Текст книги "Тёмная радуга (СИ)"

Автор книги: Ирина Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 42 страниц)

– Поезжай-ка ты туда пораньше. Хотя бы на денек. Может, что и прояснится. Если этот человек играет против монахов, то стоит приглядеться к нему повнимательнее. А сделать это можно только на месте, – посоветовала она.

– Я и сам так подумал, – согласился Рой.

– А о Генри не беспокойся, прилетит. Путь от обелиска на севере Твиллитта не близкий даже для него. С нами все будет в порядке. Я понаблюдаю в шар за твоими передвижениями.

– Упаси тебя Святой Пафнутий подглядывать за встречей с черными джиннами! – воскликнул в тревоге Рой. – Сама, может, и выживешь, а вот Генри не спасешь. Уж лучше я все расскажу, когда вернусь, а там и решим, что делать дальше.

– Хорошо, Рой, пусть будет по-твоему. Как только вы прибудете на место встречи, я сразу отключусь.

***

Через пару дней Рой отправился в храм левоножников. Телепортировавшись в лес недалеко от ворот, он перевел дух и, не скрываясь, вышел к монастырским стенам. Ворота открылись, и молодой человек направился прямо к преподобному Соулу. Навстречу ему попался заинтересовавший его парень, но Рой сделал вид, что он слишком важная птица, чтобы обращать внимание на какого-то рядового послушника.

Соул пребывал в прекрасном расположении духа.

– А, мой юный друг, вот и ты! – приветствовал он Роя. – Я, признаться, ждал тебя завтра, но так даже лучше.

– У вас что, пополнение? – невзначай спросил Рой, пожимая протянутую руку преподобного отца. – Мне показалось, ваш новый послушник совсем не умен. Послушай Соул, я все понимаю, но в главном храме не место дуракам. Так, глядишь, все придурки Церры захотят тут обосноваться. Или это какая-то оригинальная идея отца Онуфрия?

– Ничего ты не понимаешь, волшебник, – Соул осклабился. – На таких вот придурках и держится наша вера для многих рядовых прихожан. Когда Нури кувыркнулся из окна вниз головой, ему явилась Великая Левая Нога и путеводной звездой вела сюда через два континента. Она повелела ему быть послушником в течение трех лет, а потом идти по городам и весям, пропагандировать нашу святую веру. Мы проверяли, парень не врет. Очевидцы подтвердили, что так оно и было. То есть, он действительно сильно ударился головой при падении, несколько дней валялся в беспамятстве, а когда пришел в себя, подхватился и с криком: "Славься Великое Левоножие!" чуть ли не бегом отправился к телепортатору. Досужие зеваки проводили его до самых городских ворот к дороге, ведущей к переносному устройству. Что уж там ему привиделось, я не знаю, может нога, а может чего другое, хотя маг из Сурта, незаметно тестировавший парня, подтвердил его бредни.

Соул, скорее всего, врет, подумал Рой. Вряд ли они разыскивали очевидцев. Всю картину нарисовал им знакомый маг, "скушавший" подсунутую ему тем же дедом информацию, а на мне преподобный решил обкатать часть легенды, которую они тут сочиняют на потребу нечувствительной публики. Ну, и ладно. А личико у послушника Нури почему-то знакомое. Где-то я его видел, продолжал размышлять Рой, усевшись за стол и плеснув в кружку пива. Он решил сильно не напиваться, перед встречей с джиннами надо быть в форме, но отказаться от хмельного напитка было выше его сил. Пиво в храме стоило всяческих похвал.

Соул отправился служить дневную службу, наказав Рою не скучать и обещая вечером нечто занимательное. Рой усмехнулся. Под занимательным подразумевалась попойка в кругу старых знакомых.

– С чем пожаловал? – неожиданно раздался у него в голове голос старика.

– Завтра я вместе с верховными монахами отправляюсь на секретную встречу. Оттуда телепортируюсь домой и свяжусь с тобой. Так что жди контакта, дедушка.

– Что за встреча? – голос старика стал жестким.

– С черными. Но подробно о том, кто они такие и о прочем, поговорим не здесь, дедушка. Неровен час, войдет кто-нибудь. Потерпи несколько дней. Расскажу все, что разузнаю.

– Добро. Про черных можешь не объяснять – я с ними уже успел переведаться. А нового послушника не бойся, он тебе худого не сделает. Знаю, ты почувствовал, что он не обычный дурачок и хочешь к нему приглядеться. Не трать силы, он тебе не по зубам. Все понял?

– Да, понял. Я слышу шаги, – Рой настороженно посмотрел в сторону двери, придавая себе беспечный вид.

– Хорошо. Буду ждать известий, – и Мойса исчез из головы Роя.

Утром следующего дня Мойсе было приказано оседлать пять самых сильных лошадей. Предвидя, что животным предстоит тяжелое испытание, старик незаметно привязал к хвосту каждой лошади по маленькому серебряному колечку, на ходу заговаривая от всякого зла.

– Чего бормочешь, дед? – подозрительно спросил Соул.

– Да вот, ваше преподобие, уговариваю лошадок идти внимательно, чтоб ноги берегли, не оступались, да чтоб зверя хищного сторонились. Не знаю, далеко ли вы собрались, да в дороге может всякое случиться. На чем обратно-то поедете, коль лошадь ногу повредит или какой-никакой зверь ее поранит?

– Ну-ну, – усмехнулся монах. – Ты и это знаешь?

– Что вы, ваша милость, мне колдовские штучки не ведомы, а вот душой за животину переживаю. Привязался я к ним. Жалко будет, коли что случится. Потому и уговариваю по-стариковски, навроде того, как бы внучку свою остерегал от беды. Лошадки, они ведь понятливые, только что говорить не могут по-нашему.

Час отъезда был выбран не случайно. Основная часть монахов находилась на службе. На серьезную встречу отбыть старались не то чтобы незаметно, но и без лишнего шума. Яса на кухне собирала в дорогу припасы, суетилась, стараясь ничего не забыть. Пока монахи и Рой завтракали, девушка даже головы не поднимала и лишь украдкой смотрела на своего возлюбленного. За все время пребывания Роя в храме, они даже словом не перемолвились. Он по-прежнему не обращал на нее внимания.

Однако она ошибалась. Несколько раз молодой человек задержал внимательный взгляд на хрупкой девушке, пытаясь вспомнить, где же он ее видел, но так и не вспомнил. Она не представляла для него опасности, он это чувствовал, поэтому Рой решил отложить на потом свои воспоминания. Внучка старика? Но между ними не существовало кровной связи. Хорошему волшебнику такие вещи видны как на ладони. Это монахам можно наплести все что угодно, они бы и не разобрались. Детей у старика не было, значит, не могло быть и внуков. Ах, да, он вроде бы ей двоюродный или троюродный дедушка, так, во всяком случае, ему сказал Соул. Рой не собирался рассказывать преподобному отцу, что все это блеф. Скорей всего сирота прилепилась к старику. Так часто бывает. Он один и она одна, вот и сошлись. Деду нужна забота, а девчонке наставник.

Да вот еще новенький послушник. Вчера вечером он, улучив момент, лукаво подмигнул Рою и улыбнулся уголками губ. Ох, как знакомо! Кто же он на самом деле? Неспроста он здесь, видит Святой Пафнутий, неспроста. И ведь не подойдешь к нему. Старик запретил. Одно радовало, он против монахов, это точно. Дураком прикидывается, задницу свою под благословение с усердием подставляет, громче всех орет: "Взгорститурс!" пока по пандусу катится кубарем. Украдкой включив внутреннее зрение, Рой увидел вокруг странного послушника крепкую воздушную подушку. Что ему пинки да кувырки с такой защитой. Однако монахи этого не знают и то ладно. Впрочем, пора позаботиться о предстоящей встрече. Как только Рой подумал о черных, под ложечкой противно засосало. И ведь не откажешься. Сам заварил кашу, пропади оно пропадом.

Углубившись в свои мысли, покачиваясь в седле, юноша не заметил, как лес постепенно стал редеть и в воздухе появился запах водорослей, выброшенных на берег недавним штормом.

– Ты не заснул, часом? – Соул похлопал его по плечу.

Рой вздрогнул и деланно улыбнулся.

– Не любитель я на лошадях ездить, сильно укачивает.

– Стыдись, сын мой. Посмотри вон на отца Онуфрия. Как молодой наездник четвертый час в седле, и все словно огурчик. Хлипкий, вы, волшебники народ. Ничего, скоро отдохнешь. Его настоятельство, поди, уже проголодался, а он на голодный желудок путешествовать не любит, – осклабился Соул.

– Хорошо бы так, – вздохнул Рой. – Тело задеревенело уже, размяться хочется.

Через полчаса настоятель объявил привал. Рой с трудом сполз с коня и тяжело опустился на землю. Впрочем, не только он один. Святые отцы Корда и Нул чувствовали себя не лучше. Рой позавидовал оставшимся в храме, в частности отцу Диру, который в отсутствие настоятеля принял на себя обязанности главного.

Впрочем, для преподобного Дира путь в седле был заказан. Его вес не выдерживала ни одна лошадь, разве что увеличить ее магическим способом раза в три, да на всякий случай еще четырьмя дополнительными ногами снабдить для устойчивости. Но таковых скакунов в распоряжении храма не водилось, а Рой не собирался предлагать услуги. Тем более, что поддерживать подобное заклинание много часов – тут и толпа магов утомилась бы не на шутку.

Трапеза с лихвой покрыла все неприятные ощущения. Монахи веселились на всю катушку, и Рою с большим трудом удавалось не показать, что на душе скребут кошки. Наевшись, он встал и отошел немного в сторону, делая на ходу физические упражнения, и всем своим видом показывая, что решил размяться. На самом деле он остро чувствовал приближение неприятных минут встречи с джиннами и решил под видом зарядки окутать себя защитными заклинаниями. Хотя и зарядка тоже требовалась. Магия магией, а тело ныло и болело. Едва он закончил ставить защиту, как к нему подошел Соул.

– Ну, как, тебе лучше, Рой?

– Да, теперь я наконец-то почувствовал, что у меня есть тело. Знаешь, очень приятное ощущение, – искренне улыбнулся Рой, потому что в данный момент действительно говорил правду.

– Отец Онуфрий решил, что до вечера привалов уже не будет. Зато мы успеем покрыть оставшееся расстояние, и у нас останется еще пара часов до встречи с союзниками. И поесть и отдохнуть успеем.

Рой, прикинув плюсы и минусы этого решения, кивнул и направился к своей лошади вслед за монахом. Море штормило, серые тучи затянули небо сплошной пеленой, дул резкий ветер, волны с ревом бросались на каменистый берег. И погодка подстать, тоскливо подумал юноша. Дальше путь лежал вдоль берега, по узкой каменистой тропе среди прибрежных скал. Понятно, почему настоятелю хотелось попасть на место до темноты. Не дурак он был, чтобы по такой дороге путешествовать без освещения. Придется потерпеть в седле столько, сколько потребуется.

Молодой человек подошел к лошади, погладил ее, и та ласково ткнулась мордой в ладонь, мотнув хвостом. И тут Рой увидел маленькое серебряное колечко, аккуратно вплетенное в конский хвост. Ай да старик, восхищенно подумал он и улыбнулся. Лошадка снова махнула хвостом и, глядя на юношу большими бархатными глазами, лукаво подмигнула. Колечко спряталось. Настроение Роя немного поднялось, он приободрился и вскочил в седло. Значит, защитил дед лошадок. Включив на мгновение внутреннее зрение, Рой увидел вокруг каждой из лошадей прочный защитный кокон. Такую защиту обычно выставляла Мила. Это открытие так заинтересовало молодого человека, что он всю дорогу ломал голову над неожиданной загадкой, не замечая усталости. Соул несколько раз окликал его, но Рой притворялся, что его укачало и он дремлет, полностью положившись на чутье лошади.

Сумерки недобро сгущались. Далеко впереди показалась большая каменистая площадка, обрывавшаяся отвесно вниз на острые прибрежные камни. Идеальное место для подобных встреч. Попасть туда обыкновенному человеку можно только по единственной дороге. С одной стороны неприступные скалы, с двух других обрыв. Начал накрапывать дождь. Лошади, почуяв скорую остановку и отдых, пошли резвее, и Рою пришлось отложить свои мысли до лучших времен. Теперь он крепко держал в руках поводья, внимательно вглядываясь в тропу. Лошадь, почувствовала волнение юноши, обернулась на мгновенье, и снова ему подмигнула.

Наконец они достигли площадки. В скалах было небольшое углубление, напоминающее естественный навес, под которым могли поместиться и люди и лошади. Видимо, очень давно, эта часть материка находилась под водой рядом с берегом и волны выдолбили нишу, а потом земля поднялась. Настало время прилива и вода, грохоча и неистовствуя, пыталась дотянуться до площадки, обдавая каменные края тучей брызг.

Лошадям дали корм, но расседлывать не стали. Пока ужинали, совсем стемнело, но Рой не спешил предложить монахам свои знания, чтобы осветить площадку. Впрочем, отец Онуфрий приказал разжечь небольшой костер. Уезжая из храма, монахи прихватили с собой немного дров. Интересно, как понравится черным живой огонь, злорадно подумал волшебник. Монахи, кажется, об этом не задумывались. Роя клонило в сон уже по-настоящему, когда вдруг лошади испуганно захрапели и стали жаться к скале. Сон юноши как рукой сняло.

На фоне черного неба в отблесках костра Рой увидел черную радугу. Это было странное и жуткое зрелище. Черное на черном. Казалось бы, этого просто невозможно различить, но, тем не менее, антрацитовая дуга, ясно видимая для глаз, зловеще нависла над морем. Приглядевшись, волшебник рассмотрел сквозь эту черноту сполохи других цветов. К его ужасу, монахи пришли в восторг, созерцая столь необычное явление природы.

Через несколько минут резко запахло тухлыми яйцами, воздух заколыхался, и перед людьми возникли черные фигуры джиннов. Один из них был несколько больше других. Рой определил его как начальника, остальные, видимо, составляли свиту или как у них там это называлось. Он оказался капитаном, а сопровождающие – его солдатами.

– Мы рады приветствовать вас, могучие союзники, – отец Онуфрий важно выступил вперед. – С какими предложениями вы прибыли?

– Нам нужны плацдармы на всех четырех ваших континентах. Пусть вас не беспокоит, что время от времени мои солдаты совершают налеты на города и поселки – нужно же им чем-то питаться. Было бы неплохо, если бы вы подготовили специальные площадки с глубокими подземельями, а мои солдаты установят там сигнальные маяки. Подземные помещения должны быть не меньше вашего храма. Солдаты будут пребывать постепенно и когда все бункеры укомплектуются, мы приступим к заключительной части зачистки основной территории. За мелкие острова можно не беспокоиться, они не представляют проблемы. Кроме, пожалуй, Северного архипелага, но драконы давно уже не вмешиваются в дела людей. К тому же, вряд ли они вступятся за расу, вытеснившую их некогда со всей планеты.

– Так драконы еще существуют?

– Конечно. Но это не ваша печаль. Сколько времени вам понадобится, чтобы построить подземелья?

– Это зависит от того, какая армия будет захватывать Церру.

– В ваш храм войдет около тысячи наших воинов. Наш король считает, что четырех тысяч будет более чем достаточно. Так что нужно построить четыре подземных бункера.

– Если учитывать, что все это надо делать скрытно, то нам понадобится около... – отец Онуфрий в раздумье запустил в бороду обе руки, – примерно около двух лет по нашему времяисчислению.

Черный кивнул.

– Прекрасно. Я оставлю вам для связи со мной маяк, он настроен на всех, кто здесь присутствует, – с этими словами он протянул настоятелю обсидиановый шар довольно внушительных размеров. – Когда понадобится что-то сообщить, сосредоточьте на нем все свое внимание, положите на него руки и произнесите ключевое слово, любое слово по вашему усмотрению из вашего языка. Оно будет паролем, и шар станет прозрачным. Но я должен это слово знать. Подумайте.

– И думать нечего. Это слово – "Взгорститурс". Оно звучит после каждой нашей молитвы и не вызовет подозрений, если кто-нибудь из непосвященных его услышит.

– Хорошо, пусть будет "Взгорститурс".

– Нам очень жаль, что ваши серые братья погибли в Соле, – настоятель дипломатично подпустил слезу в голос, а остальные монахи склонили головы. Рой, скрипя зубами, тоже присоединился, пряча глаза.

– На войне, как на войне, господин настоятель. Без потерь не обойдешься. Но вы не волнуйтесь. Большинство из них нашли себе замечательное убежище и пока больше не высовываются. Они пригодятся нам позже. К сожалению, мы, черные, не можем там базироваться – нам требуется гораздо больше места. А сейчас пора прощаться. Как только все будет готово, обговорим детали.

Джинны растаяли в темноте, даже не выслушав прощальных слов отца Онуфрия, который вознамерился произнести "тронную" речь в честь такого знаменательного события, и ближайшим соратникам пришлось внимать его разглагольствованиям в течение получаса. Впрочем, все, кроме Роя, пребывали в самом приподнятом расположении духа. Юноша весь взмок от напряжения. Святых отцов черные по непонятной причине не трогали, а вот из него пытались вытянуть все жизненные силы. Рою больших трудов стоило противостоять такому активному натиску. Ему срочно требовалось телепортироваться домой, но сил не было.

Лошади испуганно храпели, пена клочьями слетала на землю.

– Послушай, Соул, у нас-то все хорошо, а вот лошадям плохо. Не привычны они к таким визитам, – деланно спокойно обратился Рой к монаху. – Надо бы успокоить их, как бы не взбесились. На чем тогда обратно возвращаться? Не пешком же топать, в самом деле.

– Ты прав, сын мой, – неожиданно отозвался отец Корда вместо Соула. – И, правда, вон как дрожат. Пойдемте-ка братья, позаботимся о нашем транспорте, а ты волшебник, прочитай какое-нибудь подходящее заклинание.

– Не обижайся, Корда, но сейчас я не могу. Наши союзники чувствуют во мне силу, и инстинктивно пытаются ее из меня вытянуть. После их визита я слаб как младенец. Даже если и прочту заклинание, ничего не произойдет.

– Ладно, Рой, не переживай, без тебя управимся, – включился в беседу отец Нул. – Ложись, отдохни.

Монахи направились к лошадям. Рой сделал вид, что не заметил, как Соул пристально на него посмотрел и неприятно усмехнулся. Мысли юноши понеслись в новом направлении. Неужели Соул его раскусил? Или радуется, что у монахов, наконец, появилась управа на него, Роя? Сейчас заглядывать в мысли хитрого священника нельзя – почувствует. Лучше уж дома, под прикрытием Милы. И старику надо будет об этом сказать. Похоже, в храме становится опасно появляться.

Соул не раскусил Роя, но действительно порадовался, что на мальчишку в случае чего можно надавить, пригрозив отдать на расправу черным. Рой, конечно, неплохой парень и если бы не он, не видать им таких могучих союзников, как своих ушей. Но отец Соул привык никому не доверять до конца. Жизнь научила хитрого монаха, что людям свойственно менять точку зрения в самый неподходящий момент, а потому никогда не мешает поостеречься и продумать ходы отступления в надежно прикрытые тылы. По большому счету, волшебник им был больше не нужен, но Соул и здесь осторожничал и не спешил расставаться с Роем. По-всякому может повернуться. Может еще и пригодится.

Лошади постепенно успокоились, и монахи начали готовиться ко сну. Ехать в темноте никому не хотелось, тем более, что шторм усиливался, ветер гнал огромные волны, и они с ревом ударялись о прибрежные скалы. В такую погодку даже чуткие животные могут оступиться и сорваться с узкой дороги в пасть бушующей стихии. Лучше переждать до утра. Под навесом со стороны моря натянули плотный тент, прикрыв себя и лошадей от дождя. Рою тоже пришлось включиться в работу. Натягивать парусину под потоками воды и шквальным ветром – еще одна пара рук лишней не будет.

Утро выдалось серое и невзрачное. Море по-прежнему волновалось, хотя отступило вниз, косматые облака неслись по небу, наползая друг на друга, моросил мелкий дождь. Но настроение монахов было превосходным. Покончив с едой, они быстро свернули навес и взобрались на отдохнувших за ночь лошадей. Еще ночью они решили, где будут разбивать строительство подземелий и теперь предстояло повести разведку непосредственно на местности, учесть – есть ли рядом населенные пункты и какие, и, исходя из этого, уже конкретно продумать, как все осуществить. Вопрос оказался сложным и поэтому его решили обсудить под сенью храма.

– Послушай, Соул, – обратился Рой к монаху. – Я думаю, что я вам пока не нужен. Я за ночь слегка набрался сил и ничего не мешает мне прямо отсюда отправиться домой. Во всяком случае для телепортации энергии хватит. Если я понадоблюсь, пришлешь мне весточку с голубиной почтой.

– Конечно, Рой, – Соул широко улыбнулся. – Ты славно потрудился. Никто не будет против, уверяю тебя.

Юноша поблагодарил кивком головы, подошел к своей лошади и погладил ее по холке. Умное животное сообразило, что волшебник пришел попрощаться, и коснулось мягкими губами его щеки.

– До свидания, до встречи, – Рой махнул всем рукой, стараясь улыбаться весело и беззаботно, отошел на несколько шагов и исчез.

***

– Мила, это ужасно. Это страшно. У меня даже нет слов, чтобы описать все, чему я стал свидетелем, – Рой сидел на кровати, схватившись руками за голову.

– Я знаю, я видела.

– Ты наблюдала за встречей с джиннами? Я же просил тебя этого не делать!

– Нет, Рой, как только появилась черная радуга, я отключилась. Генри тоже видел.

Ворон сел на плечо юноши и потерся головой о его волосы.

– Я буду наблюдать за ними, Рой. Здесь, на Твиллитте, место хоть и странное, да на нем столько ворон, что я ничем от них отличаться не буду.

– Ты что, бывал в долине Утраченных Иллюзий?

– Ты, кажется, запамятовал, что я, в прошлом, – моряк, а нашего брата куда только не заносит. Конечно, я там был. Не по своей воле, а как-то шторм заставил причалить к берегу. Это еще до тебя случилось. В этом месте на огромной плоской равнине понатыканы каменные статуи, над которыми кружатся стаи ворон. Гнездятся они в лесу, примыкающем к равнине. Людей там нет уже давно. Может, и жили когда-то, а сейчас полное безлюдье. Твои монахи рассчитали правильно. Никто там за ними наблюдать не будет. Разве, что с моря, да корабли туда не часто причаливают. В крайнем случае, придумают, мол, желаем заложить новый храм для левой пятки, если любопытствующие найдутся.

– Если так случиться, то им придется и верхнее здание строить, чтобы скрыть подземное, – задумчиво сказал Рой. – Ведь моряки разнесут эту весть, да молва подхватит.

– Ну и что? – Мила усмехнулась. – Построят каркас, полый внутри, и никого туда пускать не будут под предлогом, что работы еще не окончены.

– Тоже верно, – согласился Рой. – Как ни крути, а тянуть больше нельзя. Надо связаться со стариком. Мила, прикрой меня. Нет, подожди. Знаешь, он защитил лошадей, и его защита очень напоминала твою. Не во всех деталях, но я убежден, что у вашей магии одна природа. Он, конечно, уже старик и многому мог научиться за свою долгую жизнь, но все же...

– Значит он один из наших, то есть для меня уже бывших наших. Скорее всего, он смог вырваться и скрыться. Если б не ты, мне бы не удалось этого сделать, но ведь я всего не знала. Я не проходила высшего посвящения, а он, может быть, прошел и, зная все секреты, сумел оторваться от Ордена. Что гадать?

– А если он один из них до сих пор?

– Тогда мне нельзя тебя прикрывать, он сразу меня вычислит и пошлет весточку на архипелаг Ведьм.

– Мила, а как на твоем архипелаге относились к черным джиннам? Старик-то явно против инопланетников настроен, но может быть это как-то входит в планы твоих бывших наставников?

– Понятия не имею, Рой. При мне этих разговоров не велось, да и джиннов тогда, кажется, еще не было. Насколько я знаю, у колдунов цель совпадает с монахами. Они тоже хотят владычества на Церре. Вот бы заодно стравить их на этой почве, чтобы перегрызлись за власть между собой! Как бы подкинуть поклонникам левой пятки идею, что у них есть сильные конкуренты? – мечтательно улыбнулась девушка.

– А если они возьмут и объединятся? Монахам ведь маги нужны, а тут такой магический арсенал будет к их услугам, – возразил Генри. – Хотя идея заманчивая, что и говорить.

– На архипелаг в храмы просто так не попадешь, Генри. Мы тебя оттуда вытащили лишь потому, что я там окрестности храма знала, и мы смогли выбрать точку телепорта. А монахов, сунься они туда, сначала заколдуют, если не прикончат, а потом уже и разбираться будут. И думаю, монахи это знают, иначе уже давно бы сунулись к магам тамошним, – подумав, сказала Мила.

– Старика Моса можно не бояться, – решил Рой. – Вряд ли бы колдуны архипелага стали заботиться о лошадях. А дед не только создал вокруг каждой из них защитный кокон, но еще и в хвост по серебряному колечку вплел. Он ведь знал, куда мы отправляемся, и с кем встречаться будем, и о животных подумал.

– Это правда. Колдуны не стали бы так печься о конях. Животным они не придавали особого значения. Свиней вообще на жертвы откармливали. Давай рискнем, – согласилась Мила.

Когда наступила ночь, Рой посмотрел в хрустальный шар. Монахи еще не добрались до храма, значит, в обители относительно спокойно. Переместив обзор в конюшню, юноша увидел старика, его внучку и нового послушника, склонившихся над какой-то книгой. Рой узнал молитвенник. Они что-то горячо обсуждали, и волшебник в который раз пожалел, что сквозь шар нельзя услышать голоса. Мила наложила на Роя защиту, и молодой человек приступил к телепатическому контакту. Глядя в шар, он сразу увидел, как старик сделал знак рукой, и присутствующие замолчали. После этого шар сам по себе затуманился.

– Подглядываешь, сынок? – Мойса не сердился. – Ну, рассказывай.

Рой подробно описал встречу с джиннами.

– А ты-то зачем им понадобился?

– Долгая это история, дедушка, – Рой лихорадочно соображал, как выйти из щекотливой ситуации. – Помнишь, я тебе говорил, что поймали они меня как последнего дурака? Видишь ли, для этой встречи им нужна была магическая энергия, чтобы вызывать черных, вот они меня и использовали как источник силы.

– Не переживай, сынок. Нет худа без добра. Без тебя бы мы не узнали столько подробностей. Ничего. Придумаем и для монахов веселье. Мало им не покажется. А кстати, кто это наш контакт прикрывает? Познакомь, будь любезен. Не бойся, худого не сделаю.

– Мила, он хочет с тобой поговорить, – Рой на минутку отвлекся от контакта.

– Здравствуй, дедушка. Меня зовут Мила. Я друг Роя. Не подумай плохого. Именно друг и не больше. – При этих словах Рой напрягся и сделал вид, что поглощен разговором, чтобы Мила не заметила, какую боль причинили ему ее слова.

– Где ж ты девонька научилась своему искусству, уж не на архипелаге ли Ведьм? И как ты оттуда сбежала?

– Угадал дедушка. А сбежать Рой помог. Если бы не он, я бы не выжила. А сам-то ты откуда будешь?

– Оттуда же, дочка. Только пусть это будет наш с тобой секрет. Обещай никому кроме дружка твоего не рассказывать. Он-то, небось, тоже нас слышит.

– Слышу, дедушка. За лошадок тебе спасибо. Если б не ты, сожрали бы их джинны.

– Не сожрали бы, кишка тонка у них против моей защиты. Животным хоть и не сладко пришлось, да выжили, а это самое главное. Вот приедут, я их полечу, и следа не останется. А теперь дети, отдыхайте. Что нового узнаете, сообщайте, и я в случае нужды вас вызову. Хорошего сна, – пожелал Мойса и отключился.

Рой устало откинулся на подушки. Мила заварила чай из целебных трав и задернула занавески, прикрывавшие дверь в сени. Пламя свечи выхватило из темноты ее спокойное лицо.

– Ты веришь ему, Мила? – спросил Рой, дуя на горячий напиток.

Мила долго молчала, прислушиваясь к своим ощущениям.

– Верю. Не знаю, в каком он звании, может и из высших колдунов, но я припоминаю, как однажды случайно услышала разговор Верховного колдуна с нашей наставницей. Они не знали, что я нахожусь рядом, меня скрывал стеллаж в библиотеке. Наставница упомянула про давний случай, когда двое посвященных, юноша и девушка, сбежали из замка. Верховный колдун при этом грязно выругался и приказал ей заткнуться. После чего быстро ушел. Я затаилась, чтобы меня не увидели, и на всякий случай резко уткнулась в книгу, сделав вид, что полностью захвачена чтением. Наставница тоже вскоре ушла. А потом я как-то об этом забыла. Разговор случился как раз перед одним из самых сложных экзаменов, ну и вылетел у меня из головы.

– Но ведь старик один как перст.

– Ну, и что? Может быть, она уже умерла. Лет-то ему немало. Слушай, а ведь наши высшие колдуны не могут иметь детей. Наставница как-то об этом упоминала. Видимо они принимают что-то, проходя высшее посвящение, что навсегда лишает их детородных способностей. А у деда, как ты рассказывал, детей нет. Значит он точно из высших, как и та девушка, что сбежала с ним. Иначе бы у них были дети.

– Кто знает? Может они просто друзья, и она связала свою жизнь с кем-то другим.

– Ты не понимаешь, Рой. Чтобы оторваться навсегда от архипелага они должны были очень сильно любить друг друга, это давало колоссальную энергию, способную смести все чары храма. Иначе бы их рано или поздно нашли и уничтожили. Я просто одна из многих и то, что я оторвалась, не является для колдунов большой потерей. Конечно, это не значит, что и моя жизнь не может подвергнуться опасности с их стороны, но меня так разыскивать не будут. Здесь ведь мало изменить внешность. У архипелага специфическая энергетика, а дети являются самыми восприимчивыми, и поэтому особенно уязвимыми. Эта энергия впитывается в кровь, и очиститься от нее практически невозможно. А если учесть, что детям полностью стирают память и закладывают совершенно новые программы, то только самые сильные светлые чувства способны всему этому противостоять. Нет. Они могли быть только мужем и женой, иначе бы ничего не получилось.

– Интересно, а как им удалось вернуть свою память?

– Скорее всего, наткнулись на какого-нибудь очень сильного мага, который им помог. Иначе бы они не сбежали. Просто в голову бы не пришло. Все, Рой, хватит. Нам с тобой велели спать ложиться. Давай-ка, прислушаемся к хорошему совету, – Мила зевнула.

Рой согласился, но долго лежал без сна, ломая голову, что же ему делать со своей так некстати приключившейся любовью.

***

– А как это он за нами подглядывал? – с любопытством спросил Кеша у Мойсы.

Рой не увидел дракона, сидевшего на руках у Ясы.

– А у него шарик хрустальный имеется. Видеть-то он видел, а вот слышать не слышал. Нет у его шарика такой способности. Не доколдовал он его, а может, не знал как.

– Что будем делать с монахами? – Гури был очень встревожен.

– Да ничего пока не будем. Можно, конечно, их обсидиановый шар уничтожить, да где гарантия, что они новый не получат. Тут надо все хорошенько продумать и нанести удар сразу по всем точкам. Не торопись, сынок, времени у нас в запасе пока достаточно. Построить четыре подземелья за день невозможно. Нам бы сначала с этой книжкой как-нибудь разобраться. А пока пусть наш крылатый малыш свяжется с островом Дракона и передаст сегодняшнюю информацию. Там должны об этом знать. Ну а потом послушаем, что они предложат, и вместе решим. Торопись медленно, Гури.