Текст книги "Штабс-ротмистр Романов (СИ)"
Автор книги: Игорь Градов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
Глава 34
Глава тридцать четвертая
Это стало страшным ударом для Михаила, и он больше никогда не женился. А через два года, в 1929-м, после кончины государя-императора, взошел на российский престол, стал Михаилом Третьим (в народе – Миш-Миш-Три). Ему тогда было всего тридцать семь лет…
Таким образом, «царю-батюшке», как подсчитал Дмитрий, сейчас пятьдесят пять лет, наследнику Николаю (старшему брату Мити) – тридцать два, а Георгию (среднему брату) – тридцать. Оба служат: первый – командиром Павловского гвардейского полка (уже полковник!), а второй – капитаном легкого крейсера «Цесаревич Алексей» (кавторанг). Царевны, Мария и Анна, уже замужем и живут в своих семьях (и других странах, Люксембурге и Бельгии), на родине они бывают довольно редко.
Из ближайших родных жива еще бабушка, Софья Николаевна (жена Миш-Миша, вдовствующая императрица), у нее свой маленький двор, но никакими государственными и политическими делами она давно уже не занимается. Есть, само собой, целая куча разноюродных дядюшек и тетушек и огромное количество кузенов и кузин, но их можно не учитывать: они вращаются в основном в своих собственных семьях-кланах (Павловичи, Владимировичи, Кирилловичи).
Все вместе Романовы встречаются только на больших государственных праздниках и по случаю особо важных, «круглых» юбилеев. А так отношения между основными ветвями императорского дома не очень-то и близкие: проигравшие в борьбе за престол семьи все еще хранят старую обиду, а их главы не оставляют надежды при случае самому сесть на российский трон. Каждый хочет примерить на себя шапку Мономаха, но не все понимают, как она порой бывает тяжела…
Чтение биографического сборника и произведений графа Толстого помогало Диме успешно убивать время. Он понимал, что план генерала Номура – достаточно сложный в исполнении и требует тщательной проработки и подготовки, а потому приказал себе терпеливо ждать и не выказывать никакого нетерпения. Хотя попой это было довольно трудно – сидеть без дела он не любил (натура не та!). Но раз надо – значит, надо! И Романов делал вид, что его все устраивает и предпринимать что-то он не собирается.
Наконец, почти через неделю, принцесса Джу выполнила свое обещание – нанесла ему визит. Дима только что плотно пообедал и прилег в своей комнате, чтобы немного вздремнуть (от безделья у него появилась такая привычка – спать днем), как в дверь постучали, и чопорный, важный мажордом (Дмитрий так и не запомнил, как его зовут) вежливо попросил «его высочество принца Романова» спуститься вниз. К нему – важный гость (вернее, гостья), ее высочество принцесса Джу Цзи.
Романов так и подпрыгнул на постели – наконец-то! Побежал в ванную, умылся, чтобы прогнать остатки сна, надел свежую сорочку (их стирали и гладили регулярно) и достал из шкафа светло-синий костюм, который прекрасно сочетался с его серо-голубыми глазами. Приладил непослушные волосы, посмотрел на себя в зеркало – вроде бы ничего. Лицо – мужественное, загорелое и обветренное, подбородок – волевой и упрямый, взгляд – серьезный и решительный. В общем, всё так, как и должно быть у настоящего российского офицера. Жаль только, что он в гражданке, в форме штабс-ротмистра он смотрелся бы еще лучше – молодцеватее и подтянутее. А если бы еще при этом на груди имелись хоть какие-то награды, а на поясе – сабля с богатой портупеей… Было бы вообще – шик-блеск-красота! Как пелось в одной очень популярной советской кинокомедии.
Дмитрий спустился на первый этаж – в гостиной его уже ждала принцесса. Она была в чем-то воздушно-невесомом, летнем и легком, но без сомнения, чрезвычайно дорогом и совершенно уникальном, сшитом только для нее одной. Как всегда, страшно красивая – аж дух захватывает!
Джу мило улыбнулась Диме и грациозно протянула тонкую, изящную руку, он осторожно пожал ее ладонь. Наверное, по этикету, следовало бы руку поцеловать, но он еще не привык ко всем этим светским условностям.
– Как видите, Дмитрий, – нежным голосом пропела принцесса, – я выполнила свое обещание, навестила вас!
– Может быть, чаю? – предложил Дима и кивнул на столовую.
– Давайте лучше прогуляемся по саду, – ответила Джу.
Вышли во двор, обогнули особняк, пошли по чисто выметенным, ухоженным тропинкам. В дальнем конце участка, как всегда, прилежно трудился садовник, но он был достаточно далеко и не мог помешать им. Джу взяла Диму под руку (сердце сразу же бешено заколотилось), чуть прижалась, горячо зашептала:
– В доме нам говорить нельзя – слишком много чужих глаз и ушей, а знать им ничего не нужно. Генерал Номура объяснил вам, Дмитрий, что не стоит никому доверять?
– Да, он сказал, что лучше держать все в тайне, причем ото всех, – подтвердил Дима. – Включая его сотрудников – майора Отари и лейтенанта Оку. Но вот с вами, дорогая Джу, мне можно говорить совершенно откровенно…
– Правильно, – согласилась принцесса, – со мной можно. Мы с вами, Дмитрий, находимся, как принято говорить, в одной лодке, и тут – либо вместе выплывем, либо вместе потонем. Первое, конечно же, гораздо предпочтительней. Тем более что я не слишком-то хорошо плаваю…
И Джу звонко, мелодично рассмеялась – как колокольчик.
– Генерал сказал, что вы согласились выйти за меня замуж… – Романов решил сразу же выяснить самый волнующий его аспект в плане Номуры.
– Да, – кивнула Джу, – согласилась. Вы, Дмитрий, надеюсь, не против?
– Нет, что вы! – горячо воскликнул Романов. – Я только за!
– Вот и прекрасно, – улыбнулась принцесса. – Я уверена, что мы с вами отлично поладим. И в личной жизни, и в семейной, и когда будем у власти…
– Но разве можно доверять генералу Номура? – с сомнением произнес Романов. – Он же, что совершенно очевидно, ведет свою собственную игру и просто использует меня и вас. У него свои цели, и они могут не совпадать с нашими…
– Ничего, в ответ мы используем его, – уверенно произнесла Джу. – У нас взаимный расчет. Главное – твердо держаться за свои интересы и не дать себя обмануть. Но со мной это не пройдет – можете не сомневаться! Я очень хорошо знаю генерала и прекрасно представляю себе, что можно от него ожидать. И, должна вам сказать, Номура – по-своему очень честный человек: если уж дал слово, пообещал что-то, то непременно это исполнит. Он происходит из старинной самурайской семьи, и у него высокие представления о чести и достоинстве…
– А если Номура все же предаст нас? – продолжал сомневаться Дима.
– Не предаст, – чуть нахмурилась принцесса, – он будет с нами, пока ему выгодно. А у него очень далеко идущие планы, которые он может осуществить только с нашей помощью, других вариантов просто нет.
– И какие же это планы? – спросил Дима.
Ему интересно было сравнить, что сказал сам генерал и что знает принцесса.
– Номура хочет, – ответила Джу, – чтобы Уэда потерпел неудачу и был отстранен от командования Квантунской армией, это откроет перед ним чрезвычайно широкие перспективы. Перед ним и его друзьями в японском Генеральном штабе, конечно же… Номура рассказал вам про две партии военных, «Юг» и «Север», так? И о намерениях его сторонников завоевать все колонии в Юго-Восточной Азии?
– Да, – кивнул Романов, – рассказал, но я пока не вижу, в чем тут выгода лично для генерал-лейтенанта. Еще одна большая звезда на погонах, должность командующего Квантунской армией? Или даже начальника Генерального штаба? Может, что-то еще?
– Выше, гораздо выше! – чуть улыбнулась принцесса. – Генерал Номура хочет стать наместником в какой-нибудь богатой южной колонии, скажем, Гонконге. Это неизмеримо престижней и по возможностям намного больше, чем любая генеральская должность. Если его мечты сбудутся (а Номура человек чрезвычайно умный, талантливый и упорный), то он, по сути, станет у себя в Гонконге (или где-то еще) полноправным правителем – вся власть будет только в его руках. И все денежные потоки – тоже. Вы представляете, Дмитрий, сколько денег может получить человек на такой должности? Контролируя всю торговлю Гонконга, весь его экспорт-импорт? Это же миллионы, причем не только в йенах, но и в любой валюте! По сути, это выход на все крупнейшие банки и зарубежные компании Британии, Франции, Голландии, Китая, Индии, Австралии, Малазии, Северо-Американсих соединенных штатов… Восемьдесят процентов торговли китайским чаем и специями будет идти через его руки!
Глава 35
Глава тридцать пятая
И принцесса зашептала еще горячей:
– Кроме того, наместник – это не просто административная должность, это путь на самый верх общества, туда, куда ни один армейский генерал (пусть даже с тремя большими звездами) никогда не поднимется. В Японии говорят: «Император сидит на трон, а сёгун правит». Вот Номура и хочет стать таким сёгуном-правителем, местным царьком… Чтобы и по богатству и по почестям ничем не уступать самым родовитым японским аристократам. Не удивлюсь, если его стремления простираются до графского или даже княжеского титула…
– Хм, серьезнее намерения! – с уважением произнес Дмитрий. – Если честно, я не думал, что Номура метит так высоко, считал, что его предел – это генерал-полковник, командующий армией.
– Номура – крайне амбициозный человек, – произнесла Джу, – но прекрасно умеет скрывать свои цели. Поти все в его окружении, как и вы, Дмитрий, считают, что он думает лишь об очередном повышении по армейской службе, и только. Но это большая ошибка – его стремления гораздо выше и значительно амбициознее…
– Однако от вас он ничего не скрывает, – заметил Романов.
– Разумеется, – согласилась принцесса, – ведь я – его ближайший союзник, более того – без меня у него ничего не получится. Без меня и без вас, Дмитрий, вы также – ключевая фигура в его планах и расчетах. Ну, так как, вы с нами?
– Мне бы очень хотелось, – вздохнул Дима, – но я должен быть уверен, что планы генерал-лейтенанта не навредят моей родине, России…
– Не навредят, – уверенно произнесла Джу, – это совершенно точно. Более того – окажутся полезны. Ваша страна навсегда избавится от таких старых, закоренелых, упертых сторонников войны, как генерал Уэда, и получит союзника в лице вполне здравомыслящего и очень рассудительного генерала Номуры. А вам лично, принц Дмитрий, достанусь я – в качестве особого приза!
Джу лукаво посмотрела на Диму – как ему такая перспектива? Тот в ответ еще крепче прижал ее локоть к своему боку.
– Поверьте, Дмитрий, – продолжила Джу, – я хочу для вас и России только добра! Иначе зачем мне выходить за вас замуж и связывать с вашей страной свою судьбу? Я рассчитываю быть вашей супругой, вашим самым близким другом и советником, хочу войти в вашу семью и вместе с вами получить маньчжурский трон, Вы станете править, а я буду стоять рядом с вами…
– А как же ваш дорогой дядюшка Пу И? – иронично произнес Дима.
– Пусть убирается обратно в свой Тяньцзин и живет в свое удовольствие! – решительно произнесла принцесса. – На деньги своих хозяев-японцев! А мы с вами, Дмитрий, добьемся того, чтобы Маньчжурия стала самым дружелюбным по отношению к России государством, ее верным другом и союзником. И еще – по-настоящему независимой страной, в отличие от сегодняшнего ее положения. Наши две династии свяжут крепкие семейные и родственные узы, и это укрепит их влияние во всей Юго-Восточной Азии.
– Значит, я буду царем Дмитрием Первым… – задумчиво произнес Дима.
– Императором Дмитрием Первым, – поправила его Джу, – основателем новой маньчжурской династии Романовы-Цин. И вы, Дмитрий, поможете вернуть своей родине то, что она потеряла во время Русско-японской войны – выход к Желтому морю через Порт-Артур. Это самый удобный и короткий путь в Индокитай и Индостан¸ он открывает большие возможности… Японии придется пойти на кое-какие уступки и передать вам эту крепость и порт Дальний – хотя бы на условиях долгосрочной аренды. Это станет вашим первым большим успехом во внешней политик и сразу заставит считаться с вами!
– А как же Курильские острова и Сахалин? – напомнил Романов. – Их же тоже у нас отняли?
– Да зачем они вам? – искренне удивилась Джу. – Это же дикие, совершенно неосвоенные земли, где очень плохой климат – постоянные землетрясения и цунами, там нельзя построить большой город или основать порт. А Сахалин, насколько я знаю, вы вообще раньше использовали лишь как место для каторги! Но Сибирь в этом плане гораздо ближе и удобнее – меньше денег уйдет на перевозку заключенных… Курильские же острова, по сути своей, важны лишь для местных рыбаков – они добывают там крабов, морских моллюсков и рыбу. Это часть традиционных японских блюд, а в России они, насколько я знаю, не пользуются особым спросом. У вас, как и у большинства европейцев, совсем иные вкусовые предпочтения и традиции в еде…
И Джу недоуменно пожала плечам: кому нужны острова, где только одни голые скалы, камни и вулканы? И вопросительно посмотрела на Романова – какое решение он примет? От этого зависела вся ее судьба. И его – тоже…
«Очень заманчивое предложение, – думал про себя Дмитрий. – Тут тебе и свобода, и любовь, и власть, и даже корона… Или что там на голове у этих маньчжурских императоров, какие они носят шапки? Не Мономаха же! Да, пообещали много, гораздо больше того, что обычно находится в мышеловке, это тебе не маленький кусочек сыра, а нечто более вкусное… Как бы сказал мой дед, намазано медом так густо, не прилипнуть просто невозможно. Эх, ладно, придется все-таки рискнуть – иначе просто с ума сойду от скуки и безделья! Только и делаю, что сплю, ем, читаю да гуляю! Сколько же можно! А так хоть какое-то развлеченье – пусть и очень опасное. Кроме того, не зря же говорят: риск – дело благородное. Вот и проверим на своей шкуре…»
И Дима уверенно пожал руку принцессы – хорошо, я с вами! Та его поняла и довольно улыбнулась – иного она и не ожидала.
– И когда это произойдет? – спросил Дима. – В смысле, когда наш побег? Хотелось бы поскорее, чтобы не скиснуть здесь совсем… Генерал Номура говорил, что для меня подготовят какие-то документы, по ним и я смогу выехать из страны, верно?
– Да, – подтвердила принцесса, – но воспользоваться чужим паспортом вы сможете только в Харбине, когда пересядете на экспресс, идущий в Россию. Из Синьцзина же вам придется выбираться скрытно, здесь слишком много агентов генерала Уэды – да-да, у него тоже есть свои соглядатаи, и они не дадут вам так просто исчезнуть! Скорее всего, мы разделимся: я с Мэй (она, как вы понимает, тоже поедет со мной) отправимся в Харбин раньше – чтобы, скажем, развеяться, пройтись по магазинам, а заодно – и побывать на какой-нибудь театральной премьере. Там обещают показать новую постановку «Дяди Вани» Чехова, причем будут играть артисты самого Московского художественного театра, вот мне и захочется ее посмотреть… Это ни у кого не вызовет подозрений, я часто так делаю – езжу, развлекаюсь, все давно уже привыкли. Вы правы: если все время сидеть на одном месте, действительно можно просто умереть со скуки! За мной, конечно же, будут следить, это обычная практика, но я смогу оторваться от агентов майора Отари…
А вот вам, Дмитрий, надо будет выбираться из города каким-то другим путем, причем очень быстро и скрытно, ведь вас никто не отпустит… Как конкретно – пока не знаю, генерал Номура как раз работает над этим. Это достаточно трудно – ведь необходимо учесть все детали, предусмотреть все варианты. Попытка, как вы понимаете, у вас будет только одна, второго шанса вам не дадут, поэтому нужно будет сделать всё с первого раза. Но не сомневайтесь: генерал обо всем позаботится, у него в этих вещах – огромный опыт. Когда всё будет готово, я еще раз загляну к вам, и мы опять немного погуляем по саду и мило поболтаем. Ладно?
Дима кивнул: хорошо, буду ждать. А что ему еще оставалось?
Глава 36
Глава тридцать шестая
Они вернулись в дом и пошли в столовую пить чай. Нужно же убедить агентов майора, что они не задумывают ничего такого! Просто болтают, щебечут, флиртуют друг с другом, то есть ведут себя так, как и положено вести молодому человеку и девушке, испытывающим друг другу определенную симпатию. Это нормально, это не вызовет подозрений, это понятно всем… Слуги послушают, о чем они говорят, посмотрят, а затем доложат майору: всё в порядке, ничего подозрительного не было, всё у нас под контролем. И Отатри немного успокоится.
За чаем Дима и Джу действительно просто мило болтали. Романов опять стал рассказывать о своих военных подвигах и приключениях (немного приукрашивая, конечно же, – как без этого!), принцесса слушала очень внимательно и время от времени восклицала; «Это просто удивительно! Неужели, Дмитрий, вам совсем не было страшно? Какой же вы смелый и храбрый человек! Я бы так никогда не смогла!»
Сразу было видно, что Джу – умная, правильно воспитанная девушка и прекрасно понимает, как нужно вести себя с молодым человеком! Известно: для любого мужчины крайне важна реакция его женщины: удивление, восхищение, даже восторг… Каждому ведь хочется выглядеть героем, хотя бы в глазах собственной жены. И по-настоящему мудрые женщины это давно знают. И ведут себя соответствующе…
Вскоре принцесса уехала, и Дима снова остался один – ну, разумеется, не считая лейтенанта Оку, нескольких слуг и охранников. Те, впрочем, ему не докучали: понимали, что после романтического свидания хочется некоторое время побыть одному, подумать, помечтать… Лейтенант даже проявил определенную деликатность: не стал сидеть в столовой до конца ужина, быстро поел и ушел к себе. А Дима долго пил чай и думал о том, как забавно подчас складываются жизненные обстоятельства: если бы он не попал в руки диверсантов, то, скорее всего, никогда бы не встретил принцессу Джу, и тогда не возникли бы их отношения. А также все то, что скоро может за этим последовать.
Таким образом, его неудачи (контузия, плен) вдруг обернулись очень большим выигрышем – он сможет жениться на самой красивой девушке, которую когда-либо встречал, а потом, если все сложится, станет императором (кто бы мог вообще это вообразить?). Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло! Или – не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Вернее, наоборот: сначала потеряешь, а затем найдешь.
Дима вздохнул: да, жизнь – штука сложная, непредсказуемая и очень похожа на качели: то вверх, то вниз, никогда не угадаешь, где окажешься в следующий момент. Он посидел еще немного, пофилософствовал, затем, не торопясь, допил чай и пошел в свою комнату: надо почитать, а затем – спать.
И снова потянулись бесконечно-однообразные дни. Чтение вскоре надоело (ну не шел у него Толстой, никак!), безделье начинало бесить, и Романов все чаще и чаще находился в плохом настроении. От нечего делать решил выучить японский язык (раз уж его окружают одни японцы) и попросил лейтенанта Оку дать несколько уроков (тот чаще, чем майор, бывал дома). Лейтенант сначала удивился, но затем ответил согласием – почему бы и нет? Ему тоже было скучно и хотелось хоть какого-то развлечения.
Начали с самого элементарного – приветствий, форм вежливости, правильного обращения к знакомым и незнакомым людям. Выяснилось, что здесь очень много нюансов, каждый раз нужно учитывать целый ряд факторов, и уже в зависимости от них (прежде всего – возраста собеседника, его положения в обществе и отношения к нему говорящего) употреблять тот или иной положенный суффикс.
Например, можно было обратиться к молодому человеку с нейтральным «сан» (Романов-сан – примерно то же самое, что у нас по имени-отчеству), но можно – и более фамильярно, «кун» (Дима-кун – это уже вроде Димон, Димыч), но только, оказывается, в тех случаях, если собеседники равны по социальному положению и знакомы. К учителю (в широком смысле этого слова) следовало обращаться только «сэнсей» или «сэмпай» (как знак особого уважения), суффикс «сама» употреблялся при высшей степени почтения к кому-либо… Помимо этого были еще «доно» («господин», это в деловых и официальных бумагах и к офицеру в армии), «сэнсю» («прославленный», к известным спортсменам), «си» («почтенный», «уважаемый» – в документах и научных работах), «доси» («коллега», «товарищ»), «аники» («дружище») и еще куча всего и разного.
С местоимением «ты» в японском языке было очень непросто – надо внимательно смотреть, кто перед тобой. Можно было сказать «аната» (нейтрально-вежливое «ты»), а можно – «омаэ», но это уже довольно грубое, унизительное «эй, ты там!». И тогда не обижайся, если прилетит ответочка… А в обращении к женщинам и девушкам имелись еще свои, дополнительные правила. Просто с ума сойти можно!
В общем, японский язык для Романова оказалось слишком сложным – ну не было у него способностей к лингвистике, что поделать! Поэтому он сумел запомнить лишь несколько самых распространенных слов – «аригато», «киничива», «сайонара» и пр. Вершиной его достижений стала фраза: «Санай-нару киодай дайсека о нозоми-мас» – «Желаю моему почтенному собрату наилучших успехов во всех делах». И то пришлось изрядно помучиться, прежде чем выучил.
В конце конов Дима подумал и отказался от уроков японского – сослался на то, что у него от этой зубрежки начинает болеть голова, следствие тяжелой контузии (отчасти правда). Поэтому он и не может ничего запомнить… Лейтенант Оку понимающе кивнул.
Но вскоре Дима нашел еще одно развлечение: роясь в библиотеке (вдруг еще что-то отыщется на русском?), случайно обнаружил большую картонную коробку, в которой лежали какие-то круглые костяные фишки, черные и белые, и деревянная стоклеточная доска, десять на десять. Лейтенант Оку охотно объяснил, что это для игры Го.
По его словам, это была древняя и очень распространенная в Китае, Корее, Японии и других азиатских странах логическая игра. У нее были весьма сложные правила, и, чтобы стать хотя бы средним игроком, следовало долго и упорно учиться (гораздо дольше и упорнее, чем в шахматы). Но, к счастью, он знал довольно простой ее вариант, который мог легко освоить даже новичок.
И тут же объяснил правила: игроки ходят по очереди, их цель – поставить свои фишки (черные или белые) так, чтобы получился ряд из пяти штук, и при этом надо блокировать противника, не дать ему закончить первым. Романов тут же сообразил – да это же наша игра «крестики-нолики», только на большой доске! Кое-какие различия, разумеется, есть, но суть одна – первым завершить свой ряд.
Понял и тут же предложил сыграть, Оку, разумеется, согласился – все равно делать нечего. Лейтенант довольно легко выиграл первые три партии, но затем Дима приноровился, освоил систему и стал уже сам уверенно побеждать. После нескольких обидных проигрышей японец начал играть уже серьезно и действовать более осторожно и осмотрительно: тщательно продумывал ходы, рассчитывал комбинации… Проигрывать ему совсем не хотелось: Го, считай, его национальная игра, а тут какой-то русский раз за разом побеждает его. Позорище!
За этим занятием Дмитрий и Оку начали встречаться все чаще и чаще – как правило, играли от завтрака до обеда и еще немного после ужина. Причем уже с полной отдачей и немалым напряжением мыслительных способностей… Чаще при этом все же побеждал Оку (имел больше опыта), но и Романов нередко оказывался победителем. Го способствовала их некоторому сближению – стали больше разговаривать и общаться друг с другом. Дима с удивлением узнал, что лейтенант является родственником императора Хирохито – какой-то там племянник, и что сам попросился в Квантунскую армию, когда начались боевые действия в Китае. Причем он был среди тех, кто, как говорится, первым въезжает в покоренные города – то есть не отсиживался в штабе, а был на передовой.
Имелись у него и боевые награды, но Оку их не носил – считал, что ему, как младшему члену императорской фамилии, следует быть скромнее, не привлекать к себе лишнего внимания. В общем, выяснялось, что они и не такие уж и разные, есть много общего.
