Текст книги "Сломленная (ЛП)"

Автор книги: Гретхен Ла Оу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Он проехал мимо меня на самом красивом серебристо-черном «Мазерати». С низкой посадкой, большими колесами с хромированными дисками, которые словно кричали о сексе, когда крутились, а затем машина остановилась рядом со мной. Я никогда не забуду: это было чертовски сексуально, когда тонированное стекло на месте, где обычно сидит пассажир, опустилось, и он наклонился, чтобы поговорить со мной. Его серо-голубые глаза встретились с моими, и в тот момент я знала, что он вовсе не собирался спрашивать у меня, как проехать в нужное ему место. Он определенно хотел иного.

ГЛАВА 8

ПРОШЛОЕ

– Прошу прощения, я недавно в городе, и, похоже, заблудился, – произнес мужчина, пока его взгляд скользил вниз к моим ногам и заднице. Он расплылся в улыбке и закусил нижнюю губу.

– Ну, привет, «Новенький в городе», как жаль, что ты потерялся. Может быть, я смогу тебе помочь? Что ищешь? – сказала я, наклонившись и упершись руками в дверь его «Мазерати» возле опущенного стекла. Его взгляд опустился к моей выпирающей груди, и улыбка на лице стала еще шире, а затем он провел руками по ободу рулевого колеса. Его «Ролекс» скатился по запястью, и запах сексуального одеколона окутал мое тело.

Он облизал привлекательные пухлые губы языком и громко сглотнул.

– Я ищу кого-нибудь, кто помог бы мне сориентироваться в этом прекрасном городе.

Я улыбнулась, качнула бедрами, отчего мои сиськи подпрыгнули и его взгляд остановился на моей груди.

– Ну, я неплохо разбираюсь в достопримечательностях этого города. Учитывая то, что ты новенький, и все такое, я могла бы даже подогнать тебе скидку на развлечения.

– Думаю, нам следует поговорить о том, во сколько, по твоему мнению, это развлечение может мне обойтись?

Я увидела желание в его глазах, животное притяжение, что он ко мне испытывал. Сила притяжения – не проблема, и, понимая, что наши желания совпали, я решила повысить свою обычную таксу, вряд ли от этого он разорился бы. Он или согласится, или выторгует у меня пару баксов. Одно я знала точно – я не позволила бы ему улизнуть. Парни, подобные этому, редки и не появлялись просто ради того, чтобы хорошо провести время. Я провела руками по краю двери, пройдясь пальцами по резиновому уплотнителю окна, а затем сделала шаг назад, чтобы он увидел все, что я могла предложить.

– Развлечение в этих местах обойдется в двести пятьдесят баксов за каждые полчаса.

Он протянул руку и толкнул пассажирскую дверь.

– Хорошо, мисс…?

– Роуз, – сказала я, садясь в его «Мазерати».

– Роуз, прекрасная мисс Роуз – звучит идеально. Я собираюсь по-настоящему насладиться знакомством с этим городом, – прорычал он, пробегая длинными пальцами по моему колену и до самых краев моих коротких облегающих джинсовых шортиков. По моей спине побежали мурашки.

– Итак, мистер, хотите, чтобы я поехала с вами? – спросила я, натягивая ремень безопасности на грудь.

– Моя сладкая Роуз, конечно, ведь я точно знаю, куда отвезу тебя, – произнес он, отъезжая от обочины.

Мое сердце совершило сальто и опустилось в желудок. Тело вжалось в сиденье. Я не была напугана, даже если бы и должна была быть. В нем было что-то умиротворяющее и внушающее доверие, и это было похоже на одно из моих обычных свиданий.

– Где именно я буду тебя развлекать? – спросила я, наклонившись к нему. Я опустила ладонь на его черные брюки и начала пальцами разминать бедро, достаточно близко, чтобы пройтись по сильно натянувшейся ширинке штанов.

– В отеле, в моем номере.

– О, правда? И как, по-твоему мнению, мы будем развлекаться в отельном номере? – поддразнила я. Но знала, чего он хотел, мы же взрослые люди и никто из его сверстников не отправлялся на улицу Красных фонарей (прим. пер. – Улица Красных фонарей в Сан-Франциско – улица, на которой одно всегда оставалось неизменным: широта взглядов местных жителей и восприятие ими жизни как удовольствия), чтобы спросить дорогу.

Он посмотрел на меня и сощурил глаза; от его загорелой кожи исходило намерение пасть во все тяжкие, что совсем не соответствовало словам, которые срывались с его губ. Если бы выражение глаз могло рассказывать истории, то я могла себе представить, какой бы рассказ поведали мне его глаза. Интересно, наши развлечения будут включать извращения или он будет приверженцем традиционного секса?

– Ну, это можно обсудить. Как насчет того, чтобы, для начала, добраться туда?

Я наблюдала, как он вращал руль и дергал рычаг переключения скоростей. Держала руку у него на бедре и чувствовала, как его мышцы напрягались и расслаблялись, пока он вез меня в отель, где остановился.

Он подъехал к отелю «Шелби Хайтс». Только те, у кого была куча бабла или семьи, которые выводят потомство, играющее ключевые роли в королевских кругах, останавливаются здесь. Этот парень не валял дурака. Должно быть, он вертел кошельком аристократов или просаживал накопленные деньги своей семейки. Как бы то ни было, я кусала локти потому, что не заставила его согласиться на штуку наличными за полчаса моих развлечений с ним.

Лакей, одетый во что-то напоминающее одежду шута, открыл мою дверь, и протянул свою призрачную руку.

– Мэм, могу я помочь вам выйти из автомобиля?

Единственная мысль, которая как гром пронеслась в голове, когда я огляделась по сторонам, – это то, что Мистер Богатей и я стильно потрахаемся.

– Конечно, – ответила я и подала ему руку.

Блестящий белый мрамор раскидывал тонкие серые прожилки на колонны, установленные по обе стороны от вращающейся стеклянной двери и парадной позолоченной двери. Никогда в своих самых смелых мечтах я не думала, что моя задница когда-либо пройдет через эти двери. Рука Мистера Богатея скользнула по нижней части моей спины, его губы прижались к моему уху, а слова протанцевали по моим волосам, когда он прошептал:

– Мне уже нравится твой город.

Мурашки побежали по спине. Реакция, которой я так жаждала, но боялась признаться самой себе. Он бросил ключи от машины придворному шуту-лакею и уверенно направил меня вперед, удерживая в своих объятиях, но на достаточном расстоянии от себя.

– Мистер Ч. – Шут склонил голову.

Он кивнул.

Мысленно я подметила, что, по крайней мере, у Мистера Богатея было полуимя или хоть инициал.

Мы прошли сквозь крутящиеся двери, через которые попали внутрь одного из самых престижных отелей Западного побережья. Я была почти уверена, что это будет первый и последний раз, когда я стояла в лобби «Шелби». Мои глаза широко распахнулись, я разинула рот, пораженная и еще напуганная, что такое вообще можно было себе представить. Смесь возбуждения и стыда болталась в моих кишках, ведь я знала, что не принадлежу этому месту. Я сопоставима с дочкой бедняка, который продолжает молиться о реальности истории Золушки. Может быть, где-то в этом мире возникнет ситуация, когда я получу то, что заслужила. Возможно, хрустальная туфелька когда-нибудь подойдет и на мою ножку.

К нам подошел лысый здоровенный мужчина возрастом постарше. Его черный двубортный костюм был идеально выглажен, а из-под рукавов выглядывали белые манжеты. Я заметила, что его туфли были так натерты до блеска, что можно было ослепнуть в солнечный день, также блестела и лысина на его голове.

– Добрый вечер, Мистер Ч. Приятно видеть вас снова. Мы подготовили номер, который вы просили. Спасибо вам, что снова выбрали отель «Шелби Хайтс».

– Не хочу, чтобы меня беспокоили. Я позвоню, если что-то понадобится, – сказал коротко Мистер Ч лысому мужчине.

– Конечно, сэр. Есть ли что-то еще, что сделает ваше пребывание приятным?

– Да, это Роуз. Если она чего-то захочет, то вы доставите это для нее.

– Да, сэр, сделаем, – сказал он, передавая Мистеру Ч ключ от номера.

Святое дерьмо, бл*дь, кто такой этот Мистер Ч? Что он сделал такого, за что получил так много власти? Что у него за история?

Мое сердце колотилось в груди от того, как простая вера в богатство Мистера Ч. разрушила всякую мысль о его физической силе. Он требовал уважения от персонала эксклюзивного отеля «Шелби Хайтс», и они охотно подчинялись ему, не задавая вопросов.

– Ну что, красавица, нам сюда, – тихо сказал он. Его рука была прикована к моей пояснице, когда мы шли к лифту. Перед нами располагались две двери, обе мерцали золотом и настолько переливались, что я увидела свое отражение, прежде чем они распахнулись. Лифтер, одетый почти как и лакей, поприветствовал нас с превосходной улыбкой, настолько приторной, что я была уверена: парень, должно быть, тренировал мимику перед зеркалом.

– Добрый вечер, Мистер Ч. Приятно снова видеть вас, сэр.

Мистер Ч. кивнул в ответ.

Я наблюдала, как лифтер вставил свой ключ в замок возле буквы П. Музыка, едва слышная ранее, стала громче, когда я увидела себя в закрывшихся золотых дверях. Я повернулась и посмотрела через заднюю стенку лифта – через три стеклянные стенки открывался вид на огромный водоем с тропическими растениями и яркими красочными птицами, летающими в дымке.

Руки Мистера Ч. легли мне на бедра, а его член прижался к моей заднице. Он прижался губами к моей щеке; его слова терялись в моих волосах, прежде чем достичь уха.

– Готова развлечь меня? – эти слова сразу отозвались между моих ног, когда он сделал несколько толчков у моей задницы.

– Зависит от суммы, с которой ты решишь расстаться. Каков твой бюджет? – промурлыкала я, прижимаясь задницей к нему. Он задержал дыхание и простонал у моей щеки. От него так хорошо пахло, а дыхание было теплым и манящим, что я хотела почувствовать, как он дышит между моих ног. Конечно, это бизнес, но кто сказал, что я не могла наслаждаться преимуществами свидания с тем, кто, кажется, знает, как удовлетворить женщину.

– Мы уже договорились на двести пятьдесят долларов за каждые полчаса. Когда начался отсчет? – спросил он спокойно, перед новым толчком.

Я оттолкнулась от него.

– В ту минуту, когда я села в твою машину, – прошептала я.

Он рассмеялся у моей щеки, коснулся губами, пробуя кожу на вкус.

– Вот, Мистер Ч., мы прибыли – пентхаус. – Лифтер стоял напротив двери, которая исчезла в стене.

Мистер Ч залез в карман, дал парню значительную сумму наличных и прошептал что-то на ухо. Мужчина кивнул, прежде чем исчезнуть за закрывающимися дверями.

Когда мы прошли в огромную гостиную пентхауса, я увидела в центре комнаты гигантский, черно-серый в крапинку каменный стол и огромный букет цветов, который занимал всю его центральную часть. Белые лилии и орхидеи с зелеными листьями наполняли вазу.

– Может, нам сперва стоит обсудить условия этого развлечения? – спросила я, прислонившись к каменному столику.

Откинув волосы с моей шеи, Мистер прижался губами к ключице.

– Определенно, – промурчал он у моей кожи.

– Хорошо, тогда прежде чем я продемонстрирую тебе некоторые приемчики, может быть, ты мог бы внести свой значительный депозит за наше развлечение, – сказала я, пытаясь сосредоточиться на деле. Но это было именно то, что было. Портила настроение, но мне не хотелось, чтобы меня выгнали из моей дерьмовой квартиры в конце недели.

Его глаза сузились, он почти стал раздраженным, когда оттолкнулся от меня.

– Итак, никаких развлечений, пока я не заплачу?

– Да, ты уже должен за эту ночь пять сотен баксов, а еще даже не видел меня голой.

– Ну, хорошо, раз ты настолько привержена идее, что мне стоит внести значительный платеж, почему бы тебе не сказать, сколько ты хочешь, скажем, за всю ночь?

– Всю ночь?

– Да, допустим, за пять часов ночи? Какова твоя цена?

– Двенадцать сотен баксов, – сказала я, не дрогнув.

– Что если я захочу тебя, скажем, на… два дня. Сколько будет стоить такое развлечение? – спросил он, его глаза были широко распахнуты, а желваки стиснуты.

– Четыре тысячи долларов, и это выгодная сделка, – снова сказала я, не дрогнув.

Он громко рассмеялся.

– Ты знаешь, что придумываешь эти цифры, прекрасная Роуз? Хорошо, как насчет того, что я сделаю то же самое, и предложу шесть тысяч долларов за развлечение на все время моего пребывания в городе? Это справедливо? – его блекло-голубые глаза мерцали; выражение лица было довольным, и в этот раз он ждал быстрого ответа.

– Ну, Мистер Ч, это зависит от того, как долго ты пробудешь в городе, – парировала я.

Он притянул меня к себе, пройдясь кончиком носа по моей щеке и приблизившись губами к уху, затем схватил за руки и завел их за мне за спину.

– Никогда не называй меня так, – потребовал он. Тепло его дыхания коснулось моей шеи.

Я ахнула, мое сердце колотилось в груди.

– Как тогда мне следует тебя называть? Я даже имени твоего не знаю. – Мышцы плеч заныли. Я хныкнула, когда он усилил хватку. Маленькая обиженная девочка глубоко во мне забралась в шкаф, свернулась в клубок и пыталась защититься, но женщина, которой я была, та, которой стала, которая продавала свое тело за деньги и брала быка за рога, считала это до странности сексуальным. Что-то в нем: богатство, которое у него было, уважение, которым он располагал, волновало меня до глубины души. Возбудившись, меня не заботило то, как он хотел, чтобы я его звала, мне просто было нужно, чтобы он трахнул меня.

– Тебе это нравится? – прошептал он, и потерся своей легкой щетиной по моему лицу. Его серо-голубые глаза сузились, красноречиво показывая, кем бы он хотел меня видеть, когда я на его территории. Я снова захныкала и слегка кивнула.

– Это «да»?

– Да, – тяжело дыша, сказала я. Каждый нерв умолял его ласкать мою кожу, касаться меня так, словно до него никто этого не делал.

Он, мужчина, который даже не назвал своего имени, вытащил мои руки из-за спины и завел их за голову. Я сплела пальцы, он опустил мои руки мне на затылок. Медленно провел пальцами по моей щеке, коснулся губ и приоткрыл рот, прижав пальцем нижнюю губу. Мышцы его шеи напряглись, когда он сглотнул. Я провела кончиком языка по губам, пробуя на вкус желание, которое он показывал мне, и которое я хотела принять.

– Держи руки так. Не двигайся. – Он провел пальцами между моих грудей и до верхней пуговицы коротеньких шортиков. Дрожь опустилась по позвоночнику и начала накапливаться в киске.

Он просунул руку в карман моих шорт, достал телефон и бросил его на стол позади меня.

– Что-то еще? – Он выдохнул слова у моей кожи, наклонившись и прижавшись пухлыми губами к тому месту на моей шее, где бился пульс.

– Да, восемь тысяч долларов, и я останусь с тобой, пока ты в городе. – Я резко вздохнула. И застыла, когда почувствовала, как его пальцы расстегнули пуговицу и опустили молнию на моих шортиках. Его дыхание стало прерывистым, а твердый член выпирал в брюках.

– Восемь тысяч и ты будешь моей и только моей? Чего бы я ни захотел от тебя, ты все сделаешь? В чем бы я ни нуждался, ты дашь мне это? Я несу чушь, моя прекрасная Роуз, – он скользнул пальцами по моему бедру, под шортики, и с силой дернул их, заставляя упасть к моим самым сексуальным красным туфлям.

Не вздрогнув, не прикрыв себя руками между ног, я стояла там голая ниже пояса и смотрела, как он сантиметр за сантиметром изучал меня. Сначала его взгляд скользнул по лодыжкам, затем прошелся от голеней до колен, его глаза впитывали каждую, утоляющую жажду, клеточку моего тела. Он ласкал пальцами мое бедро, а я не двигалась. Я настроилась выиграть эту игру. Что бы он ни думал, игра или нет, я не собиралась сдаваться. Восемь тысяч долларов – более чем разумная плата, раз он отлучает меня от постоянных встреч. Конечно же, восемь тысяч – я заработала бы за три очень, очень хороших месяца. Но ему не стоило знать об этом.

Его пальцы порхали по внутренней стороне моего бедра.

– Выйди из шорт, но не снимай туфли.

Я сделала то, что он просил, все еще держа руки на затылке. У меня затекли локти. Он опустился на колени и отодвинул в сторону мои шортики. Проведя носом по внутренней поверхности моего бедра, в то время как кончики его пальцев скользили по внешней, он выпрямился, ухватившись за край моего шерстяного свитера и тонкой черной майки. Наши взгляды встретились в немом разговоре, и я поняла, о чем он просил, даже не произнеся ни слова. На мгновение, я оцепенела от его молчания. Опустить ли мне руки, чтобы снять майку и свитер, или стоять так, не двигаясь, пока он не скажет мне, что делать?

– Я хочу увидеть, как каждый сантиметр твоего тела реагирует на мое прикосновение.

Я кивнула и вытянула руки из затекшего положения за головой, чтобы ухватиться пальцами за тонкий край черного топа и снять его.

– Что ты делаешь? Я сказал тебе двигаться?

– Нет, но ты хотел, чтобы я разделась, Мистер.

– Просто подними руки вверх.

Он поставил ногу между моих лодыжек и заставил расставить ноги шире. Потом стянул майку и свитер одним быстрым движением.

И я осталась только лишь в черном кружевном бюстгальтере и красных туфлях на четырехдюймовых шпильках. Холодный воздух в комнате коснулся моего тела, прежде чем его руки начали ласкать мою талию и поднялись вверх по моему позвоночнику к лифчику. Задержав дыхание, я стояла напротив него, а по моей коже пробегали мурашки; от его прикосновений оставалась гусиная кожа. Он поглотил меня полностью. Стирая пространство между нашими телами, его пальцы проворно расстегнули застежку на моем лифчике, освобождая от давления лямок на моих плечах. Мои сиськи обрели свободу, соски затвердели, ведь каждый нерв заканчивался либо между моих ног, либо на сосках.

– Моя милая Роуз, опусти руки, – выдохнул он.

Взгляд моего безымянного любовника прилип к моей груди, когда он снял расстегнутый лифчик с моего тела. Он с трудом ухмыльнулся, неровно дыша и держа бюстгальтер кончиками пальцев, а потом бросил его в груду моих вещей, которые бросал на пол.

Погладив руками мои плечи, опустился к локтям и проследовал ниже, и наши пальцы сплелись. Подняв мои руки, он сделал шаг назад. Я была обнажена, как в день своего рождения, но уже сформирована намного больше, чем в тот день, когда меня лишили невинности. Он наклонил голову, рассматривая меня. Впервые в жизни мужчина смотрел на меня как на женщину, которой я должна была быть, а не как на существо, которым я стала. Его внимание заставляло мое сердце еще больше колотиться в груди. Воздух в комнате овивал мое обнаженное тело; каждая клеточка была наполнена волнением, когда я сменила позу. В голове тикали часы, когда я увидела его взгляд, впивающийся в мою обнаженную кожу. Он сделал еще один резкий вдох, прежде чем начал говорить те слова, из-за которых моя киска стала мокрой от чистого сексуального желания.

– Ты идеальный шип ядовитого стебля, моя прекрасная цветущая Роза. Осторожно дожидающаяся, когда я вдохну твой аромат, сорву и вытащу из куста. – Его шепот превратился в грубый рык.

Каждая частичка моего тела таяла от его слов, колени ослабли, пульсация между ног участилась. В эту секунду мне было нужно, чтобы он трахнул меня. Меня не беспокоило, отдаст ли он мне гребаные деньги, этот мужчина пленил меня своими глазами, завладел мной своими словами. Неужели этот безымянный мужчина будет тем, кто, наконец, даст мне настоящую передышку, которую я искала всю жизнь? Исцеляясь словами, соскальзывающими с кончика его языка и без усилия проникающие в каждую фибру моего существа, я желала, чтобы он украл мое дыхание и убил моих демонов. Я была готова раствориться в любом предложении, которое он бы не сделал, и стала бессильна в своем намерении оставаться профессионалом. Это вдруг стало личным, очень личным. Я согнула руки в попытке коснуться его тела, нуждаясь почувствовать его губы, сливающиеся с моими, но он отступил на шаг назад. Мое сердце, подступившее к горлу, упало вниз.

– Ты не хочешь меня? – спросила я, неподвижная от его слов, чувствуя себя глупо из-за того, как легко я позволила себе сыграть в его игру.

– Я не говорил этого.

– Тебе и не нужно, твои действия говорят сами за себя, – произнесла я.

Я была эмоционально растерзанна. Я оттолкнула его и отвернулась, чтобы одеться; вдруг он прижался всем телом ко мне сзади. Его губы прижались к моему уху, голос приказывал. Он крепко прижался к моей спине, а рука обхватила грудь, накрыв ее ладонью. Другая рука легла между моих ног, длинными пальцами глубоко проникнув в мою киску.

– Не поворачивайся ко мне спиной Роуз. Ты согласилась быть здесь со мной, делая все, что я попрошу, – утверждал он. Его тело все еще нависало надо мной, пальцы неистово погружались все глубже и глубже, ритмично поглаживая большим пальцем мой трепещущий клитор.

– Да, согласилась… – выдохнула я слова, пока извивалась, отвечая на проникновения его пальцев. Я покачивала бедрами в такт его ровному ритму. Его дыхание воспламеняло мое тело, чего я не чувствовала ни с кем ранее. Только. От. Его. Прикосновений. Никто никогда не заставлял меня зайти так далеко. Проблема в том, что я не хотела кончить прежде, чем почувствую его член, наполняющий меня.

– Ты понятия не имеешь, чего я хочу. Может быть, я хочу причинить тебе боль. Может, хочу смотреть, как проходит дрожь по твоей безупречной коже, до тех пор, пока не сможешь больше вынести этого и начнешь умолять меня трахнуть тебя. – Он вытащил из меня свои пальцы, и в тот момент, когда прохладный воздух коснулся жаркой плоти моей киски, я превратилась в рабыню его желаний. – Я хочу, чтобы ты умоляла трахнуть тебя.

– Пожалуйста… Мистер… пожалуйста, трахни меня. – Он поглотил меня. Схватил, пленил и уничтожил.

Он развернул меня, впиваясь пальцами в плечи; притянул к себе, на расстояние нескольких сантиметров от своих губ.

– Если бы ты только знала, как сильно я хочу трахнуть тебя, провести кончиком языка по каждому сантиметру твоего тела, вкусить каждую каплю твоих сладких соков, – прошептал он, кончиком носа проводя от щеки к изгибу моей шеи. Он вдохнул мой запах. Я изнывала от желания поцеловать его, он выдыхал слова, которые проникали в мою душу.

– Я хочу заставить тебя кончить так сильно, что ты никогда не забудешь, кто я и как осквернил твою киску для других мужчин. Теперь одевайся.

Все во мне словно остановилось. Я не чувствовала биения сердца в груди. Мои легкие опустели, и, внезапно, я не смогла уловить себя на том, что, вообще, дышала. Волна, проходящая через мои соски, превратилась в озноб. Я обмякла, когда он лишил меня возможности спорить, я была обнажена и полностью уязвима для него.

– Какого черта? Ты не можешь довести меня до края и оставить подобным образом.

– Я только что сделал это, – отрезал он, подняв мою одежду с пола и отдав ее мне. – И после сегодняшнего вечера, не надевай это, когда ты со мной. – Он сощурил глаза. Губы вытянулись в линию, лицо побледнело, кончики его ушей пылали алым.

– В чем ты рассчитываешь меня увидеть? – быстро парировала я.

Я собрала свою одежду, держа ее в слишком сильно дрожащих руках.

– Одежду, которую я выберу для тебя. – Проведя костяшками пальцев по моей щеке, он развернулся и пошел к лифту. Паника горячей волной нахлынула на меня. Маленькая девочка, скрывающаяся глубоко внутри меня, боялась раскрыться ему, показать, что была напугана. Но женщина, боец, которая защищала себя от всех, кто пытался войти в ее жизнь, хотела того, что он предлагал ей. Я хотела вкусить его, отдать ему часть энергии, которая кружила под моей кожей, и жаждала завершения того, что он начал.

Я бросила несоответствующий наряд на кровать, вытаскивая кружевной черный бюстгальтер; я держала его перед своей грудью, отчаянно пытаясь остановить его уход.

– Так ты не хочешь, чтобы я носила… это?

Он остановился, повернувшись ко мне. Кончик его языка медленно скользнул по верхней губе, когда в его серебристо-голубых глазах зажглась искорка вожделения.

– Нет. Никакого бюстгальтера. – Он покачал головой, нажимая кнопку лифта.

– Уверен?

– Моя благоухающая Роза, я ни в чем в жизни никогда не был так уверен. Надень эту презренную одежду еще раз и встретимся внизу, – скомандовал он.

Я было раскрыла рот, пытаясь упрекнуть его в грубости, но не успела. Он шагнул в ждущий лифт. Сукин сын, он заставил меня потерять дар речи и ушел. Какого черта это было, и что, вообще, происходит? Никто не смел, говорить со мной таким образом.

Я застегнула лифчик, надела презренную одежду в последний раз. Он понятия не имел, что его ждет. Если этот мужчина, не называющий своего имени, думал, что я собиралась позволить ему доводить меня до края и оставлять с ноющей болью, он сильно ошибался. Я схватила сумочку с огромного круглого гранитного стола у входа и нажала кнопку вызова лифта на стене. Спустя минуту двери открылись, внутри не было лифтера, который должен был ожидать меня. Я шагнула в пустое пространство и нажала на кнопку с ярко голубой звездой.

Дверь позади меня закрылась с глухим звуком, от которого сжало внутренности, и на долю секунды это заставило меня глубже вдохнуть воздух, успокаивая дыхание; осознание произошедшего с трудом проникало в каждую клеточку моего тела… Этот ублюдок, который даже не удосужился сказать своего имени, поимел меня. Он завладел мной, моим разумом и телом. Он – единственный мужчина, который заставлял меня просить об оргазме… и требовать одновременно.