Текст книги "Укрепрайон (СИ)"

Автор книги: Герман Романов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31

– Управления большей части расформированных механизированных корпусов пойдут на укомплектование штабов новых армий. Ставкой принято решение о развертывании за Днепром Резервного фронта, в который пять из состава этих армий, и будут включены. Две армии предназначены для поддержки Юго-Западного фронта, в составе которого останется и 16-я армия генерал-лейтенанта Лукина, которая ввязалась в сражение за Шепетовский укрепрайон. По одной армии получат все остальные фронты – Северный генерал-лейтенанта Попова, Северо-Западный генерал-полковника Кузнецова и Южный генерал-полковника Черевиченко. На укомплектование данных армий переданы все «пустые» управления стрелковых корпусов с формируемыми для них стрелковыми бригадами, прибывающие из внутренних округов соединения. А с середины августа и развертываемые сейчас по мобилизации резервные дивизии, которые к этому сроку будут достаточно подготовлены. Кроме того, действовавшие в составе нашего фронта оперативные группы переформированы – Лепельская генерал-лейтенанта Евдокимова в 34-ю армию, а Себежская группа генерал-майора Маркова стала 39-й армией, но командовать ей будет генерал-лейтенант Болдин. Ставкой принято решение восстановить на основе вышедших из окружения войск и штабов 10-ю и 3-ю армии, при их прежних командующих. На укомплектование данных армий будут отправлены сводные бригады из понесших большие потери дивизий, а также имеющиеся у нас резервы.

Присутствующие на совещании генералы переглянулись – наращивание сухопутных войск после объявления мобилизации приняло взрывной характер. Причем, большая часть развернутых соединений была представлена исключительно стрелковыми бригадами – процесс их создания пошел безостановочно, с лихорадочной спешкой. Из каждой стрелковой дивизии буквально выдирали стрелковый и легкий артиллерийский полки, однако взамен направляли запасные полки, которые теперь комплектовались не только во всех внутренних округах из батальонов и рот, но больше в самих армиях, что дрались с немцами. На фронты беспрерывно направлялся поток мобилизованных, причем уже отслуживших раньше в рядах РККА, а потому знакомых с военным делом отнюдь не понаслышке.

Маршал Тимошенко остановился, посмотрел на всех тяжелым взглядом – было видно, что Семен Константинович, только вернувшийся из Москвы, заметно нервничает. После небольшой паузы он заговорил снова:

– Ставка приняло решение сформировать главные командования стратегическими направлениями. Северо-Западное возглавит маршал Ворошилов, в составе двух фронтов, Балтийского и Северного флотов. Юго-Западное маршал Буденный – в подчинении также два фронта, Черноморский флот и Дунайская флотилия, и находящиеся в Крыму войска. Западным направлением поручено командовать мне. В его составе будут три фронта – Западный, Резервный маршала Кулика, который вышел из окружения, и Центральный. Последний предстоит развернуть из армий южного крыла нашего фронта – 13-й, 21-й и 4-й в Полесье с Пинской флотилией, а также восстановленной 10-й армий, которая пока будет пребывать в резерве. Командующим фронтом назначен генерал армии Тюленев, он скоро прибудет к войскам. В состав Западного фронта войдут 39-я, 22-я, 34-я, 20-я и 19-я армии в первой линии, 3-я армия будет находиться в Смоленске на пополнении. Я продолжу командовать фронтом и направлением одновременно.

Теперь было сказано главное – управление войсками практически восстановлено, а разгромленные в приграничных боях соединения уже заменены, причем в значительных размерах. Но это касательно пехоты – перед войной в составе РККА насчитывалось почти семьдесят управлений стрелковых корпусов и без малого две с половиной сотни стрелковых соединений, не учитывая воздушно-десантные бригады. Однако теперь за счет бригад численный состав инфантерии значительно увеличился, что напрямую сказалось на количестве армий – вместо четырех их стало десять, и это без пяти армий Резервного фронта, который вытягивался второй линией в тылу.

– Противник готовит новое наступление – на Березине сосредотачиваются обе танковые группы – полтора десятка дивизий, из них девять танковых. Наступление начнется в ближайшие дни, тут стоит поверить поступающим от разведки данным. Вместе с танковыми группировками будут действовать полевые армии противника – в центре 2-я, по флангам 9-я и 4-я. Это примерно четыре десятка пехотных дивизий, против которых у нас уже сорок пять полностью боеспособных, еще девять восстановленных, и порядка пятидесяти бригад, практически сформированных, и большей частью находящихся на позициях. Что касается состояния наших танковых войск, то об этом пусть лучше расскажет мой заместитель.

Тимошенко развернулся и посмотрел на бывшего командующего Западным фронтом Павлова, который тяжело поднялся, будто на его плечах неимоверную тяжесть положили. На черных петлицах с эмблемой танка по три золотистых звездочки, под орденами на кителе отсутствует депутатский значок. Разжаловали генерала армии в генерал-лейтенанты, исключили из партии – и за дело, за подобные ошибки расстреливать нужно. Но видно пожалели, дали возможность искупить вину.

– В ходе контрнаступления 5-й и 7-й мехкорпуса понесли значительные потери и отведены во вторую линия для переформирования. Собственно механизированные корпуса расформировываются полностью, но двенадцать из них станут танковыми, с иным, значительно сокращенным составом в три бригады. Моторизованные дивизии становятся стрелковыми – танковые полки изымаются, добавляются запасные. Все танковые дивизии реорганизуются в бригады – в них остается по два танковых полка, но по штатам, которые были в кавалерийских дивизиях. Вместо мотострелкового полка отдельный батальон, от гаубичного полка остается дивизион. Также сокращены по штату дивизионные службы и тылы. В бригадах будет до сотни танков Т-34 и БТ, два десятка бронеавтомобилей. Тяжелые КВ и легкие танки Т-26 передаются в отдельные танковые полки, которые предназначены для непосредственной поддержки пехоты на поле боя. В подчинении штаба фронта пока два танковых корпуса, еще три находятся на переформировании. Все разгромленные дивизии также будут переформированы в бригады, но ближе к осени.

Особой уверенности в голосе Дмитрия Григорьевича не слышалось, видимо сам хорошо понимал, что производство новых танков не сможет восполнить потери, а количество танков устаревших типов в войсках стремительно сократилось. А так как Т-26 и БТ уже не производят, а новых легких танков для их замены пока нет, то надежды на восполнение былой мощи абсолютно беспочвенны. Так что придется воевать пехотой и артиллерией, ничего другого просто не остается. Немцы ждать не будут, скоро навалятся со всей силой, а танков мало. Но еще хуже ситуация с авиацией – теперь самолетов стало намного меньше, счет давно идет не на сотни, а на десятки. Количество эскадрилий в полках сократилось с четырех до двух, а число самолетов уменьшилось втрое – до двадцати. И тут ни одни спешные меры не помогут – война в воздухе проиграна «вчистую», люфтваффе срывает любую наступательную операцию советских войск, так что приходится только отбиваться, стратегическую инициативу не перехватить…

Такие картины наблюдали практически на всех аэродромах приграничных округов в трагическом июне 1941 года. И четкого ответа на вопрос почему так все случилось, до сих пор нет…

Глава 32

– Ничего серьезного противник провести не сможет, если оборона достаточно насыщена войсками, а за первой линией есть вторая, с противотанковыми средствами и механизированными соединениями. Танковым колоннам необходимо вырваться на простор, сокрушать тылы, действовать очень быстро, и тем сеять панику, вносить неразбериху в управление войсками. Но сейчас ничего страшного, я думаю, произойти не сможет – за Друтью полноводный Днепр, его быстро не форсируешь, а там как раз «второй эшелон» из стрелковых корпусов. И отведенные туда же на переформирование танковые бригады достаточно сильного состава. Авиация, правда, у нас повыбита, но так в обороне сидеть свои плюсы, а бригады не корпус, на марше налетами не накроешь, тут никаких «лаптежников» не хватит…

Евдокимов не договорил, сильно тряхнуло здание, тут можно было не сомневаться, что попал 150 мм снаряд. Но старинный купеческий особняк был построен крепко – до революции на материалах не экономили. А богатых людей хватало – от Западной Двины через три перевалочных канала шел водный путь на Березину, но после начала массового строительства железных дорог Лепель стал хиреть – они прошли в обход городка. А единственная ветка, проложенная от Орши, имела чисто военное предназначение в целях подготовки к столкновению с белопанской Польшей, которое маршал Тухачевский считал неизбежным. Видимо, хорошо запомнилось Михаилу Николаевичу «чудо на Висле», вот он и стал поступать согласно народной мудрости, насчет горячего молока, на котором немудрено обжечься.

– Как ты считаешь, Василий Павлович, когда немцы на штурм пойдут?

– А ты как думаешь, Александр Трофимович?

Евдокимов ответил вопросом на вопрос, и, хмыкнув, внимательно посмотрел на начальника штаба армии. Карьера у того задалась – месяца войны не прошло, как полковник Плешков стал генерал-майором, и с дивизии перешел не просто уровнем выше, перепрыгнул через «ступеньку», минуя корпус, и сразу на армию. Но как военный профессионал, и очень деятельный помощник, способный и посоветовать, и поспорить, проработать ситуацию в деталях, и вовремя предпринять меры. К тому «уровец» – задачам по обороне в дивизии уделялось первостепенное значение, и в этом плане она была подготовлена намного лучше подавляющего большинства соединений, и таких было мало – 24-я Галицкого, 41-я Микушева и еще пара-тройка соединений, где комдивы действительно разбирались в обороне, и уделяли ей должное внимание, готовя к войне подчиненных. А это одно свидетельствовало о том, что люди недюжинного мужества, особенно в системе, где «своих» опасаются больше, чем любых врагов.

– У немцев корпус без осадной артиллерии – нет тяжелых калибров – от 210 мм мортир до 170 мм дальнобойных пушек. Пока нет, но возможно подтянут, чтобы действовать наверняка – они уже знают, что у нас тут нет долговременных фортификационных сооружений из бетона. Тогда разнесут все вдоль и поперек, а сейчас штурма не стоит опасаться. В любом случае мы его отобьем, пусть не сразу, но отразим первый приступ и позиции удержим. У противника ведь три дивизии, у нас четыре, пусть меньших по составу на четверть, но вполне сопоставимых по общему числу артиллерии.

Последнее являлось верным – внесение поправок в апрельский штат дивизий оказалось не столь радикальным, как ожидал Евдокимов. Орудий действительно стало немногим меньше, чем прежде, но превосходства противника в числе стволов незначительное. На «сокращенный» штат, введенный Генштабом на фоне июньских катастроф, перешли, но он не такой разительный, какой был введен Жуковым в той истории. Легкий артиллерийский полк теперь решено вернуть обратно, но уже пяти батарейного состава, исключительно из трехдюймовых орудий – развертывать надлежит на базе 3-го дивизиона, в который добавили имеющиеся батареи из первых двух дивизионов. Оставили гаубичный полк, но также сократили до пяти батарей – из 152 мм мортир и 122 мм гаубиц устаревшего типа. То есть четыре десятка стволов совокупно – в германской дивизии чуть больше, да и солидней калибром – 36 105 мм и дюжина 150 мм гаубиц в полку. Да и по личному составу на 25% меньше – двенадцать тысяч против шестнадцати. И что сильно удивило Евдокимова – генерал армии Жуков, по сути, по какому-то наитию прислушавшись к нему, ввел штат 1945 года, только без минометного полка. Но за минометами дело не встанет – это «артиллерия для бедных», очень дешевая, по сравнению с орудиями, но не отличаются дальнобойностью и точностью. Зато их можно делать в огромных количествах, что и произошло в истории, и уже в конце 1942 года производство стали достаточно серьезно «притормаживать», когда счет пошел на десятки тысяч.

– К тому же у нас есть две тяжелых артиллерийских бригады, этого вполне достаточно, хотя в них осталось орудий как в прежнем полку.

Впервые в голосе Плешкова послышались нотки сарказма – произошло переформирование корпусных артиллерийских полков в бригады, состоящие из трех-четырех отдельных дивизионов 152 мм МЛ-20 и 122 мм пушек А-19. Теперь они стали придаваться исключительно армиям, а в стрелковые корпуса вводились пяти батарейные полки из новых 152 мм гаубиц М-10 и устаревших, зато дальнобойных 107 мм пушек. И вот эта реорганизация действительно оказалась новшеством со стороны руководства РККА – корпусная артиллерия в РККА, как хорошо знал Евдокимов, была полностью упразднена летом 1941 года, и ее восстановили только в 1943 году. Но тут пришлось импровизировать, так как корпуса оставили, переведя на бригадный штат.

– Так что отобьемся, Василий Павлович, мы в обороне засели, а немцам в лоб атаковать позиции крайне неприятно, причем, не имея возможности для развертывания, их леса и болота стискивают. Так что первый штурм отобьем, а второго не последует, тут можно ручаться.

– От чего такая уверенность, Александр Трофимович?

– Все просто – от двух танковых групп маршалу не отбиться на Березине, придется отступать к Днепру и на Витебск. Мы станем очень уязвимы для вражеских танков с восточного направления. Именно оттуда удар и последуют через несколько дней после начал наступления.

– Будем надеяться на лучшее, но на всякий случай приготовимся к худшему – на войне разные сюрпризы случаются…

Гаубица М-10 была принята на вооружение перед началом 2-й мировой войны – успели сделать свыше одной тысячи ста штук. Ее укороченный вариант ставили на танк КВ-2. С упразднением корпусов она оказалась ненужной, а для дивизий слишком тяжелой – вес четыре с половиной тонны. Но в 1943 году ствольную группу установили на лафет 122 мм гаубицы М-30, вес системы облегчился почти на тонну, правда, ствол получил дульный тормоз. И это орудие под обозначением Д-1 до сих пор не только кое-где состоит на вооружении, но даже воюет…

Глава 33

– Да, именно 28-е июня, может быть 29-е, не позже. Я еще ничего толком не сделал, но семена сомнений в начальнике Генштаба начали произрастать. Наверное, с того момента были остановлены все эти контрудары, и Жуков принял решение концентрировать войска на подготовленных рубежах. Тут и Полоцк с Лепелем, и Березина, но главное Псков с Островым.

Евдокимов говорил сам с собою, но как ни странно – укрепрайоны на «старой» границе в большинстве своем держались, и противник не прошел по ним парадным маршем, даже толком не заметив сопротивления. Характерны события в Пскове, где дислоцировался до войны 1-й механизированный корпус. За четыре дня до нападения на СССР из него извлекли 1-ю танковую дивизию, и отправили на Кандалакшу – понятно, что не для обороны Заполярья. Вот только для наступления дивизия не годилась, в тамошних краях лучше действовать взводами, максимум ротами. Затем с началом войны всему корпусу устроили «пробежку» до Ленинграда, потом обратно – несколько десятков танков застыло по дороге, им требовался ремонт. Череда странностей для товарища Жукова, о которых он как-то не пожелал вспоминать, и тем более размышлять над ними.

И когда 26-го Манштейн оказался в Двинске, началась нездоровая суета – бросили в бой 5-й ВДК и направили боевые группы из состава недоукомплектованного 21-го корпуса, и те, понятное дело, своими атаками ничего толком не добились, кроме напрасных потерь. С запозданием направили 163-ю моторизованную дивизию, причем погрузили ее в эшелоны. Вот только немцы уже «вскрылись» на плацдармах и дивизию просто разгромили на марше, и Рейнгардт со своим корпусом направился к Острову. В то время 3-ю танковую дивизию «раздербанили» по «милой привычке» тех дней – выдергивали батальоны и полки для прикрытия направлений, которым противник и не думал угрожать. От соединения остались полторы сотни танков без всякой мотопехоты. И как всегда последовало очередное запоздание – 41-й корпус генерала Кособуцкого подходил к 25-му укрепрайону последовательно – вначале одна дивизия, за ней другая, потом третья. И также последовательно, одну за другой немцы их громили. После чего дорога на Ленинград была ими открыта – там только начали возводить Лужский рубеж и формировать армию народного ополчения. Примерно та же картина на Западном фронте, чего стоит «увертюра» с выдвижением 21-го и 47-го корпусов. Так что можно обвинить Кузнецова и Павлова, вот только когда случаев много, становится ясно, что командующие фронтами выполняли чье-то прямое указание. Вместо того, чтобы гнать все эти корпуса на убой, чему противник только радовался, ведь он получал великолепную возможность крушить советские войска по частям, нужно было остановить выдвижения и занять позиции на «линии Сталина», вдоль укрепрайонов. А судя по директивам Генштаба, тогда всякая «ориентация» была потеряна, «мозг армии» стал совершенно неадекватным. И в таком состоянии пребывал, пока не сменили руководителя. А вот сейчас пошли «странности», только знаки поменялись с минуса на плюс. Дивизии 1-го мехкорпуса успели занять укрепления Пскова и Острова, а в них танков столько же имелось, как у немцев во всей 4-й танковой группы. С Кингисеппского укрепрайона перебросили 191-ю стрелковую дивизию, а ведь та должна была там стоять, оберегая побережье от возможной высадки финнов – абсурдней задачи и представить невозможно. Успели выдвинуть и 16-ю стрелковую дивизию – тоже занималась подобными экзерсисами. И успели собрать четыре дивизии, подъехала и 111-я из 41-го корпуса. Успели вывести за реку Великую 22-й и 24-й «эстонский» и «латышские» корпуса, каждый в несколько тысяч бойцов, русских и евреев. Всех местных «националистов» хорошенько «вычистили», успели провести «спецмероприятия». И Рейнгардт со своими тремя дивизиями нарвался – и стороны принялись за «темповую игру», которую немцы проиграли. И потому, что бросили на Себеж и Опочку 57-й корпус Манштейна – а в укрепрайоне была не одна, а две дивизии, ведь 186-ю не пришлось снимать с позиций и спешно отправлять к Двине, когда Лепель остался совершенно без защиты. Причем, в это же время 153-я дивизия Гагена бесцельно стояла на позициях у Витебска в той истории, когда немцам до города было топать и топать.

Сейчас все иначе – в Генштабе прекратили делать ошибки, и «странности» закончились с началом июля. Под Псковом и Островом шли жестокие бои, туда перебросили остатки дивизий 11-й армии, развернули 35-ю армию из Псковской оперативной группы. И все стала определять логистика – из Ленинграда подкрепления пошли гораздо быстрее, чем из Восточной Пруссии. В «Северной Пальмире» подошли к делу серьезно, как в прошлый раз, но стали собирать не дивизии народного ополчения, а формировать два десятка стрелковых полков, которые отправляли на Перешеек и в Карелию. Против финнов им сражаться было сподручней, те не имели того уровня оснащения как немцы, и местность для многих была знакомой по «зимней войне». А оттуда увозили к Пскову и Острову стрелковые дивизии или выделенные из их состава бригады. Так что немцам придется штурмовать тамошние укрепрайоны, как и здешние, вот только это непростая для них задача – нет превосходства, более того, СЗФ превосходит группу армий «Север» своими силами, по крайней мере, вдвое, если верить Еременко. А не верить нет резона, прекрасно зная, сколько дивизий и бригад выставил один Ленинград. И питерские заводы сейчас начали гнать продукцию в циклопических объемах – одних полковых трехдюймовок, как Василий Павлович точно знал, там с июля по октябрь сделали две с половиной тысячи, половина от того количества, которое имелось в РККА на начало войны. А еще пойдут с Кировского завода КВ, с июля по сентябрь чуть больше четырех сотен, две трети от всего довоенного выпуска. И если блокады не будет, то над немцами «крышка» захлопнется раньше, и финны не сильно помогут – в одном Ленинграде населения больше, чем во всей Финляндии. И группа армий «Север» самая слабая – всего два десятка пехотных дивизий, а свежих подкреплений против нее уже отправлено не менее десятка дивизий, и потоком пошли бригады. И разбитые соединения теперь быстрей восстановят и вооружат.

– У нас похожие дела также начались, подкрепления отправляются целенаправленно, и очень вовремя, без всяких запозданий. Такое ощущение, что генерал Жуков информацией постфактум овладел. Или из моих намеков Георгий Константинович совсем иные выводы для себя сделал. Именно пехоту с артиллерией усиливают теперь всячески, осознали, что ее нужно очень много, и одномоментно, причем достаточно хорошо вооруженной.

Евдокимов еще раз посмотрел на карту, мысленно представив обстановку – вдоль «старой» границы сейчас шли ожесточенные бои. Псков, Остров, Себеж, Верхнедвинск, Полоцк и Лепель – вытянулись вдоль рубежей. Эти укрепрайоны на «линии Сталина» еще держались, и судя по всему, сейчас в Москве прилагались титанические усилия, чтобы немцы проторчали там как можно дольше. В тот же Мозырьский УР посадили 4-я армию, в Коростеньский 5-ю армию, а до Киева немцы пока не добрались. Ожесточенные бои пошли в Молдавии, но за спиной Южного фронта по Днестру вытянулись четыре УРа – армии отходят именно туда.

На Украине, если судить по оперативным сводкам, прорвали только первый оборонительный рубеж из недостроенных укрепрайонов, а вот перед вторым, сооруженным в начале тридцатых годов, который успели занять выдвигаемые армии, немцы застряли, и, судя по всему, надолго. И дело не в бетонных коробках, вооруженных пулеметами, хотя они тоже играют свою роль. Войск много, не расстроенной пехоты, и хорошо подкрепленной танками – теперь пошла другая крайность применения бронетехники.

– Гомель, Жлобин, Могилев, Орша, Витебск – все эти города сейчас превращают в крепости без всяких шуток. Днепр способствует обороне, армии Резервного фронта именно туда выдвигают. Да, немцы смогут легко овладеть одним-двумя укрепрайонами, пусть и насыщенными полевыми войсками, но ведь не всеми сразу. Банально сил не хватит, у них полторы сотни дивизий всего на весь «восточный фронт». Этого не просто мало, совершенно недостаточно. «Блицкриг» закончился, пойдут «вязкие» бои…

Сами по себе все эти укрепрайоны не сыграли никакой роли в войне – в большинстве своем войска их просто не успели занять, а отступавшие от границы армии их проскочили, не задержавшись. Но если бы выдвигаемые к границы стрелковые корпуса придержали с началом войны, и посадили в укрепрайоны, то вместо погибели на маршах к границе от внезапных ударов танковых дивизий противника, они бы за несколько дней успели подготовиться к обороне, как произошло в Полоцке, вовремя занятом 174-й дивизией…