Текст книги "Поцелуй кофейной ведьмы (СИ)"

Автор книги: Ирина Сверкунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10. 2

Граф встал из-за стола.

– Я видел, что вы сопротивлялись магам, используя силу, – он прищурился и пытливо посмотрел на нее. Девушка с горечью усмехнулась.

– Граф, вы же сам – сильный маг, и знаете, что сосуд дара иногда восполняется. Пусть частично. Просто, некоторые из Теней не захотели уйти, они, знаете ли, любопытные. Им интересней со мной, чем в сонмище Запредельного Покрова.

Ди Вирш озадаченно усмехнулся.

– Я удивлен, – сказал он.

Магия востока – тайна, оберегаемая веками. Особенно магия Хилиджана. Султана Мехтияна не зря называют выдающимся боевым магом и менталистом. И это – то немногое, что известно на континенте. А что осталось за кулисами тайны?

Роза с грустью вздохнула. Она заметила его настороженность. Возможно, он  не верит тому, что она говорит.

– Я слышу в вашем голосе сомнения, граф ди Вирш. Наверное, имеете право… А я остаюсь в своем праве – уйти. Или у вас другие на меня планы? – Она сверкнула глазами, точно ведьма… А ведь и есть ведьма. Ди Вирш не удержался и улыбнулся, любуясь ею. Небеса, как же она хороша!

– Интересно, и какие же у меня на вас планы? – Он склонился над стулом, где сидела Роза.

Девушка смущенно, но сердито нахмурилась. Сдвинула брови, поджала губы, не отрывая взгляда от его насмешливых глаз… Красавчик! Что б его осы покусали!

– Не знаю, – угрюмо отвернулась она, уставившись в окно. – Но есть.

– Есть, – подтвердил ди Вирш. Опять улыбнулся и шутливо вытянул шею, пытаясь привлечь внимание девушки и заглянуть ей в глаза.

– Говорите, – упорно не поворачивая головы, сказала она.

Лицо графа стало серьезным. Он почесал кулаком подбородок, прошелся вдоль стола.

– Пока придется вас спрятать. Могу только догадываться о планах вашего отца, но не удивлюсь, если он обратиться к королю. А там…. – ди Вирш неопределенно развел руками.

Роза тяжело опустила голову. Сердце сжалось. Она знала, что не переживет встречи с отцом. Когда он узнает, что его дочь пуста, как кувшин бедняка, что спираль Фахри разорвана, и дар ушел, он ее убьет. Или за ненадобностью отдаст очередному паше, точно вещь.

И это будет хуже ада. Если человек однажды потерял руку, то это не значит, что его дети тоже, в будущем, родятся без рук. Дар запечатан в книге судеб и неотступно возрождается из рода в род.

Отец выберет мужа помоложе и заставит ее  рожать, и рожать, и рожать… А когда на свет появится ребенок с  даром, отберет его.

Роза простонала. Картинка будущего вспыхнула с такой устрашающей реалистичностью, что потемнело в глазах.

– Вам плохо? – Граф быстро склонился над ней и опустился на одно колено. – Роза, не молчите.

– Я скорее умру, но не вернусь к нему.

– Я не допущу этого, – уверенным тоном сказал он.

– Вы влиятельный человек, но что вы сможете сделать против воли своего короля, – с горечью произнесла девушка.

– По законам Литарнии… По законам… – в голове вдруг кстати, или некстати, всплыла история Маргарет и Ирвина.

– Что? – Роза напряженно повернула голову.

Граф выдохнул. И постарался придать голосу уверенность.

– По законам Литарнии – вы дважды вдова, и суд, скорее всего, будет на вашей стороне.

– Я не подданная вашего короля. Граф, вам ли не знать законы. Роза Шавиль – фальшивка, а Ясмин Саиди принадлежит своему отцу, – ее голос дрогнул.

– Нет, я не допущу… – граф поднялся с колена и сказал. – Вам нужно собраться, время пока на нашей стороне. Мы уезжаем.

– Куда?

– Вы так хорошо знаете окрестности Дарстена? Роза, если понадобиться, я увезу вас куда угодно, хоть в Астарское ханство, у них напряженные отношения с Хилиджаном, – с усмешкой склонил голову граф. – А еще там ходят слоны и летают попугаи. Видели попугаев? А слонов?

– Нашли время для шуток, – Роза решительно встала из-за стола и ушла собирать вещи.

– Людвиг, – крикнул ди Вирш. Когда слуга подошел, он тихо дал несколько распоряжений. За домом следят, и пока не в его власти избавиться от этой саранчи. Пока.

Они дождались темноты. Людвиг, с саквояжами и сумками, первым вышел в сад, за ним граф и девушка, укутанная в темный плащ. В глубине, на задворках обширного участка имелась неприметная дыра в решетчатом заборе.

 Она выводила в узкий проулок между домами, а оттуда легко попасть на  другую улицу. В закоулках Дворянского проезда, где стоял дом ди Вирша, сам леший ногу сломит, что уж говорить о хилиджанцах.

На обочине их уже ждал наемный экипаж. Граф открыл дверцу, усадил Розу, нырнул внутрь следом за ней.

– Зажги поярче свет в доме. И держи свечи в комнате леди, – приказал он слуге. Тот вяло скривился.

– Будто я не знаю, ваша светлость.

Экипаж тронулся. Роза плотно задернула шторки на окошках кареты.

– Не бойтесь, все в порядке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Нам долго ехать?

– Нет. Мы остановимся через несколько кварталов и сменим экипаж.

Девушка кивнула. Он осторожен. И спокоен, как сонный леопард на дереве. Она, прикрыв глаза, наблюдала за ним. Он сложил руки на груди и откинулся на спинку сидения. Расслаблен, молчалив.

– Граф, скажите хоть что-нибудь.

– Что именно? Я уже сказал вам определенно – вы в безопасности, и я не отдам вас отцу.

– Но если король…

– Послушайте. С чего вы взяли, что король пойдет на поводу у ару-паши Саиди? Ваш отец, конечно, влиятельный человек, но всесильный.

Роза  задумалась. Отчасти, граф прав. Султан Мехтиян навряд ли будет вмешиваться в семейные дрязги своего визиря. Не уследил за своей дочерью – решай свои проблемы сам.

– Есть еще кое-что, Роза.

– Что? Дайте угадаю, у вас есть какой-то запасной вариант. Просто не может не быть.  Вы слишком необычный человек, граф.

Ди Вирш насмешливо пришурился.

– Как и вы, согласитесь… Да, у меня есть запасной вариант, даже два.

– Какие? Прошу вас, скажите.

Ди Вирш вздохнул, бросил на нее взгляд, в котором скользнуло что-то большее, чем простое участие.

– Кроме короля есть королева.

Роза медленно распахнула глаза. Она изумленно застыла, ожидая продолжение, но граф замолчал.

– Ну же, не молчите!

– Я уже сказал, – ди Вирш негромко засмеялся.

– Вы смеетесь? Почему вы замолчали? Вы знаете королеву?

– О, сколько вопросов. Да, мы знакомы. Поверьте, наша королева исключительно замечательная леди, наделенная редкими качествами и талантами. Один из ее талантов – убеждать мужа в правоте ее слов и правильности ее решений. Не сердитесь, большего я не могу вам сказать.

Роза серьезно задумалась.

– А второй вариант?

Граф перестал улыбаться. Он посмотрел на нее пристальным, внимательным взглядом, от которого вдруг стало жарко и одновременно по коже пробежали леденящие мурашки.

– Второй вариант – самый надежный, поверьте. И если так сложится, то мы обязательно воспользуемся им. Поговорим о нем позже.

Глава 10. 3

Они добрались до места глубокой ночью. Роза увидела большой дом с черными провалами окон, точно это глазницы многоликого мертвеца. Карета остановилась перед огромными скрипучими воротами с неизвестным гербом, на котором изображался шлем старинного рыцаря в перекрестье копий. Сквозь решетку забора виднелся заросший двор.

Ди Вирш расплатился с возницей. Он что-то шепнул ему, тот уважительно кивнул и довольный, подбросил на ладони золотой. Роза усмехнулась, за молчание парню хорошо заплатили.

Они зашли через калитку.

– Чей этот дом? Это явно родовое гнездо, – спросила она. Граф пожал плечами.

– Понятия не имею. Сейчас дом принадлежит двоюродной тетушке Людвига. Сегодня в полдень, он оформил сделку у нотариуса на ее имя.

Роза остановилась как вкопанная и изумленно уставилась на ди Вирша. Как говорится, хотели рассмешить ежика, да защекотали до смерти. Слуга Людвиг купил дом своей двоюродной тете?!

– Этот дом купили вы, не отпирайтесь! Но зачем он вам нужен?

– Чтобы спрятать вас.

– Зачем вам это надо, граф?

– Кевин. Меня зовут Кевин.

Девушка промолчала. Чудной, честное слово!

Они вошли внутрь и граф, оглядываясь, выбросил к потолку несколько магических огоньков. Большая гостиная была заставлена старой мебелью, укрытой белыми простынями.

– Уже поздно, нужно отдохнуть. Уборкой займутся работники, которые придут завтра. Людвиг сказал, что нам подготовили комнаты наверху.

Она кивнула и вслед за ди Виршем поднялась по лестнице на второй этаж. Да, она устала, и сказывались последствия боя с магами. Опустошенность отзывалась слабостью в теле. Сейчас лишь бы добраться до кровати.

Ее комната была небольшой и милой, с учетом, что  в ней не жили последние лет десять. Слегка потертые шелковые обои, скрипучие стулья, как и кровать. Роза расстегнула сумку, которую занес ей в спальную граф, достала ночную сорочку, и, переодевшись, нырнула под одеяло. Не было желания думать о запахе, чуть спертом, идущем от постели, о ванной с горячей водой, и обо всем остальном. Спать и только спать.

Утром ее разбудил стук молотков, доносившийся с первого этажа. Она быстро встала, прислушалась. Потом поискала глазами дверь, где может быть ванная комната. Ну, должна же она здесь быть. Не успела оглядеться, как в дверь постучали, и без приглашения вошли. На пороге комнаты Роза увидела крестьянского вида женщину.

– О, графинюшка уже встала. Меня ваш супруг послал, сказал будить вас, а то голова разболится на полдень, солнце-то как раз на вашу сторону светит.

Роза судорожно сглотнула. Кто она, графинюшка?!

– Вы поди-ка ванную ищете, так тут она. Идемте, я вам помогу.

Ванная комната оказалась в узком коридоре, в дальнем углу комнаты. Женщина, которую звали Барбина, помогла умыться, хотя Роза прекрасно обошлась бы и без нее. Но после слов, что она – графинюшка, в голове вспыхнули растерянные мысли, суматошно перескакивающие от желания поругаться с графом и полной прострацией. Как он посмел?!

Через несколько минут она спустилась вниз и увидела любопытную картину. Трое рабочих ремонтировали мебель, еще двое меняли в окнах стекла, а граф, с курительной трубкой во рту, сидел в кресле и с видом падишаха указывал им как надо работать.

Заметив ее, он подскочил и разулыбался.

– Роза, я по-настоящему почувствовал себя... графом. Представь, здесь отличная усадьба. Я решил, что буду разводить лошадей.

Девушка нахмурилась, сведя брови, в глазах сверкнула злость. Наверное, ди Вирш понял, что надвигается гроза. Он тут же подхватил ее под руку и, ласково улыбаясь, потянул из гостиной.

– Что за шутки? Граф… – прошипела она в коридоре.

– Тссс… – ди Вирш предостерегающе мотнул головой и увлек ее  подальше. – Роза, умоляю, не ругайте меня, здесь же село, и люди, не знающие вас,  подумают невесть что. Заранее прошу у вас прощение. Хотите, отобью вам пятьсот покаянных поклонов?

– Не ёрничайте. Граф…

– Кевин, моя дорогая Роза. Меня зовут Кевин. Почему вы никак не можете запомнить, это же так просто.

Роза возмущенно вздохнула, но из коридора показались работницы, волокущие свернутый ковер.

– Мы с вами знакомы два дня. Я не могу так легко сменить тон общения. А вы… – прошипела она. – А вы…

– Да, я такой. Я – мелкий домашний тиран, – с невероятно обаятельной улыбкой проговорил он, склонившись над ней, и приобняв, потянул в холл. – Идемте, я покажу вам оранжерею. Представьте, в ней до сих пор цветут розы.

На улице был теплый осенний день. Оранжерея оказалась на задворках сада, у пруда. Старые стены едва спасали ее от ветра.

– Надо прислать сюда работников, – сказал граф и, взяв ее за руку, потянул в глубину строения. – Смотрите, что я здесь нашел.

Он подвел ее к кусту, разросшемуся в старой кадке. Роза склонилась и нахмурилась.

– Это трифейская роза, очень редкая. Откуда она здесь? Она цветет только в особом климате, даже в Хилиджане не всякому садовнику удается вырастить ее.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Не знаю, – он задумчиво посмотрел на нее и отвернулся. – Трифейская роза… Такая же редкая, как вы, такая же нежная и красивая. Но однажды у нее случилась черная полоса. Испытания, невзгоды, и она выдержала, несмотря на свою хрупкую природу. Совсем как вы.

Глава 11. 1

Маргарет

С этой противной девчонкой было что-то не так. Маргарет придирчиво уставилась на первокурсницу, которую удалось силком затащить в пустой кабинет.

Все началось неделю назад, когда Ангелика ди Фальт, адептка первого курса факультета артефакторики, намеренно пролила на ее конспекты лабораторную пиалу буйной жужерницы. Этот раствор с легкостью прожигает деревянную доску, что уж говорить об обычной тетради с лекциями.

Первокурсница оправдывалась, клялась, что это получилось случайно, что она готова принять наказание и так далее, и так далее. Маргарет, с трудом, но поверила. Хотя видела в глубине распахнутых глаз непонятную злобность. Откуда, почему?! Они едва знали друг друга.

Второй случай произошел в студенческом террариуме, где вдруг открылась дверца клетки с ядовитым трагорским вараном, змеевидным чудовищем класса мелких тварей, с железными когтями и раздвоенным языком, с которого капает редкий, парализующий яд.

Маргарет каким-то чутьем успела заметить, что последней, кто прошел мимо клетки, была эта девица. А потом в кабинет влетел опоздавший адепт Крис Вайер, и опять только чудо спасло ситуацию. Когда ядовитое чудовище вытянуло лапу, чтобы цапнуть потенциальную жертву, парень вовремя отпрянул. Иначе, произошла бы беда.

Терпение Маргарет лопнуло, когда сегодня, выходя из лаборатории, она вляпалась ботинками в пролитую лужу вальтарианской кислоты, которую используют при изготовлении пуль для умертвий. Лужица растеклась у самой двери, что недвусмысленно подсказывало о злонамеренных действиях вредителя. Подошвы, от соприкосновения с отравой, задымились и начали плавиться.

Маргарет услышала шорох, вскинула голову, и заметила тень, метнувшуюся в боковой коридор.

– Держись, паршивец, – магистр моментально отстегнула заклепки на ботинках и, рискуя попасть пяткой в ядовитый раствор, прыгнула на чистое место, а потом понеслась со всех ног. Не уйдет.

Она неслась не хуже, чем на тренировочных пробежках в Академии. Свернула в боковой коридор и увидела убегающую девушку. Та, не оглядываясь, торопилась к двери черного входа. Но зря старалась. Надо пожаловаться мастеру Каппа по тренинговым занятиям и общему физическому развитию. Плохо девочка бегает.

Маргарет подлетела к ней и с разбегу впечатала в стену,  придавливая локтем.

– О, Ангелика! Куда же ты так бежишь?

– Вы что, магистр? Что с вами?

– Что со мной? Сейчас узнаешь.

Магистр не церемонилась, она грубо схватила адептку за шкирку и потащила  к приоткрытой двери какой-то аудитории. Девчонка отчаянно сопротивлялась, но странное дело, молчала, только сопела и дергалась, пытаясь вырваться из цепкого захвата рук.

Ввалившись в кабинет, Маргарет плотно закрыла дверь. Первым делом она ее обыскала.

– Сумку, быстро, – магистр  с силой вырвала черную парусиновую сумку и вытряхнула все содержимое на стол.

Небольшая баночка из темного стекла выпала последней, и со стуком ударилась о стопку тетрадей.

– Что это?

Маргарет нахмурила брови, взяла в руки баночку и медленно двинулась на Ангелику. Откупорила пробку. На дне поблескивали капельки ядовитого раствора. Она принюхалась. Да, запах был узнаваем и не допускал сомнений, что это за жидкость.

Она повертела баночкой перед лицом девчонки.

– Духи? Или ароматическая субстанция для ванн? Попробуем? На тебе, – магистр подняла опасную посудину над головой адептки, и та задрожала.

– Нет! Вы не посмеете!

– Хорошо, тогда идем к ректору, прямо сейчас. Кстати, там твоя лужа съела мои ботинки.

– Я все оплачу, только не говорите. Умоляю!

– Ну, вот ты и созналась, – мстительно прищурилась Маргарет. – А теперь рассказывай, от начала и до конца. И только попробуй соврать. Быстро.

Маргарет отставила баночку и нависла над Ангеликой, скрестив руки на груди. Та выпрямилась, вздохнула. Ее взгляд вдруг начал меняться, в глазах заблестела злобность, холод, губы поджались, точно это не ее сейчас обвиняют в преступлении, а она.

– А что вам рассказать, виконтесса ди Вьелл? Рассказать о том, что вам удалось приручить спесивого виконта ди Вьелла? А моя сестра… моя несчастная сестра…

– Что твоя сестра?! – Маргарет почувствовала, как захолодела спина, а в груди тоскливо ёкнуло сердце, да так, что стало нечем дышать. Если она что-то понимает, то сестра девчонки и ее муж, пусть и не настоящий муж… Нет, надо все основательно выяснить.

– Говори, – прошипела она. Неожиданно для себя, впилась в плечи девчонки и тряхнула ее, припечатав к стене. Не ожидала от себя такой грубости!

Хотя, о чем рассуждать, эта Ангелика ди Фальт уже три раза имела возможность, если не убить, то серьезно покалечить или ее, или кого-то из адептов.

– Высокородные господа ди Грионы слишком щепетильны, магистр ди Вьелл, вам ли не знать этого. Они выбирают только свежий товар.

– Ты о чем? Не хочешь ли ты сказать, что мой муж…

– Да причем здесь ваш муж! Хотя, наверняка он такой же спесивый и гадкий, как и его братец! – Злобно прохрипела девчонка. Ее губы задрожали, а глаза увлажнились.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Рассказывай, – коротко бросила Маргарет и присела на скамью. Ноги задрожали, она ссутулилась и посмотрела на босые ступни. Леший подери, и чулки порвались. Но какие же это мелочи! Эта паршивка травила ее из-за Савьена, старшего брата Ирвина. Какое же облегчение!

Она не ожидала от себя, что история так больно отразится на душе. Если бы речь шла об Ирвине, а не о Савьене ди Грионе. Вот тебе и договорной брак. Когда же она успела влюбиться? Этот хитрец привязал ее к себе, точно взял в плен… Не ее взял в плен, а ее сердце, и оно сейчас ликует, что ее муж, пусть и не ягненок, но и не подлец.

Да-да, она вспомнила подслушанный разговор в салоне модного платья о старшем брате Ирвина, Савьене, и о его связи с неизвестной вдовой.  Девчонка, сверкая глазами, об этом и рассказывала, а Маргарет слушала, незаметно кивая.

– Он был предупредителен и галантен, присылал милые подарки, цветы, писал записки.

– Сколько это продолжалось?

– Несколько месяцев. А потом, они вместе отдыхали в загородном особняке герцогини ди Виквин, и там, между ними произошло…

– Понятно.

Ангелика продолжала рассказывать, и история действительно выходила некрасивой. Савьен заигрался, он завел интрижку сразу с двумя дамами, попеременно одаривая вниманием то одну, то другую. И это продолжалось довольно долго, пока не стали просачиваться слухи. А потом леди Виолона, сестра Ангелики, поняла, что беременна.

– И ты решила отомстить мне? Ангелика, какая же ты еще глупая.

Маргарет и адептка вернулись к двери лаборатории. Ботинки посреди лужи, запузырились. Они обработали опасный участок раствором соды и магической плесени, собрали остатки и отмыли пол.

– Я ничего не могу обещать, но сегодня же поставлю в известность своего мужа. Не знаю, Ангелика, что будет дальше. Давай подождем.

Глава 11. 2

Она взволновано доехала до ворот своего дома, вышла из наемного экипажа, добежала до двери. В голове копошились тревожные мысли. Что делать? У Ирвина могут быть неприятности из-за этой истории, как и у Савьена, который, между прочим, член парламента.

Одно дело, если бы братец связался с дамой полусвета, как говорится, с кем не бывает. Но тут совсем другой расклад. Или в Литарнии на подобное смотрят не так критично, как в остальном мире? Навряд ли.

Когда она вошла в дом, виконт прохаживался по холлу.

– Маргарет, я вас жду. У нас приглашение на ужин.

Девушка кивнула и бросила на мужа осторожный, но пристальный взгляд. Он явно ничего не знает.

– Когда?

– Через пару часов нужно выезжать.

– Хорошо. Только… – она замялась, поджала губы, не зная, как начать. – Только нам нужно поговорить.

Виконт нахмурился.

– Что-то случилось?

Он помог ей снять легкую накидку, и вдруг заметил, что она в летних туфлях. Виконт нахмурился и перевел на жену недоуменный взгляд. Обувь не по погоде.

– Мне показалось, или у вас что-то случилось?

– Все в порядке, за исключением одного маленького нюанса, – кивнула она и двинулась в гостиную. – Видите ли, тут такая история…

Маргарет внутренне собралась, попросила его присесть рядом на диван и, настроившись на разговор, выложила все, что знала. Рассказала об Ангелике ди Фальт, оказавшейся сестрой вдовы, о проступках этой девчонки, едва не кончившихся неприятностями, о подслушанном разговоре в модном салоне.

Ирвин задумался, погладил ладонью подбородок.

– Не ожидал, – он был сосредоточен и озадачен. Встал, прошелся, обдумывая новость. Потом выдохнул. – Жаль, но ужин у лорда Парваля придется отменить.

– Кто такой Парваль?

– Отец одного моего знакомого, мы вместе служили. Хорошая семья, у них приятные музыкальные  вечера. Ну, да ладно. Я должен поговорить с братом, это действительно важно. Простите, Маргарет, я уезжаю.

– Нет, я с вами, – категорически заявила Маргарет, сердито сверкнув глазами.

– Но… А, ладно, если желаете. Но не смущайтесь, когда мы начнем выяснять отношения.

– О, меня этим не напугаешь, – буркнула она.

– И наденьте сапожки.

Последнее замечание было сказано с интонацией завуалированного приказа. Даже так?!

Маргарет поджала губы, но промолчала. Сапожки придется надеть в любом случае, на улице слякоть. Но она подумает, что ответить ему, если у него войдет в привычку командовать ею. Тоже мне, командир!

Слуга Винсент быстро поймал экипаж, и через несколько минут молодая пара уже отъезжала от дома.

Она еще ни разу не была в родовом особняке графов ди Грионов, в том месте, где прошло детство Ирвина. И ей было интересно побывать там, посмотреть, как он жил, и даже познакомиться со старым дворецким, который до сих пор служил в этой семье.

Ирвин был сдержан по-поводу того, что касалось его отношений с братом, и за тот месяц, как они живут вместе, он почти ничего не рассказал. Только то, что лежало на поверхности. Титул и семейные деньги достались Савьену, а ему – наследство прабабушки. Которое, между прочим, язык не повернется назвать скромным.

Какое-то время они ехали и молчали. Виконт погрузился в мысли, Маргарет тоже думала о том, что возможно сегодня, натянутые отношения между братьями, испортятся еще больше.

Ирвин вздохнул и откинулся на спинку сидения.

– Еще и граф ди Вирш куда-то исчез.

– Как исчез?! – Маргарет нахмурилась. – Что значит, исчез?

– То и значит. Уже сутки, как его нет. Вчера вечером прислал служебное магическое письмо с самоуничтожающимся текстом. «Какое-то время меня не будет». И все.

– Ого-го, – тревожно буркнула она. – Есть предположения?

Ирвин покачал головой.

– Никаких. У нас есть несколько важных дел, требующих секретности, но вести их в одиночку нет смысла. Да и не стал бы он этого делать. Он начальник, – сосредоточенно хмыкнул Ирвин.

– Странно, – тихо произнесла она и задумалась. Хотелось надеяться, что у графа все хорошо.