да, у него в каюте, но он меня блокирует, – пожаловалась полуголая ябеда.

– И правильно делает. Ты ещё маленькая, чтобы смотреть на такое, – Тобиас подмигнул натурально имитирующей удивление и возмущение «девушке». – И не спорь!

– Слушаю и повинуюсь! – склонилась в поясном поклоне Ксюнечка, мгновенно сменив наряд на совсем уж непристойно–прозрачный, заставив мужчину подавиться чаем. Я мог бы поспорить, что ромашковым, Тобс питал к нему слабость.

– Коварная! – Расхохотался капитан «Быстрого». – И чего я раньше от тебя отказывался?

– Не знал счастья своего, – ответила электронная девица, усаживаясь у его ног.

– Определённо. Ладно, золотце, давай посмотрим, что творится на корабле. За работу! – игриво произнёс Тобиас Крин.

– Так точно, мой капитан, – добавив эротических ноток в голос, пропела Ксюнечка.

– Хулиганка, – довольно констатировало начальство. Ещё раз оглядев формы хулиганящей леди–компьютера, он не выдержал: – Оденься, бесстыдница.

– Скучный ты, – переодевшись в строгую униформу, Ксюнечка мстительно сменила и цвет волос на нелюбимый мужчиной рыжий. – Вывожу данные.

Я едва не хрюкнул от смеха, до того общение мастера–наставника и бесстыжей Ксюнечки напомнило Дамира и Маруську. Всё–таки рука мастера видна в любом его творении.

– Подожди–подожди, Дитера давай крупным планом. Лицо и правую руку, – выхватил из вороха сменяющихся картинок одну конкретную Тобиас. Я тоже вытянул шею, вглядываясь. – Хм, интересно.

– А что там? – непонимающе захлопала ресницами виртуальная собеседница.

– Это он где сейчас, не у тренировочной ли? – уточнил Тобс.

– У неё.

– Оставляй мне его и Рику, за остальными сама пока пригляди, если что не так, скинешь записи, – распорядился Тобс, не отрывая цепкого взгляда от экрана.

Я не знал, на кого важнее смотреть, на Дитера или Тобса, потому включил запись камер, а сам старался успевать контролировать оба экрана.

– Хорошо. А что он делает, я не понимаю, что тебя заинтересовало? – настаивала Ксюнечка.

– Приглядись. Плечи напряжены, пальцы подрагивают и выглядят не очень естественно, едва уловимый тик – спазм на левой щеке. Если в целом, он сильно взволнован, пытается взять себя в руки, делая комплекс дыхательных упражнений и восстанавливая чувствительность нервных окончаний.

– Вдавливая ногти в подушечки пальцев? – дотошно уточнила Ксюшечка, всерьёз пытаясь разобраться.

Очевидно, Дамир создал её совсем недавно и она пока лишь изучала человеческие реакции, но очень старалась.

– Да.

– Ух ты! Какие базы данных мне подгрузить? – уточнила леди–компьютер.

– Начни с классической психологии человека.

– Я тебе ещё нужна? – нетерпеливо спросила Ксюнечка. Я буквально слышал нотки Дамира в её голосе.

– Нет, выводи на экран камеры спортзала и иди просвещайся, – понятливо хмыкнул мастер–наставник.

– Спасибо.

Тобиас Крин даже глазом не успел моргнуть, как его электронная помощница исчезла.

– Вот это тяга к знаниям! – покачал он головой. – Всем бы такую.

Тем временем, события на экранах начали развиваться. Вытерев вспотевшие ладони о брюки Дитер вернулся в спортзал, где его ждала Идарика. Она выглядела доброжелательно и спокойно, но я слишком хорошо её знал, чтобы поверить в идеально продуманный образ. Единственное, никак не мог понять, продолжать наблюдение или бежать на помощь.

Логика подсказывала, что Дитер не причинит вреда Идарике, и лучше, если он будет уверен, что я слишком занят с Таней, чтобы подглядывать, и они действительно наедине. Выше шанс, что он больше раскроется.

– Интересно, – пробормотал мастер–инструктор Крин себе под нос. И я был с ним абсолютно солидарен. Только вот, очень надеялся, что разговор не затянется. Мои силы были на исходе. Следить одновременно визуально, мысленно и параллельно читать мысли – это определённо перебор. Слишком тяжело и энергозатратно.

Дитер подошел и сел рядом с Идарикой. Она не вздрогнула. Вообще никак не отреагировала на такую близость, хотя я знал, что наша белокурая фея не любит, когда люди подходят столь близко.

– Ты подумала? – спросил Дитер, явно продолжая ранее начатый разговор.

– Да.

– Твой ответ?

– Я не хочу, Дитер. Как думаешь, у меня есть возможность отказаться?

– Маловероятно.

– Ты поможешь?

– Рика… – Рыжик закусил нижнюю губу. – Боюсь, даже я не смогу повлиять на ситуацию. Всё давно решено, ещё до нашего рождения.

Он говорит убеждённо, но я знаю – лжёт. Однако чувствую и его уверенность. Дитер точно знает, что пожелай он Идарику, отказа не будет.

Кто же он?!

– Ладно, с этим я попробую сама разобраться, время ещё есть. А по нашим с тобой возможным отношениям – забудь, понял? – немного по–детски потребовала Идарика.

– Уверена? – не смотря на улыбку, карие глаза мужчины смотрели холодно и резко.

– Дитер, тебе нужна девушка, которая никогда не сможет тебя полюбить?

– Никогда не говори никогда.

– Ты ведь знаешь, что у меня чувства к Дамиру, – с достоинством произнесла Идарика.

Идеальные интонации, выдержка, ровное дыхание. Она явно готовилась к разговору.

– Ты ещё маленькая и сама не знаешь, чего хочешь. Дамир тебе не подходит. Он скучный, всё время занят исследованиями. Да у него на тебя даже времени нет и не будет никогда! Это не тот вид отношений, что нужен молодым девушкам. Вам нужны любовь, забота, подарки, внимание, свидания в конце концов! А не пыльная лаборатория и вездесущая техника, которая не умеет молчать, когда стоило бы.

– Дитер…

– Что он может тебе дать, Рика? Что? Я! Я могу подарить тебе весь мир! Всё, что ты захочешь! Вообще всё, Идарика. Ты будешь заниматься чем хочешь, только будь рядом, – страстно убеждал Дитер. И это явно стало сюрпризом для Иды.

И не только для неё. Удивились и мы с Тобсом. Мастер–наставник подумал, что мальчишка удумал играть не по правилам и как всё–таки людей меняют чувства. Вспомнил Ладу, решил, что ему это ни к чему, он хочет оставаться рассудительным и логичным, а не совершать поистине безрассудные и глупые поступки.

– Дитер, ты мой друг. Я думала, что ты мой друг, – Рика как никогда напоминала обиженного ребенка, но интонациями играла, как заслуживающая Оскара актриса. Молодец, держится.

– Я твой друг, Ида. – Дитер взял девушку за руку и проникновенно заглянул в глаза. – Я твой друг. Ты можешь мне доверять, клянусь. Я тебя никогда не обижу, всегда помогу.

– Но…

– Рика, посмотри на меня. Я готов ждать.

– Но…

– Не перебивай. Я готов ждать столько, сколько нужно. Пять лет – ладно, десять – хрен с ним! Когда тебе наскучит Дамир или, не знаю, обидит своим невниманием, или ещё чем, я буду тебя ждать, – практически по слогам закончил парень. И посмотрел так, что у меня волосы встали дыбом.

Кажется, Ида здорово влипла с этой его влюблённостью.

– Не знаю, что тебе сказать. Не знаю, Дитер, не знаю… – Ида выглядела потерянным котёнком, и я жутко хотел сейчас оказаться там, рядом с ней, отшвырнуть рыжего, посмевшего настолько выбить её из колеи.

Удивительно, но мастер–наставник чувствовал ровно то же самое, что и я. Всё–таки Ида удивительное создание. Её все любят, хотя она никак к тому не стремится. Селена как–то заметила, что Идарике важно сохранять внутренний комфорт, потому людей она держит на расстоянии, те же, напротив, тянутся к ней.

– Ничего не говори. Просто знай. Хорошо? – спросил Дитер.

– Да.

– Я пойду?

– Угу.

Мы с Тобсом напряжённо следили за спиной рыжего. Дитер сильно расстроился и не скрывал чувств, а вот Идарика… Мелкая интриганка выглядела более, чем довольно.

– Ксюша! – гаркнул капитан.

– Да, о, свет моих очей? – пропел ласковый голос, а затем перед мужчиной проявился дымчатый силуэт с изящными формами.

Тень начала набирать цвет снизу вверх, проявляя шикарные обнажённые ножки, полукружья ягодиц, частично прикрытых прозрачной алой тканью, которая закончилась значительно раньше, чем началась тонкая талия.

Ксюша стояла спиной к господину и повелителю корвета и её девичьего сердца, кокетливо глядя из–за плеча и отставив обнаженную ножку в сторону. Из одежды на ней был… не знаю, как назвать эту прозрачную полоску на заднице, но одеждой язык не поворачивается.

Мастер–наставник на несколько мгновений забыл, зачем её вызвал.

А я едва не захрюкал от смеха – представил такой «стриптиз» от Маруськи! Ей достаточно было проявить спрятанный в корпусе шоколад, как несколько тысяч обучающихся перевозбудились со страшной силой!

– Срочно! Все встречи Дитера и Рики на борту! – потребовал Тобс, очнувшись.

– Минуточку! – размашисто виляя бёдрами Ксюша прошла в угол каюты, где её соизволением проявилась виртуальная картотека наидревнейшего вида. Наклонилась, прогнув спину в пояснице, во всей красе демонстрируя обнажённое тело, и принялась перебирать странного вида кругляши с плёнкой.

– Быстрее! – поторопил расшалившуюся леди–компьютер недовольный Тобс. Часть его раздражения была вызвана не столько медлительностью Ксюнечки, сколько реакцией на её женственные изгибы, и я попытался выбросить эту информацию из головы, но мысли наставника слышал отлично.

«Чёртово воздержание!» – негодовал мастер про себя. – «Ну, Дамир, ну, удружил!»

– Ксюнечка, ты настолько роскошная дама, что совершенно лишаешь меня здравого смысла. Пожалуйста, давай договоримся, что на «Быстром» ты ходишь исключительно по форме и не дразнишь меня, хорошо? – жалобным тоном попросил Тобс, вызвав у меня приступ смеха.