Текст книги "В болезни и здравии, Дракон (СИ)"

Автор книги: Хель Сорго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Хель Сорго
В болезни и здравии, Дракон

Глава 1

– Иномирянку не жалко. А конюх нам ещё понадобится.

Воцарилась плотная, как и тьма вокруг, тишина. А затем человек за дверью добавил:

– Да и наши жизни-то ценны…

– Ага-ага, – запричитал плаксиво женский голос в ответ, – а лорд слишком уж зло к себе позвал!

Я заворочалась. Рёбра ныли, будто меня избивали. Шея затекла, без подушки раньше никогда не спала.

Широкая лавка с жёстким матрасом под мутным окошком в предбаннике и клочьями свисающей с потолка паутиной – совсем не родной диванчик в уютной однушке.

Тишина же на улице вместо приглушённо-гудящего города, дыхание которого давно стало фоновым, делала все прочие звуки оглушающими.

– Считаешь, всё-таки она не здешняя?

– Пальтишко-то её видела? Конечно. А таких даже закон не защищает, если никому не принадлежат.

– Так может, – вместо сомнения закрался в женский голос некий азарт, – продадим лучше?

– И будешь сама, – деревянная тяжёлая дверь со скрипом распахнулась, – с лордом возиться? Прежняя сиделка пропала поди. Тоже желаешь?

– Н-нет, – покачала головой полноватая, уютная на вид женщина, сжимая в своей ручке лампу, оранжевый свет которой быстро настиг меня и юркнул прямо на постель.

Я сделала вид, будто всё ещё сплю, измучавшись после тяжёлой дороги.

Но напрасно, так как морщинистая сухенькая рука старика бесцеремонно потрясла меня за плечо.

– Эй! Как она сказала, её зовут? – это он бросил в сторону.

– Аделин, – подсказала женщина шёпотом. – Может, всё-таки…

– Тш! – шикнул он на неё, прерывая сомнения. – Мы сразу предупредили, что замок и его владелец ей добра не принесёт. Эй, Аделин! – вновь попытался он меня растормошить.

Признаться, если бы не это, я и дальше притворялась бы спящей. Пусть заснуть крепко и не удавалось, усталость брала своё, и мне было тяжело даже разомкнуть веки и шевелить языком.

– Да? – проронила слабо.

Пронзительные, не по-старчески ясные глаза дворецкого сузились.

– Ты говорила, что заплатишь за ночлег.

Да, имела неосторожность… Не понимала на тот момент, что нахожусь слишком далеко от дома, чтобы обещать хоть что-нибудь.

– Так… – протянула вопросительно и неуверенно.

– Наш господин вызывал к себе. Но у меня и милой Таи и без того уйма дел. Сходи-ка ты, а? Просто узнай, чего прОклятый лорд желает, и постарайся ему угодить. Как ни как, мы тебя впустили, но замок его, ты ему должна! И нас подставлять негоже, согласна? Если лорд недоволен останется, что впустили тебя и скрыли от него, накажет.

– Ох, накажет, – запричитала круглолицая женщина, мелко кивая головой. – Накажет.

Кого же она мне напоминает?

Ах, точно, вылитая нянечка из «Сто один далматинец»! Только волосы каштановые и круглые очки имеются на тонком маленьком носике.

Я с трудом поднялась, сбрасывая с себя дурно пахнущее тяжёлое одеяло. Думать даже не хочу, почему у него такой запах…

Синий свитер и джинсы на мне почти обсохли. Я как-то не решилась их снимать, печь, у которой повесила своё серое укороченное пальто, здесь грела едва-едва. И в каждую минуту могло что-то произойти. Как теперь вот, например. А я и без того чувствовала себя слишком уязвимой.

– А что мне ему сказать? – натягивая на ноги кожаные полусапожки, совсем растерялась я.

– Ну, начни, пожалуй… хм, – женщина запнулась.

– На месте сориентируешься, – замахал руками дворецкий. – Только с просьб не начинай! Всё-таки это он чего-то желает и звал.

– Разве ему не важно, кого? – я не совсем понимала, что происходит.

Они же переглянулись и ничего не ответили, кроме: сама увидишь.

И повели меня по лабиринту узких пыльных коридоров и лестничных пролётов.

Время от времени по сторонам сверкали высокие узкие окна, отражая свет лампы. Скрипел пол, когда из каменного переходил в деревянный. Прогибались ступени под ногами, а после перил на ладонях ощущалась пыль.

Замок в запустении…

Я обтёрла руки о джинсы, и мы остановились у резных дверей с позолоченным рисунком.

Женщина со вздохом окинула меня взглядом.

– Такие ему нравились… Может и не рассердится.

– Где твой ум? – коротко гаркнул на неё дворецкий.

И я поняла, почему, только когда он распахнул передо мной дверь, толкая в спину.

Запнувшись о порог, едва не упала, поэтому подняла взгляд на того, кто неподвижно сидел в кожаном кресле у входа на балкон, несколько запоздало.

– Добрый…

Тут я замолчала, пытаясь понять, какое вообще сейчас время суток.

– Добрым здесь ничто не бывает, – голос лорда, как грохочущая вдали гроза, что вот-вот начнёт метать молнии.

Он обернулся, и я едва не отшатнулась, увидев незрячие, словно наполненные туманом глаза.

Да уж, тут и вправду не важно, как я выглядела и понравлюсь ли…

– Чего застыла? – склонил он голову набок.

Едва заметный жест, но в котором сквозило нечто такое хищное и колкое, что мне сделалось не по себе.

– Подойди ближе, – протянул лорд руку.

Ему не надо было подниматься, чтобы я заметила, как он высок и хорошо сложен. Даже в неверном, тусклом пламени свечи я видела чётко-очерченную челюсть, утончённые черты лица, звериный разрез глаз и серебряные волосы, собранные на затылке. Лишь одна выбившаяся прядка спускалась с его лба, отбрасывая тень напоминающую шрам, рассекающий бровь и пол лица.

Или… Да, то действительно был шрам.

Я не двинулась с места.

– Мм, мы не знакомы. Меня зовут Аделин. Я заблудилась и хотела бы здесь перено…

Он прервал меня, звучно и коротко хмыкнув.

– Мне плевать, – руку не опустил.

И я всё же шагнула к нему, не зная, что ещё делать, решив рискнуть.

Он безошибочным, чётким движением схватил меня за запястье и притянул к себе так, что мне пришлось упереться о подлокотник, оказавшись лишь в пару сантиметров от его лица… Застыла в таком положении, пока ладонь лорда не скользнула мне по руке выше, пальцами пройдя путь до локтя, затем плеча, после невесомо… когтями, коснулась шеи и влажных спутанных волос.

Он наверняка ощущал моё сбивчивое дыхание на своём лице, но не выражал ничего, кроме сосредоточенности.

Пальцы его, удивительно гладкие и тёплые, дошли до моих глаз, и тут-то я нашла в себе силы отпрянуть.

– Вы чего?

– Я уронил воду. Подними стакан, – сухо отдал он распоряжения, будто только что и не изучал меня, до смерти напугав. – Подкати меня к постели. И не буди днём, когда будешь уходить.

Подкатить?

Только в этот момент поняла, что кресло у него не простое и вместо ножек имеет колёса…

Подрагивающими руками взялась за ручки сзади, которых сразу не увидела и подкатила лорда к кровати. Под ней же отыскала стакан, наполнила его из кувшина на тумбе и поставила на место (там было круглое пятнышко, чистое от пыли).

Это всё? Из-за этого меня подняли? Почему к нему боялись зайти? Отчего так плохо заботятся о нём?

Вопросы роились у меня в голове и больно жалили. Но сил, чтобы озвучить их, не было …

Лорд тем временем сам вернулся в постель.

Кровать у него большая, с багровыми покрывалами, занимала едва ли не половину комнаты. Зачем вообще такая, если ему тяжело вставать? Неудобно ведь…

С минуту поколебавшись, я всё-таки отошла к двери и собиралась уже покинуть спальню, как меня насквозь пронзил его безразличный голос:

– Лучше скрывай, что пришла из другого мира. Если сил, ума и удачи хватит как-то начать здесь с нуля… Ты ничего, мужа отыскать проблемой не будет, верно? Или же я могу помочь.

– Мужа найти? – не выдержала я, нервно усмехнувшись.

Его же лицо так и оставалось холодным.

– Нет. Дам список имён достойных, кто мог бы тебя приобрести себе и содержать. Я даже плату с них не возьму, пусть тебе достанется. Обычно это и практикуют, когда находят подобных тебе.

Я вспыхнула от негодования и ужаса.

– Нет, благодарю, – голос дрогнул, мне пришлось прочистить горло, чтобы добавить твёрже: – И если попытаетесь… Впрочем, вы не сможете. Ваше кресло ездит очень медленно. А прислуживают вам старики!

Вышла я под его раскатистый смех и нарочито громко хлопнула дверью.

Продать меня решил, надо же!

Тем временем за окнами занимался рассвет, тусклый свет которого упрямо разгонял тяжёлый, зефирный туман.

Дня ждать, когда дороги станут вновь видимы глазу, я не намерена. Сейчас же заберу своё промокшее, отяжелевшее пальто и будь, что будет!

Бежать надо отсюда, куда глаза глядят…

Я несколько раз с силой ударила себя по щекам, всё ещё надеясь, что вижу дурной сон. И остановилась у лестницы, прижимая ладони к будто обожжённым крапивой щекам, едва не столкнувшись с крохотной, истощённой девочкой.

– Привет, – первой поздоровалась она. – Ты видела моего папу? А можешь ему передать, что я всё ещё здесь? Что ты делаешь? – повторяя за мной, приложила она ладошки и к своему милому, бледному личику. – Мне дверь никак не открыть и близко не подойти, меня в подвале запирают на ночь. Но сейчас я выбралась. Папа не знает, наверное, что я здесь, поэтому меня и обижают, правда? Иначе он бы защитил.

– Так… – я присела перед ней на корточки и успокаивающе погладила по растрёпанным, белым волосам. – Твой папа…

– Лорд Люциар.

– Да… И тебе надо с ним поговорить?

– Не надо, – опередил малышку с ответом некто, кто тёмной тенью навис над нами. – Вы просто не в курсе нюансов, – заверил меня темноволосый мужчина с яркими, зелёными глазами и улыбкой, от которой одновременно хотелось передёрнуться и не отрывать взгляд.

Малышка же, при видя его, вцепилась в рукав моего свитера и крепко прижалась ко мне, пытаясь спрятаться от колдовского взгляда незнакомца.

Глава 2.1

Девочка мелко дрожала. То ли от страха, то ли от холода, ведь одета была всего на всего в льняную ночнушку с кружевами на воротнике и рукавах. Когда же я заметила, что ноги её босы, мне самой сделалось ещё холоднее и я, недолго думая, подхватила её на руки.

На вид ей было лет семь, не больше, но весила малышка всего ничего. Даже несмотря на усталость, тяжести я не ощутила.

– Кто вы такой? – произнесла настороженно, отступая от незнакомца.

В ответ он вновь одарил меня улыбкой и провёл пальцами по своим волнистым волосам. Зелень глаз его сделалась будто темнее.

– Моё имя Ранэль. Я добрый друг нашего лорда, давний гость в этой обители. Слежу за порядком, за тем, как работает прислуга. В общем, всячески помогаю Люциару. И присматриваю за бродяжкой, – прокралось в его голос едва уловимое презрение.

Я отступила ещё на шаг, чувствуя, как замерла девочка, носиком уткнувшись мне в шею и задышав часто и отрывисто.

– Что-то не похоже, чтобы она была этому рада…

Он неопределённо, как-то лениво повёл плечом.

– Ты ошибаешься. Без меня девочка давно оказалась бы на улице и погибла. До города отсюда два дня пешком, по тропам через лес. Приближается зима, время туманов, заблудиться очень легко.

– Я ничего не понимаю, – отступила вновь и лопатками вжалась в холодную каменную стену.

– Девочка безумна, – эхо разнесло голос Ранэля по коридорам, – осталась без матери. Та работала здесь судомойкой, но подхватила чахотку и скончалась пару месяцев назад. Лора тяжело переживала это. И, видимо, чтобы справиться с потрясением, выдумала, будто лорд Люциар – её отец.

– Почему же вы не пускаете её к нему?

Ранэль скорбно опустил глаза и сцепил пальцы в замок.

– Ни так давно лорд лишился своей жены и дочери. Ни к чему ему бередить раны. Он болен, находится при смерти. При этом всё ещё опасен. Пойдёмте…

И он обходительно повёл рукой, слегка касаясь ладонью моего плеча, заставив этим малышку встрепенуться и уткнуться в меня личиком уже с другой стороны, подальше от него.

Я подчинилась, последовала с ним к винтовой лестнице. Едва не касаясь плечом каменных стен, старалась не споткнуться и шагала по узким и высоким ступеням, по которым, опережая нас, плясал свет от будто керосиновой лампы, зажжённой Раэлем.

И когда мы оказались в просторном холле на первом этаже, я немного расслабилась, ощутив волну тепла от большого, в человеческий рост, камина, в котором полыхали и убаюкивающе потрескивали крупные уголья.

– Ты, верно, устала с дороги, – указав мне на уютные кресла у огня, произнёс Ранэль и потянулся к ребёнку.

Я поспешила прикрыть Лору собой.

– Она вас боится…

– Она боится всех, – протянул мужчина, но настаивать не стал.

Мы сели у огня. Веки мои вновь начали слипаться, но я держалась изо всех сил.

– Не расскажешь, Аделин, откуда ты и что произошло?

Я взглянула на него задумчиво.

Тени и багровые блики плясали на его лице и строгой одежде, похожей на военную форму. Взгляд его внимательно меня изучал, так, что скулы мои вдруг предательски вспыхнули. В остальном опасным или враждебным Ранэль мне больше не казался. Если бы не реакция малышки на него, может я бы даже успокоилась.

– Мы ведь, – когда молчание затянулось, попытался он меня подбодрить, – всё равно знаем, кто ты. Не бойся, расскажи.

– Чтобы точно всё подтвердить, и вы меня продали? – насторожилась я.

Он рассмеялся, негромко и мягко, хотя и от этого смеха девочка с новой силой начала ко мне жаться.

Я успокаивающе погладила её по спинке.

– Ох, нет, Аделин, – покачал Ранэль головой, – ты, если слышала что-то от прислуги, выбрось из головы! Всё и все, кто находится в этом замке, попадают под ответственность и власть лорда. Без его ведома с тобой ничто не случиться.

Я ему не доверяла. Однако один вопрос, самый важный, всё же вертелся на языке и терзал мою душу:

– Думаете, я смогу вернуться домой? Люциар сказал, чтобы днём я уходила. Но даже намёка не сделал, что могу вернуться… обратно.

Говорить – «в свой мир», было жутко. Я ещё не готова принять до конца, что со мной произошло нечто настолько невероятное, хотя уже понимала, что точно нахожусь не во сне.

Девочка на моих руках замерла, будто тоже, как и я, затаив дыхание ожидала ответа.

– Зависит от того, как и почему ты сюда попала.

– Что ж, – я вздохнула, всё же решившись начать рассказ и надеясь при этом, что не стану плакать, ведь приключилось всё со мной отнюдь не от хорошей жизни. – Я вернулась поздно вечером с работы, постучала в дверь своего дома. Ключи не подошли замку, я не ожидала, что бывший муж решиться на подобное, ведь квартира эта принадлежала мне ещё до замужества. Но ответил мне даже не он, а его мать. И начались первые странности, вынудившие меня набрать номер скорой. Хотя свекровь моя и раньше была странной, но в этот раз…

Глава 2.2

* * *

– Ты чего пришла? – огорошила меня свекровь с той стороны двери.

– Это вы что там делаете? – часто-часто заморгала я, будто надеясь согнать с глаз дурную пелену, не веря в происходящее.

– Живу, – последовал невозмутимый ответ, а за ним ор: – И если ты, дрянь эдакая, продолжишь стучать, я на тебя управу найду! Время видела? Полночь скоро. Шуметь законом запрещено!

– Да вы сами кричите…

Но меня прервали, не дав договорить:

– Я виновата?! Ты чего в дом к нам ломишься?

– Позовите Егора, – попросила я настоятельно, собрав волю в кулак и успокоившись. – Я ему давала целый день на сборы, мы договаривались, что он освободит жилплощадь.

– А освободил тебя, – хихикнула она. – Вещи твои у лавочки возле крыльца.

– Что?! – тут я вскрикнула, не удержалась.

Если они ноутбук и документы с украшениями (пусть и немногочисленными…) вот так на улице оставили, то, боюсь, вещей у меня больше нет.

– А нам чужого не надо, – будто издеваясь, пропела моя бывшая свекровь.

– Вы прямо сейчас в моей квартире, вы нормальная?! – заколотила я в дверь кулачками. – Это я сейчас на вас полицию вызову, слышите?

Но вместо этого пальцы лихорадочно принялись набирать номер скорой… Потому что из под двери вдруг начали сквозить тонкие струйки дыма.

– Вы что делаете?

Я не думала, что она подпалит квартиру, но в том, что свекровь не в себе, уверилась. Может так даже проще будет отвоевать моё же жильё…

Писать заявление на этих людей всё-таки не хотелось, я надеялась, что можно как-нибудь иначе.

Как ни как, три года прожила в браке с Егором. С матерью его, Евдокией Ивановной, общались неплохо. Лишь к концу, когда детей у нас так и не получилось, отношения испортились бесповоротно.

Какими только меня словами не называли. Даже при мне она не стеснялась убеждать своего сына, что ему нужна другая, способная подарить ребёнка, создать «настоящую семью».

Я ходила по врачам, винила во всём себя. Но никто так и не назвал мне причину бездетности. Когда же я узнала, что Егор всё то время обманывал меня, что тоже проходит обследование, он лишь отмахнулся: «В моём роду всё было нормально! А вот насчёт тебя мы с матерью не уверены», – намекнул на то, что я сирота…

Что ж, тогда я и сказала ему, что в таком случае с мамой пусть и живёт.

Я переживала, просто не ожидала, что всё так обернётся. Изначально Егор казался мне серьёзным человеком, который пылинки с меня сдувал.

Возможно, я просто слишком быстро сказала ему «да», поддавшись первому впечатлению, которое он произвёл на меня и чувствам, которых ранее не знала… Вот и получилось всё как-то наперекосяк.

Однако ставить крест на своей жизни я не собиралась. Не для того училась на медсестру, а после стала физиотерапевтом, не для того мечтала о семье и создавала уют в доме, следила за собой, строила какие-то планы.

Я не могла позволить кому-то разрушить всё и подломить меня.

И вот, оказавшись в той точке, где из-за двери сочился дымок, и слышалось неясное бормотание, которое я приняла вначале за причитания, вдруг догадалась – свекровь читает заклятия!

А значит, я всё делаю верно – нужно отделиться от них раз и навсегда. Запомнить свою ошибку и впредь быть разумнее.

– Я вызываю на вас санитаров! – крикнула прежде, чем нажать на кнопку вызова, давая ей ещё один шанс.

И она им воспользовалась…

Дверь распахнулась. В клубах едкого, сладкого дыма от аромопалочек и коптящей свечи в другой руке, в ореоле света от подвесной лампы, мать Егора предстала передо мной растрёпанная, тучная, в махровом халате, наспех прихваченным поясом.

И толкнула меня, выбив из рук телефон, что со звонким и дребезжащим «кляц-кляц-кляц» поскакал по ступеням вниз.

– Что бы ты сквозь землю провалилась, – выплюнула она сквозь зубы, – все нервы нам вытрепала!

Я поспешила сбежать по лестнице, не рискнув с ней ругаться. Хотела проверить, на месте ли сумка с вещами, а после уже попросить у кого-нибудь из соседей телефон.

Но на улице меня встретил ливень, холодный ветер, заглушающий шум мегаполиса и сумка, в которой осталось лишь что-то из одежды и бумаг, валяющаяся не у крыльца, а на обочине трассы.

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, подставляя лицо колким и тяжёлым каплям, я желала лишь об одном, чтобы это скорее закончилось.

И, подхватив полупустую сумку, медленно пошла обратно.

Шаг, ещё шаг и…

Проклятие свекрови сбылось.

Рухнула в пустоту, сквозь землю.

Я очень крепко держалась за край люка. Едва ли не над головой грохотали машины, краем глаза я всё ещё замечала мелькающие огни.

Не знаю, почему люк был открыт и не был ограждён, возможно, кто-то отодвинул крышку ради забавы.

Дождь и шум дороги мешали голосу звучать громко, заглушали крик. Пальцы скользили по мокрому шершавому краю, деревенели от холода. Начало зимы не радовало снегом… Глаза заливали ручьи грязной воды, но и без того я мало что могла разглядеть.

И вот, руки мои соскользнули…

Однако удара не последовало. И я, всё так же дрожа от холода и ничего не видя из-за бьющего в лицо ветра, оказалась на тропе, ведущей куда-то в туманную даль.

По сторонам шумел уже не город, а деревья. Шуршали под ногами подёрнутые корочкой льда и инея листья. На и без того мокрой одежде и волосах оседала влага, но уже от тумана. Настолько густого, что в нём тонули пальцы вытянутой перед собой руки.

Я шла практически наощупь, наугад, едва-едва угадывая тропу. Пока буквально не врезалась в высокое тяжёлое ограждение из железных ледяных прутьев.

И, может быть, так бы и замёрзла там, не найдя ворота, если бы не залаяла свора гончих.

Я никогда не боялась собак, вот и теперь бежать не стала. И мокрые их носы поочерёдно принялись утыкаться мне в ладони, а затем и в отяжелевшее пальто, от чего я и догадалась, что вход на ту сторону ищу не зря. Но с места не сдвинулась, боясь наоборот отойти дальше, рассудив, что на лай собак выйдет хозяин. А хозяин точно должен быть, ведь кто-то же заботится об этих красавцах!

Так и произошло.

– Кого здесь носит?! Кому не спится-то? – раздался за моей спиной старческий мужской голос.

– Может зайца нашли? – это уже сказано женщиной, тихо и робко.

– Они только на людей так лают.

– Я здесь! – крикнула и пошла к ним, будто незрячая, выставив перед собой руки. – Я заблудилась, не знаю, где нахожусь. Мне очень холодно… Помогите пожалуйста!

Разглядев впереди тусклый огонёк лампы, припала к прутьям тяжёлых ворот и различила в тумане две человеческие фигуры.

Они не отвечали, сомневались.

Тогда я выпалила:

– Могу заплатить вам! Пожалуйста!

И ворота, звякнув связкой ключей, мне открыл недовольный, бормочущий что-то себе под нос пожилой мужчина.

* * *

– Так и оказалась здесь, – закончила я рассказ.

Лора уже спала, отогревшись и устав бояться.

Мужчина же прожигал меня внимательным, проницательным взглядом.

– Что скажете? – когда молчание затянулось, спросила я. – У меня есть шанс попасть домой? Как получилось, что я оказалась здесь, почему?

Отчего-то у него на скулах заиграли желваки, а взгляд сделался недобрым. Однако, в противовес этому голос его прозвучал дружелюбно. Подозрительно дружелюбно:

– Думаю, ты…