Текст книги "Мусорщики "Параллели" 5 (СИ)"

Автор книги: Георгий Сидоренко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Глава 2 «Перекрёстные кары»

Процедура «подписания» и последующая ручная синхронизация заняла около сорока минут. При этом подписание, по сути, представляла из себя обычную внутривенную инъекцию. Да, в шприце плавали наноботы, а место укола у Дэвида до сих пор был воспалён и имел неприятный фиолетовый оттенок, но в остальном ничего особенного. А вот последующая корректировка синхронизации была утомительной и напоминала скучную медицинскую аналитическую процедуру. Сидеть в кресле с прикреплённой к шее и затылку присоской, к тому же ещё и больно стягивавшую кожу, было очень неудобно. А постоянные похрапывания и причитания Мичуля у самого уха, не приносили Дэвиду ни удовольствия, ни пользы. Анхель всё это время сидела за центральным пультом с чашкой чая и время от времени отдавала инструкции Вано или сама предпринимала понятные лишь ей действия. Как понял Шепард, устранение проблемы с рассинхронизации и налаживание связи между Подписью и Лицензией прошло без видимых проблем, так что он был рад покинуть столь неприятное и душное место. Но стоило ему и Анхель распрощаться, к всеобщему облегчению обоих, с Мичуля, и выйти в коридор, как его ждало крохотное вознаграждение за томление в душных комнатах Лицензионной. В коридоре, возле среднего лифта, стоял сияющий Бэбил в полном обмундировании командира мусорщиков, с налётом небрежности в каждой складке.

– Ох, и заставляете вы ждать старика, – улыбнулся Бэбил, поднимая правую руку в знак приветствия. Анхель, пребывая в не самом лучшем расположении духа, сначала округлила глаза, а после просияла. Она подбежала и крепко обняла Менделя.

– Дедушка Бэбил! – радостно вырвалось из уст Сины, а после, отпуская Менделя, она спросила его. – Что вы здесь забыли? Разве не Ивару было приказано сопровождать Дэвида?

– Что-то случилось? – спросил Дэвид, подходя к командиру и отдавая ему честь кулаком от сердца. Про себя он был рад, что это будет не Ивар, которого он ещё плохо знал и не мог ему доверять или, тем более не главнокомандующий, чья постоянная хмурость и недоверчивость слишком давили ему на психику. А Бэбил, как понял Дэвид, весьма открытый человек, что для него очень важно.

– О, ничего существенного, – беззаботно ответил Бэбил, хватая Шепарда за руки и начав их радостно трясти. – Кинтаро этой ночью с кем-то подрался, когда патрулировал в отряде поддержки правопорядка. Если кратко: какие-то пьянчуги крикнули ему что-то неразборчивое, а он, вроде как, пребывая в не самом лучшем расположении духа, принял их лепетания за оскорбление и избил бедняг до полусмерти.

– А! – протянула Анхель, закатив глаза. – Ничего нового, – девушка повернулась к Шепарду и тепло, улыбнувшись, сказала. – Ладно, я и так с тобою задержалась, а я ведь весьма занятой человек. Правда тебе, наверное, так не показалось. Не серчай на меня, если что. Мы с тобой ещё обязательно увидимся, и я, надеюсь, что не на этом этаже.

Девушка, помахав ему на прощание, скрылась в левом от них лифте. Дэвиду от этого расставания стало очень тяжело на душе. Он за эти недели привык к общению с Синой, хоть меньше всего этого желал и не желает до сих пор, но…

– Значит так! – радостно хлопнув в ладони, начал Бэбил, смотря на Шепарда сквозь свои непроницаемые круглые линзы очков, – Думаю, тебе в первую очередь интересно знать, где ты будешь жить?

– Думаю, вы правы, командир, – ответил Дэвид, чуть наклонившись вперёд.

– Вот только без этих командиров, прошу тебя, – небрежно отмахнулся Мендель, – Можешь звать меня просто Бэбилом, а что касается твоего нового дома, то можешь считать это удачей, но в одном из домов, недалеко от центрального офиса, недавно освободилась квартира. Один из отставных миротворец вместе с женою решил переехать жить в Рей Сильвию, ближе к Великой жертве. Воздух в Пагодах для них слишком влажный. Их выбор меня позабавил, но это их решение. В общем, это очень хорошая двухкомнатная квартира. Надеюсь, она тебе придётся по душе.

– Буду надеяться, – безразлично ответил Дэвид.

– Ну и здорово! – лучезарно улыбнулся Бэбил, поворачиваясь к лифту. – Но перед этим мы с тобой посетим техотдел и…

– Техотдел? – удивился Дэвид. – Зачем?

– Как это зачем? – не меньше его, удивился Бэбил, нажимая в этот момент на сенсор вызова лифта. Но затем он расплылся в утешительной улыбке, – Будем подбирать тебе оружие дальнего, среднего и ближнего боёв. Оформим арсенал, а также подумаем над тем, как нам побороть твою низкую выносливость.

– Низкую выносливость? Это у меня низкая выносливость? – краснея, недовольно протянул Дэвид.

– Конечно, – невинно улыбнулся Мендель. – Ты слишком часто терял сознание при средней тяжести нагрузок.

– Откуда такое решение? – вновь теряя контроль над собой, но внешне спокойно возразил Дэвид. – Может вам напомнить, что я долгие годы был в бегах и находился в постоянной борьбе со стрессом? Или вам напомнить, с кем многие годы назад я вынужден был иметь дела? Так, что позвольте мне самому решать, насколько я вынослив. И не принижаете ли вы после этого силу Нефертати?

– Нет, не принижаю, – спокойно ответил Бэбил, пожав плечами. – Она с тобой долго игралась, и ей это вышло боком. Ох, наконец, лифт приехал. Не могу отделаться от ощущения, что они за эти годы стали куда медленней работать.

– Подождите, Бэбил, – почти восстановив спокойствие, окликнул старика Дэвид, уже успевшего войти в лифт.

– Что-то не так? – удивился Мендель, нажимая на «Стоп».

– У меня есть одна просьба к вам и один вопрос. И то и другое может показаться несущественным, но я хочу, чтобы вы помогли мне и с первым и со вторым.

– Это зависит от того, что ты хочешь, Дэвид, – серьёзно ответил Бэбил с лёгкой улыбкой на лице.

– Я хочу поговорить с Чуви, серьёзно поговорить, а не так, как это было между нами в последние дни. Ещё меня уже несколько дней интересует то, что называют «четыре перекрёстные кары». Об одной из них, связанной с предательством Трохо Каалкопфа, мне вскользь упомянула госпожа Сина, но я бы хотел узнать об этом чуть подробнее.

– Мгм, – Бэбил перестал улыбаться. Он внимательно всмотрелся в Дэвида, а затем убрал палец со «Стоп» и вышел из лифта. – Устроить встречу с Чуви это без проблем. Он и сам хотел встретиться с тобою сегодня и кое-что обсудить. Говорил он об этом весьма серьёзно, если честно. Что же касается твоего вопроса о «карах», то я действительно не вижу смысла отвечать на данный запрос здесь и сейчас. Это для тебя настолько важно, что ты хочешь поговорить об этом здесь и сейчас?

– Не столь важно, но я хотел бы услышать это именно от вас, человека честного и порядочного, и именно сейчас, – сказал Дэвид.

– Ну… хорошо, – ответил Мендель после продолжительного молчания, во время которого он встал между лифтами и прислонился к стене. Он приподнял очки и вкрадчиво всмотрелся в каменное лицо Шепарда. – Эти четыре большие неудачи нашей организации не являются какой-то либо тайной, пусть многие из нас хотели бы забыть о столь позорных промахах. Но семя наших проблем было заложено намного раньше первой из кар. Если быть точнее, начало им было положено мирным соглашением, которое было подписано на нейтральной территории в Гильгамеше в конце сорок шестого года эпохи Восстановленной Башни, по завершению Второй башенной войны. В качестве компромисса было решено отстранить всех тех, кто, так или иначе, был причастен к двум великим распрям Башни, и в первую очередь Вечных. Точнее это была личной инициативой Чуви. Его подержала госпожа Яирам. Со стороны Рая Осириса также были произведены серьёзные перестановки. Четыре старших септа, во многом причастных к обоим воинам: Инбу-Хедж, Уасет, Хасуу и Нерет-Ресет, были отстранены от власти. Она была передана тем септам, чьи люди заняли нейтральную позицию во время войны, как Именти-Пеху, или тем, кто помог в завершении войны напрямую. В частности – Атон. Также были положены основы для создания Межпространственного совета, который долгие годы, кроме прочего, выполнял дипломатические и миграционные функции. Ну, а «Параллель» с тех пор стала этакой третьей нейтральной силой. Вся тогдашняя власть была сосредоточена в руках главнокомандующего и героя всей Башни – Заки Гьяда.

Гьяда был великим человеком, но порой он действовал чрезмерно радикально и жестоко. И именно эти действия сильно повлияли на его ученика и следующего главнокомандующего – Бэна Гури.

Бэн Гури был достойным человеком. Он сделал многое для сохранения мира во всей Башни, но власть его извратила. Мы, кто стоял у истоков нынешней «Параллели», поняли это слишком поздно и уже не при жизни Гури. Его разведывательная сеть, как внешняя, так и внутренняя, что изначально была гарантом мира, в итоге превратилась в громоздкую и неповоротливую гидру. Она пожирала всё, что считала опасным, но так и не заметила, что пожирает саму себя.

Первым, кто понял всю опасность, исходившую от разведки, был следующий главнокомандующий, печально известный Джянчи Хешанг. Я и Петрос помогали ему, как могли, но почти сразу начали сыпаться одна беда за другой. Худшей из бед стал экономический кризис в Джитуку, который лишь усугубился на фоне застарелых экологических и социологических проблем Уровня. Всё это привело к началу целой россыпи гражданских войн, одна страшнее другой. В один момент ситуация в Джитуку была такова, что могли пострадать соседние Уровни.

Во всей этой суматохе мы не заметили заговора, но не это стало первой карой. Перовой Карой стало предательство тогдашнего главы Научного отдела – Трохо Каалкопфа. Ты говоришь, что примерно знаешь об этом скандале, но всё-таки я уточню. Его уже давно подозревали в зверских экспериментах, а также педофилии. Жаль, что меня уже тогда не было в «Параллели».

– Почему вас не было? – спросил старика Дэвид, всё это время внимательно его слушая.

– Почему меня не было? – переспросил Бэбил и отвёл глаза в сторону, – Мир рушился вокруг нас и я начал испытывать сильнейшую депрессию. Лишь моя любовь, моя жена Марго, была моим утешением. Петрос… Он был слишком занят внутренним противостоянием, а я не хотел грызться с теми, кого считал раньше друзьями, только из-за того, что у них были свои понятия о мире и чести.

В это время, наконец, наступило первое серьёзное затишье в Джитуку, а моя Марго была оттуда родом, и она тянулась туда. Моя любовь сильно горевала по своему дому. И мы решили уехать в Джитуку и заняться восстановлением её родины. А через три года я случайно узнал о том, что было совершено нападение на отряд разведки, прибывший в Блаженные земли для ареста Вечного Хатимана, который долгие десятилетия умудрялся скрываться от всех и сразу.

Это была ловушка. Наших людей встретили с запрещённым оружием, что нельзя было никак достать в то время. Оружие, что глушило Подписи, не позволяя им передавать всё необходимое Лицензиям. Мгновенная смерть. Позднее Петрос мне рассказал, что впервые видел, обычно хладнокровного и спокойного Джянчи столь разъяренным. Этому поспособствовало ещё и то, что Трохо удалось сбежать. Мы до сих пор не поймали его. Но Джянчи уже было не остановить. Он устроил такую чистку в рядах, что от этого всем стало не по себе и заговорщики начали паниковать. Но когда он решил освободить Чуви из Тартара…

– То есть? – удивился Дэвид.

– Ха, а ведь точно, я ведь про это не упомянул, – усмехнулся Бэбил, вновь переведя взгляд на Дэвида. – Вскоре после победы над Осирисом, он по собственной воле отправился в ещё недостроенную тюрьму Тартар, где сам спроектировал для себя камеру, способную сдержать его силы.

– Вы это серьёзно? Но зачем? – ещё сильнее удивился Дэвид.

– Чуви тогда нам сказал: он не меньшая угроза для мира, чем Осирис или Каин. Правда, он поведал нам – близким соратникам, как, в самом крайнем случае, передать ему весточку с особым ключом, что поможет ему освободиться. Джянчи им воспользовался, но враг сумел опередить его на полкорпуса.

Свершилась вторая Кара. Старшие септы Осириса захватили власть в Рае путём государственного переворота. Но довершить начатое, в том виде, в котором эти мерзавцы хотели, у них не вышло. Чуви удалось прорваться прямо в Жемчужные палаты Атонов. Но, к удивлению Петроса, тот не устроил бойню, а начал вести с ними мирные переговоры. Чуви провёл там всю ночь и вышел настолько злой, что, как мне сказал Петрос, медленная ярость Джянчи, по сравнению с этим была ничем иным, как детской обидой. Однако, когда Чуви заговорил с союзниками, он поведал им о компромиссе. Союз старших септов Осириса остаётся у власти, а право на абсолютное вето в Совете теперь есть только у них. Перемещение выше Пагод строго ограничено. Доступ в Грань Каина ещё сильнее ограничили. Они потребовали отставку Джянчи, а на его место поставили своего человека. Также они потребовали себе особый контроль над Обителью Прометея и Пустошами Авеля.

– Но какой им от этого толк?

– Всё очень просто. Осирисийцы до смерти боялись прометейцев, чей праотец вместе со своей женою, праматерью Рей Сильвией, смог остановить и нанести устрашающий урон отрядам нулевых людей, элитным войскам праотца Осириса. Эти солдаты до этого считались непобедимыми. Что же до Авеля. То для этого было несколько причин. Первая чисто экономическая. После Коллапса там стали находить множество редчайших полезных ископаемых. Например адамантий. Другая причина – это особый статус Уровня. Ниже этой земли был только край внутреннего космоса, а за ним внешний истинный космос. И наконец, там, после окончания Второй Башенной войны, жил Вечный Бранэзр, отец Чуви и муж Яирам.

– Я уже про это слышал, – медленно протянул Дэвид, задумавшись. – Отец упоминал об этом… недавно. Бранэзр настолько радикален в своих идеях и настолько популярен среди обычных жителей Башни, что в Совете посчитали нецелесообразным решение отправить его в Тартар. Вместо этого решили запереть его в собственном доме.

– Хорошо подметил, Дэвид, – грустно улыбнувшись, подтвердил Бэбил, – Однако не совсем так. Бранэзр был против того, как был подписан мирный договор, но после долгих бесед с Яирам решил занять нейтральное положение. Однако Чуви попросил нас, перед тем, как он сел в Тартар, неустанно следить за его отцом и, стоит признать, не зря.

Ещё до переворота в Осирисе, для «Параллели» он стал настоящей головной болью. Бранэзр тайно стремился устранить тех, кто противоречил его кодексу справедливости.

– Я это прекрасно понимаю, но почему Чуви пошёл на эти компромиссы, при его силе? Почему вы их до сих пор терпите?

– Я бы сам хотел знать, что произошло той ночью между Чуви и сынами Осириса, но мой старый друг предпочитает помалкивать по этому поводу, упоминая лишь о том, что любые иные действия привели бы к новой Третьей и самой разрушительной Башенной войне.

– Вы хорошо осведомлены о тех днях, хотя вы уже покинули Пагоды, – заметил Дэвид.

– Я хорошо был осведомлён о происходящем лишь до переворота в Рае и немного позже, – хитро улыбнулся в ответ Бэбил, – В последние годы я действительно мало что знал о положении дел в «Параллели».

– Почему?

– Давай в порядке очереди. Хорошо? Значит так. Джянчи был отправлен в отставку и заклеймён, как тиран и глупец. Чуви вернулся в «Параллель», а главнокомандующим был назначен один из главных заговорщиков – Тахос Уасет. И это была большая ошибка для четвёрки старших септов, ибо Тахос был хитрым, но недальновидным воякой и самодуром. Оттого его триумф был недолгим, ведь теперь главнокомандующий не имел столь широких полномочий, как раньше. Это была уловкой Чуви, и сыновья Осириса, не заметив подвоха, согласились на предложение моего хитрого друга. Теперь бедняга Тахос был вынужден делить свою власть с Риши и госпожой Яирам, выступавших в роли исполнительной власти и третьей силы. Но беды Тахоса лишь начались. Его ждал почти повсеместный протест. В том числе постоянные выходки Чуви. Все его попытки подгрести под себя «Параллель» окончились крахом. Чуви в этом никогда не признается, но, я в этом уверен, он позаботился о безопасности всех кого знал в «Параллели».

Однако Тахос оказался крепким орешком и даже иногда брал инициативу в свои руки. Он продержался куда дольше, чем планировали Чуви, но однажды случился инцидент о котором я узнал лишь недавно.

Третьей карой называют очень дерзкую диверсию наёмного убийцы из Джитуку по имени Камо. Он смог проникнуть в организацию, оставаясь никем не замеченным, пока сам себя не выдал, устроив резню на территории Штаба. Как он смог зайти столь далеко, кем был нанят и кто его был целью, мы до сих пор не знаем. Хотя у Чуви с Петросом примерно догадывались кто и ради кого.

– Бранэзр?

– Молодец, хорошее предположение. Можно было предположить, что этим кто-то был из верхушки четвёрки старших септов, да вот только Тахос был в ярости из-за этой трагедии. Но важнее то, что пусть нашим людям с большим трудом и удалось обезвредить Камо, но потери были удручающими. Много убитых, а отец Дзюбэя – Такеши Мусаси, один из самых лучших наших мусорщиков за всю историю, тот кто и остановил убийцу, после сражение стал инвалидом.

– А как же Лицензия?

– Камо это не остановило. Мы так и не узнали, как он уничтожал Подписи, ибо до этого простой физической силой разрушить наноботов, прибывающих в постоянном движении, считалось не возможным. Но самое неприятное это то, что Камо жаждал встречи с Чуви, но его в тот момент не было в «Параллели». Он был на задании.

– Так это Чуви был его целью?

– Что? Ха-ха, нет. Скорей всего его целью был именно Тахос, но вот у Камо были свои цели. Я думаю, он узнал, что Чуви и Чжан Санфэня в тот день не было в организации и это его разозлило. Как бы ни было, но именно это привело к отставке Тахоса. После тех страшных событий, было принято единогласное решение, что место главнокомандующего достанется Петросу, пусть он и сам был против этого. Да и Совет был не против, так как за свою долгую службу в «Параллели» наш Хмурый был уважаем и союзниками и врагами.

– Однако что-то пошло не так?

– Да. Про последнюю Кару я мало, что тебе могу сказать, а Петрос не очень любит про это рассказывать. Но если вкратце, то нас обвели вокруг пальца. Среди нас завёлась шпионка, и она обманула всех и даже Чуви. Правда, в итоге кража была незначительной, но то, как это было проделано, всех впечатлило. Именно после этого происшествия, Совет смог взять над нами вверх. Петрос попытался, да и до сих пор пытается, всё это уладить бескровно, но вот Чуви с тех пор, будто всё надоело. Он всё чаще и чаще ходит на грани допустимого предела, установленного лично им. Однако больше я не то чтобы не скажу тебе, но мы и так задерживаемся. Если есть вопросы, то лучше задай это Чуви, если, конечно, он захочет тебе отвечать.

– Хорошо, – безразлично ответил Дэвид, наблюдая за тем, как Бэбил вновь вызывает лифт, а в голове его всплыли нечаянно украденные воспоминания Чуви, в которых присутствовала некая девушка, и звали её Глицинией.

Глава 3 «Техотдел»

– Добро пожаловать в техотдел, Дэвид Шепард! – весело возвестил Бэбил, в тот момент, когда индикатор замер на перевёрнутой «2» и лифт остановился. Не успел Дэвид выйти, как он тут же замер в сухом изумлении.

– С тех пор, как я связался с вами, я всё больше и больше вспоминаю, что такое удивляться, – с трудом выговорил Шепард, уставившись на пейзаж. – А я думал, что Штаб самый большой из этажей.

– Он самый большой по площади, а вот техотдел выделятся своим объёмами, – с ноткой гордости в голосе, ответил Бэбил, становясь рядом с Дэвидом.

Перед Шепардом открывалась панорама огромной пещеры, чьи бока и потолок были сточены и закованы в металлические пластины. Потолок был увешан множеством светильников, испускавших синий свет. Они весели настолько высоко, и их было настолько много, что Дэвиду они напомнили звёзды.

– Эта чудесная пещера полностью рукотворна! Впрочем, как и многое другое в Пагодах.

Дэвид не столько слушал Менделя, продолжая рассматривать пещеру, сколько прислушивался. Пространство было наполнено такой звуковой какофонией, что Шепард даже поначалу посчитал её за тишину. Но чем больше он прислушивался, тем отчётливей становился шум. Лязг, сверление, звук отбойных молотков, звуки сварки, хлопки и резкая людская брань вперемешку с криками боли. За звуками последовали и запахи: масла, металлов, спирта, пороха, гари, щелочи, пластика и прочего. А всему этому была соответствующая картина хрупкого мироустройства неживого с последующим вдохновением в него жизни.

Дэвид и Бэбил стояли на краю верхней площадки широкой лестницы. Лестница приводила к нижней площадке, подсвеченной внутренним кобальтовым светом. Вокруг площадки, на тонких жердях висели пузатые лампы, испускающие яркий бело-синий неон, а посередине начиналась широкая чёрная панель, расчерченная синими линиями. Вдоль дороги тянулись почти такие же фонари, но куда более яркие и более светлого оттенка синего. По бокам, у основания лестницы рядами располагались капсулы электрокаров на магнитных подушках. Среди них были устройства больше напоминающие мини автобусы с открытым верхом, чем на автомобили. Именно к одной из них и направились Бэбил с Дэвидом.

– Тут так всегда темно? – спросил Шепард, в попытках разглядеть ближайшее из зданий: продолговатую конструкцию без окон и с большими, поднятыми вверх воротами. Оттуда исходил свет и были видны очертания людей, возившихся возле какой-то машины.

– Ну, обычно здесь намного светлее, – весело ответил Бэбил, усевшись на место водителя. Он вставил маленькую иглу в панель, и начал на ней что-то набирать. – Если я не ошибаюсь, у кого-то из ребят эксперимент не удался. В итоге перегорел центральный генератор этажа, а его ремонт дело небыстрое. Впрочем, всё равно скоро починят.

– А что именно вы здесь создаёте?

– Всё, что может нам пригодиться или то, что может быть в теории опасным, а значит недопустимым, – ответил Бэбил, надавливая всей ладонью на сенсор передней панели капсулы. Она, загоревшись жёлтым и синим светом, медленно поднялась над землёю, сантиметров на двадцать, и замерла на месте. В машине что-то щёлкнуло, и из её глубин раздался механический высокий голос:

«Идентификация подтверждена! Прошу обозначить конечную точку вашего пути, а также задайте параметры скорости и общий расход энергии!

– Сектор «I-2», скорость триста метров в минуту, расход энергии минимально допустимый, – не принуждено, чуть откашлявшись, ответил Бэбил программе. Он посмотрел на Дэвида, смотревшего на машину с недоверием, и задорно произнёс. – Шепард, что ты там застыл? Ты ведь не так давно уже ездил на подобной машине. Что тебя смущает?

– Да нет, ничего такого, – ответил Дэвид, садясь на соседнее место. – Просто, не слишком ли вы доверяете машинам?

– Мы доверяем, но проверяем, – ответил Бэбил, подмигнув Шепарду, а потом повернулся вперёд и, чуть наклонившись, произнёс. – Поехали.

Магнитная синяя линия, загорелась чуть светлее и машина не спеша устремилась вперёд.

– И всё-таки: что вы здесь создаёте? – спросил Дэвид, спустя несколько минут тишины, медленно всматриваясь в очертания зданий, мимо которых они проезжали, и пытаясь рассмотреть другие магнитные капсулы, стремящихся, в основном, в противоположном от них направлении. Некоторые из зданий были действительно внушительными в своей высоте и площади.

– Всё и сразу, – весело ответил Бэбил. – Оружие, ракеты, технику, экологически безопасный транспорт и многое чего. Что-то несёт жизнь, а что-то и смерть. Последнее, конечно, мы если и используем, то лишь при условии, что оно должно быть результативным при минимальном уроне окружению и простым людям.

– Ракеты? – переспросил Дэвид, вцепившись в данное слово особенно жадно. – Баллистические или те, что позволяют летать в космос?

– И те и другие, – подмигнул Бэбил, – Мы и воздушный транспорт создаём. Правда после переворота девяносто восьмого во всех Уровнях, кроме Рая и Хатимана, он в основном под запретом. Даже транспортный. Хотя военный был под запретом почти сразу после Второй Башенной войны. Что же касается полётов в космос, то тут весьма занятное дельце. Ты смог понять, что представляют из себя Уровни?

– Такое ощущение, будто они созданы искусственно, – после недолгих размышлений ответил Дэвид.

– Мы также думаем, но явных доказательств тому до сих пор нет. Но мы точно знаем, что каждый из миров по форме напоминают глубокую чашу, где доступный для жизни мир окружен той или иной аномалией. Столбы огня, стены молний, океаны, всегда наполненные смерчами и ураганами или непроходимые горы. Не так давно, лет тридцать назад, нам удалось провести сумасшедший эксперимент. Удалось достигнуть края Пагод при помощи специально сконструированного летающего автонома. И знаешь, что произошло?

– И что же? – ловя каждое слово и внимательно всматриваясь в Менделя, спросил Дэвид.

– Он оказалось на противоположном краю Пагод. Буквально в противоположной точке.

– А разве это не говорит о том, что мир имеет форму шара?

– Примерную форму шара имеет лишь Грань Каина. Ещё это единственный из миров, что был создан естественным путём, и он значительно древнее Башни. Что же касается попыток подняться вверх, то они также провалились. Когда автономы пересекали предполагаемую границу стратосферы, они попадали в межпространство, где бесследно исчезали. Это особенно любопытно, ибо солнце, луна и звёзды, что мы видим в Уровнях это те же солнце, луна и звёзды, что освещают Грань и лишь там есть выход в истинный, внешний космос. Да, мы умеем путешествовать между Уровнями, но эти способы перемещения имеют целый ряд ограничений, и не один из них не позволяет нам выйти за границы внутреннего космоса.

– Мистика какая-то, – скептически произнёс Дэвид. – Вы хотите сказать, что есть некий прибор, очень древний, проецирующий внешний космос на эти миры? И вы хотите сказать, что за десять тысяч лет никто его не нашёл?

– Ну, нашим предкам, знаешь ли, было не до этого, – грустно заметил Бэбил. – Они выживали в те годы и, что самое главное, первые сотни лет люди, что не смогли сбежать из нижних уровней, толком не видели ни солнца, ни звёзд. Тяжёлое небо цвета ржавчины и тусклый круг медленно плывшей звёзды, сменявшееся ночным свинцовым небом. Просто невероятное чудо, что нижние Уровни сохранили в себе жизнь и со временем смогли восстановиться, пережив и тяжёлые ночные холода, и дневное пекло. Правда, ходят слухи, что Инженерам уже давно удалось выйти во внешний космос, но нам так и не удалось это подтвердить или опровергнуть.

– Тогда зачем вам подобные ракеты? – недоумённо спросил Дэвид.

– Разве такой информации не было в кубе? – удивился Бэбил.

– Может и была, но теперь её там нет, – сквозь зубы ответил Дэвид.

– Вот значит как? – сочувственно улыбнулся Бэбил. – Ну, мы как раз и используем их для путешествия между Уровнями. Ныне подтверждено четыре относительно надёжных способа, позволяющие перемещаться между Уровнями. Туннели, а также отдельная их форма – дуга-портал, эфирные лестницы, колодцы и пакет технологий Инженеров. Самый безопасный способ – это фиксированные колодцы. Межпространственные лифты, как раз и являются примерами колодцев. То есть некая фиксированная вертикаль безопасного пространства по которому можно перемещаться снизу вверх и обратно. Общая конструкция и принцип работы весьма сложны, так что уж извини, но я не буду тебя загружать этой информацией.

Эфирные лестницы, прямая противоположность колодцам. Они наименее безопасны, хотя бы из-за того, что нужно перемещаться из точки А в точку Б напрямую через пространство. Защитные костюмы, погрузочные корабли на подобии батискафов, сложносоставные «эфиры» и открытое окружение межпространства. Поэтому такой способ путешествия между Уровнями используют лишь для того, чтобы переместить особо тяжёлые плохо разделяемые грузы в точках наибольшего соприкосновения пространства.

А вот туннели используются повсеместно и, конечно, часто без положенных разрешений. Туннели, если быть кратким, это среднее между лестницей и колодцем, но для перемещения используются программируемые пилотируемые ракеты, а если быть точнее – челноки. Они, в свою очередь, бывают горизонтальными, диагональными и дуговыми. Но самая большая проблема для нас – это дуговые порталы. Путешествовать по ним сложнее и опасней, чем через обычные туннели, так как они проходят на границе особо опасной пограничной зоны межпространства, но зато это позволяет обойти многочисленный защитные барьеры, а значит попасть, допустим, из Джитуку в Осирисию будет куда быстрее, чем пересекая Уровень за Уровнем. Да и засечь портальные дуги, из-за их близости к границе реального космоса, куда сложнее. Вот поэтому мы и пытаемся создавать патрули внутри межпространства, где это возможно, а для этого нужен постоянный контроль и последующий апергейд наших космических кораблей и челноков. Но чтобы обуздать внутренний космос без прозерпина не обойтись, а цена на данный металл в последние годы взлетела до небес. Да и Инженерам это не нравиться, ибо они не любят, когда кто-то лезет в сферу их деятельности. Поэтому все наши потуги в физический контроль границ внутреннего космоса серьёзно ограничены. Впрочем, у нас есть Сёстры, а это в чём-то даже лучше и быстрее, чем посылать челноки в погоню за предполагаемым контрабандистом. Да и внутренние службы безопасности Уровней и Инженеры не просто так свой хлеб едят. Так что… О! Неужели починили! Да и мы почти приехали!

Внимательно и с желанием слушая Менделя, Дэвид не сразу заметил изменение в черничной полутьме этажа. Явление было подобно бледному рассвету, что распространился не со стороны незримого горизонта, а из верхней точки необъемной сферы. Плавно, будто кто-то капнул в бокал с чернилами осветлитель. Дэвид посмотрел вверх и увидел, как в огромном шаре медленно разгорался тёплый лазоревый свет. Сфера, более двадцати метров в диаметре, из неизвестного матового материала, висела на множестве тросов в самом центре этажа. Когда шар достиг пика яркости, потолок пещеры, усыпанный искусственными «звёздами», будто чуть втянулся вовнутрь, и лампы исчезли, скрывшись за множеством тусклых пластин-чешуек. Пластины, сомкнув ячейки, образовали новую поверхность потолка, заигравшего бирюзовым и белым цветами.

– Впечатляет, правда? – с нотками гордости, спросил Бэбил, также смотря на огромный светильник

– Впечатает, но разве это не очень практично? – медленно промолвил Дэвид, осматриваясь по сторонам. Какофония окончательно приняло форму и даже стала более гармоничной. Шепард теперь видел, что по обочинам дороги стояло множество самоходных и управляемых магнитных капсул. Возле них стояли потрепанные люди, одетые в тёмно-синие джинсовые комбинезоны и халаты. Одни разминались, тянулись, трепали себя за волосы или просто зевали, а другие садились в машины, запуская их или настраивая.