Текст книги "В объятиях прошлого (СИ)"

Автор книги: Ирина Фуллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 24 страниц)

– Ты меня под монастырь подведешь, Калигула.

– Смотри, я ему эту историю как бы закрыл. Он увидел, как перс вылез из книги, а потом увидел, как тот вернулся обратно. Брэдбери объяснят, что это пьяные галлюцинации. Но даже если у него останутся какие-то, ну, сомнения на этот счет, он будет знать, что Лопахин не разгуливает по театру. Он вернулся в книгу. И теперь единственный Лопахин здесь он, Миша Котенко.

– Сомнительно, но допустим… – отозвалась Констанция.

– Знаешь, что сомнительно? – весело откликнулся Аврелий. – Не ловить персонажа целых два часа, чтобы он мог сыграть свою роль в спектакле!

Констанция пропустила этот комментарий и взглянула на подошедшего к ним Лешу.

– Где наш Лопахин?

– А, улетел в Норильск, у него самолет через два часа.

Леша застонал и закричал что-то невнятное, и Констанция подхватила Аврелия, чтобы поскорее сбежать из театра. К счастью, в коридоре царил такой хаос после представления, что скрыться оказалось не сложно.

Они сели в машину.

– Еще успеем сдать ловец, – заметил Аврелий.

– Я остаюсь на ночное дежурство. Забросишь меня домой? Переоденусь. Потом сама дойду до Библиотеки пешком.

– Я тогда тоже останусь.

– Не нужно. Кто-то из нас двоих должен высыпаться. Сегодня это будешь ты. Завтра понадобятся твои свежие мозги.

– От тебя это слышать гораздо приятнее, чем от того зомби, с которым я столкнулся на неделе.

Констанция улыбнулась, но в следующее мгновение благостное настроение испарилось: пришло сообщение от Ильи.

– Стой, – велела Констанция.

– Э-э, не, ничего не выйдет, за нами куча машин выезжает, тут тоже пробка.

Она ответила Илье, тот написал почти сразу.

– Едем к Кингу, – резюмировала Констанция.

Аврелий набрал в навигаторе адрес, который, должно быть, запомнил еще с прошлого раза.

– Подробности будут?

– Илья, кхм, Петрович хочет о чем-то поговорить. Он сейчас дома у Кинга. А дом Кинга в паре кварталов отсюда. Пишет, что раз мы здесь, будет удобнее тут и встретиться.

– Что там такого срочного у Ильи-кхм-Петровича… – проговорил Аврелий задумчиво.

Констанция пожала плечами, прикинув, мог ли кто-то доложить Илье о Лопахине. Сообщение было достаточно скупым, сухим, как будто она в чем-то провинилась. Ощущение, от которого хотелось избавиться. И все же, несмотря на озабоченность поведением Ильи, она позвонила Арине и предупредила, что вечером приедет в Библиотеку и останется на дежурство. Дела – делами, а Артура она все равно сделает, чего бы это ни стоило.

Эпизод 8. Глава 1

Эпизод 8 | «За сим расстанемся, прости!»

Код от домофона Констанция помнила еще со времен стажировки. Кинг не брезговал работой после работы, а еще мог заскочить домой – и затащить с собой стажера – на обед или на чай. К тому же он опасался осуждения за то, что заставлял Констанцию работать до одиннадцати. В тишине его комнат переработки оставались их маленькой тайной.

Иногда она думала, что у этого человека на работе поехала крыша, однако в последние пару лет такое поведение перестало казаться странным. Единственное, ее мало волновало, что думали коллеги, и Аврелия она эксплуатировала сверх нормы без оглядки на коллектив.

Хозяин открыл им дверь квартиры в шелковом халате поверх мягких брюк и тонкого свитера. На ногах красовались кожаные тапки. Констанция окинула его взглядом, не скрывая насмешки. Артур любил даже дома выглядеть шикарно, но сейчас выглядел по-барски даже по его меркам. Заметив интерес к своему халату, он довольно улыбнулся и пояснил:

– Подарок от родителей на Рождество. Блестяще, не правда ли?

– Очень блестяще, Артур. Неужели это натуральный шелк?

Произнесено было совершенно без эмоций, поэтому Кинг не посчитал нужным отвечать. Констанция прошла в прихожую, разулась.

– Тапочки для гостей, – радушно предложил Артур, указывая на выстроившиеся в ряд три одинаковые пары.

Констанция вздохнула, покачала головой, но надела те, что были поменьше.

– Если что, я больше ни у кого не встречала тапочек для гостей, – сообщила она. – Не знаю, откуда вы взяли, что это русская традиция, никто так давно не делает.

– У моей бабули были, – заметил Аврелий и тоже переобулся.

– Вы просто отрицаете свои корни, Констанция, – заявил на это Кинг. – Однажды в вас проснется тяга к родной культуре, и вы тоже заведете тапочки для гостей.

Прихожая со стенами бутылочно-зеленого цвета вела в кухню и две комнаты, в одной из них горел свет. Туда они и прошли.

В гостиной, сжав руки за спиной, глядел в окно Илья. Он развернулся к коллегам ровно в тот момент, когда за окном сверкнула молния.

А ведь еще полчаса назад не было и намека на дождь…

– Убийца среди нас, – слова прозвучали тяжело, каждое словно удар свинцового молота.

Эпизод 8. Глава 2

Как-то так ощущается безысходность с привкусом страха.

– Не среди нас, – Илья поводил в воздухе пальцем, словно отметив каждого из них, – а среди книжников. Конкретно вас троих я проверил. Поэтому решил собраться вне Библиотеки. На этом этапе мне нужны, скажем так, сообщники.

– Что значит «проверил»? – уточнила Констанция, пытаясь скрыть потрясение, но скорее всего – безуспешно.

Она прошла вперед, резко села на край письменного стола и сложила руки на груди. Интуиция и здравый смысл подсказывали: под проверкой Илья имел в виду именно то, что она подумала – бесстыдное ковыряние в браузере компьютера, выискивание грязных подробностей через беседы с самыми болтливыми сплетниками Библиотеки, выуживание пикантных деталей через записи с камер видеонаблюдения, циничный обыск.

– С Кингом работала Татьяна, моя сотрудница из Нижнего Новгорода…

– Шпионка?! – воскликнул Аврелий восхищенно. – Вот это да!

Кинг сложил руки на груди, точно как Констанция, и мрачно заметил:

– Не нахожу это ни в какой степени потрясающим. Чувствую себя обманутым и оскорблен недоверием с твоей стороны, Илия.

Констанция тоже не постеснялась продемонстрировать глубину возмущения.

– И меня проверил? Меня?!

Она прижала ладонь к груди и даже чуть подалась вперед.

– То, что мы спали вместе, не значит, что следует исключать тебя из круга подозреваемых.

«Вот свинья!» Констанция опешила от его ответа и возмущенно приоткрыла рот. Да она уже сто раз пожалела, что когда-то связалась с этим типом. И не высказала ему все по поводу вскользь брошенных комментариев только потому, что не хотела делать выяснять отношения при других, особенно при Кинге.

– Скорее наоборот, – невозмутимо продолжил Илья, – зная тебя достаточно хорошо, не сомневаюсь в твоей способности убить человека.

Она стиснула зубы.

– А ничего, что это именно я привлекла к расследованию Холмса? Этот факт как-то влияет на мою оценку в графе «вероятность совершения убийства»? Или полностью игнорируется?

– Я сразу сказал, что считаю идею использовать книжного персонажа невыдерживающей критики. Мотивы за этим могли стоять какие угодно. Например, ты могла надеяться, что Холмс, будучи, подчеркиваю, не настоящим детективом, а всего лишь идеализированным образом, созданным фантазией Артура Конан Дойля, не справился бы с настоящим делом. И так отвел бы подозрения от тебя.

Констанция пару раз картинно моргнула, давая понять, насколько идиотической считала эту версию. Илья не впечатлился и совершенно спокойно продолжил:

– Но у тебя есть какое-никакое алиби, при этом нет видимого мотива. И, главное, на той встрече в ресторане тебя больше волновало присутствие Артура, чем мои успехи в расследовании убийства. Для настоящего преступника приоритеты были бы расставлены иначе.

– Хочешь сказать, встречу за ужином вы с Таней подстроили? – уточнила Констанция, проигнорировав слова про Кинга.

Последний, кстати, встал рядом с Констанцией и, словно они были на одной стороне, обратился к ней:

– Вы тоже ощущаете себя одураченной?

Она утвердительно промычала, мол, еще как!

– Увы, солгал бы, если бы сказал, что не ожидал от тебя такого, Илия. И все же мне неприятно. Скажи хотя бы, Таня заинтересована в дальнейших свиданиях, или все это было игрой?

– Поменьше драмы, Артур, – отмахнулся Илья. – Как будто ты собирался жениться.

– Кто знает…

– Мы знакомы достаточно долго, чтобы я мог видеть, где всего лишь временное увлечение, а где нет. Татьяна в любом случае возвращается домой. Ее работа по моему проекту завершена.

– А Аврелий? – спросила тогда Констанция.

– Он останется.

Разумеется, Илья понял вопрос, но предпочел проявить остроумие.

– А что Аврелий? По мне же сразу видно, что я не убийца, – развел руками стажер. – Это у тебя, Конс, взгляд Салтычихи.

И никто ему не возразил! Сама Констанция не успела, так как Илья проигнорировал это оскорбление в ее адрес и все же серьезно ответил:

– Аврелий в ночь убийства был в больнице, там это подтвердили. Судя по показаниям, его так или иначе проверяли каждые два часа, он просто не мог бы добраться до Библиотеки, совершить убийство и вернуться.

– Я бы предложил переместиться в столовую и продолжить разговор за чаем, – заявил Артур, когда повисла пауза.

Он прошел в коридор, преследуемый полами зеленого в мелкий ромбик халата.

За чаем обсуждать убийство и правда оказалось как-то сподручнее.

– Я проверил все посты охраны в Библиотеке, – доложил Илья. – Все окна, запасные входы и выходы. Вероятность того, что в Библиотеку проник посторонний, ничтожна. Да и картина преступления, в том числе по словам Холмса, указывает на то, что это сделал книжник.

Констанция начала перебирать в голове коллег: Ю, Мила, Арина, Нинель Владленовна, Христофора Николаевна. Представлялось невозможным, что кто-то из них способен столкнуть человека с лестницы. Были, разумеется, и другие книжники: Кристина, Марина, остальные охотники. Переплетчики. Брэдбери.

– По законам жанра это должен быть кто-то, кого мы меньше всего подозреваем, – озвучил идею Аврелий, отправляя в рот шоколадную конфету. – Типа охранницы или уборщицы.

– Главное, чтобы не тетя Маша из столовой, – заметил Кинг задумчиво. – Никто в мире больше не делает такой божественный оливье.

– Мы не в романе, чтобы жить по законам жанра, – отрезал Илья.

– Кто знает! Наши сбежавшие персонажи тоже не подозревают, что являются плодом чьей-то фантазии, – философски отозвался Аврелий. – У вас никогда не возникало ощущения, что мы живем в выдуманной реальности по написанному кем-то сценарию?

– Есть такая книга «Вокруг одни идиоты», бывает ощущение, что я в нее попала, – ответила Констанция и устало покрутила чайную чашку с розочками.

Затем внимательно посмотрела на Илью:

– Если не берем в расчет тех, кого подозреваем меньше всего, есть ли кто-то, кого мы подозреваем?

– Я не разбрасываюсь обвинениями и не доверяю чувствам. Моя задача – отработать каждую версию. Есть стопка дел тех сотрудников, которых моя московская команда уже изучила и отмела. Я почти получил подтверждение алиби еще нескольких человек. Но с некоторыми предстоит повозиться: некому подтвердить их слова, или что-то не сходится. Что опять же можно списать на человеческую невнимательность и слабую память, а можно счесть признаком лжи.

– Что ты хочешь от нас? – спросил тогда Артур. – Чем мы можем помочь?

– Есть люди, которых не удается проверить. Мне нужно, чтобы каждый из вас ненавязчиво получил ответы на некоторые вопросы и слово в слово запомнил их. Лучше записать на диктофон, чтобы мой отдел мог проанализировать данные.

– Надеетесь найти несостыковки? – Аврелий, похоже, был рад полученному заданию и едва не потирал руки.

– Не обязательно, хотя возможно. Когда человек лжет, есть два варианта, как он повторяет ложь. Первое – слово в слово, то есть он запомнил не событие, а наиболее, на его взгляд, правдоподобные фразы. Второе – с ошибками и искажениями. И то, и другое будет указывать на то, что нам врут. Есть и другие нюансы: скорость ответа, темп речи. Поэтому лучше всего было бы получить от вас аудиозапись.

Все молча кивнули. Тогда Илья вышел в коридор и вернулся с кейсом и несколькими листами. Он внимательно изучал бумаги, видимо, проверяя, все ли верно.

– Так, это уже ни к чему… – произнес он, не отрывая взгляда от текста, – это уже тоже проверяли.

Он принялся озираться.

– Ручка нужна. Артур, я воспользуюсь твоим письменным столом.

С этим Илья вышел из столовой.

– Видите, Артур, – проговорила Констанция очень тихо, будто бы по секрету, – он пригласил меня на ужин просто для того, чтобы незаметно использовать свои кэгэбэшные методы допроса. Вы напрасно пытались убедить, что он какой-то маньяк.

Кинг фыркнул, отставив чашку черного чая с молоком.

– Думайте так, если хотите. В конце концов, у меня нет внутренней необходимости доказывать кому-то, что я прав. Просто пройдет время, и вы прочитаете в моих глазах «я же говорил». Разумеется, как настоящий джентльмен, я не скажу этого вслух, но вы поймете.

– Почему Илья Петрович – маньяк? – прошептал Аврелий.

– Он не маньяк, – тут же прошипела Констанция, – это заблуждение Артура, которое он пытается навязать мне.

– У каждого свои заблуждения насчет маньяков, не так ли? – многозначительно отозвался Кинг и глянул на Аврелия.

Явно припомнил, как она решила, что ее стажер расчленил бывшую.

– Я думал, вы к нему хорошо относитесь, – не сдавался любопытный Аврелий.

– Прекрасно отношусь, – кивнул Кинг. – Но я предусмотрительно не вступал с ним в романтические отношения.

Аврелий покосился на Констанцию, но ничего не сказал. То есть, все-таки какой-никакой инстинкт самосохранения у него присутствовал.

– Хватит пустой болтовни, – бросила Констанция. – Мне нужно в Библиотеку. Пойду возьму у Ильи… Петровича… свой листок и поеду.

Она вошла в соседнюю комнату как раз вовремя, чтобы увидеть, как Илья бесстыдно дочитывает письмо, извлеченное из коричневого конверта.

Констанция застыла, почувствовав, как кровь отхлынула от лица.

– Какого… – прошептала она.

Слово царапнуло пересохшее горло.

– Секунду… – он жестом попросил подождать и, лишь дочитав последние строки, кивнул и поднял взгляд, – Я узнал конверт. Такой же, как тот, который ты передала мне. Искал ручку, увидел его на полке…

– И подумал: «Вот это да, она писатель! Почитаю, вдруг там продолжение!»

– Почти… мне стало интересно, что ты написала ему.

«Вот же сволочь!»

– Оказывается, ты можешь быть очень романтичной и чувственной, когда захочешь.

«Дважды сволочь!»

– Да пошел ты, – выплюнула она, не зная, что сделать: попытаться отобрать письмо или просто уйти из комнаты.

– Констанция… – проговорил он, убирая послание в конверт. Она рассчитывала услышать извинения, но он продолжил поучительным тоном: – Арт никогда не ответит тебе взаимностью, можешь даже не думать об этом. Кинг такой же холодный и бездушный, как стены их лондонского Тауэра. Для него женщины – просто развлечение.

Она выбрала уйти, не забыв при этом хлопнуть дверью. В коридоре Констанция застыла. В столовой сидел сам Кинг, с которым не хотелось иметь ничего общего, даже кипяток для чая. В гостиной мерзавец Илья. И вишенка на торте – Аврелий, вечно ляпающий что-нибудь невпопад и находящий очарование в каждой зубочистке.

Зло накинув пальто, кое-как нацепив красный берет и торопливо втиснувшись в сапоги, Констанция схватила сумку с пойманным Лопахиным и вышла из квартиры. Такси приехало почти сразу. Чуть больше чем через полчаса она была дома, где смогла переодеться, приготовившись к ночному дежурству, а еще через полчаса уверенно шагала по холлу Библиотеки. К черту мужчин, к черту расследования! Есть только одна достойная цель: поймать больше персонажей за этот месяц, чем Артур. И довольно.

Скоро поступил вызов, и она уехала в Шушары. Звонящих Илью, Аврелия и Кинга она сбрасывала, и вскоре те перестали докучать.

«Сосредоточиться на цели. Думать только о ней».

Эпизод 8. Глава 4

Констанция любила здание Библиотеки по утрам. Будь то солнечный миг, когда пространство наполнено светящейся дымкой и бликами на светло-сером мраморе, или дождливое, серое время, с миллиардом капель на огромных окнах и уютной атмосферой в просторных залах. По утрам все дышало предвкушением и ощущением, будто впереди еще уйма времени.

Просматривая записи в своем ящичке картотеки – стоило иногда проверять работу стажера – Констанция чувствовала себя на редкость спокойно. Гамлет, заблудившийся в спальном районе, попался быстро, уже к двум часам она вернулась на работу, да так и проспала на диване в офисе охотников до самого утра. В тишине пустого помещения удалось выпить кофе и настроиться на нужный лад. Вечером должны были подвести итоги: они с Артуром шли ноздря в ноздрю, он обгонял ее всего на один балл. Констанция оставила любые мысли, не касающиеся охоты, и теперь ощущала себя атлантом, мощным и уверенным, готовым свернуть горы.

Стажер явился утром слегка помятый. Поздоровавшись, он уселся за компьютер, чтобы завести отчет и по ночному персонажу, и по Лопахину. Илью и Кинга Констанция не видела, пока из безмятежного состояния ее не выдернул грудной голос Христофоры Николаевны:

– Пражская – это в Купчино.

В ответ раздался мягкий голос Артура:

– Да, я, кажется, там бывал, это улица Софийская и… рядом улицы каких-то других городов. Бухарестская? Будапештская?

«И та, и другая», – подумала Констанция и, влекомая знакомым адресом, стала рассматривать книги на полках Абонемента, что стояли ближе к беседующим коллегам.

– Там много хрущевок, не так ли? – уточнил Кинг, потирая подбородок и разглядывая выданный формуляр.

– Но это вроде б новый дом, – отозвалась Христофора Николаевна. – Помню, там рядом с Южным полюсом стоит что-то кирпичное.

Сердце Констанции екнуло. Она затаила дыхание, но дальше не произошло ничего интересного: Кинг поблагодарил Христофору Николаевну, пожелал ей хорошего дня и направился в сторону своего кабинета, очевидно, чтобы захватить пальто и отправиться к месту разрыва.

– Пешком пойдете? – уточнила Констанция, нагоняя его.

Кинг обернулся и окинул ее удивленным взглядом.

– Доброе утро вам тоже. Сейчас нет, пешком это час дороги. Вам стоит знать, что персонажа лучше ловить по горячим следам. Обратно прогулка вероятна.

– Слышала, вы сейчас без машины? Погода дрянная, давайте мы с Аврелием вас подбросим.

Она и не надеялась, что предложение будет принято за приступ великодушия.

Кинг остановился и медленно повернулся. Констанция невинно разглядывала ромбики на его вязаной жилетке.

– Что это вы задумали, Констанция?

Она все же взглянула в светло-зеленые глаза. Улыбнулась.

– Я что, не могу предложить помощь коллеге? Там жуткий дождь, будет больно смотреть, как вы в тоненьком пальто боретесь с ветром и непогодой. Пускай и в дедушкиной жилетке, – она аккуратно ткнула пальцем в самый большой ромб.

– Такая погода мне вполне привычна, британца не напугать дождем… – отозвался он медленно, с явным недоверием отнесясь к предложению Констанции.

– Следующий разрыв не наш, в любом случае, так что просто настаиваю, чтобы вы воспользовались помощью. АВРЕЛИЙ!

Артур подозрительно сощурился, но вставить реплику не успел.

– Что случилось?! – воскликнул подбежавший к ним стажер. – Почему ты назвала меня настоящим именем? Что-то произошло?

– Принеси мое пальто и сумку. У Артура разрыв неподалеку, а на улице практически ураган. Подбросим его до места разрыва.

Аврелий замер, затем обратился к Кингу:

– Кто это? Так на Конс похожа, да?

– Хватит паясничать, Люций. Неси пальто. И не забудь ключи от машины.

Артур неторопливо прошел вглубь своего кабинета, подхватил вещи и вышел в коридор к Констанции. Аврелий выполнил указания куда более суетливо.

Пока они шли по просторным помещениям Библиотеки, стажер пытался выяснить, почему Констанция вела себя таким странным образом, но обращался при этом к Артуру.

– Я сам в замешательстве, но заинтригован. Не возражаю против вашей компании, так как хочу узнать, что задумала Констанция на этот раз.

– Р-р-разумно, – картаво прорычал Аврелий.

Уже в машине он якобы заговорщически прошептал сидящей рядом Констанции:

– Я на всякий случай взял ловец.

– Не нужно было, не на охоту же едем.

– Мне сейчас так не по себе…

Автомобиль тронулся.

– Тебе и правда повезло, Арт, – заметил Аврелий, когда они ехали уже целую минуту, и тишина, видимо, стала угнетать его. – Купчино рядом. Может, поймаешь сразу.

– Верно. Купчино рядом.

Дождь стучал по крыше и лобовому стеклу, капли рассыпались бисером под колесами.

– Куп-чи-но, – вдруг проговорил Кинг медленно, лаская каждый звук. – Люблю это название, звучит как капучино.

Аврелий засмеялся, согласившись, что с такими ассоциациями название действительно приобретало новый вкус.

– В Петербурге много хороших названий, – заметил тогда Артур.

Кажется, он пребывал в благостном расположении духа, поэтому решил поделиться наблюдениями. Во время стажировки на него иногда тоже такое находило.

– Например? – заинтересовался Аврелий.

– Например «Шушары».

С его английским акцентом звучало больше похоже на «щущары», притом с ударением на «у».

– Или «Мурино». Как мурлыканье. «Коломяги». «Васька». Для приезжих это «Васильевский остров», очень официально. А когда ты уже стал местный, то можешь звать его «Васька». «Черная речка» – красиво, поэтично. И «Нева», конечно же, интересно! Когда я только приехал в Россию, мой университетский приятель, тоже из UK, показывал город. Он сказал, что мосты никогда не разводят, и было непонятно: зачем такой акцент на этом? И почему так странно строит фразу? «They draw bridges across never» – это грамматически неверно. Только когда он сказал, что Дворцовый мост разводят, я удивился: почему остальные никогда не разводят, а этот разводят. Это его рассмешило, он, наконец, объяснил, что «Neva river» – это название реки.

Констанция не слышала эту историю раньше, поэтому была внимательна. В конце же заметила:

– Звучит как-то безнадежно. Никогда-река.

– Это смотря как посмотреть! – откликнулся Аврелий. – Может быть, это река, которая никогда не оставит жителей города без помощи.

Вскоре они подъехали к высокому кирпичному дому, действительно более новому, чем здания в округе.

Артур вышел из машины первым, галантно открыл дверь Констанции и раскрыл черный зонт-трость. Правда, вместо того чтобы сделать шаг в сторону, остался у нее на пути. Выбираясь из салона, Констанция едва не наступила ему на ногу и чуть не выбила нос затылком.

– Зачем вы приехали? – спросил Кинг, подхватывая ее ладонь, стянутую кожаной перчаткой, и цепляя за свой локоть.

Точно супружеская пара, рука об руку, они пошли к парадной, не дожидаясь торопливо натягивающего капюшон Аврелия.

Сапог Констанции погрузился в лужу, но выдержал натиск холодной воды. Артур держался невозмутимо, будто ни дождь, ни ветер не существовали, хотя с неба лило как в последний раз.

– Ну же, скажите правду.

– Мне просто интересен этот разрыв, – отозвалась Констанция, после чего невольно вздрогнула.

Бывали дождливые дни, располагающие к прогулке, пускай и под зонтом. Этот же оказался неприветливым, осадки шли ледяные, ветер дул порывистый, наглый, забирающийся под одежду и зло хватающий за нос. Она была уверена, что, если бы на губах не было красной помады, они уже стали бы синими.

Кинг приобнял Констанцию – не нежно, а скорее дружески, но теплее не стало. Комфортнее тоже. Она едва заметно дернула плечом, и он убрал руку.

– Чем этот случай отличается от остальных? – не сдавался Артур.

Они встали под козырек, ожидая, когда кто-то войдет или выйдет. Их нагнал Аврелий:

– Конс, на черта мы вообще вылезли сегодня из Библиотеки? Еще и не ради балла, а за чужим персом. Моргни, если Кинг угрожал расправой.

– Просто пойдемте внутрь, – бросила она и набрала первый попавшийся номер квартиры.

– Кто? – прорвался сквозь шипение голос в домофоне.

– Доставка.

Дверь пикнула, Констанция вошла внутрь

– Я считаю, это грубо, – заявил Кинг, входя следом.

– Можете подождать на улице, раз вам так по душе эта погода.

Он, разумеется, молча продолжил путь к лифту.

– Аврелий, мог бы ты быть так добр и пройти по лестнице на случай чего-то интересного там? – предложил Кинг. – Раз уж вы здесь, такая помощь будет кстати.

Разумеется, стажер легко согласился. Констанция открыла было рот, чтобы сказать, что тоже воспользуется лестницей, но Кинг без лишних слов затащил ее в открывшиеся двери и нажал кнопку верхнего этажа.

Ее охватила паника. Констанция начала глубоко и часто дышать. Будто ему было мало, Артур, едва лифт начал подниматься, надавил на «стоп».

– Что вы делаете… – с трудом выговорила она, судорожно сглотнув. – Вы же знаете…

– Я знаю, что вы не терпите лифты, поэтому надеюсь быстро получить честный ответ на мой вопрос и поскорее выйти отсюда.

Она начала хвататься за горло, торопливо стягивая шарф, расстегивая пуговицы. Попыталась дотянуться до кнопок и привести кабину в движение, но Кинг ожидал этого и перехватил ее руки.

– Зачем вы решили ехать со мной? – настойчиво проговорил он.

Воздуха катастрофически не хватало, мир начал кружиться. Нельзя сказать, что она «не терпела лифты» – Констанция их панически боялась.

– Артур, – слово получилось похожим на шелест, но в нем отчетливо слышалась мольба.

– Что вы задумали?

Она прижалась спиной к стене, даже не думая о том, что может запачкать пальто, и прикрыла глаза.

– Запустите лифт, – собрав волю в кулак, потребовала Констанция, но вышло жалко.

– Вы не умрете, – убежденно сказал он, однако чуть склонился, вглядываясь в наверняка белое лицо.

– Четвертый, – просипела Констанция, вцепившись в его клетчатый шарф, – четвертый этаж, там объясню.

Наконец, этот людоед сжалился и нажал на кнопку с цифрой «4». Констанция вывалилась из лифта, едва не упав на пол. Схватилась за стену. Кинг вышел следом и, кажется, попытался подхватить ее под руку, чтобы помочь удержаться на ногах, но Констанция с силой пихнула его. Посмотрите на него, какая галантность!

Через несколько мгновений на лестничной клетке оказался Аврелий.

– Ну вы где застряли? – спросил он, запыхавшись.

Наконец, вновь обретя возможность дышать, Констанция набросилась на Кинга с криками и ругательствами. Многое она могла снести, многое принять с холодным равнодушием, но играть на ее боязни лифтов! Это просто бесчеловечно.

– Вы обещали объяснить, что здесь делаете, – напомнил он, кажется, не испытывая чувства вины.