Текст книги "Невеста для короля драконов (СИ)"
Автор книги: Илана Васина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)
Глава 8
Король?!
Вот же «повезло»… От неожиданности быстро глотаю кусочек мяса, который за секунду до этого положила себе в рот. Даже не успеваю толком разжевать. В резко наступившей тишине, слышу собственное дыхание.
Дракон берет крепкими пальцами кусок мяса, обмакивает, словно хлеб в какой-то белый соус и протягивает прямо к моему рту.
Из воспоминаний Амелии понимаю, что это вроде бы честь – вот так поесть из рук короля, но для меня, Ани Мельниковой, это уже чересчур!
– Нет, спасибо, – резко мотаю головой. – Я не так голодна, чтобы есть с чужих рук.
– Значит, не голодна… – задумчиво повторяет дракон, и в его пугающе спокойном голосе слышится отголосок грома.
На несколько секунд виснет густая тишина. Ее разбавляет тонкий голосок из другого конца зала:
– А я очень голодна, милорд!
На девушку король даже не смотрит.
Будто писк комара прозвучал.
– Вернон, – холодно обращается к ближайшему слуге. – Один прибор здесь лишний.
Слуга в серой одежде, что до сих пор стоял у стены, как статуя, оживает и бросается к столу. Хватает тарелку, вилку, нож и направляется к двери, срочно исполнять волю господина. У меня от злости и голода рвутся последние нити терпения и я зло чеканю:
– Надеюсь, Вернон принесет вам новый прибор. Потому что в ином случае вам придется есть с моих рук.
– С твоих рук, – дракон подходит так близко, что мне становится жарко, – будет вкуснее.
Задираю голову и взглядом буравлю карие глаза, из которых так и прет обжигающая, грубая сила. Наши взгляды, скрестились словно мечи, и, похоже, никто не собирается отступать. Меня так и распирает от желания взять мясо, обмакнуть его в соус, а потом «промазать» мимо рта. Но, видно, краешек убегающего здравого смысла каким-то чудом зацепился за мое сознание и теперь вовсю вопит: не надо-о!
Дышу, как паровоз, пытаюсь справиться с эмоциями.
Секунда, две, три… Восемнадцать…
Когда мне кажется, что я почти справилась, дракон, качнувшись ко мне, обдает запахом пряных трав и негромко произносит на ухо:
– Так и думал. Много слов. А на деле – пустышка.
И тут же, будто потеряв ко мне всякий интерес, поворачивается всем корпусом к кому-то, справа от меня:
– Леди не голодна. Проводи ее в спальню.
Затем, как ни в чем ни бывало, идет во главу стола, где девушки оживляются, радостно щебечут, а мне хочется топать ногами от досады. Почему он сказал: «в спальню»?! Почему не велел отправить меня домой? Разве я не заслужила быть выгнанной с отбора? Или он только тех отправляет домой, кто жалуется и капризничает? Ну, так это я тоже могу устроить! Задумчиво наблюдаю, как король усаживается за стол. Сейчас они будут пировать, пробовать чудесные блюда, а я…
Заставляю себя повыше вздернуть подбородок. Ничего. Поголодать – это даже полезно. Я не раз худела. Когда надо, могу терпеть голод.
Из мыслей меня вырывает знакомый голос Мэлграна за моей спиной:
– Следуйте за мной, миледи.
А что еще остается? Вздыхаю и, развернувшись, иду за слугой.
Какое-то время мы молча шагаем по коридорам. Здесь так же светло, как при солнечном свете, и так же красиво, но я едва замечаю эту красоту, погруженная в мрачные мысли.
Проклятие делает меня опасной. Король должен меня прогнать, как можно скорее. А не кормить из своих рук. Я не хотела афишировать проклятие. Не хотела позорить себя и семью, но если он начнет меня выделять, то я признаюсь во всем.
В проклятье, убивающем женихов.
В том, что моя миниатюра попала королю по ошибке.
В том, что приехала на отбор, хотя не должна была. Побоялась оскорбить короля отказом.
И в том, что… мне срочно надо в Верлинскую обитель. К монахине, избавляющей от проклятий. Но это все в крайнем случае.
Опозорить себя такой вот неприглядной правдой я всегда успею, а пока...
– Мэлгран, – говорю. – Можете передать королю, что мне не нравится замок. А от местной еды у меня несварение. Так что я пойму решение короля отправить меня домой.
Слуга предсказуемо молчит.
Он всегда молчит, когда от него ждешь вразумительной реакции.
Наконец, мы выходим из украшенных магией коридоров на лестницу. Спускаемся, оставляя за собой пролет за пролетом. В нос ударяет запах сырости и плесени, заставляя встревожиться. Разве моя спальня находится в подвале?
К горлу подступает страх.
С подозрением кошусь на слугу с респектабельной внешностью. Мне не нравится выражение его лица. Поймав мой встревоженный взгляд, он спокойно произносит:
– Я заметил ваш интерес к замку, миледи. Однако все то великолепие, что вы увидели на поверхности, – это далеко не весь замок. Замки – они, как люди. У каждого есть светлая сторона. И есть темная. Так вот, я покажу вам темную сторону замка.
– Спасибо, – выдавливаю из себя, – не надо. Насколько помню, ваш хозяин велел отвести меня в спальню.
– Я вас туда и веду, – подхватывает старик. – А по дороге показываю замок.
Замедляю шаг, когда понимаю, что мы оказались на самом нижнем уровне подземелья. Из магии здесь лишь тусклые светильники, от которых света с гулькин нос. А вместо декоративных элементов – разводы на серых каменных стенах и паутина, которую видно даже в полумраке.
Невольно ежусь.
Может, закричать?
Или броситься бежать, пока не поздно?
Как назло, слуга идет совсем рядом, будто предвидя такую мою реакцию.
Внезапно, за очередным поворотом, перед нами вырастают два высоких воина. Их присутствие меня слегка успокаивает. Из воспоминания Амелии мне известно, что обычные воины – люди простые, но честные.
У них своя профессиональная этика, где предательство, удар в спину и трусость считаются наибольшими грехами.
Караульные кивают Мэлграну и позволяют нам пройти в проход, за которым мы оказываемся в вонючем, темном помещении. Тусклое мерцание светильников освещает клетки, размером полтора на полтора, в которых содержатся... люди! Грязные, заросшие, со спутанными волосами, оборванные, угрюмые. Люди.
Не только мужчины, но и женщины.
Мне становится жутко.
Неужели Мэлгран решил запихнуть меня в такую «спальню»?!
Тот останавливается перед клеткой, занятой измученной, худой женщиной. При виде нас та никак не реагирует – настолько истощена.
– Кто эти люди? – указываю, ошарашенная, на жуткие клетки с людьми. – Как вы можете содержать их в таких условиях?! Хуже, чем животных?!
– Знаете, что ее ждет? – вдруг произносит маг.
Мотаю головой.
Мамочки мои, откуда я могу это знать? Я впервые ее вижу!
– Ее ждет смертная казнь. Знаете, за что?
Пожимаю плечами и тайком кошусь на воинов, застывших у двери. Если закричу, как быстро они примчатся на помощь? Мой провожатый все больше смахивает на безумца.
– Ее преступление в том, – продолжает слуга, – что она иномирянка. Ее душа прибыла к нам из чужого мира.
Услышав его слова, понимаю, как мне повезло, что стою вполоборота к Мэлграну и он не видит моего лица. Потому что я не просто в шоке.
Я на грани панической атаки.
Значит, вот какая судьба мне уготована, если выяснят правду о моем происхождении…
Сначала клетка.
Потом смерть.
Глава 9
– Но… Почему? – говорю срывающимся голосом. – Это же просто слабая женщина. Разве она кого-то убила? Украла? Прибыть из другого мира – разве это преступление?
– Убила или нет – неважно.
– Почему?
– Иномиряне попадают сюда только с помощью темной магии. Его Величество карает смертью темных магов и их приспешников.
Меня прошибает пот. Теперь все понятно.
Даже знаний Амелии, несмотря на ее юный возраст, хватает, чтобы дорисовать ситуацию. Уже много лет пособники темных магов считались виноватыми с ними наравне и наказывались по полной.
Смертной казнью.
Вот и эта бедняжка обречена.
– Раз вы спросили про убийства, – Мэлгран указывает на другую женщину, гораздо старше первой. – Полюбуйтесь. Черная колдунья, убившая пятерых своих мужей... Не бойтесь. Прутья клетки заговорены. Ее магия не может просочиться наружу.
Неудивительно, что слуга заметил, как я вздрогнула. Фраза хлестнула, как плеткой. Убившая пятерых мужей…
У Амелии умерло четверо избранников. Поэтому мне так же легко провести параллель между собой и этой женщиной, как и с предыдущей.
Женщине, которую слуга обозвал чёрной колдуньей, сорок пять лет, но выглядит она тенью этой цифры. Когда-то красивое лицо осунулось, скулы торчат, как лезвия из-под серой кожи. Глубокие морщины прорезали её лоб, тёмные круги под глазами кажутся чернильными пятнами, как будто кто-то попытался стереть её взгляд, но оставил грязь.
Глаза, кстати, – безумно живые. Тёмные, почти чёрные, с каким-то нехорошим, скользким внутренним светом. Я чувствую, как женщина смотрит сквозь меня. Сидит, прижав колени к груди, словно хищник, затаившийся в тени.
– Магия черной вдовы – это всегда темная магия, – добавляет слуга, будто заранее пресекая мою попытку проявить сострадание к этой женщине.
– Почему вы решили, что убила она? – качаю головой. – Может, она выходила замуж за тех, у кого плохое здоровье. Или нашлась завистница, которая отравила чужих мужей…
Произношу эти слова, и понимаю, что сама в них не верю. В общем-то, и слуга в них особо не верит, и, наверно, поэтому игнорирует.
– Не понимаю, почему они здесь, если приговорены к казни? – говорю, указывая на клетки. – Его Величество желает перед смертью как следует их помучить?
– Причина прозаичнее. Палач у нас один. А их много. Но вы не переживайте. Рано или поздно все дождутся своей очереди, – он многозначительно улыбается.
Стою, как в воду опущенная. Перевариваю увиденное.
Отец говорил, что, возможно, всей семье придется надолго уехать из королевства. Правда, при этом он не упоминал, что уехать придется для спасения меня от казни. Тогда я не вполне понимала, почему он так корил себя, что не уберег дочь от отбора.
М-да. Старик объяснил вполне доходчиво.
Все, кроме одного.
– Почему вы мне их показываете? – говорю, не спуская взгляда со слуги. – Это не экскурсия по замку. Я знаю, что у вас другая цель.
– Значит, вы из догадливых. Хорошо. Догадливым не приходится много объяснять, – он холодно улыбается. – Идемте. Я провожу вас в спальню.
Как во сне иду по широким, светлым коридорам, пялюсь в затылок слуги с таким упорством, будто пытаюсь заглянуть под черепную коробку. Не понимаю, что он хочет от меня.
Судя по визиту в подземелье, он совершенно точно знает мою предысторию. Не только про умерших женихов, но и про мое попаданство.
Зачем он мне рассказал, что мне грозит? Хочет шантажировать? Или помочь?
Предупредить?
Но зачем ему помогать неизвестной девчонке?
Внезапно понимаю, что он ведет какую-то собственную игру. И даже если предупредит и представится другом, то сделает это с корыстной целью.
Понять бы, с какой?
Наконец, мы останавливаемся перед тяжелой массивной дверью из резного светлого дерева.
Слуга открывает створку, протягивает мне ключ и говорит:
– Уверен, вы скучаете по дому. Возможно, вам будет интересно узнать, что по условиям отбора, девицы проходят магический осмотр перед отъездом из дворца. На предмет связи с темной магией. Я лично настоял на этой проверке.
Мотнув головой, переспрашиваю.
– Что, простите?
Мне кажется я ослышалась.
Какой осмотр?
Почему надо осматривать вылетевших претенденток? Я понимаю еще, осмотреть новоприбывших...
– Это было сделано, – поясняет старик, – дабы избежать шпионства или утечки информации на сторону темных магов.
– Но почему я об этом не знала? – качаю головой, чувствую, как все туже затягивается на шее удавка,
– Все документы об отборе были посланы родителям претенденток. И ими же подписаны.
– Но… Отец ничего не говорил об этом!
– Вероятно, не считал необходимым. Доброй ночи, миледи!
Как во сне смотрю на удаляющийся силуэт слуги. Разговор с ним все перевернул с ног на голову.
Захожу в комнату, закрываю на ключ и прижимаюсь к двери. Стою и ломаю голову, пытаюсь найти выход.
Если король выберет меня, он умрет.
Если вылечу из отбора, то умру я.
Что в итоге делать – не имею ни малейшего понятия.
Глава 10
Как в тумане дохожу до кровати. Сажусь под балдахин и с силой тру лоб ладошкой. Надо обдумать ситуацию, а в голове хаос. Мысли разлетаются, как испуганные пташки. Сложно фокусироваться, когда вдруг понимаешь, что все дороги в твоей ситуации ведут либо к собственной гибели, либо к гибели короля.
Хотя…
Быть выбранной королем и вылететь с отбора – а все ли это дороги?
Официально – да.
Но если официальные пути мне не подходят, будем искать нестандартные, обходные... или даже незаконные.
Кусаю губы и тру виски в попытке сосредоточиться. Наконец, тихонько застонав, растягиваюсь на кровати, раскинув руки в стороны. Шелк постельного белья успокаивающе холодит ладони и шею. Постепенно эмоции оседают, уступая место здравому смыслу.
Сбежать – единственный выход, который я вижу. Это будет непросто. В замке всё устроено, как ловушка. Контрольные пункты, охрана, замковые заклинания. На входе – обнюхают, на выходе – разденут до души. Без подготовки отсюда невозможно исчезнуть незаметно.
Надо чётко спланировать побег. Каждый шаг просчитать наперёд.
У меня с собой не так уж много денег, но всё же кошель, набитый серебряными монетами, даёт хоть какой-то шанс продержаться первое время без помощи близких.
На родных рассчитывать нельзя. В первую очередь меня будут искать именно дома. К тому же мне отвратительна сама мысль о том, что я поставлю свою семью в трудное положение, если попрошу их о помощи. Укрывать беглянку, сбежавшую от короля, – дело небезопасное.
Да и станут ли они меня прятать? Возможно, отец сразу отправит меня обратно под конвоем – ведь ему нужно думать о двух других дочерях.
После побега устраивать свою жизнь придется самой, и меня это не слишком пугает. А вот быть пойманной при попытке к бегству – это по-настоящему страшно. В лучшем случае король приставит ко мне стражу и окончательно перекроет путь к побегу. В худшем – отправит в темницу или на магический допрос, где вскроется моя связь с тёмной магией.
Нет уж. Думай, Аня, думай! Ты же умеешь и любишь планировать. Ну, так планируй!
Вопреки моим усилиям, мысли расплываются. Лежу неподвижно, уставившись в драпировку балдахина, где на бежевом бархате вышиты золотые птицы – невесомые, необычные, точно из другого мира. Прямо как я. В животе ноет от голода, и я внезапно вспоминаю, что осталась без ужина. В довесок к голоду ещё и горло пересохло. Только обезвоживания мне не хватало...
Резко сажусь и осматриваю комнату. Взгляд цепляется за кувшин из тёмного стекла на изогнутой ножке, стоящий в паре с кубком. Подхожу к резному столику у окна. Наливаю себе жидкость в хрустальный кубок, подношу к губам, осторожно смакуя. И правда, вода! Прохладная и сладковатая. То, что надо! Выпиваю всю воду залпом, чуть ли не постанывая от наслаждения.
Жаль, я не догадалась спрятать еду в карманах. Была бы поумнее – запаслась бы едой впрок. Вот, подкинула бы сейчас мозгу глюкозу – глядишь, и думалось бы веселее.
Выпив ещё немного воды, возвращаюсь к кровати. Сажусь на край, и мой взгляд падает на огромное зеркало, поверхность которого отражает меня – неестественно бледную. Глаза в мягком сиянии магических светильников кажутся большими и напуганными. Сейчас, глядя на своё отражение, как никогда чувствую себя одинокой. Обхватываю себя руками. Мне не помешал бы союзник.
Может обратиться к соперницам? Каждой из них было бы выгодно моё исчезновение. Вот только где гарантия, что узнав мои планы, они не сдадут меня королю? Ведь донос еще эффективнее устранит меня с отбора.
Нет уж. Лучше действовать в одиночку.
Итак, нужен план, пусть даже самый примитивный для начала.
Снова подсаживаюсь к изящному столику, двигаю кувшин с кубком к краю.
Достаю из кармана фантик от съеденной пастилки и кладу в центр стола. Это символ еды. Надо раздобыть припасы, которые можно спрятать. Которые не испортятся и не вызовут подозрений. Как вариант – сладости, орехи, сушёное мясо... Да что угодно.
Снимаю цепочку с шеи и раскладываю возле кувшина в виде дорожки. Это путь, по которому можно выйти. Надо выяснить, как передвигаются маги, где находятся служебные проходы, кто куда ходит без охраны. Где канализация, как сюда доставляют еду. Хорошо бы сходить в библиотеку и порыться в фолиантах. Там могут быть чертежи подземных ходов или старые хроники замка. На страницах книг можно найти больше, чем кто-то предполагает.
А помимо книг, надо общаться. Собирать слухи. Шепотки в купальнях, разговоры в коридорах, когда думают, что я не слышу.
Лепесток с цветочной вазы, ярко-алый, бросаю рядом с цепочкой. Хорошо бы устроить отвлекающий манёвр, чтобы мой побег не заметили сразу. Пусть все смотрят в другую сторону, пока я ухожу.
Смотрю на стол. Теперь его поверхность выглядит хаосом для чужих глаз, и картой спасения – для моих.
Задумчиво дотрагиваюсь до фантика. Живот снова сжимается в спазме. Проклятье, как же я голодна... Завтра же найду способ раздобыть еду.
Шелковая ткань шуршит, когда я ложусь на кровать, напоминая еще об одном пункте. Надо будет и платье сменить в день побега – это слишком броское. Поищу в своих вещах что-нибудь неприглядное или обменяю у служанки.
Завтра утром мне нужно начать действовать. Следует быть осторожной. Делать вид, что я просто голодная, капризная девица. Неопасная и не слишком умная.
Подумав немного, снимаю со своего платья тонкую серебряную булавку и, спрыгнув с кровати, пристраиваю ее рядом с фантиком на столе. Эта булавка означает колючку Мэлграна, который уколет при первой возможности. Его нельзя выпускать из виду. Чем внимательнее буду за ним следить – тем меньше шансов, что получу удар в спину.
Задумчиво провожу пальцем по булавке. Нет, ну правда…
Что задумал этот прохиндей?
Глава 11
Следующее утро начинается со стука в дверь. Подскочив, бросаюсь к выходу, но, на ходу проснувшись, вспоминаю, что хорошо бы сперва одеться. Спрашиваю: «Кто там?», и несусь к платью, которое вчера я повесила на спинку стула.
Пока натягиваю на себя лиф, стараясь ничего не порвать, за дверью раздается мелодичный женский голос:
– Я ваша служанка, миледи.
– У меня нет служанки, – кричу в ответ. – Ты ошиблась дверью.
– Леди Амелия Лайтхард? – не сдается голос.
– Да, это я.
– Значит, я ваша новая служанка. Агата.
Да что же такое?!
Я не просила служанку.
Это Луиза ныла, что ей служанка нужна…
Кое-как закончив одеваться, открываю дверь и вижу перед собой девушку приятной наружности, лет двадцати пяти. Аккуратный, белый чепчик закрывает ее волосы, но, судя по смуглой коже, смоляным бровям и ресницам, она, должно быть, брюнетка.
Агата быстро приседает в реверансе и бросает короткий, нетерпеливый взгляд за мою спину. Видимо, надеется проникнуть в комнату. Вот только в мои планы личная служанка не вписывается.
Я качаю головой.
– Спасибо, Агата, мне не нужны твои услуги.
– Хорошо, миледи, – в ее карих глазах мелькает горечь. – Простите, что не угодила. Вам пришлют кого-то другого.
– Нет, нет, ты не так поняла. Мне вообще не нужна служанка.
Девушка сглатывает и скорбно сжимает губы.
– Хорошо. Я передам это господину.
– Договорились… – и вдруг спохватываюсь. – Стой. Какому господину?
– Господину Мэлграну Крофту.
Мэлграну?! Это имя заставляет меня окончательно проснуться. Не хочу перечить этому человеку. Не хочу вообще с ним никак связываться. Моя задача – затаиться среди других девушек, ничем не выделяться, и потихоньку собирать информацию для побега.
Агата уже разворачивается, чтобы отправиться прочь, но в последний момент перехватываю ее за запястье.
– Погоди. Я передумала. Не надо ничего передавать. Ты мне подходишь.
Круглое личико загорается, будто лампочка. Она довольно кивает, широко улыбаясь.
Наверно, стать личной служанкой считается здесь престижным назначением, этаким продвижением в карьерном росте. Отхожу с проема и пропускаю девушку внутрь. Та заходит в комнату и взволнованно теребит свои пальцы.
– Благодарю, миледи. Для меня это большая честь – служить вам. Нам сказали, что если госпожа будет избрана королевой, её личная служанка останется при ней. Я сделаю всё, чтобы вы не разочаровались во мне.
– Э-м. Спасибо за… рвение.
Становится жаль бедняжку, надеждам которой не суждено сбыться. Я ведь не королевой собираюсь становиться, а удрать отсюда при первой возможности.
– Через час, – продолжает девушка, – Его Величество будет ждать вас в большой столовой на завтрак. Я пришла помочь вам собраться, но вижу вы уже одеты. Желаете, чтобы я прямо сейчас сделала вам причёску?
– Спасибо, я не против... Только дай мне минутку.
Посетив уборную, сажусь перед трюмо. С интересом наблюдаю в отражении зеркала, как девушка подходит со спины, доставая из кармана фартука серебряный гребень с длинными, тонкими зубьями.
Когда она впервые проводит им по моим волосам, вздрагиваю от неожиданного обволакивающего тепла, которое разливается по коже головы, будто кто-то осторожно вливает в меня солнечный свет.
Несмотря на то, что я проснулась с вороньим гнездом на голове, Агата ни разу не дергает пряди, лишь мягко скользит по волосам, которые под ее руками послушно распадаются в идеальные волны.
Затем она зигзагообразно проводит гребнем вдоль линии черепа и пряди сами собой начинают сплетаться в косы. Легкие, точные линии соединяются в сложный узор. Я сижу и смотрю за этим волшебством, отчаянно стараясь не уронить от изумления челюсть. Ведь у Амелии никогда не было такого артефакта, несмотря на то, что происходила она из богатой знатной семьи.
Время от времени Агата делает гребнем пассы над моей головой и, по мановению руки, траектория плетения косичек каждый раз меняется, создавая изысканный узор из косичек.
Я расслабляюсь. Оказывается, личная служанка – это не так уж и плохо. Пока что.
– Удобная вещица, – говорю восхищенно.
– Артефакт укрощения волос. Королевский стандарт, – отвечает девушка, не прерывая работы. – У каждой личной служанки есть такой артефакт. Но скажу вам по секрету, миледи, – она понижает голос, – я отхватила нам самый новый.
Сердце опять сжимается от жалости. Она наверно мечтает, что я стану королевой. Как бы ей деликатно намекнуть, чтобы не особо надеялась?
– Скажи, Агата... Может, ты слышала, как прошел вчерашний ужин? Мне вчера не удалось поужинать с королем. Он выставил меня из столовой.
– Да, миледи. Об этом судачили все слуги. Если позволите выразить свое мнение, это бы рискованный, но гениальный ход с вашей стороны. Говорят, Его Величество весь ужин просидел мрачный. А в конце ужина отослал домой баронессу… Марию Фернади, заметив, что та постоянно всхлипывала и ничего не ела. Он сказал, что не собирается держать здесь никого силком. Представляете, какой позор она привезет домой? Не продержаться и суток в роли претендентки!
– И что? – говорю, ошеломлённая всей этой информацией. – Она уже прошла проверку магов?
– Какую проверку, миледи? – Агата широко распахивает глаза. – Не понимаю, о чем вы говорите.
