Текст книги "Птица в клетке (СИ)"

Автор книги: Илья Демеш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 43 страниц)

Но все размышления он откинул в сторону и вложил весь свой вес в толчок ладони. Так получалось высвободить чуть больше чакры при Вакуумной Ладони. Но недостаточно. Так он мог сломать только разве что плетёную оградку, а не полноценную стену.

Ещё удар, ещё удар, ещё удар. Неджи стоял в облаке из поднятой пыли и восстанавливал дыхание. Правая рука приятно ныла.

К черту всё. Он в тупике, и смысла биться головой, в надежде что она крепче, нет.

Неджи складывал печати, осторожно направлял поток чакры к тенкецу на горле и, стараясь запоминать абсолютно все ощущения, низверг водный поток. А затем постарался всё повторить, но в этот раз направляя в тенкецу на ладонях. Они самые чувствительные, именно через них учат высвобождать чакру для Джукена, и для многих это оставалось верхним пределом. Члены клана Хьюга могли пользоваться всеми тенкецу своего тела, но достигалось это упорным и кропотливым трудом, помноженным на обучение. Это Неджи всё давалось относительно легко.

Концентрация, преобразование, придать ей плотности, сделать осязаемой как вода, и выпустить одновременно с касанием. И ничего. И повторить, но в этот раз упрощая преобразования печатью, сложенной одной рукой. И вновь касание, в этот раз что-то произошло. Что-то непонятное и бесполезное. Каналы с тенкецу на правой кисти выли от нагрузок. Неджи сплюнул и закрутился в Небесном вращении. Нужно было перевести дух и отдохнуть.

И повторить, повторить, повторить, повторить, а затем, злобно стиснув зубы, что-нибудь ударить, разрывая эластичные бинты.

За спиной раздался шум. Кто-то, стараясь остаться незамеченным, бодро перемахнул через ограду. Бьякуган. Это была Ханаби. Она хотела застать Неджи врасплох?

– Перемахнув преграду как слон, ты надеялась, что я тебя не услышу? – спросил генин. Девчонка фыркнула и пошла уже нормальным шагом. – Чему только учат в Академии…

– Почему ты остальных учишь, а меня нет, хотя я раньше просила! – она, конечно, возмущалась забавно, но сейчас лишь отвлекала. – Это нечестно. На утренних спаррингах Мироши меня почти победила, ещё бы немного и всё! А до этого она мне ничего сделать не могла! А я ведь старше и… – она проглотила продолжение фразы. – Потренируй меня!

– Не видишь, я тренируюсь сам, – ответил Неджи, пытаясь добиться отклика без применения печати. Не густо. – Любой шиноби должен обладать усидчивостью и терпением, особенно те, которые хотят стать великими, – генин сказал эти слова не только, чтобы Ханаби отвязалась, но и чтобы взять под контроль собственные эмоции. Он ожидал, что это будет непросто.

– Хорошо, я посмотрю и подожду, когда ты освободишься, – и демонстративно нагло села на голую землю. Наивная. Таким Неджи было не пронять. – Хината тоже со мной хотела идти, но ей строго-настрого запретили тренироваться, и ещё с неё не сводят глаз. Вот я и смогла ускользнуть! Отец всё равно запрещает, – важно заявила Ханаби. Неджи же пытался высвободить максимум трансформированной чакры за раз, чтобы точно что-то ощутить. Ну, добился боли. И намочил солому манекена. Ему нужна не вода, а чакра, плотная как вода! – И что ты делаешь? – продолжала напоминать о своём присутствии и, видя тотальный игнор, надула щёки, сложила руки на груди и отвернулась.

– Если после экзамена сможешь меня найти, то обязательно тебе дам советов, если, конечно, считаешь, что обучаю лучше твоего отца, – Неджи поставил своей младшей кузине словесную вилку и ухмыльнулся. Либо она от него отстаёт, либо признаёт, что Неджи был лучше, чем Хиаши.

– Лучше или нет, но он вечно тебя со мной сравнивает и требует такого же! – вырвалось из Ханаби. Да, он это слышал от Хинаты ещё давно. Видимо успехи Неджи его задевали очень сильно. – Неджи, к тебе же дедушка не часто захаживает? – спросила она, пригнувшись за другим манекеном.

– Никогда, – ответил Неджи. Ну в кого она такая приставучая и навязчивая…

– Значит, прятаться смысла нет, он за мной, – вынырнула из-под манекена девочка и стала ждать.

Вскоре явился бывший глава клана и с чрезвычайно важным видом осматривал полигон.

– Ханаби, пойдём, – позвал он девочку с намёком на лёгкую теплоту. Внук и внучка. С одной сдувает пылинки, а на другого вообще не обращает какого-либо внимания.

– Дед, а что вообще тренирует Неджи? Отец меня такому не учил, а он так к экзамену готовится, – отец Хиаши обернулся и пристально посмотрел на Неджи. Генин же демонстративно по-пижонски сложил одной рукой печать, а второй коснулся манекена. Пшик. Жжение и намоченные ноги.

– Это… – на его лице, казалось, разгладилась большая половина морщин, а про широко распахнутые глаза можно было умолчать, но он довольно быстро взял эмоции под контроль. – Лучше сосредоточь свои усилия на Вакуумной Ладони, раз уж умудрился освоить её азы. Толку будет больше, чем от того, что ты оставшееся время спустишь на безрезультативное освоение высшего мастерства Мягкого Кулака.

– Ну да, – огрызнулся Неджи. Его больше устраивало, когда они друг на друга не обращали никакого внимания. – Ведь это прерогатива главной ветви. Куда мне, заклеймённому отбросу из побочной, да? – не срываться на крик стоило огромных усилий.

– Нужно ставить достижимые цели, а не мечтать о несбыточном, – старик завершил разговор и повернулся к внучке. – Я с тобой позанимаюсь, раз Хиаши так занят управлением клана и не может уделить немного времени на твои дополнительные тренировки.

Неджи начал глубоко дышать, пытаясь успокоиться, и ещё раз постарался выпустить нужную чакру. Вообще ничего не добился. Клокотавший внутри коктейль из эмоций не был помощником в делах тонкого контроля чакры, а лишь мешал.

Выдохнув злость, он плюхнулся в уже неплохую такую лужу, сформировавшуюся после его неудачных попыток, и погрузился внутрь себя. Лучший способ, чтобы обуздать свои эмоции. А одежду потом можно постирать. Начало вечереть. Неджи закончил на том, что смог выделить несколько капель, не помогая себе левой рукой печатями. Хоть и сомнительный, но всё же успех. По крайней мере он сможет намочить защиту Гаары во время их поединка.

Ему нужно было проветриться. Ноги сами понесли к окраинам квартала, к клановому кладбищу. Могилу отца он навещал довольно часто, а совместную родительскую могилу он так ни разу и не посетил. Не было ни желания, ни сил. Да и Хьюга не хотел признавать тот простой факт: оба родителя ушли безвозвратно.

Перед глазами раскинулся широкий простор однотипных ухоженных могилок. Неджи остановился перед родительскими.

– Давненько я вас не навещал, – проговорил Хьюга, сев прямо на дорожке, и начал выкладывать то, что лежало на душе. – Я принял участие в экзамене на чунина и добрался до финала, – усмехнулся собственному достижению. – На досуге я размышлял, что раньше это звание было нужно, чтобы облегчить твой, мама, быт, а сейчас оно мне нужно постольку-поскольку. Пройденные этапы экзамена дались мне довольно легко, но вот Ли… – выдохнул, вспомнив неунывающего товарища. – У него все печально. И я захотел за него отомстить и устроил всё так, чтобы в финале биться с тем, кого он не смог одолеть. И в тот момент, когда я понял, что мы будем сражаться, мне стало так легко на душе… Что я подумал, что это так просто, когда есть кому мстить, когда он просто находится на расстоянии вытянутой руки. До мёртвых ведь не добраться, – тот факт, что убийца матери тоже оказался в могиле только бесил. – И, не знаю, мне кажется, что я борюсь с потоком и не могу из него выплыть. Мои успехи все равно не дают мне возможность вырваться из этой клетки. Наверное, отец, ты меня бы понял, – генин выдохнул и перевёл взгляд на ясное ночное небо, безоблачное и тёмно-синее. – Я вас люблю и надеюсь, что там вы вместе. И не волнуйтесь за меня, я выйду победителем, – только Хьюга не мог определиться: он действительно верил в свои слова, или таким образом пытался сам себя в этом убедить, делая такие заявления?

После своего монолога Неджи ещё немного посидел, словно собираясь со своими мыслям, и вскоре поднялся, попрощавшись с родителями. Его ждал завтрашний день.

Следующее утро ничем не отличалось от предыдущих, а вот его развитие – вполне. В Госпитале Неджи был готов услышать привычный отказ в посещении, да и чего уж там таить, собирался уже пробраться в палату товарища вопреки запретам, но обрадовали. Посещение было открыто, и генин шустренько сбегал в магазинчик, прикупив различных гостинцев. Правда палата Ли была пуста, что успело не на шутку встревожить Неджи, но Бьякуган сумел найти товарища. Он был на территории внутреннего скверика и… отжимался. У Хьюги не было слов, он просто спрыгнул через открытое в коридоре окно и мягко приземлился аккурат на проходе. Рядом не было никого, кто бы мог его осудить за подобные действия. Минута – и он в зелёном парке смотрит за надрывающимся Ли. Костыли лежали у ствола дерева, а сам парень в его тени прятался от солнечных лучей.

– Ли, – Неджи его окликнул, но товарищ не обратил внимания или не услышал, или услышал, но не захотел оборачиваться.

– Двести сорок девять, двести пятьдесят, – вёл счёт и продолжал отжиматься на одной руке, опираясь о здоровую ногу.

Они давались ему крайне тяжело, видно было, что не только рука и нога были повреждены в бою. Неджи с силой сжал кулак. Несмотря на свои увечья, Ли продолжал рвать жилы в погоне за своей мечтой – стать достойным шиноби. Но почему это произошло именно с ним? Он и без этого всего не мог использовать ни Ниндзюцу, ни Гендзюцу, а увечье, возможно, забрало у него и Тайдзюцу, оставив калекой. Неджи всё же пересилил себя и активировал Бьякуган, для подробного рассмотрения товарища. Да. Он не знал, кем нужно быть, чтобы вылечить подобное.

Неджи выдохнул. Он знал, что тренировками в таком состоянии он себе вредил больше, чем приносил пользы, но сказать ему об этом… Было бы сродни насмешки над всеми его усилиями и трудами. В этом весь Ли – жить, бесконечно истязая себя изнурительными тренировками.

Ли упал, будучи не в силах больше отжиматься и продолжал лежать в больничных одеяниях на земле.

– Вставай, Ли, – Неджи протянул руку товарищу, желая помочь ему подняться. В другой он уже держал костыли. – Если долго будешь лежать на земле, то простудишься.

– Неджи, – товарищ принял помощь и опёрся на костыли. Вид он имел крайне измученный. Он устал не физически, а от той боли, которую испытывал.

– Пойдём в палату? – Хьюга поднял свой пакет. – Да и мне кажется, что нагрузки нужно увеличивать постепенно, а не вот так сразу.

– Да, ты прав. Вчера я потерял сознание после двухсотого отжимания, – поковылял Ли. Нынче лестница для него была практически непреодолимым препятствием, но он справлялся. Благо палата была на втором этаже. – Я слышал, что твой противник Гаара. Я буду рад, если ты его одолеешь, хоть и будет означать, что ты сильнее меня. Мы же так и не сразились всерьёз, – Неджи чуть было не сказал, что ещё успеют сразиться, но давать ложные обещания – сродни обману. Он скажет эти слова тогда, когда будет знать точно, что Ли вылечат.

– Я вот не уверен, что смогу победить, – честно признался Неджи, прежде чем они отворили дверь в палату. Да, всё же он старался себя в этом убедить. Перед Ли признать этот факт было значительно проще.

– Неджи, ты же гений, конечно, сможешь! – послужило моментальным ответом. – Мне Гай-сенсей говорил, что даже тяжкий труд не принесёт результата тем, кто не верит в себя, – Ли подкинул пищу для размышлений. – Если кажется, что сил не хватает, то просто начни тренироваться ещё усерднее! Если даже ты опускаешь руки, то что делать мне?

– Знаешь, пожалуй, ты прав, – чуть воспрянув духом, ответил Неджи. Вообще, сейчас он понял: насколько жалким выглядело его признание. Он говорил это человеку, который не щадил себя практически никогда. И если он продолжал тренироваться, даже в таком состоянии, то какое право имел Неджи быть не уверенным в собственной победе и вообще раскисать? И что с того, что он упёрся в тупик с Вакуумной Ладонью и что все вокруг говорят, что меньше, чем за месяц стихийное преобразование Джукена не освоить? Он гений, или кто? Его Вакуумная Ладонь станет совершенной, и стихию он сможет сплести со своим Мягким Кулаком. По крайней мере он приложит все свои усилия для этого.

– Неджи, ты вообще тут? – Хьюга не заметил, как ушёл в собственные раздумья.

– Да, спасибо, – ответил Неджи и улыбнулся, взглянув на прикроватную тумбочку товарища. На ней стояла ваза с каким-то цветком. Нарцисс? Хризантема? Уж в чём в чём, а в подобном он не разбирался. Тюльпан от розы мог отличить и спасибо. – Смотрю, у тебя появились фанатки? – и кивнул на вазу.

– Да я даже не знаю кто, – Ли покраснел и начал тереть затылок. – Я вчера потерял сознание во время тренировки. Очнулся уже здесь, и на тумбочке стоял цветок…

– Был бы рад, оставь его Сакура? – поддел товарища.

– Неджи! – крикнул Ли и швырнул подушку в Хьюгу. Он не стал уворачиваться, и она просто прилетела ему в лицо. Иногда и гений должен стоически принять удар.

Глава 20: Финал

Первое августа. Сегодняшний день был днём проведения последнего этапа. Неджи проснулся в прекрасном расположении духа. Рассветные лучи проскальзывали сквозь неплотно закрытые шторки и своим свечением создавали тоненькую световую нить, направленную прямиком к дверям. Словно само солнце давало своё напутствие и желало удачи, но даже такое приятное начало дня не помогало отогнать дурные мысли.

Завтракал Неджи плотнее, чем обычно. Обеда могло и не быть, ибо начало третьего этапа назначили на двенадцать часов, а бои могли и затянуться. И пока было свободное время, Неджи вышел проветриться. Путь лежал к лесам близ тренировочных полигонов. Именно там, наслаждаясь тишиной и спокойствием дикой природы, можно было с лёгкостью привести себя в порядок. Успокаивающий щебет птиц, тихие завывания слабого ветра и шелест травы – всё это помогало собраться с мыслями и взять под контроль потихоньку просыпавшийся внутри азарт и нетерпение. Так он и провёл последние свободные часы.

После чего, опомнившись, направился сразу к арене, а не домой. Неспешно проходя мимо одного из полигонов, Неджи боковым зрением заприметил знакомую оранжевую куртку, слишком бросавшуюся в глаза на фоне зелени листвы и травы.

Вообще, к амуниции все шиноби подходили по-разному. У генинов не было какой-то особенной униформы, на миссии они одевали то, что сами считали необходимым. Это, на взгляд Неджи, было немного неправильно, несмотря на то, что генины и не должны выполнять особо сложные миссии. Охрана максимум. Это джонинам можно позволить пренебрегать униформой и снаряжение подбирать исходя из собственных предпочтений и поддерживая собственную репутацию. То же зелёное трико Гая прекрасно выглядит в условиях миссий по лесам страны Огня, но ведь он выполнял миссии везде. И в черте города, и на территории прочих государств, где обилие зелени не такое огромное, и зимой, когда иногда лежал снег вместо опавшей листвы.

Неджи пустил чакру к глазам для того, чтобы получше всё рассмотреть, и слегка удивился. За древесным манекеном прямо напротив Узумаки стояла Хината, словно пытаясь скрыться, но в тоже время говорила с ним. Довольно забавная ситуация. С Неджи она себя так не вела, хоть и была слегка неуверенной в себе, но настолько смущенной – никогда. Хьюга улыбнулся собственным мыслям. Его кузина повзрослела и пыталась общаться с мальчиками, которые, видимо, ей нравились. Но с уверенностью в себе нужно будет поработать. Кому понравиться мямля и размазня?

Вскоре Узумаки покинул полигон и направился к месту проведения финала, а Хината, покрасневшая ещё больше, осталась там и, видимо, кого-то ждала, ну или собиралась с мыслями. Неджи должен был как любой уважающий себя старший брат подойти к Хинате и подколоть пару раз, ещё сильнее вгоняя в краску, но Хьюга просто решил догнать Наруто. За Неджи оставался должок, с котором он хотел рассчитаться как можно быстрее.

Наруто двигался в размеренном темпе, больше наслаждаясь видами Конохагакуре, нежели спеша на грядущий этап, потому Неджи поравнялся с ним быстро и без особых усилий.

– Узумаки, – окликнул его Хьюга, замедлившись рядом.

– О, Неджи! Хината говорила, что у тебя всё в порядке, но своим глазам доверять лучше! – затараторил парень.

– Ты мне спас жизнь, – начал было говорить Неджи, но Узумаки его просто нагло перебил.

– Да пустяки, со мной такое тоже бывало, – отмахнулся Наруто. – Но я не думал, что «гении» тоже так себя изнуряют! Зато я исцеляюсь быстро. В Госпитале вообще ни разу не бывал, – важно задрал нос Узумаки, а Неджи фыркнул. Он бы посмотрел на него после открытия Внутренних Врат.

– Ты меня зачем-то искал, – напомнил Неджи.

– А да, я хотел, чтобы ты мне помог кое с чем, но уже не надо. Дед-отшельник мне помог разобраться, и ещё нескольким крутым техникам обучил!

– Дед-отшельник? – переспросил Хьюга.

– Да-да. Он высокий такой, – Узумаки начал прыгать, пытаясь изобразить его рост. – Примерно вот такой. И здоровенный. Как Асума-сенсей! – Наруто сумбурно описывал этого деда-отшельника, да лучше бы он молчал. Мало в Конохогакуре высоких и плечистых пожилых шиноби? На самом деле… Да. Мало. – И ещё обучил меня…

– Шиноби не должен трепаться о своих силах своему возможному противнику, Узумаки. Чему тебя твой наставник только учит, – перебил его Неджи. Узумаки же замолк и начал витать в своих мыслях.

– Точно. Если я побью тебя после того, как ты побьешь безбрового, который побил толстобрового, и Саске, то это будет значить, что я – сильнее их всех! – серьёзно сказал он. – И да, я смогу тебя удивить. Я стал сильнее за прошедший месяц!

– Главное мумию из Отогакуре победи, – просто сказал Неджи. Он сомневался, что за прошедшее время Узумаки смог бы стать настолько сильнее, хоть чакры у него было много. Больше, чем у Гая. И это в тринадцать лет. Внушающий резерв. Тогда в бою с Инузукой Наруто пользовался лишь остатками своей чакры. Возможно, не один Учиха сражался с Орочимару, раз Узумаки растратил за время второго этапа такое количество чакры. Большой очаг чакры это конечно хорошо, но нужно ещё и грамотно им пользоваться.

Остаток пути Неджи особо не слушал тараторящего Наруто, скатывавшегося постепенно в пустой трёп. Арена по ощущениям располагалась почти в центре деревни. Бродвей, который являлся центральной улицей Конохи, соединял Главные врата и Скалу Хокаге. От него шло множество развилок, напоминая чем-то ствол древа с бесчисленным количеством ветвей. Но примерно по середине шла особенная ветвь, которая вела к стадиону Конохи. Именно здесь проводили все финальные этапы экзамена на чунина.

Открытая крыша, стены высотой с пятиэтажный дом, к которым примыкали три просторные зрительские секции – вот что собой представляло место проведения третьего этапа. По ощущениям, площадь арены была сопоставима с футбольным полем, но только в форме круга, а не прямоугольника.

У главного входа на стадион стояли двое чунинов, они пропустили Неджи и Наруто без лишних вопросов. Они пришли одними из последних, у центра арены уже столпились остальные участники. Неджи подошёл к ним, присматриваясь к зрительским трибунам. Все три секции полнились людьми. Хьюга активировал Бьякуган и присвистнул. Он никогда не видел такого количества разных цветов чакры и интенсивностей окраса в одном месте. Шиноби занимали больше половины зрительских мест. Наверное, многим были интересны подобные мероприятия, да и не так часто они проводились. Но если посудить здраво – то именно сражения лучших генинов нужно показывать для нешиноби. Зрелищно, динамично, но не на запредельных скоростях.

Но всё это меркло перед ложей Каге. Он впервые рассматривал Третьего Хокаге под Бьякуганом, его запасы чакры были внушительны несмотря на почтенный возраст. А каким монстром он был в расцвете сил… Казекаге же был значительно моложе, сияние его чакры было одним из самых ярких, тёмно-фиолетовым и зловещим. Интенсивность цвета примерно на уровне того беловласого шиноби со странным протектором, которого он встретил почти год назад в Шушуя.

Неджи бегло окинул взглядом собравшихся участников. Рыжий не сводил своих глаз с Хьюги и даже не моргал. Были все, кроме Учихи. Он опаздывал.

– Нечего головами вертеть, – упрекнул генинов рефери. Всё тот же, что и был на промежуточном этапе в лесу Смерти, Ширануи Генма. Хотя это касалось с большего Узумаки. Тот едва ли не крутился на месте, выискивая кого-то. Наверное, Учиху. – Поприветствуйте наших гостей. Они собрались здесь, чтобы посмотреть на вас.

Никто даже бровью не дёрнул, а Неджи, напротив, поднял руку и приветственно помахал, добившись некоей реакции, хотя тот факт, что за ними будут следить непонятные шиноби не очень-то и грел Неджи. Вскоре Хокаге поднялся со своего места и, подойдя к перилам ложи, зачитал открывающую речь, после которой рефери достал из кармашка своего жилета аккуратно сложенный листик и развернул.

– Перед началом боёв хочу напомнить ваши пары и очередность боёв, – сказал он. Никаких сюрпризов не было. Узумаки и мумия, кукольник и жуковод, Васимару и Заку, блондинистая стерва из Песка и Нара, сам Неджи и Гаара, Учиха и девчонка из Скрытого Звука. – Всё ясно? – переспросил рефери и, увидев поднятую руку Наруто, кивнул: – Что такое?

– Саске ещё не пришёл, что делать?

– Не придёт к своему бою – будет дисквалифицирован, – отрезал Генма. Неджи же хмыкнул. Всё равно его бой был последним в первом туре, но опаздывать, всё же, не очень красиво. Рефери, добившись общего внимания, напоминал правила. Они были точно такими же, как и в прошлый раз. Бои один на один. Вскоре на арене остались только участники первого боя, а все остальные последовали к местам. Участникам третьего этапа была предоставлена отдельная секция, слегка отделённая от прочих зрителей. Не ложа Каге, но тоже вполне неплохо.

– Ты избил Хинату и назвал её слабой несмотря на то, что она провела достойный поединок и сражалась до самого конца. Я заставлю тебя забрать свои слова назад! – выкрикнул Наруто, привлекая внимание публики. Зрители начали галдеть, с большим интересом присматриваясь к бою. Зрителям нравилось, когда поединки – не просто часть спортивного состязания, а часть какого-то конфликта. В данном случае шиноби выясняли отношения между собой.

– Пришёл мстить за подружку? Хочешь стать шавкой клана Хьюга? – Досу лишь рассмеялся после слов Узумаки, неестественно скучиваясь. – Ты тупой, как пробка. А о таких тупых сильные вытирают ноги. А умные и хитрые понимают, когда их хотят использовать, – мумия взглянул на ложе Каге. – И пытаются строить свои планы так, чтобы получить максимальную выгоду для себя. Ты – никто, которое пытается заявить о себе, строя из себя того, кем стать никогда не сможешь.

– Нет! Я – Наруто Узумаки. И мстить тебе я буду не потому, что мне это кто-то приказал, а потому, что это – мой путь ниндзя, поступать так, как я считаю правильным. Выгодно это, или нет. Как я смогу стать Хокаге, если не одолею такого отброса, который только и может, что издеваться над теми, кто слабее? – закончил свою речь блондин. Толпа возликовала и рефери ничего не оставалось, кроме как дать сигнал о начале боя.

Поединок начался с того, что Узумаки создал четырёх клонов и отправил их вперёд, а сам остался позади. Грамотное использование техники – прощупать оборону своего противника и искать слабости. Но Досу превосходил Мягкий Кулак Хинаты, что ему разобраться с четырьмя хрупкими копиями Узумаки, который владел Тайдзюцу не на высоком уровне. Хотя, лучше быть честным. Неджи бы даже сказал, что в Тайдзюцу Узумаки был ужасен. Клоны с лёгкими хлопками развеивались один за другим, оставляя после себя полупрозрачную дымовую завесу. После Наруто отправил ещё одну волну клонов. В этот раз они вели себя чуть осторожнее и хитрее, стараясь в атаку заходить со стороны перебинтованного глаза, а ещё Наруто периодически метал то сюрикен, то кунай, отвлекая внимание своего противника и не позволяя так просто уничтожить клона.

Досу что-то злобно выкрикнул и, сложив печать левой рукой, правой совершил резкий круговой взмах. Едва видимая глазу ударная волна вылетела из устройства на его руке и развеяла всех четырёх клонов за раз. Мумия сорвался в стремительном рывке. Узумаки вновь перекрестил два пальца в незамысловатой печати, но на этот раз подольше. Раздалась череда громких хлопков, накладывающихся один на другой и перемешивающихся в непонятную какофонию из звуков, арену заполонил плотный белый дым. Неджи пустил чакру к глазам, чтобы получше рассмотреть происходящее, и присвистнул. Арена была заполнена клонами Узумаки. Штук пятьдесят, если не больше, идеальных клонов, которых не отличить от оригинала даже с помощью Бьякугана. Сильно, но на Неджи бы это не сработало. Какая разница: четыре неумехи или пятьдесят? Они не смогли бы и пальцем коснуться Хьюги.

– Как тебе такое? Выкуси, – выкрикнули клоны и полетели вперёд. Их голоса слились в один разнобойный хор, усиливая громкость.

– Да создай хоть тысячу клонов, – огрызнулся Досу и начал складывать незнакомую для Неджи комбинацию печатей. Чакра мумии, синяя с очень слабыми вкраплениями тёмных тонов, начала ускорять своё течение и устремляться к правой руке, на которой покоился прибор. – Я их всех уничтожу! – Хьюга чуть скривился и поспешил закрыть уши. Режущий ультразвук добрался даже до трибун, что уж и говорить про арену. Там стояло марево из плотного белого дыма, оставшегося после уничтожения клонов и не спешившего развеиваться.

Досу восстанавливал дыхания, тяжело дыша. Атакующая техника с таким радиусом поражения должна была отнимать немало сил, а мумия не мог похвастаться огромным запасом чакры. Интенсивность сияния очага заметно просела. Только он допустил серьёзную ошибку, оставшись на своём месте. Создание полусотни клонов нисколечки не измотало Узумаки. Тот под шумок начал складывать печати. Водная струя рассекла дымовую завесу устремилась в то место, где применил свою технику мумия, и попала точно в цель. Хоть её напор и был слабым для того количества чакры, что Наруто вложил в свою технику, но достаточным для того, чтобы Досу снесло с ног и протащило по земле. Тот поднялся и, сумев уйти перекатом от новых техник Узумаки, посланных вслепую, начал складывать печати. Тем временем Наруто вновь применил свое клонирование, на этот раз создав чуть меньше клонов – в районе двух-трёх десятков. Неджи не сводил с мумии пристального внимания. Эти печати были ему слишком хорошо знакомы. Да и не только ему, а абсолютно каждому члену клана Хьюга. Полные печати активации Бьякугана. Чакра Досу потекла к голове, к глазу, перекрытому повязками, а после он засиял, как сияет Бьякуган. Лицо под маской исказилось от набухшин вен. Откуда у него этот глаз?

Мумия увернулся от удара первого клона. Сейчас облако дыма даже играло ему на руку. Узумаки и его клоны имели ограниченный обзор, а он нет. Но только дым постепенно начинал развеиваться. Вся часть оравы из клонов понеслась в ближний бой, часть пускала водные струи на расстоянии, а один, видимо оригинал, оставался на своём месте и наблюдал.

Зрение Досу давало преимущество, но не было идеальным. Он плохо справлялся с возможностями глаза, словно и вовсе не обладал круговым зрением. То клон незаметно подберётся и нанесёт удар, то водная струя прилетит. Даже пятилетняя девочка Хьюга, лишившаяся одного глаза, могла бы уворачиваться от столь плохо скомбинированных и рассинхронных атак клонов. Дымовая завеса не иссекала, подпитываясь от постепенно погибавших теневых клонов. Но всё же, Бьякуган был Бьякуганом, и Досу наконец заметил стоявшего вдалеке Узумаки. Мумия начал стремительно сближать дистанцию, уворачиваясь от мчавших наперерез клонов, и складывать очередную серию печатей, досуха опустошая свой очаг. Вся его чакра, сконцентрированная в руке, вырвалась наружу и, пройдя через звукоусилитель направилась к голове Наруто. Эта атака выглядела мощнее, чем удар по Хинате в промежуточном этапе. От давления звука вокруг них по земле пробежали лёгкие трещины. Клоны с хлопками начали развеиваться по одному, но Неджи не верил своим глазам. Узумаки, который принял последний удар, тоже оказался клоном. Настоящим оказался один из тех клонов, который запускал водные техники. Хотя, Неджи посчитал, что проглядел его исключительно из того, что был больше сосредоточен на Бьякугане мумии и оценке его мастерства. Неизрасходованная клонами чакра вернулась к настоящему. Узумаки начал складывать новые печати и выплюнул плотный водный шар. Неджи бы на создание такого шара потратил раза в три меньше чакры, или создал бы ядро, что было бы раза в полтора больше, плотнее и которое бы развило ещё большую скорость – его техника имела бы более разрушительное воздействие. Обессиленный Досу не успел среагировать на угрозу, и ядро прилетело прямо в спину. Мумия от силы удара упал мордой вниз. Узумаки же создал ещё пару клонов. Те сократили дистанцию и начали пинать лежачего, то ли унижая, то ли проверяя, сможет ли он продолжать бой. Мумия кряхтел и пытался закрыться руками от ударов, даже не пытаясь отбиться.

– А Хината бы встала после этого, – крикнул Наруто со своего места. – Так что слабак здесь только ты!

Генма прервал бой, объявив победителем Узумаки, а Наруто победно вскинул сжатый кулак вверх. Зрители радостно взревели и залили своими аплодисментами всю арену. Но оно и не удивительно. Поединок вышел славным. Зрелищно и с применением массовых техник. Шикамару удивлённо что-то пробурчал, явно не ожидая подобного от бывшего сокурсника, и уставился на облака в небе. Неджи же хмыкнул. Две не очень сложных техники высвобождения воды за неполный месяц, да и с таким перерасходом чакры и использованием целой кучи вспомогательных печатей – результат средней паршивости.

Узумаки же продолжал стоять на арене и заигрывать с публикой, явно ловя от происходящего огромное удовольствие. Неужели он настолько любил чужое внимание? Медики тем временем загрузили избитую мумию на носилки и понесли в Госпиталь.

Рефери объявил следующий бой: Канкуро против Шино, но кукольник даже не спрыгнул на арену и признал поражение прямо с трибун. Это слегка насторожило Неджи. Они явно что-то задумали, раз уж звание чунина ему не важно. Хьюга встретился взглядом с Абураме, и они поняли друг друга без слов, Шино лишь незаметно кивнул и ненавязчиво шагнул в сторону кукольника с блондинкой. Узумаки даже в ус не подул, Васимару, обрадовался столь раннему началу своего поединка и спрыгнул прямо с ложи, впрочем, как и Заку. Они сиганули почти одновременно, к лёгкому неудовольствию рефери. Но вслух он возмущаться не стал и дал начало нового боя. Неджи с лёгким интересом следил за происходящим. Соперник Васимару по прошлому этапу был довольно слаб, но и Заку в прошлом бое был не в оптимальной форме, сражаясь с искалеченными руками. Правда этого хватило, чтобы навалять розововласке, но Неджи бы её и без рук одолел.