Текст книги "Новый порядок (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Темплтон смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

– Я не знаю, кем вы себя возомнили, но мы не занимаемся убийством детей. Или кого-либо ещё, – возмущённо отвечает секретарша.

– О, да? Вы все идёте ко дну. Никто больше не захочет, чтобы вы его завербовали, – насмехаюсь я. – Вы вымрете, и никого не останется.

– Отвали! – кричит она. – Прекрати нас беспокоить! И, к твоему сведению, мы завербовали кое-кого всего две недели назад, так что с нашей численностью всё в порядке, – она вешает трубку.

Я медленно кладу трубку, затем смотрю на Темплтона.

– Я не думаю, что вы снова увидите Далию.

* * *

Арзо вцепился в подлокотники своего инвалидного кресла.

– Ты думаешь, Медичи виновны в этом? Это не имеет никакого смысла.

– В этом есть смысл. Лорд Медичи обратился ко мне. Я отказала ему, и он сказал, что будут последствия. Но эти последствия уже были запущены, потому что он уже похитил Далию. Должно быть, он подстраховывал свои ставки. И дело не только во мне – Коннору тоже сделали предложение. Он его отклонил. Медичи оставили вас с Питером в покое потому что вы Сангвины Монсеррат и, следовательно, в силу своей природы преданы Семье. Мэтт никогда не был один на улице, поэтому у них не было возможности схватить его. Если бы они это сделали…

– Мэтта бы уже не было в живых. Возможно, он и предан Семье Монсеррат, но последствия махинаций Никки означают, что он сделает всё, что ему скажут. Но каковы мотивы Медичи? Это всё равно не имеет никакого смысла, Бо.

Тёмные глаза Майкла полуприкрыты.

– Нет, имеет. Медичи не хочет, чтобы наше новое предприятие увенчалось успехом. Он единственный Глава Семьи, который голосовал против. Он считает это потаканием прихотям людей и проявлением слабости. Он сделает всё, что угодно, лишь бы не потерять власть.

– Это не потеря власти! Если уж на то пошло, улучшение отношений с людьми сделает Семьи сильнее.

– Мы это знаем. А он – нет.

– Нет. Я всё равно не могу поверить, что он намеренно действовал против нас подобным образом. Это нарушило бы все существующие законы Семей. Если его раскроют, он будет казнён. Четыре оставшиеся Семьи позаботятся об этом.

– Если Далия у него, и он её обратил, то у него уже есть рычаги воздействия на тебя, Арзо. Это означает, что у него есть рычаги воздействия на всю эту фирму. Ты бы стал раскрывать правду о Медичи другим Семьям, даже Монсерратам, если бы её жизни угрожала опасность? Твоя фотография была оставлена там намеренно, на случай, если ты захотел бы навестить её. Это заставило бы тебя думать, что ты ей всё ещё небезразличен…

Арзо вздрагивает.

– Они обставили это как взлом с проникновением. Они хотели, чтобы Стивен Темплтон вызвал полицию, потому что рано или поздно они пришли бы с расспросами, и тебе пришлось бы вмешаться, – я продолжаю. – Они бы одолели её в мгновение ока, особенно если она уже подружилась с ними и пригласила их в дом. Она не сказала своему мужу, что у неё внезапно появились друзья-кровохлёбы, так что, держу пари, они пока не хотят, чтобы мы знали, что она у них. Медичи подождёт, пока ты не придёшь в отчаяние, а затем будет размахивать перед тобой её новообращённой задницей в качестве приманки. Саботируй эту фирму или наблюдай, как она умирает.

Арзо качает головой.

– Я всё равно не думаю, что он зашёл бы так далеко. Медичи не стал бы хватать кого-то вот так, учитывая нынешнее положение дел.

– Сейчас самое подходящее время для этого, – возражаю я. – Мы не можем обвинить его, потому что это поставит под угрозу всех вампиров в стране. Если у людей есть доказательства того, что кого-то завербовали против их воли, у них есть причина объявить открытую войну.

– Возможно, она вызвалась добровольцем. Или, возможно, она просто уехала и вообще не с Семьёй Медичи. Возможно, она загорает где-нибудь на пляже.

Я бросаю взгляд на Майкла. Есть только один способ выяснить это. Мы спустим Мэтта с поводка и посмотрим, подойдут ли они к нему. Две птички лучше, чем одна. Бьюсь об заклад, Медичи ухватится за возможность создать двойного агента и одновременно подёргать за ниточки Арзо. Это будет означать, что агентство никогда не сдвинется с мёртвой точки, и он победит.

– Но как нам обезопасить Мэтта? – мрачно говорит Майкл.

Я ухмыляюсь.

– Мэтт служил в армии.

– Но он…

– Нет, – перебиваю я. Майкл выглядит раздражённым, но замолкает. – Не говори так. Он не идиот. Он просто нуждается в поощрении. На самом деле, он сам скажет нам, что делать.

– Я не собирался называть его идиотом, – тихо говорит он мне и вздыхает. – Ты же знаешь, что Медичи может на это и не клюнуть.

– Давай попробуем и посмотрим, – я смотрю на Арзо, и он коротко, хотя и неохотно, кивает мне.

Майкл вздыхает и проводит рукой по голове.

– Хорошо. Я пойду и поговорю с Мэттом.

* * *

Мы начинаем немедленно. Не имея возможности узнать, верна ли моя теория и следят ли вампиры Медичи за нашими передвижениями, мы подходим к делу с осторожностью. Если Медичи воспользуется шансом, который ему преподнесут на блюдечке, крайне важно, чтобы наши действия оставались скрытыми. Нет смысла ввязываться во все эти неприятности, а потом выдавать свои планы, но мы также не можем позволить им причинить Мэтту какой – либо вред.

– Что бы ты ни делал, Мэтт, – говорит Майкл, – не двигай стул.

– Я не буду двигать стул, – послушно повторяет Мэтт. Он отступает назад и смотрит на этот самый стул, скрестив руки на груди, как будто желая доказать, что его действия будут соответствовать его словам.

– Мэтт, – мой голос звучит мягко.

– Да, Бо?

– Не мог бы ты пододвинуть мне стул, пожалуйста?

Его лицо искажается как скомканный бумажный шарик. Его выпуклые бицепсы напряжены, и ясно, что он переживает внутреннюю борьбу, но через двадцать секунд он выполняет мою просьбу. Мы обмениваемся взглядами.

Мэтт встревожен.

– Я сделал что-то не так?

– Нет, ты всё сделал идеально, – я ободряюще улыбаюсь ему и перевожу взгляд на Майкла. – Сколько таких вампиров у Медичи?

Он хмурится.

– Их было несколько.

– Было?

– Парочка выжила после тюремного заключения Никки, как Мэтт, но Медичи… – он бросает взгляд на Мэтта и не заканчивает фразу.

– Этот мужчина – чудовище, – выдыхаю я.

– Он поддерживает свою Семью сильной.

– Ты согласен с подобным?

– Конечно, нет, – огрызается он. – Но я могу это понять.

Я тихо чертыхаюсь. Майкл хмурится, но не продолжает.

План – устроить полночную вылазку за кофе. Благодаря расположению в оживлённом центре города, поблизости есть несколько круглосуточных кафе. Каждый вечер Мэтт будет выходить один и покупать всем напитки. Мы установим рутину, хотя и постараемся не быть слишком пунктуальными, отходя от ведьминого часа плюс-минус на двадцать минут, чтобы его вылазка не выглядела слишком неестественной. Мы не можем вызвать подкрепление вампиров Монсеррат, поэтому нам придётся справляться самим. Мэтт сам прокладывает маршрут, тщательно намечая его, чтобы устроить возможности засады. По моим расчётам, если Медичи действительно собирается что-то предпринять, он сделает это на четвёртую ночь или не сделает вообще.

Однако, когда я занимаю позицию в первую ночь, я сразу замечаю две тени, отделившиеся от тёмного переулка. Я понимаю, что из-за предстоящего объявления о фирме Медичи в ещё большем отчаянии, чем мы ожидали.

– За ним следят два вампира, – шепчу я в манжету, где спрятан крошечный радиопередатчик.

– Цвета?

– Чёрный.

– Значит, это могут быть Стюарты.

– Цвет Семьи Стюартов, может, и чёрный, но каждый может носить чёрную одежду.

Я пробираюсь вдоль края крыши, сохраняя дистанцию. На втором перекрёстке, как раз когда я прикидываю расстояние до следующего ряда крыш, вампиры набирают скорость и настигают бегущую вприпрыжку фигуру Мэтта. Из-за угла появляется ещё один вампир. У меня замирает сердце. У Медичи на улицах не один и не два кровохлёба, у него целая команда. Я с тревогой смотрю перед собой. Последнее, что мне нужно – это столкнуться с наблюдателем, но, похоже, на возвышенности никого нет.

– Мэтт, – тихо говорю я, – остановись и завяжи шнурок.

Он останавливается, послушно наклоняется и возится со своим ботинком. Я сосредотачиваюсь на фигуре позади него, у которой не будет другого выбора, кроме как выдать себя, тоже остановившись, или потерять преимущество и обогнать его. Я выгибаю шею и замечаю, как шевелятся губы фигуры. Полагаю, рации есть не только у нас. В этом есть смысл. Если Медичи организовал охрану периметра, они будут рассредоточены по близлежащим улицам. Мне нужно прикинуть, сколько их всего.

Тот, кто следовал за Мэттом, проходит мимо него. Я жду, пока он отойдёт на некоторое расстояние, и только потом приказываю Мэтту идти дальше. Как только он это делает, я замечаю вампира на крыше на противоположной стороне улицы. Я улыбаюсь. Впереди строительная площадка с большим пустым местом там, где недавно было снесено здание. Примерно через три минуты вампиру будет не очень удобно оставаться на крышах.

– Сколько их сейчас? – прерывает голос Майкла.

– Пока четверо. Трое перед ним. Один справа, на крыше напротив меня.

Я жду, пока мой противник не преодолеет расстояние между перекрёстками, затем делаю то же самое. Я неудачно приземляюсь, подвернув лодыжку, и вскрикиваю от неожиданной боли.

– Что случилось? – голос Майкла звучит встревоженно.

– Ничего.

В моём наушнике раздается треск.

– Это слишком опасно. Я иду за тобой. Оставайся на месте.

– Нет. Если кто-нибудь из этих кровохлёбов увидит тебя, игра окончена. Мы потеряем все преимущества, которые могли бы иметь.

– Это лучше, чем твоя гибель.

– Они не знают, что я здесь.

– Пока что.

– Не надо, Майкл, – говорю я. – Пожалуйста.

Ответа нет. Я хмурюсь. Ему нужно прекратить попытки контролировать каждую чёртову мелочь. Я ни за что не собираюсь торчать здесь, ожидая, пока он появится и всё испортит. Я быстро двигаюсь вперёд, забывая о боли в лодыжке, но лишь на время, достаточное для того, чтобы потерять равновесие и почувствовать, как подгибаются колени. Я вытягиваю здоровую ногу вправо, чтобы не упасть окончательно, и опираюсь левой рукой, чтобы удержаться. К сожалению, в процессе этого я сбиваю черепицу, и она соскальзывает прежде, чем я успеваю её остановить. Я с ужасом наблюдаю, как она срывается с края крыши и разбивается о тротуар внизу. В панике я поворачиваюсь влево и падаю вниз, цепляясь за крышу кончиками пальцев и пытаясь спрятаться от вампира напротив. Единственное, что меня спасает – это то, что вампир, стараясь держаться поближе к Мэтту, опережает меня на двадцать метров; ему требуется больше времени, чтобы повернуться и посмотреть на дорогу и разбитую черепицу, а затем в мою сторону.

Я знаю, что он направляется сюда. Я должна помешать ему предупредить кого-нибудь ещё. Позволив себе упасть, я пролетаю три этажа и оказываюсь на тротуаре параллельной улицы. Я игнорирую стреляющую боль в лодыжке, бегу к углу, прижимаюсь спиной к стене и тихо сдвигаюсь, пока мне не удаётся оглядеться. Второй вампир тоже спрыгнул на мостовую. Он всего в пяти метрах от меня, стоит над осколками черепицы на крыше.

– Это может быть пустяк, – бормочет он в рацию. – Может, кошка, – он смотрит на крышу, с которой я только что спустилась. – Я ничего не вижу. Проверю, чтобы убедиться.

Вот задница. Майкл двигается в этом направлении, без сомнения, следуя тем же маршрутом, что и я. Мне нужно помешать кровохлёбу Медичи подняться наверх и узнать его. Оглядевшись, я замечаю выброшенную банку из-под газировки и подбираю её. Я швыряю её на дорогу, и вампир поворачивается в ту сторону. В ту секунду, когда я слышу его приближающиеся шаги, я бросаюсь на него. Он уже приготовился защищаться, но я наношу удар основанием ладони по его горлу, заставляя его отшатнуться назад. По крайней мере, это на пару минут лишит его возможности говорить. Если он не может говорить, то не сумеет использовать свою рацию для подачи сигнала тревоги.

Его глаза прищуриваются, и он разворачивается, подпрыгивая в воздух и пиная меня. Я уворачиваюсь от его ноги – но лишь едва-едва – и перекатываюсь по земле, чтобы отстраниться. Затем я снова встаю на ноги, держа кулаки наготове. Вампир снова приближается, на этот раз более осторожно. Я вскидываю руки, чтобы блокировать его удар, и в ответ бью его в живот. К сожалению, его пресс твёрдый, как скала, и я наношу больше урона своей руке, чем его телу. Он пользуется тем, что я потеряла инерцию, и бросается вперёд, хватая меня за правый карман куртки. Я бью его по носу тыльной стороной ладони. Его голова запрокидывается, глаза источают в равной мере яд и боль.

Из его груди вырывается низкий рык, и он подпрыгивает высоко в воздух, затем делает сальто и приземляется позади меня. Прежде чем я успеваю отстраниться, его локоть обхватывает моё горло, и он притягивает меня к себе, удерживая за голову. Мои пальцы цепляются за его руку, пытаясь ослабить хватку. Он издаёт странный сдавленный звук; краем сознания я понимаю, что это смех. Его свободная рука бьёт меня по голове, снова и снова. Перед моими глазами вспыхивает ослепительный свет, и я громко кричу.

Заставив себя расслабиться, я позволяю ему продолжать избивать меня. Я не смогу оставаться в сознании, если в ближайшее время не вырвусь из его хватки. Я придвигаюсь к нему ближе, затем одновременно ударяю коленом по тыльной стороне его ноги и бью левой рукой ему в лоб. Противодействующие силы моей атаки вынуждают его отпустить меня. Мой успех вызывает новый прилив адреналина, и я бью его ногой в грудь, а затем ударяю кулаками по спине. Он падает на землю.

Я отступаю, тяжело дыша, чувствуя себя так, словно меня только что переехал десятитонный грузовик. Его рация потрескивает.

– Как у тебя дела?

С высоты над нами спускается Майкл. Не сводя с меня глаз, он хватает рацию кровохлёба.

– Ничего. Ложная тревога, – хрипит он, искажая свой голос. Затем он наклоняется, хватает вампира за волосы и тянет вверх. Едва моргнув, он ударяет вампира головой об асфальт, и последний огонёк в глазах кровохлёба гаснет. Его веки смыкаются, а грудь вздымается, но не более того.

– Ты с ним справилась, – говорит он.

Я испытываю прилив гордости.

– Мне повезло, – бормочу я.

Майкл поднимает брови.

– Принимай комплименты, когда их делают.

– Мне надо идти, – шепчу я. – Мэтт…

Он кивает.

– Иди. Я разберусь с этим.

Я раздражённо вздыхаю.

– Из-за моей грёбаной неуклюжести Медичи узнает, что мы его раскусили.

– Он не узнает.

– Нет, узнает. Если этот тип умрёт, единственным возможным объяснением будет то, что его убил другой вампир. Он сложит два и два вместе.

– Я разберусь с этим. Иди.

Я стою там ещё мгновение, затем поворачиваюсь и бегу, пересекаю дорогу и карабкаюсь обратно по крышам. Я не делаю глупостей, например, не оглядываюсь назад.

К тому времени, как я догоняю Мэтта, он уже почти в конце нашего запланированного маршрута. Кофейня находится в задней части небольшой площади. К ней ведёт одна дорога, а от неё отходит крошечный переулок. Три вампира, которые были перед ним, уже там, вместе с ещё одним. Они заняли позиции в каждом углу.

– Не разговаривай, Мэтт. Если ответ «да», почёсывай за ухом. Если «нет», оближи губы, – шепчу я, стараясь говорить как можно тише. – Ты в порядке?

Он почёсывается.

– Ты видишь больше четырёх?

Он высовывает язык, и я немного расслабляюсь.

– Ладно, зайди в кофейню. Купи четыре стакана кофе. Ты знаешь, что делать дальше.

Он снова чешет себя за ухом.

– Коннор?

– Я здесь, – в его голосе слышится лёгкая дрожь.

– Всё в порядке. Обещаю, с тобой ничего не случится. Пора действовать.

– Хорошо.

Арзо заполняет эфир.

– С этого момента соблюдается радиомолчание, если только вы не будете скомпрометированы.

Я киваю, хотя никто меня не видит. Затем жду. Когда я слышу урчание двигателя дорогого автомобиля, я понимаю, что пора. Я подползаю как можно ближе, оставаясь незамеченной. Я всё ещё беспокоюсь о том, что произойдёт, если кто-нибудь свяжется с вампиром Медичи, которого я вырубила. Я надеюсь, что план Майкла разобраться с ним, каким бы он ни был, сработает.

В поле зрения появляется машина. Она остаётся на месте, двери закрыты, окна затемнены. Это машина Лорда Медичи, так что, держу пари, он ничего не оставляет на волю случая и приехал сам. Мои мышцы напрягаются. По настоянию Мэтта мы заранее рассчитали время, так что, если Коннор выехал вовремя, он должен быть здесь с минуты на минуту. Я вижу, как кассирша в кофейне пробивает напитки. Коннору лучше поторопиться. К счастью, Мэтт демонстративно возится с мелочью, роняет монеты на пол и не торопится их собирать. Я мрачно улыбаюсь. Он не всегда безынициативен.

Когда Мэтт выходит из кофейни, балансируя стаканчики в обеих руках, дверца машины открывается и из неё выходит внушительная фигура Лорда Медичи. Коннор появляется в самый последний момент, проезжая на моём байке мимо его светлости и подъезжая к Мэтту. Он поднимает визор шлема и даёт ему пять.

– Эй, приятель! В чём дело? Моей крови недостаточно?

Я вздрагиваю. Надеюсь, Медичи не заметит, что Коннор говорит как-то скованно и через силу..

Мэтт широко улыбается.

– Кофеин.

– Ты мне его принёс?

Он послушно кивает головой.

– С тройным сахаром?

Лицо Мэтта вытягивается. Он гораздо лучший актёр, чем Коннор.

– Нет.

– Ты же знаешь, я не могу пить кофе без сахара! В офисе-то никто не утруждается поддержанием запасов. Вы, кровохлёбы, думаете только о себе, – Коннор вваливается в кофейню.

Мэтт пожимает плечами и делает шаг вперёд, как раз в тот момент, когда Медичи окликает его.

– Мэтью Монсеррат! Иди сюда! – хотя Медичи делает то, на что я надеялась, его властный тон раздражает. Приказ не оставляет Мэтту иного выбора, кроме как подойти. В отличие от меня, Мэтт не обижается на то, как Медичи разговаривает; на его лице застыла глупая улыбка.

– Да?

Медичи указывает на салон машины.

– Садись.

Улыбка Мэтта становится шире, и он направляется к открытой двери. К счастью, Коннор в ударе и выходит из кофейни как раз вовремя.

– Мэтт! Подожди!

Мэтт, естественно, выполняет последний приказ. Я внимательно наблюдаю за выражением лица Медичи. Вот где кроется опасность, хотя я рассчитываю на то, что Медичи сохранит хоть какое-то чувство ответственности. Я вижу вспышку холодной ярости на его лице. Однако, пока он остаётся на своём месте, его внутренние демоны могут делать все, что захотят. Вампиры в четырех углах площади выходят вперед, но Медичи машет им рукой, чтобы они отступали.

– Я тебя подвезу, – беззаботно продолжает Коннор, обращаясь к Мэтту. Он бросает взгляд на Медичи и слегка подпрыгивает. – Лорд Медичи! Здрасьте! Как дела? – затем, не дожидаясь ответа, он быстро говорит: – Мэтт, почему бы тебе не сесть на мотоцикл?

Мэтт начинает поворачиваться.

– Оставайся на месте, Мэтью, – резко говорит Медичи. Бывший солдат замирает.

– Простите, мой Лорд, – лепечет Коннор. – Вы не сердитесь, не так ли? Вы сделали действительно щедрое предложение. Я думал об этом и, возможно, поступил немного опрометчиво.

Холодный взгляд Медичи скользит по нему.

– Если хочешь увидеть следующий рассвет, поступи мудро и уйди отсюда немедленно.

Я хватаюсь за края крыши, готовая прыгнуть, если всё пойдёт наперекосяк. Мне требуется меньше двух секунд, чтобы сообщить о своём присутствии. Я не смогу сравниться с Медичи, он слишком стар и слишком силён, но и Арзо, и Майкл сходятся во мнении, что он не нападёт на нас троих вместе. Принуждение может сойти Медичи с рук, но нанесение телесных повреждений было бы слишком рискованно; если другие Семьи узнают об этом, они могут проследить, чтобы он в полной мере ощутил на себе всю тяжесть вампирского возмездия. Это популярная площадь, которая в течение дня кишит туристами. В городе есть несколько видимых камер видеонаблюдения, чтобы защитить их карманы от криминальных элементов. Это одна из причин, по которой мы выбрали это место.

– Вы правда злитесь, – Коннор вживается в свою роль и звучит более естественно. – Послушайте, всё не так, как я ожидал. Находиться рядом с Бо – всё равно что ходить на цыпочках вокруг чёртова спящего деймона Какос. Она срывается по малейшему поводу. Она также не очень любит кровь. Чтобы заставить её пить, нужно потратить целую вечность. Арзо не намного лучше. Он просто хандрит, потому что думает, что какая-нибудь давно потерянная любовь может объявиться в любую минуту, – он закатывает глаза. – Это жалко, правда.

Я думаю, что он переигрывает, но Медичи облизывает губы. Я прикусываю язык, чтобы не закричать от восторга. Он купится на это.

– Кто эта счастливица? – спрашивает Медичи.

Глаза Коннора расширяются.

– Ох. Я и мой длинный язык. Наверное, мне не следовало ничего говорить. Они сказали мне не делать этого…

– Мэтью, – зовёт Медичи. – Кто такая эта давно потерянная любовь Арзо?

– Долли.

Медичи выглядит озадаченным.

– Ты имеешь в виду Далию?

Бинго.

– Да, извините, – Мэтт кивает. – Далия.

Медичи ехидно улыбается. По мне пробегает дрожь.

– Ты бы сказала, что он сделал бы что угодно ради неё?

Прежде чем Мэтт успевает ответить, вмешивается Коннор.

– Ага!

Медичи, очевидно, сыт по горло этим рыжеволосым человеком.

– Убирайся отсюда. Мэтью, садись в машину.

Ближайший вампир подходит и встаёт перед Коннором, не давая ему заговорить с Мэттом, который, снова следуя полученному приказу, направляется к машине. К несчастью для Медичи, он спотыкается, и горячий кофе, который он все ещё держит в руках, превращается в цунами, которое окатывает вмпирского Лорда с головы до ног. Все четверо вампиров, включая того, который охраняет Коннора, бросаются вперёд.

– Мэтт, давай убираться отсюда, пока Лорд Медичи не свернул нам шеи, – говорит Коннор. – Беги к мотоциклу, – парочка пользуется возникшей суматохой. Как только двигатель мотоцикла заводится, Коннор кричит: – Извините! Это всё отстирается! Пожалуйста, не убивайте нас! – они исчезают в ночи. Мне хочется встать и поаплодировать.

– Вы идиоты! – выплёвывает Медичи. – Отстаньте от меня!

Кровохлёбы, безуспешно вытирающие кофе, который всё ещё стекает в крошечные лужицы у ног Медичи, отскакивают назад.

– Простите, мой Лорд.

– Мы можем отправиться за ними…

– Не утруждайтесь, – рычит Медичи. – Будут и другие возможности. По крайней мере, теперь мы знаем, что поступили разумно, забрав эту женщину. Она может оказаться ценным приобретением… когда успокоится, – по его щеке стекает капля кофе. Один из вампиров протягивает руку, чтобы вытереть его. Медичи делает выпад и хватает его за горло. – Я же сказал тебе, отвали от меня. Идиот, – он отпускает вампира, и тот падает на землю. Медичи небрежно наносит удар ногой в живот, а затем садится в ожидающую его машину. Две минуты спустя площадь уже совершенно пустует.

Глава 20. Подстава

Спина Майкла прямая и неподвижная, будто он проглотил кол.

– Я убью его.

От его убийственного взгляда меня бросает в дрожь. Я сейчас очень рада, что не принадлежу к Семье Медичи.

– Вы не можете, – Арзо более прагматичен, несмотря на страдание, читающееся на его нахмуренном лице. – Мой Лорд, если вы нарушите баланс в Семьях, это отбросит нас на месяцы назад. Мы не можем позволить себе терять это время.

– Его действия могут разрушить всё, – я прикусываю нижнюю губу. – Кто знает, что ещё он планирует?

– Мы могли бы внедриться в их ряды.

– Как?

Арзо качает головой.

– Я не знаю.

Губы Майкла поджаты в мрачную линию.

– Законы Семей запрещают такого рода действия. Это было бы практически невозможно.

– Как ты думаешь, он знает, что мы за ним следим?

Он качает головой.

– У него могут быть подозрения, но он не будет знать наверняка.

– А как насчёт вампира, которого я сбила с ног на улице?

Он избегает встречаться со мной взглядом.

– О нём позаботились.

– Как?

Арзо поднимает брови.

– Старый, проверенный временем способ избавления?

Майкл кивает. Я упираю руки в бока.

– Что именно?

– Это дела Семьи Монсеррат, Бо.

Мои плечи напрягаются.

– Ты хочешь сказать, что мне нельзя доверять?

– Нет. Но это сообщается лишь тем, кому это нужно знать.

– А мне не обязательно знать? Я была вовлечена в это, Майкл. Я несу ответственность за то, что произошло.

– Нет, не несёшь. Оставь это.

Я с беспокойством вглядываюсь в его лицо и в лицо Арзо. Если я буду настаивать, то никогда не получу прямого ответа. Я выбираю разумный, но более разочаровывающий подход и откладываю его в долгий ящик. Я узнаю правду, когда эмоции утихнут.

Арзо меняет тему.

– А что Далия? Как нам её спасти? – спрашивает он.

Майкл вздыхает.

– Мы не можем. Уже слишком поздно. Она уже новообращённый вампир Семьи Медичи.

– Может быть, она не будет пить. Может быть, она станет Сангвином, – говорю я. Арзо и Майкл таращатся на меня. Я смущённо пожимаю плечами. – Это может случиться.

– Да, – выплёвывает Арзо. – Или, может быть, ты найдёшь волшебное лекарство, которое обратит процесс вспять.

Я перестаю дышать. Флакон с кровью Икса, стоящий у меня в холодильнике наверху, может оказаться самой опасной – или самой полезной – жидкостью на планете.

К счастью, Майкл прерывает нас, хотя и бросает на меня сардонический взгляд.

– Раньше у нас были обученные шпионажу люди, которые могли проникнуть куда угодно. Окончание холодной войны повлекло за собой серьёзные последствия. В наши дни мы оставляем подобные вопросы на усмотрение наших американских кузенов. Наши вампиры слишком разучились, чтобы от них был какой-то толк.

– Начальник разведки был бы кстати, – соглашаюсь я. Майкл переводит взгляд на Арзо. – Что? – требую я.

Майкл неловко пожимает плечами.

– Вам действительно нужен кто-то с опытом, чтобы возглавить фирму.

Я качаю головой.

– О нет. Не думай об этом. Даже не произноси этих слов.

– Он знает трайберов, Бо.

– Он ненавидит трайберов.

– Его любимая внучка – трайбер.

Я шиплю.

– Он на пенсии. Он на это не согласится.

– Нет ничего плохого в том, чтобы спросить.

Я свирепо смотрю на них обоих.

– Он тебе откажет.

На губах Майкла появляется едва заметная улыбка.

– Если ты так говоришь.

Я закатываю глаза от отвращения и хватаю свою кожаную куртку.

– Пойду подышу свежим воздухом.

– Я пойду с тобой, – говорит Майкл.

– Не утруждайся. У меня есть кое-какие дела.

Он замирает.

– Какие дела?

– Это личное, – я смотрю на Арзо. – Я знаю, ты не хочешь никаких секретов, но это не имеет никакого отношения ни к фирме, ни к Семье.

– Тогда возьми Мэтта, – говорит Майкл.

Я указываю на мягко посапывающего Мэтта.

– Не думаю, что он в настроении. И я уже говорила это раньше, мой Лорд. Вы мне не начальник, – мне не следовало бы произносить эти слова, но я говорю. – Это информация, которую сообщают лишь тем, кому необходимо знать.

Майкл тихо рычит.

Я вздыхаю, смягчая свой подход.

– Думаю, я доказала, что могу позаботиться о себе. Может, я и новообращённая, но это не значит, что я слабый котёнок. Я сильнее Мэтта. Возможно, тебе стоит немного поверить в меня, – я выдерживаю его взгляд. Я могла бы на несколько часов погрузиться в эти бурные глубины. Может, мне и не нужно доверять ему; может, мне просто нужно, чтобы он смотрел на меня с той яркой искрой, которая каким-то образом затрагивает самую суть моего существа.…

– По-моему, в дверь постучали, – перебивает Арзо. – Я просто пойду и…

– Нет, всё в порядке. Бо уже большая девочка. Она права, – на щеке Майкла дёргается мышца. – Тебе лучше уйти. В конце концов, тебе нужно вернуться до рассвета.

– Спасибо, – я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы чмокнуть его в щёку. Однако в последнюю секунду Майкл поворачивает голову, и я целую его в губы. У меня внутри всё сжимается.

– Не пострадай, – говорит он.

Я улыбаюсь ему, пока Арзо неловко кашляет. Чтобы избежать дальнейшего смущения, я ухожу так быстро, как только могу.

* * *

Используя свой недавно полученный служебный смартфон, я набираю номер заранее. Было бы лучше увидеть лицо О'Коннелла, когда он узнает, что я жива, но я едва успею переступить порог «Магикса», как кто-нибудь сообщит ему о моём прибытии, так что это будет напрасный труд. Так, по крайней мере, я смогу застать его врасплох. Мне придётся воспользоваться нехитрым приспособлением – собственными ушами – чтобы понять, удивлён ли он, что я не обгоревший труп. Я надеюсь, что это станет для него новостью, потому что тогда я узнаю, счастлив он или расстроен. Его реакция определит, приобрёл ли он врага на всю жизнь или просто недовольного знакомого.

– Добрый вечер. Я звоню из «Дейли дайджест». Завтра мы публикуем материал о магазине «Пальчики и Шалости», который был вытеснен с рынка из-за сомнительной деловой практики корпорации «Магикс». Не хотите дать свой комментарий?

– Оставайтесь на связи.

Я жду. Менее чем через полминуты в трубке раздаётся голос О'Коннелла.

– Это О'Коннелл. Я полагаю, вы представитель «Дайджеста»?

– На самом деле, нет, – тихо отвечаю я. – Это не так.

Он некоторое время молчит, прежде чем заговорить.

– Вы живы, мисс Блэкмен.

– Я жива.

– Вы знаете, что я не хотел причинять вам боль. С человеком, который напал на вас, поступили соответствующим образом.

– Их было двое.

– Ах, да. Мне сказали, что вы с удивительной лёгкостью расправились с первым преступником. Несмотря на это, я ясно дал понять всем своим сотрудникам, что вам не причинят вреда. Если это произойдёт, последствия для них будут… сокрушительными.

Я дрожу. О'Коннелл явно не одобряет инакомыслия в своих рядах. Но я удовлетворена тем, что он говорит правду.

– Я надеялась, что мы сможем встретиться лицом к лицу, – спокойно говорю я. – У меня есть несколько вопросов.

Он смеётся.

– А-а-а. Вы ведь уже ознакомились с моим любимым проектом, не так ли? Вы понимаете, что если бы вы действительно работали в «Дейли дайджест», то получили бы сенсацию?

– Я уверена, что у вас есть множество желающих поделиться вашими достижениями, когда вы этого захотите. В конце концов, если полиция работает на вас по совместительству, почему бы не пригласить одного-двух журналистов?

– Я впечатлён! Мисс Блэкмен, нам действительно следует включить вас в штат. Вы многое выяснили.

Я размахиваю морковкой перед его носом.

– Тогда встретимся.

– Когда вас устроит?

Я останавливаюсь и смотрю на здание «Магикс».

– О, прямо сейчас звучит заманчиво.

* * *

Свенсон встречает меня у входа, держа волшебные наручники наготове. Я протягиваю запястья, как послушный маленький вампирчик.

– Приятно видеть, что вы всё ещё целы и невредимы, – говорит она. – Мистер О'Коннелл не хотел, чтобы вас убивали.

– Он сама доброта.

Она серьёзно смотрит на меня.

– Да, это так. Знаете, он собирается изменить мир.

– Я всё время это слышу.

– Не будьте таким скептиком. Потребовалось время, но он наконец-то всё уладил, – её глаза сияют. – Мы собираемся творить историю.