Текст книги "Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ)"
Автор книги: Игорь Некрасов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 34 страниц)
Игорь почувствовал, как внутри что-то бессильно обмякло. «Ааа, блин…» – но вслух он только выдавил:
– Ладно, понял, Семён Семёныч.
Потом, собравшись, добавил:
– Может, вам нужна моя помощь? Я могу…
– Благодарю вас, дорогой коллега, за проявленную инициативу и профессиональное рвение, – тут же, почти не давая договорить, перебил его Семён Семёныч. – Однако напоминаю, что данная, так скажем, процедура относится к сфере исключительной компетенции узкого круга лиц. И, смею вас заверить, она требует исключительно моей личной аудиенции и персональных согласований на соответствующем уровне.
Говорил он так, будто зачитывал цитату из внутреннего устава секретного ордена.
– Ну… хорошо, – сдался Игорь. – Если что – звоните, Семён Семёныч.
– Непременно. И вновь благодарю за понимание и оперативность, – произнёс Семён Семёныч, и в его голосе на секунду прозвучало что-то вроде одобрения. – Вы действуете чётко, коллега. Это похвально. И, к слову, если зарядное устройство вам более не требуется, будьте так любезны вернуть его законной владелице, Лиле Сергеевне. Не стоит задерживать чужое имущество у себя дольше, чем нужно.
Игорь тут же посмотрел на свой телефон, который показывал уже 53% заряда.
– Хорошо, Семён Семёныч, я сейчас же верну, – поспешно пообещал он.
– Отлично. Тогда не буду вас более задерживать. Продолжайте в том же деловом духе, – заключил Семён Семёныч своим самым нудным тоном и положил трубку, оставив после себя лишь лёгкое ощущение несделанного и образ Лили Сергеевны из бухгалтерии, которой теперь предстояло идти возвращать зарядку.
«Ладно, надо вернуть, – покорно подумал Игорь, кладя рабочий телефон на базу и отключая кабель от телефона. – Потом сразу пойду пообедаю, есть хочу пиздец».
Он собрал зарядное устройство, аккуратно намотав длинный белый шнур, и выдернул его из розетки. В руках у него оказался маленький, но ощутимый груз обязательств перед некой Лилией Сергеевной.
И тут же в голове вспыхнул вопрос: «Так, а где она находится-то вообще?»
Игорь встал, держа зарядку в одной руке, и медленно обвёл взглядом зал.
«Бухгалтерия… где-то в другом крыле, кажется. Или на этаж выше?»
Он прикидывал, к кому бы подойти и ненавязчиво спросить, не выглядя при этом полным идиотом, который не знает расположения отделов в собственном офисе.
Его взгляд скользнул по соседним столам, выискивая знакомое, не слишком занятое лицо. И задержался на Юле – девушке, которая сидела почти по соседству. Они были не близко знакомы, но как-то раз пили на корпоративе в одной шумной кампании с Алисой. Юля запомнилась забавной девушкой, которая получила цветы от кого-то и облила тогда свой рабочий стол водой от вазы.
Сейчас она, уставившись в монитор, что-то усердно правила в таблице. Чувствуя на себе взгляд, она отвлеклась, подняла глаза и встретилась с ним. На её лице мелькнула лёгкая растерянность, а затем – смущённая, стеснительная улыбка. Затем она отвела взгляд, снова уткнувшись в экран, но плечи её слегка напряглись.
«У неё спрошу, – решил Игорь, отметив её нехитрую реакцию. – Думаю, должна знать».
Он подошёл к её рабочему островку, стараясь не создавать лишнего шума. Юля, почувствовав его приближение, снова подняла на него глаза, и на её щеках выступил лёгкий румянец.
– Юль, привет, – начал Игорь, но она тут же его перебила.
– Мой ответ сразу «нет», – выпалила она, улыбаясь, но взгляд её бегал по сторонам, а щёки горели алым.
Игорь замер. «Чего?» – пронеслось у него в голове, и он почувствовал себя полным идиотом, который пропустил начало какого-то важного разговора.
– Почему? – почти автоматически спросил он, не зная, как ещё реагировать.
– Нуууу… потому что я замужем, – ответила она, и её улыбка стала ещё смущённее, но в глазах читалось странное торжество.
Игорь, догадавшись, о чем она, тут же усмехнулся.
«Блять, да кому ты нужна? – пронесло в его голове. – Что за бред?»
– А это тут при чём? Я хотел спросить…
– Я знаю, что ты хочешь, – снова перебила его Юля, понизив голос до конспиративного шёпота и наклонясь вперед. – Думаешь, я не видела, как ты сегодня на меня смотрел? Да и вообще, типа… – она сделала многозначительную паузу. – Но мой ответ – нет. Я замужем. – она откинулась на спинку кресла, сложив руки на груди, и её лицо расплылось в милой, почти снисходительной улыбке. – Но мне, честно, приятно, что ты наконец-то решился подойти.
Игорь несколько секунд просто смотрел на неё в полной, благоговейной растерянности. Он видел её лицо – миловидное, с аккуратными чертами, на котором, однако, уже лежала та лёгкая, ухоженная зрелость, что отличает женщину за тридцать от молодой девушки. Её каштановые волосы были распущены мягкими волнами, а синее платье, вопреки своему фасону, откровенно подчёркивало ее фигуру.
«Я всё ещё сплю, что ли? – промелькнуло у него. – Или это какой-то новый уровень похмельного бреда?»
– А-а-а… – протянул он, подбирая слова, чувствуя себя актёром, забывшим текст в самом дурацком спектакле. – Ну… хорошо. Ладно. – решив, что проще и безопаснее подыграть, чем ставить её в неловкое положение и выслушивать потом оправдания, он добавил с наигранной виноватой улыбкой. – Видимо, от тебя ничего не скроешь, да?
Юля мило, чуть смущённо рассмеялась, прикрывая рот кончиками пальцев.
– Ну, это было так очевидно, если честно, – сказала она, поправляя прядь волос. – И ты… ты мне тоже нравишься. Честно. Только я бы не хотела… – она запнулась, засмущалась и отвела глаза, оставив фразу висеть в воздухе, полной невысказанных «но» и супружеских обязательств.
Игорь мысленно возвёл глаза к небу. «Ого, как это странно, конечно… Но надо бы заканчивать этот бред».
– Хорошо, я понял, – с фальшивым сожалением в голосе сказал он. – И раз уж у меня нет шансов… – он сделал театральную паузу, внутренне добавив: «Хотя я вроде ничего такого от тебя и не хотел». – Может, тогда хоть поможешь несчастному отвергнутому человеку в другом?
Юля улыбнулась, и в её глазах вспыхнул игривый, заинтригованный огонёк. Она наклонилась чуть ближе, понизив голос до конфиденциального шёпота.
– Ну, это смотря что ты попросишь, Игорь? – спросила она, и в её тоне слышалось смущение, будто она ожидала предложения руки и сердца или, на худой конец, свидания после работы.
Игорь, чувствуя, как абсурдность ситуации достигает критической массы, поспешил вернуть разговор в прагматичное русло.
– Можешь подсказать, где сидят бухгалтера? Мне нужна Лиля Сергеевна, если ты знаешь такую.
Юля будто чуть сдулась. Её плечи опустились, а игривый блеск в глазах померк, сменившись лёгкой обидой и разочарованием.
– А-а-а… да… да, знаю, – сказала она уже менее оживлённо, откидываясь на спинку кресла. – Они сидят в том дальнем крыле, за стеклянной перегородкой с надписью «Финансы». Там у них свой отдельный закуток. Лиля Сергеевна – брюнетка, в очках, обычно сидит прямо у окна, третья справа. Только поторопись, – добавила она, снова взглянув на него, но уже без прежнего блеска, – скоро обед и могут уйти.
Игорь бросил взгляд в дальний, затемнённый угол зала, куда она указала, и кивнул.
– Понял. Спасибо тебе, Юль. Я тогда пошёл, пока они не ушли.
– Давай, – тихо, с налётом разочарования, сказала она. – Увидимся.
– Да, – коротко бросил Игорь и направился в сторону «Финансов».
Он шёл между рядами столов, и в голове у него крутилась одна мысль. «С чего она вообще решила, что я её искал? – чуть не рассмеялся он вслух. – Ха-ха. Тут же дохрена людей. Вот наивная».
Идти пришлось неблизко. Бухгалтерия оказалась в самом отдалённом и тихом крыле здания, куда редко заходили посторонние. Он миновал несколько пустующих переговорок, свернул за угол и увидел ту самую матовую стеклянную перегородку с серебристой надписью «Финансы». За ней виднелся неяркий свет, и он потянул тяжёлую стеклянную дверь и шагнул внутрь.
Попасть из шумного зала в это пространство было как нырнуть под воду. Здесь царила тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом системных блоков и лёгким шелестом бумаги. Воздух пахло пылью, старыми архивами и слабыми духами.
Как и предупреждала Юля, отдел был почти пуст. Лишь у самого дальнего окна, заваленного стопками папок, сидела девушка.
На вид ей было лет двадцать пять. Она была невысокого роста, хрупкого телосложения, с густой тёмно-каштановой гривой волос, собранной в небрежный, но элегантный пучок на затылке. Черты лица были удивительно тонкими и правильными – большие тёмные глаза, прямой нос, пухлые, будто надутые губы.
Она была одета в строгий, но откровенно дорогой тёмно-синий костюм-двойку. Жакет, расстёгнутый, открывал белую шёлковую блузку, а облегающая юбка подчёркивала изящные бёдра. Она не отрываясь смотрела в экран монитора, её длинные пальцы с безупречным маникюром быстро стучали по клавиатуре.
Игорь сделал несколько шагов, и его шаги прозвучали неловко громко. Девушка подняла на него глаза, и ее взгляд был оценивающим – спокойным и немного отстранённым.
– Здравствуйте, – сказал Игорь, слегка смутившись под этим взглядом. – Это вы… Лиля Сергеевна?
Девушка повернулась в его сторону, и её лицо озарилось лёгкой, но очень милой улыбкой. Она поправила очки, съехавшие на кончик носа.
– Здравствуйте, да, это я, – её голос оказался тихим, немного хрипловатым и очень приятным. – Аа… – она протянула, чуть скосив глаза. – Вы по какому вопросу?
Игорь подошёл к её столу и протянул руку с зарядным устройством, как дипломат, вручающий верительную грамоту.
– Я хотел вернуть вам зарядку, которую Семён Семёныч, получается, сегодня у вас одолжил.
– Ааа, да-да, точно! – её лицо снова расплылось в улыбке, и она протянула руку, чтобы взять зарядку. Её движения были плавными и грациозными. – Спасибо вам большое, что вернули.
Игорь, глядя на её живое, остроумное лицо, не удержался и тоже улыбнулся.
– Да это вам спасибо, – сказал он. – Выручили. А то телефон сел в самый неподходящий момент, а зарядить было нечем.
Девушка, улыбаясь, сунула зарядку в ящик стола. Потом снова посмотрела на него, и в её взгляде появился лёгкий, игривый интерес.
– А вы, видимо, тот самый… многообещающий стажёр, – она сделала небольшую драматическую паузу, – про которого Семён Семёныч так восторженно говорил? Он ведь для вас её брал, да? Уж очень он распинался насчёт «перспективного кадра, которого нельзя оставить без связи с миром».
Игорь фыркнул. В голове пронеслось: «Ну Семён Семёныч смешной чел». Вслух же он сказал, слегка смутившись:
– Да… это он для меня ее взял.
Девушка улыбнулась и кивнула, будто поставила в его досье галочку. Игорь, чувствуя, что разговор можно и нужно развить, представился:
– Кстати, меня Игорь зовут.
– А меня, как вы уже, наверное, догадались, Лиля, – ответила она, и её улыбка стала ещё теплее. Она протянула ему руку – маленькую, с тонкими пальцами и прохладной, нежной кожей. – Ну, теперь будем знакомы, Игорь?
Игорь пожал её руку, стараясь не сжать слишком сильно.
– Да, приятно познакомиться.
– Взаимно, – легко ответила она, отпустив его ладонь. Потом её взгляд стал чуть более деловым, но в уголках глаз всё ещё играли весёлые искорки. – Что ж, Игорь, раз я тебя выручила… Может, тогда и ты меня выручишь?
Игорь чуть удивлённо поднял бровь. Внутри тут же ехидно отозвалось: «Бля, сейчас так лень вообще что-либо кому-то делать». Но внешне он сохранил лёгкую, готовую к сотрудничеству улыбку.
– А что нужно сделать? – спросил он, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало предвосхищения подвоха.
– Сейчас покажу, – сказала Лиля, и её глаза заискрились азартом, словно она затеяла небольшую, но увлекательную авантюру.
Она встала со стола, обошла его и направилась к соседнему, совершенно пустующему рабочему месту. Там на столе стояла большая, пустая картонная коробка из-под офисной техники, а рядом громоздилась внушительная стопка толстенных папок с бумагами, каждая из которых явно весила прилично.
Она положила ладонь на эту бумажную гору, обернулась к Игорю и сказала с театральным вздохом:
– Вот эти тяжеленные документики нужно отнести в подвальное хранилище. Сегодня последний день по регламенту, а я сама их не осилю…
В этот момент стопка, будто почувствовав себя героиней мелодрамы, пошатнулась, и несколько папок грохнулись на пол.
– Блин! – вырвалось у Лили, и она, недолго думая, наклонилась, чтобы их поднять.
Игорь замер. Её облегающая юбка из плотной ткани мгновенно натянулась, безжалостно обрисовав идеально круглые, упругие бёдра и две округлые, соблазнительные половинки попы, которые сейчас были направлены прямо на него. Шов юбки деликатно подчёркивал линию между ними, а ткань слегка поблёскивала под светом ламп.
Наклон был настолько глубоким, а вид – настолько откровенным и в то же время естественным, что у Игоря на секунду перехватило дыхание. Это была не показная уловка, а простая бытовая неловкость, которая внезапно обнажила всю её скрытую под строгим костюмом пышную и безупречную женственность.
Пока Игорь, заворожённый, смотрел на эту открывшуюся ему картину, Лиля, всё так же наклонившись, поднимала рассыпавшиеся папки.
– Ну так что? – спросила она голосом, немного приглушённым из-за неудобного положения. – Поможешь?
Она повернула к нему голову, улыбаясь той же открытой, милой улыбкой, и в этот момент Игорь резко отвёл взгляд, уставившись в стену с огнетушителем, будто внезапно обнаружив там невероятно интересную инструкцию. Его мозг, всё ещё обрабатывавший полученное визуальное впечатление, на автопилоте сформулировал ответ, связанный с тем, что было у него перед глазами секунду назад.
– С такой… задни… ачей? – начал он и тут же, спохватившись, чуть не подпрыгнул на месте. Его глаза широко раскрылись от ужаса перед собственной оговоркой. – Ой! То есть… Да! Конечно, помогу! С какой угодно задачей! – поспешно исправился он, чувствуя, как жар стыда заливает ему уши и шею.
Лиля, наконец собрав все бумаги, положила их обратно в стопку и выпрямилась, чуть выдохнув от напряжения.
– Ну тогда, Игорь, жду тебя после обеда.
Игорь тут же внутренне охнул. В голове чётко всплыло: «Чёрт, меня же Виктория Викторовна звала к себе после обеда!» Он поспешно потёр ладонью лоб, собираясь с мыслями.
– Слушай, может, лучше сейчас отнесём? После обеда Виктория Викторовна просила меня зайти, и… – начал он, но Лиля мягко, но уверенно перебила его, всё так же мило улыбаясь.
– Лучше после обеда, сразу же отнесём, там недолго. И тем более ключей от хранилища у меня сейчас нет, надо будет забрать их у Дмитрия Анатольевича из хозяйственного отдела, а он еще не пришёл с совещания. Поэтому, если, конечно, можешь… Давай после обеда, сразу же. Там недолго, и как раз ключи будут.
Игорь мысленно взвесил варианты. «После Виктории Викторовны я, скорее всего, буду как выжатый лимон… И раз недолго… то… а, похуй, помогу, раз уже пообещал».
– Ааа, ну… окей, – сдался он. – Хорошо, после обеда тогда сразу к тебе.
– Отлично, спасибо! – её лицо снова озарилось тёплой улыбкой. – Тогда буду ждать тебя, Игорь.
Она развернулась и пошла обратно к своему столу, её каблуки тихо стучали по ковру. Игорь кивнул уже её спине и, развернувшись, вышел из тихого царства финансов обратно в шумный гул зала, в голове у него уже начинала выстраиваться схема предстоящего дня: обед, Лиля, потом Виктория Викторовна.
Ровно в час он отправился в столовую, расположенную на другом этаже. Просторный зал с панорамными окнами, низкий гул приглушённых разговоров и запах свежеприготовленной еды – на миг взбодрили его. Игорь взял поднос и прошёлся вдоль стойки. Сегодня было картофельное пюре с котлетой из говядины и салат из рукколы с пармезаном. Не хуже, чем в «Центурионе», только бесплатно. Он взял порцию, бутылку минералки и отыскал свободный столик в углу, подальше от шумных тусовок коллег из своего отдела.
Он ел медленно, наслаждаясь вкусом и тишиной в своей голове. Отключился от всего: от графиков, от вчерашнего похмелья, от абсурда с Юлей и тревожного ожидания звонка. Просто смотрел в телефон, листая ленту новостей, где мир катился с привычной, не относящейся к нему скоростью. Политика, скандалы, кризисы – всё это было далёким, почти абстрактным фоном к его собственным, куда более насущным проблемам: соблазнительной бухгалтерше и грозной начальнице.
Он допил воду, отнёс поднос и, почувствовав прилив сил или просто иллюзию сытости, и направился обратно. Лифт мягко поднял его на этаж. Дверь открылась, и его снова обнял знакомый гул офиса – теперь чуть более сонный. Люди возвращались с обеда, кто-то уже уткнулся в мониторы, кто-то лениво потягивал кофе. Игорь сделал глубокий вдох и шагнул вперёд. Пора было начинать второе, куда более пикантное отделение рабочего дня.
Игорь направился обратно в крыло «Финансов». Войдя, он увидел, что отдел уже ожил после обеда – за несколькими столами сидели люди, негромко переговариваясь и щёлкая клавиатурами. Лиля, заметив его на пороге, оторвалась от монитора и деловито кивнула. Она встала и подошла к тому же самому столу, где теперь стояла большая, доверху набитая документами картонная коробка, обтянутая скотчем для надёжности.
– Вот, Игорь… её, – сказала она, похлопав по боку картона ладонью.
Игорь подошёл и оценивающе посмотрел на груз.
– А ты… ключи взяла? – спросил он, уже чувствуя, как от одной мысли о подвале по спине пробегает мурашек сырости и пыли.
– Да, – улыбнулась Лиля и, словно фокусник, из кармана своего жакета достала внушительную связку старомодных ключей. – Всё при мне.
Игорь наклонился, и в его голове промелькнула мысль «особенно сочная жопа».
Обхватив коробку руками, он с лёгким усилием поднял её. Она оказалась на удивление тяжёлой, бумага внутри плотно утрамбованной.
– Ну, показывай, куда идти, – сказал он, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало напряжения.
– Ага, сейчас, – ответила Лиля и легким шагом направилась к двери отдела. Она придержала её, пропуская Игоря с его ношей, а затем, обогнав его, зашагала вперёд по коридору. – Давай за мной.
Игорь последовал за ней, ощущая, как тяжёлая коробка всё глубже впивается в ладони, а неудобный хват за углы начинает сводить пальцы. Он старался идти ровно, не крениться, не делать вид, что ему тяжело, но внутри уже начинал тихо материться: «Бля, она там что, гири ещё положила вместе с самомнением Юли, которая очень сильно замужем? Почему так тяжело?»
Они подошли к металлической двери лифта. Лиля нажала кнопку вызова и обернулась к нему. Её взгляд скользнул по его напряжённым рукам.
– Тяжело, да? – спросила она с лёгкой, почти сочувствующей улыбкой. Затем подошла ближе. – Давай я помогу, пока ждём.
– Да ладно, – выдавил он сквозь стиснутые зубы, делая вид, что просто поправляет хват. – Всё нормально. Это же просто бумаги…
Игорь, из последних сил изображая, что для него это сущие пустяки, бодро мотнул головой, хотя внутри уже кричал: «Где этот ебанный лифт, нахуй? Я ваще без сил, руки ща просто отваляться!»
Лиля тут же фыркнула, и её лицо скривилось в милой, понимающей гримасе.
– Ага, «просто бумаги». Когда их много – тяжеленные, ппц. Мы ведь их сами таскаем постоянно… – добавила она с лёгкой обидой в голосе. – В нашем отделе одни девочки работают и мы редко когда кого-то просим
Игорь, чувствуя, как мышцы спины начинают тихо петь похоронную песнь, мысленно ахнул: «Ебать, они там все Гераклы, что ли?».
– А ты обычно сама тащишь, что ли, эту коробку? – спросил он, стараясь говорить ровно. – Она же тяжёлая, ппц. – Тут же, спохватившись, добавил: – Для вас-то… Мне-то уж норм.
– Ну щас. – Лиля улыбнулась, покачивая головой. – Мы обычно разом так много не берём. Нас там шесть человек работает…
В этот момент лифт, наконец, с тихим «дзинь» прибыл. Двери разъехались, они зашли внутрь, и Лиля, нажимая кнопку с минусовой цифрой, продолжила:
– … по чуть-чуть берём и относим. По паре папок каждый.
– Ааа, – сказал Игорь, и в голове у него пронеслось: «Ну, тогда понятно, а то я подумал, что мне пора в качалку».
Лиля, глядя на него в отражение глянцевой двери лифта, добавила:
– Хорошо, что есть ты. Мужчина, который может это всё отнести разом.
Игорь снова мысленно фыркнул. «Ага, как же охуенно. Особенно „мне“». Внешне же он просто улыбнулся ей в ответ и сказал:
– Ну да.
– А то пришлось бы самой по сто раз ходить туда-сюда, – вздохнула она. – Столько времени это отнимает…
Лифт мягко остановился, и двери открылись.
Игорь, ожидавший увидеть царство паутины и сырости, удивился. Перед ним был обычный, хорошо освещённый цокольный этаж с чистыми светлыми плитками полами, выкрашенными в светло-серый цвет стенами и множеством одинаковых, пронумерованных металлических дверей. С потолка лился ровный белый свет, пахло свежей краской и тишиной. Это было похоже на бесконечный коридор дорогого, но безликого отеля для ящиков с документами.
Лиля, бросив на него быстрый взгляд, сказала:
– Пошли, нам в ту сторону, – и махнула рукой вглубь коридора.
Игорь поплёлся за ней, чувствуя, как мышцы предплечий горят огнём, а ладони немеют. Ещё чуть-чуть – и эта проклятая коробка грохнется на пол. Чтобы хоть как-то отвлечься, он уставился на её попу. Плотная ткань юбки ритмично обтягивала соблазнительные округлости с каждым её шагом, и в этом был какой-то гипнотический, почти терапевтический эффект.
Пока она шла впереди, не оборачиваясь, он попытался незаметно подтолкнуть коробку коленом, чтобы на пару секунд перераспределить вес и дать рукам передышку. Получалось криво, он едва не споткнулся, но иллюзию облегчения на миг почувствовал.
«Да где же это чёртово хранилище? – отчаянно думал он. – Уже половину коридора же прошли».
Лиля, будто услышав его мысли, внезапно остановилась у одной из неприметных металлических дверей с номером «Б-17».
– Вот, тут, – объявила она и начала копаться в связке ключей.
Игорь, едва удерживая тяжёлую коробку, наблюдал за тем, как Лиля сначала долго искала нужный ключ, потом дважды не попала им в замочную скважину. И наконец, вставив, попыталась повернуть не в ту сторону. Ключ заскрипел, но не поддался.
– Ой, – смущённо выдохнула она. – В другую же надо…
Она начала энергично его дёргать и поворачивать, при этом замок издавал звуки, похожие на предсмертные хрипы старого будильника. Игорь, прислонив коробку к стене, но всё ещё держа её на весу, думал: «Ну давай, быстрее уже, а… ты же не первый раз его открываешь, ну ебаный в рот».
Наконец, с громким, победным щелчком замок сдался. Лиля повернулась к нему, и её лицо озарила милая, чуть виноватая улыбка.
– Ну всё! – сказала она, распахивая тяжёлую дверь.
Игорь улыбнулся ей в ответ, изо всех сил делая вид, что держать эту картонную гирю – сущие пустяки, плевое дело для такого мужчины, как он.
Она шагнула внутрь, щёлкнула выключателем. Под потолком заморгали, а затем зажглись несколько люминесцентных ламп, освещая длинное, узкое помещение, заставленное стеллажами до самого потолка. Запах старой бумаги, пыли и прохлады ударил в нос.
– Нам надо её положить во-о-он на ту полку, – сказала Лиля, указывая пальцем в дальний угол, где верхняя полка одного из стеллажей зияла пустотой. И пошла туда, уверенно скользя между рядами.
Игорь, снова подхватив коробку, поплёлся за ней. В голове у него чётко и язвительно прозвучал вопрос: «„Нам“? Или мне?»
– Ага, – выдавил он, и его голос прозвучал тоньше и выше обычного, будто его пережали в тисках вместе с коробкой.
Он дошёл до указанного стеллажа. Лиля, подняв руку, ткнула изящным пальцем с маникюром куда-то под самый потолок, на самую верхнюю полку, до которой Игорю пришлось бы поднимать эту коробку выше своей головы.
– Вот сюда надо, – констатировала она.
Игорь посмотрел на эту высь, потом на коробку в своих онемевших руках, и в его голове, чисто и ясно, как крик чайки над морем отчаяния, пронеслось: «Блядь. Нахуй. Серьёзно? Туда? Это пиздец, а не задача».
Лиля, наблюдая за его застывшей фигурой и выражением лица, на котором смешались ужас и немой вопрос к мирозданию, мягко спросила:
– Тебе помочь?
Игорь посмотрел на неё. Внутри всё кричало «ДА, РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО!», но мужское самолюбие, уже изрядно потрёпанное за день, упрямо встало на дыбы. Он не собирался выглядеть беспомощным мешком в глазах этой хрупкой, но насмешливо улыбающейся девушки.
– Нет, сейчас я сам, – бодро, с натянутой уверенностью сказал он.
Он поставил ногу на нижнюю полку стеллажа, так что коробка упёрлась ему в колено, давая рукам секундную передышку. Потом, сделав глубокий вдох и с силой оттолкнувшись ногой, он рывком закинул коробку наверх. Она с глухим стуком встала на нужное место. Сам Игорь от этого небольшого подвига внутренне охуел от собственной ловкости и силы, которых, как ему казалось, уже не осталось.
– Ого, какой ты сильный, Игорь, – искренне восхитилась Лиля, её глаза расширились. – Теперь я буду знать, кого просить о помощи!
Игорь, наконец опустив руки и чувствуя, как они дрожат от напряжения, подумал: «Ха-ха, да хуй там. Ноги моей больше не будет в вашем отделе». Вслух же, улыбаясь, он сказал:
– Ну, у меня тоже работы много. Но если что… конечно, обращайся. Всегда рад.
И в этот самый момент раздался сухой, тревожный треск. Нижняя полка, на которую он недавно опирался ногой, не выдержав рывка, выскочила из хлипких креплений и накренилась. А вслед за ней, подчиняясь законам физики, соседняя коробка, стоявшая на этой полке, рухнула на пол с оглушительным грохотом.
– Ой, бля-я-я! – резко выпалил Игорь. Крышка коробки отлетела в сторону, и море пожелтевших бумаг с роковым шелестом разлилось по полу, похоронив под собой былой порядок и его шаткую мужскую гордость. – Ну охуенно, – вырвалось у Игоря, и он тут же присел на корточки, сгребая рассыпавшиеся листы в беспорядочную кучу. Руки его всё ещё дрожали, но теперь уже от досады и спешки.
Лиля, не моргнув глазом, присела рядом. Её движения были спокойными, почти плавными.
– Ладно, не страшно, – сказала она, протягивая руку, чтобы помочь собрать ворох документов. – Тут же просто бумаги. Ничего не сломалось, – добавила она, и в её голосе прозвучала лёгкая, почти весёлая усмешка, будто она наблюдала за комичным фокусом.
Игорь, раздражённо чувствуя, как время утекает сквозь пальцы вместе с этими бумажками, а Виктория Викторовна ждёт, старался не показать виду.
Он просто спросил, собирая листы:
– А для чего вообще тут храните эти бумажки? Сейчас же все данные в компьютерах есть, разве нет?
Лиля, ловко складывая стопки, пожала плечами.
– Ну да, электронные копии есть. Но по закону оригиналы некоторых документов должны храниться в бумажном виде определённый срок. Акт приёма-передачи, внутренние распоряжения с живыми подписями, всякие отчёты для проверок… – она взмахнула пачкой листов. – Так что они нужны. Бюрократия, короче говоря.
Игорь, удивляясь и улыбаясь, сказал:
– Хмм, а что тут такого-то? – он взял верхний листок из своей кучи и пробежался глазами по тексту. Его брови поползли вверх. – «Акт о нарушении регламента… о запрете сексуальных отношений в рабочее время…»? – он фыркнул. – Составил… Семён Семёныч? Серьёзно?
Лиля хихикнула:
– Что-о-о? Серьёзно? – Она выхватила у него листок, её глаза быстро пробежали по строчкам. – «…обнаружены при проведении плановой проверки чистоты. В качестве вещественного доказательства изъяты… использованные презервативы (2 шт.) и предмет женского нижнего белья (трусики, чёрное кружево)». Ой, блин! – она залилась смехом. – «Рекомендация: усилить контроль за посещением архивных помещений».
Они оба, сидя на полу среди бумажного хаоса, рассмеялись до слёз.
– Я думал, это хранилище для бухгалтеров, – сквозь смех выдавил Игорь.
– А я и не знала, что тут и его акты о нарушениях лежат, – ответила Лиля, вытирая слезы. – Видимо, тут всё подряд сваливают.
Игорь, всё ещё улыбаясь, взял другой документ с пола.
– Да уж… прикол, – сказал он, но Лиля уже читала другой листок, который подняла, и её лицо снова расплылось в усмешке.
– Слушай, а у меня тут тоже… «Акт о нарушении регламента о запрете интимной близости»… – она подняла глаза на Игоря, и в них плескался восторг первооткрывателя. – «…в лифте между 17 и 18 этажами в рабочее время. Обнаружены следы… мужского семени на зеркалах». Ты только представь?
Они снова грохнули от смеха, сидя в облаке архивной пыли. Азарт маленького, абсурдного расследования охватил их.
– Дай-ка сюда, – Игорь потянулся к следующей папке. Лиля с готовностью подала ему ещё одну стопку, и они, как дети, нашедшие тайник с запретными комиксами, начали рыться в бумагах.
– О, слушай! – шёпотом воскликнула Лиля, зажав рукой рот, чтобы не рассмеяться громко. – «…застигнуты в момент интимной близости во время рабочего времени на кухне в столовой». Составил… Семён Семеныч! «В качестве смягчающего обстоятельства указали, что по факту провели разъяснительную беседу, но наложены санкции в виде штрафа».
Игорь фыркнул и сам вытащил листок.
– А вот: «…обнаружена спящей в кабинке совмещённого санузла в состоянии алкогольного опьянения. В детородном органе имела…» – он скосил глаза на Лилю. – «…вибратор фирмы „LovePeace“. Рекомендация: провести беседу о недопустимости…„. – они схватились за животы, давясь смехом. Потом Игорь взял ещё один документ и, пробежав глазами, зачитал вслух: – “…задержана за акт самоудовлетворения на рабочем месте в обеденный перерыв…»
Лиля, уже почти истерически хихикая, выдохнула:
– Жееесть! Что тут вообще творится-то!
– Да уж… – согласился Игорь, и тут взгляд Игоря упал на подпись и фамилию в графе «нарушитель».
Но его смех резко оборвался. «Алиса Петровна». Составлен не Семёном Семёнычем, а службой безопасности, три года назад. В голове у него на секунду воцарилась тишина, а потом пронеслось: «Ебать… это же моя Алиска… теребила киску…».
Лиля в этот момент, всё ещё улыбаясь, но уже успокаиваясь, стала собирать бумаги обратно в коробку.
– Ладно, давай собирать, – сказала она, вздыхая. – А то тут можно весь день просидеть, читая это… архивное порно.
Игорь, всё ещё посмеиваясь, мысленно констатировал: «Да уж, пиздец. Это же по сути целый склад компромата. Интересно, а тут есть что-то на Дарью?» Он потянулся за ещё одной папкой, но Лиля, уже собравшая половину рассыпанных бумаг, посмотрела на него с упрёком, хотя в уголках её губ всё ещё играла улыбка.
– Игорь, давай, помогай уже, – мягко, но настойчиво сказала она. – Хватит читать. Это же всё-таки… типа, личное. И мы не должны этого видеть.
Игорь, шутливо махнув найденным листком, отмахнулся:
– Да ладно уж, чё такого-то? Смешно же читать, как кто-то тут трахался или… мастурбировал.
Лиля, ловко складывая документы в коробку, фыркнула и перебила его, её смех теперь звучал немного смущённо:
