Текст книги "Путь к бессмертию 4 (СИ)"

Автор книги: Евгений Покинтелица

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 17
Первый бой турнира

Мирослав пожал плечами и кивнул. Повода отказываться у него не было.

– Почему бы и нет. Время ещё есть.

Они вышли в широкий пустынный коридор верхнего этажа арены, так сильно контрастирующий с бурлящими жизнью нижними, но даже в столь свободном пространстве Илья быстро огляделся, а после понизил голос.

– Раз уж мы друзья, то род Волнокрутовых попросил меня передать тебе сообщение.

– Они хотят выкупить шлем? – сразу перешёл к делу Мирослав, легко догадавшись в чём дело.

– Так и есть. И готовы хорошо за него заплатить. Как деньгами, так и другими диковинами.

– При всём уважении я вынужден отказаться, – сказал юноша.

– Ожидаемо, – кивнул Илья, – Я своё обещание исполнил, а дальше уже не моё дело. Но есть ещё кое-что.

– Да?

– Членом столичной команды является Грозозов – сын Волнослава…

– И они опасаются, что юнец тоже решит заключить со мной пари, а потом его проиграет, потеряв ещё какую-нибудь фамильную ценность?

– Ты очень проницателен, – улыбнулся князь, – Так и есть. Мальчишка характером весь в отца и точно выкинет что-то подобное. И они желают, чтобы ты ни в коем случае не соглашался.

– При всём уважении к роду Волнокрутовых…

– Не спеши отказываться, – перебил его Илья, посерьёзнев, – Их род довольно влиятелен, и тебе не стоит с ними ссориться. К тому же тебе хорошо заплатят, если Грозозов вернётся домой без потерь.

– Я всего лишь хотел сказать, что если юноша так же настойчив, как и его отец, то отказаться будет довольно проблематично. Такие люди часто лезут в драку, когда им отказывают. И сомневаюсь, что, если я его поколочу, род Волнокрутовых будет сильно счастливее.

– Если это предотвратит потерю ещё одной семейной ценности, то можешь хоть до потери сознания его отделать. Главное, чтобы живым остался.

– Это…

– Официальное заявление патриарха рода Волнокрутовых, – ответил на ещё не заданный вопрос князь.

– Уфф… Я не буду ничего обещать, но постараюсь, – сказал Мирослав, тяжело вздохнув.

– Уже неплохо, – улыбнулся Илья, – На этом дела окончены, и можно вернуться в общий зал. Как раз расскажешь мне, что это за невероятный манёвр ты провернул на квалификациях…

* * *

Стоило им вернуться, как Мирослав стал центром внимания, то и дело обмениваясь любезностями со старыми и новыми знакомыми. Однако вскоре, наконец, настало время церемонии, и он облегчённо выдохнул.

Сначала вышли градоуправитель китежа и глава Арены. Они сердечно поприветствовали гостей и объявили официальное начало турнира. После выступали танцоры и музыканты, исполняя песню о событии ради которого все собрались. Она была довольно длинной, поскольку дополнялась новым куплетом в каждым годом. Так увековечивались самые яркие моменты битв прошлого. На этом торжественная часть завершилась и настало время первого боя. Обе команды покинули трибуны и отправились в комнаты ожидания, где провели последние приготовления и вскоре оказались на арене.

– Сегодня сражаются «Бориславские Зубры» и «Ледяные Волны».

Зубры опустошили флаконы с эликсиром потентности живы и «ясным взором», а после ринулись в атаку. Велиреченцы выпили свои снадобья и приняли боевое построение. Княжич Боян выступил вперёд, чуть позади по обе стороны встали Ветрогон и Военег. За ними Любогост и Перлина. Примерно этого Мирослав и ожидал.

– Песнь прилива! Танец волн! Алконостовы гусли! Симфония девяти морей! Часть первая! Море вечных гроз!

Девушка активировала сразу все три умения и даже технику, после чего принялась петь, играть музыку и танцевать одновременно. Благодаря активированной технике взора Мирослав смог понять, что эффект одного умения повышал плотность живы союзников и эффективность её расхода, подобно эликсиру потентности. Воздействие второго же Зубры тут же ощутили, когда пересекли половину дистанции. Их движения замедлились, как если бы они переходили реку вброд. Техника же создала облака и ветер. Мирослав не сомневался, что вскоре польёт и дождь.

Стоило Перлине начать петь, как за дело принялись остальные. Стоящий впереди всех Боян тоже применил все три умения.

– Недвижимость! Доспех недр! Обличие волота!

Боян увеличился в размерах, достигнув роста почти в три метра, а его тело покрыли причудливые доспехи из камня с рудными прожилками. Он двинулся вперёд навстречу Зубрам. Одновременно с ним Любогост как-то странно нервно сложил руки и, глубоко вздохнув, выкрикнул название своего умения.

– Удача подводья!

Из земли вырвался водяной вихрь, наполненный сиянием, а спустя мгновение рассеялся. Рядом с юношей появился огромный краб ростом с него самого. Любогост облегчённо выдохнул, однако атаковать не стал, оставшись рядом с Перлиной. Причём вместо того, чтобы выжидать и следить за противниками, он принялся расхаживать кругом, периодически приседая и что-то бормоча себе под нос.

Тем временем Военег принялся метать свои «Рассекатели» – водные диски, стремительно вращающиеся и режущие не хуже клинка. А стоящий по другую сторону от Бояна Ветрогон призвал оружие.

– Копьё морского змея!

Рукоять возникшего в его руках оружия была покрыта чешуёй, а в месте, где острие соединялось с древком, расположился голубой глаз с вертикальным зрачком. Он тут же принялся вращать его в руках, периодически делая выпады в сторону противников и сопровождая эти атаки другим умением:

– Пронзающий вихрь!

При этом с кончика копья срывались плотные потоки ветра, устремляющиеся к цели.

– Голуба – копируй её второе и прячься. Бряч – копейщик твой. Всемила – займись великаном. Капитан на мне. Дарён – задние твои, – быстро раздал отряду команды Ратибор.

Мирослав одобрительно кивнул.

«Сочетание техник Перлины и Военега их ключ к победе, но если попытаемся все разом ударить по ней, то сами попадём под удар. Так что связать защитников боем, пока я иду на прорыв – лучший вариант.»

Голуба скрылась в облаке тьмы. В него тут же попал один из вихрей Ветрогона, но созданная им брешь сразу затянулась. Вскоре атаки противников также замедлились. Брячислав сократил дистанцию до Ветрогона и перетянул внимание на себя. Ратибор также успешно завладел вниманием Военега, вынудив его уклоняться от своих «пламешаров». Под действием техники пляски и ускорения Мирослав легко прошмыгнул мимо Бояна, который попытался его сватить, но тут же был опутан лозами Всемилы.

С небес полил мелкий дождь, всё усиливающийся с каждым мгновением.

Навстречу Мирославу тут же выскочил краб, который принялся молотить своими клешнями с довольно впечатляющей скоростью. С другой же стороны атаковал и его хозяин. Мирослав, однако, вместо того, чтобы сражаться с ними, захлестнул клешню краба после выпада и использовал обратное движение, чтобы тот выдернул его дальше. Тут же в воздухе он сменил облачение.

– Облачение Охотника.

Он выпустил несколько стрел в Перлину, однако та ударила по струнам, вызвав мощный звуковой поток, который их сбил. Причём она вплела его в мелодию, не разрушив поддержание техники.

«Талантливая девчушка. Жаль, только компания у неё совсем не подходящая.»

Приземлившись, Мирослав вновь сменил облачение и хлестнул девушку кнутом. Она уклонилась, отпрыгнув назад, и даже это сделала так, словно бы это лишь одно из движений танца. Если бы не техника взора, тот шагнул бы следом. Однако едва мерцающие живой отпечатки ладони, окружающие прошлую позицию Перлины, он заметил ещё на подходе. Так что юноша остановился и перехватил кнут двумя руками, обвил руку попытавшегося ударить его в спину Любогоста, а после вывернул её тому за спину, подставив противника под удар собственного питомца. Краб не успел остановиться, и его клешни щёлкнули по телу хозяина с силой, достаточной чтобы перекусить того надвое. Но тот успел применить укрепление, так что оказался лишь ранен.

Тем временем ситуация у союзников изменилась. Военег высвободил Бояна из пут и с помощью своей «пронзающей волны» пришёл на выручку к Ветрогону, которого Брячислав, используя созданную врагом влагу, заморозил своими кулаками леденящего ветра и уже было собирался зарубить. Промокший же под дождём Боян принялся теснить разом Всемилу и Ратибора, которые не могли пробить его защиту или остановить движение. Голуба же была вынуждена скрываться и поддерживать замедление, скопированное у Перлины, чтобы скомпенсировать самую проблемную часть вражеского преимущества.

Заметив, что ещё один союзник в опасности, Военег использовал «водяной столп», который благодаря высокой влажности сработал куда быстрее. Если бы Мирослав не отпрыгнул в то же мгновение, то вместе с Любогостом взмыл бы в воздух на мощном и плотном потоке воды. Он вновь сменил облачение и принялся обстреливать Перлину на бегу, обойдя ловушку приготовленную Любогостом. На этот раз юноша стрелял не с максимальной скоростью, а так, чтобы попытки Перлины защититься звуковой волной не получалось вплести в мелодию. Спустя несколько выстрелов она всё же сбилась и техника нарушилась. Ветер стих тут же, а вскоре начали рассеиваться и облака. К тому же кружащий вокруг неё Мирослав сам по себе нарушал порядок действий девушки, так что следом Перлина выбилась и из ритма танца.

Вернув преимущество в скорости, его союзники ринулись в контратаку. Краем глаза Мирослав заметил вспышку в районе внутреннего резервуара живы Военега, который устремился к нему в своём водном конусе.

– Лёд! – рявкнул Мирослав так, чтобы союзники услышали, а сам применил третье умение и плеснул на себя горючее снадобье, которое вспыхнуло за мгновение до того, как его сковал лёд. Видимость сильно ограничилась из-за мутного льда, но благодаря технике взора юноша всё ещё мог видеть перемещения противников. Они направлялись к своему капитану.

– Любогост, бестолочь, у тебя была одна задача, и ты благополучно её запорол! – зло воскликнул Военег, – И ты Ветрогон не лучше. Если бы не я, вы бы оба уже сдохли.

– Это твой план был залить всё вокруг водой, – гневно бросил ему в ответ Ветрогон, – Этот, в отличии от тебя, замораживать может когда угодно.

– Да ты обнаглел!

– Успокойтесь, – тут же вмешалась Перлина, – Нельзя терять бдительность. В прошлый раз этот Дарён выбрался, так что лучше не рассчитывать, что они все просто задохнутся, и мы уже победили.

– В прошлый раз техника срабатывала дольше, и он успел выстрелить из лука. Сейчас нет. Им всем конец, – хмыкнул Военег, – Я два раза подряд не ошибаюсь. Да и лёд в этот раз много толще и крепче.

Тем временем лёд вокруг Мирослава растопился достаточно, чтобы он смог начать двигаться. Так что поглотив два хвоста, он тут же нанёс короткий, но очень сильный удар по своему узилищу. А потом ещё один. И ещё. На пятый лёд треснул и начал осыпаться.

– Лёд! Дарён освободился! Скорее, все атакуем его!

– Водяной столп! Рассекатель!

– Выпад вихря!

– Получай!

Глава 18
Суетные дни

Мирослав едва успел вырваться из ледяных оков, как на него тут же обрушились атаки троих противников. Перлина же вновь вернулась к поддержке союзников, начав со своей пляски замедления. Уклонившись от первого залпа атак, юноша тут же пошёл на сближение, перекрывая эффект умения Перлины ускорением оставшейся от поглощения хвостов энергией. Под градом ударов и летящих в него умений контратаковать было нелегко, однако в какой-то момент он поймал «рассекатель» и «выпад вихря» в котёл, а спустя мгновения отправил слившуюся воедино атаку в Перлину. Раненый Любогост, который как раз пытался замазать раны, прыгнул наперерез и принял на себя водно-воздушное острие. Этот удар стал для него фатальным, проделав в груди дыру.

«Один есть. Хотя я предпочёл бы выбить их поддержку.»

Мирослав продолжил сражение с троицей. Спустя ещё одну серию стремительных обменов ударами в Перлину вдруг прилетело пламенное копьё. Обожжённый и хмурый Ратибор освободился из ледяных оков сам и помог остальным.

«Похоже, он поступил так же, как и я, но вынужден был пострадать за это. Решительно. Молодец.»

Но поскольку, исполняя свои умения, Перлина постоянно находилась в движении, ей удалось частично уклониться, и ранение не стало смертельным. Однако глубокая рана на плече обездвижила её правую руку, тем самым лишив возможности использовать гусли для защиты. А ещё спустя мгновение девушку накрыло тёмное облако, в которое впорхнула Голуба.

Военег и Ветрогон кинулись к ней на защиту, но Брячислав тут же перекрыл им путь, а Всемила присоединилась, попытавшись опутать врагов лозами.

– Они на вас, я займусь здоровяком, – тут же крикнул Мирослав.

Он швырнул котёл, ударив трёхметрового Бояна под колено, когда тот попытался отправиться следом за товарищами.

– Куда собрался?

Юноша настиг противника, подхватил котёл и в прыжке вмазал им по каменному шлему противника. Тот попытался ударить в ответ, но Мирослав уклонился и метнул свой импровизированный снаряд в голову врага. На этот раз Боян успел закрыться, и удар пришёлся ему в руку. Он вскочил и перешёл в наступление, размахивая своими тяжеленными кулачищами и периодически вплетая в это достаточно бесхитростные удары ногами.

«Очень полянский стиль боя. Крепкий. Устойчивый. Но слишком прямолинейный.»

Мирославу не понадобилось много времени, чтобы найти уязвимости врага, и он вновь перешёл в контрнаступление. Жонглируя котлом, богатырь уклонялся от ударов и бил в сочленения доспеха, периодически колотя по шлему Бояна. Постепенно эффект начал накапливаться. Враг стал медлительнее, а его удары менее точными. Это позволило Мирославу усилить агрессию. Он расколол защиту головы Бояна, повалил его на землю и принялся колотить стальными кулаками по лицу, вращая котёл на хвостах и отражая им попытки врага защититься. Юноша остановился лишь, когда его кулаки окрасились в алый, а враг затих. Спустя мгновения его тело исчезло с арены, как ранее случилось и с Любогостом.

«Второй готов.»

Бросив взгляд на союзников, он заметил, что они вчетвером дожимают Военега и Ветрогона, которые спиной к спине изо всех сил обороняются от их атак. Но долго это продолжаться не могло. Первым пал Военег, лишившись руки от особо точного удара меча Голубы, а почти сразу и второй от клинка Брячислава. Они почти одновременно пронзили его грудь и провернули оружие, чтобы последние мгновения на арене были для врага ещё более болезненными.

Без «рассекателей» Военега ничто не мешало Всемиле и Ратибору полностью лишить Ветрогона подвижности, после чего они уже были собирались добить его, когда тот быстро сказал:

– Сдаюсь.

И тут же исчез с арены. Мирослав быстро осмотрел товарищей. Синяки, порезы, лёгкое обморожение и ожоги, но ничего опасного для жизни. Он удовлетворённо улыбнулся.

«Бой оказался сложнее, чем я ожидал, но в итоге всё прошло неплохо.»

– И побеждают Бориславские Зубры! Все пятеро участников живы! Чистая победа!

Вскоре они оказались в комнате подготовки.

– Молодцы! – тут же похвалил их наставник, который уже спустился к ним, – Увидев технику Военега в деле, я уж было заволновался. Они с той девчушкой действительно хорошо работают в месте.

– Ясный Взор сильно помог, – сказал Ратибор, – Я увидел, что он собирается применить технику, и только потому успел использовать на себя несколько пламешаров.

– Сильно больно было? – со вполне искренним сочувствием спросила Всемила.

– Пустяки, – приосанился княжич, но было видно, что ему приятна её забота, – Ради товарищей можно потерпеть.

– Все отлично справились, – кивнул Мирослав, – Особенно наш капитан.

– А теперь пора посмотреть, как себя покажут остальные, – сказал Зубр, – Вперёд, ребятишки!

* * *

В остальных боях победили две имперских команды и одна из тех, что вместе с ними прошли квалификации. Команда Бориславского княжества сражалась последней и была довольно быстро уничтожена стремительным натиском «Степного Ветра» из Империи.

– У нас, похоже, действительно беда с талантами, если отправили таких олухов, – проворчал Ратибор, когда последнее сражение завершилось.

– Ты к ним слишком строг, – покачал головой Зубр, – Академии пришлось наспех собирать новую команду, да ещё и желающих было немного. Все боялись этим оскорбить ваши с Всемилой семьи. Не говоря уже о том, какой груз ответственности на них в итоге взвалили.

– Не умеешь – не берись, – продолжил ворчать Ратибор, – Мы столько сил потратили, чтобы доказать, что Бориславское княжество не слабое, а они будто бы всё это просто взяли и испоганили.

– Ещё будет много боёв, чтобы все запомнили именно нашу силу, – сказала Всемила, – Но в тебе сейчас говорит гордость. Посмотри на всё под другим углом? Подумай сам, разве не они самые верные княжеству юноши и девушки? Понимая свою слабость, они всё равно выступили вперёд и приняли на себя удар там, где более сильные и умелые ради личных интересов отвернулись?

Наставник улыбнулся в бороду и одобрительно кивнул.

– Хммм… Может, ты и права, – кивнул княжич.

«Она определённа права, и тебе стоит чаще к ней прислушиваться,» – подумал Мирослав, но ничего не сказал.

* * *

На следующий день Семикняжие получило реванш, и уже две их команды прошли в следующий этап, а от Империи лишь одна. Но это всё было лишь прелюдией к главному событию дня. Со времён войны с Подгорным Союзом, когда те разом совершили наступление по всему периметру Змеиного Хребта и захватили часть земель на поверхности, прошло больше пятисот лет, и с тех пор мало кому удавалось увидеть их богатырей в деле. Так что решение Союза присоединиться к турниру стало крайне громким событием.

Однако сам бой оказался одновременно впечатляющим, но вместе с тем скоротечным и разочаровывающим. Как недавно Зубры на квалификациях, команда «Стальные Змеи» убила всех членов имперской команды «Черноземские Дубки» без применения умений и довольно быстро. Но учитывая уровень основного турнира, для всех это стало заслуженно куда более значительным достижением.

Мирослав же следил за боем полностью отстранившись от всего остального, перегружая глаза техникой взора и усилением одновременно, чтобы не упустить ни единого мгновения.

«Великолепное управление живой. Не дотягивает до моего, но всё ещё впечатляет. Да и техника боя отточена весьма хорошо. Они на две головы выше всех, кого мы встречали. И к тому же у них целых три четырёххвостых. На первом хвосте у всех метка кровного умения. Но с ней что-то странное. Словно бы двоится. Мне ещё не доводилось такого видеть. Что же такого они делают со своими бойцами? В чём секрет их особенности, о которой говорила Малина? Жаль не будет возможности осмотреть их окуляром»

– Дарён, ты в порядке? – испуганно шепнула Голуба, положив ему руку на плечо и выдернув из концентрации.

– А? Да-да, всё хорошо, – кивнул он.

– У тебя глаза такие красные, что кажется сейчас кровь пойдёт!

– Старался рассмотреть как можно больше деталей. К утру буду в норме.

– Смог что-то выяснить?

– Ничего, кроме того, что они настоящие мастера, превосходящие всех на своём уровне. Я нисколько не сомневаюсь, что они пройдут в финал, и именно с ними нам придётся столкнуться.

– А как же Твердыня и Китеж? Говорят, что у них очень сильные команды.

– Охотно верю, – кивнул юноша, – Но победить этих ребят они смогут только, если у них окажутся какие-то особо мощные техники, способные полностью перевернуть ход боя. Да и то, это если предположить что у подгоренцев таких тоже нет.

– Жуть какая, – поёжилась Голуба, – А мы-то сможем победить?

– Я в вас верю, – сказал юноша.

«Но нужно подумать, как повысить шансы…»

* * *

Мирослав провёл оставшееся спокойное время размышляя о том, что ещё может сделать для своих товарищей. Он копался в воспоминаниях, листал собранные из разных источников записи и делал заметки. Так пролетела большая часть ночи. Юноша подремал всего несколько часов, проснулся и, взбодрившись тонизирующим отваром, вновь принялся за работу. Богатырь чувствовал, что вот-вот найдёт то самое решение, нужно было лишь не упускать мысль. Так что, когда утром к нему в дверь постучался посыльный от гильдии алхимиков, Мирослав, не особо задумываясь, пошёл за ним, слишком сосредоточенный на своих размышлениях. Но по пути он всё же спросил.

– Что за срочное дело хоть? У меня через час бой на турнире.

– Мастер Велимудр не уточнил, сказал, что срочно и секретно.

– Вот же морока…

«Но он не стал бы меня беспокоить в такой день по пустякам, так что, видимо, что-то реально серьёзное.»

Мирослав отправился за своим провожатым и где-то посреди дороги вдруг осознал, что именно ему нужно делать. Он принялся на ходу стремительно записывать результат своего озарения и даже не заметил, как они свернули в какой-то переулок. По крайней мере, пока от столь важного дела его не отвлекли перекрывшие путь трое человек в невзрачных одеждах. Почувствовав угрозу, Мирослав тут же вернул фокус восприятия на окружающий мир, спрятав свои записи в кошель.

«Проклятие, похоже, я сильно переоценил безопасность Китежа…»

– Это, значится, Дарён? – спросил сухощавый и седой.

– Д-да… Я м-могу идти?

– Не-не, никуда ты не пойдёшь. Мало ли, ещё совесть проснётся. Составишь нам компанию на пару часов, а потом мы вас обоих отпустим.

А после он сложил ладони вместе и пробормотал.

– Сокрытие.

«Вооот оно как. Кто-то решил сделать так, чтобы мою команду дисквалифицировали из-за неявки одного из участников. И кто лучший кандидат, как не я? У остальных ведь здесь нет особо важных дел и выманить их будет проблематично. Как и без шума похитить. А, возможно это, вообще, личное. Емельян вполне мог решить вот так подгадить мне и заодно удружить команде своей державы.»

– Но вы обещали… – пробормотал молодой алхимик.

Плечистый черноволосый полянин отвесил юноше затрещину.

– Сказали жди, значит жди.

Тот потупился и умолк.

– Ты, – указал на Мирослава сухощавый, – Вон в ту дверку проходи. Не боись, если будешь себя хорошо вести, то мы тебя не обидим. Но ежели брыкаться удумаешь, переломаем ноги, чтобы точно ни на какой турнир не попал.

«Трое шестихвостых. Паршивый расклад. Если окажусь с ними в замкнутом пространстве, то тогда уже точно будет не сбежать.Я не могу пропустить бой. Да и не верю в то, что они просто хотят меня задержать. Придётся сражаться.»

– Ладно, иду… – сказал юноша, но вместо этого одной рукой выхватил меч, а другой достал и залпом выпил флакон с эликсиром потентности живы.