Текст книги "(не)покоренная для Монстра из Бездны (СИ)"

Автор книги: Инесса Голд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 39. Ночь Единения

Двери из тумана сомкнулись за нашей спиной с влажным, шипящим звуком, отрезая нас от террасы, от ветра, от всего мира.

Мы остались одни в сердце его шпиля.

Здесь было темно, но тьма эта не была пустой. Она была густой, бархатной, живой. Она льнула к коже, как теплая вода.

Морван не опустил меня на пол. Он пронес меня через комнату к огромному ложу, выращенному из черного мха. Когда моя спина коснулась поверхности, мох подался, принимая форму моего тела, мягкий и теплый, как мех огромного спящего зверя.

Он навис надо мной, опираясь на руки. Его волосы упали завесой, отгораживая меня от остального пространства. В темноте его глаза горели фиолетовым огнем – единственные звезды на моем небе.

Я медленно развязала пояс своего полупрозрачного халата. Ткань соскользнула с плеч, открывая меня его взгляду.

Я была нага. И я никогда не чувствовала себя более одетой, потому что его взгляд покрывал каждый дюйм моей кожи, присваивая, изучая, запоминая.

Он протянул руку, но замер в сантиметре от моей груди. Его пальцы дрожали.

«Ты уверена, Лира?» – его голос прозвучал не в воздухе, а прямо в моем сознании, чистый и глубокий. – «Обратного пути не будет. Как только мы соединимся… ты изменишься. Твоя человеческая часть уступит место чему-то новому».

Я не ответила словами. Я потянулась к нему и положила ладони на пояс его брюк.

«Я не хочу возвращаться», – прошептала я.

Я расстегнула застежку. Ткань упала на пол.

Когда он выпрямился, сбрасывая остатки одежды, тени в углах комнаты пришли в движение. Они больше не прятались. Они отделились от стен, став продолжением его тела – клубящимся, полуматериальным плащом, который реагировал на его возбуждение.

Он был великолепен. И он был пугающим.

Его человеческая маскировка начала истончаться под напором страсти. На бледной коже, на широкой груди и рельефном животе начали проступать сложные, геометрические узоры. Они вспыхивали в такт его сердцебиению – яркий, неземной индиго.

Морван опустился ко мне.

Но коснулись меня не только его руки.

Из клубящейся тьмы за его спиной, словно ожившие ленты дыма, материализовались эфирные конечности. Сенсорные щупальца К’Тарр.

Я вздрогнула, когда первое из них, на ощупь похожее на прохладный, уплотненный шелк, скользнуло по моей лодыжке, обвиваясь вокруг икры.

«Не бойся», – прошептала его мысль в моей голове. – «Почувствуй меня».

Это была сенсорная перегрузка.

Пока его горячие, твердые губы накрывали мои, целуя глубоко и властно, его теневые «руки» ласкали меня везде одновременно. Одно щупальце скользнуло под колено, разводя мои ноги шире. Другое обвило запястье, переплетаясь с пальцами. Третье, самое нежное, провело по животу, заставляя мышцы сокращаться.

Я выгнулась дугой, задыхаясь. Мой мозг не мог обработать столько ощущений сразу.

Амулет, зажатый между нашими телами, начал вибрировать. Он замкнул цепь.

Я почувствовала его.

Не его тело, а его ощущения.

Я почувствовала гладкость своей собственной кожи его пальцами. Я почувствовала запах своего возбуждения его ноздрями – пьянящий, сладкий, сводящий с ума. Я почувствовала волну его наслаждения от того, как мое тело отзывается на ласку.

Это была двойная петля удовольствия. Его желание подстегивало мое, а мое – усиливало его, разгоняя нас по спирали в бесконечность.

Морван оторвался от моих губ. Он дышал тяжело, хрипло. Узоры на его теле горели так ярко, что освещали всю комнату. Его зрачки вытянулись в вертикальные щели. Когти на руках слегка удлинились – не как оружие, а как инструменты для удержания добычи.

Он был монстром. Прекрасным, сияющим монстром из глубин.

Он замер, глядя на меня, словно давая последний шанс оттолкнуть его.

«Смотри на меня», – его мысленный голос был требовательным. – «Видь меня. Не отворачивайся от моей сути».

Я подняла руку и провела кончиками пальцев по светящемуся узору на его грудине. Кожа там была горячее огня. Я приподнялась и поцеловала пульсирующую жилку на его шее.

«Я вижу тебя», – выдохнула я. – «Ты прекрасен».

Он издал горловой рык, в котором смешались торжество и благодарность.

Морван подался вперед. Я почувствовала его твердость у входа в свое лоно.

В момент проникновения магия перестала быть абстракцией и стала физикой.

Это было чувство заполнения – не только физического, но и энергетического. Словно в мои вены влили расплавленное золото. Я вскрикнула, впиваясь ногтями в его плечи.

Он замер на секунду, давая мне привыкнуть к нему, к его размеру, к его жару. Его эфирные щупальца мягко гладили мои волосы, успокаивая, заземляя.

А потом он начал двигаться.

Ритм его движений совпал с гулом, который я слышала в городе с самого прибытия. Это был ритм Ядра Бездны. Мы двигались в такт с сердцем мира.

Каждый толчок вышибал из меня человеческие мысли, заменяя их чистой, звенящей энергией. Амулет на моей груди раскалился добела, но боли не было. Он работал как сварочный аппарат для душ, сплавляя нас воедино.

Границы исчезли.

Я больше не понимала, где заканчиваюсь я и начинается он. Я видела свое лицо его глазами – запрокинутое, с распухшими губами и сияющими глазами. Я чувствовала, как его мышцы напрягаются подо мной, и это было мое напряжение.

Мы приближались к краю.

«Лира... моя... Мост...» – его мысли путались с моими.

В момент оргазма реальность треснула.

Это была вспышка сверхновой внутри маленькой комнаты. Волна чистой энергии вырвалась из нас, пройдя сквозь стены шпиля. Весь дворец, весь Затонувший Город на секунду вспыхнул ярче, отозвавшись на соединение Лорда и его Истинной.

Я закричала, и мой крик был безмолвным ментальным воплем восторга, который эхом прокатился по уровням Бездны.

Я падала. Долго, сладко, бесконечно.

Когда мир перестал вращаться, я обнаружила, что лежу на его груди.

Мы были сплетены в сложный узел из конечностей, волос и теней, которые теперь лениво поглаживали мою спину. Дыхание Морвана выровнялось, светящиеся узоры на его коже потускнели, став мягкими и пульсирующими.

Я пошевелилась и замерла.

Я чувствовала себя… другой.

Тяжесть, которая давила на меня с момента спуска, исчезла. Мое тело казалось легким, невесомым, словно гравитация больше не имела надо мной власти. Ноющая боль в старых шрамах прошла без следа.

Я была полна. Я была цельна.

Морван приподнялся на локте. Он смотрел на меня с выражением глубокого, почти религиозного удовлетворения.

Он провел пальцем по моей груди, очерчивая круг вокруг амулета.

Я посмотрела вниз.

На коже, там, где его палец касался меня, остался слабый, серебристый светящийся след. Он не исчезал.

Это была Печать.

«Теперь ты – часть Глубины», – его голос в моей голове звучал устало, но счастливо. – «И Глубина – часть тебя. Ритуал завершен».

Я закрыла глаза. Но темноты больше не было. Даже сквозь закрытые веки я видела потоки энергии, пронизывающие комнату, дворец, город. Я чувствовала биение жизни в каждом камне.

Я улыбнулась и прижалась щекой к его плечу.

«Доброй ночи, мой монстр», – прошептала я.

Трансформация завершилась. Лира-человек умерла. Да здравствует Лира-К'Тарр.

Глава 40. Пробуждение Силы

Я открыла глаза, и мир обрушился на меня.

Раньше пробуждение означало медленное всплытие из темноты в серые сумерки реальности. Но не сегодня. Сегодня не было сумерек. Была только ослепительная, звенящая ясность.

Я лежала в постели, но не чувствовала тяжести одеяла. Я чувствовала каждую нить ткани, ее текстуру, ее температуру, ее натяжение. Я перевела взгляд на потолок.

Раньше это был просто гладкий черный камень. Теперь я видела его суть. Я видела сложнейшую сеть энергетических каналов, пронизывающих материю, словно кровеносные сосуды. По ним пульсировала бледно-голубая энергия, питающая освещение и систему климат-контроля комнаты. Я видела микроскопические частицы пыли, танцующие в воздухе, и каждая из них оставляла за собой крошечный тепловой шлейф.

Мир перестал быть плоской картинкой. Он стал объемом, структурой, схемой.

Я повернула голову.

Рядом со мной спал Морван. Или, скорее, восстанавливал силы в глубоком трансе.

Для моего нового зрения он был похож на свернувшуюся галактику. Его тело излучало такой мощный жар – не физический, а магический, – что воздух вокруг него дрожал. Я видела, как энергия перетекает в нем, концентрируясь в районе сердца и солнечного сплетения.

Он был великолепен. И он был моим. Я чувствовала нашу связь не как абстрактную нить, а как толстый, светящийся канат, уходящий из моей груди прямо в него.

Я села. Мое тело казалось невесомым. Усталость, боль, скованность – все это осталось в прошлой жизни. Я чувствовала себя переполненным сосудом, готовым расплескаться.

Я встала с постели и подошла к зеркальной панели. Пол был теплым, и я видела, как мой след оставляет на камне угасающее тепловое пятно.

Я посмотрела в зеркало.

Из стекла на меня глядело существо, которое когда-то было Лирой Торн.

Моя кожа стала бледнее, приобретя жемчужный оттенок, словно она светилась изнутри. Черты лица заострились, став более хищными, аристократичными.

Но глаза…

Мои зрачки больше не были круглыми. Они вытянулись в вертикальные эллипсы, как у кошки или змеи, готовой к броску. Радужка потеряла человеческий рисунок – теперь это был сплошной, насыщенный фиолетовый диск, который слабо фосфоресцировал в полумраке спальни.

Я коснулась своей груди. Серебристый след вокруг амулета, оставленный пальцем Морвана, впитался в кожу, став частью меня. Это был не шрам и не татуировка. Это был живой, пульсирующий узор, повторяющий ритм моего сердца.

«Твои глаза», – голос Морвана раздался не сзади, а сразу внутри моей головы. Глубокий, довольный рокот. – «Теперь ты видишь мир таким, какой он есть на самом деле, Il'yra».

Я не вздрогнула. Я почувствовала его пробуждение за секунду до того, как он заговорил. Его сознание коснулось моего мягко, как утренний луч.

Я повернулась. Он сидел на кровати, наблюдая за мной.

«Это… слишком много», – призналась я вслух, хотя могла бы и подумать. – «Слишком ярко. Слишком громко. Я вижу, как течет сок внутри стеблей цветов в вазе».

«Ты научишься фильтровать», – он встал и подошел ко мне. Он был наг, и я залюбовалась игрой его мышц, теперь видимой мне во всех спектрах. – «Сейчас ты как младенец, который впервые открыл глаза. Твой мозг учится обрабатывать новые данные».

Он не спрашивал, как я себя чувствую. Ему не нужно было спрашивать. Благодаря эмпатической связи он знал: я чувствую эйфорию, смешанную с легким головокружением от переизбытка силы.

«Ты голодна», – констатировал он.

Это было не предложение, а факт. Мой желудок сжался, требуя топлива. Но мне не хотелось хлеба или мяса. Мне хотелось чего-то… густого. Насыщенного.

Морван подошел к стене, и из ниши выплыл поднос. На нем стоял только один кубок из темного хрусталя.

«Пей».

Я взяла кубок. Жидкость внутри была вязкой, темно-синей, с золотыми искрами. Она пахла озоном и дикими ягодами.

Я сделала глоток.

Вкус был шокирующим. Словно я глотнула жидкого электричества. Жидкость обожгла горло холодом, а потом взорвалась в желудке горячей волной, которая мгновенно разнеслась по венам. Это была чистая, концентрированная энергия. Эссенция Бездны.

Мои глаза вспыхнули ярче. Я почувствовала, как мышцы наливаются силой, как обостряется слух.

«Больше никакой человеческой еды?» – спросила я, облизывая губы.

«Редко», – Морван провел пальцем по моей щеке. – «Твой метаболизм изменился. Тебе нужен другой источник».

«Я хочу выйти», – сказала я чуть позже, когда он одевался.

Морван замер, застегивая манжету.

«Одна?»

«Ты сам сказал, что здесь я в безопасности. И… мне нужно проверить границы. Мне нужно понять, что я теперь такое».

Он посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. Я чувствовала его беспокойство, но также и гордость. Он не хотел держать меня на поводке. Он хотел видеть, как его творение расправляет крылья.

«Иди», – кивнул он. – «Дворец знает тебя. Но не спускайся в нижние уровни города без меня».

Я вышла в коридор.

На этот раз все было иначе.

Слуги-дроны, которые раньше просто обтекали меня, теперь реагировали за десять метров. Они вжимались в стены, складывая свои многочисленные руки в жесте покорности. Они не просто видели меня – они чувствовали мою ауру. Ауру, в которой теперь была вплетена сила Лорда.

Я шла по коридорам, и мне не нужно было искать дорогу. Я видела потоки энергии, текущие под полом, как дорожные карты.

Я подошла к высокой двери, ведущей на один из внешних балконов. Ручки не было. Запирающий механизм был скрыт внутри камня.

Раньше я бы искала рычаг или просила помощи.

Теперь я просто посмотрела на дверь.

Я увидела структуру замка – узлы напряженной энергии, удерживающие материю в твердом состоянии.

«Откройся», – послала я мысленный импульс. Это было не слово, а намерение. Желание.

Стена дрогнула. Узлы развязались. Камень потерял твердость, став жидким туманом, и рассеялся, пропуская меня.

Я улыбнулась. Я не была гостьей. У меня были права администратора в этом здании.

Я вышла на балкон.

Ветер Бездны ударил мне в лицо, трепля волосы и полы моего платья. Но мне не было холодно. Я чувствовала температуру воздуха как информацию, а не как дискомфорт.

Подо мной лежал Город.

Раньше я слышала его как низкий, вибрирующий гул. Теперь…

Я закрыла глаза и раскинула руки, опираясь на перила.

Я услышала Голос.

Это была не речь. Это была симфония.

Я слышала миллионы потоков данных. Я чувствовала, как энергия течет от Ядра к периферии, как бьется пульс в генераторах, как движутся тысячи живых существ внизу. Это была глобальная сеть сознания, и я была подключена к ней.

«…сектор 4, падение давления…»

«…стабилизация моста…»

«…рождение…»

«…смерть…»

Голос Бездны не был враждебным. Он был огромным, древним и безразличным, как океан. Но когда мое сознание коснулось его, океан дрогнул.

Он заметил меня.

Волна тепла прошла сквозь меня. Город приветствовал новый элемент системы. Он узнал во мне Мост – то, чего ему не хватало столетиями. Связующее звено между биологией и магией.

Это был экстаз. Я чувствовала себя огромной, вездесущей. Я могла бы раствориться в этом потоке, стать частью архитектуры…

Скрежет.

В идеальной симфонии прозвучала фальшивая нота.

Это было как звук металла по стеклу. Резкий, кислый, диссонирующий всплеск.

Я распахнула глаза. Мои зрачки сузились в нити.

Я не слышала звука ушами. Я почувствовала «запах» эмоции.

Ненависть. Острая, сфокусированная, холодная ненависть. И страх.

Это была не фоновая неприязнь двора, к которой я привыкла. Это было конкретное намерение. Намерение уничтожить. Намерение убить.

Я перегнулась через перила, сканируя пространство своим новым зрением. Мир распался на тепловые пятна и ауры.

На балконе двумя уровнями ниже я увидела фигуру.

Это был слуга. Обычный, ничем не примечательный био-дрон, несущий поднос с кувшином. Он направлялся к входу, ведущему в крыло, где располагались мои покои.

Но его аура была неправильной.

Вместо ровного серого свечения покорности, она пульсировала грязно-зелеными сполохами. Кто-то вмешался в его программу. Кто-то вложил в его руки смерть.

Я увидела кувшин на его подносе. Жидкость внутри светилась в моем спектре ядовито-желтым.

Яд.

Кто-то пытался меня отравить. И этот «кто-то» был достаточно умен, чтобы использовать безвольную куклу, но недостаточно умен, чтобы знать: теперь я слышу яд еще до того, как он прольется.

Мои губы растянулись в хищной улыбке, которую я никогда не видела у себя в зеркале раньше.

«Ты совершил ошибку», – прошептала я ветру.

Я оттолкнулась от перил и побежала к лестнице. Охота началась, и на этот раз жертвой была не я.

Глава 41. Покушение

Я оттолкнулась от перил балкона и скользнула в тень галереи. Мои босые ноги не касались пола – я двигалась быстро и бесшумно, ведомая новой, хищной интуицией.

Впереди, в конце коридора, ведущего к моему крылу, показалась фигура.

Это был слуга-дрон. Обычный, серый, четырехрукий. Он двигался с механической плавностью, неся перед собой поднос, накрытый серебряной крышкой. Для любого другого он был бы невидимкой, частью интерьера.

Но для меня он сиял, как маяк в шторм.

Его аура, обычно ровная и серая, пульсировала грязно-зелеными сполохами. Чужая воля, грубая и злая, была вшита в его примитивное сознание, как ржавый гвоздь в живую плоть.

Я вышла из тени, преграждая ему путь.

Дрон не остановился. Его программа диктовала доставить груз любой ценой. Он попытался обойти меня, его сенсорные щели расширились.

Я не стала хватать его за руки. Я не стала звать стражу.

Я выпрямилась, и моя воля, усиленная кровью Лорда, ударила по нему ментальным хлыстом.

«Замри».

Это было не слово. Это был приказ администратора, имеющего корневой доступ к системе.

Дрон дернулся, словно налетел на невидимую стену. Его колени подогнулись, поднос накренился, но он устоял, застыв в неестественной позе.

Я подошла ближе. От кувшина исходил запах, который мое человеческое обоняние не уловило бы, но мое новое чутьё классифицировало мгновенно: смерть.

Я подняла крышку.

Внутри была не вода и не вино. Жидкость светилась в моем спектре ядовито-желтым. Она тихо шипела, соприкасаясь с воздухом.

«Развоплотитель», – прошептала я, и холодное знание всплыло в памяти, словно я учила это в школе.

Это был не просто яд. Это была алхимическая субстанция, предназначенная для утилизации биологических отходов. Она разрушала генетический код, разрывала связи между клетками, превращая живую материю в лужу первичного бульона за считанные минуты.

Ксилия не хотела меня убить. Она хотела меня стереть. Превратить в грязь, которой, по её мнению, я и являлась.

Воздух в коридоре внезапно стал тяжелым, как свинец. Температура рухнула. Тени вокруг меня удлинились и потянулись к центру галереи, сплетаясь в знакомый силуэт.

Морван.

Он не шел. Он возник из мрака, материализовавшись прямо за моей спиной. Я почувствовала его еще до того, как увидела – волна ледяной, контролируемой ярости ударила меня по нервам через нашу связь. Он почувствовал мой всплеск агрессии.

«Что это?» – его голос был тихим, но от него вибрировали стены.

Я указала на дрона.

«Посылка от кузины. Кажется, она считает, что я хочу пить».

Морван шагнул к слуге. Его лицо было маской, высеченной из камня, но в глазах бушевал фиолетовый шторм. Он даже не посмотрел на кувшин. Он посмотрел на дрона.

«Кто?» – спросил он, не размыкая губ.

Дрон затрясся, пытаясь сопротивляться чужеродной программе, но воля Лорда была абсолютной.

Морван не стал тратить время на взлом. Он просто положил свою широкую ладонь на безликую голову существа.

Тьма сорвалась с его пальцев, впиваясь в серую плоть.

Дрон издал звук – высокий, тонкий писк ломающейся электроники и умирающей плоти. Запахло паленой органикой. Морван считывал «лог данных», выжигая нейронные связи в процессе. Он листал память существа, как книгу, вырывая страницы.

Через секунду он убрал руку. Дрон рухнул на пол, мертвый, из ушных щелей потек дымок.

«Я вижу нить», – сказал Морван. Его голос стал совсем глухим, страшным. – «Я знаю, кто держит другой конец».

Он повернулся ко мне и протянул руку.

«Идем».

Мы не пошли в тронный зал. Мы направились в Малую Галерею – место, где высшая аристократия собиралась для обсуждения текущих дел.

Морван шел быстро, его плащ развевался за спиной, как крылья хищной птицы. Я едва поспевала за ним, но моя рука в его ладони была зажата в тиски. Он не прятал меня. Он вел меня, как знамя.

Мы ворвались в зал.

Там было около дюжины К’Тарр. Они замолчали, почувствовав ауру Лорда. Среди них я узнала того самого высокого аристократа с костяным гребнем, который посмел коснуться моих волос в день моего «представления» двору. Лорд Веррис.

Он стоял у окна, держа бокал с нектаром, и что-то говорил, вызывая сдержанные ментальные смешки окружающих.

Увидев нас, он замер. В его мыслях, открытых для меня теперь, мелькнуло разочарование. Он ждал новости о моей смерти.

Морван не стал устраивать суд. Он не стал предъявлять обвинения.

Он отпустил мою руку и сделал жест пальцами, словно сжимая невидимое горло.

Веррис выронил бокал. Хрусталь разбился, но звук потонул в булькающем хрипе. Аристократа оторвало от пола и швырнуло в центр зала. Невидимая сила распяла его в воздухе.

«Ты думал, твои щиты скроют твой след, Веррис?» – голос Морвана заполнил каждый уголок зала, проникая в мозг каждого присутствующего. – «Ты думал, что можешь использовать моих слуг, чтобы лить яд в моем доме?»

Веррис пытался что-то ответить, послать ментальный блок, мольбу, оправдание, но Морван сжал кулак.

Тени в зале ожили. Они отделились от стен и пола, превратившись в сотни черных игл.

Они пронзили предателя.

Это была не казнь через боль. Это была аннигиляция.

Я смотрела, не в силах отвести взгляд, и чувствовала…

Я чувствовала то, что чувствовал Морван.

Не отвращение. Не тяжесть долга.

Удовольствие.

Ему нравилось это. Ему нравилось чувствовать, как ломается чужая воля, как страх жертвы питает его силу. Это был экстаз хищника, который наконец-то сомкнул челюсти на горле врага.

Тени начали высасывать из Верриса жизнь. Его кожа посерела, потом высохла, натягиваясь на костях. Светящиеся узоры на его теле погасли. Магия вытекала из него ручьями, поглощаемая Лордом.

Секунда – и тело рассыпалось в прах. Пустая оболочка, мумия, не оставившая после себя ничего, кроме кучки серого пепла на полированном полу.

В зале воцарилась мертвая тишина. Придворные стояли, не смея дышать. Они были в ужасе.

Морван обвел их взглядом. Его глаза горели так ярко, что на них было больно смотреть.

«Слушайте меня», – его ментальный голос был подобен удару гонга. – «Любой, кто коснется Моста… любой, кто косо посмотрит в ее сторону… станет пылью. Я вырежу ваши Дома под корень. Я сотру ваши имена из кристаллов памяти. Это первое и последнее предупреждение».

Он знал, что Ксилии здесь нет. Но он знал, что она слышит.

Он повернулся ко мне.

Боевая трансформация еще не схлынула с него полностью. Его черты были заострены, зубы напоминали клыки, а вокруг тела вилась темная дымка. Но он протянул ко мне руки – те самые руки, которые только что превратили живое существо в пепел.

Он искал в моих глазах поддержки. Одобрения. Понимания.

В моей голове все еще звучало эхо его наслаждения убийством. Темное, сладкое, липкое.

Я не смогла сдержаться.

Я отшатнулась.

Сделала шаг назад, инстинктивно прижимая руки к груди, закрываясь от него.

В моих глазах был страх.

«Ты…» – прошептала я. – «Ты даже не дал ему слова. Ты стер его».

Морван замер. Его руки, тянувшиеся ко мне, опустились.

Я увидела, как в его глазах что-то погасло. Мой страх ударил его сильнее, чем любой клинок. Это было предательство. Он защитил меня – так, как умел, так, как требовала Бездна, – а я посмотрела на него как на чудовище.

Дымка вокруг него втянулась обратно в тело. Лицо разгладилось, превратившись в холодную, непроницаемую маску.

«Идем», – сказал он. – «Представление окончено».

В спальне было тихо. Слишком тихо.

Морван стоял у окна, глядя на город. Я сидела на краю постели, чувствуя, как холод пробирается под кожу, несмотря на тепло комнаты.

«Это была необходимость», – сказал он, не оборачиваясь. – «Слабость здесь – это смерть, Лира. Если они не будут бояться меня, они разорвут тебя на куски. Веррис был пешкой, но его смерть – послание Королеве».

«Ты наслаждался этим», – тихо сказала я. Слова давались с трудом, но я не могла лгать. Не ему. – «Я чувствовала это через связь, Морван. Тебе не было жаль. Тебе нравилось убивать его».

Он медленно повернулся.

«Да», – ответил он просто. Он не стал оправдываться. – «Я – К'Тарр. Мы хищники. Мы питаемся энергией, и смерть врага – это самая чистая форма энергии».

Он подошел к кровати, но не сел рядом. Он навис надо мной, огромный и темный.

«Не пытайся сделать из меня человека, Лира. Ты никогда не преуспеешь. Ты полюбила монстра. Ты отдалась монстру. Так живи с этим».

В его словах была горечь и вызов.

Он ждал, что я скажу что-то. Что я приму это. Но я молчала, парализованная осознанием: часть этой тьмы теперь живет во мне. Я боялась не его. Я боялась того, что его удовольствие от убийства на долю секунды показалось мне… сладким.

Морван криво усмехнулся.

«Спи», – бросил он.

Он развернулся и вышел на террасу, растворяясь в ночи.

Я осталась одна в огромной постели. Амулет на моей груди был холодным.

Ксилия проиграла бой, ее пешка была уничтожена. Но она добилась своего. Она вбила клин между нами. И этот клин был сделан из моей собственной человеческой морали, которая здесь, внизу, не стоила и ломаного гроша.