![](/files/books/160/oblozhka-knigi-leto-zhizni-si-370792.jpg)
Текст книги "Лето жизни (СИ)"
Автор книги: Ирина Седова
Жанры:
Прочая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)
Эльмар тоже выжидал. Он уже предвидел следующий заказ своей клиентуры и ничуть не удивился, когда к нему явились сразу пятеро, чтобы высказать претензию:
– Там нет удобств.
– А что же вы думали раньше? – сделал недоуменное лицо исполнитель их проектов. – Так называемые «удобства» требуют канализации.
– Значит, нельзя? – насупился парень с сединой.
– Отчего же нельзя? Можно, но нужно будет поработать руками. Прорыть траншеи, например. Есть целых три варианта. Один – баня и туалет во дворе. Второй – общая система канализации на все дома, но ванная и прочее внутри. И третий – каждый делает свою отдельную.
Естественно, парни выбрали третий вариант.
– Тогда идемте, я покажу на месте, что делать.
Он дошел до первого из домов и начал объяснять:
– Канализация – это сливная яма и система труб для отвода использованной жидкости. Она должна находиться на такой глубине, чтобы зимой не промерзать. Следовательно, вам предстоит: 1) выбрать место для ямы; 2) выкопать яму и траншею; 3) продолбить соответствующие отверстия в полу и фундаменте дома для подвода труб.
– А вода?
– Правильно, еще и вода. Это значит, придется рыть скважину и проделать еще пару отверстии в фундаменте, полу и стенах. Поэтому продумайте так, чтобы скважина для воды и сливная яма находились в противоположных концах от дома. Скважина ближе к пруду, а сливная яма – в сторону поля.
– А чем копать?
– Инструмент я дам. Будете меняться.
Он так и поступил. Кому-то вручил буровую установку для рытья скважин, кому-то – экскаватор для траншеи. Остальным – дрели, пробойники и лопаты.
И ничего, справились. Через две недели каждый дом сиял новенькой ванной, водопроводом и прочим. Правда, Эльмару пришлось в первую семидневку с утра до вечера неотступно торчать возле новостроек, чтобы вовремя подсунуть формовщик труб или бульдозер, или показать, как установить насос для подачи воды. Но затем обмен информацией и единицами машинной техники начался за его спиной, а его функции ограничились чистой материализацией дополнительного оборудования.
Далее встал вопрос об освещении, водогрейных колонках и отоплении. Хотя было лето, и холод никого не донимал, но стоило одному догадаться, как остальные немедленно подхватили идею.
И опять пришлось будущим новоселам засучить рукава. Хотя в каждом доме имелось автономное энергетическое обеспечение в виде солнечных батарей, составляющих кровлю крыши, но требовалось просверлить отверстия для проводки, и для прокладки элементов обогревательных батарей.
Мелкие улучшения быта происходили и в дальнейшем. И снова Эльмар объяснял, помогал составлять проекты и, наконец, материализовывал.
К концу месяца дома приобрели вид, пригодный для вселения. Само собой, без мебели вселяться было неинтересно, и всей гурьбой новоселы двинулись в библиотеки. Но тут уж Эльмар решил продемонстрировать характер. Когда дело дошло до выполнения заказов, он потребовал, чтобы прежде был наведен порядок в большом доме. который к тому времени оказался здорово захламлен. Публика было скривилась, но Алек цэ.у. поддержал:
– Он говорит по делу. Пора кончать со свинарником. Приступайте. Каждый свою комнату.
– А куда девать мусор? – спросил Мик.
– А куда он раньше девался? – отозвался Эльмар ему в тон.
Он пожал плечами и лужайку перед задним крыльцом украсил контейнер – приемник.
– Постельное белье тоже снимайте и бросайте сюда.
Действительно, после двух месяцев употребления белье столь посерело, что вряд ли было способно приобрести первоначальный вид после банальной стирки. Да никто и не собирался его стирать. Эльмару проще было материализовать новые постельные комплекты, чем принудить кого-либо из своих подопечных заняться работой, которую те считали для себя унизительной.
После того как весь хлам из комнат и окружающей среды был погружен на платформу, Эльмар включил нужный механизм, и платформа плавно взмыла вверх. Лишь когда на глазах у публики она благополучно исчезла вместе с содержимым, вся компания отправилась по домам ставить мебель.
Это было только начало. Дальше и Алек принес Эльмару свой заказ на отдельный дом. Заказ был выполнен с учетом опыта других новоселов, тщательно прорисован в нескольких проекциях. О траншеях, сливной яме и скважине для воды Алек тоже не забыл. Все подготовительные работы он проделал до возведения заказанного объекта.
После приведения в надлежащий вид большого дома Эльмар замкнул лишние спальни. Но не сказать, чтобы там сразу же стало пусто. В четырех комнатах разместились девочки, а три раза в день вся компания собиралась в столовой для совместных трапез. Были еще телевизор, видео, и с некоторых пор кто-то постоянно шарил по полкам в библиотеке. Да и на ночь не все расходились по домам.
Так пролетел еще один месяц, и снова он был заполнен для Эльмара до отказа. Его подопечные начали входить во вкус. Полуспартанский набор предметов мебели, состоящий из кровати, стола и пары кресел, дополнился диванами, креслами, коврами, навесными и встроенными шкафами и прочим. Ну а когда все было заставлено и заполнено, настал черед еды. Компанию перестала удовлетворять скромная пища, приготовляемая девчонками по очереди. Внезапно и резко всем захотелось чего-нибудь поизысканней.
– Прекрасно, – сказал Эльмар. – Только заказы готовьте с вечера.
Так и стало. Теперь каждое утро он приходил к большому дому и, когда компания собиралась, по заранее написанным заявкам (заказы непременно должны были оформляться в письменном виде) материализовывал каждому то, что тот желал. Впрочем, желания у этих парней были поразительно похожи. Одному грезился салат-каре – всем подавай салат-каре; одному захотелось жаркого – всем подавай жаркое. Спиртные напитки и иные одурманивающие вещества Эльмар отказался поставлять сразу же.
– Закон N 2, – сказал он многозначительно.
Вместо завтрака было открыто нечто вроде салона полуфабрикатов. После ужина каждый утаскивал себе домой упаковку с быстро приготовляемой пищей и утром сибаритствовал в полное удовольствие, не выходя из дома раньше обеда. Осуществлять такой проект Эльмару было тем проще, что за время пребывания на Лиске он имел возможность ознакомиться с широким ассортиментом таких блюд, завозимых на планету транспортниками Большого Космоса. Да и Рябинка нередко прихватывала с Тьеры что-нибудь новенькое, чтобы побаловать себя и мужа чем-либо, кроме приевшихся блюд из обезвоженных прессованных концентратов.
Салон полуфабрикатов освободил Эльмара от необходимости наведываться в большой дом по четыре раза на день. Заказы он принимал либо в обед, либо у себя в клубе, где все чаще стал появляться местный народ. Эльмару даже пришлось установить приемные часы, иначе он был бы занят круглые сутки. В библиотеке постоянно кто-нибудь шарил по полкам либо что-то листал. Парни не знали, куда себя деть, и вполне закономерно, что их начало тянуть туда, где они надеялись откопать что-нибудь новенькое.
Да-да! Теперь, когда у подопечных Эльмара, казалось бы, все устроилось, и они должны были бы блаженствовать, на Катрене прочно поселилась скука. Парни начали томиться, снова заслонялись по острову с заспанными, осоловелыми лицами. Лишь девицы не скучали, им было некогда. Ежедневная мойка посуды, приборка помещений и ночные «вахты» скорее вымучивали их, чем освежали. Они все время выглядели, да и были измотанными, нервными, озлобленными и чуть что – норовили спрятаться и поспать.
– Отстань, – это был их обычный ответ на любой знак внимания со стороны сильного пола.
А изнывающим от безделья парням хотелось... в общем-то ясно, чего им хотелось.
– Баб бы сюда побольше, – выразил как-то после обеда общее мнение Мик.
Девицы отлеживались после бурной ночи в своих апартаментах.
– Закон N 1, – напомнил Эльмар лаконично.
– Закон, закон... Тоже мне, законник! – пробуррчал Мик. – Между прочим, что-то не верю я, чтобы ты свято придерживался буквы закона. Вот закон N 4 «Не раскрывайся постороннему» – ты в свое время очень даже раскрылся. Как же так?
– Да и Тод про тебя рассказывал, – напомнил парень с сединой.
– Что скажешь, Эльмар? – усмехнулся Алек.
В последнее время он все чаще усмехался и посматривал на Эльмара довольно иронически.
– Из каждого правила бывают исключения, – спокойненько отвечал тот, проявляя известную долю нахальства.
– Так сделай еще одно исключение. Уважь публику, – в тоне Алека сквозила четкая насмешка.
Эльмар покосился на него и произнес как бы в раздумье:
– В Большом Космосе для таких целей существует секс-индустрия, – и он многозначительно показал рукой на потолок, имея в виду небеса.
– Что? Что? – загалдели парни, ухмыляясь.
– Специальные манекены. Все при них: и бюст, и бедра, и прочее, – и он обвел взглядом публику. – В общем, полное самообслуживание. Покупай любую, тащи в дом и включай, когда есть надобность. Позабавился – выключи, и пусть ждет до следующего раза. Сами понимаете: никаких истерик, никаких отказов – блеск!
Эльмар начал так расписывать эти секс-манекены, словно и впрямь пользовался ими. На самом деле ни секс-шопов, ни секс-изделий он и в глаза никогда не видел. На Лиске их не было, «Саваоф» не одобрял секс-индустрии. Но слышать о ней в Большом Космосе слышали все.
У парней заблестели глаза.
– Ух ты! – воскликнул Мик. – Изобрази-ка один!
– Я принимаю заказы с утра, – уклонился Эльмар. – А вы оформляйте проекты как положено: внешность, объем, рост.
Он поднялся и вышел. Алек последовал за ним.
– Ты это всерьез с манекенами? – спросил он сурово.
– Да, а в чем дело?
– Я опять тебя перестал понимать. То ты был таким порядочным, прямо не достать, а теперь готов потрафлять самым низменным вкусам.
– С кем поведешься, от того и наберешься, – пожал плечами Эльмар.
– Да? Чем же ты тогда лучше их? – Алек показал рукой в сторону большого дома.
– Наверное, ничем, – снова пожал плечами наш художник.
– Эх ты! А я еще тебя уважал!
Алек развернулся и направился к себе.
«Стой!» – скомандовал себе Эльмар. Это было что-то новенькое. Он догнал Алека и положил руку ему на плечо.
– Подожди-ка! – проговорил он. – Нам надо пообщаться.
– Не о чем нам с тобой общаться, – отрезал тот, сбрасывая его руку со своего плеча.
– Я серьезно, – продолжал Эльмар настойчиво. – Ты всегда говорил, что не понимаешь меня, а сейчас я тебя не понял.
– Чего тут не понимать? Противно смотреть, как ты мелким бисером рассыпаешься перед этим кодлом.
– Да? А ты разве не они? Разве ты не одинаковым с ними макаром убиваешь время?
Алек яростно на него зыркнул и кратко отрезал:
– Идем.
Быстрым шагом, не оборачиваясь, он двинулся в сторону хозпостроек. Обогнув сарай для машин, он привел Эльмара к тому самому полю, которое за три месяца до этого самолично пахал.
– Смотри, – показал он рукой на поле.
Эльмар посмотрел. Поле было убрано. Только скирды соломы высились то здесь, то там.
– Идем, – снова сказал Алек.
Он подвел Эльмара к бункеру для зерна и открыл смотровой люк. Бункер был полон.
– Я не ожидал, – сказал Эльмар задумчиво. – Ты молодец, однако.
– А ты – нет, – ожесточенно парировал бывший вожак банды.
– Поясни. Что я, по-твоему, должен был делать?
– Заставить. Ты начал хорошо с этими домами. Но сейчас больше похож на холуя, чем на человека.
– Вот как? – нахмурился Эльмар. – Значит, я холуй. И надо было мне заставить. А если бы я тебя начал заставлять? Ты бы сделал вот это? -
Эльмар постучал по бункеру с зерном.
– Я – нет. Но я – не они!
– О! Вот как! Тогда возьми и заставь их. Хотя бы овощи убрать.
– Они не подчинились бы, – мрачно возразил Алек.
– То-то и оно. Я хочу, чтобы они поняли то же, что и ты. Сами поняли.
– Они не поймут, – угрюмо ответил бывший бандит.
– Поймут, если ты мне поможешь.
Алек с прежним интересом воззрился на Эльмара.
– Я согласен. Но как?
– Веди пока свою линию, а возникнет идея – обсудим. Запомни: я всегда поддержу тебя. И если что – помогу по первой просьбе.
Алек снова глянул на него и с подковыркой сказал:
– А помидорчики-то уже давно созрели. Пора убирать.
Эльмар засмеялся:
– Ну и уберем. Ты да я. Разве не справимся?
– Вот так, сразу?
– Почему бы и нет? Пошли за машиной.
Инкино забытье
Если бы Инка была ясновидящей и могла бы из глубин Вселенной следить за Эльмаром, она бы здорово посмеялась над его попытками уверить молодежь в том, что он всегда придерживался закона N 1. Кому как ни ей было знать, что скрывалось за девятью параграфами на стенах обоих главных зданий Катрены. И если бы кто ей напомнил, что в одном Эльмар был правдив: за нарушением неизбежно последует наказание, она бы лишь хмыкнула. И только бы сказала, как это уже однажды и было: «Мне от этого не легче.»
И впрямь. Если бы Инка стала вспоминать унылые, безрадостные годы, которые вынуждена была тянуть лишь потому, что кому-то вздумалось не вовремя замечтаться, она вряд ли бы пожелала своему создателю что-либо кроме неприятностей.
Однако с тех пор, как Инка вырвалась на волю, ее злость понемногу иссякла. К моменту, когда Эльмар связался с бандой Тода, она позабыла не только об этом персонаже, но и других печалях первых лет своего существования. Целая серия волнующих, радостных событий закружила ее трезвую и уже отвыкшую от положительных эмоций голову.
Во-первых, Инка полностью освоилась с работой. Настолько освоилась, что даже не взяла отпуска по беременности. Наоборот, именно тогда она ухитрилась развернуться в полную силу и продемонстрировать некоторые свои таланты. А получилось все само собой.
Она настолько часто слышала про вредное влияние жесткого излучения на плод, что совершенно растерялась, когда поняла, что и впрямь беременна. Рой решительно заявил:
– Будешь сидеть дома, пока не родишь. Моя жена...
– Не будет мотаться по оранжереям, подвергая себя опасностям, – завершила Инка его фразу. – Чушь! Я хочу работать! Я не подопытный кролик и не инкубатор. Придумай что-нибудь другое.
– Ну, не знаю тогда, – проворчал Рой недовольно. – Решай сама.
Инка позвонила «Саваофу».
– Не вижу проблемы, – улыбнулся старец, нисколько не рассердившись. – Управлять сотней работников можно не выходя из кабинета. Не так уж трудно привыкнуть отдавать распоряжения и принимать информацию по радиосвязи.
– Но я не смогу проконтролировать!
– Есть прекрасное выражение: «Делегируй полномочия.» Так что подумай.
Инка подумала. Вихрь показался ей самой подходящей кандидатурой на роль проверяющего. Переговорив с ним, она созвонилась со всеми секторами и объявила о новом порядке руководства. Теперь каждое ее утро начиналось с обзванивания объектов. Инка принимала доклады, выслушивала о неполадках, отдавала распоряжения. Покончив с этим, она принималась за анализ и работала со вспомогательными службами: доставкой удобрений, ремонтом, размещала заказы на оборудование для теплиц. Инке это так понравилось, что когда она столкнулась с проблемой, напрямую с лесоводством не связанной, она вникла, не удержалась и с энтузиазмом занялась ее разрешением.
На проблему она вышла случайно, анализируя данные, пришедшие на ее компьютер. Делала она это по старинке, используя распечатки, и на бумажную возню у нее уходила масса времени, но каждый метод имеет свои преимущества. В данном случае преимущество было в том, что Инка не тратила времени на составление электронных таблиц, в которых в те времена еще ничего не смыслила, да и вообще распечатки были нагляднее. Можно было просматривать несколько документов одновременно, раскладывать их перед собой в любых комбинациях и вообще делать с ними что угодно.
Инка и просмотрела. Оторванная от непосредственной практической работы, она все резервы головного мозга устремила на анализ плывущих ей в руки документов, и один из них очень ее удивил. Документ этот касался не лесо-, а овощеводства. Это была сводка количества урожая, собранного в одном из секторов, по оранжереям. Вполне возможно, что если бы Инка не провела изрядный кусок своей биографии в сельской местности, она бы и не стала выводить информацию на принтер, но есть вещи, перед которыми большинство людей устоять не в силах. Инка помнила, чего и сколько у нее вырастало, и она сразу захотела сравнить свои результаты с результатами других.
Пробежав глазами по цифрам, она едва поверила увиденному, а затем вытащила из компьютера сводки по остальным секторам. Результаты чужих трудов показались ей столь странными, что она немедленно связалась с «Саваофом».
– Самшит Уайндович, по-моему, нам сбрасывают мусор, – выпалила она сразу после «Здравствуйте».
– А если поподробнее? – отозвался глава экспедиции.
– Ну я понимаю, что нас, лесоводов, не должны беспокоить количество выращенного и вкусовые качества того, что у нас воткнуто в землю, лишь бы оно росло. А вот как насчет овощей и прочего? Семена пшениц, которые мы получаем, даже приблизительно не районированы. В общем, полный маразм. Урожаи – нищенские.
Самшит Уайндович засмеялся:
– Рад, что ты это, наконец, заметила. Мы сажаем растения не для того, чтобы от них кормиться, а для образования почв и для получения кислорода. Еще – на всякий случай, чтобы как-то перебиться, если произойдет заминка в снабжении. Не надо воспринимать все так эмоционально, моя девочка: первые посадки всегда пробные и часто гибнут, поэтому нет смысла в трате времени и средств на приобретение сортовых материалов.
– Но у нас не так, – возразила Инка. – У нас до сих пор полный порядок и все приживается! Какой же смысл разводить огороды, если урожая – кот наплакал?
«Саваоф» укоризненно напомнил:
– Мы снабжаемся с центральной базы. Что она нам дает, то мы и вынуждены иметь.
– А если заказать семена в другом месте?
– А кто будет оплачивать?
Инка была вовсе не из тех, кто воспринимает проблемы эмоционально, но она была практична и привыкла любое дело делать добросовестно. Немного подумав, она созвонилась с полеводами. Оказалось, что и они не были равнодушны к плодам своих трудов. Качество семенного материала их тоже не радовало.
– На Аньге есть прекрасные пшеницы, – сказал один из агрономов. – Жаль, нас снабжают не оттуда.
– А если бы мы купили партию семян сами, в складчину? – не сдавалась Инка. – На развод?
– А транспортные расходы? Накрутка будет такая, что нам не поднять.
Инка снова позвонила «Саваофу».
– Говорят, на какой-то Аньге есть то, что нам надо, – сказала она. – Люди готовы заплатить за семена, но проблема за транспортом. Нельзя как-нибудь выделить пару емкостей топлива на один рейс?
«Саваоф» подумал.
– Аньга... Что же, возможно... Там разреженная атмосфера и сходный световой режим...– проговорил он, наконец. – Пришли-ка ко мне Вихря, я с ним побеседую.
Перед рейсом на Аньгу Инка тоже поговорила с Вихрем. В результате он привез не только несколько сортов пшениц и всякой огородины, но также черенки ягодников и плодовых деревьев. Результат не замедлил сказаться: к тому времени, как Инкин ребенок родился, некоторые из завезенных растений готовились дать первый урожай, и урожай этот уже уверенно обещал быть вполне удовлетворительным. Колония на Лиске получила надежду в недалеком будущем кормить себя сама!
А затем подобных рейсов на разные планеты было сделано несколько. «Саваоф» каким-то чудом ухитрялся обеспечить не только топливо, но даже оплату груза и командировочные. Еще Инка связалась с семцентрами Тьеры, работающими в горных областях, и ей удалось приобрести несколько сортов скоростных культур, дающих при соответствующих световом и тепловом режимах два урожая в год.
А когда отпала необходимость сидеть взаперти безвылазно, Инка уговорила «Саваофа» собрать совещание всех, имеющих отношение к полеводству, и поставила вопрос о самоснабжении Лиски продуктами питания. Глава колонии ее поддержал, но, как оказалось, он имел в виду при этом и собственные планы. На другой день после совещания он навестил Инку прямо в ее квартире.
– Отключись от связи и внимательно меня послушай, – проговорил он, и глаза его блеснули хитринкой.
Инка недоуменно глянула на семидесятилетнего старца. Он выглядел весьма торжественно в ту минуту: подтянутым, в наглаженном костюме-тройке официально-делового фасона. И прямо светился изнутри.
«Этого мне только еще не хватало, – шевельнулась в голове у Инки нехорошая мысль. – Верно говорят: „Седина в бороду – бес в ребро“.»
– В это время у меня всегда много звонков, – возразила она, косвенным намеком давая понять, что его визит туда, куда посторонние приходят только по приглашению, не вызвал у нее энтузиазма тесно пообщаться.
Однако ее холодность не сбила Саваофа с взятого им тона.
– У нас серьезный разговор, – сказал он с прежней настойчивостью. – Служба подождет. И твоя и моя.
– Я Вас слушаю, – произнесла Инка надменно.
Она рассчитывала, что ее начальник стушуется, но тушеваться пришлось ей.
– О том, что я тебе сейчас сообщу, никому на Лиске лучше пока не знать, моя девочка, – сказал он. – иначе у нас с тобой возникнуть сложности в работе.
– Конечно, конечно, Самшит Уайндович, – пролепетала Инка удивленно. – Здесь нас никто не подслушает.
– Я стар, и что будет, если я внезапно скончаюсь, не успев передать тебе дела? Короче, ты богата, Рябинка Дождевна Кенсоли, и половина предприятий на этой планете принадлежит нам с тобой.
– Что? – вымолвила Инка. – Я Вас не понимаю... Вы хотите подарить мне половину своего имущества?
– Нет, я не это имел в виду. Мне незачем тебе дарить что-либо. Но до сих пор я считал несвоевременным посвящать тебя в свои хлопоты. Я ждал, пока дело не станет приносить устойчивый доход. Поэтому отнесись к моим словам серьезно. Все заводы по производству воды из твердых пород принадлежат нам с тобой вдвоем, а не компании, моя девочка.
И Инка услышала историю, какие хотя и редко, но еще происходят в Большом Космосе.
Когда Рябинка привезла на Лиску материалы, добытые ей на Новой земле, она отдала материалы Саваофу с таким же безмятежным видом, с каким доставляла из бабушкиного заповедника очередную котомку семян.
– Просмотрите, пожалуйста, – сказала она. – Мне сказали, это то, что нам надо. А вот приспособление для просмотра, диапроектор называется. Я сейчас покажу, как им пользоваться.
Она потушила свет, на белой стене вспыхнул экранчик, и с первых же кадров увиденного главный экономист Лисканской экспедиции понял: вот оно, спасение.
– Сколько они за это просят, милая девочка? – произнес он, стараясь не показать, насколько взволнован. Правильно он сделал, выбрав из всех кандидатур эту строптивицу, рвущуюся напролом вопреки общежитейским стандартам! Она сотворила чудо – принесла надежду.
– Мне сказали: «Если у вашей фирмы есть лишние кредитки – пусть она их кому-нибудь отдаст.», – сообщила между тем Рябинка, включив свет. – Вы не беспокойтесь, Самшит Уайндович. Здесь все расписано так подробно, что понятнее не бывает, я проглядела в дороге. А если что-нибудь окажется не совсем ясно, я еще раз слетаю.
Отпустив Рябинку, старый космонавт задумался. Он приказал секретарше говорить всем, что его нет, закрылся в кабинете и погрузился в изучение сокровища, волей судеб оказавшегося у него в руках. Метод был потрясающе дешев, на постройку одного завода хватило бы даже скудных средств Самшита Уайндовича. А, главное, он был отлажен, и все спецификации были в наличии. Подобрать дельного инженера – и производство можно запускать чуть ли не сразу после возведения стен...
Разумеется, компания не откажется от такого лакомого кусочка. Отказаться-то не откажется, а дальше?
Позвонив Рябинке, Самшит Уайндович удостоверился, что привезенная ею технология действительно применялась на практике, но было это так давно, что автор изобретения уже лет сто как умер. Так что дарить кампании документацию было бы величайшей глупостью. Лучше было продать, это давало возможность откупиться от наследников, если те однажды предъявят претензию,... Однако неизвестно было, как кампания документацией воспользуется.
Главный экономист Лисканской экспедиции знал то, чего никогда не говорил новичкам, чтобы не подрезать им крылья. Он не помнил ни одного случая, когда планеты осваивались до такой степени, чтобы на них можно было жить с комфортом. Это значило, что ни лесам, ни тем более маслинам с кокосами, о которых мечтала Рябинка, не предстояло произрастать на поверхности Лиски под открытым небом.
А метод, доставшийся Рябинке от неизвестных благотворителей делал ее мечты вполне осуществимым. Он давал надежду усталому космическому скитальцу обрести тихий угол, где можно было мирно встретить свой конец и безмятежно взглянуть в глаза своей смерти.
Мистер Власенко еще раз все хорошенько просчитал и прикинул, каковы шансы, что кампания не начнет противодействовать его планам, если о них узнает. Выходило, что кампании должно быть глубоко безразлично, каким образом решится на Лиске проблема водного дефицита. И он начал действовать. Он оформил метод как изобретение, организовал патент, записав автором Рябинку, и от имени фирмы «Космосгидротех» взял подряд на образование у Лиски гидросферы. Он специально подгадал в момент, когда доклад об отсутствии на Лиске водных ресурсов был уже сделан. А поскольку в освоение планеты к тому времени была вгрохана уйма средств, подряд удалось заключить на условиях, выгодных по любым меркам.
И все же с открытым забралом «Саваоф» действовать не решился. Он подстраховался, конечно, на всякий случай. Для ведения работ и представительства он взял управляющего, подобрав его из деловых, но безработных на тот момент инженеров. Инженер был счастлив получить место и согласился исполнять для него роль ширмы. Должность этого инженера была отнюдь не декоративной: именно он занимался наймом рабочих и поиском оборудования на Тьере.
Тот первый заводик по производству воды можно было назвать заводом лишь с большой натяжкой. Это была крошечная территория, заполненная полукустарным, а то и вовсе бросовым оборудованием, которое им удалось высмотреть в различных местах. Однако свою стоимость это оборудование отработало с лихвой. И чуть только прибыль достигла суммы, вложенной мистером Власенко в дело, он решился еще на один шаг: взять подряд на поставку оборудования для промышленного производства воды не только на Лиске, но и в других мирах ее величества Вселенной. Планет таких было предостаточно. Рекламные материалы у него имелись, они были на одной из привезенных Рябинкой кассет. И они сделали свое дело: на двух планетах «Космос – гидротех» подряд получил.
Договора были заключены на сто лет, до срока окончания действия патента, с постепенной выплатой средств. На первые взносы была укомплектована по принципу «с бору по сосенке» и отправлена первая партия оборудования и начаты работы. На последующие – построен собственный завод по выпуску такого оборудования. Завод обосновался на Лиске как предприятие, входящее в гидрокомплекс, хотя откуда конкретно фирма достает оборудование, мистер Власенко громко и вслух не объявлял.
Дело развивалось столь успешно, что Власенко счел возможным разделить банковские счета и половину прибыли от предприятия перечислять непосредственно на счет Рябинки. Теперь фирма имела филиалы уже на четырех планетах и свободно могла бы взять подряд еще на столько же.
Все это Самшит Уайндович подробно изложил Инке, из чего она постигла, что увольнение с работы для нее не актуально, и что она теперь обеспечена по гроб жизни. Но если первому Инка была несказанно рада, то неожиданно свалившееся богатство привело ее в растерянность. Она, конечно, уже знала, что в Большом Космосе куча денег – это великолепно, но для чего здесь, на Лиске, можно было эту кучу применить?
– У меня возникли некоторые затруднения, – продолжал между тем Самшит Уайндович. – Развивать дело, ничего не меняя, стало опасно. Если пронюхают, что головной филиал предприятия находится на Лиске, у нас могут быть неприятности.
– Как я понимаю, здесь что-то зависит от меня? – догадалась Инка.
– Да. Мне требуется твое согласие на проведение некоторых операций. Необходимо закрепить за собой землю, на которой стоит завод по выпуску оборудования. Лучше всего ее купить. Но после раздела банковских счетов текущих доходов может не хватить.
– Землю покупать обязательно?
– Да, и как можно скорее. С каждым годом она будет подниматься в цене.
– Я согласна. Что от меня надо?
– Пока ничего. Возможно, твои деньги вообще не понадобятся: вероятнее всего, я просто не смогу некоторое время перечислять на твое имя дивиденды. Могут возникнуть и еще вопросы. А пока ты ознакомься вот с этой папкой. Здесь краткий отчет о деятельности фирмы за восемь лет ее существования.
И вот, после всех этих событий Инка будет по-прежнему злиться на какого-то там Эльмара? Когда работа ее движется как нельзя более успешно, когда указания ее беспрекословно выполняются, а будущее просто лучезарно?
У Инки начали возникать грандиозные планы, она начала мечтать. Да, она еще превратит эти сыпучие пуски в цветущие сады! И если когда-нибудь ее первое "я" сюда вернется, ей будет чего предложить для сравнения! Настоящая она или нет, но она и сама по себе представляет собой нечто ценное. Для Роя. Для себя. Для своего ребенка.
Гала и ее подруги
До Инкиной злости Эльмару давным-давно не было ни малейшего дела. Даже злость Рябинки – и та взволновала бы его сейчас гораздо меньше, чем мнение того же Алека. И ко всему прочему он вдруг завел себе подружку. Получилось это так.
После успешного осуществления проекта с секс-манекенами девицы остались не у дел. Конечно, для них еще оставалось мытье тарелок и приборка, так что окончательная деградация им не грозила, зато пострадало их самолюбие. Удар этот они почувствовали не сразу, но тем болезненнее он для них оказался.
О том, почему их вдруг оставили в покое, жрицы ночного образа жизни догадались не вдруг. К моменту проекта они настолько потеряли вкус к определенному виду развлечений, что только на третий день сообразили обменяться впечатлениями о странном поведении представителей противоположного пола, а узнав, что происходит, сначала даже обрадовались. Однако затем, увидев, что на них совершенно не обращают внимания, девицы приуныли. Они растерялись и запаниковали.