Текст книги "(не) измена, (не) развод (СИ)"

Автор книги: Евгения Серпента

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 53

Я возвращалась с экскурсии почти бегом. Начало задержалось по техническим причинам: в Мариинском дворце не работала рамка на входе. Все сдвинулось, закончили на полчаса позже. А маме нужно было уходить. Уже подходя к дому, посмотрела на часы.

Нормально, успела.

Марусю я теперь кормила грудью только утром и на ночь. Ну иногда еще днем немного докармливала, если она намертво отказывалась есть кашу или пюре. Сейчас вот предстоял квест с мясным и овощным пюре. Мясо – да, на ура. Овощное – ни в какую, особенно чертово брокколи. Да еще научилась виртуозно плеваться. Приходилось коварно комбинировать.

Улыбаясь, я достала ключи, подошла к парадной. Кто-то догонял сзади. Я посторонилась, чтобы посмотреть: с незнакомыми мужчинами старалась не заходить. Обычно доставала телефон и делала вид, что набираю номер. Дожидалась какую-нибудь женщину, чтобы зайти вместе.

Черная куртка, низко опущенный на лицо капюшон худи. Черт знает кто это. Лучше пусть пройдет.

Вдруг стало темно и холодно, как будто солнце зашло за тучу. Желудок отреагировал едким спазмом раньше, чем сознание.

– Тихо, Лера! – Что-то тонкое и холодное коснулось шеи над шарфом. – Не вздумай орать.

Тошнота подкатила к горлу. Этот голос я слышала в черных ночных кошмарах.

– Ты сейчас будешь умничкой и поедешь со мной, правда? И будешь делать все, что я тебе скажу. Ты же не хочешь, чтобы с твоим ребенком что-то случилось? У тебя очень милая дочка, Лера. И шапочка у нее такая красивая. С зайчиком.

Он следил за мной. Наблюдал, как я гуляю с Марусей. Может, даже сегодня был здесь с утра и видел ее с мамой. Ждал меня.

– Макс, зачем тебе это? Столько лет прошло.

Я старалась говорить спокойно. Когда-то его страшно бесили любые возражения. Вряд ли с тех пор он стал более сдержанным.

– Зачем? – Лезвие сильнее надавило на кожу, еще не разрезая ее, но вот-вот. – Ты думала, что можно меня вот так кинуть? Сбежала тогда, сбежала сейчас. Думала, что не найду? От меня уходят тогда, когда я разрешаю, Лера. А тебе я не разрешал.

Да он конкретный псих! Не просто сталкер, а маньяк!

Неужели никого нет рядом? Обычно в это время всегда полно народу: мамки гуляют с детьми, пенсионеры делают моцион или вылазки за продуктами. Хотя чем мне помогут мамки или пенсионеры? Даже полицию вызвать постремаются, притворятся, что ничего не заметили.

Да и что тут замечать? Стоят мужчина и женщина, разговаривают. Он ее нежно по шейке гладит.

Тревожная кнопка в телефоне – это, конечно, хорошо, но вот как до нее добраться?

– Пошли, Лера. – Он потянул меня за рукав.

– Макс, тебя ведь все равно найдут.

По тому, как блеснули его глаза, я запоздало поняла, что говорить этого не стоило.

Его-то, может, и найдут, а вот меня… не факт. А если и найдут, мне тогда уже будет без разницы. Хотя если бы я и молчала, вряд ли финал был бы другим.

Знакомая синяя Тойота стояла в арке – там, где нет камер. Над дверью парадной есть, но не зря же он спрятал лицо. Если кто-то видел нас, тоже не сможет толком описать.

– Садись! – приказал Макс и втолкнул меня на переднее сиденье.

Сев за руль, он первым делом заблокировал двери, потом пристегнул меня ремнем. И предупредил:

– Начнешь дергаться, будет только хуже. Шутки кончились. Поняла?

Его лицо вдруг оказалась совсем рядом с моим. Глаза с воспаленными белками и огромными зрачками – как две черные дыры.

Мамочки, да он под кайфом?! Может, впилится куда-нибудь? Но выживу ли я при этом?

Господи, господи, лихорадочно повторяла я про себя, помоги мне!

Он вырулил со двора, довольно аккуратно. Ехал не торопясь, за дорогой следил, но и на меня то и дело поглядывал.

В кармане пальто тихо зажужжал телефон. Я выключала звук на время экскурсии, а потом вечно забывала включить обратно. Лешка сердился, мама тоже, но сейчас, похоже, забывчивость сыграла мне на руку.

Но что толку? Не имело смысла даже пытаться достать телефон. Увидит, отберет, а то и в окно выбросит. Если бы кнопка была поверх экрана блокировки, я бы смогла ее нажать. Она торчала в правом нижнем углу, большая, размером с две стандартные иконки. Но вот ввести не глядя графический ключ – это точно не получится.

Я узнала место, где мы ехали – мерзейший т-перекресток. Выезд на главную дорогу со светофором только для поворота налево. Чтобы повернуть направо, водителю нужно либо долго ждать, когда поток встанет на красный, либо очень внимательно высматривать просвет, да еще и отслеживать разворот со встречки.

Машины по проспекту шли плотно. Макс остановился, вглядываясь влево. У меня было всего несколько секунд.

Отвернувшись к окну, я быстро достала телефон, сняла блокировку и нажала на кнопку, которая тут же начала мигать. Спрятала, и в этот же момент Макс втиснулся в промежуток между двумя грузовиками. Покосился на меня, но ничего не сказал.

Все…

Теперь надежда только на охранную службу. На то, что Лешка не зря выбросил деньги, подписав с ними договор и поставив приложение.

Как он мне объяснил, оператор должен поймать сигнал и передать динамические координаты в полицию, а та – отправить на перехват группу быстрого реагирования. Вот только отправит ли? Я относилась к полиции с известной долей недоверия – с тех самых пор, когда пыталась подать заявление о преследовании, но меня подняли на смех.

Девушка, сказал мордатый дежурный с бутербродом в руке, идите сами разбирайтесь со своими кавалерами. А здесь люди серьезными делами занимаются.

Но если не они, тогда мне и вовсе не на что надеяться. Если только на чудо.

Глава 54

Мы намертво встали в какую-то адскую пробку. Такую, из которой не выбраться, чтобы объехать. Только вперед, черепашьими шажками.

Хотя, между нами, эти твари люто бегают. У меня была когда-то черепаха. На даче постоянно удирала. Я выпускала ее на травку, стоило отвернуться – и уже ищи по кустам.

О чем я, блядь, только думаю?!

А о чем думать? О том, как этот гребаный психопат привезет меня… куда? К себе домой? Или у него есть свое тайное психопатское логово для таких целей? Откуда мне знать, может, с тех пор как мы с ним встречались, он дорос от просто токсика до реального маньяка? Может, у него и правда есть такая берлога со скелетами замученных жертв?

А может, я преувеличиваю?

Да-да, надейся, Лера. Посмотри на эту тупую обдолбанную рожу и продолжай надеяться дальше. На то, что все обойдется романтическим изнасилованием.

Пробка встала окончательно.

«Впереди авария в левом ряду», – доверительно сообщил навигатор.

Ребят, а давайте она никогда не рассосется, пробка эта, ладно? Пусть там весь проспект перегородило. Ну бывает же такое. Упала фура на бок и лежит. Не поднимешь и не объедешь. Ни по встречке, ни по тротуару.

Нет, пусть группа эта самая быстрого реагирования по тротуару как раз проедет, ей можно. Прямо сюда. Ну пожалуйста!

Я поймала себя на том, что тупо грызу ногти, вместе с маникюром. Когда я делала это в последний раз? Да вот тогда и делала – когда Макс меня во дворе караулил. С тех пор ни разу. Даже когда Егор свалил к своим пандам. Дежавю, твою мать!

Время шло, мы стояли. Макс явно нервничал, то и дело косо поглядывая на меня. Я впала в ступор. Сидела и смотрела на грузовик впереди. Читала номер – слева направо, справа налево. Номер начал расплываться перед глазами, словно я провалилась в подпространство. И только две мысли – бегущей строкой, попеременно.

Все пропало. Никто не приедет. Никто не спасет. Рано или поздно пробка рассосется. Он куда-то меня привезет, будет долго издеваться, а потом убьет. Порубит на куски, разложит по пакетам и утопит в Неве. Или в Фонтанке. Или в каком-нибудь болоте. О таком иногда пишут в новостях. Если, конечно, находят – сначала пакеты, а потом убийцу.

Нет, этого не может быть. Ну вот просто не может со мной такого случиться! Кнопка сработала, сигнал поймают, группу отправят. У сестры маминой подруги Полины угнали машину. По такой вот метке отловили через час всего. И нас найдут. Вовремя.

Пробка вдруг сдвинулась, машины поползли, сначала медленно, потом быстрее. Макс сощурился, вглядываясь в плотные вереницы впереди. Слева показались две размолоченные в хлам легковушки, рядом скорая и гайцы.

Вот сейчас был удобный момент – схватиться за руль, вывернуть влево, в отбойник, прямо за гайской машиной, пока скорость небольшая. Но замешкалась, решаясь, всего на секунду, и уже стало поздно: в левый ряд перестроился автобус. Макс втопил газ, а устроить замес на полном ходу мне не хватило духу.

Коза тупая, у тебя был шанс, а ты его просрала. Можешь молиться дальше, только второй раз такой возможности уже не будет.

С проспекта повернули в переулок, потом еще раз и оказались в промзоне. Ясное дело, не такой Макс идиот, чтобы везти меня к себе домой. Как там Лешка сказал, чем он занимается? Что-то такое забавное. А, да. Сдает в аренду бобкаты. Мини-погрузчики, мини-тракторы и прочую мини-сволочь. Наверно, где-то здесь ангар с этой самой мини-сволочью. Очень удобно. Потом загрузить отработанный материал в бобкат и вывезти на свалку.

Что-то такое блеснуло в боковом зеркале. Красно-синее. Маячок? И сирена?

– Водитель синей Тойоты, прижаться к отбойнику и остановиться!

Громко, через матюгальник. И еще раз.

Крепко выругавшись, Макс прибавил газу.

Гоняться с гайцами?! Да он полный утырок!

Я закрыла лицо руками и тихо заскулила, не зная, чего ожидать. Что он реально впилится на полной скорости куда-нибудь?

Что произошло дальше, я не увидела. Машина со скрежетом врезалась в отбойник правым боком, я приложилась головой в дверь и отключилась.

– Девушка! – Кто-то похлопал меня по щеке, и я открыла глаза. – Вы как?

Макса в машине не было. На водительском сиденье коленями стоял парень в бронежилете.

– Не знаю, – пробормотала я, запустив пальцы под шапку и ощупывая шишку. – Кажется, жива.

– Скорая не нужна?

Вроде, все шевелилось и не болело. Только сердце колотилось дико где-то в горле.

– Кажется, нет.

– Тогда перелезайте аккуратно, выходите. С той стороны не откроете.

Неуклюже перебравшись через коробку, я вылезла из машины. Полицейский подал руку, придержал, когда меня качнуло.

– Точно не нужно скорую?

– Не надо. – Я вдохнула поглубже. – Все в порядке.

– Тогда сейчас поедете с нами.

– Куда?

– В отделение. У вас ведь не случайно тревожная кнопка сработала, так?

– Не случайно.

– Ну вот и расскажете, как и что.

Карман зажужжал, я вытащила телефон.

Мама. И еще пропущенные звонки – от нее и от Лешки.

– Мам, извини, все в порядке, но сейчас не могу говорить. Попозже позвоню, все объясню. Извини, что подвела тебя.

– Ничего, Лер, ничего. – Она по голосу поняла, что я не в магазин на шопинг завернула. – Жду звонка.

Лешку я набрала уже из полицейской машины. Он схватил трубку после первого же гудка.

– Лера, как ты? – В его голосе было столько тревоги и волнения, что у меня защипало в носу. – Мне позвонили, что кнопка сработала.

– Да, Леш. – Горло стиснуло спазмом, и я с трудом проглотила ком. – Это он был. Сейчас меня в полицию везут.

– Спроси, в какое отделение, я приеду. Выхожу уже.

Узнав, я передала ему и отключилась.

Хотелось спать. А еще – есть. Просто дико.

– Извините, а у вас нет… конфетки? – попросила жалобно.

Тот самый парень в бронике, сидящий на переднем сиденье, удивленно посмотрел на меня через плечо, но достал откуда-то шоколадный батончик. Проглотив его в два укуса, я сунула в карман скомканную обертку и задремала.

Эта прода была внеочередная, поэтому следующая в воскресенье, 16 февраля

Глава 55

– Сегодня же переезжаете ко мне, – отрезал Лешка, вырулив со стоянки.

– Но его же арестовали, – пискнула я и напоролась на такой взгляд, что по-куриному втянула голову в плечи.

– Не арестовали, а задержали. Сорок восемь часов – максимум для ИВС. Изолятора временного содержания. А дальше либо в СИЗО, либо отпускают. Меру избирает следователь. Или суд. И заметь, если бы не тревожная кнопка, тебе бы сказали: решайте свои личные дела сами.

– Даже если бы он меня убил?

– Обычно тема по подобным делам такая: «когда убьют, тогда и обращайтесь». Даже на причинение вреда здоровью надо сначала побои снять в травме. И то не факт, что чувака закроют. Скорее, хулиганку нарисуют. И так придется Тёмыча напрячь, чтобы по максимуму дали. Реальную уголовку, с отсидкой. За похищение. Это до пяти лет, но блин, очень трудная статья.

– В смысле трудная? – не поняла я.

– Трудно доказать, что тебя реально похитили, а не добровольно поехала. Кнопка, конечно, поможет, но все равно.

– То есть ты допускал такой вариант, когда заключал договор?

– Лера, я допускал любой вариант. Поэтому хотел этого избежать. Готовься. Если рассчитываешь избавиться от него, тебя ждет много неприятных моментов с перетряхиванием грязного белья. А если махнешь рукой и сдашься, то следующий раз будет последним. Для тебя. Я не шучу. И не пугаю. Просто так и будет. Такие, как он, не останавливаются.

– Я верю. Леш, если бы не ты… – Меня передернуло от ужаса и отвращения.

– Все, успокойся. Я понимаю, сложно, но попытайся. А переедешь сегодня же. Это не обсуждается.

– А родителям что сказать?

– Как есть. Да, для них лишнее волнение, но лучше не скрывать.

В полицию он приехал, когда меня там трепали вовсю. Как утка навозного жука. Пытались свести к тому, будто я добровольно куда-то поехала с Максом, но что-то не срослось, и тогда я вызвала помощь. Я настаивала, что он давно меня преследовал, а сейчас вынудил угрозами и силой. Засада была в том, что ножа при нем не обнаружили. В машине тоже. То ли скинул, то ли я приняла за нож что-то другое, острое и металлическое.

– Давно преследовал, говорите? – с тупой иронией спросил парень лет тридцати в штатском. – А почему в полицию не обращались?

– Обращалась. – Я начала пениться, но усилием воли сдержалась. Ну стала бы истерить, кому бы сделала лучше? – Только меня послали подальше. Даже заявление не приняли. Мол, идите и решайте свои личные дела сами. А когда сначала угрожал, а потом под дверь кошку с отрезанной головой подкинул, пришлось убегать со съемной квартиры ночью через черный ход.

– Кошку? Вы видели это? Как подкинул?

– Нет. – Дура, надо было сказать, что видела, своими глазами. – Но кому еще это могло понадобиться?

– Значит, это только ваши слова.

Прозвучало как «ваши пустые бредни». И вообще кошка сама пришла на коврик. Без головы, ну и что?

В общем, меня целенаправленно сливали. Таким макаром Максу грозила только какая-то мелочь за неповиновение полиции – или как там это называется? Вот тут-то и появился Лешка. Вломился в кабинет, как в свой собственный, показал адвокатские корочки и немного парня нагнул. В итоге заявление у меня все-таки взяли, а Макс по распоряжению дежурного следователя отправился в камеру – до принятия решения по делу.

Мама, разумеется, бегала по потолку. С Марусей на руках: та что-то почувствовала и заходилась от крика. Пока я успокаивала ее, Лешка рассказал обо всем маме.

– Сергею Витальевичу я сама скажу. – Я вошла на кухню как раз этих ее словах. – И что дальше?

– Поскольку этого козла могут отпустить в любой момент, Лера с Марусей сегодня же переезжают ко мне, – покосившись на меня, ответил Лешка. – Я бы ее, конечно, под замок посадил, но она ведь не согласится. Если вам неудобно приезжать в центр, придется приглашать няню, когда она будет на экскурсии свои ходить.

– Какая еще няня?! – возмутилась мама. – Ну дальше ехать, ну и что? Не пешком же.

– Если персонажа не закроют в СИЗО, у Леры будет водитель-охранник. На все ее передвижения. На то время, когда меня нет рядом. По-хорошему, надо бы и для вас нанять. Парень этот следил за Лерой, возможно, и вас видел. Конечно, ему непросто будет ее найти у меня, но чем черт не шутит. Адвоката я подключу по уголовке, чтобы дело не слили.

– Спасибо большое, Алексей.

Мама неловко обняла его и пошла к Марусе, которая опять захныкала.

– Она у тебя молодец, – сказал Лешка. – Волнуется, конечно, но никакой паники-истерики.

– Ей же уходить надо было! – спохватилась я. – Пойду отпущу ее и буду собираться.

– Исходи из того, что, если его не отправят в СИЗО, сюда ты не вернешься как минимум до суда. А это может быть не скоро.

Мама сказала, что все свои дела уже отменила, поэтому поможет мне собраться, а потом поедет с нами.

– Ну надо же посмотреть, куда приезжать, – пояснила она, хотя ни капли не обманула.

Ну то есть и поэтому тоже, но больше ей хотелось посмотреть на Лешкину квартиру. Ну и ладно, пусть смотрит.

Как же мне все-таки было жаль уезжать. Гостиную Анину жаль! Мы собирались, и я без конца вздыхала. Лешка, чтобы не путаться под ногами, ушел на кухню – звонить Артему и договариваться.

– Ну вот, – сказал он, вернувшись. – Темка согласился. Завтра утром подъедет, все ему расскажешь. Учти, он станет задавать всякие неприятные вопросы. Не советую что-то скрывать из ложной стеснительности. Будем надеяться, что у него получится. Он реально крутой адвокат, да еще и с мощными связями.

Уже вечером, собрав все, мы загрузили вещи в машину и поехали к Лешке. Мама – следом за нами. У него осмотрела все, оценила и отправилась домой, ставить в известность папу. Закрыв за ней дверь, Лешка обнял меня и прошептал на ухо:

– Ты не представляешь, Лерка, как же я испугался.

Глава 56

То, чего мы в ближайшей перспективе не планировали, получилось само собой.

Ну мы думали, конечно, что со временем будем жить вместе, но без какой-либо конкретики: когда, у кого, как. Обстоятельства все решили за нас. Лешка словно в воду смотрел. Макса уже на следующий день отпустили под подписку о невыезде.

Приехал Артем и вытянул из меня все внутренности. Допрос в полиции показался детской болтовней в песочнице. Впрочем, он сразу предупредил, что вопросы сейчас будет задавать как адвокат противной стороны, чтобы знать, какую выбрать стратегию и как строить тактику.

Когда они приходили с Аней, он показался мне вполне приятным парнем, эдаким раздолбаем с острым языком. Сейчас он был совсем другим – собранным, жестким, будто на десяток лет старше. И, если бы я попыталась определить одним словом, то, пожалуй, опасным.

Тогда в клубе я невольно сравнила его с красивым, грациозным хищником. И сейчас на первый план вышла именно опасность этого зверя. Хорошо, что не для меня. Но и расслабляться не стоило. Отвечать на его вопросы оказалось тем еще удовольствием. Лешка не зря предупреждал.

– Ну вот, Лера, примерно так тебя будет размазывать адвокат обвиняемого в суде, – подвел итоги Артем. – Это если грамотный адвокат. Если нет, то не так глубоко, но все равно в том направлении. Что это ты во всем виновата, а гражданин – жертва.

– И что? – уныло спросила я.

– Ничего, не ссы. Поц сядет. Вопрос в том, на сколько сядет и что потом. Но последнее уже не в моей компетенции. Не будет слишком большой наглостью попросить кофе? С утра проспал, теперь ломка.

Хорошо, что я успела разобраться, как фурычит Лешкина навороченная кофемашина.

– Два дабла в одну чашку, – попросил он. – Без сахара и прочей лабуды.

В шкафу нашлась открытая коробка конфет, которую я поставила на стол. Придирчиво изучив содержимое, Артем выбрал одну и… бросил в кофе.

Интересно! Такого я еще не видела.

– Скажи вот что. – Я отхлебнула своего чая, жестоко завидуя. Ничего, уже скоро и мне можно будет кофе. – Это, конечно, такой… дилетантский вопрос, но интересно. Вот ты адвокат по уголовке. Приходится защищать заведомо виновных. Ничего при этом не типает?

– Это действительно дилетантский вопрос. – Артем рассмеялся, но глаза остались холодными. Оказывается, и карие могут быть ледяными. – Аня тоже спрашивала. По правде, раньше меня это здорово бесило – когда его задавали. Теперь просто стараюсь доходчиво объяснить, потому что люди реально не вливаются. Вот смотри, сейчас у меня есть клиент. Застал жену с любовником и грохнул обоих. Четко на аффекте. Когда понял, что натворил, сам вызвал полицию. Я ему сказал так: дорогой товарищ, если надеешься отмазаться, то это не ко мне, я не по этой части. Моя задача – чтобы ты получил ровно столько, сколько тебе прописано по закону. Не пожизненное и не пятнадцашку, а потолок пять лет по своей статье. Все эмоции я на работе выключаю. Каким бы мерзким ни был клиент. Хотя свои… не люблю это выражение, оно всех уже задрало в пень, но максимально подходит… свои красные линии у меня тоже есть.

Он взял еще одну конфету и снова бросил в кружку. Поболтал, чтобы растаяла, сделал большой глоток. Я не торопила, ждала, когда продолжит.

– Например, я никогда не буду защищать убийцу ребенка. Или насильника. Да, бывают случаи, когда человека подставили, но это другое. Если доказано, то это без меня. В общем, Лера, я не вытаскиваю виновных. Моя задача – защитить невиновных, а виновных наказать соразмерно содеянному. Как-то так. Если кого-то не устраивает, пусть ищут другого адвоката.

Несмотря на эту жесткость, он был мне симпатичен. И Аня тоже. Я надеялась, что мы будем с ними поддерживать какие-то отношения, не только деловые.

Проснулась и захныкала Маруся, и я заметила на лице Артема то же выражение, что раньше поймала у Ани: то ли растерянность, то ли грусть. Кажется, у них и правда в этом плане какие-то проблемы.

Проводить его я вышла с Марусей на руках.

– Похожа на Лешку, – сказал Артем, погладив ее пальчики.

Тут уж растерялась я. Он не знает?

– Да знаю, что не его, – ответил он на незаданный вопрос. – Но все равно похожа. Даже не внешне, что-то другое. В общем, не знал бы, и сомнения не возникло бы, что его дочь.

Почему-то это было очень приятно. Аж в носу защипало.

Вечером Лешка пришел со здоровенным мужичиной лет сорока. Рост под два метра, перебитый нос, волчьи глаза и короткий ежик с проседью. Нехилые такие мышцы распирали серую толстовку.

– Лера, это Леонид, твой ангел-хранитель, – представил он гостя. – А это Валерия Сергеевна, ваша подопечная.

– Очень приятно, – сказал тот гулким басом. – Давайте определимся по взаимодействию.

Вместо этого я позвала их на кухню ужинать. Потому что понятия не имела, как мы будем взаимодействовать. Лешка его нанял, пусть он и определяет. Мой номер на данный момент шешнадцатый, я хоть и неохотно, но вынуждена была это признать.

По итогу получалось, что выходить за периметр я могу либо с Лешкой, либо с Леонидом. Даже чтобы вынести мусор. Впрочем, мусор выносить мне теперь не полагалось – не царское дело.

– Все свои передвижения доводишь накануне, – подбил резюме Лешка. – Если ехать, Леонид за тобой приезжает. Идти – идет с тобой. Что-то внезапное – звонишь ему. Он живет недалеко, подскочит. Это на буднях. В выходные будем решать отдельно.

– А кто он такой? – спросила я, когда Леонид ушел, сказав, что подъедет утром: мне надо было на экскурсию.

– Спецназовец на пенсии.

– На пенсии? – удивилась я.

– А что? Ему сорок два. Этот пенс десяток непенсов одной левой сложит в тетрис.

– А ревновать не будешь? Все-таки много времени придется с ним проводить.

– Чего? – фыркнул Лешка. – Лера, в меня это не прошито. Я либо верю, либо не верю. Все. Просто не давай повода не верить.

– Спасибо тебе…

Я закрыла глаза и уткнулась в его грудь. И снова стало уютно и спокойно.