Текст книги "Его прозвали Сильнейшим (СИ)"

Автор книги: Илья Головань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– И кто это был?

– Это я и пыталась выяснить, – хмыкнула Серая Кошка. – Школа Небесного Порядка и Школа Небесного Пути исчезли. Такое часто бывает, но не осталось ни последователей, ни наследия. Ничего! Я думала, замешан кто-то из «больших» – и ничего не нашла. Есть кто-то на стороне, тот, кто дергает за ниточки, чтобы сеять хаос в Централе.

Почему-то Фердинанд сразу поверил девушке. Серая Кошка была слишком темной личностью для своей огромной силы. Ее видели то тут, то там, но девушка никогда не ввязывалась в конфликты. Расследование идеально ложилось на ее поведение.

– А я причем? – спросил Фердинанд.

– Руины Аттик – и побег оттуда с истинным сокровищем. Потом бой с Торсоном Бажданом прямо в его дворце. Чтобы какой-то ученик из Рантара победил третьего из Священных Зверей? Бред! А потом ты исчез и пришел сюда, в восточный Централ.

Логика в этом была. Фердинанд появился будто из ниоткуда, но при этом не присоединился ни к школе, ни к секте. Какой-то невероятно сильный одиночка, способный оставлять в дураках большие школы и побеждать лучших из лучших – и при этом еще десять лет назад был всего лишь учеником Рантара, пусть и лучшим.

– Теперь о себе.

Серая Кошка тяжело вздохнула. Ее никогда не припирали к стенке так бескомпромиссно.

– Я – внучка императора Люда.

На улице закашлялся Синий Флаг, услышавший слова девушки.

– Того самого? Белого Императора?

Императора Люда знал любой алхимик Централа. Он придумал много хороших зелий, которые применялись и сейчас. А вот о его родне, уж тем более внучке, Фердинанд не слышал.

– Дед старался изобрести способ для полного омоложения. Получилась странная боевая техника. Платишь годами – получаешь силу на минуту.

– Вечная молодость и при этом мощная техника – звучит отлично, – пожал плечами Фердинанд.

– Если бы ты знал, как давно я не выглядела хотя бы на двадцать, – вздохнула Серая Кошка. – Хочешь заполучить ее? Не выйдет. Для этого нужно выпить варево деда, а оно у него было в единственном экземпляре. Правда, я и сама не знаю, почему он не выпил зелье сам.

«Всё ты знаешь», – подумал Фердинанд.

– Я свободна? – спросила Серая Кошка.

– М? Нет, конечно, я не стану тебя убивать.

– А свобода⁈

– Мои люди сильно пострадали. А я и так был ранен до встречи с тобой. Смотри, даже с Венерой не все раны затянулись.

– Говори уже, что тебе надо!

– Ты быстрая. И со скрытностью у тебя все отлично, раз проникла сюда и украла свитки. Помоги мне с тренировкой. Я должен сразиться с врагом, который незаметно оказался рядом со мной. И он быстрый – почти как ты.

– Неделя тренировок.

– Идет! Синий Флаг, снимай с нее заклинания.

– Что за имя дурацкое, – пробормотала Серая Кошка.

Тренировку придумала она. Фердинанд просто стоял посреди ровной каменистой площадки и ждал Серую Кошку. Девушка появлялась незаметно, чтобы прикоснуться и сбежать, а бывший рантарец пытался ее поймать.

Серой Кошке не нужно было полагаться на одну только скорость, как в бою. Она делала ставку на скрытность. Фердинанд замечал девушку обычно тогда, когда ее ладонь была в считаных сантиметрах от него, и за первые сутки бывший рантарец не поймал Серую Кошку ни разу.

Получаться стало на третий день. А к концу недели Фердинанд хватал девушку за руку в половине случаев.

– Неплохо. На этом закончим, – сказала Серая Кошка напоследок.

– Спасибо. Будешь и дальше искать кукловода?

– Вроде того. Только годик отдохну, а то внешность в глаза бросается, – сказала девушка и рассмеялась.

– Есть у меня один вопрос.

– Эй, уже все долги выплачены!

– Чистый интерес. Как твоя техника называется?

Девушка улыбнулась.

– Белая Кошка.

– Хорошее название. Подходит, – улыбнулся Фердинанд в ответ. – Надеюсь, увидимся.

– Было бы неплохо начать следующую встречу не с драки.

– Уж постарайся.

Фердинанд глядел в спину уходящей в горы девушки. Он еще не знал, что это была последняя их встреча: Серая Кошка бесследно пропала, и казалось, весь Централ не заметил ее пропажи.

Глава 29
Похвала

Ночь спустилась на восточный Централ, темным одеялом накрывая равнину. На каменном зубце Гребенки Таши стоял Фердинанд. Казалось, что он смотрит вперед, но на самом деле Фердинанд просто ждал, рассредоточив свое внимание в радиусе пятидесяти метров.

На соседнем зубце появился мужчина с топором на плече. Это был Зеленый Буйвол, и в этот раз Фердинанд заметил его.

– Вот мы и увиделись снова, – улыбнулся бывший рантарец.

Вместо ответа Ходэн Ранзаг долго смотрел на Фердинанда. Только секунд через десять Зеленый Буйвол сказал:

– Живой. Понятно, чего топор не стал острее.

Видимо, все это время Ходэн Ранзаг не понимал, почему Ненасытный остался таким же. Это не удивляло: удар Зеленого Буйвола был смертельным, и только чудом – и большими стараниями – Фердинанд остался в живых.

«Уверен?», – спросил Синий Флаг, когда его товарищ снова отправился на бой с Зеленым Буйволом.

«Да, теперь все иначе», – сразу ответил Фердинанд.

Он смотрел на битвы прежним взглядом, как тогда, в Шкатулке Номер Семнадцать. Нельзя недооценивать, нельзя давать слабину или выжидать. Всегда будь на пике – и ожидай от врага того же.

Помогли и тренировки с Серой Кошкой. В этот раз Фердинанд заметил Зеленого Буйвола, пусть враг и остался быстрым.

Но было и еще кое-что. Едва не умерев, Фердинанд по-другому посмотрел на жизнь. Ни разу он не был к смерти так близко. Что-то произошло, и умиротворение вышло на новую ступень.

Зеленый Буйвол взмахнул Ненасытным, ломая каменный зубец. Спустя мгновение враг был прямо перед Фердинандом, все повторялось – Ходэн Ранзаг решил не менять тактику. Бывший рантарец увернулся от топора, а справа появился ров в сотни метров длиной.

«И это без техник», – подумал Фердинанд, уворачиваясь от второго удара.

Ненасытный окутывала Воля Топора. Каждым ударом Ходэн Ранзаг оставлял рвы, и Фердинанд только и успевал уклоняться.

«Не могу подобраться», – думал он.

Зеленый Буйвол был быстрым. Его топор давал преимущество в дистанции, а Фердинанд не мог пропустить даже один удар. Оставалось только плясать перед Ходэном Ранзагом.

«Сейчас», – подумал Фердинанд и отпрыгнул назад, приземлившись на одном из чудом сохранившихся каменных зубцов.

– Эй, Ходэн Ранзаг, разве интересно сразу начинать с Воли Топора? Мог бы не налегать так сильно на младшего!

– Я всегда с ней, щенок.

– Что, прямо каждый бой?

– Ты идиот? Моя Воля Топора открыта двадцать лет.

Фердинанд невольно сглотнул. Волю, которую идущие открывают на минуты, он мог поддерживать часами. Но двадцать лет… Фердинанд никогда о таком не слышал, даже о месяце или неделе. Воля Топора Ходэна Ранзага была ужасающей – и это вместе с одним из самых опасных артефактов, Ненасытным.

«Планы не меняются», – подумал Фердинанд, шагнув вперед. Ходэн Ранзаг сделал то же, рантарец отклонился, и Ненасытный просвистел над ним, взрывая каменный зубец позади.

Земля тряслась от ударов топором. Ходэн Ранзаг не пользовался техниками, хватало грубой силы и Воли Топора. Спустя сто ударов Зеленый Буйвол даже не вспотел, а Фердинанд ни разу не смог подобраться ближе.

Гребенка Таши превратилась в поле битого камня. Испаханная рвами земля выглядела слишком неправильно, будто в ней до этого ползали гигантские черви. Шагнув вперед, Фердинанд появился прямо перед Ходэном Ранзагом. Зеленый Буйвол ударил топором, только рантарец шагнул в сторону – и сразу вернулся обратно. Кулак попал точно в грудь, и Ходэн Ранзаг даже не пошатнулся. Быстро отскочив назад, Фердинанд едва ушел от удара.

«Я привык к твоему ритму. Пора его сломать», – подумал бывший рантарец и с силой сжал челюсть, раскусывая две медных ампулы на зубах мудрости.

Боевой стимулятор Желтого Флага сразу начал действовать. Но этого было мало: Фердинанд направил ярь в спину, и шрамы на ней зажглись, высвобождая магию Синего Флага. Гладиатор вырезал руну Эйфьо прямо на спине товарища, усилив ее дополнительными заклинаниями.

Ненасытный пронесся над головой Фердинанда. Рывком вперед бывший рантарец упал и проскользил у земли, заодно ударив кулаком. Фердинанд оказался за спиной у Зеленого Буйвола, враг взмахнул топором и не попал. Еще один удар кулаком от Фердинанда не заставил себя ждать.

С Волей Тела рантарец вышел на пиковую скорость. Боевой стимулятор ускорил Фердинанда на минуту, магия Синего Флага – всего на секунду, поэтому пришлось сначала узнавать стиль боя Ходэна Ранзага.

Ненасытный описал дугу. Ударом по руке Фердинанд остановил атаку: это был уже третий удар Красного Флага, и в этот раз Ходэна Ранзага пошатнуло, когда его руку забросило назад.

Четвертый удар попал в большой живот врага, а от пятого Зеленый Буйвол закрылся топором. Кулак врезался в Ненасытный, но Ходэн Ранзаг сделал то же – ударил кулаком по своему топору с другой стороны.

Из Ненасытного вырвалась зеленая волна энергии. «Так сильно?», – подумал Фердинанд, когда техника отбросила его на пятьдесят метров. При этом сам он почти не пострадал: это была техника как раз для таких случаев – не для убийства, а для того, чтобы отбросить надоедливого врага.

«Красный Флаг прервался. И руна перестала действовать», – подумал Фердинанд, заводя ладонь за спину.

От Синего Флага рантарец научился применять заклинания жестами рук. Процесс был дольше, чем голосом, зато можно было делать скрытно.

– Стиль Ходэн: Зеленая Волна, – сказал Ходэн Ранзаг из облака пыли, поднятого его техникой.

«Значит, он применяет техники, когда припрет. Но зачем он их озвучивает? Гордость?», – подумал Фердинанд, продолжая колдовать.

– Стиль Ходэн: Зеленый Палач.

Древко топора удлинилось зеленой энергией, а лезвие стало втрое больше. Из спины Ходэна Ранзага полезли десять зеленых рук, они вцепились в древко и подняли секиру над головой. Зеленый Буйвол развел настоящие руки в стороны и сказал:

– Посмотрим, из какого ты теста.

Ненасытный оставался таким же острым даже в фальшивых руках. Только теперь Ходэн Ранзаг доставал дальше.

– Эйфьо! – крикнул в последний момент Фердинанд, закончив колдовать.

Руна Воздуха ускорила его, и рантарец с трудом успел уклониться. С десятью руками скорость атак врага стала запредельной. Вмиг Ненасытный обрушился двадцать раз, он то бил сверху вниз, то рассекал из стороны в сторону, градом атак уничтожая и без того искореженную местность. Фердинанд уворачивался из последних сил, и то место, где он бегал от атак, быстро превратилось в огромный кратер.

«Сейчас!», – подумал рантарец и ударил кулаком. Воля Тела уничтожила одну из зеленых рук. Какой бы прочной ярь ни была, она не могла тягаться с прочностью тела самого Ходэна Ранзага.

Фердинанд увернулся. Ударом кулака он снес еще две руки, Красный Флаг становился сильнее. Четыре руки отделились от топора, чтобы схватить Фердинанда, но рантарец ударил дважды, уничтожив руки.

Оставалось всего три – и топор был слишком близко. «Если увернусь, Красный Флаг прервется», – подумал Фердинанд. Другого шанса могло и не быть, на сомнения не было времени.

Поэтому Фердинанд ударил навстречу Ненасытному.

Воля Тела сдула две руки, и топор не попал, но даже так он оставил на рантарце рубящую рану через всю грудь. Ходэн Ранзаг понял, что дело плохо. Осталась всего одна рука, и он потянул топор на себя.

Фердинанд ударил. Шестая атака Красного Флага даже на расстоянии была сильной, она уничтожила последнюю руку из яри, и топор упал.

Шагнув вперед, Ходэн Ранзаг схватил свое оружие. Фердинанд уже стоял перед ним. Руна Эйфьо перестала действовать, скорость упала, но она и не была нужна. Седьмой удар Красного Флага смел Ходэна Ранзага, отправив его в полет.

Фердинанд прыгнул следом. Ходэн Ранзаг приземлился, по колено увязнув в земле. Его топор покрылся зеленой энергией, и до рантарца донеслись слова:

– Стиль Ходэн: Зеленая Жатва.

«Опасно. Отступить не смогу», – пронеслись мысли в голове Фердинанда. Ходэн Ранзаг применил свою самую сильную технику: в ответ рантарец ударил Красным Флагом.

Волна зеленой энергии закрыла Фердинанду обзор. Лучшая техника Ходэна, вершина не только боя топором, но и самой сути разрубания неслась на рантарца неминуемой гибелью. Фердинанду казалось, что он прыгает в жерло вулкана – и не думал останавливаться. Вся мощь восьмого удара Красного Флага столкнулась с Зеленой Жатвой, и техника Ходэна Ранзага понеслась вперед.

На расстоянии пятидесяти километров Зеленая Жатва срезала все деревья, скалы и холмы. В свою технику Ходэн Ранзаг вложил чудовищное количество яри: даже восьмой удар Красного Флага не мог ее подавить.

– Это была левая! – прокричал Фердинанд с искривленной от боли усмешкой. Зеленая Жатва отрезала ему левую руку.

– А теперь правая!

Красный Флаг не прервался. Шагнув к Ходэну Ранзагу, Фердинанд ударил кулаком. С каждым сантиметром движения руки ярь вокруг дрожала. В кулаке рантарца была сосредоточена такая мощь, что обычный человек, просто увидев атаку своими глазами, упал бы замертво.

Ходэн Ранзаг вскинул Ненасытный. Воля Топора не ослабла ни на йоту, а наоборот стала сильнее. Но больше Фердинанд не боялся ни силы Зеленого Буйвола, ни его топора. Девятый удар Красного Флага столкнулся с Ненасытным, и артефакт лопнул на части.

В голове Ходэна Ранзага появилась рубящая рана, будто кто-то вогнал ему топор в череп. Зеленый Буйвол упал замертво. Идущий может жить какое-то время без сердца, но не без мозга.

По восточному Централу прокатилась ударная волна. В Тульпийских горах начались оползни, а дома людей в сотнях километрах от места боя начали рушиться. Девятый удар Красного Флага обладал чудовищной мощью – и Ходэн Ранзаг ее заблокировал.

– Я не убил тебя, – сказал Фердинанд. – Только сломал твой топор. Интересная судьба для идущего – умереть от своей Воли.

Ненасытный – лучший топор-артефакт в Централе, а может, и во всем мире. Но даже он не мог «переварить» всю Волю Топора Ходэна Ранзага. В последний момент, когда хозяин превысил все лимиты, а Фердинанд ударил Красным Флагом, Ненасытный не выдержал и сломался. Мощь Воли Топора вырвалась из артефакта и, под напором Красного Флага, обратилась против хозяина. Ходэн Ранзаг убил себя собственной Волей Топора – причем за один удар.

– Где там моя рука?

Конечность валялась в полукилометре от Ходэна Ранзага. Устало подойдя к ней, Фердинанд поднял руку и взял ее подмышку. К счастью, конечность не сильно пострадала – Желтый Флаг легко мог пришить ее на место.

– Яри почти не осталось.

Собрав последние крохи внутренней энергии, Фердинанд зачитал заклинание и сказал: «Хон». В небо устремился огненный шар.

Пыль медленно оседала на землю. Усевшись, Фердинанд смотрел то на нее, то на тело Ходэна Ранзага. «Может, забрать себе обломки Ненасытного? Штука полезная», – думал рантарец. Из-за усталости он не сразу заметил, что пыль резко замерла в воздухе. А спустя миг, когда Фердинанд увидел это, он почувствовал, как сердце пропускает удар.

– ХОРОШИЙ БОЙ!

Слова гулом пронеслись по душе Фердинанда. Из тела Ходэна Ранзага вырвалась алая энергия, сжигая тело второго из Священных Зверей дотла. Ярь поднималась вверх, огромная фигура становилась четче, пока не превратилась в человекоподобное существо с четырьмя руками. Существо широко улыбалось. Одна из его рук опустила ладонь, и в нее приземлились все осколки Ненасытного. Тогда существо сжало ладонь и медленно растворилось в воздухе. Все это заняло не больше секунды – не осталось ни существа, ни тела Ходэна Ранзага, ни осколков Ненасытного.

– Похвала от самого Бога Войны… – ошарашенно произнес Фердинанд.

Много веков назад Бог Войны подарил человеку топор, который потом нарекли Ненасытным. И вот, когда артефакт сломался, бог вернулся за ним. Все тело Ходэна Ранзага дало лишь секунду времени в этом мире.

Через пять минут подоспели Синий Флаг и Желтый Флаг.

– Я здесь! – помахал отрубленной рукой Фердинанд.

– Дай сюда, – сказал Желтый Флаг, когда подошел. Маньяк быстро начал пришивать руку на место, связывая нервы, мышцы и кости.

– Чем все закончилось? – спросил Синий Флаг.

– Убил его.

– А где тело?

– О, вы не поверите…

Фердинанд рассказал и о бое, и о том, как Ходэн Ранзаг умер от своей Воли Топора. Рассказал и о Боге Войны, который забрал артефакт… куда-то обратно, туда, где бог и жил.

– Похвалил Бог Войны. Умеешь удивлять, – кивнул Синий Флаг.

– Да сам удивился. Это ж надо – такое увидеть, – улыбнулся Фердинанд.

– Все, – сказал Желтый Флаг, который не переставал лечить.

Фердинанд согнул и разогнул пальцы. Рука снова работала, пусть и не идеально.

– Спасибо.

– В логово пойдем? – спросил Желтый Флаг.

– Точно. Логово, – сказал Фердинанд, переглянувшись с Синим Флагом. В голове бывшего рантарца были мысли только о битве с Ходэном Ранзагом, а о его логове Фердинанд даже не задумывался. Но Зеленого Буйвола так и нашли – где-то неподалеку было место, куда он раз за разом возвращался после прогулок по восточному Централу.

– Тогда идем туда! – сказал Фердинанд и поднялся на ноги. Вокруг, насколько он видел, простирались одни лишь разрушения.

– Если логово еще цело, – добавил Синий Флаг.

Где оно точно, никто не знал. Разделившись, каждый пошел в свою сторону, и уже через полчаса Синий Флаг нашел место.

– Здесь?

– Да, сюда, – кивнул гладиатор.

В земле зиял наклонный подземный проход. Раньше здесь было что-то сверху – скала или здание – но из-за боя ничего не сохранилось. А вот сам проход не пострадал, его даже не засыпало: камни просто сдуло вперед.

– Да это же пещера! – удивился Фердинанд.

Проход оказался коротким, никаких переходов или поворотов. Зачем Ходэну Ранзагу логово? Он ел, пил и трахался, гуляя по всему восточному Централу. Но, видимо, даже у второго Священного Зверя бывали моменты, когда хотелось побыть в одиночестве, вдали от людей – даже слабых и немощных.

– Ого, – присвистнул Фердинанд.

В пещере повсюду висели и лежали шкуры диких зверей. В центре шкуры были навалены горой – на ней Ходэн Ранзаг спал. Вдоль стен стояли ящики, забитые золотом и аркюсом, оружие – редкое и качественное – просто валялось без какого-то порядка.

А у изголовья кровати с обеих сторон стояли два молодых парня.

– Вы кто такие? – спросил Фердинанд. Синий Флаг на всякий случай начал складывать магические символы, а Желтый Флаг плавным, почти незаметным движением потянулся к кинжалу.

– У нас нет имен, – сказали хором парни. – Мы слуги своего господина.

Только сейчас Фердинанд поняли, что парни – близнецы. «Слуги, да?», – подумал он, шагнув вперед. Парни были минимум Столпами.

– А ваш господин, как я понял, Ходэн Ранзаг? – спросил Фердинанд, прохаживаясь вдоль стены и разглядывая богатства.

– Да, – кивнули парни.

– И почему вы ему служите?

– Мы дети культа Ирнсус. Кто владеет Темной Звездой, тот владеет нами, – сказал левый близнец.

– Вот оно что, – кивнул Фердинанд, будто понимал, о чем речь. – О. А это, случаем, не Темная Звезда?

На стене висел амулет на шею в виде двух наложенных друг на друга черных ромбов. Фердинанд снял его со стены, и близнецы встали на колени.

– Теперь вы наш господин, – сказал правый.

– Да? А я так не думаю, – усмехнулся Фердинанд и раздавил Темную Звезду в руке. – Поздравляю, теперь вы свободны. Делайте, что хотите, и забудьте про свой культ… Его уже давно нет.

На лицах близнецов застыли маски страха. То, ради чего они жили, то, что было единственным правильным, рухнуло в мгновение ока.

– Мы пойдем за вами, – спохватился один из близнецов.

– Вы свободны, не слышали, что ли?

Близнецы переглянулись и синхронно кивнули.

– Это наше решение.

– Мне не нужны слуги, – пожал плечами Фердинанд.

– Тогда мы будем защищать вашу жизнь.

Глава 30
Чемпионат Осецина

Шум многотысячной толпы накрыл рокот сотен медных труб. День, которого все так долго ждали, наконец начался.

– Осе-цин! Осе-цин! Осе-цин! – скандировала толпа, и голоса, усиленные ярью, разносились по округе.

Какое может быть влияние у крепости-тюрьмы? Ответ прост – безграничное.

Ради Чемпионата Осецина остановилась бесконечная центральская война. Сюда, к крепости-тюрьме прибыли даже главы крупных школ – и никто из них не посмел бы сражаться друг с другом. В это время их школы были в безопасности, и даже на пути домой не началась бы бойня.

И все из-за одного человека – Тюремщика.

Хозяин Осецина был старым еще в те времена, когда Сизый Камень был ребенком. Но и отец Сизого Камня, и его дед помнили Тюремщика, как старика. Казалось, что он древний, как сам мир, и вот уже тысячелетиями хватает преступников и заточает в своей тюрьме.

Организацию взяли на себя крупные школы. Возле Осецина воздвигли арену и трибуны, торговые палатки и целые городки для идущих. Лучшие маги накладывали защитные заклинания, чтобы бойцы на арене могли сражаться в полную силу. Нельзя было ударить в грязь лицом перед самим Тюремщиком.

Насколько сильным был хозяин Осецина? Этого Сизый Камень тоже не знал. Уровень старика превосходил всех – и Священных Зверей, и глав школ. Однажды Сизый Камень спросил у Красного Журавля, смог бы тот победить Тюремщика. Первый из Четырех Священных Зверей тогда ответил просто:

– Шансы есть.

Тюремщик был краеугольным камнем Централа. Но он не лез ни в политику, ни в войны. Государства и школы появлялись и исчезали, а Тюремщик просто делал свою работу: хватал преступника и утаскивал с собой вглубь Осецина.

– Много собралось, – сказал Сизый Камень со своей, отдельной трибуны.

– Да, глава, – кивнул помощник. – Не только крупные школы, сегодня собрались сильные бойцы со всего Централа.

Смерть Ходэна Ранзага стала полной неожиданностью. Людей захлестнул страх, а вместе с ним – азарт. Кто следующий взберется на вершину? Что, если это буду я?

Из Священных Зверей остался всего один, и тот стал им не так давно – по меркам идущих, конечно. Но никто и не собирался конкурировать с Золотым Львом. Зачем? Можно нацелиться на второе, третье, четвертое место.

Желающих набралось две сотни. Пускать их всех на арену было бессмысленно, и отборочные бои устроили в двадцати километрах от Осецина. Чем сильнее идущий, тем быстрее его бой: уже к обеду определили шестьдесят четыре претендента, а гости собрались на трибунах.

– Смотрите, это Фендор из Бродяг Клинка!

Бродяги Клинка были известными мастерами-путешественниками. Они часто становились на защиту простых людей, за что и заработали свою славу.

– Это Тихий Меч из страны Мёда!

Все участники чемпионата были или выходцами из школ, или бродячими мастерами-одиночками. Ни один не представлял страну, кроме Тихого Меча. Благодаря ему страна Мёда была сильнейшей в Районе Зем, если не считать Рантара.

– Бофон, – сказал кто-то удивленно, и зрители посмотрели туда.

– Бофон Рантарский, – кивнул другой зритель.

Чемпионат Осецина был не про сравнение учеников. Школы выставляли лучших бойцов, и Рантар послал Бофона, сильнейшего после старейшин.

Из Сизого Камня прошли семь мечников. Полное Разрушение выставило четверых. Бойцы все прибывали и прибывали, пока шестьдесят четыре человека не собрались на арене.

Зрителям оставалось только дождаться грохота инструментов и громких слов распорядителя чемпионата. Томительные секунды ожидания перед тем, как начнется великое состязание Централа, казалось, тянулись вечно. Сизый Камень уже поднял руку, чтобы махнуть, когда на арену шагнул шестьдесят пятый.

– Кто это?

– Почему туда вышел лишний боец?

Никто не понимал, что происходит. Лишний боец расставил руки в стороны и улыбнулся, видя, как взгляды со всех трибун сосредоточились на нем.

– Я бы тоже хотел сразиться на Чемпионате Осецина!

На трибунах завозмущались. Кто он? Почему приперся так поздно? Как вообще можно вот так в открытую плевать на регламент крупных школ?

– Ты кто такой⁈ – рявкнул Готт, глава Школы Полного Разрушения.

– Разве мое имя важно? Здесь оценивают силу, а ее у меня хватает!

Сизый Камень снова поднял руку, в этот раз чтобы шум стих.

– Я помню тебя. Фердинанд, бывший ученик Рантара. Перед чемпионатом прошел отбор, ты не успел на него.

– Пусть школы Централа организовали чемпионат и устроили отбор, это Чемпионат Осецина и здесь собираются лучшие из лучших. Разве воля хозяина Осецина значит меньше, чем порядок, установленный вами? Я не успел – и что с того? Могу доказать свою силу здесь и сейчас, заняв чье-нибудь место. Смотрю, мечников из Школы Сизого Камня много, если поменяюсь с одним, проблем не будет?

И когда напряжение стало едва ли не осязаемым, Фердинанд пробудил Волю Тела.

Часть бойцов сделала шаг назад. Люди на трибунах, защищенные барьерами, неосознанно покрыли себя ярью. То, что они испытали, поражало воображение. Воля была столь сильной, что ее почти что можно было разглядеть. От Воли Тела Фердинанда перехватывало дыхание, причем буквально. Чистая, концентрированная мощь в одном человеке.

Даже Сизый Камень удивился. Никогда в жизни он не ощущал такой сильной Воли Тела.

«Он прав. Тюремщик хочет увидеть битвы сильнейших», – подумал Сизый Камень. Нельзя было злить того, кто и стал причиной чемпионата.

Глянув на одного из мечников, Сизый Камень послал небольшое послание ярью. Мечник поклонился и ушел.

– Ты займешь его место, Фердинанд.

– Премного благодарен, – поклонился бывший рантарец.

«Самого слабого выбрал», – подумал он, вставая в шеренгу бойцов. Сизый Камень пожертвовал последним по силе мечником.

После взмаха рукой грянули трубы, и Чемпионат Осецина начался. Но он больше не был прежним. Для зрителей было очевидно, что Золотой Лев победит, что у него просто не может быть конкурентов.

И в один момент все изменилось.

Четыре крепких воина вынесли в центр арены механизм. Никто не собирался доверять жеребьевкам, поэтому порядок поединков решало магомеханическое устройство. И как только оно закончило считать, над ареной появилась сетка, написанная ярью.

– Пары определены! Да начнутся бои!

Шестьдесят четыре участника, шесть боев до победы. Первым противником Фердинанда стал Дейс – известный мечник из Школы Сизого Камня. На другие бои бывший рантарец поглядывал лениво, потому что смотреть пока было не на что.

«А Дейс же один из лучших. Из мечников на чемпионате – самый сильный, при этом попался в первом же бою. Либо совпадение, либо можно начинать сомневаться в честности машины. Хотя какая, впрочем, разница?», – думал Фердинанд, спокойно разминая руки.

– Я силен, – сказал он мечнику.

– Я тоже, – ответил Дейс.

Фердинанд не сомневался. Из шестидесяти четырех бойцов Дейс смог бы победить минимум половину. Еще когда Фердинанд жил в Рантаре, слава Дейса гремела. Он не лез в политику и шел по пути фехтования, без устали совершенствуя свое искусство.

Поэтому Фердинанд даже не удивился, когда почувствовал острую Волю Меча от клинка Дейса. В следующее мгновение кулак разорвал эту Волю и отбросил мечника в защитный барьер арены.

– Сдаюсь, – сказал потрепанный Дейс.

Его Волю Меча уничтожили Волей Тела, и одного удара хватило, чтобы подавить мечника. Дейс хорошо осознал разницу в силе. Да, он мог рискнуть жизнью, но, как мечник Сизого Камня, понимал, что не имеет на это право.

– Он так легко победил Дейса?

– Да кто он такой?

Фердинанд спокойно вернулся к краю арены. На руке, между костяшек среднего и безымянного пальцев и до запястья осталась рана: Дейс успел контратаковать.

Со вторым противником получилось даже проще, он не успел ничего сделать. Фердинанд был Просветленным, и на его уровне находился только Золотой Лев, ради которого бывший рантарец и пришел. Но это не значило, что на Чемпионат Осецина явились одни слабаки.

«Я точно встречусь с ним», – подумал Фердинанд, глядя на сетку.

Третий противник оказался Фандором, Бродягой Клинка с двумя саблями.

– Сдаюсь, – улыбнулся он.

– Вот так просто?

– Я видел ваши прошлые бои. Лучше достойно уйти, чем позорно проиграть, – пожал плечами Фандор.

В четвертьфинале Фердинанда встретил лучший боец Школы Лап Тигра – Дэйма Низкий Тигр.

Именно с Лапами Тигра у Фердинанда было больше всего проблем на чемпионатах. Бойцы этой школы дерутся ладонями с подогнутыми пальцами, а весь их боевой стиль направлен на подавление. Засыпать врага быстрыми, «липкими» атаками, чтобы тот не мог даже подумать об ударах – вот как сражались бойцы Лап Тигра, и для Фердинанда с его Императорским Ударом это было сущим наказанием.

– Начнем? – улыбнулся бывший рантарец.

– Начнем, – ответила Дэйма.

Ее шаг был одним целым с атакой. «Поступь Тигра», – узнал технику Фердинанд. Дэйма делала самое логичное для бойца своей школы – сблизиться, атаковать, связать градом ударов, не давая жахнуть чем-то серьезным. Это хорошо сработало бы против Фердинанда в далеком прошлом, но сейчас бывший рантарец сражался так же, как Дэйма… Только был и быстрее, и сильнее.

Но Дэйма не атаковала. Ее ладонь с согнутыми пальцами остановилась на уровне груди, рука коснулась кулака Фердинанда, и Дэйма отвела атаку в сторону.

«Блокировала!».

Восемь Триграмм – защитный стиль Лап Тигра. Вместо атаки Дэйма отвела удар Фердинанда в сторону, а сближением спровоцировала его.

«Ты уже оценила мою скорость. Умно», – подумал Фердинанд. Его кулак прошел в сторону, и Дэйма сразу атаковала. Отводом удара она создала эту возможность, девушке достаточно было ударить всего раз, чтобы начать серию атак, но Воля Тела остановила импульс в руке Фердинанда. Его ладонь вцепилась в форму Дэймы, и Фердинанд швырнул девушку через всю арену.

Дэйма только и успела, как встать в защитную стойку. Один кулак девушка отклонила, от другого шагнула в сторону. Но у нее не было и шанса атаковать, тяжелые удары сыпались на нее, и Дэйма отходила назад. Теперь Фердинанд был в роли бойца из Лап Тигра. Он не использовал Красный Флаг, просто бил кулаками, и Дэйма, как член клана Комэтт, контролировала каждую атаку. На огромной скорости девушка уворачивалась и отклоняла удары, но тело страдало. Дэйма ждала возможность – и не дождалась. Когда ладонь с Волей Копья уперлась девушке в шею, Дэйма сказала:

– Сдаюсь.

Этого уже было достаточно, чтобы покрыть себя славой на десятки лет. Трибуны скандировали: «Фердинанд!», а бывший рантарец раскланивался во все стороны.

«Пока ни одного боя», – тем не менее думал Фердинанд.

Бой с Торсоном Бажданом, бой с Серой Кошкой, бой с Ходэном Ранзагом – во всех этих битвах обе стороны ставили на кон свою жизнь. Нельзя было сдерживаться, нельзя было прятать тузы в рукаве. Если не победишь – умрешь.

Но на Чемпионате Осецина Фердинанд еще не сражался всерьез. И дело было не в нем, а в противниках. Даже Дэйма не стала рисковать жизнью, хотя Фердинанд был уверен: девушка припрятала пару козырей.

Следующий поединок мог стать другим, ведь против Фердинанда вышел Бофон.

На трибунах Фердинанд увидел и рантарцев, среди которых затесались сразу двое старейшин. Пока остальные зрители ликовали от побед Фердинанда, рантарцы молчали. Для них он был как бельмо в глазу. Предатель, вор – и теперь знаменитость.