Текст книги "Худший парень в мире (ЛП)"
Автор книги: Холли Смит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)
– Послушай, Хэтти, это было не мое решение, но ты отлично справляешься со своей работой, и все знают, что ты по-прежнему большая шишка в том, что касается «Спиритид».
– Лучше бы, блядь, чтобы так и было. Мне это совсем не нравится. Ты же знаешь, я не делюсь своими игрушками.
– Просто давай ему делать то дерьмо, которое тебе не нравится, и не высовывайся. Уверен, скоро замена Брента свяжется с нами. А теперь проваливай, – прогоняет он меня, – у меня есть дела, с которыми нужно разобраться.
Вот только нет такого дерьма, которого бы я не хотела делать. Я люблю свою работу и, несмотря на периодические приступы неуверенности в себе, знаю, что у меня это отлично получается. И я люблю контроль, который мне это дает. Я собрала отличную команду, которая прекрасно справляется с работой, а отношения с клиентом стали лучше, чем когда-либо. Или, по крайней мере, так было раньше. Теперь у меня не один, а два новых придурка, которых нужно поставить на место.
Глава 4
Хэтти
Лоуренс с понедельника повсюду меня преследует, как дурной запах. Он ходит по пятам на мои встречи и отвечает на звонки под предлогом «чтобы быть в курсе всех интересных событий».
А я тем временем провожу дни, злясь на всех, кто встречает его с широкими улыбками и распростертыми объятиями. Они заискивающе наблюдают за его фокусами, пока он рассказывает им истории о своей предыдущей работе, как настоящий золотой мальчик, каким он и является. Никто не может быть настолько хорош. Я бы покопалась в его истории, если бы он оставил меня в покое хоть на пару секунд. Держу пари, у него богатый папаша в сфере рекламы, который и помог продвинуться по службе.
От замены Брента по-прежнему нет вестей, так что все, что я могу делать – это продолжать настаивать на своем и надеяться, что они не решат, что им не нравится наше видение новой летней кампании.
Самое худшее в Лоуренсе, а я ценю это в любом другом сотруднике, – это то, что он чертовски усердно работает. Он приходит рано, почти не обедает и задерживается допоздна, а это значит, что теперь мне нужно работать еще активнее, чтобы проявить себя.
Именно из-за него я опаздываю в книжный клуб и забегаю в «Солнечное сияние» на середине выступления Кары, бросаю пальто на стол и неуклюже пробираюсь к месту впереди, которое заняла для меня Меган.
Люк открыл это заведение в прошлом году, и это мое любимое место в городе. Начав все сначала, после печальной смерти своей жены, он переехал сюда, чтобы открыть собственное дело, и вскоре встретил Кару. Как самопровозглашенной любительнице романов, он вскоре предложил ей основать книжный клуб «Солнечное сияние», и с тех пор это стало неотъемлемой частью моего социального календаря.
Люблю погружаться в хорошую книгу, хотя работа так отвлекает, что, если бы не книжный клуб, который подстегивает, я бы, наверное, никогда не дочитала ни одной из них.
Еще одна замечательная особенность книжного клуба в том, что Роб не приходит сюда, так что это хороший шанс для Меган, Кары и меня наверстать упущенное без того, чтобы он снова высасывал весь воздух из комнаты. Не решаюсь признаться, что не дочитала книгу до конца, вместо этого просто киваю и соглашаюсь со всем, что говорит Кара. Обычно за рабочий день я успеваю прочитать несколько страниц, но из-за того, что Лоуренс говорит без-блядь-остановочно, у меня не было такой возможности. Даже когда я дома, он присылает мне вопросы по электронной почте, запрашивает документацию или заносит в мой ежедневник информацию о встречах. В них нет необходимости, он и так практически привязан ко мне, все, что я делала в течение трех дней – это общалась с ним.
Хотя я должна быть благодарна. То, что он монополизировал мое время, не оставило возможности на фантазии о Робе, хотя это не остановило его отчаянных игр. Вместо того, чтобы понять намек и отвалить навсегда, он повысил ставку, присылая свои фотографии. К несчастью для меня, каждая из них вызывает у меня желание оседлать его до самого восхода солнца.
Можно было бы сказать, что дело просто в отличном освещение и удачных ракурсах, но это стало бы ложью. Не думаю, что можно сделать плохую фотографию такого привлекательного мужчины. Быть таким высоким и широкоплечим, таким рельефным и мужественным должно быть запрещено законом. Это несправедливое преимущество, но я отказываюсь доставлять ему удовольствие от признания того, как сильно меня это заводит.
У меня есть стратегия получше. На каждое фото, которое мне присылает, он получает ответ, не выражая ни малейшего волнения о том, как я выгляжу, с поднятым средним пальцем.
Вечером пятницы он присылает свою фотографию, на которой одет, явно собираясь на свидание. Если он думает, что я буду ревновать, то глубоко заблуждается. Я приоткрываю губы и провожу кончиком пальца по языку. Отправляю ему это фото, точно зная, что это с ним сделает.
Когда он не отвечает, отправляю еще одну, плотно обхватив губами палец.
Клоп: Прекрати, грязная девчонка. Я ухожу
Я: Ты это начал
Он читает мое сообщение, но не отвечает, и это сводит с ума. Я хочу знать, чем он занимается? Я была слишком занята на этой неделе, чтобы назначить с кем-нибудь свидание, и мне надоело балансировать между его сообщениями и рабочими электронными письмами.
– Что будем смотреть сегодня вечером? – спрашивает Меган, плюхаясь на диван и убирая пышные волосы назад с помощью повязки. На журнальном столике она раскладывает различные лосьоны и микстуры, готовые для ночного ухода за кожей перед телевизором.
Вот до чего дошли наши вечера пятниц, когда Кара теперь влюбилась и живет с мужчиной своей мечты. Когда ее ужасный бывший парень бросил ее, она была в ужасном душевном состоянии, но нет худа без добра, и им стали наши девичники. Каждую пятницу после работы мы с Меган отправлялись к Каре, надевали пижамы, ели еду навынос, смотрели романтические комедии, пили вино и болтали обо всем на свете, пока не засыпали на ее диване.
Думаю, те ночи были самыми счастливыми в моей жизни. Я была нужна, я чувствовала заботу, и я скучаю по тому, что было у нас троих. Не то чтобы я завидовала своей подруге, конечно, она заслужила быть счастливой до конца своих дней. Мы с Мэгс все еще продолжаем эту традицию, но мыльный пузырь лопнул, и мы обе знаем, что это не совсем то же самое, когда мы вдвоем сидим на диване, который делим уже десять лет.
– Как думаешь, что будет с нами дальше? – спрашиваю я, засовывая телефон под бедро, прежде чем решусь снова написать Робу.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну когда ты переедешь? Что станет с этим домом?
– А я и не знала, что съезжаю? – смеется она, но это не смешно, это нервозно и страшно. – Что-то происходит?
Мы с Меган живем вместе с тех пор, как вернулись в этот район после окончания университета. Мне повезло, что ее отец купил эту квартиру, и она попросила меня разделить ее с ней. Он руководит строительной компанией, и, по-моему, у него есть несколько заведений в окрестностях города. Я не задаю вопросов, но я не прочь пожить на средства богача. Это квартира с двумя спальнями в большом комплексе над супермаркетом. В центре, удобная и, что самое главное, тихая, когда все закрываются в десять вечера.
У нас с Мэгс все складывается хорошо. Мы делим счета и еду, и я откладываю, сколько могу, из того, что остается от моей зарплаты, на пенсию и сбережения, прекрасно понимая, что у меня не будет богатого мужа, который позаботился бы обо мне на старости лет. Наверное, для всех будет лучше, если я быстро уйду около шестидесяти пяти и умру также, как жила – с коктейлем в руке и лицом мужчины у себя между ног. Разве это не было бы забавно?
– А что будет, когда Макс вернется? Разве ты не хочешь жить с ним?
– Не знаю, – вздыхает она, ее плечи опускаются. – Мы не говорим об этом.
Они не говорят об этом, потому что он говнюк. Макс на десять лет старше Меган, и водит ее за нос почти два года. Половину года он проводит в Лондоне, а вторую половину – в Австралии, где ни для кого не секрет, у него есть жена и дети. Очевидно, он ждет, когда они пойдут в школу, прежде чем он оставит свою жену и переедет сюда на постоянной основе, а это примерно тысяча красных флагов в одном предложении, но, конечно же, вы не можете разглядеть цвет флажков, когда они развеваются у вас перед носом.
– Ты могла бы переехать в Австралию, – говорю я, играясь с огнем. Она слегка, почти незаметно, качает головой. Было время, когда она верила, что он может пригласить ее поехать с ним. У нее было представление о том, как могла бы выглядеть ее новая жизнь по ту сторону экватора, полностью попав под его розовые чары. Должно быть, что-то произошло, потому что в какой-то момент она перестала упоминать об этом.
– Хэтти, – говорит она, поворачиваясь на диване боком, чтобы оказаться лицом ко мне, – если я когда-нибудь съеду, чего не сделаю, то ты все равно сможешь жить здесь. Тебе не нужно беспокоиться об этом. Это и твой дом тоже.
– Твой папа вряд ли позволит мне остаться здесь без арендной платы.
– Но сейчас же ты живешь здесь бесплатно, – говорит она. Знаю, она не хотела, чтобы это прозвучало так резко, но все, что я слышу, – это то, что я пустая трата пространства, которая не вносит своего вклада.
Возможно, пора подыскать себе собственное жилье. Мне уже за тридцать, нужно немного повзрослеть. Две сильные, способные и, откровенно говоря, великолепные женщины не должны жить вместе и вести себя так, будто все еще студентки. У меня, наверное, хватит денег на задаток за небольшую квартиру, если цены на жилье не будут опережать рост моей скудной зарплаты. Альтернативой является переезд обратно к моей маме и какому бы то ни было мудаку-месяца, которому она позволяет пользоваться собой. Думаю, что предпочла бы разбиться в лепешку и справиться самостоятельно.
У меня тяжело на сердце, я не хочу жить одна, я даже не знаю, почему вообще заговорила об этом. Мне было бы так одиноко. Достаю телефон из-под диванных подушек, но ответа от Роба по-прежнему нет.
– Не думаю, что я в настроение смотреть кино, – говорю я, поднимаясь на ноги.
– Ты в порядке?
– Ага, все отлично. Думаю, просто лягу пораньше.
Я никогда в жизни не ложилась рано. Плюхнувшись на кровать, снова просматриваю сообщения Роба, отчаянно желая узнать, где он и с кем.
Я: Она симпатичная?
Непрочитанное.
Пошел к черту.
Если он встречается с кем-то другим, я позабочусь о том, чтобы он все время думал обо мне.
Я: Готова поспорить, в постели я лучше, чем она.
Проходит еще час, а ответа все нет. Приходится набрать и удалить сотню сообщений, прежде чем осознаю, что делаю. Ради всего святого, я веду себя как ревнивый, нуждающийся в помощи подросток. Почему меня это вообще волнует? Он может встречаться с кем угодно.
Я: Наслаждайся своим посредственным перепихоном.
Я злюсь. В основном на себя, потому что я таким дерьмом не занимаюсь. Я никогда не показываю своих чувств и никого не допускаю в свои мысли. Бьюсь об заклад, ему понравилось бы узнать, что я думаю о нем. Его самолюбие взлетело бы до небес, если бы он узнал, как часто я о нем думаю. Как представляю его обнаженным, как представляла нас наедине в той дурацкой хижине, которую он, вероятно, придумал. Ну честно, кто занимается сексом в неизвестном доме? Больше похоже на то, что мы читаем в книжном клубе.
Но это не мешает мне все это представлять. Я и он, вдвоем в лесу. Я и он в горячем джакузи. Я и он на его рабочем столе. Представляю, как он приходит ко мне домой, хотя на самом деле это не мой дом, а шикарная квартира в пентхаусе, где он находит меня в облегающем черном платье и на убийственных каблуках. Он врывается ко мне и говорит, что хоть я и выигрываю пари, но настоящий победитель здесь – он, потому что настоящий приз – это я. Он швыряет мне портфель, набитый банкнотами по сто фунтов стерлингов, и говорит, что за каждую секунду, которую он собирается потратить, заставляя меня выкрикивать его имя, я получу по одной.
Я не в себе.
Вот что сделал со мной этот тупой, высокомерный ублюдок. После недели фантазий о том, как он разрывает меня на части, я до боли хочу, чтобы ко мне прикоснулись. Мне нужен кто-то, кто помог бы избавиться от этого страха и выбросить его из головы.
Открываю одно из своих приложений для знакомств и знакомлюсь с парнем в нескольких городах от меня только потому, что его зовут Роб, и даю ему понять, что ищу развлечение на эту ночь. Он сразу же отвечает, поэтому я быстро принимаю душ, собираю волосы в небрежный пучок, затем надеваю короткое зеленое платье и туфли на танкетке. Давно поняла, что лучше всего надевать на себя как можно меньше одежды. Так легче ее найти на чужом полу, как только придет время уходить.
– Я ухожу, не жди меня, – кричу я Меган, беря из холодильника банку джин тоника и свою кожаную куртку с крючка у двери. У нее, должно быть, голова идет кругом от всего того дерьма, которое я устроила ей сегодня вечером, но я завтра же заглажу свою вину булочками с беконом.
Когда я добираюсь туда, уже почти пол одиннадцатого вечера. В баре полно народу, но я нахожу его за столиком в глубине зала. Выпив два бокала, я киваю и смеюсь, не обращая внимания на то, что он говорит только о себе. Я просто хочу поскорее убраться отсюда, и пытаюсь подавить болезненный трепет от того, что сегодня вечером буду стонать его имя. У этого Роба неплохая фигура и приятное лицо, но к тому времени, когда оказываюсь в его постели, я понимаю, что ему не хватает мастерства, энтузиазма и дерзости, которых я так желала.
Он не тот Роб Роб. Мой Роб.
Я все время притворяюсь, что мне хорошо, и заканчиваю как раз вовремя, чтобы успеть на последний поезд домой, неудовлетворенная и еще более подавленная. Ненавижу, что так много о нем думаю. Его глупые сообщения проникли мне под кожу. Интересно, что он сейчас делает. У него там, наверное, какая-нибудь двадцатидвухлетняя подружка, которая ездит на нем, как на быке. Счастливая сучка.
Хочу написать ему, пофлиртовать и немного поспорить. На самом деле, хочу посмотреть, спит ли он уже, и не готов ли он встречать гостей, но не решаюсь спросить. В том состоянии, в котором нахожусь сейчас, я бы проиграла наше дурацкое пари ровно через пять минут.
На цыпочках прокрадываюсь по квартире, чтобы не разбудить Меган. Когда я раздеваюсь, то ловлю свое отражение в зеркале в полный рост на задней стороне двери, и мне приходит в голову, что сегодня вечером я даже не сняла платье. Мой любимый бюстгальтер мятно-зеленого цвета, в котором мои сиськи выглядят фантастически, был потрачен впустую на парня, который не придумал ничего лучшего, как сразу перейти к одежде ниже пояса. Чувствую необъяснимое раздражение, злюсь, что никто не увидел, как хорошо я выгляжу. Хочу, чтобы люди увидели меня, захотели.
Нет, не люди.
Он.
Ненавижу то, что он заставил меня захотеть его, ненавижу то, что провела всю ночь, зациклившись на нем, и все еще не могу выбросить его из головы.
Стоя перед зеркалом, делаю снимок и нажимаю отправить.
Глава 5
Роб
Едва приоткрыв один глаз, я достаю телефон и просматриваю сообщение, которое Хэтти прислала около двух часов ночи. Я мгновенно просыпаюсь, проклиная Роба, который проспал, возможно, самое важное сообщение, которое я когда-либо получал.
В моем телефоне фотография, на которой Хэтти стоит перед зеркалом в лифчике, выпятив свою грудь, сквозь тонкую ткань видны твердые темные соски.
А между ними – ее поднятый средний палец. Ее лица в кадре нет, но я вижу, что она ухмыляется, прикусив язык. Маленькая засранка. Она нужна мне, вся, и прямо сейчас.
Я: Да, блядь, ты так классно выглядишь. Приходи и покажи мне, как это выглядит в реальной жизни
Она, наверное, еще спит. А я лежу и представляю, как она заходит в мою комнату и забирается под одеяло, чтобы оседлать меня. Фантазии только начинают развиваться, когда в руке жужжит телефон.
Красотка: Извини, это было не для тебя
Меня захлестывает ярость, и я сажусь прямо, швыряя подушку на пол. Лучше бы это быть полной брехней. Я не трачу ни секунды на размышления о том, почему то, что она спит с кем-то другим, беспокоит не так сильно, как мысль о том, что есть какой-то другой ублюдок, который может стать жертвой ее флирта.
Если она хочет вывести меня из себя, что ж, в эту игру могут играть двое. Я тверд, как скала, это очевидно. Нет ни одного мужчины на планете, у которого бы ни встал при виде нее в нижнем белье. Возможно, не все они стали бы поклонниками ее характера, но на меня он определенно как-то да влияет. Прошло уже несколько недель с тех пор, как я в последний раз трахался, и мне нужно выплеснуть накопившуюся энергию.
Вчера вечером было рабочее мероприятие, и я знал, что моя фотография в костюме разозлит Хэтти, но я давно научился не связываться с коллегами. Я был хорошим мальчиком. Две рюмки и в одиннадцать вечера уже в своей постели. Если бы знал, что она еще не спит и выглядит так сексуально, я бы позвонил ей и заставил поговорить со мной по видеозвонку.
Я откидываю одеяло и стягиваю боксеры с бедер. Достав телефон, делаю снимок, чтобы она также могла хорошенько рассмотреть и мой пресс.
Я: Я так сильно тебя хочу, что у меня аж член болит
Красотка: Я в восторге от того, что тебе больно
Красотка: И пусть в протоколе будет указано, что я не давала согласия на дикпики
Блядь!
Я: Ну, я тоже не давал согласия на фото твоих сисек
Красотка: И все же после одной фотки ты умоляешь меня забраться в твою постель
Красотка: Я же говорила, что ты начнешь умолять меня до того, как я стану умолять тебя
Ах, она просто невыносима. Я этого не понимаю. Мне никогда не приходилось так усердно добиваться кого-то. Она горячая штучка. Я горячий. Мы бы хорошо провели время, почему бы ей просто не сдаться?
Приближается конец месяца, и я в полном отчаянии, накопив изрядный запас фантазий с участием Хэтти. Что бы я хотел с ней сделать, где бы хотел ее трахнуть.
Вчера вечером я выпил пару кружек пива с ребятами из футбольного клуба и разговорился с женщиной и ее друзьями. Она ясно дала понять, что хочет пойти со мной домой, но я шокировал сам себя, сказав ей «нет». Уверен, мы бы хорошо провели время, но все, чего я хотел, – это чтобы Хэтти стояла передо мной на коленях. Даже разговаривать с другой женщиной было жестоко.
Сейчас я пытаюсь посмотреть какой-то новый криминальный документальный фильм, от которого все в восторге, но я все время проверяю свой телефон, перечитывая ее сообщения. Не смогу сказать вам ни слова из того, что там говорил этот детектив. Сообщения с ней явно не работают. Мне нужно ускорить процесс, поэтому я выключаю телевизор и набираю ее номер.
Он звонит и звонит. У меня дрожат колени, нетерпение перерастает в тягучее чувство отчаяния, и я уже собираюсь повесить трубку, когда звонок прерывается.
– Да? – выдыхает она, посылая электрический разряд по моему члену. Каким колдовством она обладает, что оказывает на меня такое воздействие всего одним словом? – Чего ты хочешь?
– Ты голая.
– Какого хрена? Откуда ты это узнал?
– У тебя затрудненное дыхание. А значит, ты либо только что вышла из душа, либо только что кончила, но в любом случае, поспешила ответить на мой звонок.
– Возможно, было и то, и другое.
Бля-я-я. Я отчетливо представляю, как Хэтти, вся мокрая и намыленная, стоит у меня под душем и оглядывается через плечо, глазами умоляя последовать за ней.
– Зачем ты мне звонишь?
– Могу я пригласить тебя куда-нибудь поужинать сегодня?
– Мерзость, нет, – усмехается она.
– Тогда на прогулку. По пути захватим буррито? Мне нужно поесть.
– Я знаю, что ты пытаешься сделать, Роб.
– И что же я пытаюсь сделать?
– Ты пытаешься заставить меня проиграть пари, убеждая встретиться с тобой в отчаянной, ошибочной надежде, что, находясь с тобой в одной комнате, я не смогу устоять перед твоими ухаживаниями, но в твоем плане есть изъян.
– Какой изъян?
– Ты действительно думаешь, что я собираюсь заняться с тобой сексом во время прогулки? – спрашивает она, понижая голос.
– А что, если прогулка приведет к моему дому?
Она не отвечает, от ее обычных находчивых ответов не осталось и следа.
– Давай, ты же знаешь, что хочешь этого. Я сделаю так, что тебе будет хорошо.
– Все еще умоляешь? Это так жалко, – смеется она и вешает трубку.
Ведьма!
Должно быть, что-то неправильно подключено в моем мозгу, потому что он реагирует на ее поведение не так, как реагировал бы нормальный человек. Вместо того, чтобы по понятным причинам обидеться и отключиться от ее грубости, моему извращенному серому веществу это даже нравится.
А моему члену это нравится еще больше.
