Текст книги "Бывшие. Вернем прошлое? (СИ)"

Автор книги: Ирина Суздалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Глава 24

Глава 24

Сверкание камня бьет прямо в глаза. Не холодным блеском бриллианта, а ослепляющим, обжигающим светом правды, которую я не готова принять. Воздух вырывается из легких коротким, прерывистым всхлипом. Откидываюсь на спинку стула, будто коробочка на столе – это настоящая бомба, а не символ всего, о чем я когда-то безумно, тайно мечтала.

Меня пронзает шок. Настолько сильный, что мир вокруг: шикарный ресторан, огни города за стеклом, тихая музыка, – гаснет, сужаясь до бархатной коробочки и лица Эраста. Оно такое знакомое, ставшее родным за эти годы дружбы, сейчас кажется чужим, напряженным, уязвимым. В карих глазах мужчины горит решимость, смешанная со… Страхом? Да, страх. Он боится получить мой ответ, хотя и ждет его.

Будь предложение Эраста сделано лет пять назад… даже четыре… или три… Я бы закричала “да!” так громко, что в ресторане сработала бы сигнализация. Бросилась бы мужчине на шею, расплакалась от счастья, не задумываясь ни на секунду. Потому что тогда я любила его. Любила тихо, безнадежно, преданно. Любила его силу, надежность, тонкий юмор, умение быть моей скалой в бушующем море жизни после Марка. Любила до боли в груди, до слез по ночам, когда представляла, как Эраст строит жизнь с другой.

Но сейчас… Сейчас внутри ничего не сжимается от сладкого предвкушения, наоборот, все леденеет. К горлу подступает ком, состоящий не из радости, а из горечи.

Страшная и неудобная правда всплывает на поверхность: мне нравится Эраст. Правда, нравится. Но где-то в глубине души, заваленной осколками разбитых надежд и прикрытой толстым слоем “всего лишь дружбы”, я давно поняла. Поняла, что этот мужчина относится ко мне не больше, чем к человеку, о котором заботятся, но не любят. Поэтому я его отпустила. Смирилась. Выжгла ненужное чувство из себя долгими разговорами с самой собой, работой до изнеможения, фальшивыми улыбками на его свадьбе. Научилась быть просто Лизой. Лизой другом. Лизой коллегой. И это ощущалось… нормально, безопасно. Меня не пожирала изнутри мучительная надежда и вечный вопрос “а что, если?”.

А теперь… Теперь Эраст здесь. С разводом за плечами. С кольцом в руке. С признанием, от которого у меня подкашиваются ноги. И его “похоже”… это проклятое “похоже”, проскользунувшее в словах мужчины, добивает меня окончательно. Оно, словно самый острый кинжал на свете режет тонкую пленку доверия, которую мы выстраивали годами.

Хочется закричать: “Похоже? Серьезно? Ты строишь всю свою жизнь, ломаешь чужую… жизнь своей жены, приходишь с кольцом, а в твоей уверенности есть место для “похоже”? Значит, ты все-таки сомневаешься Эраст? Значит, не до конца уверен? Значит… я всего лишь запасной вариант? Тот, к кому прибегают, когда основная надежда рухнула? Когда стало одиноко? Когда Берлин и “эффективная пара” не оправдали ожиданий?”. Но я молчу. Смотрю в глаза Эрасту и молчу.

Вижу блеск в глазах мужчины… Печальный? Напряженный? Эраст сейчас прячется под маской решимости, но я вижу то, что он пытается скрыть от меня. Вижу тень сожаления, растерянности. Вижу, что он сомневается.

Или это просто мое воображение, рисующее кошмары?

– Эраст… – тихо выдыхаю и понимаю…

Я не могу. Не могу сидеть здесь. Не могу смотреть на кольцо. Не могу дышать воздухом, пропитанным внезапностью и сомнением. Мне нужно… Мне нужно уйти. Сейчас же.

– Я… я сейчас вернусь, – выпаливаю, вскакивая со стула так резко, что он с грохотом отъезжает назад. Моя салфетка падает на пол. Я даже не наклоняюсь.

Эраст вздрагивает, его рука с коробочкой замирает в воздухе. На лице мужчины появляется полная растерянность, смешанная с нарастающей тревогой.

– Лиза? Ты куда? – голос Эраста срывается, теряя уверенность.

Не задерживаюсь на месте ни на секунду, отворачиваюсь, готовая бежать… куда угодно. Лишь бы подальше от этого стола, от этого вопроса, от этой невыносимой боли, которая вдруг разлилась внутри, жгучая и знакомая.

– В уборную, – бросаю через плечо, делая шаг прочь. – Просто… в уборную.

Не смотрю назад. Не могу. Знаю, что увижу. Увижу недоумение Эраста, его боль и разрушенную надежду. Но моя собственная боль сейчас сильнее. Сильнее всего.

Слезы подступают к глазам мгновенно, горячие и предательские. Застилают зрение пеленой, как только я отхожу от стола. Двигаюсь, не видя роскошных интерьеров, не слыша музыки. Вижу только размытые пятна света и силуэты людей. В ушах стоит собственной крови гул и один проклятый вопрос, бьющийся в голосе словно набат: “Почему всегда выбирают не меня?”.

Почему Марк выбрал Дашу, даже женившись на мне? Почему Эраст выбрал Анну, когда я была рядом все эти годы? Почему сейчас, когда он наконец смотрит на меня, это чувствуется как… как отчаяние? Как попытка ухватиться за что-то знакомое, когда все остальное рухнуло? Неужели я заслуживаю только роль утешительницы? Запасного аэродрома?

Ищу глазами знак туалета, но слезы мешают. Натыкаюсь на официанта, несущего поднос с бокалами. Он смотрит на меня с вежливым вопросом.

– Уборная? – выдавливаю из себя, едва сдерживая рыдание.

Он кивает, слегка обеспокоенный моим видом, и указывает рукой вглубь зала:

– Прямо по коридору, налево.

Я киваю, не в силах сказать спасибо, и почти бегу в указанном направлении. Свернув налево, оказываюсь в более тихом, полутемном коридоре. Здесь только несколько дверей в частные залы да большой фикус в углу. Останавливаюсь, прислоняюсь лбом к прохладной стене, пытаясь взять себя в руки. Глубоко вдыхаю. Медленно выдыхаю. Еще раз. И еще. Но прорвавшиеся наружу слезы никак не хотят останавливаться. Они текут по щекам, капают на дорогую ткань платья.

Чувствую себя идиоткой. Слабой. Жалкой. Опять.

И тут… сквозь шум собственного отчаяния в мозг пробивается голос. Мужской. Низкий. Злой. До боли знакомый.

– …из-за тебя я чуть в тюрьме не оказался, Даш! Чуть ли не сел! Ты вообще понимаешь, что натворила тогда?!

Глава 25

Глава 25

Марк.

Голос бывшего мужа я узнаю из тысячи.

Замираю. По телу прокатывается волна ледяного электричества, не давая мне окончательно впасть в оцепенение. Медленно, очень медленно, отрываюсь от стены и поворачиваю голову на звук.

Он доносится из приоткрытой двери одного из частных залов. И первое, что я вижу внутри – Дарью. Она сидит за столиком напротив мужчины и выглядит так же, как я ее запомнила. Дарья почти не изменилась за эти годы. У нее все те же нарочито-белокурые, идеально уложенные локоны, то же самодовольное выражение лица. Сейчас она одета в обтягивающую красную блузку с вызывающе глубоким вырезом и черные кожаные брюки. Элегантно? Да. Но и вульгарно одновременно. Как всегда.

Она небрежно накрывает своими пальцами с длинным маникюром руку мужчины, сидящего спиной ко мне. Но по ширине плеч, по темным волосам, по самой ауре этого человека я сразу же убеждаюсь в том, что это Марк, мой бывший муж. И он очень напряжен.

– Ну не сел же! – Дарья тянет сладко, ее голос звучит как мед, но в нем слышится сталь. – И посмотри, как все здорово вышло… – она проводит ноготком по руке Мерака, а потом ее взгляд нечаянно скользит к двери… ко мне. Холодные, голубые глаза Дарьи расширяются на долю секунды, а потом на губах девушки расплывается широкая, торжествующая ухмылка. Она цепко хватается за руку Марка, переплетая свои пальцы с его. – Ой, какие люди! – восклицает она громко, нарочито слащаво. – А мы тебя не ждали, Лиза! Заходи, проходи! Марк, смотри, кто к нам пожаловал!

Мужчина застывает. Его плечи еще больше напрягаются. Он медленно, очень медленно оборачивается. И я вижу его лицо. Серые глаза, в которых сначала появляется недоумение, а потом… а потом вспыхивает что-то еще… Раздражения? Досада? Или… удовлетворение? Не могу определить.

Я стою в полумраке коридора, как пригвожденная к месту. В глазах все еще стоят слезы, на щеках, не сомневаюсь, виднеются их следы, а в душе – полная разруха после предложения Эраста. И теперь еще и появились они… Марк и Даша… вместе, как символ моего вечного проигрыша, как живое доказательство того, что меня не выбирают. Никогда.

Не могу больше. Не могу стоять здесь под их двойным взглядом – ее насмешливым, его… нечитаемым. Разворачиваюсь на каблуках так резко, что едва не падаю, и несусь обратно по коридору. В зал. К Эрасту. К единственному человеку, который сейчас не вызывает у меня острого желания провалиться сквозь землю. Хотя и он… тоже часть моего сегодняшнего кошмара.

Как я нахожу наш столик с первого раза, сквозь слезы и толпу, не понимаю. Но вот он. Эраст. Сидит, сгорбившись, уставившись на ту самую бархатную коробочку, лежащую теперь посреди стола рядом с его бокалом. На лице мужчины появилась тяжелая тень, залегло каменное выражение безысходности. Он даже не замечает моего подхода.

– Эраст! – голос срывается, дышу прерывисто. – Мы… мы должны уйти. Сейчас же. Пожалуйста.

Мужчина вздрагивает, поднимает голову. Его глаза, полные боли и вопроса, встречаются с моими.

– Лиза? Что случилось? Почему? – он тут же вскакивает с места, готовый к действию, его взгляд сканирует меня, залитое слезами лицо.

Но объяснять некогда. Да и не смогу я сейчас ничего толком объяснить.

А через мгновение выражение лица Эраста меняется. Мужчина каменеет. Становится жестким, настороженным. И при этом он смотрит не на меня, а куда-то за мою спину. Вдоль по залу.

Я чувствую, как по моей спине пробегают ледяные мурашки. Знаю, кого Эраст видит. Не оборачиваюсь, но все равно знаю.

И только убеждаюсь в своем предположении, когда слышу до боли знакомый голос… голос Марка. Громкий, самоуверенный, несущийся через весь зал, режущий тишину, царящую вокруг нашего столика и, кажется, всю мою хрупкую надежду на спасение.

Невольно оглядываюсь через плечо и понимаю, что сделал это зря.

– А я уже думал, что ты решила меня проигнорировать, Лиза! – Марк идет к нам, не спеша. На его лице сияет торжествующая усмешка. А уже через пару мгновений бывший муж останавливается в паре шагов от нашего стола, его взгляд скользит с моего заплаканного лица на Эраста, на коробочку с кольцом, и возвращается обратно ко мне. Усмешка Марка становится шире, язвительнее. – Все-таки ты оказалась послушной девочкой! Не подвела.

Глава 26

Глава 26

Мерзкий, липкий холодок ползет вверх по позвоночнику. Тело становится невероятно чувствительным.

Я чувствую каждый позвонок, каждое нервное окончание, кричащее об опасности. Марк стоит в двух шагах от меня. Его серые глаза впиваются в мои не с ненавистью или злорадством, как я ожидала, а с… пониманием? Нет, это невозможно. Это обман. Иллюзия, созданная игрой света и моей собственной истерикой. На губах бывшего мужа застыла слишком хорошо знакомая ухмылка – самодовольная, торжествующая, словно он только что поставил мат на шахматной доске моей жизни. Эта ухмылка режет глаза острее ножа.

Меня прямо коробит. Боже, следы от слез! Влажные дорожки на щеках еще не до конца высохли. Не сомневаюсь, они предательски блестят, выставляя напоказ всю мою слабость, весь этот душераздирающий хаос внутри. Возможно, даже тушь потекла…

Уверена, Марк видит, что я не так давно плакала. Он всегда видел все, подмечал каждую мелочь, связанную со мной. Использовал любую щель в моей броне. Вряд ли сегодняшний день станет исключением из правил.

Я ему не позволю! Не позволю, словно проехаться по мне будто на самосвале. Не позволю ему раздавить меня. Не позволю проникнуть в мою душу и вывернуть ее наизнанку. Нужно быть сильной! Нужно!

Словно по команде, моя спина выпрямляется. Плечи расправляются, отбрасывая далеко и надолго тень сгорбленной жертвы. Я резко, почти грубо, провожу тыльной стороной ладони по щекам, стирая предательскую влагу. Знаю, что этот жест от Марка не скрывается. Но плевать, пусть видит! Я даже глаз все еще красных, но уже сухих, в сторону не отвожу.

Уверена, мой взгляд наполняется силой и чем-то схожим с… отвращением.

Я смотрю Марку прямо в глаза, в эти холодные серые бездны, и всем своим видом говорю: “Готово. Я готова бороться. Попробуй, сломай меня. Ничего у тебя не получится!”.

Ухмылка на лице бывшего мужа становится шире, обнажая белые зубы. От этого простого движения каждая клеточка моего тела натягивается, словно тетива.

Напряжение повисает в воздухе, густое, звенящее, готовое разрядиться ударом. Но вместо слов, вместо того, чтобы выдать очередную колкость, я вдруг оглядываюсь. Бегло, машинально. Роскошный зал, приглушенный свет, другие столики, а где… Дарья? Нет, ее нигде не видно. Только Эраст рядом, напряженный, как тигр перед прыжком, и Марк, этот воплощенный кошмар моего прошлого.

Мой взгляд снова прилипает к бывшему мужу.

– А где ты свою жену потерял? – спрашиваю удивительно твердо, хотя внутри все дрожит.

Марк хмурится, плотно сжимает губы, брови сводит к переносице. Такое чувство, будто я швырнула ему в лицо не вопрос, а что-то невразумительное. Он явно ожидал чего-то другого. Возможно, моих слез, истерики, оправданий. Но точно не вопроса про его дорогую женушку. И уж точно не колкости, которую я бросила в его сторону. Замешательство бывшего мужа длится долю секунды. А потом… потом уголок его губ предательски ползет вверх, формируя знакомый циничный изгиб:

– Это про Дашу?

Не моргаю. Не позволяю Марку увидеть ни тени сомнения в моих глазах.

– А у тебя есть другая жена? – парирую, подчеркнуто медленно окидывая его с головы до ног. – Или, может быть, просто девушка? Ты же предпочитаешь свободные отношения. Насколько я помню.

Марк усмехается уже открыто, глубже. Звук низкий, вибрирующий, полный яда покидает его гортань. Бывший муж делает шаг ближе ко мне, навязчиво сокращая дистанцию между нами. Его голос падает до опасного, интимного шепота, рассчитанного только на меня и, возможно, Эраста:

– Я смотрю, это тебя так прилично задело за живое, Лизачка… Все еще болит?

По телу прокатывается вторая, еще более сильная волна колючих мурашек. Сжимаю руки в кулаки, впиваюсь ногтями в ладони Что ответить? Как сбить с Марка эту сладкую уверенность палача? Но прежде чем я успеваю хоть что-то придумать, выдавить из себя хоть одно язвительное слово, ситуацию берет в свои руки Эраст.

Он с ледяным, сдерживаемым достоинством подходит ко мне вплотную. Чуть отодвигает меня назад. Не сомневаюсь, он в любой момент станет живым щитом между мной и Марком. Но сейчас просто показывает, что он рядом, при этом кладет горячую ладонь мне на спину, чуть ниже лопаток. Вздрагиваю от неожиданности, но не отстраняюсь. Наоборот, неосознанно чуть прижимаюсь к неожиданной опоре. И тут же ловлю на себе взгляд Марка. Его глаза, которые только что выражали насмешливость, резко сужаются. В них мелькает что-то стремительное, темное… Подозрение? Ревность? Злость?

– Давно не виделись, Марк, – произносит Эраст ровно, профессионально вежливо, но в каждом слове слышится сталь. – Что ты здесь делаешь?

Марк переводит взгляд с меня на Эраста. Ухмылка не сходит с его лица, но теперь в ней становится больше вызова.

– Как что? – разводит он руками с преувеличенным недоумением. – Разве вы пришли не на ужин со мной? – Марк делает паузу, наслаждаясь эффектом. Его глаза снова скользят ко мне. – После того как Лиза проигнорировала мои сообщения… – голосом подчеркивает слово “проигнорировала”, – …я, конечно, думал, что она решила оставить меня без своего драгоценного внимания. Поэтому даже подумывал о том, чтобы перенести нашу встречу. Но когда увидел ее здесь… – Марк кивает в сторону нашего столика, его взгляд на миг задерживается на бархатной коробочке, – …был приятно удивлен. Очень.

Не выдерживаю.

– Какая еще, к черту, встреча?! – не выдерживаю, срываюсь. В каждом слове, вылетевшим из моего рта, слышится вся накопившаяся ярость и отчаяние. – Я не собиралась к тебе идти! Никогда! – отчеканиваю.

Марк лишь приподнимает бровь, изображая искреннее изумление.

– То есть ты хочешь сказать, что случайно оказалась именно в том ресторане, где была назначена наша встреча? – он выдерживает театральную паузу. – Подожди…

Хмурюсь, пытаясь сообразить, о чем он. Какие сообщения? Какой ресторан? В голове мелькают обрывки разговора с Эрастом по телефону… Он сказал: “Знаю отличное место”. Название? Названия я не запомнила. Не до того было. Или мужчина не говорил. Но теперь… теперь частицы пазла с грохотом встают на свои места. Неужели? Эраст выбрал для нашего, видимо,… свидания… именно тот ресторан, который Марк назначил для их деловой встречи? Разве бывают такие чудовищные, такие жестокие совпадения?

Поднимаю голову, смотрю на профиль Эраста. Его губы плотно сжаты в тонкую белую линию. Брови нахмурены, образуя глубокую складку между ними. В его глазах читается то же самое потрясение, та же невероятная догадка.

Да-а-а…

Видимо, такие совпадения бывают. И они разрушают все на своем пути.

Эраст, кажется, первым приходит в себя. Он кладет свою вторую руку поверх моего кулака, сжимает мои пальцы. Защищая. Успокаивая.

– Что ж… – произносит удивительно ровно, учитывая обстоятельства, – видимо, действительно какая-то… запредельная случайность. Потому что у нас здесь свидание.

Слово “свидание” повисает в воздухе тяжелым грузом. Марк медленно переводит взгляд с Эраста на меня. Его глаза становятся холодными, я бы даже сказала, ледяными. Он замечает все: мою руку в руке Эраста, бархатную коробочку, мое растерянное лицо. И тут его взгляд цепляется за мою левую руку… за безымянный палец, на котором до сих пор нет никакого кольца.

– Свидание… – Марк растягивает слово, заставляя его звучать шелковисто-опасным, – …на котором ты делаешь предложение моей жене? – он указывает подбородком на коробочку, в котором до сих пор лежит кольцо, которое я была не готова принять. Не проходит много времени, как взгляд снова приковывается ко мне. В серых глазах бывшего мужа вспыхивает нечто неуловимое… Триумф? Злорадство? – А ты же… вроде бы сегодня говорила, что забыла кольцо на раковине, пока принимала душ, – Марк делает паузу, давая словам врезаться в меня. – И что вы уже женаты, – снова замолкает надолго, и это ощущается мужчинельно. А потом огорошивает меня окончательно: – Ты соврала мне, Лиза?

Глава 27

Глава 27

Хватаю ртом воздух и тут же жалею об этом, потому что на языке оседает горечь парфюма Марка. Такое чувство, что пряные нотки пощипывают на слизистой, забиваются в ноздри, а главное – вызывают воспоминания.

Перед глазами чередой картинок проносится наша совместная жизнь с Марком. Словно наяву вижу наши совместные завтраки, ощущаю тепло объятий, в животе пархают бабочки от поцелуев.

Мотаю головой в попытке выбросить все лишнее из мыслей. Даже забываю, какой именно вопрос задал бывший муж. Вот только он похоже не собирается оставлять меня в покое, наоборот, хочет добить окончательно, потому что не проходит и мгновения, как Марк наклоняется чуть вперед, буравит меня пристальным, проникающим под кожу взглядом, выискивая малейшую трещинку в моей обороне, после чего шепотом спрашивает:

– Но зачем тебе врать мне, Лиза? Неужели у тебя остались ко мне чувства? И ты настолько боишься… что они проявятся?

Слова бывшего мужа не сразу укладываются в моей голове, но стоит мне в полной мере все осознать, как я едва не роняю челюсть на пол.

– У тебя совсем крыша поехала? – спрашиваю совершенно серьезно. Во все глаза смотрю на Марка и до конца не могу поверить, что он мог сказать подобный бред.

Да, я ему соврала, но уж точно не потому что что-то чувствую к бывшему мужу. Я просто не хочу, чтобы он крутился поблизости и что-то там себе придумывал… просто хочу, чтобы Марк оставил меня в покое, но… объяснять это ему не собираюсь. Хорошо, что не приходится. Ведь в следующий миг инициативу берет на себя Эраст:

– То есть, – мужчина прижимает меня к себе ближе, буквально вдавливает в свой бок, – по твоей логике я не могу просто так подарить кольцо своей жене? – делает акцент на последнем слове.

В глазах Марка сверкает, что-то нехорошее, после чего бывший муж вздергивает голову и вперивает в Эраста свой фирменный сканирующий взгляд.

– Тогда почему оно до сих пор не на пальце Лизы? – выгибает бровь он.

Долбанный юрист! Марк всегда подмечал такие детали, которые оставались скрыты от глаз остальных. Он поймал нас с поличном на лжи, и от этого становится не по себе. Последнее, чего я хочу – продолжать врать. Но похоже, выбора у меня нет. Потому что Эраст решает придерживаться изначальной версии происходящего. Он не отступает, не колеблется.

Вместо слов, Эраст подхватывает бархатную коробочку, лежащую на столе. Окрывает ее одним щелчком, внутрь даже не заглядывает. Его взгляд прикован ко мне. Карие глаза, обычно такие сдержанные, сейчас пылают странной смесью решимости, брошенного вызова Марку и… чего-то еще, глубокого и незнакомого. Мужчина за руку поворачивает меня к себе, мягко, но не оставляя шанса сопротивляться. Теплыми, твердыми, чуть шершавыми, но невероятно нежными в этот миг пальцами находит мою левую руку, поднимают ее. Глаз от меня не отводит. Пронзительный, гипнотический взгляд словно говорит: “Доверься. Просто доверься сейчас”.

Время будто замедляется, секунды текут размеренно, тягуче. Мне кажется, проходит целая вечность, прежде чем Эраст вынимает кольцо из коробки. Бриллиант ловит свет люстр, рассыпая повсюду холодные искры. Мужчина аккуратно, с почтительным вниманием, надевает кольцо мне на безымянный палец. Прохладный металл мгновенно нагревается от тепла кожи. Кольцо садится идеально, будто сделано специально для меня. Вес его непривычный, значительный. Это не просто украшение. Это символ. Обет. Ложь, ставшая на мгновение осязаемой правдой.

Я стою, как вкопанная. Шок парализует меня сильнее страха перед Марком. Единственное, что я могу – смотреть в глаза Эрасту. В их глубине нет насмешки, нет игры. Есть невероятная серьезность и какая-то… жертвенная решимость. Мгновенно осознаю, Эраст делает это не просто для Марка. Он делает это для меня. Чтобы защитить. Чтобы дать опору в этот адский момент. Чтобы… присвоить меня себе. Почему-то складывается впечатление, что, надевая это кольцо, Эраст делает то самое пресловутое предложение всерьез и не оставляет мне выбора принять его или нет. Кольцо уже на пальце. Я… его.

Только когда кольцо окончательно занимает свое место и я не пытаюсь его снять – не в состоянии сделать это, Эраст разрывает зрительный контакт. Он медленно поворачивается к Марку, все еще держа мою руку в своей.

– Доволен? – со сталью в голосе произносит Эраст.

На лице Марка не отражается ни одной эмоции – ни злорадства, ни раздражения. Бывший муж смотрит на мою руку, на кольцо, сверкающее в полумраке ресторана. Взгляд Марка скользит по платиновой полоске, задерживается на бриллианте, потом медленно поднимается сначала на Эраста, затем на меня. В серых глазах бывшего мужа появляется непроницаемая глубина. Непонятно, верит он или нет, злится или просто анализирует. Не могу считать не единой эмоции.

– Очень, – цедит Марк сквозь стиснутые зубы.

Облегчение не приходит. Напротив, внутри все сжимается в тугой, болезненный узел. Спокойствие моего бывшего мужа страшнее крика.

– Но это еще не доказательство того, что вы женаты, – вдруг бестрастно, словно констатируя факт добавляет Марк.

Начинаю беситься. Гнев, горячий и очищающий, прорывается сквозь оцепенение.

– С какой радости мы должны тебе предоставлять какие-то доказательства? – шиплю я, пытаясь вырвать руку из ладони Эраста, но тот держит меня крепко… слишком крепко. – Кто ты такой, чтобы требовать от нас отчет? Судья? Прокурор?

Вот только мужчины словно не слышат меня. Эраст даже не смотрит в мою сторону. Его внимание всецело принадлежит Марку. Рука на моей талии сжимается чуть сильнее, предупреждая молчать, довериться.

– Какие тебе доказательства нужны, Марк? – спрашивает Эраст низко, опасно.

Марк засовывает руки в карманы дорогих брюк, принимая расслабленную, но явно театральную позу. Ядовитая и уверенная усмешка возвращается.

– Ну, например, штамп в паспорте покажешь? – бросает он. – Или свидетельство? Хотя бы фотографию из ЗАГСА? Что-то… осязаемое. А то кольцо… – он презрительно машет рукой в мою сторону, – …особенно, надетое прямо сейчас кольцо ничего не доказывает.

Эраст не моргает. В его глазах вспыхивает что-то странное… Расчет? Решимость? Он медленно кивает, словно принимая правила этой грязной игры.

– Я думаю, у меня есть кое-что получше, – произносит он тихо, но так, что я напрягаюсь всем телом. – Надеюсь, это доказательство тебе подойдет.

Мгновение ничего не происходит, а в следующее – Эраст резко разворачивает меня в своих руках. Одна ладонь все еще лежит на талии, другая – скользит к моей щеке. Лицо мужчины приближается к моему, заполняя все пространство передо мной. В карих глазах отражается не просьба, не вопрос, а приказ. Решимость. И что-то еще… что-то, от чего сердце бешено колотится где-то в горле.

Я не успеваю понять, что происходит, не успеваю вскрикнуть или отпрянуть.Ведь прежде чем до меня доходит весь ужас и невероятность происходящего, губы Эраста находят мои.