Текст книги "Очерки времён и событий из истории российских евреев том 3"
Автор книги: Феликс Кандель
Жанры:
История
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 35 страниц)
Н. Полетика‚ историк: "Петлюровские войска подступали к Киеву с запада‚ деникинские войска – с востока. Канонада звучала все громче и громче. Но кто займет город раньше?.. Вопрос был крайне важен: если раньше придет Петлюра‚ то нужно изображать "щирого украинца" и быть юдофобом. Если раньше придет Деникин‚ то при нем нужно проповедовать "единую‚ неделимую"‚ называть Украину "Малороссией" и говорить о крестовом походе на Москву... Ошибка... могла стоить жизни. Добровольцы избивали и убивали "петлюровцев"‚ а последние резали "офицерню"‚ желающую включить "Малороссию" в "единую‚ неделимую". Но самой тяжелой и роковой ошибкой была обмолвка "товарищ". За "товарища" били шомполами и нагайками одинаково дружно и петлюровцы‚ и добровольцы..."
В Добровольческой армии служили монархисты‚ которые не могли смириться с падением монархии и попытками разных народов отделиться от России. Служили в армии и бывшие помещики‚ которые надеялись вернуться в свои имения‚ свергнув власть большевиков. Были люди с застарелым‚ привитым в прежние времена антисемитизмом, они отвергали участие евреев в политической жизни страны и выступали против еврейского равноправия‚ провозглашенного революцией. Одними двигала ненависть‚ другими корысть‚ третьими и то и другое‚ – в евреях сосредоточилось то зло‚ с которым они боролись, местечковые евреи‚ далекие от какой-либо политики‚ стали виновниками всех бед‚ постигших этих людей и страну‚ а потому должны были заплатить за революцию‚ которую они не совершали‚ за большевиков‚ которых они не знали‚ даже за крестьян‚ отнявших у помещиков земли.
Регулярная армия под командованием профессиональных офицеров захватила огромные территории‚ и это привело к ужасающим результатам при полной безнаказанности и вседозволенности того времени. Погромы Добровольческой армии не были всплеском дикой‚ стихийной ярости атаманов и их отрядов‚ но сознательной местью "противнику"‚ очищением России от "язвы еврейства и большевизма".
3
Принадлежность к еврейскому народу оказывалась достаточным поводом для погромов и истребления. Когда очередной отряд Добровольческой армии входил в поселение‚ сразу же начинались грабежи и убийства евреев‚ которые сопровождались невероятными жестокостями. Вспарывали животы‚ отрубали руки и ноги‚ носы и уши‚ выбивали зубы‚ штыками выкалывали глаза‚ отрезали груди у женщин и половые органы у мужчин‚ рубили саблями‚ приговаривая: «Это вам за Троцкого! Это за Свердлова!..» Очевидец свидетельствовал: «Толпа казаков прикладами и штыками выгоняет на улицу прячущихся стариков‚ женщин и детей‚ а навстречу уже бежит другая волна казаков‚ которая расстреливает‚ рубит шашками и штыками голых обезумевших евреев...»
А. Деникин: "Четыре года войны и кошмар революции не прошли бесследно. Они обнажили людей от внешних культурных покровов и довели до высокого напряжения все их сильные и все их низменные стороны... Был подвиг‚ была и грязь. Героизм и жестокость. Сострадание и ненависть... Среди кровавого тумана калечились души жизнерадостных и чистых сердцем юношей".
Отчеты уполномоченных Красного Креста и комиссий по расследованию переполнены описаниями тех событий. Белая Церковь: "Всего убитых триста шестнадцать. Ограблено почти все еврейское население. Цветущий торговый город превращен в стан нищих..." Местечко Яблоново Полтавской губернии: "Все‚ что могло быть забрано‚ увезено солдатами‚ остальное разбито и уничтожено... Население местечка осталось нагим‚ босым‚ голодным... Число изнасилованных женщин и девушек очень велико... Поражают крайние проявления одичалого скотства и разнузданного зверства..." В Фастове‚ в Судный день поста и молитв‚ казаки ворвались в синагогу‚ избивали мужчин‚ разрывали свитки Торы‚ насиловали женщин; за несколько погромных дней убили в Фастове более шестисот евреев‚ многие умерли затем от ран и болезней. В Черкассах местное население устроило бал в честь освободителей-деникинцев; в городском саду играл военный оркестр‚ пускали фейерверки‚ кавалеры танцевали с дамами‚ а на окраине города в это время убивали евреев.
В Смеле погибли сто тридцать евреев и шестьсот были ранены; в Монастырщине насчитали более ста убитых‚ десятки уничтоженных в Боярке и Хащеватом; в Александровске Киевской губернии погибли сорок восемь человек‚ среди них семеро детей; в местечке Мястковка Подольской губернии в живых остались восемь евреев остальных убили или сожгли заживо. В Ивангороде деникинцы повесили восьмидесятилетних стариков‚ в Макарове убили калек в местной богадельне‚ в Росаве задушили руками пятнадцатилетнего мальчика‚ в Джурине зарубили саблей годовалого ребенка‚ в Нежине застрелили раввина города Ш. Хейна. Тела подолгу валялись неубранными на улицах‚ собаки и свиньи грызли их; подростки учились стрелять в цель‚ используя трупы вместо мишеней. В местечке Кривое Озеро Подольской губернии после многодневного погрома похоронили четыреста трупов и несколько мешков черепов с костями – останки ста человек‚ съеденных собаками. Свидетель тех событий сообщал: "В пассажирских поездах проверяли "подозрительных"‚ заставляя читать наизусть "Отче наш" и "Верую"‚ произносить слова на "р". Не выдержавших экзамен истязали и выбрасывали на полном ходу из вагонов..."
Н. Полетика: "Первого сентября Добровольческая армия торжественно вошла в Киев... На улицы высыпала расфранченная нарядная публика. В церквах зазвонили колокола. Всюду благовест‚ цветы‚ флаги‚ впечатление светлого праздника... Первого сентября в два часа дня по Крещатику провезли на извозчиках группу избитых и истерзанных евреев..." – "Толпы женщин с нашейными крестиками поверх одежды... набрасывались на евреев и евреек‚ обвиняя их в том‚ что они коммунисты‚ что они работали в советских учреждениях и помогали большевикам. Стоило кому-нибудь на улице указать на прохожего – "чекист"‚ "коммунист"‚ как толпа бросалась на него и била смертным боем: били молча‚ остервенело‚ кулаками и палками‚ топтали ногами‚ кололи зонтиками глаза. Я был свидетелем двух таких самосудов".
Добровольческая армия получала помощь от Англии и Франции‚ и Деникина предупреждали‚ что он может "потерять сочувствие всей Европы" из-за жестоких погромов. И тогда деникинцы начали устраивать в Киеве "тихие" погромы‚ чтобы не привлекать внимания представителей зарубежных стран при штабе главнокомандующего. Это в те дни В. Шульгин написал в газете о "пытке страхом": "По ночам на улицах Киева наступает средневековая жуть. Среди мертвой тишины и безлюдья вдруг начинается душу раздирающий вопль. Это кричат жиды. Кричат от страха..."
Три месяца подряд солдаты и офицеры ходили из одной еврейской квартиры в другую‚ неторопливо и деловито отнимали деньги и драгоценности‚ били‚ насиловали и нередко убивали. Галантные офицеры извинялись за ночное вторжение в квартиры‚ говорили дамам комплименты и подавали упавшие вещи‚ усаживались за рояль и музицировали‚ а затем преспокойно забирали золотые часы‚ обручальные кольца и серьги‚ вынутые из ушей у тех же самых дам. "Странный это был погром‚ спокойный‚ деловитый... отмечал современник. В прежние времена расхищение еврейского имущества происходило в облаке пуха из распоротых перин и под звон разбитых стекол. Теперешние погромщики стали несравненно деловитее и практичнее. Они понимали‚ что при существующих ценах было бы грешно разломать хотя бы безделицу... Ни одного разбитого стекла‚ ни одного поломанного стула; деловитость и экономия сил; деньги‚ деньги и деньги..."
Грабежи проходили повсюду. Чтобы поощрить солдат к наступлению, отдавали на разграбление очередной населенный пункт‚ который требовалось захватить. Из каждого практически эшелона‚ останавливавшегося на промежуточной станции‚ солдаты и офицеры бежали к местному коменданту и требовали на несколько часов выдать им город‚ чтобы "погулять". Забирали вещи и драгоценности‚ посуду и одежду‚ снимали с бедняков последнюю рубашку и нижнее белье‚ отнимали швейные машины у портных и инструменты у ремесленников; в поисках тайников ломали стены‚ разваливали печи‚ вскрывали полы. Награбленное свозили на рыночную площадь и продавали по дешевой цене‚ а затем уезжали в ближайший город‚ где предавались разгулу в злачных местах‚ тратили несчитанные миллионы и снова отправлялись на грабеж‚ чтобы наполнить карман за счет беззащитного еврейского населения.
Исследователь тех событий отметил: "В этой помеси наживы и мести участвовали почти все части Добровольческой армии‚ все лучшие ее полки – и "дроздовцы"‚ и "марковцы"‚ и "волчанцы"‚ и казаки "Дикой дивизии"‚ и донцы Мамонтова‚ и "шкуровцы"‚ и пластуны‚ и кубанцы‚ и терцы‚ и ингуши‚ и чеченцы‚ и прочие народности... В погромах одинаково участвовали как командиры частей‚ аристократы-гвардейцы‚ кадровые офицеры‚ казацкие старшины‚ так и рядовая масса солдат и казаков..."
В августесентябре 1919 года кавалерийский корпус генерала К. Мамонтова совершил рейд по тылам Красной армии‚ занял Курск‚ Тамбов‚ Воронеж‚ Орел. Мамонтов призывал местное население: "Вооружайтесь и поднимайтесь против общего врага нашей Русской Земли‚ против жида-большевика-коммуниста... завоевавших нас в рабство‚ уничтоживших нашу веру‚ нашу церковь..." Погромы прошли в Балашове‚ Белгороде‚ Ельце и Козлове; в этих городах было очень мало евреев‚ а потому казакам пришлось потрудиться‚ разыскивая их. Кавалерийский корпус с триумфом вернулся назад‚ и обоз с награбленным добром растянулся на многие километры.
Не случайно В. Шульгин опубликовал статью под заголовком "Взвейтесь‚ соколы... ворами!"‚ назвав Доброармию "Грабьармией"‚ которая деморализовалась из-за непрерывных погромов и не желала больше воевать. О том же говорил Деникин на встрече с представителями еврейских общин России и Украины: "Трудно ожидать чего-нибудь доброго от людей‚ совершенно оподлившихся. Это ведь не добровольцы‚ идейно шедшие в армию... это настоящий сброд". И он же признал уже в эмиграции: "Добровольческая армия дискредитировала себя грабежами и насилием..."
Барон А. Будберг‚ военный министр в правительстве А.Колчака (из дневника): "В армии развал; в Ставке безграмотность и безголовье; в правительстве нравственная гниль‚ разлад и засилье честолюбцев и эгоистов; в стране восстания и анархия‚ в обществе паника‚ шкурничество‚ взятки и всякая мерзость; наверху плавают и наслаждаются разные проходимцы‚ авантюристы. Куда же мы придем с таким багажом!.."
Барон П. Врангель‚ командующий Белым движением в Крыму: "Армия‚ воспитанная на произволе‚ грабежах и пьянстве‚ имея начальников‚ которые примером своим развращали войска‚ – такая армия не могла создать Россию".
4
Из еврейских воспоминаний времен Гражданской войны.
Киев‚ осень 1919 года: "Вот все и кончилось. Вот внизу казаки‚ переругиваясь‚ отвязывают лошадей‚ приторачивают к седлам сумки с награбленным‚ вскакивают в седла... Вот раздается топот. Они умчались... Мы остаемся одни. И вдруг в передней слышатся чьи-то осторожные‚ вкрадчивые шаги. На пороге столовой появляются какие-то типы с бегающими глазками‚ но‚ увидев нас‚ шарахаются назад. Только позже я поняла‚ кто это: мародеры. Они надеялись увидеть здесь трупы и ограбить мертвых... К нам в этот день больше не ломились‚ но воздух кругом был наполнен криками‚ стонами и похожими на набат беспрерывными ударами меди о медь. Это обреченные‚ когда к ним подступали насильники‚ били пестиками в медные тазы для варенья‚ которые висели на кухне у каждой киевской хозяйки. На что надеялись они? На помощь? Но кто мог и кто решался оказать им помощь? Этот набат означал крик отчаяния: "Люди‚ мы погибаем!.."
Екатеринослав: "Шесть недель подряд‚ изо дня в день‚ из ночи в ночь‚ над Екатеринославом стон стоял – в буквальном смысле слова. По ночам город выл страшным звериным воем. То жители... пытались отпугнуть грабителей‚ осаждавших дома... Каждую ночь жители уходили из квартир: жутко быть ограбленным в одиночку. Собирались всем домом во дворах и ждали. По вымершим улицам передвигались группы теней – от дома к дому. Казаки под предводительством офицеров‚ вооруженные до зубов‚ храбро шли на обывательские квартиры... Подходят к воротам. Стучатся... "Откройте!" В ответ раздается многоголосое звериное: "О-о-о... А-а-а... О-о-о..." Наутро на всех базарах идет бойкая торговля. Награбленное добро быстро разбирается скупщиками. Обобранные жители покупают у грабителей собственные вещи... А ночью снова мрак‚ тени‚ хохот‚ пьяная песня и вой со дворов: "А-а-а... О-о-о..." Беззащитность взывает к небу – больше не к кому..."
Железнодорожная станция: "На пути стоит поезд‚ ожидающий отправки в Екатеринослав. Нескончаемый ряд теплушек‚ переполненных пассажирами... Тишина и пустынность. И вдруг – живые‚ громкие голоса. Группа теней идет по платформе вдоль поезда‚ от вагона к вагону... Стучат нагайкой у открытых дверей: "Кто тут евреи? Выходи". Молчание. "Которые евреи – выходи‚ говорят". Никто не выходит. И вдруг слышится радостно предупредительный голос из вагона: "Вот... Вот тут евреи..." Две фигуры‚ вытолкнутые услужливыми руками‚ в смертном ужасе останавливаются перед казаками. "Идем". Их ведут к следующему вагону. "Евреи есть?" – "Есть‚ есть"‚ – радостно откликаются оживленные голоса. Еще четыре человека изъяты из вагона. Ловцы идут дальше: "Евреи‚ выходи..." И раскатистый‚ разухабистый смех... Особенно – бабий. Спавшая неподалеку от меня женщина подняла голову‚ поглядела вслед казакам и спросила: "Чего это?" – "Евреев забирают"‚ – спокойно деловым тоном сообщил сосед-мешочник. "Так им и надо"‚ – изрекла удовлетворенно баба и опустила голову на мешок..."
Поезд: "Мы едем. В вагоне нескончаемые разговоры о большевиках и евреях. Мешочник‚ мастеровой‚ сельский учитель‚ конторщик‚ студент‚ баба немытая и дама в завитушках – все трогательно солидарны. Непрерывно стучит в ухо: "Жиды... жиды... жиды..." И кажется‚ колеса вагона выстукивают мерно и злобно: "Жид... жид... жид... жид..." На каждой станции – на стенах‚ заборах‚ водокачке‚ вагонах – тот же героический‚ возвышающий душу лозунг: "Бей жидов – спасай Россию"... Прибыли в Харьков. По улице с песней проходили войска. "Папа‚ – окликнул меня сын‚ – ты слышишь‚ что они поют?" Я вслушался. Ровным‚ молодцеватым шагом шла регулярная армия со знаменами‚ с офицерами впереди. Уже не казаки – пехота. И зычно в ясном тихом июльском воздухе гремела песня:
Выпьем за крест святой‚
За литургию‚
И дружно: "Бей жидов
И спасай Россию..."
5
С декабря 1919 года началось стремительное отступление Добровольческой армии; она распадалась на отдельные отряды‚ за которыми двигались гигантские обозы с беженцами. Деморализованные‚ озлобленные неудачами солдаты и офицеры вымещали свои чувства на еврейском населении; ненависть к евреям стала патологической до такой степени‚ что отступавшие теряли порой человеческий облик, и теперь уже нельзя было откупиться деньгами или драгоценностями. Еврейские делегации упрашивали пощадить население, но их не желали слушать; в Макарове Киевской губернии изрубили саблями стариков местечка, умолявших казаков не губить жителей. Пощады не давали никому‚ пытавшихся убежать ловили арканами и убивали самыми зверскими способами. Нагружали возы еврейским имуществом‚ устраивали огромные костры и сжигали все‚ что не могли унести с собой; еврейские дома и лавки обливали керосином и выжигали целые улицы. Тысячи жителей лишились крова в Богуславе, Фастове, Белой Церкви, Шполе, Корсуни, Томашполе и в других местах.
"Никогда еще казаки не выказывали такой ненависти к евреям... – сообщали из городов и местечек. – Они скрежетали зубами... Убивали каждого‚ кто попадался под руку... Была пьяная и кровавая оргия‚ изощрение озверелых людей‚ которые никак не могли напиться досыта еврейской кровью..."
В. Шульгин‚ из воспоминаний: "В одном месте мальчишка лет восемнадцати с винтовкой в руках бегает между развалинами разгромленных кем-то (нашими? большевиками? петлюровцами? бандитами? – кто это знает?) кварталов. "Что вы там делаете?" – "Жида ищу‚ господин поручик". – "Какого жида?" – "Да тут ходил..." – "Ну ходил... А что он сделал?" – "Ничего не сделал... Жид..." Я смотрю на него‚ в его молодое‚ явно "кокаиновое" лицо‚ на котором все пороки... Ищет жида с винтовкой в руках среди бела дня. Что он сделал? Ничего – жид..."
Добровольческая армия находилась на территориях со значительным еврейским населением с июня 1919 по март 1920 года. На ее счету оказалось около трехсот погромов‚ которые выделялись среди прочих разбоев на Украине огромным количеством изнасилований. Насиловали группами‚ по многу раз – от восьмилетних девочек до семидесятипятилетних женщин; насиловали беременных и больных сыпным тифом; насиловали с садистскими извращениями и заставляли присутствовать при этом родителей и малолетних детей. Если женщина пыталась сопротивляться‚ ее убивали; убивали и после изнасилования‚ а также отцов‚ матерей и мужей‚ пытавшихся встать на защиту. Многие женщины заразились сифилисом‚ сошли с ума‚ остались на всю жизнь инвалидами‚ покончили самоубийством.
"Все забрано и уничтожено‚ – написали из местечка после ухода деникинцев. – Не осталось никаких средств к жизни. Живые завидуют мертвым..."
***
В ноябре 1918 года (после ухода немецких войск) власть в Крыму перешла к Крымскому краевому правительству в Симферополе‚ которое поддерживала Добровольческая армия. Возглавлял правительство караим С. Крым‚ министром внешних сношений был М. Винавер. А. Деникин, из воспоминаний: «Правительство г. Соломона Крыма‚ пробывшее у власти ровно пять месяцев‚ являет собой законченный опыт демократического правления‚ хотя и в миниатюрном территориальном масштабе». Последнее заседание Крымского правительства проходило на борту корабля‚ который увозил министров из России; в эмиграции Винавер призывал западные страны поддержать Белое движение‚ а американских евреев – оказать помощь «по созданию новой антибольшевистской демократической России».
***
В. Шульгин (в период наступления армии А.Деникина): "Надо заставить евреев уйти с мест‚ которые они могут использовать во вред возрождающемуся русскому государству. Не должно быть евреев офицеров‚ чиновников‚ судей. Надо стараться‚ чтобы не было евреев земских и городских гласных‚ а также служащих городу и земству..." На территориях‚ занятых Добровольческой армией‚ устанавливалась гражданская администрация‚ и местные власти по собственной инициативе вводили ограничения для еврейского населения. В Черкассах, Нежине, Кременчуге, Белой Церкви не допускали евреев к участию в городских Думах, в Новочеркасском политехникуме ввели процентную норму‚ а в Екатеринодаре судебная палата приняла решение "воспрепятствовать евреям приобретение земель в собственность и аренду" на юге Украины.
Вновь появились полицмейстеры‚ урядники и городовые по примеру прежних времен‚ и один из них выпустил такой документ: "Город Кременчуг. Надзирателю второго околотка Бельскому. Немедленно по получении сего выяснить и донести мне‚ на каком основании местные евреи убирают на еврейском кладбище могилы похороненных евреев‚ убитых во время беспорядков. Установить на кладбище надлежащий надзор. Всех занимающихся этим демонстративным делом – арестовать... Пристав Лавренюк". Из рапорта об исполнении этого приказа: "За последние два дня мною арестованы евреи: Сима Срулевна Шарфштейн‚ 14 лет‚ Хана Азриелевна Нусинова‚ 11 лет‚ Рива Мееровна Зильберман‚ 16 лет‚ Фейга Михелевна Браверман‚ 9 лет‚ Хася Фроимовна Браиловская‚ 10 лет и Нухим Бер Янкель Залманов Волкенштейн‚ 11 лет‚ которые очень усердно‚ как показали свидетели‚ посещают кладбище‚ но путают и не могут точно указать‚ где похоронены их родные... Околоточный надзиратель Бельский".
***
Записка сотрудника агитпоезда Отдельного конного отряда генерала Шкуро (на официальном бланке): "Милый Костя! Пожалуй к нам в вагон сегодня в семь часов вечера на чашку чая. Будем тебя увеселять весьма интересным зрелищем. Даня где-то раздобыл жиденка‚ которого он именует комиссаром‚ и думает его вечером очень интересно и забавно израсходовать. Даня приготовил постромки и толстую бамбуковую палку. На голову жиденка будет надета "корона" из постромка‚ и палкой сам Даня будет крутить до тех пор‚ пока не лопнет красный череп. Правда‚ оригинально? Воображаю жидовскую морду при этом... Будет‚ кстати‚ Ирина Петровна‚ а также Анна Николаевна. Жду тебя. Твой Степан".
Письмо прапорщика офицерского стрелкового полка Абрама-Хаима Рувимовича Шафира генералу А. Деникину: "Прослужив в русской армии три с половиной года и в Добровольческой армии восемь месяцев... я был уволен в отставку только за то‚ что я еврей. Я понял‚ что Россия для евреев мачеха‚ и мне‚ как лишнему‚ выброшенному за борт‚ остается причалить к другому берегу... А потому прошу распоряжения о выдаче мне документа в том‚ что я... противник большевизма. Предоставив такой документ английской миссии в Константинополе‚ я получу от миссии пропуск в Палестину‚ где я думаю найти применение своим физическим и духовным силам. Прапорщик в отставке Шафир".
***
Из текстов к лубочным картинкам для бойцов Красной армии:
"Эх‚ калина‚ эх‚ малина!
Как Деникин-то скотина..."
"Получил Колчак по роже
И Деникин просит тоже..."
"Вот-те‚ выродок злодейский!
Знай кулак красноармейский!.."
"Не гляди‚ король‚ героем:
Двойкой мы тебя покроем.
Наш удар-то наверной:
Бьем мы двойкой козырной!
Ленин с Троцким – наша двойка‚
Вот попробуй-ка‚ покрой-ка!.."
***
Во время Первой мировой войны командующий Кавказским фронтом великий князь Николай Николаевич‚ дядя Николая II‚ распорядился перевести "Протоколы сионских мудрецов" на английский язык и распространять среди союзников – таким путем "Протоколы" впервые попали на Запад. Осведомительное агентство Добровольческой армии печатало их во множестве в Симферополе‚ Новочеркасске‚ Харькове‚ Ростове-на-Дону‚ что подтолкнуло к жестоким погромам. "Протоколы" издавали и на территориях‚ занятых армией А. Колчака: в Омске‚ Иркутске‚ Владивостоке‚ Хабаровске‚ Благовещенске-на-Амуре.
В 1918 году в частях Северо-Западной армии генерала Н. Юденича распространяли поддельный документ "для сведения и прочтения" – отголосок "Протоколов сионских мудрецов": "Председателям отделов Всемирного Израильского Союза! Сыны Израиля!.. Мы стоим на пути достижения нашего Всемирного Могущества и власти; то‚ о чем мы раньше только тайно мечтали‚ уже находится почти в наших руках... Троцкий-Бронштейн‚ Зиновьев-Радомысльский‚ Урицкий‚ Каменев-Розенфельд‚ Штейнберг... захватили высшие места в Государстве‚ властвуют над рабским племенем‚ предназначенным служить удобрением для Нашего роста и величия... Сыны Израиля‚ час нашей окончательной победы над Россией близок. Сомкните теснее ряды..." Ниже приписано: "Верно с жидовского подлинника: полковник Сумароков... Найдено у убитого красноармейца".
В 1919 году, когда армия Юденича приблизилась к Петрограду, в городе распространяли листовки "Изголодавшимся жителям Петрограда": "Немедленно поднимайте восстание... С оружием в руках свергните эту гнусную еврейскую банду..." евреи Петрограда вновь опасались за свою судьбу и молились в синагогах, чтобы отвести беду.
***
Армия А. Колчака зависела от американской финансовой поддержки‚ а потому командование старалось не допускать погромов; в районах действия армии было мало евреев‚ что также не способствовало созданию погромных ситуаций. Колчак – в отличие от Деникина – подтвердил равноправие еврейского народа‚ полученное после Февральской революции; съезд еврейских общин Сибири и Урала поддержал Белое движение. При отступления армии Колчака происходили погромы в Забайкалье‚ а затем и в Монголии‚ куда убегали российские евреи от ужасов Гражданской войны. Командир Конно-азиатской дивизии барон Р. Унгерн фон Штернберг призывал уничтожать евреев‚ мужчин и женщин‚ включая выкрестов – "даже семя не должно остаться"; после взятия города Урга (Улан-Батор) он приказал убивать всех евреев‚ и его солдаты успешно этим занимались.
Весной 1920 года А. Деникин подал в отставку‚ и на последнем этапе Белого движения армией в Крыму командовал барон П. Врангель. Он не допускал грабежей‚ которые могли деморализовать солдат и офицеров‚ закрыл газету за печатание погромных статей‚ запретил "публичные выступления‚ лекции и диспуты‚ сеющие политическую и национальную рознь"; уличенных в погромах судили военно-полевые суды и приговаривали к смертной казни.
***
Евреи Елисаветграда были спасены от очередного погрома после вмешательства священника Колосова. Епископ Амвросий в Ельце защищал евреев от казаков К. Мамонтова. Протоиерей К. Агеев предостерегал в статье "Мой ответ Шульгину": "Еврейский погром‚ с точки зрения религиозной‚ есть такой ужас‚ что его нельзя преувеличить. Я не говорю – участвовать‚ а просто сочувствовать в тайниках своей души избиению людей и вместе с тем считать себя достойным милости Спасителя Христа – это есть издевательство над Распятием".
Патриарх Московский и всея Руси Тихон (из "Послания чадам Православной Российской Церкви"‚ июль 1919 года): "Зажигаются страсти. Вспыхивают мятежи. Создаются новые и новые лагери. Разрастается пожар сведения счетов... Вся Россия – поле сражения! Но это еще не все. Дальше еще ужаснее. Доносятся вести о еврейских погромах‚ избиении племени‚ без разбора возраста‚ вины‚ пола‚ убеждений. Озлобленный обстоятельствами жизни человек ищет виновников своих неудач и‚ чтобы сорвать на них свои обиды‚ горе и страдания‚ размахивается так‚ что под ударом его... руки падает масса невинных жертв... Православная Русь‚ да идет мимо тебя этот позор. Да не постигнет тебя это проклятие. Да не обагрится рука твоя в крови‚ вопиющей к Небу... Помни: погромы – это торжество твоих врагов. Помни: погромы – это бесчестие для тебя‚ бесчестие для Святой Церкви!.."