Текст книги "В объятиях прошлого (СИ)"

Автор книги: Ирина Фуллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

– То есть, вы хотите сказать, мистер Холмс, – задумчиво произнес Ю, – что Клару убил сотрудник Библиотеки?

– Посторонний может попасть сюда? – уточнил Шерлок.

Все синхронно покачали головами.

– Вывод напрашивается лишь один, не так ли?

Констанция только теперь осознала: то, что казалось ей подозрительным и странным, превратилось в страшную истину. Среди них, среди книжников, скрывался убийца.

Мила прижала руку к губам. Юджин и Илья угрюмо переглянулись. Кинг выглядел озабоченно.

– Вы сможете определить виновного? – спросила Констанция, ощущая сухость во рту.

– Для этого мне нужно провести дополнительное расследование, побеседовать с сотрудниками.

Констанция повернулась к Юджину:

– Ю, пожалуйста, позвольте мистеру Холмсу продолжить работу.

Тот очень тяжело вздохнул и покосился на Илью.

Хотя Юджин и был выше по рангу, однако нелестный доклад инспектора Внутренней службы мог серьезно повлиять на его карьеру.

– Илья Петрович… – проникновенно произнесла Констанция.

Он ответил суровым взглядом.

Констанция постаралась смягчить собственные черты, расслабила всегда напряженные мышцы на лбу, что должно было избавить от хмурого выражения лица, изобразила голливудскую улыбку:

– Ни секунды не сомневаюсь, что вы бы и сами раскрыли это дело, Илья Петрович. Но, согласитесь, ситуация серьезная, ведь речь не просто о технических неисправностях. А Шерлок Холмс – такая подмога!

Констанция чувствовала, что на нее изумленно взирали все собравшиеся. Еще бы: никто из них пока не становился жертвой ее женского обаяния. Оно не входило в заводские настройки, как, например, у Милы. Но Констанция научилась включать его, когда считала нужным. Нередко умение флиртовать оказывалось полезным во время охоты. Там-то, в полях, Констанция и отточила это искусство.

Но Илья, как и прежде, глядел мрачно, определенно не собираясь сдаваться.

– Мистер Холмс все равно уже здесь, – продолжила Констанция увещевающе и чуть сменила позу на более завклекающую. – Он все равно занимается расследованием. Кому будет хуже, если он задержится на несколько часов? Разве в интересах библиотеки затягивать решение вопроса?

Она знала, что фраза «в интересах библиотеки» станет решающей. Илья сжал челюсть, затем тяжело вздохнул.

– Сотрудники не должны знать, с кем имеют дело, – бросил он. – Представьте мистера Холмса как московского коллегу.

Констанция не смогла сдержать довольную улыбку: как и всегда, сталкиваясь с препятствием, она на время забывала, зачем ей все это, и думала лишь о том, чтобы выйти победителем из очередной маленькой схватки.

Каждый заверил, что будет молчать до конца своих дней, голоса сложились в гвалт, привлекший внимание Христофоры Николаевны.

С нее-то и решили начать сбор свидетельств.

Эпизод 4. Глава 6

Констанция в это время прошла в офис охотников. Убийство – убийством, а ей нужно было разобраться с бедой, в которую из-за семи проклятых гномов превратилось их с Кингом соперничество.

– Чья сейчас очередь? – громко спросила она у тех, кто сидел за компьютерами или попивал чай за своими столами. – Чья очередь охотиться?

– Моя, – лениво отозвалась Рита, книжница много старше Констанции.

– Уступите?

– Ты ж моя девочка, – с умилением произнес Аврелий, вошедший в офис следом.

Но Рита лишь покачала головой. Ее выжженные светлой краской короткие волосы тут же упали на лицо, и она заправила их за уши. И без того блестящие, румяные щеки налились малиновым.

Констанция поняла: Рита поставила на Кинга. Но слабые места этой книжницы были Констанции хорошо известны.

– Завтра завалю ваш стол шоколадками. Сможете построить себе из них отдельный офис.

Рита задумчиво потерла подбородок.

– Риттер спорт. Разные вкусы, кроме йогурта.

Констанция кивнула. Деньги не имеют значения, когда на кону репутация.

– И кофейных побольше, – торопливо добавила коллега.

Кивнув, Констанция подплыла к столу Арины. Та глядела тяжелым взглядом сквозь толстые стекла очков и, кажется, не собиралась идти у кого-либо на поводу.

– Ю сказал… – начала она, уперев руки в бока.

– Ю поставил на то, что победит дружба. А Кинг только что поймал семь гномов. Ю может говорить что угодно, но если прямо сейчас не придет сообщение о Черноморе и тридцати прекрасных витязях, я думаю, всем, и ему в том числе, будет лучше, если мы немного мне поможем.

– Но он сказал…

Констанция склонилась над столом Арины, заглядывая той в глаза:

– Ариночка, нас же с Золотцем двое… нам нужно в два раза больше персонажей…

Арина постучала пальцами с короткими ногтями, лишенными маникюра, по трубке телефона. Сейчас он зазвонит, Христофора Николаевна сообщит о разрыве… кому же достанется персонаж?

Констанция тоже коснулась трубки подушечками пальцев, ее ногти горели алым на фоне черного аппарата.

– Поверь, Арина, – прошептала она, – мое поведение выглядит как детские капризы по сравнению с тем, что вам придется наблюдать, если я проиграю из-за этих чертовых гномов.

И та сдалась: досадливо потерла лоб, тяжело вздохнула и, наконец, кивнула, подтверждая, что отдаст Констанции следующий вызов.

Долго ждать не пришлось.

– Клавдий, у меня выезд, ты отвечаешь за Шерлока головой.

Констанция подхватила сумочку с письменного стола и поманила за собой Аврелия.

– Я не еду с тобой? – вид у стажера был, как у брошенного щенка.

Даже кудряшки печально подраспрямились.

– У тебя более серьезная миссия. Я не знаю, почему Кинг прилип к нашему персонажу, но мне это не нравится.

Она чуть понизила голос, так как они вышли в Читальный зал, где работало несколько коллег.

Холмса они обнаружили беседующим с Христофорой Николаевной. Кинг стоял рядом, традиционно спасая стеллаж от падения своим плечом. Можно было подумать, он всего лишь безразлично разглядывал полки. На самом деле наверняка ловил каждое слово.

– Можете оставить пост, Артур, Септимус сменит вас, – иронично произнесла Констанция, ощущая неприятное щекотание в груди.

С тех пор как Шерлок сказал, что кто-то из Библиотеки убил Клару, Констанция чувствовала себя уязвимой, абсолютно незащищенной и… будто бы обманутой.

Кто-то из коллег – преступник. А что, если это Кинг? Сможет ли она пережить такую травму? А если Аврелий? Если, сняв с него подозрения в убийстве бывшей девушки, она не учла, что жертвой должна была стать другая? Правда, Аврелий в ту ночь лежал в больнице. Но ведь, как оказалось, рана, нанесенная Миледи, была не смертельной. Зато какое алиби…

А что, если это сделала Мила? Яркая, веселая, прекрасная Мила с лицом-сердечком, круглыми щечками, ямочками у рта и небесно-голубыми глазами?

Вдруг сердце упало в пятки: а что, если это был Егор? Безумно, да, ведь он считался пропавшим без вести. Но его закладка обнаружилась на месте преступления. Что, если ее друг на самом деле скрывался от Констанции и других книжников, однако был в полном здравии?

Констанция обняла себя, силясь избавиться от мурашек, что побежали по коже, затем позвала Холмса и отвела его в сторону.

– Послушайте, мне нужно отъехать по делам, – прошептала она, когда они встали у одной из картотек. – В качестве помощника и проводника оставляю Аврелия. Будет вашим Ватсоном. Они похожи – оба не очень быстро соображают, но отлично умеют демонстрировать восторг и обожание.

Холмс поглядел на нее с одобрением.

– Меня сейчас волнует не только, кто убил Клару, но и что на месте преступления делала закладка. Однако эта улика должна остаться нашим с вами секретом. Аврелий тоже в курсе, но ничего. Вы же не подозреваете его, правда?

Шерлок бросил пару пронзительных взглядов по сторонам, а затем склонился к Констанции и тихо проговорил:

– Его участие маловероятно.

Пока в ее голове мелькали мысли вроде «не тот темперамент», «у них с Кларой не было абсолютно ничего общего», Холмс пояснил:

– Следы от обыкновенных ботинок. Мужских, без сомнения. Но не подобных тем, что носит мистер Аврелий.

Мила и стажер вне подозрений! Какое облегчение!

– Однако я хотел сказать о другом… У меня есть основания подозревать присутствие в Библиотеке еще одного персонажа, помимо меня.

Констанция опешила.

– Это невозможно, – зашептала она. – Кто? Как? Персонажи не могут находиться здесь долго. Вы должны чувствовать дискомфорт из-за большого количества ловцов.

– Да, я ощущаю необычные волны, будто сильные удары сердца. Не могу назвать их приятными, однако ничего, с чем Шерлок Холмс не сумел бы справиться.

Констанция потерла лоб, перебирая в голове варианты.

– Недавно у нас появился новый переплетчик – сотрудник, который изготавливает ловцы для поимки персонажей. Тимур. И однажды, из-за его оплошности, прямо в Библиотеке, прямо из ловца сбежал герой… Его поймали, но что, если это случилось вновь? Что, если сбежал преступник?

– Пока я не скажу вам больше, мадам. Дайте мне время проверить некоторые факты.

– Да, конечно. Я вернусь, и мы поговорим. Если решите побеседовать с этим переплетчиком, Тимуром, Аврелий вас проводит. Спасибо, мистер Холмс, я очень на вас рассчитываю.

С этим она откланялась и покинула Библиотеку.

Дело оказалось легким и заняло не более трех часов с учетом дороги. Персонаж сбежал в больнице: видимо, кто-то из пациентов спасался от скуки нашумевшим триллером. Герой оказался врачом, поэтому персонал клиники решил, что высокий мужчина с взлохмаченными волосами и весьма резкими суждениями – их чудаковатый коллега, возможно, чей-то семейный доктор, решивший навестить больного в палате. Сам персонаж тоже не спешил покинуть место разрыва, пытаясь поставить диагнозы всем пациентам, попадавшимся на пути.

В Библиотеке, прежде чем бежать на поиски Холмса, Констанция поставила в турнирной табличке «+1» под своим именем.

Аврелий ворковал с Ариной, едва не вызвав у Констанции гневный припадок. Но когда он между делом пояснил, что Холмса у него забрали Илья Петрович и Ю, она признала невиновность стажера.

Поиски привели ее в Архив.

Едва она открыла дверь во владения Нинели Владленовны, как та резко спустилась с табуретки, стоявшей у окна, и замахала руками. Прошло несколько секунд, и, сдавшись, она выпустила дым изо рта, потом залезла обратно на табурет и закрыла форточку. Ее мощные сапоги на толстой подошве оставили светлый пыльный след на тканом сидении.

– Нинель Владленовна, вы что, курили? – спросила Констанция осуждающе.

Хранительница архива в вызывающей леопардовой рубашке неторопливо подошла к высокой деревянной стойке и низким хриплым голосом ответила:

– Совсем что ли, Непейвода? Курила? В библиотеке? Одна искорка, и тут сгорит все к едрене-фене.

Однако Констанция была абсолютно уверена, что заметила, как Нинель Владленовна потушила сигарету о подоконник, видела дым и, главное, отчетливо ощущала табачный запах.

– Ладно… скажите, вы Илью Петровича, московского коллегу из Внутренней службы, видели?

– Ну, – утвердительно прохрипела Нинель Владленовна. – Приходили-с… С персонажем, главное. Совсем он там, в своей Москве, страх потерял. Центральный аппарат, так все можно? И, думает, я дура такая! Говорит, мол, это мой коллега. Сантехник наш Афанасий тебе коллега, а я что, персонажа не отличу? Скоро четверть века, как тут работаю.

– Значит, и Клару хорошо знали… – задумчиво произнесла Констанция.

Нинель Владленовна тут же подобралась, скрестила руки на груди и нахмурилась, отчего морщинки на лбу стали заметны как никогда.

– Ну! – бросила она сухо.

– Вы что… не ладили?

– Ой, и ты решила в сыщики податься? – Нинель Владленовна вздохнула, прокашлялась. – У меня так-то своя работа есть, дорогуша.

– Кстати, об этом, – Констанция выудила из сумки ловца с персонажем-врачом и, пока передавала его, заметила. – Неудивительно, что вас все расспрашивают, вы ведь как будто знаете тут все обо всех. А Клара к тому же… была какая-то… странная. Вроде бы милая, но на самом деле – совершенно закрытая. Как будто чрезмерная любезность – это только маска…

Повисла многозначительная пауза.

– Так и есть, Непейвода, так и есть. И никто ее толком не знал. Сколько работала здесь, помилуется, помилуется, а потом раз – и до свидания. И никто никогда не знал, где она живет, чем занимается в свободное время, что любит, что не любит. Я и с Христой это не раз обсуждала, она то же говорит. Ну, натурально закрытая книга, понимаешь.

Констанция оперлась о разделяющую их стойку и чуть склонилась вперед:

– Как думаете, почему? Может, у нее были какие-то… личные тайны?

– Личные тайны уж точно были, – кивнула Нинель Владленовна уверенно. – Знаешь, когда два с лишком десятка лет работаешь в одном и том же месте, если о тебе не знают всю подноготную, это не случайность. Ну ладно в рабочее время, все на ушах, разрыв, ловец, туда-сюда. Не до этого. Хотя с Христой-то они, ну, постоянно там пересекались. Но предположим… Только мы ведь на спартакиаде, на корпоративе, на шашлыках… И что? Да ничего!

Констанция понимающе закивала. Вот только, наверное, и про нее так говорили. Она ведь тоже и на спартакиаде, и на корпоративе, и на шашлыках – «что? Да, ничего».

Хватило одного корпоратива, на котором она наговорила и наделала такого, что всю жизнь вспоминать будет. С тех пор Констанция не выпивала в компании коллег и уж тем более не делилась с ними личным.

– А про семью ее хотя бы что-то известно?

– Да ничего! – воскликнула Нинель Владленовна, разгорячившись.

Кажется, ее это серьезно задевало.

– Но детей-то нет. Уж думаю, хоть раз бы, да обмолвилась. Я уж не знаю, как можно ни разу за столько лет ни чуть не рассказать! Да и ей лет-то сколько было, пятьдесят два – на два года меня старше. А работает в Библиотеке двадцать два года. Соответственно, в тридцать пришла. Ну, и я через год. Так взрослого-то ребенка быть не могло. Если про взрослого еще как-то можно умолчать, то про малолетнего как? Я с Димкой постоянно то в поликлинику, то на линейку первого сентября, то на огонек. А она ни разу, – Нинель Владленовна многозначительно подняла палец в воздух, – ни разу, Непейвода, не пропустила рабочий день, не опоздала и не ушла раньше времени. Я думаю, у нее никогда никого не было.

А вот это было странно. И не болела никогда? Не довелось сходить к зубному или подать документы строго в рабочие часы?

Сердце Констанции застучало быстрее. А не была ли сама Клара тем самым персонажем, о котором сказал Холмс? Она попыталась вспомнить, как именно он сформулировал это.

«В Библиотеке был еще один персонаж».

Ей тогда показалось, что Шерлок намекнул на убийцу, но на самом деле он не указал на это прямо.

Констанция попрощалась и пошла искать сыщика. На втором этаже у мраморной лестницы она обнаружила всю компанию: Холмс, Илья, Ю.

– Вот вы где! – возбужденно воскликнула она. – Где вы были? Я обыскалась. Я же оставила с Холмсом Аврелия. Зачем вы его забрали?

– Напомню, я уполномочен расследовать это дело, – пояснил Илья строго. – Но это, конечно, очень любезно с твоей стороны – раздавать указания вместо меня, будто бы я просил о помощи.

Констанция забыла, что обходительность Ильи исчезала, стоило кому-то из коллег оказаться рядом. А уж если она начинала хоть каким-то образом доминировать, он тут же спешил осадить ее.

Пока она искала в меру острый ответ, не выходящий, однако, за рамки, случилось страшное.

Все произошло за какие-то секунды. Раздался топот. Боковым зрением Констанция заметила вихрь чего-то черно-белого. К ним подлетел Валера. Прежде, чем кто-либо успел хоть что-то сделать, он прижал к животу Холмса томик с пустой обложкой. По коже Шерлока тут же побежали черные строчки, наполняя лицо и руки чернилами, затем он начал выцветать, блекнуть… И вот его будто бы засосало в ловец.

Немая сцена продолжалась несколько секунд. Затем все пришли в движение. При этом Юджин и Илья не вцепились в горло Валеры, как того хотела Констанция, а схватили ее, в один голос крича что-то о том, что еще одного убийства в библиотеке они не переживут, и что не нужно слишком остро реагировать, и что она проведет лучшие годы в тюрьме, если сейчас задушит коллегу.

Нужно сказать, что и их слова, и их удерживающие руки оказались весьма кстати. Однако Констанция все еще могла убийственно глядеть.

Вопрос она процедила сквозь стиснутые зубы, голос вибрировал от ярости:

– Какого. Черта.

– Мне сказали, что персонаж сбежал, – залепетал тот. Его круглые щеки нервно подрагивали. – Что это Шерлок Холмс, и он сейчас разгуливает по Библиотеке. Я просто хотел помочь…

– А вас не смутило, что рядом с ним шло трое сотрудников библиотеки? – уточнил Илья зло. – Или вы решили, что умнее всех в этом здании?

– Я… я…

– Решил покрасоваться перед руководством, – выплюнула Констанция презрительно.

Холодные голубые глаза Ильи тоже метали молнии, чуть успокаивая бушующую ярость Констанции. Если бы она одна сейчас бесилась, равнодушие остальных раздражало бы еще больше.

Книжники, проходившие мимо, смотрели на них с любопытством, но никто не пытался выяснить, что происходило: в конце концов, каждый из них ежедневно наблюдал что-то необычное и необъяснимое.

Однако вскоре к лестнице вышли Арина, Аврелий и Артур. Они беседовали, судя по всему, направляясь в столовую – Констанция поняла это по знакомому контейнеру в руках Арины. Та всегда брала с собой дополнительную еду, так как сидела на какой-то очень строгой диете.

– Согласен, иногда с Констанцией только так работать и остаётся, – отметил Артур, лениво окинув взглядом живую скульптуру «Плутон, удерживающий Прозерпину», – но двое на одного – не кажется ли вам, что это слишком?

Его неторопливую саркастичную речь прервала Арина, воскликнув:

– Что случилось? Куда вы ведете Конс?

– Мы удерживаем ее от убийства, – отозвался на это Илья, однако, отпустив плечи Констанции.

Видимо, решил, что она не отважится на преступление в присутствии такого количества свидетелей.

– Этот кретин… – начала Констанция обвиняюще.

– Валерий по ошибке поймал Шерлока Холмса, – пояснил, наконец, Юджин так, чтобы все правильно поняли ситуацию.

Аврелий выкрикнул что-то нечленораздельное, Артур закатил глаза, Арина, которой не было известно всех деталей истории, лишь удивленно взирала на собравшихся. Валера же сжался, кажется, мечтая просто исчезнуть. На белой рубашке проступили пятна пота.

– Что ж… – проговорил в это время Кинг. – У вас еще целая неделя, чтобы наверстать…

– Холмс должен был назвать имя убийцы! – прошипела Констанция, и решив вдруг, что Артур Кинг – куда более любопытная цель для вымещения злости, добавила: – Но вас-то только рейтинг и волнует. Правильно переживаете, Артур, наша схватка еще не закончена. Не советую расслабляться.

Он насмешливо поглядел на нее и едва заметно улыбнулся. Констанция ненавидела эту полуулыбку. Она сжала кулаки.

– Ваши семь чертовых гномов – еще не гарантия победы. Подумайте о том, чтобы в следующий раз отхватить диких лебедей – их было сразу одиннадцать.

Эпизод 5. Глава 1

Эпизод 5 | «Твое прелестное лицо, твоя плавная походка и твои потрясающие глаза – этого довольно, чтобы покорить человеческое сердце!»

Есть ключевой вопрос, стоящий перед книжниками, изучающими феномен разрывов: какова механика возникновения этих «дыр», через которые персонажи проникают в нашу реальность? Какие-то вещи уже изучены, какие-то – остаются тайной.

Большинство исследований находятся в закрытом доступе в Основном Фонде, однако любому сотруднику Библиотеки известны два факта: во-первых, чтобы персонаж ожил, книга должна быть начитана. Крайне редки случаи, когда сбегает герой книги, не являющейся мировым бестселлером или общепризнанной классикой. Лишь читатели с очень мощной внутренней силой способны провести в наш мир персонажа малоизвестного, не напитанного эмоциями тысяч других людей.

Во-вторых, бумажная книга также является частью процесса: бытует мнение, что трение страниц друг от друга – один из факторов создания разрывов. До сих пор ни разу не был зафиксирован разрыв, произошедший при чтении электронной версии или при прослушивании аудиокниги. Также ни разу не вызывали их периодические издания.

Констанции порой хотелось узнать больше. Она поглядывала на дверь Основного Фонда и на его сотрудников с некоторой завистью. Однако сейчас ее интересовали вещи чуть более приземленные.

Она одновременно хотела разузнать, что произошло с Кларой, и в то же время тяготилась этими мыслями, желая сосредоточиться на основной работе. До конца месяца оставалась неделя, а отрыв не то что не уменьшился, он увеличился. Кинг обгонял на четыре балла, так как Холмса записали на Валеру – от мысли об этом у Констанции начинало пульсировать в висках. Сам Валера быстро смекнул, что при следующей встрече Констанция может задушить его этим дурацким клетчатым шарфом, поэтому почти не появлялся в офисе охотников. Все было не в пользу Констанции. А тут еще и разрывы закончились.

– Христофора Николаевна, посмотрите внимательно, – увещевала она. – Может быть, есть хотя бы очень яркое пятнышко?

– Это выглядит жалко, дорогая, – заявила Мила, проходя мимо.

Для многих книжников неожиданная пауза стала возможностью привести в порядок отчеты, базу, рабочий стол, наконец. Кое-кто читал, устроившись в удобных креслах, что стояли в общем холле на втором этаже. Другие болтали, попивая чай и кофе в столовой, или гуляли неподалеку от Библиотеки: октябрь подарил несколько приятных ясных дней, влажный прохладный воздух казался живительным. Низкое солнце горело янтарным огнем в постепенно исчезающей листве.

Констанцию вынужденное бездействие сводило с ума. Шутливое заявление Милы не было встречено благодушно: та и сама догадалась, что не стоило пока шутить на эту тему.

– Тихо, тихо, – она подняла руки. – Не убивай меня, царевич, я тебе еще пригожусь.

– Если у тебя нет в работе какого-нибудь персонажа, ничем ты мне не поможешь.

Мила хитро посмотрела по сторонам, а затем поманила Констанцию куда-то за стеллажи.

– Знаешь ли ты, где сейчас Кинг? – прошептала она.

Несколько раз Констанция видела, как он гонял чаи в компании то газеты, то Ильи, о чем и сообщила. Это вызвало коварную улыбку на губах Милы.

– А что, если я скажу, что он сейчас работает над делом?

Констанция подобралась. Позвольте, она была вынуждена ждать нового разрыва, а у Артура появился шанс получить еще один балл? Но когда он успел отхватить новый разрыв? Тишина в Абонементе царила уже второй день.

– У него есть старый висяк, – поделилась Мила, – еще с конца августа.

Тут Констанция вспомнила, что Кинг действительно так делал: если на персонажа не получалось выйти достаточно быстро, он брал что-то еще, параллельно продолжая поиски по сложному разрыву.

– Что ты об этом знаешь? – с волчьим голодом проговорила Констанция.

– Ничего, дорогая, я и так не должна была делиться с тобой этим. Но мне невыносимо смотреть, как ты страдаешь.

Констанция отправилась на поиски Аврелия, ожидая найти его в компании Арины. Однако, как ни удивительно, стажер сидел в Читальном зале за собственным ноутбуком и что-то очень быстро печатал. Едва заметив Констанцию, он резко захлопнул крышку с довольно нелюбезным «что?», а затем, будто опомнившись, бодро улыбнулся и спросил:

– Дело дали?

– Почти. У меня есть для тебя задание: выясни все, что сможешь о разрыве, над которым работает Кинг с августа.

– У-у-у, – вскочив, протянул Аврелий.

Он тут же отправился выполнять поручение. Констанция не сомневалась, что он справится.

Аврелий вернулся спустя полчаса, его распирало от самодовольства. Поднявшись на третий этаж, подальше от коллег, они смогли обсудить появившуюся информацию.

Разрыв произошел двадцатого августа поздним вечером на Васильевском острове, на Восьмой линии. К тому моменту, как Кинг добрался до места, персонажа и след простыл.

Тогда Кинг проверил все места, что светились на карте в округе, но так ничего и не нашел. По слухам, за следующую неделю он исходил Ваську от Смоленского кладбища до Горного института, от Стрелки до Морского фасада, но впустую.

– Надо узнать, связывался ли он с Петропалычем, – задумчиво проговорила Констанция, ощущая, как внутри разгорается огонек азарта. – Необычные происшествия или задержания могут указать на персонажа.

Разумеется, воровать задачи у других книжников не было в порядке вещей. Да никто бы о таком и не подумал. В иной раз Констанция тоже не стала бы претендовать на чужое дело, но Кингу просто повезло с гномами! Она лишь восстанавливала справедливость.

Констанция вновь оставила Аврелия в Библиотеке: если все же случится разрыв, он должен был вцепиться в него зубами (не то чтобы кто-то решил бы вступать в борьбу: книжников вполне устраивала небольшая передышка).

Сама Констанция отправилась на встречу с Петропалычем недалеко от полицейского участка. Тот сидел на скамье, у его ног лежал пакет из книжного, в котором угадывалась папка. Заметив Констанцию, Петропалыч встал и спросил у нее время. Пока она поправляла рукав серого пальто, чтобы взглянуть на циферблат, он тихо сообщил, что уже передавал эти данные Кингу. Точнее, «этому англичанину». Сказано было пренебрежительно.

Открыто улыбнувшись, Констанция сердечнее, чем обычно, поблагодарила за данные, а затем, будто по секрету, добавила:

– Он уже два месяца не может справиться с этим делом, так что решила ему помочь.

– Это правильно, – кивнул Петропалыч, сперва порываясь уйти, но будто бы чувствуя необходимость высказаться. – Считаю полным… безрассудством передавать подобную информацию, – он кивнул в сторону пакета на земле, – английским шпионам.

«Идеально!»

Констанция подалась вперед, сжав руку полицейского. Удивление, которое должно было отразиться на ее лице, когда она ощутила твердый бицепс, не было наигранным. Петропалыч выглядел неприступно, но теперь совсем уж казался машиной-убийцей.

– Я тоже отношусь к нему очень настороженно, – проговорила она томно.

Как будто бы заговорщически, но на самом деле именно томно. Петропалыч поглядел на нее с интересом и одобрением, которого она никогда не видела с его стороны прежде.

– Спасибо, что… – она посмотрела полицейскому в глаза, – не теряете бдительность…

Петропалыч скупо кивнул и, засунув руки в карманы, вознамерился уже уйти, но в последний момент бросил через плечо:

– Обратите внимание на восьмую страницу.

Когда он оказался достаточно далеко, Констанция села на скамью, выудила из пакета папку и торопливо открыла ее. Там была собрана информация о различных задержаниях и вызовах в последние дни августа.

Разумеется, они с Аврелием изучат их все в Библиотеке, но пока она открыла восьмую страницу.