Текст книги "Счастье для Веры (СИ)"

Автор книги: Галина Перун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

– Она улыбается, когда ты с ней разговариваешь.

Павел прижался щекой к лицу жены.

– С детьми нужно разговаривать, они все понимают и чувствуют наше настроение.

– Давай я отнесу ее в комнату, – предложил Павел.

– Нет, нет, я сама! – Она отвела его руку. – Лучше вылей воду из ванночки и ополосни ее. Ты не переоделся, одежда у тебя уличная. Кучу микробов принес сюда. Я не хочу рисковать ее здоровьем. Я же просила тебя переодеваться в домашнее.

– Хорошо, хорошо, как скажешь. Я просто не успел. Вера, мне кажется, ты сильно перестраховываешься, ребенка нельзя растить в стерильных условиях. Такие детки потом чаще болеют.

– Да, я заметила, что ты и твоя мама не такие щепетильные в этих вопросах. А потом обижаетесь, почему я не могу доверить кому-то ребенка.

– Вера, ты очень устаешь одна. Я весь день на работе. Выходные тоже не всегда получается провести вместе. – Он обнял ее за плечи. – Может, нам стоит отдохнуть где-нибудь всем вместе? С маленькими детками летают на отдых. Я возьму недельку-другую отпуска.

– Паша, я боюсь с ней лететь в другую страну. Там климат отличается, и для такого маленького ребенка это большой стресс.

– Ну зачем ты так? Вера, мне просто хочется тебя немного приободрить, больше времени провести с вами.

– Лучше давай поедем в детский магазин и купим нашей Злате игрушки и платьица. Ты можешь на завтра отпроситься?

– Попробую.

Он прижал ее голову к своей груди и поцеловал. Действительно, Вера днями находится дома одна с ребенком, и разные мысли могут прийти в голову, оттого она и может показаться странной. Хотя сам Павел ничего странного в поведении жены не видел. Все, что она делает, она делает для дочери с любовью.

Прогулка по магазинам успокоила Веру. Сердце Павла радовалось. Он с важным видом носил на руках спящую Злату, заглядывал в зеркала, любуясь своим отражением. Несомненно, роль отца ему очень нравилась, и выглядел он с ребенком на руках очень трогательно. Великолепная, атлетически сложенная фигура и высокий рост притягивали взгляды прохожих.

Прижимая к груди крохотное тельце малышки, Павел наконец понял переживания Веры. Жизнь и здоровье дочери находятся в их руках и зависят в первую очередь от них. Они семья, а именно семья создает благоприятные условия для полноценного развития ребенка. Вера заботится о Злате, и кому, как не ей, лучше знать ее потребности. Целый день она проводит с дочерью, все ее мысли и желания непосредственно связаны с ней. И сейчас они поехали именно по ее просьбе в детский магазин. Хотя с таким же успехом любая женщина, находясь в декретном отпуске, захотела бы обновить свой гардероб и прикупить несколько вещичек. Павел улыбнулся от этой мысли – такая забота о дочери радовала его. Вера очень хорошая мать, она никогда не посмеет переложить хлопоты о ребенке на чужие плечи. Вот Лера бы с удовольствием спихнула внучку бабушкам и дедушкам.

При чем здесь Лера? И вообще, почему он ее вспомнил? Ведь она уже давно пустое место для него. Наверное, вспомнил потому, что в последнее время Леры стало уж как-то слишком много. Каждый день приходится сталкиваться с ней в коридоре. И каждый раз она цепляет его своим острым языком. Корчит из себя пушистую кошечку, а сама без зазрения совести живет в их квартире, оттягивая ее продажу. К тому же все больше и больше сближается с его матерью. Находит какие-то нелепые поводы для встречи и забегает к ней в гости…

От невеселых мыслей его оторвала Вера. Она взяла Злату на руки и сказала, что пойдет выбирать малышке платьица. Павел, поцеловав их, отправился в отдел игрушек.

К нему сразу подошла продавец с вопросом: «Какую игрушку желаете?» Игрушками занималась Вера, она подбирала их тщательно по возрасту. Детская просто пестрела погремушками, мягкими кубиками, каруселями, развивающими ковриками. С определенной периодичностью одни игрушки менялись на другие, и так по кругу, чтобы ребенок не терял к ним интереса. Павел считал, что игрушек дома предостаточно и даже не мешало бы ими с кем-нибудь поделиться. Но сейчас ему захотелось выбрать самому подарок для дочери. Он много раз слышал от Веры, что игрушки должны вызывать не только положительные эмоции, но и приносить определенную пользу, развивать у ребенка органы чувств и двигательные навыки, а главное, быть безопасными. Поэтому она сразу же поставила всех перед фактом – не соблазняться на дешевую, дребезжащую и звенящую красоту из ларьков, а приобретать проверенный товар в известных детских магазинах. И он прекрасно помнил неприятный инцидент, когда Вера выбросила в мусорное ведро погремушки с разноцветными шариками, принесенные его матерью.

Тогда Павел вспылил не на шутку: поведение жены сильно задело его самолюбие. Вера не стала обижаться и спорить. Она достала из пакета игрушку, позвенела ею, а потом легонько, без особого усилия надавила пальцем на край ручки. Некачественно склеенная пластмасса деформировалась, и шарики раскатились по столу. Этой демонстрации оказалось достаточно, чтобы понять, чем чреваты такие подарки.

С подачи продавца Павел выбрал погремушку в виде теннисной ракетки.

– Игрушка не только со звуковыми и световыми эффектами, она помогает развивать и укреплять моторные навыки ребенка, – щебетала заученным текстом девушка. – Вот так можно крутить и трясти ракетку, чтобы услышать шуршащие и гремящие звуки внутри. С боку интуитивный рычажок для включения и выключения. Работает игрушка на трех батарейках таблеточного типа.

– Благодарю вас! Вы очень подробно все рассказали. А что с батарейками? Они свободно достаются? – поинтересовался Павел.

– Батарейный отсек надежно зафиксирован винтиками, объяснила девушка, – если вы это имели в виду. Иначе же вам придется отверткой снимать крышку для их замены.

– Да, именно это меня и интересовало – безопасность, – с видом знатока сказал Павел. – Ну что ж, давайте вашу ракетку! Надеюсь, моя принцесса оценит ее по достоинству, когда проснется.

– Вы сделали хороший выбор! Спасибо за покупку! – мило улыбнулась продавец.

Павел взял цветной пакетик и направился искать жену и дочь в надежде, что Вера уже выбрала все необходимое.

Сегодня Павел не узнавал свою жену – бледное лицо с уставшими глазами сильно преобразилось. В ее будто вдохнули новую жизнь: щечки зарделись румянцем, а кожа приобрела слегка розоватый оттенок, даже глаза стали более выразительными, в них появился живой блеск. Волосы не были стянуты в привычный пучок, а свободно вились локонами, ниспадая на грудь. Она полностью была поглощена покупками. Ходила между рядами игрушек, брала интересующие ее, крутила в руках, и это приносило ей нескрываемое удовольствие. К тому моменту, как проснулась Злата, тележка оказалась доверху заполненной кофточками, маечками, штанишками, шапочками, игрушками, а сбоку на маленьких вешалках висели нарядные платьица неярких тонов.

– Как же мне не хватает общения с вами! Я наблюдал за тобой и понял, что очень мало уделяю внимания вам. Мы редко где бываем. Злата растет, и я не успеваю насладиться этими дорогими минутами. Нам нужно больше времени проводить втроем.

– Да, сегодня бесподобный денек! – согласилась Вера. – Наконец-то я не через интернет, а вживую выбрала для нашей девочки то, что хотела. Шопинг действительно успокаивает.

– Может, навестим родителей? Мы недалеко от их дома, они очень рады будут.

Они подошли к машине, и Павел переложил Злату в автолюльку. В этот момент он не видел выражение лица Веры, а молчание расценил как согласие.

Вера ехала с приподнятым настроением и даже что-то напевала. Музыка в салоне звучала тихо, и Злата прислушивалась к голосу матери.

Елена Игоревна с небольшим удивлением встретила гостей. Заглянула в пакеты и озадаченно произнесла:

– Ну надо же! Да она же быстро растет, вы даже не успеете это все на нее надеть! Как и те вещи, что у вас в шкафу дома.

– Мама, ну что ты! – Павел поцеловал ее в щеку и легонько обнял за плечи. – Мне очень хотелось моим девочкам доставить удовольствие! Посмотри на Веру! Сегодня я ее не узнаю! Может, посидишь на днях со Златой, а мы сходим куда-нибудь?

– Мы с дедом только рады будем с внучкой понянчиться, – улыбнулась Елена Игоревна.

Виктор Романович сидел на диване рядом со Златой и, радостно покрякивая, колотил погремушками. Та смеялась, показывая розовый тонкий язычок, и, как только игрушка касалась рук, пыталась ее захватить и направить в рот. Виктор Романович сиял от радости: лицо его посветлело, морщинки разбежались в стороны, на висках выступили едва приметные капельки пота. Несколько раз свободной рукой он промокнул влажный лоб и шею, бросил короткий взгляд в сторону Веры и снова продолжил общение с внучкой: щелкал языком на разный манер, агукал и по слогам произносил имя Злата.

Вера будто всего этого и не замечала. С легкой улыбкой на губах она суетилась у стола, помогая свекрови с сервировкой: очень ловко и быстро раскладывала салфетки и столовые приборы.

«Вот же оно, истинное счастье! – думал про себя Павел. – Всей семьей так хорошо. И Вера преобразилась, повеселела. Порхает, как птичка, улыбается».

Выходные вышли замечательные. Павел отдохнул, выспался и в целом получил огромный прилив энергии. Он ехал по МКАДу на небольшой скорости, благо времени до начала рабочего дня еще хватало. Впервые за последние месяцы он смотрел на пролетающие за окном автомобили, дома, деревья и удивлялся видимым переменам. Где-то началась стройка, где-то вырос новый дом, а где-то появилась новая реклама. Тонкий дымок тумана над дорогой навеял мысль о том, что, несмотря на теплые деньки, уже осень. А ведь он, Павел, фактически и не заметил, как пролетело лето. Злата заметно подросла, узнает его и радуется при встрече, тянет к нему ручки, лепечет что-то на своем языке.

С рождением ребенка Вера изменилась. У нее часто меняется настроение. Вроде бы это та самая любящая и милая Вера, но в какой-то момент с ней что-то происходит, и она становится равнодушной или раздражительной.

По возвращении из роддома они с Верой спят по разным комнатам. Ребенок часто ночью просыпается, его нужно укачивать и кормить. Поначалу это очень беспокоило Павла. Вера – молодая мама и должна высыпаться. К тому же практически сразу после роддома у нее началась бессонница. Она постоянно была плаксива и раздражительна. А потом Вера сама с помощью каких-то таблеток справилась со своим состоянием. Прошла нервозность, нормализовался сон. Вера заметно похорошела, у нее появился интерес к общению с друзьями и родственниками.

И все же… Чрезмерное внимание к малышке, любое чихание или плач вызывали у Веры панику. Она тут же хваталась за медицинские справочники, начинала искать болезни, придумывать лечение.

Углубившись в свои мысли, Павел и не заметил, как подъехал к офису. Он припарковал на свободное место машину и стал подниматься по лестнице.

– Паша! За тобой не угнаться!

Цокая каблучками, к нему спешила Лера. Ветер поднимал легкий подол и без того короткого платья. Впрочем, девушка и сама не старалась его придержать, с удовольствием демонстрируя загорелые ровные ноги.

– Время поджимает. – Он постучал пальцем по запястью. – У тебя что-то срочное?

– Ты сам не подходишь, поэтому подошла я. – Она демонстративно облизала накрашенные красной помадой губы.

– С ума сошла, что ли? – оглянулся по сторонам Павел. – Не хватало еще, чтобы подумали, будто я заигрываю с бывшей женой!

– Я слышала, что тебе нравятся сумасшедшие? – сузила глаза Лера, изучая его взглядом с ног до головы.

– Отцепись! – бросил он на ходу и поспешил скрыться за стеклянной дверью.

– Так тебе и надо! Задела, значит, за живое! – Лера поправила глубокое декольте, отбросила взмахом головы волосы назад и, выпрямив спину, вошла следом, поприветствовав кивком охранника.

Вначале позвонил Павел и радостно сообщил, что они с Верой идут в Молодежный театр. Это значило, что невестка наконец-то доверит свекрови внучку. Тревожное ощущение радости появилось в душе, но Елена Игоревна не спешила обольщаться. Вера со своим переменчивым настроением может сто раз передумать. Но на всякий случай подготовиться надо.

Потом позвонила Лера и тоже заявила о своем визите. Занятая мыслями о внучке, Елена Игоревна не смогла отказать бывшей невестке, а потом и вовсе забыла о ней.

Павел с Верой торопились. Оставили спящую Злату в люльке в гостиной и на цыпочках скрылись за дверью. Елена Игоревна даже удивилась поведению Веры. Без лишних уговоров и предупреждений она спокойно передала ей ребенка. Выглядела девушка похорошевшей: легкий макияж и аккуратно уложенные локоны подчеркивали природную красоту. Терпкий шлейф духов еще некоторое время витал в комнате.

Девочка спала, раскинув ручки в стороны. Елена Игоревна расстелила цветную простыню на диван, подложила с краю небольшие подушки – получилось что-то наподобие манежа. Она бережно переместила малышку на простыню. Открыла принесенную Верой сумку и, стараясь не шуметь, достала оттуда игрушки, разложив их на диване подальше от Златы. Малышка спокойно сопела носиком во сне. Елена Игоревна присела рядом, ей не терпелось взять малышку на ручки, почувствовать ее теплое дыхание. Она едва сдерживала себя, чтобы не дотронуться до нее, не поцеловать пухленькие кулачки.

Вдруг в дверь позвонили. Мысленно ругая мужа за бестолковость, женщина бросилась открывать. На пороге стояла Лера. Мило улыбаясь, она поздоровалась и без приглашения протиснулась в коридор. Сбросив туфли на высоком каблуке, сразу же прилипла к своему отражению в зеркале.

– У меня внучка спит, а ты трезвонишь! – прошептала Елена Игоревна. – Что хотела?

– Что, так с порога и прогоните? – сделала невинное лицо Лера.

– Никто тебя не гонит, – отмахнулась женщина и поспешила в гостиную. – Не шуми только: мою Златочку разбудишь.

– Первый раз вижу девочку с таким необычным именем. Она скоро проснется? – поинтересовалась Лера. – Очень хочется на руках ее подержать.

– Не надо ее на руках держать, – буркнула Елена Игоревна, недовольная приходом бывшей невестки.

Ей очень хотелось понянчиться с девочкой, насладиться свободными от Веры минутами. И на тебе – как специально принесло эту вертихвостку. Краем глаза Елена Игоревна рассматривала яркий макияж Леры. И вдруг спохватилась:

– Ай, совсем из головы вылетело: там же у меня на плите компот варится! Лера, посиди здесь. Только ничего не трогай, слышишь? Я сейчас!

Как только Елена Игоревна убежала на кухню, Лера склонилась над девочкой. До чего же малышка похожа на Пашу! Какое милое создание!

Лера откинула мешавшую подушку и присела на край цветной простыни, чтобы быть поближе к ребенку. Сколько же она будет спать? Лера хотела посмотреть время на часах и неожиданно вспомнила, что еще утром хотела заменить в них батарейку. Сняв их с руки, ногтем подцепила крохотную «таблетку». Достав упаковку с новой батарейкой, собиралась вставить ее вместо старой, но не удержала – батарейка выскользнула из пальцев и отлетела на диван.

В этот момент ребенок пошевелился и издал протяжный вздох.

– Ух ты! Какие у тебя красивые голубые глаза! – удивилась Лера. – Как же ты на своего папку похожа! Иди ко мне!

Она взяла ребенка и легонько прижала к себе теплое после сна тельце. Услышав звонок в дверь, испугалась и опустила малышку на простыню. Та быстро перевернулась на живот, поджала коленки и, раскачиваясь, сделала рывок к яркой игрушке.

Тем временем в прихожей послышались голоса Виктора Poмановича и Елены Игоревны. Женщина что-то объясняла мужу и ругалась на него. Не вникая в суть спора, Лера начала быстро искать отлетевшую батарейку и с ужасом обнаружила ее во рту у малышки. Она хотела достать ее пальцем, но вспомнила, что руки у нее грязные. Ребенок замер на секунду, как-то странно закашлялся, а потом вновь начал дышать.

– Ты что, проглотила ее? – испуганно прошептала Лера и схватила девочку на руки. От неожиданности та заплакала.

– Ты зачем ее взяла? Кто ж так хватает? Это же не кукла тебе! Головку и спинку нужно придерживать! – влетела с бутылочкой компота Елена Игоревна.

Ребенок перекочевал на руки к бабушке, а Лера, пользуясь замешательством, судорожно сгребла упаковку, старую батарейку и незаметно забросила их себе в сумку.

– Пей, моя хорошая девочка, компотик, там витаминки, они полезны для тебя.

Елена Игоревна настойчиво предлагала малышке питье, но та капризничала и после нескольких глотков начинала плакать.

– Я, наверное, пойду.

Лера засобиралась к выходу.

– А чего хотела-то?

– Мне с Пашей нужно было поговорить, подумала: вдруг он у вас. Я в следующий раз зайду.

Схватив сумочку, она выскочила на лестничную площадку.

– Шельма! – коротко охарактеризовала бывшую невестку Елена Игоревна, запирая дверь на ключ.

Ближе к десяти вечера вернулись Паша с Верой. Елена Игоревна прямо с порога успокоила, что девочка накормлена и спит. Вера покрутила в руках вымытые бутылочки, а свекровь объяснила:

– Злата не все съела, немного покапризничала, а потом уснула. Я решила вылить оставшуюся смесь, все равно ее повторно уже не будешь давать.

– Мама, все хорошо, спасибо! – вмешался в разговор Павел. – Благодаря тебе мы замечательно провели вечер. Вот только пришлось у Веры телефон забрать, чтобы тебе не надоедала.

– Вот сейчас, сынок, я спокойна, что у вас все хорошо. Веру даже не узнать, сама на себя не похожа. А мы хоть со Златой понянчились, нам это в радость! – Елена Игоревна оглянулась на Веру и понизила голос: – Твоя бывшая приходила. Не понимаю, чего она добивается. Вся такая расфуфыренная, глазками так и стреляет по квартире. Думаю, хотела тебя здесь застать, но как узнала, что вы вдвоем с Верой, так сразу и ушла.

– Я тебя умоляю: не заводи с ней никаких бесед. Она же не в первый раз к тебе является. Она должна понять, что ей здесь не рады.

– Хорошо, хорошо, я поняла! – Она подтолкнула легонько сына в спину. – Иди к Вере, помоги ей собрать вещи, если не думаете остаться ночевать у нас. Поздно уже.

…Впервые за последнее время они вместе уснули в одной комнате. Павел придвинул детскую кроватку почти вплотную к своему спальному месту и долго держал за ручку малышку. Внимательно рассматривал черты ребенка: тонкие, едва приметные светлые бровки, черные реснички, курносый носик и розовый полуоткрытый ротик. Его умиляла природная нежность деток. «Все малыши прекрасны, и каждый по-своему, – говорил он. – А наша Злата особенная! Она вырастет настоящей принцессой!»

Вера, прижавшись щекой к гладко выбритой коже, поцеловала мужа. Сегодня они провели вместе замечательный вечер, самый лучший из всех за последние месяцы. Он будто вернул ее к реальности. Придвинувшись к любимому, она незаметно погрузилась в сон, уставшая и счастливая.

Под утро Вера проснулась от крика Златы. Девочка плакала и не хотела успокаиваться. Плач то усиливался, то утихал; в каком-то положении ей, видимо, становилось немного легче, и, всхлипывая, она засыпала. Сон длился недолго, минут десять-пятнадцать. Малышка вздрагивала, разбрасывала руки в стороны, будто падая, открывала глаза, начинала плакать и, успокаиваясь, снова засыпала, сжимая в кулачках ночную рубашку Веры. А потом внезапно приступ громкого плача и подтягивание ножек к животу.

– Может быть, у нее температура? – Павел приложился губами к лобику девочки.

– Мне кажется, у нее болит животик: обычно малыши так ножки поджимают, если вздутие или еще что-то. Я пробовала гладить, но она никак на это не реагирует, все равно плачет.

– А если это зубки режутся?

– Да нет, десенки не припухшие, не отечные. Никогда она так долго не плакала. – Вера посмотрела на часы. – Рано еще звонить кому-то. Все спят.

– Ты скорую хотела вызвать?

– Я знаю, что скорую можно в любое время вызвать. Я о твоей маме вспомнила. Она вчера вылила смесь, потому что Злата не захотела есть. А по дороге домой малышка уснула, и, когда мы приехали, она совсем сонная была, тоже слабо кушала. Я подумала, что она просто спать хочет, вот и не стала настаивать. А водичку она с удовольствием попила. Не понимаю: в чем причина? Ты не подумай, я не хочу Елену Игоревну в чем-то обвинять. Мне просто надо уточнить: может, она ей что-то еще пробовала дать?

– Я совершенно спокоен по этому поводу, – пожал плечами Павел. – Мама бы не стала без твоего разрешения ей что-то давать. Она же знает, как ты смотришь за Златой.

– А компот?! – вдруг вспомнила Вера. – Она варила какой-то компот! Я его не пробовала, а вот ты его пил?

– Нормальный компот, вкусный, свежий. – Павел неодобрительно посмотрел на Веру. – Неужели ты думаешь, что мама стала бы давать ребенку плохой компот?

– Не обижайся, я сама понимаю, что не стала бы, – вздохнула Вера, укладывая малышку рядом с собой. – Мне кажется, ей немного легче стало, она засыпает.

– Я отпрошусь на пару часиков с работы и свожу вас утром к врачу, пусть на всякий случай посмотрит. – Павел пристроился рядышком с малышкой и аккуратно укрыл ее пледом.

Поездка в поликлинику не принесла особой пользы. Участковая, Ольга Дмитриевна, врач со стажем и большим опытом, знающая всех своих деток, начиная с первых дней появления их в поликлинике, находилась на больничном листе, и ее заменяла молодая врач с другого участка. Осмотрев ребенка, она пришла к выводу, что, скорее всего, ребенок подхватил ротавирусную инфекцию. Как раз сейчас наблюдается вспышка, много детей болеет. Доктор выписала жаропонижающее, пребиотики и посоветовала чаще поить ребенка обыкновенной кипяченой водой.

В машине Злата успокоилась и уснула. Павел помог жене подняться в дом, проводил в детскую комнату. Вера согнулась над кроваткой и опустила спящую дочку поверх одеяла, расстегнула теплую кофточку и прислушалась к дыханию.

– Тебе не кажется, что она какая-то бледная? Может, стоило ее все-таки хирургу показать? У маленьких детей не спросишь, где конкретно болит, а симптомы такие запутанные бывают, – волновалась Вера.

– Успокойся, все в порядке. Нет оснований не доверять врачу.

– У меня неспокойно на сердце, – вздохнула Вера.

– Все маленькие детки болеют, и не нужно так бояться. Ты же у меня сама медик и все понимаешь! Мне пора ехать, я позвоню тебе позже, когда буду уже в офисе. Хочешь, я наберу маму, она приедет к нам?

– Нет, я сама справлюсь.

Она прижалась к Павлу. От него приятно пахло духами Kilian: тонкие ароматы ванили, жасмина и рома прекрасно переплетались, наполняя Веру теплом и пробуждая приятные воспоминания. Хотелось продлить это мгновение, будто что-то невидимое и важное ускользало от них сейчас. Ей безумно нравились его строгие рубашки – в них он казался неприступным; тонкая полоса бородки придавала суровости его выражению лица. Но она-то знала, что кроется за маской важности! И ей это льстило. Для всех серьезный, деловой, чужой, а для нее самый родной и любимый.

Павел будто понимал ее мысли, он молча гладил широкой ладонью ее волосы, осыпал частыми поцелуями макушку. Они так и стояли посреди детской комнаты, обнимая друг друга. В какое-то мгновение Вера отчетливо услышала тиканье настенных часов, шум ветра за окном, перестукивание колес удаляющегося товарного поезда. Эти знакомые постоянные звуки она будто не замечала. Невидимый колпак не позволял воспринимать окружающее, оно словно потонуло в сумраке. Вера открыла глаза и осмотрелась. Комната, наполненная солнечным светом, вселяла надежду на возвращение к прежней жизни.

Павел мчался по трассе, обгоняя попутные машины. По радио Кристина Орбакайте исполняла «Пьяную вишню». Перемены, произошедшие с Верой за последнее время, радовали его. Она будто очнулась после навязчивого сна. Он вспоминал вчерашний вечер, их непринужденный разговор, и будто не было этих долгих тоскливых недель, когда она неохотно отвечала на его ласки и уединялась с дочкой в комнате. «Сейчас все будет иначе», – уверял себя Павел. Проезжая мимо цветочного магазина, он завернул на стоянку: не смог сдержать сиюминутное желание сделать Вере приятное. Конечно же, заказать букет можно и по телефону, но ему вдруг захотелось вживую выбрать цветы.

Девушка азиатской внешности мило улыбнулась и предложила букет с названием «Твое дыхание» из белоснежных эустом, розовых гиацинтов и нежных альстромерий. Павел продиктовал адрес для курьера. К полудню сюрприз обещали доставить в Зеленое.

Злата спала недолго. Буквально сразу, как машина Павла отъехала от дома, раздался ее громкий крик. Вера взяла ребенка на руки и отметила, что маечки мокрые, а тельце довольно горячее. Метка на градуснике показала тридцать восемь и восемь. Ее состояние по сравнению с утром значительно ухудшилось: дыхание стало частым и хриплым, дочь отказывалась даже от воды. Не раздумывая, Вера набрала номер скорой помощи и стала собирать необходимые для больницы вещи. Она понимала, что происходит что-то серьезное и счет идет на минуты. Только что это? Явно не ротавирусная инфекция. Малышка дышала все тяжелее. Может, это пневмония? Тогда почему так быстро, за считаные часы, резко ухудшилось состояние? Еще вчера ребенок был здоров. Что могло произойти за одну ночь?

К приезду бригады малышка уже стала хрипеть, а на коже лица появился синюшный оттенок. От страха и волнения Вера впала в панику. Как только машина подъехала, она с ребенком выбежала навстречу. Захлебываясь слезами, умоляла фельдшера быстрее ехать в Минск, не теряя ни минуты.

– Женщина, успокойтесь, мне нужно осмотреть ребенка. Давайте войдем в дом, я прошу вас!

– Вы же видите, как она дышит?! Мы теряем драгоценное время! – Вера хватала фельдшера за руки. – Я сама медик, прошу вас!

– Какой же вы медик, если до такого состояния дотянули? Почему никуда не обратились? – резким тоном он пытался ее успокоить.

– Умоляю вас, помогите! Я боюсь за ее жизнь!

– Она могла что-то проглотить? – обеспокоенно спросил он. – Живот напряжен, нет перистальтики, а в бронхах все хрипит.

– Проглотить точно не могла ничего.

Вера чувствовала, как дрожат пальцы рук, головная боль становилась все сильнее. Все вокруг расплывалось.

– Присаживайтесь в салон, нужно ехать в больницу. Я думаю, без рентгена не обойдемся.

От сильных переживаний Веру затошнило, сильная пульсирующая боль сжала обручем голову, перед глазами поплыл туман. Голос медика звучал неестественно и отдаленно, она только видела его растерянное лицо. Прижимала Злату к себе, чувствуя, как учащенно бьется сердечко, и не позволяла никому взять ребенка на руки. Неотложка мчалась по улицам города с включенной мигалкой, и звук сирены наводил ужас на Веру, тело ее будто оцепенело.

Она настолько крепко вцепилась в Злату, что в приемном покое потребовалось применить силу, чтобы забрать малышку на обследование. Самой Вере сделали какой-то укол, и спустя немного времени ее сознание прояснилось. Во рту пересохло, и она едва слышно прошептала: «Спасите мою девочку!»

В коридоре мелькали люди – наверное, такие же родители, как и она. Вера слышала обрывки ободряющих фраз, но они словно пролетали мимо. Все происходящее казалось ей далеким, почти нереальным. Там, за закрытой дверью, осталась ее девочка. Наверное, она плачет. Из-за истерики Веру не пустили к ней, оставили ждать здесь. И вдруг на пороге показалась медсестра – на руках у нее, туго завернутая в пеленку, лежала Злата.

Вера бросилась к дочери, но люди в белых халатах преградили ей путь. Медсестра быстро понесла девочку по коридору и вскоре исчезла за стеклянной дверью.

Пустите! Пустите меня к ней! Куда вы ее уносите! – закричала Вера.

– Вспомните, когда и что мог проглотить ваш ребенок? – крепко схватив ее за локоть, серьезно спросил врач в съехавших на кончик носа очках.

Вера не сразу поняла, что вопрос задали именно ей. Врач начал трясти ее за руку. Ей стало больно, и она пришла в себя.

– Она не глотала ничего! – уверенно ответила Вера, судорожно прокручивая в памяти последние дни. – Это исключено!

– Однако это не помешало ей проглотить инородный предмет! – бросил на ходу мужчина и устремился быстрыми шагами по коридору. – На снимке видно инородное тело круглой формы, диаметром около сантиметра. Думаю, что это таблеточная батарейка.

– Батарейка?! Этого не может быть! Откуда бы она там взялась? – Шокированная таким предположением, Вера на секунду остановилась, а потом снова бросилась за врачом. – Нет, нет, батарейка не может быть, у нас дома их нет! Откуда ей взяться? Вы достанете ее?

– Сейчас вашего ребенка готовят к экстренной операции, подключат к аппарату искусственного кровообращения, чтобы насытить кровь кислородом. Состояние у девочки тяжелое. – Врач остановился и посмотрел внимательно ей в глаза. – И все же… вы не вспомнили хотя бы приблизительно, сколько дней прошло, как она проглотила батарейку? Такие предметы вызывают электрохимическую реакцию и прожигают стенки органов. Нам нужно знать, к чему готовиться.

– Нет, нет! Только не это! – замотала головой Вера. – Умоляю вас, спасите ее! Что бы там ни было, сохраните ей жизнь! Я умоляю вас!

Врач посмотрел на нее многозначительно и исчез за дверями операционного блока. Чьи-то руки подхватили ее, не позволив упасть, сопроводили до ближайшей скамейки. Опустив голову, Вера сидела неподвижно, она пыталась сосредоточиться, прокручивала в памяти недавний разговор.

Почему они решили, что Злата проглотила инородный предмет и это именно батарейка? Когда-то, еще на практике, они были в эндоскопическом отделении и видели целую «коллекцию» предметов, извлеченных из пищевода и легких детей. Чего только те не глотали! Разнообразие и размер поражали воображение: начиная от монет и заканчивая иглами. Возраст пациентов тоже был разный: от нескольких месяцев и вплоть до подросткового. Познакомившись однажды с таким «арсеналом», на всю жизнь запоминаешь! Поэтому Вера очень строго подходила к выбору игрушек, одежды, тщательно осматривала игровую зону. Не жалея, расставалась с игрушками и вещами, ставшими непригодными и в дальнейшем представляющими собой опасность. Так почему же так случилось? Почему сейчас они со Златой находятся здесь, в стенах этой больницы?

Мысли у Веры путались, перескакивали с одной на другую, в голове шумело и пульсировало. Окружающих людей она видела словно сквозь пелену. Постоянно звонил чей-то телефон, он уже раздражал ее своей мелодией. Очевидно, надоел он и остальным присутствующим, так как они неоднократно обращались с просьбой к хозяину снять трубку, но тот игнорировал просьбы. Звук проникал до мозгов, усиливал гул в голове. И только когда какая-то женщина в ярком платье (ее лица Вера не видела, оно расплылось в нечеткое пятно) начала трясти ее за плечо и хлопать по карману, она сообразила, что это у нее разрывается мобильный.

На экране высветился Павел. Руки дрожали от напряжения, она проводила пальцем по экрану, но тот не срабатывал. На последнем гудке ей все же удалось снять трубку, и она едва слышно выдавила из себя хриплое «алло».