Текст книги "Освобождённый меч (ЛП)"

Автор книги: Гарет Ханрахан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 36 страниц)

На вершине холма лорд Брачан посмотрел вниз и увидел, что его армия в смятении. Даэн подошел к нему и сказал: "Рыцари Западных Маршей подвели нас – из трусости или вероломства, не знаю. Мы должны отступить".

Но вместо этого Брачан повернулся к тому, кто стоял рядом, и приказал: "Передайте им дары мастера Блейза".

Ибо лорд Брачан был союзником Некрада, и леди Берис тайно принесла ему страшное оружие. Магические камни и другие сокровища, да, но также ужасы похуже, оружие, невиданное со времен войны лорда Боуна.

Заклятые черепа обрушились на воинство Эвесленда. Грязевые черепа превратили холм в непроходимое месиво. Штормовые черепа призывали молнии. Черепа смерти вскрывали старые раны. Они призывали чудовищ – отродий Ям, которые питались павшими и быстро росли, отращивая зубы, щупальца и всякие непристойности. Волна ядовитого газа прокатилась по склону, захлестнув и эвеслендцев, и выживших из роты сэра Ланниса. Многие погибли там, а некоторые восстали ходячими мертвецами под действием некромиазма. Появились и боевые големы, тащившие свои металлические каркасы в бой, увитые плющом и грязью двух десятилетий – ведь эти демонические воины были порождениями войны лорда Боуна. Когда лорд Боун погиб, они замолчали, но теперь снова пробудились, и прошедшие двадцать лет не притупили их клинков.

Как я могу рассказать вам об ужасах той битвы? Если бы вы были там, как и я, и стали свидетелями этих зверств, вы бы не знали, куда смотреть! Вот рыцарь утопает в грязи, придавленный боевым облачением, а колдовской череп смеется над его бедственным положением. Вон тот, я забыл его имя, насмехался над ним, называя его сэром Таким-то и Таким-то, но ах! Он был таким же смертным, как и все мы, полным тех же сомнений и радостей, тех же болей и мечтаний, но теперь его пожирают! Насекомые, украшенные драгоценными камнями, проникают сквозь щели в его доспехах и пожирают его живую плоть! Я видел, как люди превращались в пылающие факелы. Я видел демонов из ночного кошмара. Смотрите! Этот рыцарь призывает Заступников спасти его смертную душу, но они не могут услышать его из-за миазмов! Этот эльфийский лорд бродил по этим холмам за тысячу лет до того, как они были названы в честь Харна, а теперь погибает, растерзанный отродьями Ям!

Должен ли я рассказать о смерти лорда Эльфвина? Он славно погиб, окруженный множеством поверженных врагов. Когда его сверкающий меч сломался, он нашел в грязи другой меч и размахивал им, пока тот не вонзился в уродливый череп отродья Ям. Он карабкался все выше и выше, пока, наконец, не добрался до вершины холма. Подняв обломок меча, он направил его на лорда Брачана и сказал: "Своей жадностью и амбициями ты привел Саммерсвелл к гибели. Выслушай меня: будет новый порядок в землях, и..."

Тогда лорд Илавентура снова выхватил лук и всадил стрелу с зазубренным наконечником в горло своему кузену, лорду Эвесленда.

Но лорд Эльфвин стоял в гуще некромиазма, и тот придал неестественную живость его мертвым конечностям. Он бросился вперед и ударил Брачана дубинкой по голове. Затем двое стражников Брачана выскочили вперед и прикончили мертвого Эльфвина.

В это время, по другую сторону Харнсхилла, сэр Браймос и жители Западных Маршей услышали рев порождений Ям и грохот взрывов и догадались, что враг приблизился к лагерю лорда Брачана. Они объехали холм и наконец вступили в бой. Вестермаршцы, в частности, сражались с эльфами-колдунами в прошлой войне, и у них было оружие из эльфийского металла. Увидев это, Рыцарь Роз собрал своих эльфов-рыцарей и отступил вниз по склону. За ними устремились остатки войска лорда Эльфвина, но их настигли рыцари Западных Маршей и вырезали. Отродья Ям и прочие ужасы Некрада тоже погнались за ними, но яркое солнце освещало долину и отгоняло их.

Сэру Браймосу показалось, что лагерь его дяди на вершине холма разгромлен, и он догадался, что с последним вздохом его дядя Брачан выпустил фурий Некрада. В этот миг он подумал, что будущее восстания зависит от него и только от него. Он видел, что враг отступает, но что битва еще не выиграна и что перед ним судьба.

"Вперед!" – позвал он. "Поскачем дальше и принесем смерть нашим бегущим врагам! Вперед, и захватим мосты Авоса! Вперед к славе!" Он собрал остатки солдат сэра Херрета и поскакал в погоню.

Кое-чего сэр Браймос не знал и никогда не узнает. Во-первых, что его дядя ранен, но остался жив. Во-вторых, если бы Брачан был в состоянии, он бы предостерег Брамоса от преследования. В-третьих, лучники ждали в засаде в лесу на восточной стороне поля. Как и сэр Эдмар, Браймос подвел своих рыцарей слишком близко к тени леса, и снова полетели стрелы. Сэр Браймос, охваченный мечтами о славе, пришпорил коня и помчался сквозь смертоносный град. "За Илавентур и Девятерых!" – кричал он, думая отомстить за Ламмергейра, несправедливо убитого в Ардене.

Но вот перед ним поднялся туман, и он поскакал дальше, не зная, что только он один уцелел после падения стрел. На краю тумана он увидел одинокого рыцаря на коне, и это был Рыцарь Роз.

"Смерть бессмертным!" – крикнул Браймос. "За свободу!"

Рыцарь сразил его одним ударом и поскакал дальше.

Наступило затишье в бою. Оставшиеся в живых воины Эвесленда укрылись под защитным покровом тумана, который еще держался на южных холмах. Те из Илавентура, кто остался в живых, собрались на Харнсхилле под миазмами. Клирики и успокоители ухаживали за мертвыми. Но битва еще не закончилась.

На Харнсхилле лорд Брачан сказал: "Никогда еще эльфы и их рабы не вкушали столь горького поражения, но мы должны заставить их вкусить еще больше. Пока Авос не будет в наших руках, никто не сможет спокойно отдыхать. Последнее усилие! Соберите тех, кто еще способен сражаться! Мы будем молотом, а Авос – наковальней!" Брачан намеревался отбросить врага к берегам Великой Реки и захватить город-мост Авос.

В лагере эвеслендцев царили печаль и смятение, ибо лорд Эльфвин погиб, а Рыцаря Роз нигде не было. Исчезли и их эльфийские союзники. Барон Щитовых Холмов считал, что день упущен из-за коварства Некрада и им следует отступить за реку. Но архонт Риверленда выступил вперед и сказал: "Нет! Заступники говорили со мной из вод грааля и показали мне плетение судьбы. Победа будет за нами, если мы удержим Авос". И вот эвеслендцы ушли в город Авос, чтобы переждать осаду, хотя многие шептались, что зло, развязанное Некрадом, сильнее даже силы Заступников.

А теперь я перехожу к той части истории, о которой могу лишь догадываться. То, что было до этого, я видел своими глазами, друзья мои, или узнал потом, общаясь с теми, кто выжил. Но то, что я расскажу вам сейчас, – хотя это и правда, – не видел ни один живой человек.

Но клянусь, что каждое слово – правда.

Рыцарь Роз – меч Эрлкинга, генерал армий Эвервуда – поскакал обратно в лагерь эльфов. Он ехал мимо пиршественных столов и серебряных светильников, мимо шелковых шатров и полян, где арфисты играли под звездами. Он подошел к своему шатру и достал из него предмет, завернутый в черную ткань. Затем развернул его осторожно, с неторопливой грацией.

Это был лук Мортус.

Об этом луке сложено много легенд.

Мудрецы говорят, что он был создан в ужасные дни Раскола эльфов, когда последователи Америт отвергли магию деревьев жизни и доброе правление Эрлкинга. В то время в лесу разразилась война между эльфами, и говорят, что последователи Америт нанесли первый удар и убили одного из сородичей Эрлкинга. Никогда прежде эльф не убивал эльфа, и не было у них слова для такого преступления. В почерневшее тисовое дерево и драконий рог Лесные эльфы излили весь свой гнев и печаль. Это лук смерти, лук палача, созданный для того, чтобы положить конец бесконечному. Генерал Эрлкинга взял лук и использовал его, чтобы убить многих последователей Америт, пока они не бежали за море, возвращаясь в древние земли Перворожденных в окрестностях Некрада.

Долгие века лук хранился в сокровищнице Эрлкинга. Может быть, раз в тысячу лет, когда какой-нибудь эльф сбивался с пути света и совершал непростительное преступление, тогда королевский палач посылал за Мортусом. Но никогда он не применялся в гневе, только в печали.

Прежде чем принцесса Лаэрлин покинула двор своего отца, она тайно отправилась в сокровищницу и украла лук. С Мортусом в руках принцесса сразила множество чудовищ в войне против лорда Боуна. Она сразила дракона Ущелья! Она ранила вождя огров в Глен Митро! Даже после войны она сохранила Мортус в качестве своего лука, потому что в хранилищах Некрада не было оружия, способного сравниться с ним, кроме Разрушителя Чар.

С этим луком она столкнулась с Альфриком Ламмергейром и леди Берис в подземельях Некрада, когда Альфрик убил ее брата. В тот день она оттянула тетиву, но не позволила смерти взлететь.

Этот лук был у нее с собой, когда она посетила Арден перед падением. И там она сразила Ламмергейра стрелой Мортуса, и все увидели его гибель.

Лук палача. Лук смерти.

Теперь Мортус был в руках у Рыцаря Роз, и с огромным усилием он согнул его и натянул тетиву.

Лук спросил: “Кто достоин моего дара смерти?”

И рыцарь ответил: “Все они”.

Тайными тропами через лес ехал Рыцарь Роз. С ним ехали три рыцаря-эльфа, а вели их смертные рейнджеры, которые разведали этот тайный путь. Возможно, если бы вы были в лесу в тот день, то почувствовали бы кратковременную прохладу от пролетающего ветерка или услышали бы шорох листвы. Ни один разведчик или часовой не видел их, ни один гороскоп или заклинание не смогли бы предсказали их присутствия.

Рыцарь нес полный колчан стрел. Одна для Брачана. Другая – для Берис. Остальные – для других мятежников, бросивших вызов лордам Саммерсвелла. Не думаю, что это был предпочтительный выбор Рыцаря Роз. Он намеревался использовать лук для церемониальных целей, как того требовала традиция. Он полагал, что смертные вожди будут схвачены, лорд Эльфвин вынесет им приговор, а затем казнит их. Это будет сделано при свете солнца, на виду у всего мира, и все увидят глупость неповиновения. Вместо этого оставалось лишь поспешить и нанести убийственный удар исподтишка.

Он ехал, никем не замеченный.

Кроме одного.

Ибо поперек тропинки стоял призрак Ламмергейра.

ГЛАВА 33

Огонек, казалось, был полон решимости провести Альфа по самым тернистым и грязным тропинкам во всем Илавентуре. Он мог проскальзывать сквозь щели в живой изгороди; Альфу приходилось прокладывать себе путь силой. Он был где-то неподалеку от Харнсхилла, но огонек держал его подальше от дорог и других ориентиров.

"Осторожно, – сказал меч, сверкнув демоническим глазом. "Это все еще может оказаться ловушкой".

Огонек возмущенно закачался.

"Довольно дерьмовая ловушка", – фыркнул Альф, счищая колючки со своего плаща.

Они пошли дальше. Солнце перевалило за полдень, но погода была странной. Несмотря на жару, деревья окутывал густой туман. Вдалеке слышался гром, крики, лязг стали, и Альф уловил сернистый запах некромиазма. Где-то неподалеку войска лорда Брачана сражались с армиями из Эвесленда.

Какая-то часть Альфа жаждала выскочить из леса и присоединиться к бою. Какая–то часть его – или, может быть, это был меч, который вздрагивал при каждом раскате грома. Он чувствовал в воздухе вкус кровопролития.

"Ты привел меня сюда на резню?” – спросил он у огонька.

Тот завис в воздухе, словно раздумывая.

"Ты так же плох, как чертово пророчество".

Они шли по старой дороге через лес. Деревья, усыпанные белыми цветами, переплетались над головой, образуя туннель из ветвей. Трава под ногами была густой и сочной. Туман цеплялся за стволы деревьев. Туннель уходил в туман в обе стороны.

"Владетель, – призвал меч, – берегись".

Послышался стук копыт, более быстрый, чем биение сердца Альфа.

"Ты привел меня сюда ради них?"

Всадники приближались. Сквозь туман он увидел их. Во главе их ехал Рыцарь Роз с Мортусом в руке.

Альф положил руку на рукоять меча, призвал зрение меча, и туман рассеялся. Все стало для него ясным, таким совершенным и отчетливым, как будто он смотрел на неподвижную картину. Рыцарь Роз и три рыцаря-эльфа. Несмотря на то что рыцарь сражался целый день, его доспехи были безупречны. Повреждения, нанесенные ему Альфом в Кайрад Нале, были устранены, и он снова стал воплощением эльфийской красоты: фарфор, жемчуг и живые розы, очаровательно выглядывающие из стали. Там было еще четверо всадников – не эльфы. Смертные, в капюшонах и плащах. Двоих он узнал по Ардену – это были рейнджеры, напавшие на него на складе Отроана. Рыжеволосый мужчина и женщина, назвавшаяся Агилой.

Он вспомнил труп Ремиларда у своих ног. Вспомнил пол склада, залитый кровью, яростную радость битвы, сменившуюся тошнотой и горечью.

Владетель! Бей сейчас же!

Первый удар Альфа свалил Рыцаря Роз с его коня и отправил эльфийского лорда кувырком в подлесок. Альф крутанулся, Разрушитель Чар придал ему скорости и силы, и одним ударом разрубил чужого коня, щит, броню и позвоночник. Лошади вокруг него заржали и взвились на дыбы – вся компания была повергнута в хаос его засадой. Альф пробил череп ошеломленного рейнджера мечом, сбил с ног другого и добил его клинком.

Заклинатель! – произнес меч. Эльф-рыцарь запел песню о связывании, усталости конечностей и падении мечей. Разрушитель Чар парировал ее, а кулак Альфа навсегда оборвал песню.

Рейнджер пошатываясь, поднялся на ноги с мечом в руке, вытирая кровь со рта. Он был крупным мужчиной, ловким, закаленным в боях. Его меч был зачарованным, усыпанным магическими камнями. Против другого клинка, любого другого бойца, у него был бы шанс. Против Ламмергейра в его гневе – нет. Разрушитель Чар пировал.

Рыцарь Роз, предупредил меч. Эльф-рыцарь поднялся из канавы. Мортус лежал на траве между ним и Альфом. Взгляд рыцаря метнулся к луку.

"Не надо, – предупредил Альф. "Это лук Лаэ. Меч – твое призвание".

Эльф поколебался, затем выхватил свой клинок.

"Кстати, где Лаэ? Я все еще хочу с ней поговорить".

"В доме своего отца в Эвервуде", – ответил Рыцарь Роз. "После Ардена она сказала, что не поднимет оружие против Девяти".

"Поздновато, – пробормотал Альф, – но это упрощает дело. Ну давай же. Ты сказал, что хочешь попробовать свои силы в бою с Ламмергейром. Вот твой шанс".

"Ты владеешь демоническим мечом. Вряд ли это будет равный бой. Посмотри, этот меч – Меч Света рейнджеров. Принц Маэдос подарил его первому капитану триста лет назад. Это прекрасный клинок. Возьми его, и мы воистину увидим, кто из нас лучший фехтовальщик".

"Когда-то я был достаточно глуп, чтобы согласиться с тобой", – сказал Альф. "Но ты всадил в меня полдюжины стрел на Острове Рассвета, и все за то, что я попросил поговорить с другом. И вообще, кому какое дело до того, кто лучший фехтовальщик? В конце концов, это дело рассказчиков. Важно лишь то, кто останется в живых после поединка".

Я так горжусь тобой, – фыркнул Разрушитель Чар.

"Давай, – сказал Альф, – покончим с этим".

Их дуэль не была элегантной или изящной.

Рыцарь Роз несомненно, был лучшим фехтовальщиком – да и как могло быть иначе, ведь за плечами десять тысяч лет дисциплины? Но он был утомлен после битвы и начал слабеть. Жизнь Перворожденных не имеет конца, но их воля к жизни, их аппетит к существованию – имеют пределы. Преданность Эрлкингу и решимость защищать Эвервуд поддерживали Рыцаря Роз на протяжении многих веков, когда меньшие эльфы могли бы приковать себя к древу жизни. Битва тоже вымотала его сверх всякой меры. Это был не первый раз, когда Рыцарь Роз выезжал из Эвервуда, чтобы убивать смертных. Были и другие восстания, другие лорды и короли, которых нужно было усмирить. Он выезжал, чтобы усмирить хаос Старого Королевства; он выезжал, чтобы уничтожить Перевертыша Коннака и сотню других смертных лордов, чьи имена никто не помнит. Он устал так, как ни один смертный никогда не узнает.

Альф был свеж и усилен Разрушителем Чар. Демонический меч одинаково питался как эльфами, так и смертными, и это придавало жизненную силу его владельцу. Меч рыцаря тоже был зачарован – Клинок Розы со страшными стальными шипами, но в присутствии Разрушителя Чар вся магия теряла силу, и он стал не острее и не прочнее любого другого клинка.

Альф сражался как зверь, не обращая внимания на раны. Трижды рыцарь ранил его, но ни одно ранение не смогло замедлить его. Несмотря на всю грацию рыцаря, тот не мог уклониться от ударов Альфа. Несмотря на все мастерство рыцаря, тот ничего не мог сделать, чтобы отразить это безжалостное нападение. Альф ударил Рыцаря Роз.

"Постой, – воззвал рыцарь, поднимая сломанную руку. Вся красота покинула его. Его доспехи были вмяты и заляпаны грязью, магические камни разбиты вдребезги. Его шлем был расколот на части, и из зазубренных уродливых порезов на лице сочилась кровь. Лишенный своего нечеловеческого совершенства, Рыцарь Роз выглядел отвратительно и напомнил Альфу Акрайста. Его осенила мысль: он видел Лаэрлин в таком же состоянии, окровавленную и оборванную, и она не утратила своей сияющей красоты. Она больше походила на смертную женщину.

Будь осторожен, владетель, – предостерег Разрушитель Чар. Ты еще не победил.

Клинок Розы лежал совсем рядом, и Альф отпихнул его подальше.

"Ты..." начал Альф, но у него перехватило дыхание.

"Я не сдамся, – заявил рыцарь, – убей меня или пощади, выбор за тобой. Я прошу лишь мгновение".

"Для чего?"

В ответ из леса выплыл огонек и задержался возле павшего Рыцаря Роз. Рыцарь Роз с трудом поднялся, прижимая одну руку к глубокой ране в боку. Он заговорил на эльфийском. Альф не расслышал ответа духа, но, похоже, между ними происходил какой-то разговор.

"О чем они говорят?" – прошептал Альф.

Они приветствуют друг друга, как старые товарищи. Они говорят о...

Это произошло в одно мгновение. Рыцарь бросился вперед, хватаясь за Клинок Розы. Альф среагировал без раздумий, и Разрушитель Чар рассек Рыцаря Роз у основание шеи. Это был ужасный порез, рубящий удар, который едва не снес голову эльфа с плеч. Рыцарь упал замертво, из раны хлынула кровь. Его тело растаяло, оставив пустые доспехи.

Исчез и огонек. Деревья над головой скрипели, но Альф не чувствовал ветра, только нарастающее давление, ощущение присутствия. Он вызывающе поднял Разрушитель Чар.

Больше Заступников, – пояснил меч. Но они не смеют бросить нам вызов.

После этого Альф собрал сокровища павших. Ему всегда было не по себе, когда он грабил снаряжение побежденных эльфов, зная, что их призраки находятся рядом и наблюдают за ним. И все же он смастерил из брошенного плаща мешок и сложил в него позолоченные доспехи Рыцаря Роз, и его Меч Розы, и Меч Света рейнджеров, и разные выброшенные магические камни. Безмерное богатство.

Он взвалил мешок на спину, покачиваясь под его тяжестью. Затем поднял Мортус. Тела остальных эльфов уже растворялись, как туман. Лишь человеческие трупы оставались мрачным свидетельством резни, устроенной Ламмергейром. Сила ударов Разрушителя Чар гарантировала, что ни один из них не будет опознан.

"Одному удалось уйти", – заметил Разрушитель Чар. Он звучал сыто, как дракон, который сожрал целое стадо овец и теперь довольный улегся на свое золотое ложе, чтобы переваривать пищу в течение столетия. "Рейнджер Агила. Я не получил ее".

В какой-то момент, пока он трудился, огонек вернулся. Он покачивался посреди заросшей деревьями тропинки. Альф не мог понять, то ли его свет несколько потускнел от усилий, затраченных на проявление, то ли из-за косых солнечных лучей, пробивавшихся сквозь деревья, его стало труднее разглядеть. Когда Альф поднялся, чтобы уйти, огонек метнулся на юг, ожидая, что он последует за ним.

"Я пойду туда, – сказал Альф, кивнув в сторону Харнсхилла и лагеря Брачана.

Маленький огонек исчез.

Альф зашагал по склону холма к лагерю. Внизу рыцари Брачана устало продвигались по полю боя, оттесняя эвеслендцев к Авосу и далекой реке. Было несколько отдельных стычек, несколько отчаянных схваток, но было ясно, что Илавентур одерживает верх. Над головой кружили птицы, а успокоители двигались среди павших, держа копья наготове. Успокоители в Саммерсвелле – это зрелище встревожило его.

Навстречу ему по склону поднималась Берис. На ней были боевые кожаные доспехи и легкая кольчуга, как во времена их приключений. По мнению Альфа, это шло ей больше, чем придворные наряды.

"Ты пропустил битву, Альф, – сказала она, смеясь. "Немного заблудился?"

"У меня была другая битва".

"Понятно. Я говорила Брачану, не ждать тебя на поле, но он не хотел слушать".

Альф оперся на Разрушителя Чар. "Где Брачан?"

"Там, внизу, наслаждается славой. Оставь его в покое". Она взглянула на мешок с сокровищами Альфа. "Это Мортус. Лаэ была здесь?"

Альф покачал головой. "Он был у Рыцаря Роз".

"Он был у него, и ты все равно его победил?" Берис издала низкий свист. "Я очень, очень рада, что ты на нашей стороне".

"Мне кажется, что между сторонами нет большой разницы, учитывая то, как вы себя ведете. Некромиазмы, черепа с заклинаниями и порождения Ям".

"Не говоря уже о черных мечах, выкованных самим лордом Боуном", – сказала Берис. Она сказала это легко, но, когда Альф не улыбнулся, резко посерьезнела. "Это оружие, Альф. Инструменты. Сила, которой Лесные эльфы пытались лишить нас. Нам нужно освободиться".

"И что же будет сломано? Вся страна в хаосе. Мы должны положить этому конец".

"Положить этому конец, говорит человек, который не переставал сражаться в последней войне". Берис обвела рукой поле боя. "Мы победили здесь, Альф. После этого все закончится, а потом начнется восстановление. Мы возьмем Авос, и это отсечет Аршот и Краунленд от Эвесленда. Они не получат помощи от Лесных Эльфов, но мы получим магию и многое другое от твоего племянника в Некраде. И миазмы, чтобы прогнать Заступников. Оставшиеся в живых лорды не смогут обратиться за советом к Эвервуду".

"Ты думаешь, они сдадутся?"

"Я верю в их способность руководствоваться личными интересами", – сказала Берис. Альф нахмурился в замешательстве, и она добавила: "Я имею в виду, что они напуганы и жадны. Они уступят".

"И на этом все закончится, верно? Мы подводим черту у реки".

Она бросила на Альфа косой взгляд. "Мне следовало бы забросать тебя упреками, – сказала она, – за то, что ты сделал в Ардене. Ты чуть все не испортил, после всего, что Армек сделал, чтобы вытащить тебя из города незамеченным".

"Что я сделал? Ты отравила весь город!"

"Это были всего лишь небольшие миазмы. В Некраде мы жили и в худших условиях".

"Да, но то Некрад, Берис. Эти люди не заслужили того, что ты с ними сделала".

"Нет, не заслужили. Но это было необходимо. Нам нужно было – тебе нужно было, чтобы я быстро взяла Арден, вот я и действовала". Она потянула за тетиву лук Мортус. "В каком-то смысле ты встречаешь меня впервые. Все то время, что мы были знакомы, мне приходилось лгать тебе. Всю свою жизнь я тайно готовилась к этому дню. Собирала магические камни, налаживала связи, проверяла людей. Пряталась от Эрлкинга. Теперь все открыто. Теперь все знают, кто я и что со мной. Ты знаешь, что я сделала. Ты – истребитель чудовищ, Альф. Разве я чудовищна?"

Она показалась Альфу совсем юной и более уязвимой, чем он когда-либо знал. Они были примерно одного возраста, но когда он впервые встретил ее, Альф был тупоголовым чурбаном, фермерским мальчишкой, который не знал ничего, кроме того, как бить мечом. А Берис знала все – она была воровкой, шпионкой, разведчицей Девяти. Лат мог менять облик, но Берис могла быть кем угодно. В один прекрасный день она была воровкой из трущоб, а в другой – утонченной аристократкой, способной вписаться в любой двор. Ее язычок, острый, как кинжал, пугал юного Альфа. Он стал доверять ей, но только после того, как смирился с тем, что у нее всегда будут от него секреты.

После войны она стала торговкой. Он всегда скрывал свое разочарование тем, что она занялась простой коммерцией. Это казалось таким скучным и обыденным для человека, который окутывал себя тайной. Она стала безвкусной.

Теперь это была новая Берис. Гораздо больше похожая на ту Берис, которую он знал, когда они были искателями приключений, но у Берис была цель.

Альф тяжело опустился на землю. "Как будто я что-то знаю. Ты всегда была одной из самых умных, Бер. А я просто бьюсь". Он рассматривал изящную филигрань на рукояти клинка Розы. "Я понятия не имел, что происходит. Ты, Лаэ, Блейз, Пейр, Турн – вы разрабатывали планы и говорили мне, что нужно истребить. Я доверял вам всем. И вот, ты говоришь мне, что это было необходимо, и я тебе верю".

Берис улыбнулась. "Это хорошо..."

"Я еще не закончил". Альф поднял Разрушитель Чар и сравнил демонический глаз с красотой эльфийского клинка. "Ты бы сказала, что это необходимо, а Лаэ сказала бы, что ты слишком сурова или нетерпелива и что есть другой способ. Вы бы поспорили, а Пейр рассудил. Я доверял тому, чем мы были, когда были все вместе". На лице Берис промелькнуло выражение жалости. "Ты же не думаешь, что это когда-либо существовало?"

"Девятеро? Нет. Не так, как ты нас видел. Даже тогда мы не были едины. У Пейра были свои мечты и видения, и он повел бы нас к катастрофе, если бы мы с Ян не удержали его. Ян с самого начала была полна сомнений, никто из нас не доверял Лаэрлин, а Турн всегда был на волосок от того, чтобы бросить нас и отправиться домой". Она присела рядом с Альфом. "Но что же остается нам с тобой? Когда-то ты мне доверял".

Альф выдохнул. Он убрал меч Рыцаря Роз и положил на колени Разрушитель Чар. "Я доверяю тебе, как этому мечу. Ты опасна, Берис".

"Это говорит человек, убивший лорда Боуна", – с притворным легкомыслием сказала Берис, пытаясь отшутиться. Альф понял, что обидел ее своей откровенностью. "Мы дали тебе Разрушитель Чар, чтобы ты сдерживал его зло, и ты хорошо справился с этой задачей".

"Да, хорошо". Он опустил взгляд на испещренную шрамами землю. "Меч – это еще не все зло в Некраде".

"Я вернусь потом", – тихо сказала она. "Когда все закончится. Когда Саммерсвелл выйдет из-под контроля Лесных эльфов и мы сможем строить свое будущее так, как захотим, тогда я вернусь в Некрад. Я приму предложение Пейра, если никто другой не согласится. Я не забыла клятву, которую мы дали как Девятеро. Возможно, я нарушила ее, но я поклялась присматривать за Некрадом, и сделаю это".

Это подбодрило его. Сквозящий намек на прежнюю Берис. "Я тоже", – кивнул Альф. "Под руководством молодого Дервина все будет лучше".

"Для этого все и затевалось, Альф. Поверь мне".

По склону холма поднялся гонец и опустился на колено перед Берис.

"Миледи. Я привез весть от лорда Брачана. Он просит вас присоединиться к нему в Норбери Грейндж".

"Ты езжай", – сказала Берис.

"А ты?"

Она встала, снова надевая маску. "Ты меня знаешь. Теневой бизнес". Она чмокнула его в щеку. "Скоро увидимся".

Когда он собрал свои сокровища, лука уже не было.