Текст книги "Курорт графини-попаданки (СИ)"

Автор книги: Глория Эймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22. Особый коридор

Когда я в прежней жизни водила экскурсии по разным необычным историческим местам, мы с группой как-то раз заглядывали в подобное заведение.

Разумеется, дело было в Копенгагене, в квартале красных фонарей. И там был особый коридор. Как объяснил локальный гид, в каждом серьезном заведении есть такой – для безопасности. Вот и пригодились мне эти знания!

Слегка обескураженная моей осведомленностью, бандерша некоторое время колеблется, но затем кивает.

– Ладно, красотка, я поняла, о ком речь. Думаю, ты удивишься. Он всегда снимает комнату на час, но моих девочек не зовет.

– Заинтриговала, – усмехаюсь я. – Веди уже.

– Если начнешь скандалить – мои парни вышвырнут тебя, – предупреждает она.

– Не волнуйся.

В мои планы совершенно не входит скандал. Мне нужно проверить подозрения.

То, что рассказал Юстас, и то, что я узнала от слуг, наводит на логичный вывод – именно здесь Клаус встречается с кем-то ради темных делишек. А я намерена собрать на него всевозможный компромат!

Следую за бандершей в боковую дверь, затем поднимаюсь по узким ступенькам и оказываюсь в полутемном коридоре. Тут и там в стенах видны небольшие окошечки, закрытые стеклом, через которые коридор получает тусклое освещение.

Повиливая пышными бедрами, маман подводит меня к одному из окошечек и, сделав знак молчать, проводит ладонью по стеклу. И тотчас становится слышно все, что происходит внутри.

Заглядываю, затаив дыхание, и вижу Клауса. Его лицо хорошо освещено, он сидит у столика, опершись на него локтем, и смотрит на собеседницу в шляпке. Та сидит спиной к стене, где спрятано окно для подглядывания. Мне видны только убранные в прическу темные волосы и коричневое платье дорогого пошива.

– Думаешь, это сработает? – спрашивает Клаус, взвешивая на руке какую-то трубочку с набалдашником.

– Это уже от тебя зависит, – слышен смешок, и незнакомка поправляет локон. – Хватит у тебя духу? Или ты не мужчина?

– Замолчи, – рычит Клаус, стискивая в руке непонятный предмет. – Я же сказал, что смогу!

– Надеюсь, до пяти ты считать не разучишься, когда настанет нужный момент, – продолжает женщина. – Только пятый, последний выстрел должен попасть в нее! Случайно дрогнула рука, рикошет – тут можно найти множество оправданий. Но если два… Сам понимаешь!

Меня словно окатывает ледяной водой.

Вот что за верное средство предлагалось в прошлый раз!

Сердце бешено колотится в груди, оглушая разум. Неужели я правильно поняла? Клаус собирается «случайно» застрелить меня? Слова незнакомки, ее зловещий план, звучат слишком реально, слишком убедительно. Трубочка с набалдашником в руке Клауса – опасное оружие.

Маман, заметив мое побледневшее лицо, сжимает мою руку и делает знак, призывая к молчанию.

Внутри, за стеклом, Клаус и незнакомка продолжают свой жуткий разговор. Женщина говорит о деталях, о времени, о месте. Она кажется безжалостной и холодной, словно паучиха, плетущая сеть вокруг своей жертвы. Клаус слушает ее, хмурясь, но не возражая. Он явно готов пойти на это.

– Оборотень не сможет перекинуться обратно, как только средство подействует, – говорит женщина. – Он попытается утащить ее, потому что в этой фазе ничего не будет соображать, инстинкты выйдут на первый план. У тебя будет несколько минут, пока все носятся в панике. И помни, только пятый выстрел должен попасть в нее, иначе невозможно будет списать все на случайность, – настойчиво повторяет она.

– Значит, все нужно сделать, когда рядом будет достаточно свидетелей, готовых подтвердить, что все произошло случайно, – говорит Клаус.

– Устрой званый ужин, – пожимает плечами женщина. – Найди веский повод!

– Тут и повод искать не нужно – приглашу в гости Велерского, он давно присматривается к моему поместью и явно хочет осмотреть его получше.

– Дракон в свидетелях – это идеально, – кивает женщина.

Они говорят еще и еще, осуждая все варианты развития событий, а затем Клаус решительно встает и подходит к женщине:

– Достаточно. Я все запомнил.

Он вытаскивает шляпную булавку, снимает с незнакомки шляпку, и ее темные блестящие волосы рассыпаются по плечам.

– Вот гад, – вырывается у меня, и Клаус, вздрогнув, устремляет тяжелый взгляд в сторону замаскированного окошечка.

– Ты слышала? – спрашивает он сообщницу.

– Похоже на женский голос, – подтверждает она.

Клаус делает шаг, и бандерша, сразу же проведя ладонью по стеклу и восстановив тишину, тянет меня за руку прочь. Она идет удивительно проворно для своих габаритов, а выбравшись в холл, сообщает:

– Я же предупреждала! Плати двойной тариф.

– Вот, не возмущайся, – кладу ей на ладонь еще монеты.

Получив плату, маман успокаивается и негромко замечает:

– Влипла ты, красотка!

– А ты знаешь эту женщину?

– Понятия не имею, что за фифа. Ни разу не видела. И непонятно, как она сюда вошла! Велю охране поймать на выходе и расспросить.

– Узнаешь, кто она – хорошо заплачу за беспокойство, – обещаю я.

– По рукам, – в глазах бандерши мелькает нечто напоминающее симпатию. – Что сама-то делать будешь? Лучше бы тебе скрыться в надежном месте…

– Нет, – усмехаюсь я. – Не в моих привычках сбегать от всего…

Выхожу на улицу и сажусь в карету.

Пока мимо несутся дома и деревья, размышляю, с чего начать. Надо сообщить Юстасу, что его тоже вовлекут в эту схему. Не очень понятно, как именно, но он-то наверняка больше знает о природе оборотней и сможет подсказать, что это может быть. Жаль, я не успела рассмотреть лицо женщины, но голос я точно запомнила.

Возвращаюсь в поместье уже успокоившейся и полной решимости.

Эта ночь будет долгой. Нужно все обдумать, взвесить каждый шаг. И подготовиться к тому, что каждый день может стать последним в моей жизни. Но я выживу. Я должна выжить.

Глава 23. Старая гостиница

– Чем обязан высоким гостям? – встревоженно спрашивает хозяин гостиницы, выбегая нам с Юстасом навстречу.

Экипаж дважды увяз в песке на дороге, пока пробирался к этому домику за мысом. Юстасу пришлось перекинуться и впрячься вместо одной из лощадей, чтобы выдернуть колеса из трясины.

Это заняло какое-то время, а местные детишки, завидев богатый экипаж с аристократами, тут же помчались разносить новость. Поэтому о нашем приближении вся гостиница узнала заранее.

– Ничем не обязаны, сударь, – отвечаю я с улыбкой, стараясь сгладить его волнение. – Просто захотели лично убедиться в великолепии вашего заведения.

– Позвольте представиться – Одрик Бодуэн, владелец этого… – хозяин запинается, подбирая слово, – …райского уголка.

На райский уголок мало похоже, если только не использовать формулировку «рай в шалаше».

Строения довольно старые, только сама гостиница добротно подлатана. А вот лодочные сараи и еще несколько подобий бунгало дальше по берегу – какое-то архитектурное недоразумение. Кажется, они могут рассыпаться от одного прикосновения.

– Рад приветствовать столь именитых гостей в моем скромном владении, – продолжает Бодуэн, нервно потирая руки. Его взгляд мечется между мной и Юстасом. – Надеюсь, ваше путешествие не было слишком утомительным.

– Отнюдь, – отвечаю я, – дорога была живописной, а компания – приятной.

Хозяин гостиницы облегченно вздыхает. Похоже, моя непринужденность немного успокоила его.

– Позвольте предложить вам лучшие апартаменты, – говорит он, указывая в сторону входа в гостиницу. – Там вас уже ждет свежая вода и прохладительные напитки.

– О, мы только посмотреть, – улыбаюсь я. – Живем поблизости, а ни разу не были в этом месте.

Мелькнувшее в глазах хозяина разочарование мгновенно исчезает, когда Юстас достает кошелек и протягивает ему пару монет. Убрав плату, тот бодро ведет нас в гостиницу. Наверняка про себя решил, что это очередная блажь богатеев, и теперь просто выполняет то, что от него ждут.

Мы следуем за ним внутрь. Внешний лоск гостиницы не может скрыть ее обветшалость, а нервозность хозяина вызывает подозрения, что все обстоит еще хуже, чем кажется.

Внутри гостиница выглядит еще более удручающе. Тусклый свет, облупившаяся краска на стенах.

Запах затхлости и старого дерева витает в воздухе, смешиваясь с едва уловимым ароматом дешевых благовоний, призванных, очевидно, замаскировать неприятные запахи. Вижу, как Юстас украдкой морщит нос – оборотню все эти запахи наверняка кажутся гораздо более сильными, чем мне.

Бодуэн, стараясь скрыть неловкость, рассыпается в любезностях, попутно вытирая пыль с шатких столов и поправляя криво висящие картины.

– Для постояльцев мы готовим сами, – по пути сообщает он, видимо, решив блеснуть хоть каким-то преимуществом. – У моей жены диплом по кулинарной магии! И помощницу я взял толковую.

Наконец, хозяин останавливается перед дверью в дальнем конце коридора и, заикаясь, сообщает:

– Это… это лучшие апартаменты в нашей скромной обители. Все удобства к вашим услугам, – он нервно скребет в затылке и, словно извиняясь, добавляет: – Вот бы ремонт хороший, цены б не было!

Отперев дверь, Бодуэн пропускает нас вперед.

Комната небольшая, с низким потолком и узким окном.

Обстановка в комнате под стать общему впечатлению от гостиницы: кровать, покрытая выцветшим покрывалом, покосившийся шкаф с отваливающейся дверцей и стол и исцарапанной столешницей. В углу примостился умывальник с ржавым краном, а рядом с ним – видавшее виды зеркало с облупившейся амальгамой.

Зато вид из окна просто сногсшибательный!

Буйная зелень, скалы, вода, мерцающая на солнце, и уходящая вдаль полоса пляжа – все дышит покоем и безмятежностью. Это как шикарный холст, на котором не хватает нескольких деталей для завершения картины.

Завораживающая красота природы резко контрастирует с убогостью комнаты, создавая странное, почти сюрреалистичное впечатление.

Подхожу к окну, и на мгновение все остальное перестает существовать. Забылись и затхлый запах, и облупившаяся краска, и нервозность Бодуэна. Остается только море, облака и ощущение невероятной свободы.

Бодуэн, словно боясь нарушить эту идиллию, замирает у двери, не решаясь что-либо сказать. Он лишь виновато улыбается, а затем тихонько кашляет, привлекая наше внимание.

– Сколько у вас посетителей в день? – спрашиваю я и по ошалелому взгляду хозяина понимаю, что размахнулась с вопросом. – Так, ладно, сколько в месяц приезжает?

Бодуэн переминается с ноги на ногу. Видно, что вопрос застал его врасплох. Он явно не привык к такому прямому интересу. Наконец, собравшись с духом, он неуверенно отвечает:

– В месяц… Ну, знаете, по-разному бывает. Зависит от сезона. Иногда двое-трое, а иногда и никого. Как вот сейчас.

Он смотрит на меня с надеждой, словно ожидая понимания. Я же, стараясь не выказывать разочарования, киваю. Цифры говорят сами за себя: гостиница явно переживает не лучшие времена. И дело тут, очевидно, не только в отсутствии ремонта.

– Понятно, – говорю я, отворачиваясь обратно к окну. – Что ж, спасибо, что показали комнату. Вид действительно прекрасный.

Бодуэн облегченно вздыхает и, кажется, даже немного расслабляется. А мне нужно время, чтобы обдумать увиденное. С одной стороны, убогость гостиницы отталкивает, с другой – этот вид из окна… Он словно притягивает, обещает покой и умиротворение.

– Слушай, ничего лучше все равно в окрестностях нет, – шепчет мне Юстас. – Ну хочешь, я тогда вложусь, если ты не готова рисковать?

– Да ладно, – насмешливо смотрю на оборотня. – Тоже хочешь быть в деле?

– Раз уж мое поместье герцога с его соратниками не интересует, заработать на нем я не смогу, – пожимает плечами Юстас. – Да я и не собирался его продавать, по правде говоря, разве что часть сдать в аренду. А тут – такая возможность рискнуть и начать что-то новое!

Его азарт передается мне.

– Хорошо! – и я оборачиваюсь к Бодуэну. – У нас к вам очень интересное предложение… И я уверена, что вы сможете оценить его по достоинству!

Глава 24. Покушение

– Ты всю неделю была странной, дорогая, – громко и очень нарочито смеется Клаус, поправляя манжеты праздничного камзола. – Как будто у тебя появился секрет от меня!

– О да, – мило улыбаюсь в ответ. – Это сюрприз!

– Да ты меня балуешь, – хмыкает он.

Мы смотрим друг на друга в упор.

Его ухмылка скользкая, как змея, заползшая под камень. Подозревает ли он что-то? Или просто играет в свою излюбленную игру – заставляет меня нервничать. Я не подам виду. Соберу всю волю в кулак и продолжу играть свою роль.

– Ты же знаешь, как я люблю удивлять, Клаус, – продолжаю я, сохраняя ровный тон. Внутри все в напряжении, но снаружи – лишь спокойствие и легкая улыбка. – Сегодня особенный день, и я хотела, чтобы он запомнился тебе навсегда.

Он делает шаг ко мне, его глаза сверкают недобрым огнем. Я не отступаю. Пусть видит мою уверенность. Пусть думает, что он контролирует ситуацию.

– И что же это за сюрприз? – его голос сочится сарказмом. – Неужели ты решила представить мне своего нового фаворита? Тут до меня дошли слухи, что тебя видели в обществе некоего маркиза…

– Ты узнаешь совсем скоро, – отвечаю я, отворачиваясь, чтобы скрыть волнение. – Просто наберись немного терпения… О, уже едут!

Первые гости показываются на подъездной аллее. Мы приветствуем их, стоя у входа, дом наполняется шумом.

Весь вечер Клаус не сводит с меня глаз. Он будто ждет, когда же я выдам себя, совершу ошибку. Но я безупречна. Приветствую гостей, смеюсь над шутками, танцую вальс под взглядами завистливых дам. Внутри меня бушует ураган, но снаружи – лишь отполированная до блеска светская львица.

Я не знаю наверняка, чем закончится этот вечер. Слишком много непредсказуемых участников замешано в этой истории. Но я знаю одно: сегодня я буду веселиться, танцевать и радоваться жизни.

Вскоре прибывает герцог Велерский.

Обменявшись любезностями, мы расходимся в разные стороны зала. Сейчас мне не до его стратегических планов. То, что скоро случится, окончательно поставит все точки над i. И только тогда я смогу приступить к переговорам с герцогом.

Вижу, как Клаус переглядывается с какой-то дамой – стройной, элегантной, с рыжими тяжелыми локонами. На вид лет тридцать пять или даже немного больше, но очень ухоженная, можно сказать, холеная.

– Графиня де Лансе, – подсказывает мне невесть откуда взявшийся Юстас. – Можно сказать, официальная любовница твоего мужа. Все знают, но делают вид, что не в курсе…

Забавно, что Клаус изменяет относительно молодой жене с красоткой постарше. Впрочем, это его дело.

И тут до меня доходит очевидное!

Рыжие волосы… Это не может быть его сообщница!

Та совершенно точно шатенка, насколько я смогла разглядеть. И голос у графини де Лансе низкий, с грудными нотками, весьма красивый, совсем не такой, как у той загадочной незнакомки.

– А кто с ней рядом? – смотрю на невзрачную девушку при ней.

– Ее дочь Кьяра.

– Совершенно не похожа, – удивляюсь я. – В отца пошла?

– Там все сложнее, на самом деле падчерица, – хмыкает Юстас. – Это дочь графа де Лансе от первой жены. А теперь, овдовев, графиня пытается пристроить Кьяру побыстрее.

Отвожу взгляд от невыразительной наследницы де Лансе и всматриваюсь в лица двух темноволосых дам, сплетничающих неподалеку.

Одна из них – та миловидная женщина, что пыталась заговорить со мной на приеме у герцога. Она бросает на меня взгляд, в котором видна легкая обида.

– Это баронесса фон Эмерит и ее кузина, – продолжает просвещать меня оборотень. – Кстати, они обе – хорошие приятельницы Арнелии, поэтому слегка недоумевают, почему ты к ним не подошла поболтать.

Вздыхаю и пожимаю плечами. Любая из них может быть тайной сообщницей Клауса. И я совершенно не представляю, как вычислить ее.

Охрана в веселом доме так никого и не поймала. То ли женщине удалось ускользнуть через какой-то боковой ход, то ли… она обладает особыми навыками. Может, в этом мире есть те, кто умеет становиться невидимыми?

Смотрю на гостей и все больше задумываюсь.

Клаус тем временем направляется ко мне:

– Дорогая, не составите ли мне компанию в вальсе? – он протягивает руку.

Преодолев отвращение и мило улыбнувшись, выступаю на паркет с ним вместе. Юстаса отвлекает разговором какая-то дама, и я теряю его из вида в толпе.

Мы с муженьком кружимся по залу под звуки оркестра. Я чувствую его напряжение, его пристальный взгляд. Он пытается что-то высмотреть, что-то узнать. Но я не выдам ни единой эмоции, ни единого намека на то, что знаю о его планах.

Внезапно гаснет свет.

В зале воцаряется полная темнота, лишь слабые лучи луны проникают сквозь окна. Раздается крик. Суматоха. И в этот момент я понимаю, что игра началась.

Кто-то включает свет…

Нет, это в руке герцога вспыхивает пламя! Оно разгорается, освещая всех присутствующих. И в этот миг я вижу, что Юстас перекинулся в волка.

Его шерсть искрится голубоватыми отблесками в полумраке, глаза горят нечеловеческим огнем. Он бросается на Клауса, но тот отскакивает в сторону с невероятной ловкостью. Графиня де Лансе вскрикивает и прячется за спины ближайших кавалеров.

В зале поднимается паника. Дамы визжат, мужчины пытаются защитить их, но все тщетно. Юстас, в обличье огромного волка, крушит все на своем пути.

– Это бешенство! – кричит кто-то в зале, и поднимается еще более громкий крик.

Юстас делает прыжок – и вот его зубы смыкаются на буфе моего платья, клацнув в миллиметре от кожи. Он дергает меня в сторону и тащит по залу к дверям. Ткань трещит. Потеряв равновесие, волокусь по полу, как мешок.

Краем глаза вижу, как Велерский сжимает огненный шар в руке, будто собирается запустить им в Юстаса.

«Не покалечил бы парня», – мелькает мысль, пока тот дергает меня за платье и треплет, словно тряпичную куклу.

– Стойте! У меня есть средство от бешенства! – орет Клаус, перекрывая общий шум.

Гости расступаются, и я вижу, как в руке муженька сверкает та самая трубка с набалдашником.

Выстрелы не заставляют себя ждать. Раз. Искрящийся комок вылетает из трубки попадает в бок Юстаса. Тот дергается, но не отпускает меня.

Вздрагивая от каждого хлопка, я считаю.

Два.

Юстас рычит, но по-прежнему треплет меня, большей частью прикрываясь мною.

Три.

С каждым попаданием зубы Юстаса все слабее сжимают буф моего платья.

Четыре.

Оборотень все еще не хочет сдаваться.

А затем чуть заметным движением Клаус меняет цель.

Я четко вижу, как он направляет артефакт на меня.

«Пять», – проносится в голове, прежде чем раздается оглушительный хлопок…

Глава 25. Тайная игра

За три дня до выстрела…

– Думаю, мой дядя Эрнест сможет все сделать как полагается, – задумчиво говорит Юстас.

– Думаешь или он все-таки точно сможет? – скептически переспрашиваю его.

– Он лучший адвокат во всем герцогстве, – Юстас гордо выпячивает грудь. – И он не боится испачкать руки. Особенно когда речь идет о защите интересов семьи.

Я хмыкаю, не вполне уверенная, что «испачкать руки» – это именно то, что мне нужно в данной ситуации. За последние дни я достаточно натерпелась от людей, готовых замарать руки ради достижения своих целей. Идея о том, что дядя Эрнест может оказаться одним из них, меня совсем не радует.

– То, что меня хотят использовать в качестве повода для преступления, уже само по себе веский аргумент для дяди, – важно добавляет Юстас.

– Но он ведь в курсе всех деталей? – спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Он понимает, что Клаус… ну, несколько специфический противник?

Юстас пожимает плечами:

– Я ему все расскажу. Не про твой секрет, конечно, а про Клауса и его план. Дядя Эрнест – человек понимающий.

– Это хорошо, если понимающий, – эхом вторю ему, а сама погружаюсь в размышления о том, что званый ужин пройдет в невероятно опасной обстановке.

За последние сутки я улучила момент, когда Клаус снова отлучился, и перерыла все документы, которые только смогла найти. И несколько писем оказались очень к месту.

Это были документы о тратах и переводах больших сумм, и все это явно указывало на хитрые махинации под видом благотворительности. А началось это с того момента, когда Клаус выступил одним из попечителей проекта по исследованию синей чумы.

Мысль о том, что Клаус наживается на чужом горе, вызывала во мне прилив ледяной ярости. Судя по рассказам Юстаса, синяя чума унесла жизни тысяч людей (и не-людей), и видеть, как на этой трагедии делают деньги, просто отвратительно.

Недолго думая, я просто вытащила все документы из тайника и передала Юстасу. Да, рискованно, но именно эти доказательства могут стать той самой искрой, которая разожжет пламя возмездия.

Разумеется, просто отдать их дяде Эрнесту недостаточно. Нужно составить четкую картину, связать все концы и представить доказательства так, чтобы их невозможно было оспорить.

И вот теперь осталось совсем немного.

На всякий случай я составляю записку, в которой обрисовываю все детали плана Клауса, и тоже передаю «понимающему дяде». Если у нас ничего не получится, или кто-то из нас погибнет (или даже мы оба), то он даст ход делу.

Теперь нужно быть еще осторожнее и терпеливее. Самое сложное только начинается. Но я уверена в себе и в своем успехе. История меня научила, что нет ничего невозможного, если действовать с умом и хитростью.

Юстас, словно не понимая, какая опасность нависла над нами обоими, с удовольствием отпивает из бокала и продолжает рассказывать о своей семье. Информация интересная и очень познавательная, но я то и дело отвлекаюсь на размышления.

Я слушаю Юстаса вполуха, стараясь запомнить имена и связи. В этой паутине родственных отношений, интриг и обязательств наверняка скрываются ниточки, которые могут пригодиться в будущем. Но сейчас мои мысли заняты предстоящим званым ужином и тем, как собрать улики против Клауса.

Надо учесть каждую мелочь, продумать каждое слово. Клаус не дурак, и он наверняка предвидел возможность разоблачения. Поэтому мои аргументы должны быть безупречными, а улики – неопровержимыми. Перебираю в уме различные сценарии, представляю возможные вопросы и возражения, готовила контраргументы.

– А когда мы со всем разберемся, можно будет отпраздновать это пикником на побережье, – улыбается Юстас, хищно поглядывая на меня.

– Ты опять? – слегка морщусь. – Мальчик, сбавь обороты!

– Ха, вот эта фразочка была одной из любимых у Арнелии! – скалит безупречно-белые зубы в улыбке загорелый красавчик. – Вы с ней все-таки больше похожи, чем я думал! Значит, и я тебе тоже понравлюсь!

Улыбка Юстаса становится шире. В его глазах пляшет огонек, а тон, которым он произносит имя Арнелии, говорит о многом. Пытаюсь вернуть разговор в более безопасное русло.

– Юстас, я ценю твое общество, но сейчас у меня голова забита другим. Пикники и прочие развлечения подождут, пока мы не покончим с Клаусом.

Поставив бокал, Юстас наклоняется ко мне, и я чувствую его дыхание на своей щеке:

– А может, ты просто боишься признаться, что я тебе уже нравлюсь?

– Давай отложим подобные обсуждения на потом, – отвечаю, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

Юстас смотрит на часы, как раз издающие первый щелчок перед тем, как огласить комнату звоном, и вздыхает:

– Как быстро течет время в твоей компании! Ладно, я пошел, потом продолжим!

Он поднимается с грацией дикого зверя, лениво заносит ногу над подоконником и, подмигнув на прощанье, прыгает вниз.

Любопытство пересиливает, и я бросаюсь посмотреть: так и есть! Он спокойно приземляется на все четыре, не меняя ипостаси, и неторопливой походкой идет через парк. Красивый зверюга даже в человеческом облике, что и говорить…

Но почему-то меня к нему не тянет! Наверное, дело в том, что я смотрю на него с высоты прожитых лет. Он по-юному азартен, местами безрассуден и вообще слишком молодой для меня.

Оставшись одна, позволяю себе немного расслабиться. Сажусь на кровать и закрываю глаза. Что ждет меня в этом мире? Смогу ли я разгадать тайны Арнелии и выжить? Или стану жертвой интриг и заговоров?

Зову служанку, чтобы помогла переодеться к ужину.

Она быстро подтягивает шнуровки на очередном платье из гардероба Арнелии, которое я сегодня решила примерить.

– Слушай, я раньше была не очень доброй к тебе, – говорю ей, поправляя бантики на корсете. – Но я прошу простить за все прошлое. Обещаю не обижать тебя.

Ошалелый взгляд служанки говорит о многом.

– Спасибо, госпожа, – шепчет она и быстро убегает из комнаты, видимо, боясь, что это какой-то новый задвиг ее светлости.

А я смотрюсь в зеркало и в который раз наслаждаюсь увиденным. Поездка на курорт действительно пошла мне на пользу! И, возможно, я даже смогу найти свое место в этом чужом и опасном мире.