Текст книги "Новый порядок (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

– Вы тоже можете выйти, мисс Монсеррат, – кричит Фролик в мою сторону.

Я напрягаюсь, прежде чем пожать плечами и выйти в лунный свет.

– Теперь уже Блэкмен, – говорю я ей.

На губах Фролик появляется лёгкая улыбка.

– Правда? Что ж, это интересно.

– Это было немного грубо, – говорю я, указывая в сторону ушедшей – и всё ещё кричащей – женщины.

Она пожимает плечами.

– Я не благотворительная организация. Вы же не станете возвращать товар в магазин без чека, не так ли?

– Да, но всё же… – интересно, сохранилось ли у Майкла моё зелёное перо. Возможно, я могла бы отдать его этой женщине, и она получила бы то, что ей обещали.

– Каждое перо уникально, – отвечает Фролик, словно читая мои мысли. Я думаю об Иксе и вздрагиваю. – Без её конкретного пера я ничего не смогу сделать. Правила есть правила, – она наклоняется вперёд. – Если, конечно, это не правила для новообращённых вампиров.

Я неловко переминаюсь с ноги на ногу. Я не хочу, чтобы этот разговор касался меня и моего места в Семье Монсеррат… или отсутствия этого самого места. Теперь, когда Фролик стоит передо мной, у меня есть более важные вопросы.

– Зачем вы заставили меня взять перо?

Она игнорирует мой вопрос.

– Я не была уверена, что вы появитесь. У меня сложилось впечатление, что для вампира вы относительно сообразительны, но прошло несколько дней, прежде чем вы пришли и заговорили со мной. Я уже начала думать, что вы вообще не придёте. Вампиры, как правило, мало что делают без разрешения своего Главы, и всё же вы здесь, – она бросает взгляд за моё плечо в сторону Мэтта. – Происходит что-то вроде массового бегства вампиров?

– Вы сможете прочитать об этом в газетах на следующей неделе, – я складываю руки на груди. – Я не знала, где вы были.

– Я нео-друид, – спокойно отвечает она. – Я люблю природу. Едва ли удивительно, что я нахожусь в самом большом парке Лондона.

Я думаю о своём дедушке.

– Не существует такого понятия, как нео-друид.

Она смеётся.

– Я же здесь, не так ли? Я не плод вашего воображения.

Я начинаю уставать от её увиливания.

– Что, чёрт возьми, здесь происходит? Это сводится к лекарству? – спрашиваю я.

– Это сводится к «Магиксу».

– Это я знаю, – рычу я.

– Тогда вы знаете, что «Магикс» лишил меня бизнеса, – выражение её лица становится холодным. – И других подобных мне. Компания создает монополию. Скоро у ведьм, чёрных или белых, не будет другого выбора, кроме как получать все свои материалы от них. «Магикс» захватывает власть над каждым пользователем магии в стране. Представьте, что он может сделать с такой силой, – она срывает лист с ближайшей ветки и внимательно рассматривает его, прежде чем выбросить. – Может, вы хотите разработать новое заклинание, которое поможет больным детям с врождёнными пороками сердца? Вот только «Магикс» заключает сделку с фармацевтической компанией, которая создаёт лекарство от этой болезни. «Магикс» не хочет этого заклинания. Компания убирает с полок необходимые ингредиенты, и, – она щёлкает пальцами, – вот так просто невинные дети страдают и умирают из-за того, что «Магикс» хочет заработать больше денег.

– Зачем им это нужно? Мне жаль, что её руководители сочли вас конкурентом и вам пришлось закрыть свой бизнес, но это не значит, что они собираются быть соучастниками убийства людей.

– Они не соучастники. Они преступники! Вдохновители! Их нужно остановить.

– Это «Магикс» убил вашего мужа? – тихо спрашиваю я.

Фролик сжимает челюсти.

– Он был хорошим мужчиной. Он не заслужил того, что они сделали.

– Мне жаль, – говорю я. – Мне правда жаль, но это всё равно не объясняет, что происходит с перьями.

– Разве ваш дедушка не разобрался с этим?

Я удивлённо опешиваю.

– Я не идиотка, – говорит она. – Я знаю, кто вы и кто он, – она многозначительно смотрит на меня. – Было время, когда он не позволил бы такой компании, как «Магикс», выйти сухой из воды, – её лицо становится уродливым и перекошенным. – Не позволил бы забрать всю мою с трудом заработанную прибыль.

Сомневаюсь в этом. В те времена дедушка мало общался с людьми, даже с теми, кто пытался водить дела с трайберами. Однако я не поддаюсь на уловку.

– Скажите мне, почему. Почему я и почему перо?

– «Магикс» нужно остановить, – она приподнимает брови, глядя в мою сторону. – Можете считать это перо чем-то вроде долговой расписки.

Я стараюсь не задерживать дыхание.

– Расписки о чём?

Фролик улыбается.

– Вы уже знаете ответ на этот вопрос.

Я наблюдаю за ней.

– Лекарство.

– Именно так.

– Вы сказали, что искать его слишком опасно. Даже если оно и существует.

Она закатывает глаза.

– В то время примерно в пятнадцати метрах от нас находился Глава Семьи. Что ещё я могла сказать?

– Значит, лекарство есть?

– Я понятия не имею. Но вы поможете мне уничтожить «Магикс», и я обещаю, что в любом случае выясню это.

– При условии, что я верну вам перо.

Она улыбается.

– Таковы условия.

– Это «Магикс» похитил Далию Темплтон?

– Кто это? – она хмурится, глядя на меня. – «Магикс» не тратит время на то, чтобы запихивать людей в машины. Это оставило бы слишком много следов. Зачем похищать, если можно убить?

– Вот и накрылась теория, – бормочу я. Я роюсь в кармане в поисках визитки, которую дал мне полицейский. Когда я нахожу её, я достаю её и передаю Фролик. – Вы видели это заклинание раньше?

Её лицо омрачается.

– Это специальность «Магикс». Чёрная магия. Очень похоже на то, что убило Фингертипа.

Я вздыхаю, прижимая кончики пальцев к вискам. Полицейский был убеждён, что это была белая магия.

– Что вы хотите, чтобы я сделала?

Я замечаю проблеск торжества в её глазах, прежде чем она отвечает.

– Выходит новая линейка. Заклинания гламура; по-моему, отвратительные вещи, но на них есть спрос. Женщина, которая была здесь до вас, украла для нас рецепт. Всё, что вам нужно сделать – это проникнуть на фабрику и изменить один из ингредиентов. Затем, когда будет выпущен новый продукт «Магикса», и всё пойдёт не так, как надо, репутация компании будет подорвана.

Мне даже не нужно думать об этом.

– Нет.

Она опешивает.

– Что значит «нет»?

– Нельзя шутить с заклинаниями, – я указываю на Мэтта. – Вы видите его? Вся его жизнь похерена из-за заклинания, созданного с благими намерениями, – я делаю паузу, затем корректирую свои слова. – Ладно, с полу-благими намерениями. Погибли люди. Я не буду этого делать, и вы тоже не должны.

Она даже не пытается скрыть свою ярость.

– Никто не умрёт.

– Вы не ведьма, – говорю я. – Вы даже не трайбер. Откуда вы знаете?

– Я много лет работаю в магическом бизнесе. Я знаю, когда заклинание действует, а когда нет! Мой муж был белым колдуном. Он научил меня, на что обращать внимание. Заклинание чистое.

– Это не имеет значения, – я качаю головой. На этот раз я непоколебима. – Я бы не попала в такую переделку, в которой нахожусь сейчас, если бы не то заклинание. Я не собираюсь переделывать ещё одно только для того, чтобы вылечиться.

– Всё сводится не только к вам, – шипит она. – «Магикс» – это…

– Зло. Я знаю, – сожаление переполняет меня. – Простите.

Фролик пристально смотрит на меня.

– Что ж, справедливо. Есть альтернатива. Это более опасно, но наши условия могут остаться прежними.

– Продолжайте.

– Руководители «Магикса» знают, что мы за ними следим. Нам нужно знать, что они планируют. Найдите все файлы, которые у них есть на нас, чтобы быть уверенными, что мы на шаг впереди.

Я думаю о своей неудачной попытке проникнуть в «Улицы Пламени».

– Я не воровка. У меня нет навыков, чтобы…

Фролик прерывает меня.

– Я уверена, вы что-нибудь придумаете, – она пожимает плечами. – Иначе между нами всё кончено, – она может казаться доброй и дружелюбной, но в ней чувствуется стальная решимость.

– Я подумаю об этом, – говорю я наконец.

– Знаете, – медленно отвечает она, – вы бы понравились моему мужу. У него также было чёткое представление о том, что правильно, а что нет, – она пристально смотрит на меня. – Он собирался изменить мир. А вы?

Я игнорирую её вопрос.

– Почему вы думаете, что его убил «Магикс»?

– Потому что я умоляла его встретиться с ними. Чтобы сделать что-то, что могло бы изменить наше положение. Он не хотел идти, но я была непреклонна, – она поджимает губы. Последнее, что я ему сказала – это вернуть наши деньги, – её плечи опускаются. – Я больше никогда его не видела. Когда обнаружили его тело и полиция захотела, чтобы я опознала его, я отказалась. Я не могла вынести их попыток убедить меня, что он умер всего лишь от сердечного приступа. Его убил «Магикс». Я знаю, что так и было. И теперь, когда Магикс присвоили мой магазин, у меня ничего не осталось.

– Мне очень жаль.

– А знаете, я думаю, что так и есть, – она облизывает губы. – Я буду ждать здесь, когда вы закончите свою работу.

Мужчина, который провожал предыдущего визитёра, выходит из тени. Я пристально смотрю на него, но всё ещё не могу понять, кто это. Он не смотрит в мою сторону, просто шепчет что-то на ухо Фролик. Я наблюдаю за ними несколько мгновений, но становится ясно, что владелица магазина со мной закончила. Меня так и подмывает поторопить их обоих. Я могла бы схватить Фролик, притащить её пухлую задницу в особняк Монсеррат и сделать всё необходимое, чтобы она узнала, есть ли лекарство или нет. Я осознаю, что мои пальцы сжались в кулаки. Я заставляю себя расслабиться. Я в отчаянии, но не настолько.

* * *

Двадцать минут спустя я высаживаю Мэтта у особняка. К моему удивлению, Гарри Д'Арно стоит снаружи. Когда он видит меня, его лицо проясняется.

– Бо! Где ты была? – он поднимает взгляд на внушительное здание. – Я подумал, что Монсеррат мог что-то с тобой сделать.

Я раздражённо спрашиваю:

– Что, например?

– Не знаю. Нельзя доверять кровохлёбам. Только не в наши дни.

– Я сама кровохлёб.

– Ты другая.

Я вздыхаю.

– И ты туда же. Гарри, тебе нужно перестать верить всему, что ты читаешь. Вампиры – это не зло. Они не стремятся к мировому господству и даже не злятся из-за того, что я сделала, – меня так и подмывает сказать ему, что всё это организовал Майкл, но я решаю не делать этого. У Д'Арно и без того есть нездоровая одержимость Семьями. – Они хорошие парни, – говорю я в конце концов.

– Ты ведь не вернулась к ним, нет? Ты поэтому здесь?

Я улыбаюсь.

– Нет. Не совсем.

– Хорошо. Хотя…

– Что?

– Ну, я подумал, может, у нас ещё будет шанс на переговоры. Ну знаешь, насчёт того, что сейчас происходит, и всё такое. Ты потеряла свою квартиру, когда тебя завербовали, не так ли? И все свои вещи?

Я медленно киваю, не понимая, к чему он клонит.

– Я мог бы подать на них в суд. Добиться для тебя некоторой компенсации. Мы можем предать это огласке, и тогда у тебя будет больше шансов сорвать куш. Их репутация уже пострадала, они захотят уладить дело тихо и без суда. Я могу назначить встречу и обсудить это с Лордом Монсерратом. На самом деле, – он облизывает губы, – было бы лучше, если бы присутствовали все Главы Семей. Мы можем разработать новые правила для других вампиров, которые оказались в подобной ситуации.

– Ты ведь занимаешься этим не ради комиссионных или славы, не так ли?

– А?

Я наклоняюсь к нему и понижаю голос.

– Тебе нужен доступ к Главам. Вот в чём дело.

Он многозначительно смотрит на меня.

– Бо, Семьи держатся особняком. У них есть все эти секреты и все эти законы. Я могу им помочь. Дать им прямую связь с миром людей.

Я приподнимаюсь на цыпочки и пытаюсь соответствовать его росту. Это не помогает, но я чувствую себя лучше.

– Ты хочешь сказать, что ты хочешь установить с ними прямую связь.

Он опускает голову.

– Каждый чего-то хочет.

Внезапно со стороны особняка раздаётся грохот. Мы с Д'Арно подпрыгиваем. Он хватает меня за руку, я поворачиваюсь и вижу Майкла, который стоит на пороге и сердито смотрит на нас. До меня доходит, что я стою слишком близко к адвокату. Я отдёргиваю руку и отступаю назад.

– Не трогай её, – рычит Майкл.

Я поднимаю обе ладони.

– Он мой адвокат. Он просто проверяет, всё ли в порядке.

– Заходи внутрь, Бо, – Майкл направляется к нам.

Я подхожу к Д'Арно.

– Повторяю, Лорд Монсеррат, – говорю я, стараясь говорить непринуждённым тоном, – вы мне не начальник.

– Лорд Монсеррат, – прерывает его Д'Арно. – Мы должны обсудить это внутри. Я понимаю, вы сердиты из-за того, что мисс Блэкмен ушла…

– Я не сердит.

«Нет, я думаю, ты чертовски взбешён».

– Гарри, – нервно говорю я, – тебе лучше уйти.

– Но…

– Пожалуйста, – мой голос звучит напряжённо. – Я поговорю с ним о встрече. Прямо сейчас тебе нужно уйти.

– Я должен остаться. Не хочу, чтобы ты пострадала.

– Я не пострадаю. Просто уходи.

Лицо Майкла становится поистине грозовым.

– Возможно, ты права, – поспешно говорит Д'Арно. – Позвони мне через день или два, Бо.

Я слышу его шаги, когда он уходит, но не спускаю глаз с Майкла, понимая, откуда исходит опасность.

– Ты не можешь так делать.

Его плечи напрягаются, и я наблюдаю, как он следит за фигурой Д'Арно, пока адвокат садится в свою машину.

– Майкл, он не сделал ничего плохого.

– Ты назвала его Гарри, – огрызается он.

– И что?

– Ты с ним трахаешься?

– Чёрт возьми! Нет, не трахаюсь.

Он возвышается надо мной.

– Ты уже чуть не сделала это раньше.

– Ключевое слово, – отвечаю я ему. – «Почти». И тогда я была в сильном стрессе.

– Ты и сейчас в сильном стрессе. У тебя ПТСР. Он мог воспользоваться тобой.

Проклятье.

– Он мной не пользуется, – я упираю руки в бока. – Ты не можешь указывать мне, что делать, потому что я больше не одна из твоих вампиров. И я не какая-то слабая маленькая девочка, которой нужно, чтобы ты вмешивался и вёл себя как мой чёртов отец!

Майкл замирает.

– Твой отец?

– Как будто я была на свидании, а ты дожидался моего возвращения!

Он делает шаг в мою сторону.

– Так вот как ты обо мне думаешь? – тихо спрашивает он. – Я тебе как отец?

– Нет, но тебе нужно перестать вести себя так, будто ты мой отец. Мне не нужно, чтобы ты присматривал за мной!

Его глаза блестят.

– Потому что ты теперь большая и сильная вампирша?

– Вот именно!

– Тогда давай посмотрим.

Я моргаю.

– Прошу прощения?

Он указывает мне за спину, в сторону Гайд-парка.

– Ты и я, девочка-девчушка. Прямо там.

– Ты хочешь подраться?

Он обходит меня по кругу, как хищник.

– Да, чёрт возьми.

У меня пересыхает во рту.

– Тогда давай займёмся этим в комнате для спаррингов.

«Где ты с меньшей вероятностью убьёшь меня, потому что будут свидетели».

– Комната для спаррингов предназначена для вампиров Монсеррата, – он останавливается и наклоняется к моему уху. – Ты не Монсеррат.

Я стискиваю зубы, понимая, что теперь на нас смотрят зрители через дорогу: несколько монсерратских лиц смотрят на нас широко раскрытыми глазами. Возможно, он прав.

– Ладно, – огрызаюсь я. – Пошли, – я возвращаюсь в парк и направляюсь к поляне. Я снимаю кожаную куртку и задираю платье, чтобы подол оставался на бёдрах и мне было легче маневрировать. Майкл присоединяется ко мне, стягивая футболку через голову и обнажая торс. Он наклоняет голову и невесело улыбается.

– Давай потанцуем, малышка.

Я не теряю времени даром и бросаюсь на него, целясь высоко. Он ловко уклоняется.

– Слишком легко, – рычит он.

– Да ну? – я бью его пяткой по голени. В награду я получаю стон. Он наносит удар, попадающий мне в грудь и заставляющий меня отлететь назад на траву. Я вскакиваю.

– Так вот от чего вы получаете удовольствие, мой Лорд? Избиваете слабеньких новообращённых?

Он рычит и пытается снова, но на этот раз я блокирую его и ударяю локтем в бок.

– Я думал, ты говорила, что ты не слабачка, – говорит он, хватая меня за плечо и разворачивая меня вперёд.

Я отталкиваюсь ногами от его крепкого тела и делаю сальто назад, уклоняясь от его хватки. Я бью снова, но он перехватывает мой кулак на лету.

– Кажется, я припоминаю, что в последний раз, когда мы занимались этим, я одолел тебя буквально за две секунды, – сообщает он мне.

Я вырываюсь.

– Ты имеешь в виду, в больнице, когда я ещё была человеком. Ты забываешь, что я швырнула тебя в твоём собственном кабинете.

Майкл хватает меня за руки. Я пытаюсь ударить ногой, но, когда это не срабатывает, вместо этого я ударяю коленом ему в пах. Кажется, я промахнулась и попала ему в бедро, но он стонет от боли и падает. Встревоженная, я наклоняюсь.

– Ты…?

Он тянет меня за воротник платья и укладывает на себя. Затем перекатывается, и мы меняемся местами. Я лежу спиной на земле, а он расставляет ноги по обе стороны от меня. Я пытаюсь ударить его, но он легко перехватывает мои руки и опускает их вниз.

– Классическая ошибка, – шепчет Майкл. – Не позволяй противнику одурачить тебя, заставив думать, будто он повержен.

Я брыкаюсь, чтобы освободиться, но я в ловушке.

– Ты ведёшь нечестную игру.

Он опускает лицо.

– Не сомневайся в этом, Бо. Хочешь знать настоящую причину, по которой я так хотел, чтобы ты ушла из Семьи?

Я смотрю в его сверкающие глаза.

– Ты не выдержал конкуренции?

Он смеётся.

– Вряд ли. Я не хотел, чтобы ты чувствовала, будто обязана подчиняться мне во всём. Потому что, когда я сделаю это, я хочу знать, что ты отвечаешь мне по собственной воле.

– Что сделаешь?

– Это, – выдыхает он. Затем он целует меня.

Внизу живота у меня вспыхивает жар. Не раздумывая, я запускаю пальцы в его волосы и издаю стон. Майкл стонет в ответ и углубляет поцелуй. Его губы горячие, с лёгким привкусом бренди. Я чувствую, как колотится моё сердце, когда он прижимается ко мне всем телом. Отпустив одну руку, он обхватывает моё лицо и немного приподнимается.

– Всё ещё считаешь меня своим отцом?

Я не отвечаю. Вместо этого я провожу пальцем по татуировке на его груди, касаясь соска лёгким, как перышко, прикосновением. Он втягивает воздух. Затем позади нас слышится громкий кашель. Майкл ругается. Он поднимается на ноги, потянув меня за собой, и прочищает горло.

– В чём дело?

Я отступаю, раскрасневшаяся и разгорячённая. Появляется Риа, избегающая смотреть прямо на нас.

– Мой Лорд, у нас проблема.

– Продолжай, – в его голосе слышится скрытое раздражение.

– Один из клубов вампеток. Там была драка, и в дело вмешалась полиция.

– Я сейчас же отправлюсь туда, – рычит он.

Она склоняет голову и почти бежит обратно к особняку.

– Я должен с этим разобраться, – говорит мне Майкл.

– Я знаю.

Он берёт свою футболку и надевает её обратно.

– Ты пойдёшь в мою квартиру? Можешь подождать меня там, Бо?

Я молча киваю. Майкл одаривает меня полуулыбкой в ответ, затем наклоняет голову и ещё раз быстро целует меня в губы.

– Это ещё не конец, – обещает он. Прежде чем я успеваю ответить, он исчезает в ночи.

Глава 15. Скованная

Я до боли остро осознаю, что Майкл спит в постели рядом со мной. Он вернулся домой только днём, когда я уже вырубилась. Я ненадолго проснулась, когда он обнял меня за талию и притянул к себе. К сожалению, я не могу так спать и в какой-то момент отодвинулась. Я уже проснулась, но не могу решить, остаться ли мне, пока он не проснётся, или встать. Стук в дверь заставляет меня принять решение.

Я осторожно высвобождаюсь из-под одеяла, стараясь вести себя как можно тише. Я спала в одной из рубашек Майкла. Она достаёт мне почти до колен, поэтому быстро взглянув в зеркало, чтобы убедиться, что я в порядке, я на цыпочках подхожу к двери.

Улыбающееся лицо Коннора приветствует меня.

– Я так и думал, что ты будешь здесь! – громко говорит он.

Я шикаю на него. Он подмигивает и протягивает руку. Глядя на его руку так, словно это неразорвавшаяся граната, я в конце концов вздыхаю и напиваюсь до отвала. Меня охватывает тошнота, и я не уверена, что смогу удержать в себе драгоценную кровь. Я бросаюсь к кухонной раковине. Чёрт возьми. Предполагается, что всё должно становиться проще, а не сложнее.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спрашивает Коннор.

Я делаю глубокий вдох, не решаясь заговорить, и киваю. Сделав ещё несколько глубоких вдохов, я поворачиваюсь к нему.

– Зачем ты это делаешь? – он выглядит озадаченным. – Предлагаешь себя в качестве еды. Зачем ты это делаешь? Что ты получаешь от этого?

– Я уже говорил тебе раньше. Я хочу.

Я качаю головой. Я не собираюсь позволять ему так легко уйти. Не в этот раз.

– Я на это не куплюсь, – говорю я ему.

– Это правда. Я получаю от этого удовольствие. К тому же, мне платят за то, что я помогаю. Если бы я этого не делал, то сидел бы на пособии по безработице. Не то чтобы, – торопливо говорит он, – я делаю это только ради денег. Медичи предлагал мне гораздо больше денег.

– Правда?

– Да. Лорд Медичи обратился ко мне, – весело говорит он. – Он был очень убедителен. Хотел, чтобы я приехал и присоединился к нему. Я бы согласился, если бы уже не был с вами, ребята.

Интересно, есть ли что-то особенное в крови Коннора. Для Медичи нет смысла охотиться за вампеткой Монсеррат. Я собираюсь задать ему ещё несколько вопросов, но тут Коннор говорит:

– Сегодня случилось кое-какое плохое дерьмо.

Я вопросительно смотрю на него. Он протягивает мне свой телефон, указывая на новостную статью. Пятеро вампиров с Монсеррат подрались с группой людей. К сожалению, всё обернулось плохо, и двое людей скончались от полученных травм по дороге в больницу. Полиция передала вампиров под стражу в Семью Монсеррат, и представитель полиции дал понять, что нападавшие почувствуют на себе всю тяжесть вампирского закона. У меня скручивает живот. Я знаю, что это значит. Интересно, Майкл сам будет приводить приговоры в действие?

Я потираю лоб. Почему всё никогда не бывает чётким и однозначным? Судя по тому, что я видела среди протестующих в Сохо, я могу себе представить, как всё вышло из-под контроля, хотя это не оправдывает убийства. Но мысль о том, что в результате этого будут совершены казни, приводит меня в ужас. С одной стороны, эти вампиры могли быть бывшими преступниками, которым следовало бы поумнеть и не ввязываться в драку с людьми. С другой… Я вздыхаю. Всё было намного проще, когда я была человеком.

Я возвращаю телефон Коннору.

– Я должен передать тебе сообщение, – говорит он. – Звонил кто-то по имени Фролик? Она позвонила в особняк и попросила передать сообщение. Она решила, что время играет решающую роль, и ты либо принесёшь ей всё до рассвета, либо она найдёт кого-нибудь другого.

Я мысленно ругаюсь. Она пытается подтолкнуть меня к принятию решения. Я раздражена. Я также не понимаю, к чему такая спешка.

– Спасибо, – говорю я Коннору.

Он ослепительно улыбается.

– Может, мне вернуться в особняк и сказать Мэтту, чтобы он ожидал тебя?

Я думаю об этом. Я пока не могу справиться с требованиями Фролик. Поскольку все имена из списка Темплтона, по-видимому, не причастны к исчезновению Далии, мне следует продолжить разговор с её соседями. Уже больше семи вечера. Если я прожду ещё немного, они не откроют свои двери, чтобы ответить на вопросы. Особенно, когда увидят двух вампиров, стоящих на пороге. Будет быстрее и проще, если я сделаю это сама. Мэтт не такой уж сильный вампир, он будет в большей безопасности там, где он есть. Мне не нужно, чтобы кто-то чувствовал угрозу из-за его присутствия и был спровоцирован на нападение, особенно после сегодняшних событий. Иногда есть свои преимущества в том, что я ростом всего метр пятьдесят. Даже если я кровохлёб, люди с меньшей вероятностью будут считать меня опасной.

– Нет, – говорю я ему, – всё в порядке. Сегодня он мне не нужен.

Его лицо омрачается.

– Ты уверена?

Я киваю, подвожу Коннора к двери и мягко выпроваживаю. Затем возвращаюсь в спальню. Майкл даже не пошевелился. Я беру свою одежду, несу её в гостиную и одеваюсь. Меньше чем через пять минут я выхожу за дверь.

* * *

Когда я приезжаю в район, где живут Темплтоны, я проверяю их дом. Со времени моего последнего посещения он кажется нетронутым, поэтому я направляюсь к хорошо освещённому дому слева. К стене прислонён детский велосипед, к ручкам которого привязаны розовые ленточки. Я не уверена, что присутствие в доме детей сделает жильцов более или менее склонными разговаривать со мной. Я звоню в их дверь, чтобы выяснить это. Дверь открывает встревоженного вида мать.

– Да?

Я изо всех сил стараюсь выглядеть дружелюбной.

– Меня зовут Бо Блэкмен. Я расследую исчезновение Далии Темплтон из соседнего дома.

Изнутри доносится несколько криков и детский вопль:

– Мама! Дерек ударил меня!

Женщина испускает глубокий вздох и вытирает руки о фартук. Она так увлечена своими детьми, что, по-моему, даже не заметила, что я не человек.

– Вы из полиции? – спрашивает она.

– Нет. Я частный детектив.

Изнутри доносится ещё один шквал криков. Она наполовину оборачивается и кричит в ответ:

– Прекратите драться и сделайте свою домашнюю работу! – затем она вздыхает. – У вас есть дети?

Она определённо не заметила, что я вампир. Я качаю головой.

– Что ж, считайте, что вам повезло.

Хотя я знаю, что на самом деле она не это имела в виду, мне немного грустно. Тем не менее, я продолжаю тему.

– Вы знали Далию?

– Конечно. Мы встречались по крайней мере раз в неделю, чтобы выпить кофе. Ну, знаете, когда она не… – её голос затихает.

Когда становится ясно, что она не собирается заканчивать предложение, я подталкиваю её.

– Когда она не что?

– Уходила.

Здесь кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд.

– Уходила заниматься чем?

– Послушайте, это действительно не моё дело, – начинает она.

– Далия может быть в опасности, – тихо говорю я.

Она фыркает.

– Единственная опасность, которой подвергается Далия Темплтон – это не вспомнить, в каком отеле она оставила свои трусики.

– У неё был роман?

Женщина понижает голос.

– Они были как кролики. Я не могу поверить, что её муж так и не узнал об этом.

– Вы знаете, кто этот мужчина?

– Саймон как-то там.

– Вы можете вспомнить его фамилию?

Раздаётся крик. Её лицо искажается.

– Извините, мне нужно идти.

– Подождите! Его фамилия?

Она пожимает плечами.

– Всё, что я знаю – это то, что он полицейский, работающий в Белгрейве. А теперь мне действительно пора идти.

– Спасибо, – начинаю я, но она уже закрывает дверь.

Я задумчиво потираю подбородок. Несмотря на сомнительные сделки Стивена Темплтона, возможно, похищение Далии – результат её собственных действий. Может быть, ревнивая жена? Или сам этот Саймон? Это мог быть даже Стивен Темплтон: он мог узнать о её романе, убить её и обставить всё как похищение. Но если так, почему он не сообщил в полицию? Это сделало бы его историю гораздо более правдоподобной.

Я перехожу к дому справа, надеясь, что смогу поговорить с кем-нибудь, кто знает больше о внебрачных связях Далии. Однако, когда дверь открывается, мне открывает задорного вида девочка.

– Да? – у неё отвисает челюсть. – Ты вампир! Это так круто! Я хочу стать вампиром, когда вырасту.

– Стелла! Что я тебе говорил о том, как открывать дверь незнакомцам? – появляется мужчина, вытирающий руки полотенцем. Когда он видит меня, то роняет его. – Стелла, возвращайся в дом.

– Но папа…

– Сейчас же, – она делает недовольное лицо, но делает, как ей говорят.

Полагаю, я больше не инкогнито.

– Здравствуйте. Я Бо Блэкмен. Я здесь для расследования…

– Вам здесь не рады, – он захлопывает дверь у меня перед носом.

Я стискиваю зубы и стучу снова. Он приоткрывает её.

– У нас дети! Вам нужно убираться отсюда, пока я не вызвал полицию!

– Я не могу войти, пока вы меня не пригласите, сэр.

– Я, чёрт возьми, не буду вас приглашать! – шипит он.

– Я имела в виду, – терпеливо объясняю я, – что даже если бы я хотела причинить вам боль, я бы не смогла, потому что не могу войти, пока вы меня не пригласите.

Его лицо бледнеет.

– Причинить нам боль? Что мы вам сделали?

– Нет, я…

Он снова закрывает дверь. Через окно я вижу, как он подходит к телефону и снимает трубку, и понимаю, что он выполняет свою угрозу. Вот задница. Полиция меня не арестует, но они, чёрт возьми, точно проследят, что я больше никак не беспокоила славных жителей в этом районе. Интересно, как они отреагируют, когда обнаружат фальшивую ленту с места преступления, которую Темплтон повесил у своего дома.

Сейчас я больше ничего не могу здесь сделать, поэтому я решаю скрыться. Я всё время думаю о выражении лица отца Стеллы, когда он понял, что я вампир. Отвращение. Ненависть. Страх. Всё то, что я чувствую по отношению к себе.

Я помню, что штаб-квартира «Магикса» находится между этим местом и полицейским участком в Белгрейве. Может быть, не помешает сделать короткую остановку, просто на всякий случай.

Когда я подхожу к внушительному зданию, мне требуется несколько минут, чтобы обойти его вокруг. Это сверкающее сооружение из стали и стекла, похожее на то, в котором расположены «Улицы Пламени». Разница между ними заключается в том, что интернет-компания утверждает, будто ею управляют люди, в то время как на самом деле она управляется самым устрашающим видом трайберов, в то время как «Магикс» притворяется, будто это корпорация трайберов, но, насколько я выяснила до сих пор, на самом деле полностью принадлежит людям. По иронии судьбы, единственная группа, которая честно говорит о том, кто они и чем занимаются – это вампиры, и именно на них нападают за то, что они злые.

Я испытываю искушение попробовать ещё один тайный метод проникновения. В конце концов, чем больше я буду практиковаться, тем лучше стану. Однако, учитывая нереальные сроки Фролик, я решаю этого не делать. Если она хочет получить информацию к рассвету, то, чёрт возьми, может смириться с теми методами, которыми я её добываю. Я ухмыляюсь при мысли о том, какое у неё было бы лицо, узнай она, что я задумала.

Я возвращаюсь к входным дверям. Первые пять этажей отведены под торговый центр «Магикса» и неудивительно, что в этот час там темно и закрыто. Верхние этажи всё ещё хорошо освещены; вероятно, их занимает другая компания, которая требует, чтобы её сотрудники работали допоздна. Это облегчает мне жизнь. Я громко и непрерывно стучу в дверь из армированного стекла, пугая нескольких прохожих. Я продолжаю стучать кулаком, пока не появляется охранник, который смотрит на меня с другой стороны.

– Мы закрыты, – произносит он одними губами.

Моя улыбка становится шире, и я обнажаю зубы, позволяя своим клыкам удлиниться. Он отскакивает назад.

– Я хочу поговорить с боссом, – кричу я.

Он показывает грубый жест, и я провожу языком по острым краям своих зубов, как бы обещая дальнейшие действия. Охранник исчезает. Я поднимаю кулак и продолжаю стучать.

Это занимает меньше десяти минут. В конце концов охранник возвращается в сопровождении приятеля и женщины, одетой в ярко-розовый брючный костюм. На ком-то другом это выглядело бы нелепо, но её оливковая кожа позволяет ей отлично выглядеть в таком наряде. Она что-то говорит охранникам, и они хмурятся, затем один из них что-то бормочет в рацию. Я слышу щелчок, когда отпирается входная дверь.