Текст книги "Бывшие. Вернем прошлое? (СИ)"
Автор книги: Ирина Суздалева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)
Глава 4
Глава 4
Секунда тишины сменяется злобным шипением:
– Ах ты…
Даша поднимает на меня глаза все еще лежа на полу и в них светится сто-о-олько всего, начиная от лютой ненависти, заканчивая жаждой расправы, вот только ничего сказать или сделать, она не успевает, потому что не проходит и пары секунд, как раздаются тяжелые шаги, которые сменяются грозным ревом:
– Что вы тут устроили?
Марк оказывается как-то слишком близко ко мне, и я невольно отшатываюсь, когда понимаю, что у нас есть шанс соприкоснуться.
Мое резкое движение, конечно же, не скрывается от мужа, на что он лишь коротко качает головой, после чего наклоняется над своей подругой-любовницей, подхватывает ее за руку и помогает ей подняться на ноги.
Дарья, как только чувствует опору под ногами, кидается в мою сторону. Вот только оковы в виде пальцев моего мужа, не дают ей совершить задуманное.
– Веди себя прилично! – рявкает Марк, слегка встряхивая Дарью. – Не забывай, твое поведение отражается на мне, все-таки мы партнеры!
Вздрагиваю, когда слышу последнее слово. Вроде бы в нем нет ничего такого, ведь Марк и Дарья работают вместе, но то, при каких обстоятельствах оно было произнесено, заставляет мое сердце сжаться в болезненном спазме.
Сегодня стало ясно, что партнеры Дарья с Марком не только по бизнесу.
Зачем? Вот зачем было жениться на мне, если он всегда хотел свою подругу? Я этого не понимаю!
Благо, через несколько секунд у меня появляется возможность все выяснить, когда Марк аккуратно подталкивает Дарью к выходу, еще раз напоминая ей привести себя в порядок, и закрывает за ней дверь.
– У тебя десять минут, – чеканит он, лишь коротко взглянув на меня, прежде чем вернуться на прежнее место, спиной к своему столу. – Говори, зачем пришла, – складывает руки на груди, перекрещивает ноги. – И весь этот ваш женский истеричный бред про то, что подаешь развод, что не собираешься жить с таким козлом как я, тоже выкладывай, – хмыкает Марк, не испытывая даже грамма раскаяния. – И да, не забудь про вопрос, кхм, – прочищает горло и подражает моему голосу, прежде чем продолжить: – “Как ты мог?”
Смотрю на Марка так, будто вижу его впервые.
Нет, я конечно, предполагала, что работа юристом меняет людей, особенно, когда они ведут дела в области семейного права и постоянно видят распадающиеся пары. Но чтобы человек мог настолько измениться, даже не представляла. Такое чувство, будто я смотрю на чужого мужчину. Незнакомца!
Конечно, в последнее время наши с Марком графики почти не совпадали, но когда у меня выдавалась свободная минутка, я в любой мчалась к мужу, чтобы провести с ним хотя бы пару часов. Другое дело, что он тоже почти всегда был занят, тогда я просто оставляла обеды для него на столе или, когда ничего не успевала приготовить, просто писала записки. Это все, что мне удавалось придумать в виду занятости, чтобы хоть как-то поддержать наш брак. Но… только сейчас понимаю, что в ответ от Марка не получила ничего! Ничего!
Если не брать в расчет, “сегодняшний” сюрприз.
Мыслей в голове так много и скачут они так быстро, что еще немного и у меня случится настоящая паника. Но каким-то чудом мне удается взять себя в руки. То ли дело в том, что Марк неотрывно смотрит на меня, словно сканирует на предмет слабости. То ли, я просто устала переживать.
Переживать за наш брак… за то, что мало времени уделяю мужу… за его “подругу”, которая постоянно вертится вокруг.
Я столько раз себя останавливала от того, чтобы затеять серьезный разговор с Марком. Столько раз убеждала себя в том, что все придумала, когда чувствовала, что наши отношения рушаться. А оказалось… зря игнорировала свою интуицию. Все, чего я так боялась, на самом деле происходило… за моей спиной.
– Раз ты и так все знаешь, не буду повторяться, – чего только мне стоит не ударить в грязь лицом и действительно не впасть в истерику, не представляю. – Просто ответь на один вопрос, – тяжело сглатываю, глаза уже во всю жгут. – Зачем ты женился на мне?
Марк хмурится, словно не понимает, к чему я клоню.
– А ты не понимаешь? – отвечает вопросом на вопрос.
Господи, как же я ненавижу эту его привычку. Долбанный юрист!
– Нет, не понимаю, – произношу четко. – Не понимаю, зачем было жениться на мне, когда все это время у тебя были чувства к Даше. Не понимаю, зачем было надевать кольцо на палец, когда ты выбрал другую. Не понимаю, зачем было говорить в ЗАГСе “да”, когда за два дня до этого ты спал со своей лучше подругой! – в голосе проскальзываю истеричные нотки.
Черт! Черт! Черт!
Лиза держи себя в руках.
Ты не можешь разрыдаться на глазах у предателя-мужа! Он того не стоит… он не стоит того, чтобы видеть твою боль!
– О чем ты? – Марк склоняет голову набок, осторожно, словно старается не совершить лишнее движение, которые обязательно вызовет взрыв, в котором он же и погибнет.
– Сам не понимаешь? – вздергиваю подбородок, стараюсь при этом дышать ровно, размеренно.
– Нет, не понимаю, – Марк едва заметно сужает глаза.
– То есть, на твоем мальчишнике ничего не произошло? – бросаю мужу вызов.
Вот только я забыла с кем имею дело. Не проходит и мгновения, как мяч снова оказывается на моем поле, когда Марк заявляет:
– Хватит говорить загадками. Либо говори прямо, что ты имеешь в виду. Либо заканчивай этот балаган. У тебя осталось всего пять минут.
Качаю головой не в силах поверить, что мой собственный муж может быть таким циником.
– Я тебе не просто скажу, но и покажу, – достаю телефон из кармана пиджака и отправляю злосчастную фотографию Марку.
Короткий “дзинь” сотрясает комнату, муж еще мгновение стоит неподвижно, после чего разворачивается и подхватывает телефон со стола.
Пару манипуляций с его стороны, и я впервые с момента, как застала Марка за изменой, вижу, как его хладнокровная маска юриста трескается. Брови ползут вверх. Глаза расширяются.
– Как ты это объяснишь? – решаю додавить мужа. – Хорошо же ты отметил свой мальчишник. Зачем было жениться на мне, когда ты еще на своем мальчишнике изменил мне?
– Во-первых, мы еще не были женаты, поэтому это не измена, – включает гребанного юриста муж. – А во-вторых, ну потискал я ее немного. Что с того? Должен же я был проверить, что выбрал правильную жену.
Глава 5
Глава 5
Хватаю ртом воздух, не в силах поверить в наглость Марка.
Если раньше мне только казалось, что он не испытывает ни грамма раскаяния, то сейчас я в этом уверена! Этот гад еще и смеет ухмыляться!
Он всего на мгновение обращает взор на меня, а потом снова опускает голову, всматривается в фотографию, сузив глаза и… качает головой. Не знаю, что это все значит, но уже через мгновение Марк блокирует телефон и засовывает его в карман брюк.
Лишь после этого опять сосредотачивается на мне.
– У тебя еще есть какие-то вопросы? – в очередной раз бросает мне мяч. Он попадает прямо в мою грудь, заставляет содрогнуться разорванное в клочья сердце. – У меня очень много дел, – переводит взгляд на висящее на стене часы.
Не могу сдержать горького смешка. Еще никогда я не чувствовала себя такой разбитой, как сегодня. Такое чувство, будто из меня высосали все силы, оставляя на моем месте лишь бренную оболочку.
Марк… господи, мой Марк стал натуральным циником. Или он всегда был таким, а я просто этого не замечала?
Стоит только вспомнить злосчастную фотографию, а потом сцену на диване, на который я стараюсь не смотреть, меня аж передергивает. Внутри что-то рушится, какая-то опора, которая давала мне держать себя в руках с того момента, как я узнала об измене мужа.
Но, возможно, все не так плохо… ведь место сдержанности занимает самая натуральная ярость. Та, которая заставляет кровь в венах бурлить. Та, которая застилает взор.
– Плохо видать выбрал, раз до сих пор ее тискаешь, – буквально выплевываю последнее слово, все-таки срываясь в истерику. – Весь год тискал? Марк, почему нельзя было со мной расстаться до нашей свадьбы? Зачем было устраивать весь этот балаган? Зачем было мучить меня? Зачем?! – выкрикиваю и… хватаю ртом воздух.
Задерживаю дыхание. Нужно успокоиться… нужно прийти в себя… нужно…
– Лиза, я думал, ты здравомыслящая женщина, – Марк добавляет бензина в огонь, сжигающий меня изнутри ярости. – Не понимаешь, что я женился на тебе, потому что выбрал тебя. Этого мало? – выгибает бровь.
Меня чуть ли не подкидывает. Как мне удается устоять на месте, а не вцепиться муженьку в его мужественное лицо с выступающими скулами и аккуратной щетиной – это загадка века.
– Так выбрал, что у тебя сейчас помада на губах? – ядовито фыркаю.
Марк хмурится, словно не понимает, о чем речь. Не проходит и мгновения, как он поднимает руку и проводит ладонью по своим тонким, но плотным губам. Как же я раньше любила их целовать…
Да, блин! О чем, черт побери, я думаю? Зачем делаю себе только больнее?
Да, понятно зачем! Дело в том, я люблю этого подонка… любила. Так сильно любила. Моя душа сейчас буквально горит в огне предательства. Была бы возможность, я бы наверное забилась в ближайшей угол и дала бы волю слезам. Но… я должна оставаться сильной… такой, какой меня растил папа.
Потом, когда буду в одиночестве, смогу разрешить себе, прорыдаться. Но только недолго. Нельзя позволять себе страдать по предателю!
Марк тем временем смотрит на открытую ладонь, на которой без сомнений остался красный след, и тяжело вдыхает. Лишь после этого поднимает голову и смотрит на меня так, будто я – пустое место.
– Что ты от меня сейчас хочешь услышать? – натягивает на лицо профессиональную маску. Ту, которую надевает, общаясь с клиентами, чтобы те не могли прочитать по его лицу даже доли испытываемых им чувств. – Хочешь, чтобы я извинился? Или сказал, что был не прав? Или чтобы я перед тобой на брюхе ползал, вымаливая прощения? Ну так этого не будет. Ты изначально видела, что за кого замуж выходила!
Хочется прокричать, что выходила я замуж за другого парня… за того, кто мне приносил кофе в постель!
Черт… только сейчас понимаю, что, скорее всего, так он искупал свою вину за мальчишник.
– Нет, ничего такого я не хочу, – говорю вместо того, что на самом деле вертится у меня на языке. Спорить с юристом себе дороже, как и убеждать его в неправоте.
– А чего хочешь? – Марк отталкивается от своего стола, огибает его и садиться в свое кресло.
Только после этого снова обращает взор на меня, и протягивает руку, указывая мне занять кресло перед ним.
Хочет, чтобы я вступила с ним в переговоры? Вот только похоже забывает – нам не о чем разговаривать. В нашей ситуации существует только один действительно благоприятный исход.
– Развода… – выдыхаю, не двигаясь с места. Сильнее впиваюсь ногтями в ладони. Вот только физическая боль никак не хочет заглушать душевную… никак не хочет…
– Развода? – на лице Марка не дергается ни один мускул, лишь черты становятся немного острее, что говорит мне о том, что все-таки мой муж не такая уж бесчувственная скотина, которой хочет показаться. – Из-за какой-то фотографии, сделанной много лет назад? – откидывается на спинку кресла. – Господи, Лиза! Ты вообще-то тоже не святая!
– Что? – мои глаза широко распахиваются.
В глазах Марка же что-то мелькает. Жаль, что я не успеваю определить, что именно, потому что не проходит много времени, прежде чем муж прячет это самое под своей фирменной маской непробиваемого юриста и выдает то, что повергает меня в лютый шок:
– Я взял тебя в жены не девственницей. Мне тоже считать, что ты мне изменила?
Глава 6
Глава 6
Нет, похоже, Марк сегодня действительно хочет меня добить. Иначе как объяснить тот факт, что каждый его аргумент бредовее предыдущего?
Он взял меня в жены не девственницей… Серьезно? Марк сравнивает мою жизнь до него с его изменой во время нашего брака и сразу перед ним?
Воздух вырывается из легких, будто меня ударили под дых. В ушах звенит так, что этот звук почти заглушает стук моего сердца – тяжелого, медленного, похожего на похоронный колокол.
Чувствую, как лицо холодеет, а руки становятся ледяными и влажными. Внутри – пустота, залитая ледяной яростью. Мой муж не просто предатель. Он – подонок! Марк готов растоптать все, что было между нами… лишь бы выставить себя правым, лишь бы свалить вину на меня. Господи, как я могла любить этого человека? Как могла целовать эти губы, которые сейчас извергают такую грязь?
Мне нужно уйти. Сейчас же. Прямо сейчас. Но ноги почему-то ощущаются ватными, отказываются слушаться. Сначала меня бросает в жар, а потом в холод. Перед глазами появляются черные точки. Мне нужно передохнуть… хоть немного. А потом собрать в себе остатки сил и сделать последний рывок.
Есть вариант, сесть на диван, где Марк с Дарьей только что… Нет, я даже смотреть туда не могу. Тогда… можно приземлиться на кресло, то самое “любезно” предложенное моим мужем. Да, в таком случае, придется еще немного пообщаться с Марком, но, по крайней мере, я не грохнусь где-нибудь по дороге отсюда в обморок. Так тому и быть!
Пару шагов и вот она я с грохотом, который слишком громок для тишины кабинета, плюхаюсь в кресло напротив мужа. Смотрю на него… на этого чужого мужчину с лицом когда-то любимого мною человека, и чувствую, как последние остатки тепла к нему умирают, замерзая в ледяном озере презрения.
– Ну ты и сравнил, – выдыхаю, откидываясь на спинку кресла – То есть, если бы я спала с кем-то, находясь в отношениях с тобой, ты бы вот так просто это принял бы?
Марк откидывается в кресле, ставит локти на подлокотники, соединяет пальцы шпилем в районе груди. В глазах мужа нет раскаяния, а отражается лишь холодный, оценивающий меня интерес. Словно я какое-то сложное деле, которое ему нужно выиграть..
– А ты не спала? – бросает муж мне с убийственной небрежностью.
Возмущение подкатывает ко мне волной, смывая остатки слабости. Как он смеет?!
– Нет! – вырывается у меня, резко, почти криком. – Ни разу! Ни с кем! Потому что я уважала наши отношения! Уважала тебя! Хотя теперь вижу – зря!
Марк всего секунду вглядывается в мое лицо, а потом… пожимает плечами, его губы искривляются в чем-то среднем между усмешкой и гримасой раздражения.
– Ну это твои проблемы, – тяжело вздыхает он. – У тебя же была возможность, но ты ею не воспользовалась. Теперь не жалуйся на двойные стандарты.
Мир вокруг сужается до лица моего мужа. До этих циничных глаз. До этой отвратительной философии. Я пытаюсь переварить услышанное, но мой мозг отказывается складывать слова в осмысленную картину. Он же несет бред. Совершенный, запредельный бред.
– Хочешь сказать... – слова даются мне с трудом, – ...что все время, пока мы были в отношениях... ты... ты... с Дашей? С самого начала? Сразу после свадьбы? Или даже... до?
Марк выпрямляет спину, переставляет локти на стол, наклоняется ко мне. Его взгляд становится пронзительным, почти изучающим. В нем нет ни стыда, ни смущения. Только расчет.
– А если я скажу “нет”, ты поверишь? – спрашивает муж тихо, но каждый слог, вылетевший из его рта, отдается в моей пустой грудной клетке.
Горький, язвительный смешок вырывается из меня сам по себе.
– После той фотографии? – шиплю я. – Нет, конечно. Ты врешь. Ты врешь всегда, когда тебе это выгодно. Как настоящий юрист.
Лицо Марка на секунду искажает что-то непонятно… Досада? Злость?
Вот только определить, что именно мне удалось уловить, не получается, муж отводит взгляд, постукивает пальцем по столешнице.
– Кстати, откуда она у тебя? – спрашивает он неожиданно, меняя тему с мастерством фокусника. – Фотография с мальчишника.
Мстительное удовлетворение теплой волной разливается по моим замерзшим венам. Хоть что-то его задело.
– Твоя благоверная выложила на свою страничку, – говорю четко, наслаждаясь тем, как пальцы Марка резко сжимаются в кулак. – Видимо, решила напомнить тебе о былых “подвигах”. Или о них мне намекнуть. Что ж сработало на ура!
Марк слегка недовольно поджимает губы, его взгляд становится жестким.
– Ясно, – бросает он сквозь зубы.
Хмурюсь, всматриваясь в лицо мужа. Раньше я читала Марка, как открытую книгу. Могла назвать каждую его эмоцию, каждую мысль. А сейчас… передо мной загадка в дорогом костюме. Маска, за которой ничего не разглядеть. Или… страшная мысль леденит душу… или я видела только то, что Марк мне показывал? Красивую, удобную для него картинку? Жаль, что я уже никогда не узнаю правду. И не хочу ее знать. Потому что оставаться с Марком я не собираюсь.Эта игра кончена.
– Знаешь, – начинаю я, мой голос звучит удивительно спокойно, почти отстраненно. – Я пришла сюда, чтобы узнать, как вот это могло произойти, – указываю подбородком на мужа… точнее, на его штаны, в кармане которых лежит телефон с той самой фотографией. – Спросить, зачем ты женился на мне, после этого. Но... – делаю паузу, глядя ему прямо в глаза, – …я даже представить себе не могла, что ты можешь так низко пасть. До обвинений в “недевственности”. До всего этого... циничного дерьма. В общем, не переживай. Я сама подам на развод. Надеюсь, ты не будешь препятствовать. Это единственное, на что я еще надеюсь.
Марк вскакивает, лицо его искажает истинная злость.
– То есть, ты хочешь похерить наш брак из-за какой-то фотографии и своих истеричных фантазий?! – его голос гремит, эхом отдаваясь в кабинете.
В этот самый момент резко и навязчиво звонит стационарный телефон мужа. Марк срывает трубку, рявкает в нее:
– Я перезвоню! – бросает трубку на рычаг и снова обрушивается на меня. – Ну?! Договаривай! Ты готова разрушить все из-за своей ревности?
Тоже встаю. Больше не хочу сидеть перед ним, как подсудимая. Я не виновата. Ни в чем.
– Не только из-за нее! – мои слова звучат громко, отчетливо, перекрывая шум в собственной голове. – А еще из-за твоей измены, которую я застала! – я резко указываю головой назад, туда, где стоит злосчастный диван, место последнего предательства мужа. Гнев смешивается с острой тошнотой. – Или ты уже забыл, что я все видела?
Марк так резко сокращает разделяющее нас расстояние, что я даже ничего сделать не успеваю. Он оказывается слишком близко. Его горячее дыхание обдает мои губы, в нем чувствуется гнев и что-то еще… презрение?
– А что ты видела? – шипит муж, сверля меня глазами. – Видела, как я трахал Дашу? Или что-то похожее? Может, я ее пальцами… удовлетворял?
Наглость мужа, его изворотливость выбивают последнюю почву из-под ног. Марк будет отрицать свою измену до последнего?
– Мне достаточно косвенных признаков! – почти кричу я, чувствуя, как слезы предательски жгут глаза. Не сейчас. Только не сейчас. – И ты еще не всю помаду стер! – добавляю, указывая подбородком на губы мужа, где до сих пор виднеются красные следы.
Марк вдруг усмехается. Холодно, цинично.
– Вот именно, Лиза, ты ничего не видела! Ничего конкретного! – он разводит руками, как адвокат, обращаясь к воображаемому суду. – А как однажды сказала моя клиентка, оправдывая своего мужа: “Не в пися в писю – не считается”. Вот будут у тебя доказательства моей измены, тогда и поговорим о разводе. А пока... – муж делает широкий жест в сторону двери, – ...можешь быть свободна.
Глава 7
Глава 7
Я думала, что не смогу испытать больше боли. Но сейчас чувствую себя так, словно мое сердце вырвали из груди голыми руками.
Зато Марку, похоже, хоть бы хны. Он еще несколько секунд с превосходством, словно выиграл очередное дело в суде, смотрит на меня, а потом встает и начинает собираться.
Словно в замедленной съемке наблюдаю за тем, как муж подхватывает пиджак с подлокотника, застегивает пуговицу за пуговицей, при этом не сводит с меня пристального взгляда. Смотрит так, словно ждет очередного взрыва или приступа истерики… но… ничего подобного точно, не произойдет.
У меня внутри словно что-то онемело. Похоже, меня покинули не только силы, из-за которых пришлось сесть на стул, но и остатки чувств, которые не давали мне покоя после того, как я увидела ту злосчастную фотографию.
Или… может быть… просто включилась защитная реакция, чтобы я не смогла испытать еще больше боли.
Плевать!
Правда, плевать!
Главное, то, что я никак не реагирую на то, что Марк, все еще глядя на меня, подхватывает свой кожаный портфель юриста, который, кстати, я подарила ему на выпуск из университета – хотела показать, что верю в него и поддерживаю.
Сижу спокойно, когда Марк огибает стол и останавливается рядом…
И даже не вздрагиваю, когда он нависает надо мной.
Еще несколько секунд, Марк просто смотрит на меня, а потом выдает:
– Молодец, что не истеришь! Буду дома вечером. Приготовь, что-нибудь вкусное. Я привезу вино, и мы обсудим дальнейшие правила, по которым будем жить вместе. Ну и об… изменах, – хмыкает, – поговорим.
Вдруг Марк наклоняется и оставляет поцелуй у меня в волосах.
Я толком ничего сделать не успеваю до того, как он отстраняется и проходит мимо.
Реакция у меня появляется, хоть и запоздалая.
Подгоняемая жгучей волной раздражения, вскакиваю на ноги и кручусь на пятках.
– Засунь свои “правила” в задницу! – выкрикиваю в спину мужу первое, что приходит в голову.
Марк застревает в дверном проеме, где недавно валялась его любовница, а уже в следующий момент раздается тяжелый вздох и… я вижу покачивание головы.
– Дома поговорим, – в итоге, отчеканивает Марк и выходит в приемную.
Стоит виду на противоположную дверь открыться, сразу замечаю Дарью и ее победную ухмылку. Хоть Марк приближается к ней, смотрит она лишь на меня. И я отчетливо вижу злорадство на ее лице.
“Хорошо, что я не общалась с этой девушкой, иначе все могло закончится плачевно, гораздо раньше”, – мелькает в голове.
Или, наоборот, плохо?
– Ты готова? Мы уже опаздываем в ресторан, – голос Марка выбивает все лишние мысли из моей головы. Сердце больно режет. В ресторан с Дашей. Вот куда он оказывается опаздывает.
– Всегда готова. Ты же знаешь, что я за тобой хоть на конец света пойду, – елейно произносит Даша и подхватывает Марка под руку.
Они, не оборачиваясь, выходят из приемной. Дверь закрывается. Вокруг воцаряется тишина. Настя, помощница этих двоих, прячет глаза за монитором. Я же стою посреди кабинета, где еще пять минут назад мой мир окончательно рухнул. Диван… этот проклятый диван, маячит пятном позора перед глазами. Кажется, на нем еще видна вмятина от тела. От ее тела.
Плевать.
Правда, плевать.
Разворачиваюсь на каблуках, слишком резко, поэтому голова кружится. Но это меня не останавливает. Выхожу в приемную, игнорирую Настю.
Шаг.
Еще шаг.
Коридор. Лифт. Холл.
Солнце бьет в глаза.
Машина. Ключи трясутся в руках, поэтому никак не могу попасть пальцем на кнопку на ключах. Не знаю, сколько так мучаюсь. И вот, наконец, слышу желанный щелчок.
Падаю на сиденье, хлопаю дверью. Тишина салона оглушает. Но не проходит много времени до того, как ее разрывает пространство пеликанье моего телефона.
Не знаю зачем смотрю на экран, всё равно сообщения, присланные подругой ничего не изменит: “Натаныч рвет и мечет”.
Кажется, сегодня развалится вся моя жизнь.
Плевать!
Правда, плевать!
Бросаю телефон на соседней кресло и завожу двигатель. Его урчание кажется чужим, громким. Выжимаю сцепление, включаю первую передачу.
Газую.
Ничего не чувствую… совсем.
Улицы мелькают за стеклом, цвета сливаются в серо-бурую массу.
Слезы текут по щекам, без рыданий, без каких-либо звуков. Горячие, соленые, назойливые. Стираю их тыльной стороной ладони, оставляя на коже следы туши. Не сейчас. Нельзя расклеиваться сейчас.
“Почему?” – стучит в висках. – “Почему он? Как он мог?”
Внезапно перед глазами всплывает яркая, теплая, невыносимо болезненная картина…
Утро после первой брачной ночи.
Солнечные зайчики пляшут на стене нашей съемной квартирки. Я лежу на кровати, разбитая и счастливая. А Марк… Марк на кухне. В моем старом халате, выглядящим смешно коротком на нем. Он возится у плиты, что-то шипит на сковородке. Не проходят и несколько секунд, как он появляется в двери нашей спальне, в его руках тарелка. Омлет. Кривой, местами подгоревший. На лице мужа улыбка до ушей и гордый блеск в глазах.
– Завтрак в постель для моей жены! – объявляет он торжественно, как будто подал шедевр мишленовского шефа. Он подходит ко мне. Его руки, большие, теплые, обнимают меня, когда он садится на край кровати. Запах кофе, его одеколона и… просто него бьет в нос. Запах дома. Запах любви.
Миг, и меня пронзает еще одна вспышка воспоминаний: ночь перед моей сложной сессией.
Гора конспектов валяется на столе. Я засыпаю лицом в учебнике. Чувствую, как меня осторожно поднимают. Марк. Он укладывает меня в кровать, накрывает одеялом.
– Спи, – шепчет. – Я посижу рядом.
И сидит. Читает свои юридические фолианты под светом настольной лампы. Иногда поправляет одеяло. Его присутствие – тихая крепость. Я засыпаю, зная, что он рядом. Он всегда рядом.
“Всегда?” – мысль режет меня.
Где тот человек? Куда он делся? Как этот… циник, этот холодный, расчетливый ублюдок в дорогом костюме… как он мог быть моим мужем?
Слезы душат. Вдыхаю резко, глотаю воздух. Вижу дорогу сквозь водяную пелену. Сбрасываю скорость.
Держись, Лиза. Держись.
Тебе нужно просто доехать. Просто доехать. Осталось чуть-чуть.
Действительно чуть-чуть, ведь вот он наш дом. Современная высотка, и в ней наша двухкомнатная клетка. Когда мы покупали ее в ипотеку, казалось – это начало всего. Тесновато, да. Всего две комнаты: спальня и совмещенная кухня-гостиная. Белые стены, серый ламинат, встроенная техника на крохотной кухне, модульный диван у стены с телевизором. Минимализм. Наш стиль, как мы тогда решили. Теперь он кажется стерильным, безжизненным… как морг.
Сейчас я его покину!
Врываюсь в квартиру, хлопаю дверью. Стою в прихожей, дышу. Тишина. Гул холодильника кажется оглушительным. Куда бежать? Что брать? Мысли скачут с одной на другую.
Достаю из шкафа в прихожей спортивную сумку – ту самую, с которой ездила на студенческие сборы. Кидаю ее на диван. Открываю шкаф в спальне.
Моментально вижу висящие рубашки Марка, его костюмы. Боль пронзает сердце. Отворачиваюсь.
Перевожу взгляд на свой отдел. Бережно снимаю с полок несколько любимых свитеров, джинсы, пару футболок. Вытаскиваю белье. Косметичка забираю из ванной. Нахожу ноутбук, зарядки, паспорт. Документы на машину.
Кольцо… свадебное… сдираю с пальца, швыряю в ящик тумбочки. Звонкий стук металла о дерево сотрясает комнату.
Задерживаюсь в ванной, собираясь забрать свою зубную щетку, ведь вижу отражение в зеркале. Вижу себя.
Заплаканные глаза, размазанная тушь, бледность. Я похожа на привидение.
Черт, мне же придется ехать к родителям. К маме с папой. К тем, кто отговаривал от свадьбы с Марком… кто качал головой: “Рано, Лиза. Пожить бы сначала”. Но я никого не слушала, ведь верила в свою сказку.
Что ж, пора расплатиться за свою наивность.
Не проходит много времени, как моя сумка оказывается набита. Застегиваю молнию. Оглядываю квартиру в последний раз.
Кухонный остров, за которым мы ужинали в те редкие вечера, когда Марк был дома. Диван, на котором мы в обнимку смотрели кино. Окно в спальне.
Мы продержались всего год. Всего один проклятый год.
Плевать.
Правда, плевать.
Главное – уйти. Сейчас. Пока Марк не вернулся. Нарушить его планы. Его “правила”. Пусть приезжает в пустоту. Пусть свое “вино” пьет с Дарьей в ресторане.
Подхватываю сумку. Она тяжелая, тянет плечо. Но это меня не останавливает, я всё равно иду к выходу. Рука тянется к замку.
Распахиваю дверь, вылетаю из квартиры и врезаюсь во что-то твердое. Неожиданно. С размаху. Сумка падает на пол с глухим стуком. Воздух вышибает из легких. Отшатываюсь, теряя равновесие. Взгляд, все еще затуманенный слезами и яростью, поднимается вверх.
Я врезалась не в дверь, не в косяк.
Это грудь. Широкая, мужская грудь под темной тканью пальто. Мои ладони инстинктивно уперлись в нее, чтобы не упасть. Сердце замирает, потом начинает колотиться с бешеной силой. Поднимаю голову выше…
