Текст книги "Мусорщики "Параллели" 5 (СИ)"

Автор книги: Георгий Сидоренко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Глава 12 «На пороге царства теней»

Они второй раз за день шли по коридору, ведущему к злосчастному хранилищу Дара. Их снова вёл Элбрехт. После пережитых им потрясений и от осознания совершенных ошибок, он медленно, но уверенно успокаивался. Инпут шёл позади остальных в одиночестве. Ранее, с шипящей угрозой, он заставил свою охрану вернуться в Рай, на помощь своим людям, а теперь, излучая злобу, прожигал спину Чуви. Мусорщик, в свою очередь, после предложенного компромисса, шёл с довольным выражением на лице и курил, закинув руки за голову. Дэвид, идя между ними, то смотрел через плечо на главу Бюро безопасности, то на Чуви, думая о том, как бы с ним поговорить по поводу услышанного и увиденного, а также о его поступках, похожих больше на сиюминутную плохо сыгранную импровизацию.

Попав в прихожую хранилища Дара, Элбрехт не направился к двери хранилища, а повернул направо, где, как думал Дэвид, была лишь стена. Не доходя до неё метров десяти, профессор, чуть жмурясь, посмотрел вверх и, сложив руки в рупор, крикнул:

– Гюлэ!

Дэвид удивился тому, что он услышал слово, которое не разобрал его транслейтер, но это было почти забыто после того, что последовало далее.

Мир впереди Элбрехта задрожал, превратился в мираж и растаял, открыв взору ещё одну большую металлическую дверь со знаком четырёхглазого ромба. Присмотревшись, Шепард увидел, что стыки двери и пол возле него покрывал бело-голубой иней.

– Вот значит как? – вяло усмехнулся Инпут. – Всё куда проще, чем могло казаться. Обыкновенная иллюзия на основе переработанных КР. Грубо, но эффективно.

– Но ты ведь уже до этого знал, где он храниться, так ведь? – весело заметил Чуви, докуривая сигарету.

– Даже я не смог бы это сразу понять без необходимого оборудования. Я тебе не врал про анонима, Чуви.

– Конечно, конечно! – подмигнул ему Чуви, а потом обратился к Дэвиду заговорчески тоном. – Малыш, будь так любезен, там в углу, слева от двери, есть встроенный шкафчик. Просто нажми на вон ту кнопку и из открывшего отсека достань для меня и для себя защиту.

– Защита? – одновременно удивлённо произнесли Инпут и Дэвид, но Элбрехт отойдя от двери, покусывая нижнюю губу и, стуча себе по бедру, неуверенно заговорил, обратившись к Чуви:

– Чуви, прошу, пока ещё не поздно! Я настолько боюсь за последствия, что мне всё равно, что нас слушает человек, которому это знать не положено! Да, я знаю, что с тех пор, как это здесь появилось, прошло много десятков лет! Оно уже не то разрушительное нечто, что было в начале! Мои предшественники с тобой и господином Риши смогли его приручить. Это даже можно назвать безопасным, благодаря созданной системе подавление и релаксации, но если оно покинет клетку, то какая гарантия, что самое ужасное, что есть в нём, не вырвется наружу вновь?

– Я – гарантия, Эли, – спокойно, но с силой в голосе ответил Чуви, подкатывая левый рукав комбинезона до локтя и оголяя руку с выгравированной на ней татуировкой. – А теперь, будь так любезен, я должен открыть эту милейшую дверцу.

– Ну, конечно! – Инпу мрачно усмехнулся. – Нет лучшей защиты, чем ДНК авелийца. И чем чистокровней этот человек, тем лучше защита. А ты у нас…

– На половину авелиец, то есть чище не бывает, за одним исключением, правда, – спокойно ответил Чуви, подойдя к двери. Он счистил с панели иней и приложил к ней ладонь. Устройство ожило, и чуть выше него открылось круглое отверстие. Из него с механическим стрекотом вылез толстый кабель. На его конце торчала тонкая и длинная игла. Чуви, без всяких заминок, перевернул руку ладонью вверх. Кабель, будто обнюхивая её, достиг изгиба руки, и игла жадно воткнулась в пульсирующую вену.

– Но ты ведь не один с такой кровью, пусть вас и мало, – с прежней расчётливостью и надменностью, заметил Инпут, сложив руки за спину.

– И что? ДНК авелийца это, как уникальный ключ, подходящий лишь к одному единственному замку. Проще говоря: или у тебя есть оригинальный ключ, или рассчитывай на грубую силу, – с прежним спокойствием ответил Чуви, одновременно убирая руку, освободившуюся от жадной игольчатой пасти кабеля. С её конца медленно капала кровь. Кабель втянулся обратно в отверстие, и оно моментально закрылось. Внутри двери защёлкал и завыл вычислительный механизм. Чуви, между тем, продолжал. – Если ты про то, что кровь «целомудренных» авелийцев, способна творить чудеса, то таковых, к счастью больше не осталось в этом мире.

– Тогда почему ты не защитил и Дар Джитуку, – с саркастическим удивлением спросил Инпут, вернувшись к излюбленной сладкой улыбке. – Разве он был не достоин такой же защиты?

– Во-первых, этот чёртов кубик, при всей его опасности, и правда не был достоин этого, – без обиняков, ухмыляясь, ответил Чуви, принимая из рук Дэвида, тонкий обруч с несколькими кнопками и перемычкой. Дэвид рассматривал его с неприкрытым любопытством и скептическим сомнением. Чуви, серьёзно смотря на поражённого Инпута, продолжал:

– Во-вторых, у нашей крови есть ограничение, установленное ещё нашим предком Авелем. В общем, это очень сложная материя, но тебе стоит знать, что я сделал выбор и не жалею об этом.

Чуви нажал на самую большую из кнопок на обруче и тот, щёлкнув, разошёлся в стороны, будто птица расправила крылья. Мусорщик завёл предмет за шею, вновь нажал на ту же кнопку и замкнул обруч на себе. Чуви нажал на другую кнопку, и инструмент, загудев, загорелся синим светом. Мусорщика медленно покрыло, растекаясь вниз и поднимаясь вверх, мерцающее мозаичное силовое поле. Дэвид, после лёгкого замешательства, повторил те же самые действия. Как только защита покрыла их полностью, дверь позади них замолчала. Через пару секунд томительной тишины дверь с шипением открылась вовнутрь, выпуская наружу клубы холодного и затхлого воздуха.

– Так, мои хорошие, мы, пожалуй, мило прогуляемся туда и вытащим на свет Сплина, а вы побудьте пока здесь! – весело возвестил Чуви, приглушённым из-за защиты голосом.

– То есть дальше мне ход заказан? – сощурив глаза, недовольно спросил Шакал.

– А ты, что думал? – оскалился Чуви. – У нас лишь два защитных инструментария, уж прости. Но если ты мне не доверяешь (Интересно почему?), то можешь после нас пройтись и изучить каждый уголок этой милой и крохотной комнатки. Ладно, малыш Шепард, нам пора в путь дорогу! Так, что поспешим же навстречу тьме и тоске!

Глава 13 «Сплин»

Чуви с важным видом, пропустил Дэвида вперёд себя. Пройдя черту между светом и мраком, Шепарду показалось, что он попал в настоящее чистилище. Впереди простиралось огромное, как ему казалось, пространство, сшитое из густых теней и леденящей дымки. Но власть тьмы не была абсолютной. От самого входа тянулась неровная, но широкая линия чистого белого и слепящего света. Он нисходил потоком из высоко поднятых ламп, рассекая мрак на две части. Где-то там, далеко впереди, полоса света расширялась, превращаясь в подобие островка, а в его центре что-то лежало, на подобии огромного камня.

Дверь за ним медленно, со скрипом закрылась, и тьма стала почти непроницаемой.

Вначале наступила такая тишина, что Дэвид посчитал себя оглохшим, если бы он не слышал, как его сердце нервно бьётся от нарастающего чувства паранойи. Затем со всех сторон начал нарастать шум. Вначале это было лёгкое шуршание. Вскоре оно переросло в нервный стрекот, а потом в этом хаосе первородных звуков Шепард начал различать слова. Многое из услышанного им было неясным и непереводимым, но чем дальше он прислушивался, тем внятней и осмысленней становилась эта словесная мешанина. Но одновременно с этим она постепенно рождала в стройном бездушии Дэвида ростки паники. Но и голоса: многозвучные и разноликие, рождавшие столь угнетающие слова, были пропитаны не меньшим страхом и паранойей. Каждый из голосов пытался перебить другой или начинал визжать шёпотом от ужаса и паники:

«Кто это?», «Зачем он здесь?», «Нет, нет!», «Как есть хо…», «Пусть он отсюда уйдёт!», «Он с этим?», «Уйди! Убирайся!», «Они уже знают?», «Вы не видели…», «Убить! Убить!», «Может он нам не…», «… спят?», «Это он! Это он – сы…», «Ненавижу!», «Кто-нибудь скажите им, что…», «Пускай убираются отсюда!», «Пахнет стр…», «Да разбудите их у…», «Вон!», «Как же хочется увидеть сол…», «Проснитесь, вы!», «Враг!», «Солнце!», «Враг!!», «Где третий!», «Враг!!!», «Но он с…», «Проснись, первый, здесь Враг!», «Вот бы на свежий возд…», «А может это др.…», «Мне всё равно, лишь бы они не разбудили его»

Последние слова были произнесены настолько тихо и одновременно запредельно громко, что Дэвиду показалось, что он вот-вот потеряет рассудок, а после вновь вернулась тишина. Но тишина, звенящая и настораживающая, отчего Шепард захотел прикрыть уши и закричать, что есть мочи. Лишь бы уничтожить это хаотичное молчание.

Перед ним появился Чуви с обычным для него наглым зубастым оскалом. Это было настолько неожиданно, что Шепард чуть не подавился собственным не вырвавшимся криком и неуклюже отступил назад. Ещё чуть-чуть и он коснулся бы клубящийся тьмы, но Чуви вовремя успел его схватить за руку.

– Будь осторожен, малыш Шепард, – с неприкрытой заботой, ответил Чуви, притягивая Дэвида назад. – Это тебя не убьёт, но может сильно навредить.

– Хорошо, – непривычно слабым и тихим голосом, ответил Дэвид.

– Ну, если ты это понял, тогда пошли к Сплину, – отпуская его, с прежней весёлостью, ответил мусорщик, начав своё разухабистое неспешное шествие к островку света, с уже привычными засунутыми в карманы руками.

Дэвид, сбитый с толку странным перешёптыванием, с несколько секунд стоял на месте, будто парализованный, смотря в спину Чуви растерянным взглядом. Но вот его в голове что-то щёлкнуло, встав на место. Дэвид встряхнул головой и вернул себе привычное самообладание и хладнокровие. Он догнал мусорщика и, наконец, задал первый из множества вопросов, что скопились в его голове за последние часы:

– Разве ты не хотел, чтобы этот Инпут и Совет не узнали о том, что здесь храниться?

– Хотел, но обстоятельства, к моему огорчению, слишком быстро изменились, – с равнодушным весельем, ответил Чуви.

– Что ты этим хочешь сказать?

– Всего лишь то, что планы поменялись и не более того, и то, что наша неудача, если всё сложиться как надо, может стать нашей маленькой победой. Так почему бы не воспользоваться этим?!

– Ты хочешь сказать, что всё это время лукавил и импровизировал? – с плохо прикрытым возмущением, тихо спросил Дэвид, останавливаясь.

– Лишь отчасти. В остальном я просто воспользовался случаем в нашу пользу, – Чуви также остановился и повернулся на полкорпуса. Затем он хитро улыбнулся Шепарду, подмигнул и снова пришёл в движение.

– А если не было этой «удачи»? – спросил Дэвид, поспешив за Чуви. – Что тогда? Ведь иллюзия не сработала по причине того, что он уже знал, что там что-то было.

– Разве ты не понял, что мне было, чем надавить на Шакала, так как он сам себе вырыл могилу, прикрыв побег тех, кто куда опасней заплесневелых осирисийских стариков.

– Эти трое, кто они? – резко сменив тему, спросил Дэвид.

– Обычные обиженки, что после ряда личных неудач решили, будто мир станет лучше, если им взять, да и уничтожить виновных в их неудачах. А так как самоубийство не самый удачный способ решения этих проблем, они решили отыграться на осирисийцах.

– То есть Совет – это сущие мелочи по сравнению с ними?

– Видишь в чём дело, они не то что бы опасны, но когда граната попадает в руки разъярённой обезьяны, пострадать может не только она.

– Но разве после этого я и то, к чему мы направляемся, не попадём в руки Совета?

– Ты чем слушал? О тебе ведь в Совете до сих пор не знают. Шакал предпочёл пока не заикаться ни о тебе, ни о Сплине. Он думает, что у него в рукаве хороший козырь против нас, однако я его обыграю, сам представив тебя самой недоверчивой и консервативной прослойке Совета.

– По-твоему они это допустят? Ладно я, но то, что впереди? Профессор Элбрехт…

– Эли слишком осторожничает, и я могу его понять. Ибо то что, а точнее тот, кто впереди, очень опасен, если не знать, как с ним обращаться, но я как раз умею.

– Погоди! Я только сейчас это понял! Не что, а кто? – приподняв брови, переспросил Дэвид, – Так оно или живое и мыслящее или живое, но зависимое от инстинктов? Значит, это не из тех Даров? И вообще что из себя представляют эти Дары?

– Что такое? Твой папаня так ничего толкового не объяснил по этому поводу? – спросил Чуви, расплывшись в ехидном оскале, вновь останавливаясь и поворачиваясь спиной к значительно увеличившемуся в размерах островку света.

– Он всегда так, – нахмурившись, чуть дрогнув голосом, пробормотал Дэвид. – Много данных, но мало пользы.

– Ох, ладно, ладно, попытаюсь тебе кое-что объяснить, но многое от меня не жди, – тяжело вздохнув, и почесав себе подбородок, ответил Чуви. – Давай начну с конца. Дары действительно были преподнесены Эд’Мом тем ученикам, кто, по его мнению, был достоин этого. Если не вдаваться в подробности, а я не собираюсь это делать, и не проси, то это одновременно подобие вечного двигателя, суперкомпьютера и стимулятора умственной и энергетической активности. Однако у этой вещицы оказалось тёмная сторона. По настоянию Эд’Ма их ни в коем случае нельзя было вскрывать или разрушать. Как ты понимаешь, когда кем-то произноситься подобные слова, то в итоге случается противоположное. Именно из-за одного из Даров случился Коллапс и появились Вечные. А Дары после этого вообще-то принято называть Пандорумами в честь одной из многочисленных наложниц Осириса, что первой предложила вскрыть преподнесённый ему Дар ранее убитого Кон Фу Ци. И да, хоть я употребляю такие слова как «разрушить» и «разобрать», но Пандорумы, после этих манипуляций по-настоящему не уничтожаются.

– И Пандорумы всё ещё целы? – с неприятным привкусом во рту, спросил Дэвид.

– Кое-что утеряно, но, в общем, их по миру ныне, в той или иной форме существует, ровно семь штук. Часть из них всё ещё хорошо спрятаны, мной или твоим отцом. Но часть, увы, было похищено.

– То есть?

– Это на двух пальцах не объяснишь, так что после… Далее, о том, что нас ждёт. Для начала, это не он или не она именно, это они или он-они, если хочешь знать моё мнение, но пусть будет – он. Он действительно опасен. Тем, что имеет странное влияние на нас Вечных, так как, чем ближе мы к нему, тем становимся слабее. И это лишь часть их способностей. Поэтому мы идём к нему вот в такой защите.

– И ты хочешь его… их освободить, зная это? – ужаснулся Дэвид, чуть побледнев. – Хочешь, чтобы он был всегда рядом с нами?

– Во-первых, – злобно оскалившись, почти шёпотом начал Чуви, – это одна из причин, почему ты и я подвязаны к Лицензии, ведь «он-они» не влияет на подписи, что нам лишь на руку. Во-вторых, он это сосуд с множеством личностей, но из множества этих личностей, лишь три обладают настоящим сознанием. А ещё одна, скажем так, личина, действительно опасна и не долгое время была контролируема. Но нам удалось найти общий язык с тремя другими личностями и ту, непослушную, скажем так, запрятали в их общее подсознание, очень и очень глубоко. Больше восьми лет прошло с тех пор, когда в последний раз появился Нуль. К тому же, для пущей безопасности Сплин с тех пор носит особый защитный и блокирующий силы костюм со шлемом. Так что настоящая опасность от них исходит лишь в случае пробуждения этой твари, либо в связи потери контроля над освобождением скопленной внутри Сплина силы.

– Сплин? – неуверенно переспросил Дэвид. – Так это имя?

– Ну… так мы их назвали. А вообще три главные личности мы просто зовём: Первый, Второй и Третий. Они, кстати, очень даже лапочки. И последнее! Перед тем, как мы продолжим нашу операцию по освобождению Сплина: мы до сих пор не знаем, что из себя на самом деле представляют «он-они». Единственное в чём я точно уверен, так это в том, что когда-то он-они обитал в межпространстве между Авелем и Вендиго и представлял собой этакий кричащий и визжащий клубок не пойми чего с ногами, руками и даже чем-то на подобии звериных лап и хвостов. Хочешь знать подробнее о том, как Сплин попал в наш мир, лучше расспроси Старика или Би. Ну, ладно, нам немного осталось. Так что давай уже заберём Сплина на свободу и пойдём говорить по душам с Исикавой, а за остальное можешь не переживать. Впрочем, нет, не отходи от меня, а то некоторые из его личностей тебя посчитали за врага и, походу, настроили против тебя Третьего.

– Подожди, я должен ещё кое-что выяснить, а после я согласен следовать твоему плану, – не сдвинувшись с места, с лёгким нажимом в каждом слове, спросил Дэвид.

– Ну что там ещё?! – резко останавливаясь и раздражено буркнул Чуви.

– Что не так с твоей кровью и кровью авелийцев? Когда я был в воспоминаниях, собранных отцом, то несколько раз упоминалось о странной связи Авеля с кровью.

– А ну да, ну да, – растрепав себе волосы, угрюмо произнёс Чуви. – Если кратко, то в крови Авеля содержались редкие кровяные тельца. Она не отторгала чужеродное, как кровь прочих людей, а поглощала и перерабатывала, беря от этого лучшее. У нас существовал ритуал, когда дети, достигнув определённого возраста и, будучи «целомудренными», должны были испить чью-либо кровь и принять скрытую в ней силу.

– Значит, твоя сила: поглощать, усиливать и обратно выпускать энергию, не твоя личная?

– Ну, можно и так сказать. На этом всё?

– Нет! – тихо ответил Дэвид и, не обращая внимания на бурчания мусорщика, продолжил. – Как это связано с тем, что ваша кровь может функционировать, как связка ключа и замка.

– Эти тельца хоть и отличаются прожорливой любознательностью, но всегда стремятся к своим исконным собратьям. Нам с твоим отцом удалось подвязать эту особенность к функции замка. Видишь ли в чём дело. Эти тельца по до сих пор неведомой мне причине не способны восстанавливаться. Поэтому, когда я узнал о том, что Дар Джитуку хранился, здесь, в Институте, но в тоже время рядом с ним обитал всё ещё необузданный «Сплин», передо мной стала непростая дилемма. Хорошенько всё взвесив я пришёл к тому решению, о котором говорил чуть ранее Шакалу.

– Но ведь любую дверь можно выбить грубой силой?

– Можно, о чём я уже упоминал, но на такой крайний случай нами были приготовлены особые сюрпризы. Тем, кому они достанутся, не позавидуешь. Да и нельзя Пандорумы беспокоить, иначе будет плохо всем. В общем, хватит заваливать вопросами и давай двигаться дальше. Только осторожней.

Они продолжили свой путь. Остров света был уже близко, и чем ближе он был, тем больше пространство заполнялось холодными бликами и угнетающими бледными лучами искусственного света. То, что Дэвид в начале пути принял за брусок лежачего камня, было нечто иным. Это скорей был потрескавшийся смертный одр из серо-коричневого минерала, на который было небрежно наброшено грязное полотно.

Подойдя к самой границе острова, Чуви остановился и жестом заставил остановиться и Дэвида. Мусорщик осмотрелся по сторонам, подождал с несколько секунд, а потом, прочистив горло и приложив руку ко рту, задорно крикнул:

– Сплин! Эй, Сплинушка! Это я – Чуви! У меня для тебя хорошие новости! А ещё со мною гость! Это не враг! Первый, скажи Третьему, чтобы не нападал на него! Лады?

В ответ тишина и неутихающий надоедающий шёпот, к которому Дэвид старался больше не прислушиваться.

– Малыш Шепард, у меня не очень хорошее предчувствие. Будь так любезен, живо ко мне в самую ярку точку света.

Дэвид не успел сделать и шага, как почувствовал, что его кожа покрылась испариной и мурашками. Он резко обернулся и вгляделся во тьму. Ничего, кроме раздражающего клубящегося мрака, но вот что-то в нём промелькнуло! Как змея в мутной воде. Шепарду показалось, что он увидел что-то ярко-белое, что-то совсем инородное этому месту. Дэвид попытался проследить за этим всплеском, но там уже ничего не было. Его тело подало сигнал, что опасность теперь находится в совершено противоположной стороне, но когда Шепард туда посмотрел, то вновь столкнулся лишь с неизвестностью. Внутри него всё похолодело, и он почувствовал… отчаяние?

– Ты ведь его учуял, так ведь? – вкрадчиво прошептал Чуви, подтянув Дэвида к себе, за спину. – Но я тебе обрадую. Можно расслабиться. Нам ничего не грозит, но зато мы будем свидетелями презабавной сценки. Ты главное замри и не шевелись.

– Что ты хочешь этим ск… – было начал Дэвид, но из тьмы на него что-то устремилось. Одновременно похожее на кошку с горящими алым глазами и птицу с распростёртыми крыльями и с бледным гладким черепом. Инстинкты подсказывали Дэвиду, что ему нужно бежать и бежать как можно дальше от этого монстра. Но интуиция, подкреплённая внезапным и бодрыми утверждением Чуви, отговорила его от этого. И когда существу осталось до своей цели несколько сантиметров, её резко отбросило назад к краю светового острова.

То, что Шепард принял то ли за огромную кошку, то ли за не менее большую птицу теперь, безвольно обмякнув, походила на человеческий скелет, вдетый в мешковатый чёрный комбинезон. Присмотревшись к существу ещё лучше, Дэвид понял, что гладкий и выпуклый череп на самом деле был матовым и гладким шлемом без швов и щелей: белая блестящая пустота там, где должно быть лицо. Он полностью скрывал ему голову, соединяясь с высоким серым воротником. Воротник походил на аккуратно и плотно прижатые друг к другу бинты из широких полос кожи могучего зверя. Бинты спускались до ключицы, заканчиваясь гладкой металлической окантовкой. Руки и ноги существа также были обмотаны широкими кожаными бинтами с толстой и выпуклой окантовкой на локтях и коленях. Мешковатый чёрный комбинезон поддерживал, сильно перетягивая талию, широкий ремень с тяжёлой прямоугольной бляшкой.

– Какого… – ошарашено, нахмурив брови, протянул Дэвид, но почти сразу замолчал, так как на маске, там, где у человека находятся глаза, появились две крохотные точки, что мгновенно превратились в два круглых красных мерцающих огонька. Они уставились в темноту, а затем задвигались из стороны в сторону, будто окуляры видеокамер и послышался голос. Голос был сильно искажённым, будто исходил из-за толстой рыхлой стены, и источал уныние:

– Пронесло. Ты его крепко держись, Второй?

– Как следует, – из существа изошёл иной искажённый голос, полный вежливости и предосторожности. – Но, кажется, я чуть перестарался, и он теперь в небытие.

– Это Третий в небытие? – с сомнением произнёс первый голос, – Его даже Нуль не может уложить за раз, а тут ты. Третий? Третий, чего замолчал? Даже не думай! Тебе ведь сказали, что это не враг. Он ведь пришёл с Чуви?

– Ага, конечно, а что, по-твоему, было недавно за этой чертовой дверью? – прогремело существо грубым воинственным голосом. Кровавые огоньки на маске преобразовались в угрожающие искры, а само нечто начало дёргаться, искривляться и изгибаться каждым своим суставом, будто пытаясь освободиться от сдерживающих его чьих-то невидимых рук. – Эта раздражающая вечно голодная тварь пропала! Нет, её взяли и утащили! И утащила она! Я ведь говорил, что она не проста! Безликая и многоликая сучка!

Чуви, всё это время тихо хихикая в кулак возле Дэвида, откашлялся, подошёл к борющемуся самим с собой существу, присел возле его головы-черепа и, подняв левую руку, торжественно воскликнул:

– Йо! Я вижу – вы здесь не скучаете, Сплин?

Существо замерло и уставилось красными огоньками на мусорщика, а потом резко село на колени, робко положив на них руки и виновато опустив голову.

– Привет, Чуви, и прости, что не сразу заметили тебя, так как даже меня смутило появление твоего спутника и то, что от него исходило, – вежливо заговорил Сплин вторым голосом.

– Да, приносим свои извинения, – вяло дополнило существо первым голосом.

– Что они во мне почувствовали? – заинтересовался Дэвид, но Чуви, отмахнувшись, сказал:

– То, что ты Вечный. Третий, ау! Это я! Ты меня слышишь? Перестань страдать паранойей! Ты же знаешь, что лишь я могу попасть сюда и никто иной.

– А! – грубо крикнул Третий. Он резко выпрямился и ещё быстрее, будто против воли, вновь согнулся, – Для меня это не доказательство! Докажи, тогда я успокоюсь и, так уж и быть, познакомлюсь с твоим слугой.

– Слугой? – холодно переспросил Дэвид, но Чуви опять отмахнулся, заставив его замолчать, а затем щёлкнул пальцами. Из вспышки света появился толстый запечатанный конверт. От него веяло дорогими духами. Мусорщик поймал его, преподнёс к «лицу» Сплина и начал водить им из стороны в сторону, заставляя существо следовать головой за этими движениям.

– По-твоему, что в этом вкусно пахнущем пакете? – дразнящим ехидным голосом, протянул Чуви. – Может то, что я мог обещать лишь вам, Сплин? То, что вы так долго просили! Так жаждали! Что вы об этом думаете, мои похотливые друзья?

– О-о-о-о! – жадно простонало существо, зразу тремя голосами и потянулось за конвертом. – Это ведь её? Её?!

Но не успел Сплин дотронуться до конверта, как Чуви резко отдёрнул руку, подняв конверт над собой. Он предупреждающе покачал указательным пальцем из стороны в сторону, одновременно с этим сказав, тоном прожжённого скупщика:

– Ну, нет, нет, нетушки, Сплинушка, не всё так просто. Сначала, чтобы убедиться в том, что я это я, я осторожно вскрою конверт и передам вам пока лишь одно из множества. Вы согласны?

– Это шантаж! – взревел Третий, резко подскочив, но его тут же прижала к земле невидимая сила, – Ладно! Ладно! Будь по-вашему, тряпки!

– Мы согласны, – отозвался Второй.

– Делай, что хочешь, лишь бы его успокоить, – хмуро пробурчал Первый, слабо приподняв правую руку вверх и взмахнув ею.

– Эт другое дело! – Подмигнув Дэвиду, Чуви приступил к вскрытию конверта, прищурившись и высунув кончик языка в уголке рта. Шепард, заинтригованный содержимым пакета, медленно зашёл за спину мусорщика, чтобы лучше его разглядеть то. Чуви очень медленно с напускным напряжением достал оттуда фотографию. На ней была…

– Что? – со смущением в голосе, неприятно удивился Шепард, наблюдая за тем, как Чуви бросает фотографию Сплину, будто щенку лакомство. Тот ловко её поймал и повернулся спиною к собеседникам. Он, согнувшись, с радостным стоном начал в неё всматриваться, почти вплотную прижав к «глазам». – Только не говори мне, что это…

– Ты чертовски прав, малыш, – лукаво улыбнувшись, заговорчески прошептал Чуви, вынув ещё пару фотографий и помахав им перед собой на подобии веера. – На них невозмутимая и суровая секретарь Трезия Абелия, собственной персоной.

– Подожди, но разве… – Дэвид сильно сузил глаза. – Ведь… она здесь… стой! Ты следил за ней?

– Что ты! Конечно, нет! – надув губы и сделав обиженное лицо, буркнул Чуви, а потом растянулся в улыбке гиены. – За ней следили Ти и Ти, а я у них это конфисковал, и попросил так больше не делать.

– Но они, естественно, не послушались тебя? – мрачно предположил Шепард.

– Конечно! За что и поплатились, когда Трезия обнаружила камеры в душевой и в спальне.

– Однако, – осуждающе прошептал Дэвид, нахмурившись, – фотографии ты решил оставить себе, на всякий случай. А о делишках эти двоих, случаем, не ты рассказал?

– На совесть решил надавить, дэ? – иронически спросил Чуви, хлопнув Дэвида фотографиями по носу. – Извини, но не в этот раз, малыш.

Между тем, у личностей Сплина начался горячая дискуссия по поводу последних событий:

– Да, говорю тебе, Третий, это не подделка и не другая девушка! – терпеливо объяснял Второй. – Один из Безномерных научил меня, как отличать настоящую личность от подделки. Так что это Чуви. Да и никто, кроме него, не смог бы сюда проникнуть!

– Интересно, а как ты умудрился у них хоть что-то выяснить, если эти чёртовы нытики только и умеют, что бубнить бессмыслицу, – прорычал Третий, голосом полным сарказма.

– Вообще-то иногда можно. Просто нужно быть терпеливым, – очень тихим скучающим голосом, начав ковыряться в полу, заметил Первый.

– А ты у нас не очень терпеливый, Третий, – извиняющимся тоном, проговорил Второй.

– Я, как погляжу, кое-кто давненько не был в небытие? – угрожающе зашипел Третий, сжав кулаки.

– Интересно, а я сразу воспламенюсь на солнце или буду очень медленно тлеть, – вдруг, резко выпрямляясь, замогильным голосом, мечтательно залепетал Сплин. Огни на маске существа потухли, и оно замерло, но через секунду, резко посмотрев вправо, Сплин воскликнул раздражённым и удивлённым голосом Третьего:

– Чего? А ты кого чёрта тут забыл, унылое ты существо!

Дэвид и Чуви, услышав неизвестный голос, перестали припираться и теперь смотрели, как Сплин изображал пантомиму, будто он пытается избавиться от кого-то невидимого.

– А они точно будут нам полезны? – краем рта, неуверенно спросил Дэвид, сузив глаза.

– Очень даже. Да, иногда у них случаются, скажем так, сбои, но это сущие мелочи, – весело прошептал Чуви.

– Второй! – между тем, перестав махать руками, взревел Третий, указав пальцем влево от себя. – Что за херня?! Почему Безномерной здесь! Разве это не твоя обязанность за ними следить!

– Моя, но мы, вообще-то, тут решаем то, что и так очевидно, но кое-кому не очень хочется в это верить, – вскипел Второй, но с прежними вежливыми нотками в голосе, вжав голову в плечи

– Ах ты ж, кусок компоста, – будто раздуваясь, прорычал Третий. но тут же резко уменьшившись, Сплин заговорил голосом Первого.

– Ребята, ребята, – подняв руки с широко расставленными ладонями, уныло протянул Первый. – Успокойтесь и давайте ещё раз обсудим нашу маленькую… хорошо, не очень маленькую… значительную проблему.

Сплин повернулся к Чуви и вяло протянув к нему руку, без всякого желания произнёс:

– Нам нужны ещё доказательства.

– Да ты шо! – приподняв брови и округлив глаза, саркастически протянул Чуви. – Кажется, у меня нет иного выхода. Держи.

Мусорщик бросил конверт Сплину, и тот, поймав его, жадно разорвал пакет, достал карточки и начал всматриваться в каждую из них.

– Если госпожа Трезия узнает об этом, то она с тебя все соки выжмет, – с настороженностью в голосе, ещё сильнее сузив глаза, не отрываясь смотря на Сплина, прошептал Дэвид.

– Но это того стоит! – ответил Чуви, с выражением довольной гиены.

– Откуда он о ней вообще узнал?

– Однажды, она меня с Риши сопровождала, когда мы проводили над Сплином кое-какой эксперимент, – очень тихо ответил, Чуви, а потом усмехнулся и добавил. – Он прошёл не так, как хотелось и, так уж получилось, она нам помогла его уладить. А Сплин… очень близко к сердцу принял это спасение.

– О! – только и смог выдавить из себя Дэвид.

Совещание личностей Сплина продолжалось ещё некоторое время, за которое они успели несколько раз подраться, где одна из драк чуть было не закончилась самоудушением, если бы ни вялый пинок Чуви. В дискуссию пару раз вмешивались Безномерные, вызывая короткие склоки Третьего и Второго, а иногда Сплин замирал в состоянии полной прострации, чтобы опять ожить и продолжить свой спор. Ни смотря на все разногласия, решение было принято, и Сплин, чуть сутулясь и робко поглаживая шею, подошёл к Чуви и, начавшего было терять терпение, Дэвиду. Заговорил Второй: