Текст книги "Курорт графини-попаданки (СИ)"

Автор книги: Глория Эймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 35. Загадочное послание

– Господин Теодор… как? – поднимаю брови, пытаясь выиграть время и понять, какая реакция от меня ожидается.

Н-да, опять непонятная ситуация… Какой-то Теодор внес сумятицу в жизнь поместья. Еще бы знать, кто это…

– Да, господин Теодор фон Гроад! – Марисса тараторит, словно боится, что я ее перебью. – Он приехал… он… требовал вас видеть! Сказал, что это вопрос почти что жизни и смерти, что он должен немедленно поговорить с вами!

В животе неприятно холодеет. Кто такой этот фон Гроад, чтобы так бесцеремонно врываться в мою жизнь и пугать бедную Мариссу? И почему его визит вызвал такую панику? Я не припомню ни одного Теодора в кругу своих знакомых.

– И что он хотел? – спрашиваю, стараясь сохранять спокойствие, хотя любопытство уже вовсю терзает меня.

– Он… он был очень настойчив, госпожа. Пытался пройти в дом, но я не пустила! Сказала, что вы в отъезде и вернетесь не скоро. Он сказал, что у него нет времени ждать, но что это очень важно! Потом оставил записку и уехал.

Марисса протягивает мне сложенный вдвое листок бумаги. Сердце бешено колотится в груди. Кто этот таинственный Теодор и что ему от меня нужно? Разворачиваю записку дрожащими пальцами. На плотной бумаге, написанное твердым, уверенным почерком, всего одно слово: «Жди».

Холодок в животе усилился, перерастая в ледяной ком тревоги. «Жди». Одно слово, а сколько в нем угрозы, неизвестности, предчувствия беды! Кто он, этот Теодор? И почему его послание заставляет меня чувствовать себя загнанной в угол?

Пытаюсь вспомнить хоть что-то из того, что мне рассказывал Юстас о местной аристократии, но ничего не всплывает в памяти. Остается лишь гнетущее ощущение, что этот человек знает обо мне что-то, чего не знаю я сама.

Записка кажется зловещим предзнаменованием. Что я должна ждать? Когда он вернется? Или что-то сделает? Необходимо срочно выяснить, кто это и чего он хочет. Но как это сделать, когда он оставил лишь загадочное послание?

Решаю начать с Мариссы. Может быть, она заметила что-то еще, какие-то детали, которые помогут мне пролить свет на эту ситуацию.

– Как он выглядел? Что-то говорил, кроме того, что ты уже рассказала? – спрашиваю я, стараясь не выдавать своего волнения. От ответа горничной сейчас зависит слишком многое.

– Высокий мужчина лет тридцати, темные волосы, – неуверенно описывает она посетителя. – И вид такой… очень встревоженный.

Да, не слишком информативно.

В голове роятся мрачные мысли. Возможно, это какой-то сумасшедший, одержимый мной. Или у Арнелии были с ним какие-то нерешенные дела. А может быть, это просто ошибка, и он перепутал меня с кем-то другим?

Но сердце подсказывает, что это не так. Что Теодор – кто-то напрямую связанный со мной, с моей жизнью. И мне придется столкнуться с ним, как бы страшно это ни было.

– А что мой супруг? – вспоминаю о Клаусе. Еще не хватало, чтобы он использовал появление загадочного незнакомца против меня!

– Он пока не возвращался, – Марисса, боязливо оглянувшись через плечо, добавляет: – И тоже был не в духе.

Поднимаюсь в свою комнату, на ходу развязывая тесемки платья, резко ставшего тесным. Да почему вокруг одни недовольные мужики! Хоть один бы веселый был. Впрочем, тут я, к счастью, ошибаюсь: открыв дверь, вижу Юстаса, который в волчьей ипостаси вальяжно развалился на моей кровати. И морда у волчары очень довольная.

– А ну брысь! – командую ему, как забывшемуся питомцу.

Юстас перекидывается обратно в человека и без напоминаний закутывается в простыню. А затем торжественно сообщает:

– В деле подвижки! На бокале, в котором было оборотное снадобье, нашли шерсть летучей мыши-оборотня!

– Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, – фыркаю я, садясь в кресло. – Вчера приезжал инспектор.

– Хм, – Юстас немного обескуражен, видимо, надеялся произвести впечатление новостью. – Но ты же понимаешь, что теперь будут искать конкретно мышь?

– Знаешь, я тут подумала… она ведь может быть исполнителем, а не сообщницей!

– Но на мышь похоже – появляется и исчезает всегда неожиданно, и слуги ее не заметили на входе.

– Вот именно! – восклицаю я, чувствуя, как во мне разгорается азарт. – Она могла проникнуть в поместье в облике мыши, подсыпать зелье, а затем также незаметно улизнуть. Никто и не заметил!

Юстас задумчиво чешет подбородок:

– Логично. Но кто ее нанял? Клаус или его сообщница?

– А может. Это третий сообщник?

– Попахивает политикой, – хмурится Юстас. – Там, где больше двух участников, всегда замешаны какие-то большие интересы.

Я откидываюсь на спинку кресла, устремив взгляд в потолок.

– Вариантов масса. Кто-то, кому Арнелия перешла дорогу. Кто-то, кто позавидовал ее положению и легко согласился помочь Клаусу – за круглую сумму, разумеется. Или, может быть, это связано с ее прошлым…

– Не думаю, что это связано с прошлым, – качает головой Юстас. – Если бы кто-то хотел отомстить Арнелии за старые грехи, он бы действовал более прямолинейно. А здесь – сложная схема с оборотным зельем и мышиным следом.

– Ладно, – вздыхаю я. – делать нечего, все равно инспектор будет копать в этом направлении. Кстати, почему ты не сказал мне, что баронесса фон Эмерит оборачивается змеей?

– Да как-то к слову не пришлось, – пожимает плечами Юстас. – Она же урожденная фон Эренталь. Все баронессы фон Эренталь умеют превращаться в змей. Это фамильная черта. Просто кто-то любит эту форму больше, кто-то меньше. Я не слышал, чтобы она кому-то так показывалась.

– А я имела счастье наблюдать ее змеиное обличье и чуть не рассекретилась, – складываю руки на груди, всем видом показывая, что недовольна недостаточной информированностью.

– Ну… прости, – Юстас разводит руками, и простыня соскальзывает с его мускулистых загорелых бедер.

Стоит, понимаешь, такой образец мужественности во всей красе и не прикрывается, бесстыдник!

Мой взгляд мгновенно цепляется за эту картину. Забыв о напускной обиде, я невольно любуюсь его атлетичным телом, тронутым загаром. Но… только любуюсь.

Уже не тот возраст, чтобы краснеть, как девочка, или предпринимать ответные действия. Хоть тело у меня теперь молодое, душа слишком зрелая и опытная для таких шалостей.

И все же картина довольно волнующая. Именно картина. Юстас для меня – как приятная телепрограмма для отдыхающих, которую пускают в холле на большом экране в отеле. Радует глаз, пробуждает приятные личные воспоминания.

Наверное, для этого дамы в возрасте и заводят курортные романы с молодыми – чтобы было что вспомнить с загадочной улыбкой.

– Хватит тут меня соблазнять, – улыбаюсь я, сменяя гнев на милость. – Лучше скажи, ты знаешь, кто такой Теодор фон Гроад?

– Конечно, – оборотень оскаливает в радостной улыбке белоснежные зубы. – Это бывший жених Арнелии! А что?

И тут я понимаю, что ситуация гораздо сложнее, чем я думала еще минуту назад.

Глава 36. Привет из прошлого

– Почему ты вдруг о нем спрашиваешь? – в глазах Юстаса неподдельный интерес. И судя по его реакции, Арнелия немало рассказывал ему о бывшем женихе.

– А то, что он внезапно явился в поместье и требовал встречи со мной, – внутри все клокочет от предчувствия надвигающейся бури. – И, по словам прислуги, был очень недоволен тем, что не застал меня.

Юстас присвистывает:

– Вот это поворот! Значит, у нас появляется еще один подозреваемый с явным мотивом. Брошенный жених, жаждущий мести… Классика! Но зачем ему такой сложный путь? Он мог просто подстроить несчастный случай. Да и смысл столько ждать? Больше восьми лет прошло!

– Возможно, он хотел не убить Арнелию, а заставить ее… допустим, страдать, – размышляю я вслух. – И сейчас узнал из газет о том, как все неоднозначно у нее сложилось в браке. Чем не повод прийти поглумиться?

Я встаю с кресла и начинаю нервно расхаживать по комнате. Слишком много подозреваемых, слишком много мотивов, слишком много вопросов без ответов. Клаус, его сообщница, мышь-исполнительница, Теодор фон Гроад…

– Чем, кстати, Арнелия его обидела? – спрашиваю Юстаса. – Кроме расторжения помолвки, конечно.

– Насколько знаю, она сбежала накануне свадьбы, оставив лишь короткую записку с извинениями. Был скандал. А через месяц объявила о помолвке с де Бошаном.

– Боже, как же скучно я жила раньше, – невольно вырывается у меня.

– Да тут многим до Арнелии далеко, – усмехается Юстас. – Умела она поддать огоньку, что и говорить! Он кстати, с тех пор прилично поднялся, назначен на какую-то там важную должность в королевском парламенте. Так что Арнелия поторопилась тогда с выводами.

– В общем, картина вырисовывается презабавная, – подытоживаю я, останавливаясь напротив Юстаса. – Брошенный жених, публичное унижение, новая помолвка с богатым и влиятельным типом… Идеальный рецепт для мести, приправленный годами вынашивания плана.

Юстас задумчиво кивает.

– Да, звучит правдоподобно. Но все равно остается куча вопросов. Зачем ему связываться с Клаусом или его сообщницей? Если только… он не хотел сам пачкать руки. Нашел кого-то, кто готов выполнить грязную работу за него. Или… все еще масштабнее!

Эта мысль заставляет меня вздрогнуть. Если убийство Арнелии – лишь часть большой многоходовки, то мы рискуем упустить что-то действительно важное.

– Представь только, кому-то нужно убрать тебя, но так, чтобы это не было связано с политикой, – увлекается гипотезой Юстас. – И твоему упырю подсовывают любовницу, которая пудрит мозги и требует, чтобы он избавился от тебя. Он идет на поводу – и вот тебе результат.

Подобный расклад выглядит в целом пугающе, и мне категорически не нравится, что за банальным силуэтом неверного муженька вырисовывается нечто гораздо более грозное.

– Юстас, нужно выяснить все об этом Теодоре фон Гроаде, – говорю я твердым голосом. – Где он был последние семь лет, чем занимался, с кем общался. Любая мелочь может оказаться ключом к разгадке. И, конечно, нужно проследить за ним.

– Так и представляю озадаченное лицо дядюшки, – хмыкает оборотень. – Он уже сам не рад, что впутался во все это.

– Думаю, твой дядюшка знал, на что шел, – спокойно возражаю я, представляя, как старый оборотень пытается переварить лавину новых подозреваемых. – Но плохо то, что время поджимает, а мы плетемся в хвосте у этого клубка интриг.

– Похоже, у Арнелии скелетов в шкафу больше, чем в фамильном склепе фон Эренталей, – смеется Юстас. – А они там в змеиной ипостаси очень плотно уложены!

– В любом случае, об этом Теодоре нужно разузнать все. Чем меньше мы знаем о человеке, тем опаснее он может быть. Вдруг он тоже оборотень? Или еще что похуже?

– Спасибо на добром слове, конечно, – с легкой обидой в голосе говорит Юстас, но все-таки безотлагательно перекидывается в волка и быстро сбегает через окно.

Я провожаю его взглядом и снова погружаюсь в свои мысли. Теодор фон Гроад… Имя звучит надменно и аристократично, но что за ним скрывается?

Обиженный жених, жаждущий мести, или хладнокровный игрок, разыгрывающий сложную партию? Возможно, и то, и другое. В любом случае, он представляет собой серьезную угрозу, и игнорировать его нельзя.

Нужно сосредоточиться. Собрать все воедино. Кто тут дергает за ниточки? Теодор фон Гроад, де Бошан, еще кто-то из ее темного прошлого… Или все они вместе? Слишком много вариантов, и каждый кажется правдоподобным.

Что же ему нужно? Сердце болезненно сжимается от дурных предчувствий.

Но мои сомнения резко прерываются прибытием Клауса.

Глава 37. Приглашение

Как обычно, муженек громко осведомляется в холле, где же его «неподражаемая, драгоценная супруга». И сарказма в его интонации столько, что хватило бы на целый роман в жанре жесткой сатиры.

Быстро спускаюсь вниз, поскольку он определенно явился с какой-то важной новостью, а мне сейчас нужно быть в курсе всего.

– Клаус! Ну наконец-то! – восклицаю я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучало и тени тех мрачных мыслей, которые терзали меня секунду назад. – Как же я соскучилась по своему обожаемому супругу!

– Ты выглядишь так, будто думала, что разгадала тайну мироздания, а потом поняла, что читала поваренную книгу, – язвительно замечает Клаус, окидывая меня своим фирменным оценивающим взглядом. – Что на этот раз? Новый любовник или просто экзистенциальный кризис?

– И то, и другое! – отшучиваюсь я и иду ва-банк: – Только любовник носит фамилию фон Гроад. Мой бывший жених был здесь. Вам непременно надо пообщаться.

На лице Клауса отражается такая гамма эмоций, что я еле успеваю считывать. Изумление, гнев и… страх? А вот это интересно! С чего ему бояться появления фон Гроада?

Но тень этого чувства, мелькнувшая в глубине его серых глаз, не оставляет сомнений.

– Фон Гроад? – переспрашивает он, и в голосе слышится натянутая фальшь. – Какой еще фон Гроад?

– Тот самый фон Гроад, который когда-то обещал мне луну с неба и за которого я чуть не вышла замуж, пока не встретила тебя, – отвечаю я, стараясь казаться как можно более беззаботной. – Он приехал по делам, но, кажется, не прочь возобновить старое знакомство. Уверена, у вас найдется о чем поговорить.

Клаус молчит, сверля меня взглядом, словно пытаясь просверлить дыру в моей душе. Я же стою, выпрямившись, и выдерживаю его тяжелый взгляд, хотя внутри все дрожит от напряжения.

Наконец, Клаус хмыкает и закатывает глаза.

– О, дорогая, ты всегда умела выбирать самые интересные приключения. Но не переживай, если понадобится, я лично разберусь с этим фон Гроадом.

Наш маленький театр абсурда впечатляет даже слуг. Мило улыбаюсь и краем глаза вижу, как наш дворецкий Брантон, вечно сдержанный и чопорный, прячет улыбку.

Я слегка усмехаюсь, глядя на муженька.

– Отлично, зафиксируй это выражение лица, оно тебе еще понадобится, – Клаус щелкает пальцами. – Нас внезапно пригласили к герцогу. Будут только избранные. И уж будь так любезна, надень все самое лучшее.

Сборы получаются стремительными, даже всегда сдержанная Марисса начинает причитать, что ничего не успевает.

– Сделай мне надо лбом укладку туманом, как ты умеешь, – распоряжаюсь я.

– А что с остальными волосами делать? – Марисса приподнимает копну моих волос на ладони, будто взвешивая.

– Оставь так, просто локоны завей.

– Госпожа сама виновата, если поедет собранной на скорую руку, – ворчит осмелевшая за последнее время Марисса, но делает прическу – как всегда, великолепную.

Через десять минут мы с Клаусом выезжаем на ужин к герцогу.

Уже знакомая дорога ведет нас по побережью, а я даже не могу отвлечься на красоту пейзажа – все мысли заняты этим внезапно возникшим ниоткуда бывшим женихом.

Только иногда где-то по краю пробегает мысль о предстоящей встрече с герцогом. Но сейчас это не так важно, даже пусть этот дракон – единственный из местных мужчин, заставляющий мое сердце биться чаще.

Мы поднимаемся по ступеням особняка Велерского, и сам хозяин встречает нас во всем великолепии. Высокий, статный, с волевым подбородком и пронзительным взглядом. Настоящий аристократ, от которого веет властью и силой.

Герцог приветствует нас сдержанным, но искренним радушием. Его взгляд задерживается на мне чуть дольше, чем положено. Клаус, заметив это, кладет руку мне на талию, обозначая свою территорию. Герцог Велерский лишь слегка приподнимает бровь, но ничего не говорит.

А я тем временем чувствую, как от взгляда герцога по спине пробегает легкая дрожь.

Ничего не могу с собой поделать! Кажется, будто Арнелия в этот момент берет на себя руководство телом. Впрочем, если не краснеть, то никто и не заметит!

В зале уже собралось несколько гостей, все как на подбор – представители знатных родов, одетые в лучшие наряды. И опять много незнакомых лиц, а ведь я должна их всех знать! Какое счастье, что Арнелия была надменной, можно просто задрать нос и делать вид, что я ни с кем не хочу разговаривать!

Замечаю графиню де Лансе, она учтиво кивает мне. Кивок такой легкий, едва заметный, но все же это приветствие. Отвечаю таким же кивком, тихо удивляясь, как в этом мире чинно ведут себя друг с другом законные жены и официальные любовницы.

Стоящая рядом с графиней падчерица Кьяра опускает взгляд. Она-то со мной здороваться не желает.

Интересно, зачем графиня таскает ее абсолютно на все мероприятия?

Понятно, что по здешним меркам та уже засиделась с девках, ей лет двадцать на вид. Но неужели есть шанс заставить примелькаться так, что ее побыстрее возьмут замуж?

Хотя… я ведь не знаю здешних обычаев. А желание графини побыстрее пристроить падчерицу и начать жить для себя тоже очень понятно.

Когда прибывают последние гости, герцог берет слово, пропуская перед собой высокого темноволосого мужчину в темно-синем камзоле.

– Позвольте представить вам баронета Теодора фон Гроада! Он прибыл с чрезвычайно важной миссией, и именно поэтому я сегодня собрал вас всех!

И сразу же гостей приглашают к столу.

А я, слегка опешив, переглядываюсь с Клаусом.

Сохраняя непроницаемое лицо, муженек буквально прожигает меня взглядом и, улучив минуту, яростно шепчет на ухо:

– Если это часть твоей игры, то ты сильно пожалеешь!

– Не сильнее, чем сожалею о том, что вышла за тебя, – отвечаю ему.

Мы садимся за богато сервированный стол, и место Теодора оказывается почти напротив, чуть левее. Он бросает на меня внимательный взгляд и делает едва заметный жест рукой, похожий на предостерегающий.

Так и хочется сказать: спасибо, конечно, за намек, но словами через рот было бы куда быстрее!

Ужин проходит в атмосфере светской беседы. Обсуждаются последние новости, политические интриги и модные тенденции. Я стараюсь поддерживать разговор, улыбаюсь и внимательно слушаю, но мои мысли по-прежнему заняты фон Гроадом. Что ему нужно? Почему он появился именно сейчас? И какую роль во всем этом играет герцог Велерский?

А когда разносят напитки, Теодор поднимается из-за стола и объявляет:

– Благодарю его светлость за предоставленную возможность пообщаться со всеми вами. Поскольку наш проект важен не просто для этого побережья, а для всего королевства!

И тут у меня все наконец-то складывается в единую картину…

Глава 38. Отказаться невозможно

Это тот самый проект, о котором говорил герцог во время нашей личной встречи. Теодор рассказывает что-то о новых разработках, о финансировании из казны и о невероятной выгоде для всех. Видя уверенное лицо Теодора и заинтересованные взгляды остальных гостей, я понимаю, что речь идет о чем-то гораздо большем, чем просто прибыльный бизнес.

Интересно, какую роль в этом играла Арнелия? Не сомневаюсь, что она была в первых рядах заинтересованных лиц.

А вдруг фон Гроад приехал с проверкой? Он ведь занимает высокую должность при короле. Что, если герцог заподозрил неладное и решил подстраховаться, пригласив независимого эксперта? Вариантов множество, и каждый из них заставляет меня нервничать.

Теодор продолжает говорить, живописуя перспективы их проекта, обещая процветание и безопасность. Но я вижу, как при этом он мельком поглядывает на меня. Его взгляд полон предупреждения.

Делаю глоток из бокала, стараясь сохранять спокойствие. Теодор, герцог, Клаус – все они играют в свою игру, и мне нужно понять, на чьей я стороне. Или, скорее, на чьей стороне мне выгоднее быть.

– Разумеется, вы можете ждать, а можете прямо сегодня переуступить аренду или продать те земельные наделы, что находятся у вас в собственности, – заканчивает Теодор, бросив на меня красноречивый взгляд и выделив интонацией слово «ждать».

Так вот к чему была та записка!

«Жди» – это не уступай землю за бесценок!

Многие гости явно рады, что есть возможность избавиться от убыточных наделов. Они переговариваются и одобрительно кивают. И я их отчасти понимаю.

Наверное, тем, кто долгое время просто так тратился на бросовые земли, это предложение кажется выгодным. Но со стороны видней. К тому же я знаю слишком много о том, как можно наладить бизнес в такой местности, чтобы согласиться выйти из игры.

Герцог, пронзительно взглянув на меня, тоже берет слово.

– Графиня де Бошан любезно согласилась выступить в роли посредника при оформлении земель. Получилось так, что ее поместье расположено на пересечении магических потоков, которые идут под землей. Поэтому самым рациональным при продаже и переуступке будет расположить центральный узел, перенаправляющий нити, в ее поместье.

Киваю с таким видом, будто всегда об этом знаю, а внутренне ликую: все-таки этому хитрому дракону пришлось раскрыть карты!

Теперь все стало на свои места. Герцог, эта хитрая ящерица, пытается обернуть все в свою пользу, используя меня как пешку в своей игре.

Магические потоки! Конечно же!

Вот почему так важно мое участие и с каждой сделки я получу двадцать пять процентов! Именно поэтому Велерский так настаивал на немедленной переуступке тех бросовых участков, что арендовал Клаус, а записка Теодора предостерегала от спешки. Оба знают о потенциале этих земель, но преследуют разные цели.

Медленно обвожу взглядом присутствующих.

Большинство из них рады возможности избавиться от обузы, не понимая, какую ценность на самом деле держат в руках. А я, как раз наоборот, вижу в этих землях перспективу, возможность создать что-то прибыльное и значимое. И теперь, когда герцог раскрыл карты, буду действовать осторожно, но решительно.

После ужина всех приглашают в музыкальную гостиную. Звучит тихая музыка, пары кружатся в вальсе.

Ловлю на себе взгляд герцога и понимаю, что приглашения на танец не избежать.

Сердце начинает биться чаще, в груди становится тесно. Герцог, высокий и статный, с роскошной гривой черных волос, кажется воплощением аристократической сдержанности и власти. Его взгляд, пронзительный и изучающий, словно сканирует меня насквозь, выискивая скрытые мотивы и чувства.

Невольно выпрямляюсь, стараясь скрыть охватившее меня волнение. Ладони вспотели, и я украдкой вытираю их о платье. Неужели он действительно намерен пригласить меня?

Ровной походкой он направляется в мою сторону, и время словно замедляется. Каждый его шаг, каждый жест казался значимым и многообещающим. Вблизи он выглядит еще более внушительно, его темные глаза сияют загадочным огнем.

Я знаю, он здесь лишь потому, что ищет выгоду и пытается провернуть схему королевского масштаба.

Знаю, что ему не нужен долгий роман, да еще и с замужней женщиной. И что, скорее всего, он продаст свое поместье в десять раз дороже, как только закончит проект, и улетит куда-нибудь в другое место.

Все-все знаю.

Но…

У меня впервые что-то такое происходит внутри, похоже, именно это называют «бабочками в животе». Сколько мимолетных отпускных романов я наблюдала, вывозя группы туристов на курорты! И сколько внезапных чувств и разбитых надежд пронеслось перед моими глазами…

Но сегодня я чувствую, что отказаться от танца невозможно.

И пусть завтра все будет так, как обычно бывает на курортах, сегодня мы будем танцевать! И я хочу, чтобы этот вечер запомнился как один из самых восхитительных вечеров моей новой жизни.