Текст книги "Геном хищника. Книга седьмая (СИ)"

Автор книги: Евгений Гарцевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Но я пролез и приник к перилам первого ряда. Сразу, ещё даже не понимая, где оказался и как здесь всё устроено, заметил Анну. Стройная и явно помятая фигурка кружила вокруг какой-то шипастой кучи, похожей на огромную, почти как легковой автомобиль, подсдувшуюся жабу. Похоже, это когда-то и был «Обжора». Оса прихрамывала и, что хуже, берегла левую руку. Из оружия у неё был её веер, выломанный из «Обжоры» шип.

Практически по пятам за ней гнался «Кровопускатель» – бодрый кайман на длинных лапах и с таким же набором острых гребней, как у моих острохвостов. А вот «Утопленника» я не видел. И воду не видел – арена была песчаной и, судя по перекопанности, слой песка был довольно глубоким. В хаотичном порядке ещё были разбросаны каменные глыбы и мятые стальные ящики.

В общем, где монстру топиться, было совершенно неясно. Чуйка в окружении безумных зрителей явно сбоила и показывала целых три маркера, которые словно змеи ползали под песком.

– Анна, держись, я рядом, – мысленно произнёс я, надеясь, что хоть на эмоциональном уровне, но она меня почувствует.

Мне откровенно не нравилась её рука. Чем-то её там задели, что мешает регенерации. А, возможно, и травит её дополнительно. Для зрителей это ещё было незаметно, но я видел, что она теряет силы. И уж точно не тянет время, а действительно пытается выжить. И с каждой секундой это даётся ей всё сложнее и сложнее.

Я окинул взглядом арену и трибуны, идущие по кругу. От песка до первого ряда метров пятнадцать стальной горки под острым углом. Скатиться легко, пересчитав задницей пару сотен заклёпок. Выбраться обратно сложнее, болты торчат начиная с трёхметровой отметки, опереться на них можно, но зацепиться сложнее. Дальше перила, наверное, самые толстые и надёжные, что я до сих пор видел в Вайтарне. К ним приварены короткие острые арматурины, чтобы никакой прыгучий монстр точно не выпрыгнул.

За перилами что-то типа вип-лож, разделённых на довольно вместительные кабины. Там посвободней, стоят столики, народ с охраной, между которой снуют официанты с подносами. Над этой зоной ещё пара метров металла, и новые трибуны. Рядов восемь, возвышающихся друг над другом кресел. Но всё давно уже на ногах, и жмутся к перилам и топчут сами кресла. Опять сталь и, наконец, третий ряд с обычными лавками и с ещё большим количеством зрителей, включая меня.

По театральным меркам я сейчас находился где-то на балконе. Песок мягкий, скорее всего, даже без переломов обойдусь. Долго там Оса в одиночестве, надо бы ей компанию составить.

Я перегнулся через перила и по диагонали под собой заметил знакомый силуэт распорядителя. Мистер Бронт собственной персоной стоял рядом с двумя запасными Камиллами (будь она неладна), курил сигару и разговаривал с довольно крупным, но при этом скользким на вид типом. На том была куртка из кожи рептилии, волосы залачены и зализаны назад – то ли мафиоза, то ли просто змея позорная. В общем, если это не мистер Хлойт, то я бы только рад был, чтобы он им оказался. Уж слишком гадкая была рожа, особенно когда он смотрел вниз на Осу и что-то комментировал распорядителю.

Трибуны загомонили и уже даже наплевав на «Ауру страха» меня начали возмущённо сдавливать со всех сторон. Оса воткнула шип в глаз «Кровопускателю», но подставилась, попав под удар хвостом. Ловкий и мастерский, будто ящер всю жизнь его обрабатывал – кончик хвоста чиркнул Осу по коленке, резанув кожаные штаны. На песок брызнула кровь, а Оса, не пытаясь опереться на раненую ногу, откатилась по песку. Но недалеко, прямо перед ней оттуда кто-то вынырнул.

Сначала образовался холм, а потом песок разлетелся во все стороны, продемонстрировав чёрную треугольную голову. Опять какая-то рептилия. По крайней мере, голова и морда змеиные, но почему-то у него в наличии были и плечи, и несколько пар коротких лап, постепенно выбирающимися наружу. Явный гибрид змеи и сороконожки, проходящий под каким-нибудь кодовым названием, типа: «Объект номер сто зубов и сорок когтей».

Гибрида выбралось из песка уже несколько сочленений, он сгорбился, а потом распрямился как пружина и лбом достал Анну, отбросив её к стене. По залу прошёлся оргазмический выдох и повисла тишина. Даже Джонни Войс притих, либо уже не веря, что этот бой, наконец-то близится к концу, либо давая толпе снаружи понервничать.

Всё! Надо прыгать!

Я рявкнул на мужика по соседству, который уж очень сильно давил мне на руку. Даже без ауры страха и кондрашки получилось так, что он отшатнулся и вытолкал соседей. Его тут же и с удвоенной силой вернули, но меня у перил уже не было.

Биомонитор кольнулся ещё раз, среагировав на выброс адреналина и перестройку генетического кода. Шакрас помогал. На самом деле оба, но Пепел чуть отстал, запутавшись в ногах у толпы, а вот геном раскрутился на полную катушку. Мне будто укол сделали, который разом взбудоражил все мышцы и накалил нервные окончания.

План? Да какой к чёрту план! Слишком долго Анна там провела одна!

Я активировал «Бросок», тут же догнав его «Спринтом», вскочил на перила, рванул и прыгнул.

На «Прыжок веры» это не тянуло! Руки я не раскидывал, наоборот, сгруппировавшись в воздухе, тут же оттолкнулся от перегородки между уровнями и вцепился в перила вип-ложи. Не сбавляя темпа, чтобы меня не скатило, рванул по новой и уже там рыбкой нырнул в кабинку с Бронтом и Хлойтом. Завизжали «Камиллы», пахнувшие простыми духами, потом и пропитанные сигарным дымом. Рыпнулся телохранитель, а распорядитель, подавившись очередной затяжкой, дёрнулся в сторону, и только змеёныш Хлойт попытался что-то сделать, потянувшись к кобуре.

Но я был быстрее. Затяжной «спринт» ещё гудел в крови, резонируя с криками толпы, которые подхлёстывали меня ещё сильнее. Распорядителя я просто схватил за шкирку и закрутился вместе с ним перед охраной, прикрываясь им как щитом. Но на выходе из круга подсёк ему ногу и придал ускорения, выкинув через перила. Зрители охнули, наконец, заметив, что происходит что-то странное. А я уже ударил Хлойта «Кондрашкой», парализовав с оружием в руках, и ушёл в сторону от выстрелившего охранника. Бросился на него, орудуя «Пером» – жёстко и в стиле острохвостов, забрызгав кровью ещё несколько зрителей. Завизжали «камиллы», попытавшись броситься на выход, кто-то перевернул стол, разбив бокалы с бутылками.

Чуйка уловила нотки страха. Причём кровожадное предвкушение начало перекрашиваться в страх и панику не только рядом, но и по всему залу. Не все ещё поняли, что происходит, но страх, как эпидемия начал разноситься по трибунам в обе стороны. А то и как пожар в сухом лесу! Очень быстро, я успел вернуться к Хлойту, который только-только вернул контроль и оборачивался в поисках меня. Вернулся сразу с таранным ударом, подсмотренным в регби. Подцепил плечом и перекинул его через перила вслед за распорядителем.

Чуйка заставила пригнуться, и я спокойно перекатил через плечи ещё одного охранника, не успевшего на помощь боссу. Выхватил оба «чезета» и направил на остальных. Тормознул сразу пятерых, кивком маякнув, чтобы бросили оружие.

– Следующий, кто рыпнется, отправится за боссами!

В моём голосе оказалось столько рычания, будто шакрас уже завладел моими голосовыми связками. Смельчаков не нашлось, какие-то левые бандиты из гостей распорядителя лишь смотрели на меня с интересом, а охрана арены вместе с бойцами Хлойта попятилась.

– Ну как хотите, а я пошёл! – хмыкнул я и перелетел через перила.

Сиганул подальше, чтобы не зацепиться за штыри. Грохнулся на наклонную поверхность, чуть не подвернув ногу на заклёпках, но выровнялся и остатки пути просто проскользил на пятой точке, не забывая сканировать пространство. Ещё не успел приземлиться, а уже открыл огонь по песчаному гребню, навострившемуся в сторону Анны.

Расстрелял половину магазина и переключился на «кровопускателя», который только что «распорядил» распорядителя на несколько частей. Вроде на шесть – минус распальцованная ладонь, которой он попытался остановить монстра, и туда же в песок на следующем взмахе хвостом улетела голова. И теперь это чёртова человекорезка неслась на меня.

Понятное дело! Хлойт-то уже был занят с «утопленником». И пока держался, вытолкав вперёд себя выпавшего охранника. Такие живучие все, никто даже не поломался, грохнувшись с высоты!

– Остановите бой! Охрана! Остановить бой! Помогите боссу…

Горланил охрипший Джонни Войс, а перепуганная ещё минуту назад толпа, уже снова вопила от кровавого зрелища. С трибун послышались выстрелы, несколько дробинок рикошетом чиркунло и в мою сторону, хотя охрана стреляла по монстрам. Досталось и ящеру, но он как тот слон, что ему эти дробинки? Даже не обернулся и задумался, что я не самая лучшая цель только получил «Перо», сдобренное зажигательным геномом в морду.

Я его этим не свалил, но сменил вектор интереса. Сбоку заскрипел металл, и от стены отделилась дверная створка, откуда выбежало ещё несколько охранников, на которых он и бросился.

– Вот теперь честный бой. Все против всех, – я выдохнул и, прикрываясь песчаными складками и каменными блоками, побежал к Анне.

Увидел, что параллельным курсом туда же несётся песчаный холм, и добил в него магазин. Песок чавкал, ловя каждую пулю, но попал я или нет, было непонятно. Я добавил «Кондрашку», а потом и целиком ударил аурой – всё, для того чтобы отправить «Утопленника» искать себе других противников. И вроде получилось, когда я перемахнул через последнюю преграду и нашёл там раненную Фурию, рядом с нами никого не оказалось.

Рука, нога – всё поломано, на лбу две ссадины, в остальном вроде бы цела.

– Чтобы я ещё раз тебя послушал… – прорычал я, подсовывая ей пузырёк с «Зелёнкой».

– Ты же успел… – слабым голосом ответила Анна.

– Ага, а сейчас мы отсюда уйдём! Держись!

Я оставил в руке один «чезет», закинул Фурию на плечи и пошёл на выход, целясь и стреляя в каждого, кто пытался встать на пути. Неважно – монстр это был или человек. Хотя в этом бою я сейчас был за монстров! Не факт, что они добрее, но, по крайней мере, честнее, что ли.

Выйти удалось без проблем. Уже втиснувшись в коридор, ведущий к раздевалкам и, неожиданно, к клеткам с монстрами, мы встретили новый отряд. Бойцы которого не только не стали в нас стрелять, но и, наоборот, предложили помощь. Шум, гам и выстрелы, человек за бортом, чего, похоже, на этой арене и не случалось никогда – люди были растеряны, планов на Фурию не знали, а меня так и вообще могли принять за человека, который случайно выпал с трибуны.

Да я и сам не верил, что получается. Чувствовал себя Леоном из одноимённого фильма, который в форме и противогазе спецназовца покидает побоище, а его ещё и все по плечу хлопают, предлагая помощь. Только там вроде бы в конце тоннеля его главгад ждал…

Маски на мне не было, форма здесь свободная – главное, что не ящер, не змея и не жаба, значит, имеет право на выход. Но я, видимо, накаркал, и в конце очередного коридора, где уже был виден вечерний свет, нам перегородили дорогу. Под ноги упала коренастая тень с причудливо вытянутым и оттого кажущейся огромной тенью дробовика.

– Это я! – раздался знакомый голос. – Гертруда! Не пальните сдуру!

Я махнул рукой, перевалив на плече охнувшую Осу, чтобы взять её поудобней.

– Я не знаю, какого хрена здесь происходит, и что вы устроили, но… – сказала женщина и зависла, либо пытаясь принять какое-то решение, либо подбирая слова. – Но я вас не видела. В городе намечается знатная паника, но «Белые тигры» начнут искать вас только через два часа. Валите из Вайтарны и не возвращайтесь до тех пор, пока губернатор не возьмёт контроль над ареной.

Я кивнул с лёгкой улыбкой благодарности, но и грусти. И вот опять: ничего личного, только бизнес. Оказывается, сместив распорядителя, мы губернатору помогли…

Через три минуты мы с Осой были уже в соседнем лабиринте из лачуг и контейнеров. А выделенных двух часов нам даже хватило, чтобы заскочить к Самиру и забрать оставленные вещи. Стрельба на арене уже закончилась, срок ещё не вышел, а мы уже не спеша выезжали с парковки.

– Получается, что ничего у нас не получилось? – вздохнула Оса, бинтуя руку. – И Хлойт жив остался? И даже виски не продали?

– Ну-у, – протянул я и притормозил, как только мы покинули Северную Бухту. – Геном вельвичия есть. На счёт Хлойта я бы так не был уверен, думаю, завтра все будут гадать, откуда у «Утопленника» костяные дротики, и почему один из них оказался в голове Хлойта. Мелкий уже рядом, сейчас его подхватим и поедем купаться. То есть искать водный геном.

– Ага, – Оса снова вздохнула. – Не везёт, так не везёт. Мы его месяцами можем искать.

– Не, наоборот, везёт, – усмехнулся я, глядя на дорогу, по которой в город возвращался одинокий путник, похожий на хиппи. Правда, его конкретно штормило, раскачивая от обочины к обочине, а потом он и вовсе упал в лужу.

– Но хоть на глубину не ушёл… – проворчала Оса. – Эх, всё равно не везёт. Вот как в книжках бывает, а? Всем рояли раздают, а нам что? «Эхолот»?

Глава 21

«Эхолот» нам попался какой-то бракованный. Мало того что пьяный, а даже не одухотворённый, так ещё как только его вынули из лужи, он сразу же отрубился. И только ворчал, посапывая, пока я грузил его в кузов пикапа.

– Разбой, диверсии, а теперь ещё и похищение человека, – проворчала Оса. – И куда мы катимся?

– Или просто надо лучше планировать свои операции? – спросил я, а потом свистнул, заметив шакрасика.

Вид у мелкого был довольный, эмоции через край, которыми он тут же поделился. Про Хлойта, правда, там уже ничего не было – только последние минуты, когда он распугал стаю дворняжек, а потом стащил сырую рыбу с кухни какой-то кафешки. Чёрт! Однако очень сильные эмоции, передавшие не вкус сырой рыбы, но сытое удовольствие, которое испытал мелкий во время трапезы. Тут же вспомнилось, что покутить в ресторане нам так и не удалось. И отель пролетел мимо нас.

– Импровизация тоже заходит, – ответила Оса. – А удача любит смелых.

– Ты же говоришь, что нам не повезло? – усмехнулся я.

– Что живы остались и из города выбрались определённо повезло. Но поехали уже скорее, не будем испытывать судьбу. У Хлойта большая банда, могут по горячим следам сорваться.

Анна улыбнулась, но довольно вяло. Сказывалась усталость и ранения. Бронт с Хлойтом в очередной раз вкололи ей какой-то токсин, надеясь ослабить на арене. Но сработало только наполовину – силы не отняло, а вот регенерацию замедлило. И пока было непонятно, что произойдёт раньше: выведется токсин или регенерация всё-таки справится с переломом руки и рассечённым коленом.

Ясно было только, что Оса пока не боец. Особенно с арбалетом, её пистолет-пулемёт остался где-то в Вайтарне, но безоружной она не была. Когда забегали к Самиру, купили ей «Узи» взамен утраченного «курца». Уже, как минимум то, что это был местный качественный аналог, а не бэушные поставки «бундесвера», уже делал обмен выгодным. То есть поддержать огнём Оса сможет, но, конечно, ей сейчас требовался отдых. Как и нашему новому другу-эхолоту, как, впрочем, и мне. И желательно не в машине…

Но имеем то, что имеем! Я ещё раз оглянулся на Вайтрану. Нездоровая суета и перевозбуждение у местных ощущалось даже отсюда, но в погоню никто не рвался. Отчасти понимаю, несколько раз они противника уже недооценили. Я махнул рукой в пустоту, вырулил на дорогу и погнал в сторону Рекадии.

Направление я знал только примерно, но куда ни едь на восток, в любом случае упрёшься в местный аналог Амазонки. Одновременно совершенно непохожей на неё – ещё длиннее, ещё шире и с ещё большим количеством притоков, а с другой стороны – практически близняшку по густоте и влажности, вязкости и потенциальной опасности. Самое то, для нашего туристического трипа по восточным курортам Аркадии.

Я проехал чуть больше ста километров, когда местность вокруг начала меняться. Недавние дожди пытались хоть как-то скрасить переход, но он был слишком уж разительным. Смотришь назад – пустынная саванна с уже потрескавшейся коркой на мягкой глине. Смотришь вперёд – травка зеленеет, но солнышко не блестит, потому что прячется за плотной стеной густых деревьев.

Воздух здесь был пропитан влажностью, появилась мошкара, от которой я, честно говоря, отвык в последнее время. А здесь прямо липнуть начали на лобовое стекло, оставляя жирные разводы. Прогнать их удалось только активировав «Ауру страха», но и то ненадолго. Дороги под колёсами уже давно не было, встречных машин и подавно. Последняя и единственная, что проехала чуть вдалеке, принадлежала каким-то охотникам. Возможно, что это был джип «Волков». Характерных эмблем видно не было, но на всю крышу, распятый так, что лапы к заднему бамперу привязали, лежала туша огромного аллигатора. Нас или вообще не заметили, или просто понимали, что с таким грузом ни они нас не догонят, ни мы не отстанем, будь у нас плохие намерения.

А дальше сумерки, тишина и только м… Мошкара, будь она не ладна, летает… Я направил машину на просвет среди деревьев, в сторону более тонких, но густых зарослей. Проломился сквозь молодняк, что-то поломал, но большая часть гибких растений, примявшись, восстала вновь. Практически полностью скрыв следы проникновения на прибрежную территорию. Ночью точно никто не увидит, а утром, я надеюсь, мы уже будем собирать последние нужные геномы.

О том, что так, конечно же, не будет, в тот момент я не думал. Я уже клевал носом в окружение трёх сопящих попутчиков. Пепел дрых на заднем сиденье, сытый и довольный. Оса сопела, отрубившись под действием обезболивающего. А «эхолот» храпел так, будто он в люксе отеля «Виктория» и спать его туда принесли две загорелые камиллы-секретарши. Здоровый такой, крепкий храп, от которого даже мошкара нас беспокоить перестала. Вот мужик удивится, когда проснётся…

Один я так толком и не уснул. Наверное, в первый раз на Аркадии не смог полностью отключиться. Чуйка работала не переставая, чуть ли не перманентно выхватывая кружившие вокруг нас маркеры. Разная хрень: от условно безопасных кайманов до незнакомой мелочёвки, такой же условно неопасной. Они чувствовали двух шакрасов и что-то не менее жуткое в Осе и боялись на нас нападать, но и уходить им не позволяла либо гордость (всё-таки район их), либо любопытство.

Меня это, мягко говоря, раздражало. Не было уверенности, что и на спящего не кинутся. Припарковав пикап на небольшой полянке, сам выступил на охоту. Поймал двух зазевавшихся кайманов и, забрав геномы, погнался за третьим. Не догнал, но зато дошёл до берега реки. Посмотрел на абсолютно чёрную зеркальную гладь, поёжился и, решив новых проблем пока не искать, вернулся обустраивать лагерь.

Расчистил поляну от зарослей и подровнял кусты по кругу. Даже втянулся, создав полноценную метровую стеночку. Приткнул к ней пикап и от него натянул тент, с другой стороны срубил три деревца покрупнее, свалив их одно на другое. Развёл костёр, снизив число маркеров на сканере. Мелкота всё-таки решила свалить, признав, что здесь им не обломится.

Пока готовил еду, даже сплёл из прутьев небольшой участок забора, заложив им пикап, чтобы под ним никто не шастал. Потом с чистой совестью съел всё в одного себя и заварил отвар золотарника. Близился рассвет, а сон не то чтобы не шёл, он даже и не приближался. Так что я принялся разбирать трофейные геномы.

Отдельно убрал вельвичий – в специальный и самый ценный сейчас контейнер. Для создания нулевого генома у меня теперь всех (кроме водных пока что) есть по три штуки, но вельвичия – всего два. Так что придётся обойтись без экспериментов, но зато потом можно будет их применить на себя.

Первый под действие сканера попал светло-серый, толстый и тяжёлый шарик с прожилками цвета слоновой кости.

'Обнаружен геном гойоцефала. Уровень редкости: 12.

Средняя цена закупки в генотеках: *не определена*. Геном относится к разряду вымерших или легендарных. При нахождении генома сообщите об этом в ближайший офис UNPA – мы предложим вам наилучшую цену без посредников.

Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: остеодермия, повышение прочности лобной кости, развитие жевательной мышцы и увеличение силы укуса.

Риск срастания позвонков шейного отдела для формирования прочного панциря – 25%. Риск окостенения сухожилий – 15%'.

Сомнительное удовольствие с ещё более сомнительными рисками. Возможно, поэтому геном и задержался в запасниках. Так-то звучит интересно, особенно для какого-нибудь дуболома на арене. Остеодермия – это вроде просто костные кожаные пластины, как у половины местных рептилий. А дальше крепкий лоб, чтобы им бить, панцирь вместо шеи, чтобы она не ломалась и лбом можно стены пробивать. Ну или загрызть кого-нибудь, раз сила укуса помогает.

– Этот мимо, – проворчал я и взял в руки следующий, который пока оказался совсем где-то далеко.

Это была сморщенная «фасолинка» бирюзового цвета. Цвет настолько ярко и сочно переливался на фоне костра: что геном напоминал конфетку. Помню, в детстве были такие – «Морские камушки» с изюмом в разноцветной глазури. Аппетитно и воспоминания вкусно-тёплые, но есть не стал. Хотя название меня заинтересовало:

«Обнаружен геном Объекта №017 ('Химера»).

Донор относится к искусственно модифицированным созданиям прошлой эпохи.

Уровень редкости: *не определён*.

Средняя цена закупки в генотеках: *не определена*.

Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: *засекречено*…'

И дальше по списку: нашли – отдайте, а мы вас отблагодарим. Причём приписка про благодарность была только в версии служебного сканера «Миротворцев». И что было необычно и, наверное, важно. Там появилась конкретная личность, кому и в какой отдел UNPA надо отправить. Некий мистер Тереховский, руководитель «Седьмого» отдела.

Надо будет спросить у Купера, что он про него знает. И у Николь, если она ещё не покинула команду. Если этот Тереховский человек хотя бы не замазанный в экспериментах Феликса, то можно будет получить хоть какую-то информацию по таинственным «объектам».

Следующий геном показался мне знакомым. Я такое уже находил, но качеством сильно похуже.

'Обнаружен геном снэйкера. Тип альфа. Уровень редкости: 12.

Средняя цена закупки в генотеках: 42 000 аркоинов. Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: мимикрия, взрывная скорость, расширение диапазона движения в суставах. Риск мутации кожного покрова – менее 0,2%. Ограничения по применению – масса реципиента не более 90 кг.'

О! А вот это прямо хорошо. Со снэйкерами я уже сталкивался, когда бродил по лесам вместе с Хобс. Она их тогда змеёнами обзывала. Но тогда у меня были обычные, с большим риском побочного эффекта. Скорость с гибкостью мне лишней не будет, а мимикрия, возможно, сработает на усиление маскировки. Пусть без ауры тишины, но в условиях, пока не включается шакрас штука ценная вдвойне.

Четвёртый геном тоже оказался ГМОшным из разработанных в лабораториях «Древних». В принципе, все их усилия были направлены на создание сильных бойцов, с мощными навыками. Пусть их и заносило порой к хоботам и бивням. Но использовать его я всё равно не собирался. Это был «Объект №64», а насколько я помнил, с шестидесятого по шестьдесят пятый были высоко-патогенные.

Пока отложим, благо пятый кристалл мне тоже мог подойти:

'Обнаружен геном дэйнониха. Уровень редкости: 11.

Средняя цена закупки в генотеках: 18 000 аркоинов. Возможные навыки, передаваемые донором реципиенту: повышение когнитивных способностей, развитие зеркальных нейронов и лимбической системы мозга. Уровень улучшения зависит от индивидуальных параметров реципиента'.

– Хм, – прошептал я своё стандартное и призадумался.

Потом поговорил с Аркашей, получив довольно странную справку. С одной стороны – все эти лимбы и нейроны отвечали за развитие интуиции, то есть за шестое чувство. А с другой стороны – система GEN_ARC в лице Аркадия считала, что это не научно. Как бы там ни было, но я решил рискнуть. Как говорится, на жопу надейся, а лимбическую систему мозга тоже прокачивай!

В принципе, улов неплохой. Два из пяти и один потенциально интересный, с которым нас связывает, по крайней мере, название. Я не очень верю в знаки, и интуицию пока не прокачал, но и этот бедолага номер семнадцать, и я под таким же номером проходил в проекте «Геном Хищника».

Я встал, чтобы размяться и разогнать кровь. Проверил спящих. «Эхолота» просто на присутствие, а то вдруг у них там на глубине и до лунатизма недалеко. У Анны поправил одеяло, а шакрасику почесал пузо. Вернулся к костру и достал амулет «Крысоловов», подрезал палец и инициировал геном дэйнониха. Выбрал его первым исключительно на тот случай, если проснётся интуиция и намекнёт, что риск даже в две десятых процента слишком высокий.

Кристал растворился у меня на пальцах и…

И никакого просветления не произошло. Первый математический предел не вспомнил, тайны глубины передо мной не открылись, только какая-то нервозность появилась от того факта, что вокруг лагеря бродит довольно много хищников. М-да, тоже мне интуиция, это я как раз и жопой чувствовал. Ладно, наверняка я просто пока не понял, как это работает.

Система обновилась довольно быстро, приняв дэйнониха как совместимого. На мою специфическую базу обновление накатилось легко, на физическом состоянии никак не сказалось, но и на время кризиса не повлияло.

Следующим после небольшого перерыва пошёл снэйкер. Я решил дать организму хоть какую-то передышку и сделал небольшой круг по периметру лагеря. Поймал ещё одного каймана, очень похожего на своего песчаного собрата, но с более гладкой чешуёй тёмно-зеленого цвета.

Геном из него выпал, но какой-то жидкий, видимо, подчёркивающий его водную стихию. Редкость – четыре, стоимость – всего тридцать аркоинов. Когда-то мне казалось, что на таком можно зарабатывать, а сейчас даже не хотелось контейнеры захламлять. Но всё равно захломил, учитывая, что после туристического кутежа денег почти не осталось.

Кайманов было много, не особо крупные, будто бы совсем молодые, которые буквально за время дождей подросли и их ещё не успели перебить охотники из Вайтарны. Хотелось бы, чтобы нужные мне альфа тоже успели расплодиться.

Я мысленно перечислил тех, кто мне подойдёт: «Водный плотоядный бык», «Рыбоед» и «Аномалокарис». Первый по описанию просто большой и бронированный, второй – вариативно, это не конкретная особь, а целое семейство. А вот третий – это что-то доисторическое с Земли, но здесь прекрасно сохранившееся.

Ещё подошла бы «меганерва», но её я хотел заполучить отдельно. В списках сканера она проходилась родственницей алому шипобрюху, то есть была некой доисторической стрекозой. А это шанс развить «Чувство роя», благодаря которому я хотел попробовать общаться на расстоянии не только с острохвостами и шакрасом, но и с Осой.

Теорию, что это возможно, я выдумал сам. Между нами определённо была связь, и чем дольше мы были вместе, тем крепче она становилась. Идея сомнительная, хотя подкрученная интуиция сейчас говорила, что всё может получиться.

Но это потом, а пока мимикрия. Я поцарапал палец на другой руке и осторожно поднёс к нему эссенцию. Жопа молчит, шестое чувство тоже, ноль два процента мутации никого не пугает. Выдохнул, обернулся по сторонам, словно ожидал стандартного свадебного: если кто-то против этой инициации, пусть скажет сейчас или замолчит навечно… И начал инициацию.

Вот сейчас уже немного тряхнуло, кожа начала чесаться, будто я какой-то аллерген на руки намазал. Захотелось снять браслеты и промыть кожу холодной водой. С трудом, но перетерпел первый позыв, потом чуть не взвыл от второго, но, поскрипев зубами, выдержал. От третьего уже готов был бежать к реке и прямо в одежде прыгать в воду, но постепенно зуд сошёл на нет. Четвёртой волны не последовало, а кожа, которую только что будто муравьи кусали, успокоилась.

– Неужели пятая точка с шестым чувством подвели… – прошептал я, деактивировал броню и начал раздеваться.

Скинул одежду, подбросил веток в огонь и начал вертеться у костра, разглядывая себя со всех сторон. Там, где было волосато, также и осталось, а где было гладко, на первый раз тоже. Кожа осталась кожей, шипы не выросли, остеодермия не началась, цвет не изменился. Из-за браслетов и постоянной брони загар квадратно-полосатый: но в остальном не модель, конечно, но я себе нравился.

– Эй, мужик? – раздался хриплый, явно пересохший совершенно не вовремя очнувшегося «Эхолота». – А ты чего голый? Ты вообще кто? Где мы? Я где?

– Не поверишь, я знал, что ты удивишься, – я улыбнулся, прикрываясь. – Не иначе интуиция…

– Да ну на хер, – «эхолот» махнул рукой и заговорил сам с собой. – Что-то глубоковато в этот раз. Видать, не отпустило ещё.

Глава 22

Пока я оделся, а сделал я это очень быстро, «эхолот» уже снова храпел и на попытки достучаться до него не реагировал. Пробурчал что-то про слишком назойливые галлюцинации и заполз поглубже между ящиками в кузове.

Я не стал навязываться, переключился на Осу, проснувшуюся от наших голосов. Выглядела она неважно. И это были не последствия ранений, а её собственный кризис, обострившийся из-за боя и токсинов. У неё поднялась температура, но несмотря на жар, выглядела она бледной. Не знай я про проблемы с геномом, решил бы, что это какой-то из подвидов гриппа.

– Я сейчас склеюсь, – шмыгнула она носом, когда я попытался её осмотреть. – Чуть-чуть только передохну, поем и готова выдвигаться.

– Ценю твой настрой, но кто-то должен остаться и охранять машину. Пешком мы отсюда замучаемся выбираться.

– Блин, бесит эта слабость, – она ещё раз шмыгнула, но уже как-то совсем грустно. – Я не знала, что будет такая реакция организма. Думала, что ещё есть время.

– Может тебе генодиализ пройти?

Спросил я, решив в этот раз вместо уже надоевшего золотарника, просто по сути единственного у меня лекарства, сварить обычный бульон. Мясо, конечно, там не самое обычное, а то, что бегало вокруг лагеря, но, помнится, что горячий бульон способен творить чудеса.

Анна не ответила. И даже попыталась отвернуться, чтобы я не заметил одинокую слезинку, побежавшую по щеке. Ясно. Либо нет ресурсов, либо больше не поможет… В груди как-то сразу ёкнуло, но свою тревожность я пока решил припрятать поглубже. Никому от неё лучше не станет. Ни Анне, которая явно храбрится, ни мне, ни нашему плану. А там уже и бульон подоспел.

Начало светать, большинство непонятливых хищников вокруг подразбрелись, но зато повеяло чем-то нехорошим с воды. Странно, там тоже отнюдь не лягушатник был, но сейчас прямо волной принесло, добавив точки и какой-то безнадёги.

– Кыш отсюда…

Я прогнал, появившуюся мошкару, а заодно мысленно рявкнул и на всю эту безнадёгу. Пока Оса подкреплялась, развернул настройки биомонитора и посмотрел, что всё-таки система взяла в зачёт из инициированных геномов.