Текст книги "Вулкан Капитал: Орал на Работе 4 (СИ)"

Автор книги: Игорь Некрасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 34 страниц)

«Ладно, – подумал он мысленно, улыбаясь. – Тоже ей, волосы выдру как-нибудь».

Он поднял глаза и встретился взглядом с таксистом. Тот смотрел в зеркало заднего вида и лишь покачал головой с лёгкой усмешкой – видимо, насмотрелся уже на таких парочек.

Машина мягко катила по ночным улицам. За окнами проплывали огни, редкие прохожие, витрины закрытых магазинов. Дарья молчала, и Игорь понял, что она то ли задремала, то ли просто отключилась от реальности. Её голова тяжелела на плече, дыхание стало глубоким и ровным.

Он смотрел в окно на уходящий город и думал о том, какой безумный выдался день, пока такси не свернуло в тихий двор и не остановилось у подъезда.

– Ну всё, первая точка, – сказал таксист, кивнув на подъезд за окном. – Приехали.

Игорь оторвал взгляд от окна, посмотрев на дом, потом перевёл взгляд на Дарью. Она по-прежнему лежала у него на плече, тихо посапывая.

– Дарь, – позвал он тихо. – Дарья, всё, приехали. Твоя остановка, выходи. – она не отреагировала, только чуть нахмурилась во сне. – Дарья! – позвал он громче, слегка подталкивая её. – Подъём, соня! Домой иди!

– М-м-м… – промычала она, пытаясь зарыться лицом поглубже в его плечо. – Отстань… сука…

Таксист вздохнул – тяжело, обречённо – и отвернулся к лобовому стеклу, давая понять, что он в этом не участвует.

– Дарь, ну серьёзно, – Игорь уже начинал терять терпение, смешанное с пьяным весельем. – Давай просыпайся и выходи. Вон твой подъезд.

– Куда? – вдруг спросила она, не открывая глаз.

– К себе домой. Там поспишь.

– А где я?

– Мы в такси, и уже подъехали к твоему дому.

Дарья медленно, с трудом разлепила глаза, посмотрела мутным взглядом на подъезд, потом на Игоря.

– А ты? – спросила она, и в её голосе послышалась странная, пьяная настойчивость.

– Я дальше поеду. Выходи давай.

– Не, не, – Дарья коротко замотала головой, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице. – Это понятно. Я говорю: а ты кто?

Игорь чуть опешил. Таксист снова вздохнул – на этот раз ещё тяжелее, но промолчал, только покосился в зеркало.

– Ой бля… в смысле кто я? – переспросил Игорь.

– Ну… – Дарья прищурилась, вглядываясь в него с пьяной серьёзностью. – Петушок же? Ко-ко-ко?

И она тут же захихикала своей шутке, откинувшись на спинку сиденья. Игорь тоже усмехнулся, качая головой.

– Дура, блин, – сказал он беззлобно. – Иди давай уже.

– Ребята, – вмешался таксист, поворачиваясь к ним с усталым лицом. – Тут ожидания не более трёх минут, а то по тарифу дальше пойдёт. Решайте уже.

Игорь кивнул таксисту и снова повернулся к Дарье.

– Ну всё! Давай-давай, – сказал он, начиная подталкивать её в бок, чтобы сдвинуть с места.

Дарья подалась вперёд, но на полпути обернулась к нему с пьяным возмущением.

– Ебать ты джентльмен, конечно, – протянула она. – А как же открыть дверь даме?

Игорь посмотрел на таксиста. Тот сидел, уткнувшись в телефон, и лишь закатил глаза, даже не поднимая головы. Игорь снова перевёл взгляд на Дарью и подтолкнул её уже настойчивее, придерживая за талию.

– Давай не выёбывайся, – сказал он.

– Ладно, ладно, – сдалась она, нашаривая ручку двери. – … раб ты мой. Завтра на работе накажу за непослушание.

Она открыла дверь, выставила ногу наружу, опираясь на каблук, и в этот момент её лодыжка подломилась. Дарья охнула и начала заваливаться в сторону тротуара, судорожно хватаясь за дверь, но пальцы соскользнули.

– Ай! – выкрикнула она, и через секунду уже сидела на асфальте, растерянно хлопая глазами.

Каблук её туфли остался лежать рядом – отломился под корень, предательски поблёскивая в свете уличного фонаря.

Игорь тут же мысленно вздохнул, причём так глубоко, что, казалось, лёгкие сейчас вылетят наружу.

– Бля-я-я… – выдохнул он одними губами.

Таксист в зеркале заднего вида лишь покачал головой и снова уткнулся в телефон – его уже ничего не удивляло.

Игорь открыл дверь, вылез из машины и обошёл её. Дарья сидела на холодном асфальте, задрав ноги, и смотрела на отломанный каблук с таким видом, будто он предал её лично.

– Ну и чего ты расселась? – спросил Игорь, протягивая ей руку. – Давай, поднимайся.

– Каблук сломала, – сообщила она с пьяной обидой в голосе, показывая ему туфлю.

– Вижу… вставай давай.

Дарья ухватилась за его руку, и он рывком поставил её на ноги. Она покачнулась, чуть не свалившись снова, но удержалась, вцепившись в его плечо.

– Блин, – простонала Дарья, морщась. – Я, кажись, ногу подвернула. Больно стоять, блин.

Игорь глянул на неё, потом на её ногу.

– Капец, че реально болит?

– Ребята! – донеслось из машины. Таксист высунулся в окно, голос его звучал раздражённо. – Серьёзно, у вас уже ожидание превышено. Вы поедете дальше или нет?

Игорь обернулся, махнул рукой: «Сейчас, сейчас!» Затем он снова посмотрел на Дарью и спросил: «Сможешь сама дойти?»

Дарья попыталась сделать шаг, опираясь на больную ногу, и тут же зашипела:

– Ай! Блин, нет.

– Чёрт, – выругался Игорь, чувствуя, как пьяное веселье сменяется раздражением.

– Бля, отправь ты этого таксиста уже, – предложила Дарья, хватаясь за его плечо сильнее. – … и проводи меня домой, а потом нового вызовешь, раз у этого пиздец там ожидание, бля!

Игорь открыл рот, чтобы ответить, но таксист, услышавший её слова, уже вышел из машины. Он молча, с каменным лицом, закрыл заднюю дверь, бросил на них взгляд, полный усталого презрения, и сел обратно за руль. Через секунду машина тронулась с места, оставив их вдвоём на тротуаре.

Игорь проводил её взглядом и перевёл глаза на Дарью.

– Ну чё, пошли потихоньку? – спросил он без особой надежды.

– Нихуя, – отрезала она, сверкнув глазами. – Неси меня давай. Мне больно, так-то.

Игорь вздохнул. «Пиздец. Просто пиздец». Мысли в голове путались, но одна была чёткой: «Если я её так возьму, мы, наверно, вместе свалимся. И будет вообще весело». Он посмотрел на Дарью – она стояла на одной ноге, морщилась от боли, но в глазах всё ещё плясали пьяные чёртики.

– Ладно, давай, – выдохнул он.

«Попробую… че еще делать», – добавил мысленно.

Игорь присел, одной рукой обхватил её под коленями, другой – за спину. Дарья охнула, но послушно обвила его шею руками, прижимаясь ближе. Он выпрямился, чувствуя, как мышцы напряглись, и тут же удивился, что она была неожиданно лёгкой.

– Ого, – вырвалось у него. – А ты… ничего так, лёгкая.

– А ты думал, я вешу как бегемот что-ли? – фыркнула Дарья, но в голосе слышалось довольство. Игорь сделал шаг к подъезду, потом ещё один, но тут алкоголь дал о себе знать – ноги слегка заплелись, и его повело в сторону. – Аккуратнее! – воскликнула Дарья, вцепившись в его шею крепче. – Не дрова несёшь!

– Да всё норм, – буркнул Игорь, выравнивая траекторию. – Я контролирую.

– Ага. Вижу, я… как ты контролируешь, – усмехнулась она. – Идешь как конченый алкаш.

– Я вообще-то трезвее тебя, – парировал он, снова вильнув в сторону.

– Ой, блэээ, – Дарья рассмеялась и с довольным лицом добавила: – Неси уже меня! Раб!

Игорь только покачал головой, но улыбнулся.

Он почти дошагал до подъезда – оставалось буквально пара метров. Дарья, болтающаяся у него на руках, одной рукой полезла в сумку, висящую на плече. Пальцы долго шарили, звенели ключами, пока наконец не нащупали нужный.

– Погодь, – скомандовала она, и Игорь замер, покачиваясь.

Дарья приложила ключ к домофону. Тот пиликнул, дверь щёлкнула, открываясь. Она тут же ухватилась за ручку, потянула на себя, придерживая, чтобы Игорь мог войти.

– Давай, заходи, – сказала она, и в её голосе слышалась странная, пьяная заботливость. – Только аккуратно, не урони меня на пороге, а то пизды дам.

«От твоей пизды я бы не отказался», – подумал Игорь и шагнул в подъезд, чувствуя, как тёплый воздух сменяет ночную прохладу.

Он почти дошёл до лифта, остановился, переводя дыхание, и спросил:

– Какой у тебя этаж?

Дарья посмотрела на него с пьяной серьёзностью и выдала:

– Давай лучше по лестнице, а…

Игорь чуть усмехнулся, пытаясь понять, шутит она или нет.

– А какой этаж-то? Второй, что ли?

– Нет, – мотнула она головой. – Шестой.

Игорь рассмеялся.

– Бля, ты угораешь, что-ли?

Дарья усмехнулась – той самой нежной, пьяной усмешкой, которая делала её вдруг совсем другой, не офисной стервой, а просто уставшей женщиной.

– Ну в лифте просто душно, – сказала она почти виновато.

– Да? – Игорь всё ещё смеялся. – Ну иди сама тогда пешком.

Он дошёл до кнопки вызова и с трудом нажал, глядя на неё с вызовом. Дарья ничего не ответила, только приобняла его за шею чуть крепче и уткнулась носом ему в грудь – доверчиво, прям как уставшая кошечка, которая наконец нашла тёплое место.

Лифт приехал с тихим звоном, двери открылись. Игорь шагнул внутрь, чувствуя, как её дыхание согревает ткань рубашки.

– Нажми шестой, – попросил он.

Дарья, не отрывая лица от его груди, слепо потянулась к панели. Палец нашарил нужную кнопку, нажал, и рука тут же вернулась обратно, обвивая его шею. Она снова замерла, прижимаясь всем телом, и Игорь понял, что она снова засыпает – дыхание стало ровным, глубоким, тело обмякло.

Он стоял, прижимая её к себе, и чувствовал, как усталость наливает свинцом руки и спину. То, что в начале пути казалось лёгким, сейчас давало о себе знать – мышцы гудели, пальцы немели. Но он держал. Просто держал, глядя, как мелькают цифры над дверью.

«Четыре… пять… шесть…»

Лифт дёрнулся и остановился. Двери открылись, выпуская их в тихий, освещённый мягким светом коридор.

– Дарь, – позвал он тихо. – Какая квартира?

– Красивая… – ответила она невозмутимо.

– Бля, я же серьезно… – Игорь разозлился, его руки уже устали, – … какая квартира? Номер?

Дарья чуть приподняла голову, мутным взглядом обвела коридор и ткнула пальцем в сторону двери слева – тридцать седьмая, с потёртой цифрой и аккуратным глазком.

Игорь подошёл, чувствуя, как ноги начинают подкашиваться от усталости. Дарья в его руках завозилась, ища ключи в сумке. Пальцы не слушались, ключи звенели, но никак не хотели попадать в замочную скважину.

– Бляяя, – выдохнул Игорь сквозь зубы. – Давай быстрее, а то уроню же.

– Сейчас, сейчас, – пробормотала она, всё ещё тыкая ключом мимо замка.

Наконец она попала, и раздался щелчок. Дарья навалилась на дверь плечом, толкая её внутрь, и та открылась, впуская их в тёмную прихожую. Игорь шагнул внутрь и тут же чуть не споткнулся о обувь, валяющуюся прямо на пути. Он дёрнулся, едва удержав равновесие, и выругался сквозь зубы.

– Алиса, включи свет! – скомандовала Дарья громко, даже не глядя в сторону выключателя.

Через секунду в прихожей и соседних комнатах зажёгся мягкий, тёплый свет.

Игорь удивлённо огляделся.

– У тебя через Алису колонку что ли всё включается? – спросил он, пытаясь разуться, балансируя с Дарьей на руках.

– Завали своё ебало и неси меня до постели уже, – буркнула она, но без злости – скорее устало.

«Совсем уже охуела», – подумал Игорь, но промолчал.

Он кое-как начал скидывать ботинки – сначала один, наступая пяткой на задник, потом второй. Пол был прохладный и чистый, явно из дорогой плитки под мрамор. Затем Игорь прошёл дальше, осматриваясь.

Квартира была просторной и светлой, даже ночью это чувствовалось. Высокие потолки, ровные белые стены, минимум мебели – всё в стиле дорогого минимализма. В прихожей – только узкая консоль из матового дерева, на ней ключница и пара дизайнерских светильников.

Ничего лишнего.

Из коридора вели три двери – одна, судя по всему, в ванную, другая в гостиную, третья, видимо, в спальню. Пол был везде одинаковый – крупноформатная плитка. Гостиная, мелькнувшая в проёме, поражала порядком: огромный белый диван, стеклянный журнальный столик, на стене – огромная плазма, ни одного торчащего провода. В углу стояла та самая колонка, которой она командовала.

– Туда, – Дарья махнула рукой в сторону дальней двери, и Игорь понёс её в спальню.

Он зашёл внутрь, мельком заметив большую кровать с высоким изголовьем, застеленную идеально белым бельём. Но разглядывать было некогда – силы оставляли его окончательно. Последние метры дались с таким трудом, что он просто рухнул вперёд, бережно, но неизбежно роняя Дарью на мягкую поверхность.

Он упал вместе с ней, едва успев подставить руки, и в следующий момент оказался почти вплотную к её лицу. Их разделяли считанные сантиметры.

Дарья открыла глаза, и Игорь замер, глядя на неё.

В мягком свете, проникающем из коридора, она была… совершенно другой. Не пьяной женщиной, что ругалась матом у подъезда. А просто красивой. Очень красивой. Распущенные волосы разметались по подушке, глаза – огромные, тёмные, с расширенными зрачками – смотрели прямо в его душу. Губы, чуть припухшие, блестели.

– Чё зыришь? – спросила она тихо, и в этом одном вопросе было столько всего – и усталость, и любопытство, и что-то ещё, что Игорь не мог определить.

Он не уходил. Его рука всё ещё была зажата под её спиной, но он не думал об этом.

– Ничего, – ответил он так же тихо.

Он смотрел на её губы. Вспомнил тот момент в офисе, когда она схватила его за галстук и поцеловала. Тогда это было как пощёчина, как удар. Сейчас…

– Чёт вспомнил, как ты меня поцеловала сегодня на работе, – сказал он, и голос его прозвучал хрипло.

Дарья улыбнулась – нежно, мягко, совсем не по-дарьински.

– Забудь, – прошептала она. – Больше это не повторится.

– Ладно… – Игорь усмехнулся. – … но тогда приподнимись, а то руку мою зажала.

Она не шевельнулась. Несколько секунд просто смотрела на него, и в её глазах зажглись те самые огоньки – опасные, манящие, обещающие. А потом её рука метнулась вверх и схватила его за галстук – так же резко, так же властно, как тогда в офисе.

И она потянула его к себе. Их губы встретились.

Это не было нежным. Это было страстным, жадным, отчаянным. Она целовала его так, будто хотела выпить до дна, будто ждала этого весь вечер – или всю жизнь. Её пальцы вцепились в ткань его рубашки, притягивая ещё ближе, а он отвечал, забыв обо всём – об усталости, о боли в руке, о том, что вообще-то собирался уходить.

В комнате было слышно только их прерывистое дыхание и тихий, влажный звук поцелуя, который длился ещё несколько секунд – жадных, глубоких, пока Дарья не отпустила его галстук и не отстранилась, тяжело дыша. Грудь её вздымалась под тонкой тканью платья – высоко, часто, и Игорь невольно задержал взгляд на этом движении. Ткань натягивалась, обрисовывая каждую линию, и от этого в голове мутилось ещё сильнее.

Игорь тоже перевёл дыхание, улыбнулся.

– Ты же сказала, что не повторится, – выдохнул он.

Дарья улыбнулась в ответ – той самой пьяной, расслабленной улыбкой.

– Похуй, – бросила она. – она чуть откинулась на подушку, всё ещё тяжело дыша. Игорь снова посмотрел на её грудь – она поднималась и опускалась, приковывая взгляд, и он с трудом заставил себя смотреть выше. – Ты же мой раб, – продолжила она, глядя на него с вызовом. – Так что буду делать, что хочу.

Игорь усмехнулся.

– Я не твой раб, – сказал он. – … просто ты охуела в край.

Дарья резко, но нежно – почти игриво – дала ему пощёчину. Ладонь лишь коснулась щеки, но жест был выразительным.

– Молчи, раб. – сказала она.

Игорь рассмеялся.

– Эй, давай без рукоприкладств, – сказал он. – … иначе…

Она снова ударила его – так же нежно, с той же пьяной игривостью.

«Да что она себе позволяет? – подумал Игорь. – Реально как с рабом».

Он резко выдернул руку, которую всё это время она прижимала спиной, освобождаясь. Дарья охнула от неожиданности. Игорь чуть отодвинулся, приподнял её за талию и звонко шлёпнул по ягодице – упругой, круглой, обтянутой платьем.

Звук получился громким в тишине комнаты.

Лицо Дарьи изменилось мгновенно – она сделала одновременно злое и удивлённое выражение, брови взлетели вверх, глаза расширились. Игорь, глядя на неё, состроил невинную мину и развёл руками.

– Сама виновата, – сказал он. – … не надо было драться. – Дарья ничего не ответила. Вместо слов она резко схватила его за руку – сильно, цепко, и Игорь дёрнулся. – Всё-всё, хватит, – начал он, но она уже приподнялась, потянув его за собой, и всем телом рухнула назад, увлекая его в падение.

Игорь снова грохнулся на неё, и в следующую секунду их губы снова встретились – жадно, глубоко, с языком. Она целовала его так, будто хотела съесть, вобрать в себя целиком, без остатка. Её руки вцепились в его плечи, прижимая ближе, а он отвечал тем же, забыв обо всём на свете.

Затем она схватила его за волосы – сильно, властно – и чуть отстранила его голову. Игорь на мгновение встретился с её тёмными, расширенными глазами, а потом она направила его лицо вниз, к своей шее.

Он понял намёк сразу и припал губами к её шее – нежной, тёплой, пахнущей духами и мохито. Он целовал её жадно, проводя языком по коже, чувствуя, как под губами бьётся пульс. Она выдохнула, запрокинув голову, открывая ему больше пространства. Он спустился ниже, к ключице, потом поднялся обратно, к уху, слегка прикусывая мочку.

Дарья выгибалась под ним, тихо постанывая, и её пальцы в его волосах то сжимались, то разжимались, направляя, дразня, умоляя продолжать. Игорь целовал её шею, спускаясь всё ниже, чувствуя, как её тело отзывается на каждое прикосновение.

Азарт и возбуждение смешивались в тугой комок где-то внизу живота, и вскоре ему надоело быть ведомым. Он хотел вести, управлять, стать «хозяином», и в следующую секунду одна его рука скользнула вверх по её телу, накрывая грудь через тонкую ткань платья.

Пальцы ощутили упругую, тёплую плоть, сосок – твёрдый, явно отреагировавший на возбуждение – отчётливо проступал сквозь материю. Он сжал, чувствуя, как она выдыхает ему в губы новую порцию стона.

Дарья не сопротивлялась. Наоборот – она полностью отдалась, расслабилась, позволяя ему делать всё, что он захочет. Её руки больше не направляли – они просто лежали в его волосах, иногда поглаживая, иногда чуть сжимая в такт его движениям.

Игорь, уже сам возбуждённый до предела, не останавливая поцелуев, повёл руку ниже. Ладонь скользнула по её животу, по талии, по ногам, в конце забираясь под подол платья. Ткань задралась, открывая тёплую кожу бёдер. Он продвинулся дальше, чувствуя, как под пальцами натягиваются тонкие кружева.

Пальцы нащупали её мягкую, тёплую киску сквозь влажную ткань трусиков. Игорь начал тереть – медленно, надавливая, чувствуя, как кружево впитывает влагу, становясь ещё более скользким.

Дарья застонала – негромко, очень нежно, совсем не так, как он мог бы представить. Этот звук – тихий, почти ласковый, вырывающийся из груди той самой женщины, которая всегда была груба с ним и подкалывала – ударил прямо в голову, разгоняя кровь быстрее.

Игорь завёлся ещё сильнее. Его пальцы двигались быстрее, настойчивее, лаская её сквозь мокрую ткань. Дарья выгибалась под ним, кусая губы, чтобы не закричать, и он не выдержал.

Игорь отодвинул трусики в сторону – и пальцы провалились во влажную, горячую глубину. Она была мокрая, текучая, готовая. Его пальцы скользнули по складкам, собирая её сок, и Дарья выдохнула ему прямо в губы: «Да…» Затем Игорь чуть провёл пальцами между её половых губ, чувствуя, как они влажные, раскрытые, готовые. Он провёл по самой серединке, собирая пальцами её сок, тёплый и скользкий, и надавил чуть глубже.

Она подалась навстречу.

Его палец вошёл в неё – медленно, но уверенно. Игорь почувствовал, как её тугая, упругая дырочка сначала сопротивляется, а потом поддаётся, принимая его. Внутри было горячо, влажно, скользко – её сок обволакивал палец, делая движение лёгким и плавным.

Он начал двигать пальцем – сначала медленно, потом чуть быстрее, нащупывая ритм. Дарья застонала громко, уже не сдерживаясь, запрокинув голову и вцепившись в его плечи. Её бёдра сами двигались навстречу, насаживаясь на его руку.

А потом она снова притянула его к себе и поцеловала – жадно, глубоко, заглушая собственные стоны этим поцелуем.

Это длилось ещё минуту – поцелуи, движения пальцев, её стоны, разбивающиеся о его губы. А потом Дарья резко оттолкнула его от себя.

– Всё, – выдохнула она.

Игорь замер, и в его голове пронеслось: «Да бля, опять? Типа играла со мной, что ли?» Но Дарья, тяжело дыша, смотрела на него с нетерпением и лёгкой усмешкой.

– Снимай штаны уже, – бросила она вполголоса. – Хватит меня пальцами ебать. У тебя члена нет, что ли?

Игорь выдохнул с облегчением и улыбнулся.

– Понял, – сказал он и быстро принялся расстёгивать брюки.

Дарья откинулась на подушку, тяжело дыша и смотря на него сквозь полуприкрытые веки. Её грудь вздымалась, платье задралось почти до пояса, открывая длинные ноги.

Игорь встал на колени на кровати, стянул брюки с трусами вниз, и его член выпрямился, твёрдый и готовый. Дарья скользнула по нему взглядом и чуть улыбнулась – довольно, одобрительно. Следом она раздвинула ноги шире, потянула подол платья вверх, открывая себя полностью.

Игорь смотрел на её киску – гладкую, без единого волоска, с аккуратными, чуть припухшими половыми губами, влажно блестящими в мягком свете из коридора. Они были приоткрыты, и в глубине угадывалось розовое, манящее отверстие.

Чуть ниже, меж ягодиц, виднелось анальное отверстие – тёмно-розовое, с мелкими морщинками, сжатое, но такое интимное. А рядом, прямо у края половых губ, темнела маленькая родинка – единственная деталь на этой идеально гладкой коже, делавшая её ещё более живой и желанной.

Дарья заметила его замешкавшийся взгляд и устало выдохнула.

– Давай уже, – сказала она с лёгким раздражением. – Пизду не видел, что ли?

Игорь улыбнулся, переводя взгляд на её лицо.

– Твою – нет, – ответил он и подвинулся ближе.

Дарья чуть приподнялась на локтях, глядя на него. Её рука потянулась вниз и обхватила его член – твёрдый, горячий. Она сжала ствол и провела большим пальцем по головке.

– Если хорошо меня трахнешь, – сказала она, и в голосе её звучала хриплая, обещающая нотка, – то так и быть, может, дам тебе попробовать её на вкус.

Игорь усмехнулся, открыл рот, чтобы ответить, но она не дала. Её рука задвигалась – вверх-вниз, вверх-вниз, дразня, разжигая. Он выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как каждое её движение отдаётся внизу живота. А потом она сама подалась вперёд, придвигаясь ближе, и приставляя головку его члена к своей мокрой, ждущей киске.

Она водила им вверх-вниз по половым губам, размазывая свою влагу, дразня, заставляя его член скользить по самому краешку, но не входить. Головка то касалась клитора, то скользила ниже, к самому входу, и каждый раз Дарья чуть замирала, но не давала ему войти.

«Ох, черт, я больше не могу!» – пронеслось в его голове, и он зарычал от нетерпения.

Дарья тут же радостно усмехнулась, глядя ему в глаза, и одним движением, резко и глубоко, вставила член в себя. Игорь выдохнул сквозь зубы, чувствуя, как её тугая, горячая киска сжимает его, обволакивает, принимает.

Он видел, как его член растянул её аккуратную дырочку – влажную, раскрытую, готовую. Её половые губы, мокрые и скользкие, плотно обхватили его у основания, и это зрелище – как он входит в неё, как она принимает его – ударило в голову сильнее любого виски.

Дарья рухнула на спину, запрокинув голову, и застонала – нежно, протяжно, совсем как кошка, которая млеет от ласки. Её стоны были такими тёплыми, такими домашними, что контраст сводил с ума.

Игорь начал двигаться – медленно, глубоко, чувствуя, как каждый миллиметр её влажного жара отзывается во всём теле. Он взял её за ноги, приподнял, зажимая их под своими руками, и вошёл ещё глубже, так что её киска обхватила его ещё плотнее, ещё туже.

И он начал трахать её – ритмично, сильно, глядя, как она извивается под ним, как её грудь ходит ходуном, как она кусает губы, чтобы не закричать слишком громко. В комнате было слышно только влажные шлепки и их сбитое, тяжёлое дыхание.

Игорь держал её ноги, прижимая к своей груди, и наклонялся, чтобы целовать их – нежные, гладкие икры, не переставая двигаться внутри неё. Каждый толчок отдавался в ней новым стоном, и она становилась ещё влажнее, ещё горячее, ещё податливей. Её сок тёк по его члену, делая движения скользкими, глубокими, безумными.

Он опустил взгляд вниз, туда, где их тела соединялись. Его член входил в неё снова и снова – мокрый, блестящий, покрытый её страстной влагой. Он видел, как её половые губы, припухшие и раскрасневшиеся, обхватывали его при каждом толчке, как его ствол растягивал её тугую, горячую дырочку, как она сжималась вокруг него, не желая отпускать.

Каждый раз, когда он выходил почти полностью, её киска будто пыталась удержать его, а когда входил снова – жадно заглатывала, принимая в самую глубину. Это зрелище – его член, разрабатывающий её влагалище, входящий в неё с влажными, хлюпающими звуками, раздвигающий, дарящий ей наслаждение – заводило его ещё сильнее.

Он трахал её яростно, ритмично, глядя, как её тело принимает его, как она мокнет, как она стонет, как она полностью, без остатка принадлежит ему в этот момент. Её стоны становились громче, прерывистее, и вдруг она резко дёрнулась, выгнувшись дугой. Её тело покрылось мелкими мурашками, киска конвульсивно сжалась вокруг его члена с такой силой, что Игорь едва не кончил тут же.

– Да-а-а! – выдохнула она, и этот выдох был похож на крик, застрявший в горле. – Ммм… да-а…

Игорь уже чувствовал, как приближается и его собственный оргазм – низ живота стянуло тугим узлом, член пульсировал внутри неё. Он хотел выпустить всё, что накопилось, внутрь, но с трудом подождал несколько секунд, пока её тело расслабится после оргазма.

В эти мгновения он чувствовал каждое её движение: Дарья всё ещё содрогалась в сладкой истоме, и её тесная киска, словно живая, продолжала ритмично сжиматься и пульсировать вокруг его ствола в такт её прерывистому, горячему дыханию.

Эти глубокие, медленные спазмы доставляли Игорю почти невыносимое блаженство, заставляя его мышцы дрожать от напряжения. Каждое её сокращение было подобно прикосновению к оголённому нерву, подталкивая его к краю пропасти, и он изо всех сил сжимал зубы, балансируя на грани, чтобы не кончить раньше времени прямо в эту сводящую его с ума глубину.

И вот Дарья опустила взгляд на него. Она тяжело дышала, её рот был приоткрыт, и Игорь тут же, сделав еще несколько быстрых глубоких толчков, заставивших её прикусить губу, резко вышел, опустил её ноги на кровать и направил член на её раскрытую киску.

В следующий миг он начал яростно дрочить, глядя, как его головка пульсирует в миллиметре от её набухших губ.

Первая струя спермы ударила прямо в растянутую дырочку, заливая её горячей, густой жидкостью. Вторая, третья – он кончал щедро, яростно, покрывая её половые губы, клитор, всю дырочку. Сперма стекала по коже, смешиваясь с её соком, затекая между ягодиц, капая на простыню.

Она лежала, тяжело дыша, и смотрела на это мутными, счастливыми глазами. Её киска была залита, раскрыта, и белые капли стекали по ней, создавая картину абсолютного, бесстыдного удовлетворения.

Игорь продолжал надрачивать еще несколько секунд, выдавливая последние капли, чтобы полностью вышло всё до конца. Потом, тяжело дыша, он провёл головкой по её мокрой, залитой киске – размазывая сперму, смешивая её с её соком, покрывая этим белым слоем каждый миллиметр припухших, раскрасневшихся половых губ.

Дарья лежала молча. Только тяжело дышала – глубоко, ровно, с явным наслаждением. Глаза её были полуприкрыты, тело расслаблено, она явно была на грани сна, утопая в послеоргазменного блаженства.

Игорь убрал руку и просто рухнул рядом с ней на кровать.

Они лежали, тяжело дыша, и смотрели в потолок. Комната медленно переставала вращаться перед глазами. Тишину нарушало только их сбитое дыхание, которое постепенно становилось спокойнее.

Игорь чуть прикрыл глаза. Мысли ворочались лениво, как тяжёлые камни: «Я пьян… дико пьян… и, секс был каким-то… быстрым, что ли… но, чёрт возьми… я трахнул Дарью». Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что завтра будет неловко.

Но сейчас… сейчас было всё равно.

Дыхание выровнялось, тело налилось свинцовой усталостью, и Игорь провалился в сон, даже не заметив, как закрылись глаза.

Глава 24

Игорь открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в незнакомый потолок, пытаясь понять, где он находится и какого чёрта его голова раскалывается на тысячи мелких осколков.

В то же время он слышал, как шумела вода где-то рядом – настойчиво, ровно. Кто-то принимал душ.

Он приподнялся на локте и огляделся.

Просторная спальня в светлых тонах, огромная кровать, на которой он лежал в рубашке, костюме с галстуком, скомканное одеяло, брошенное на пол платье… и воспоминания начали возвращаться – рваными, пьяными, но вполне отчётливыми кадрами.

Такси. Бар. Дарья.

Игорь провёл ладонью по лицу, чувствуя, как под пальцами колется щетина, а потом он почувствовал вкус во рту. Было такое ощущение, что он всю ночь жевал старые носки, запивая их прокисшим пивом. Язык ворочался тяжёлый, сухой, будто наждачный.

Игорь поморщился, пытаясь сглотнуть, но слюны практически не было – только этот мерзкий, химический привкус перегара, смешанный с чем-то сладковато-противным.

«Чего такого крепкого я пил?» – задумался он и откинулся обратно на подушку, закрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям. Голова гудела, тело ломило, но где-то глубоко внутри, под всей этой похмельной мутью, теплилось смутное, довольное чувство. «Я провёл ночь с Дарьей», – вспомнил он, и в этот же момент вода в душе перестала шуметь. – «С ума сойти…»

Игорь лежал, а в голове продолжали всплывать обрывки воспоминаний. Её руки, вцепившиеся в его плечи. Её стоны. То, как она выгибалась под ним. Как кончала и как смотрела на него мутными, счастливыми глазами после…

– Доброе утро, что ли, – раздался вдруг голос рядом, и Игорь вздрогнул, открывая глаза.

Дарья стояла в дверях спальни. На ней был короткий махровый халат – белый, пушистый и распахнутый настолько, что виднелась её грудь, а также и аккуратный животик.

Волосы, ещё влажные после душа, растрёпанными прядями падали на плечи. Без косметики её лицо выглядело совершенно иначе – свежее, молодое и невероятно милое.

Игорь сглотнул и выдавил хриплым, чужим голосом: «Доброе…» Затем тут же почувствовал, как в горле заскребли кошки, а следом голова болюче загудела, но, несмотря на это, он всё ещё смотрел на неё и не мог отвести взгляд.

Дарья в этот момент направилась к окну, чуть покачивая бёдрами.

– Давай просыпайся, – бросила она через плечо. – Нам ещё на работу пиздовать. – добавила она и рванула штору в сторону, уходя обратно из комнаты. Яркий солнечный свет ворвался в комнату, ударив по глазам с такой силой, что Игорь зажмурился и простонал, закрывая лицо рукой. В голове тут же застучали маленькие молоточки. – Давай-давай, – донеслось уже из коридора. Дарья остановилась в дверях, бросив на него взгляд. – Иди умывайся. И сними свой ёбаный костюм, я поглажу, а то мятый весь.