Текст книги "Лазурь и Пурпур. Месть или Любовь? (СИ)"

Автор книги: Энни Вилкс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

16. Дэмин

Паника лавой текла по коридорам дворца. Сытые, ленивые, довольные жизнью, не верящие, что с ними может что-то случиться, вельможи и наложницы, даже простые слуги – все были напуганы. В их маленьком, уютном уголке на вершине мира подобное случившемуся утром просто не могло происходить, дворец казался им неприкосновенным даже во время войны.

Строго говоря, за масштабную, еще черным герцогом установленную защиту дворца никто из пар-оольцев и их рабов пройти и не сумел. Дэмин не сомневался, что ловушку для врагов устроил Олтар: в том, как потерявшие всего двоих своих стражники убили почти два десятка врагов, несмотря на засаду, чувствовалась его рука. Дэмин недолюбливал Олтара, но нужно было признать, что дело свое мастер по безопасности знал. Активация глушащих возможность пользоваться тайным языком амулетов во время боя пар-оольских шепчущих с отлично подготовленными простыми, не привыкшими полагаться на магию воинами, еще и имевшими преимущество за счет древкового оружия и лошадей, была отличной идеей. Как и то, что одному из пар-оольских хозяев не дали уйти и взяли живым.

Скорее всего, Олтар распространил слухи о готовящейся тренировке, умолчав, что тренируются не шепчущие. Дэмин сделал бы так на его месте.

Однако отсутствие и Олтара, и Вартана пробивало в безопасности дворца значительную брешь.

.

– Это все? – дребезжаще осведомился император у Илея, одного из воинов Вартана.

Сегодня правитель Империи Рад выглядел даже неплохо. Иссушенное, смятое морщинами лицо имело цвет желтоватый, но почти здоровый, а руки, которые придерживали Тинек и Шен, почти не дрожали. Сам старик сидел на троне, безвкусном золотом кресле со спинкой, возвышавшейся позади его прижатой подбородком к груди маленькой птичьей головой минимум на полтора человеческих роста. Над изможденным, похожим на живую смерть ликом расцветало вплавленное в спинку огромное солнце, лучами своими почти цеплявшее знамена земель, развешанные за этой торжественной инсталляцией.

Вплотную к трону, чуть позади, стояли верные лекари.

Сам Дэмин сидел справа от трона в удобном жестком кресле. Здесь, на возвышении, больше никто права находиться не имел.

Десятью ступенями ниже распахнулся похожий на арену тронный зал, не меньше ста шагов в длину, не меньше пятидесяти в ширину. Сейчас он был почти пуст: только в дальнем углу, у широкого окна, толпилось около десятка стражников, да напротив них стояли трое шепчущих, подчинявшихся Олтару. Двое из них держали цепи, которыми был скован тяжело дышащий от боли пар-оолец – его окровавленное плечо говорило само за себя. Он то и дело пытался осесть на пол, но его продолжали держать на весу.

Император всегда принимал своих подданных именно здесь, под рукотворным светилом, словно пытался напоследок ухватить остатки величия.

– Не все, – не осмеливаясь глядеть на правителя, ответил принявший теперь на себя обязанности начальника стражи мужчина. Он держал руки за спиной, но Дэмин видел, с какой силой Илей от волнения сжимает собственные пальцы. – С ними исчезли женщины, которые были с нами.

– Вы снова потащили с собой служанок? – выступил вперед Екат, который принял на себя управление магической службой в отсутствие Олтара.

О том, что стражники приглашали на тренировки девок из прислуги, на которых хотели произвести впечатление, было известно давно. Иногда под их мужественные чары попадали даже скучающие наложницы, и обычно на это смотрели сквозь пальцы. Однако сейчас ситуация была иной: знавшие дворец как свои пять пальцев женщины могли стать неплохими информаторами.

– Нет, – сглотнул Илей. – С нами были наложница Лиамея и помощница великого лекаря Кьяра.

За ударившимся в ребра сердцем Дэмин почти не услышал возгласа императора.

Кьяра! Далеко, вероятно, в Пар-ооле! Неугомонная девчонка... Ее уже могли убить или же пытать, а если этого и не произошло, то она продержится максимум до послезавтра – и то если у нее не отобрали эликсиры, – и все это время будет страдать от нарастающей боли: именно так Дэмин задумал создать у Кьяры ощущение беспомощности и зависимости от лекаря.

Осознание, что девчонка вполне может не вернуться, захватило Дэмина целиком. Ее яркий, живой образ, улыбающееся лицо, растрепанные косы, звонкий смех обрушились на лекаря разом, словно выдирая из души куски. Впервые в жизни его окатывало волнами такого леденящего ужаса – и ярости на самого себя.

«Я сам лишил ее возможности выжить».

– Наложница Лиамея! – прокряхтел поднявшийся на дрожащие ноги император. – Расскажи, приказываю! Она была ранена?

Дэмин и сам не заметил, как тоже встал со своего места. Он спустился вниз, чтобы встать ближе к говорящему – и Илей дернулся, будто желая убежать от хищника, но удержал себя на месте.

– Насколько я видел, нет. Кьяра ударила ее в живот, но крови не было. Наложница сама зашла в портал за мастером Олтаром.

– Кто посмел ударить мою Лиамею?! – пророкотал император, обессиленно опускаясь в кресло. – Я покараю...

– Прекратите, – вполголоса остановил его Дэмин, и император замер, как загипнотизированный кролик. Лекарь обернулся к Илею, с трудом не давая себе схватить того за грудки. – У Кьяры должна была найтись причина. Илей, с начала и подробнее.

Мужчина поднял на Дэмина свои тревожные карие глаза, потом быстро посмотрел на откинувшегося на спинку трона императора и снова начал разглядывать свои ноги.

– Кьяра договорилась с мастером Вартаном, она тренируется с нами. А в этот раз взяла с собой наложницу. Чтобы научить ее ездить верхом. Они выполняли упражнения, потом Лиамея спешилась, а Кьяра начала кидать копья. Когда на нас напали, она ранила этого. – Илей кивнул на шатающегося пар-оольца. – Я не видел, но она билась с ними, наверно. Потом стала драться с нами. Я видел, как она порезала Вартана. Император, – взволнованно обратился к правителю воин. – Я не верю, что она делала это по своей воле. Все знают, что пар-оольцы превращают наших в своих рабов. Ее превратили. Она никогда бы не напала на Вартана и на Лиамею. Кьяра – отличная девчонка, добрая и верная, она никогда не давала причин сомневаться в ней.

– А кто навел пар-оольцев на дворец? – проскрежетал разозленный император.

И снова Дэмину пришлось остановить старика, чтобы тот не сказал лишнего:

– Мы обсудим это позже. Илей, на Кьяре был ошейник?

– Я не уверен, – чуть помедлив, ответил Илей. – Я был далеко.

– Да, – выступил вперед другой стражник. – Я сам его видел.

И тут же спрятался обратно за спины товарищей.

Эти слова отозвались в Дэмине настоящей паникой, столь сильной, что он не ожидал, что может загореться подобным. Значит, Кьяра не помыслит вернуться, даже если будет иметь такую возможность.

Рассчитывать на Олтара было глупо.

Ее надо было вытаскивать, немедленно.

И метания смысла не имели – лишь быстрота действий. Отбросив сомнения, Дэмин повернулся к императору:

– Я допрошу пар-оольца.

Стражники тут же швырнули темнокожего мужчину Дэмину под ноги, не дожидаясь ответа императора: все давно привыкли, что даже то, что великий лекарь формулировал как предложение, по сути своей являлось приказом, которого нельзя было ослушаться. Краем глаза Дэмин заметил, как Екат скривился.

17. Кьяра

Было очень душно, пахло жарой и песком, где-то за пологом шатра пищала степная пустельга. Лицо холодила вода. Кьяра пошевелилась и тут же ощутила, как ноют руки, и что вдохнуть не получается – губы что-то крепко связывало.

Девушка дернулась в веревках, врезавшихся в ноги, пояс и руки, но так рыба дергается в сетях на берегу: бесполезное, мучительное действие. Пальцы рук онемели, предплечья тоже были ледяными и мертвыми – веревка, обхватившая локти, разве что под кожу не залезала.

– Сейчас я верну тебе возможность говорить и двигаться. Не ори, поняла? – раздался рядом не слишком дружелюбный голос Олтара.

Кьяра задрала голову: мужчина стоял над ней и почти брезгливо смотрел на ее попытки вывернуться. Его суровое лицо сейчас было окрашено раздражением. Через бровь тянулся еще кровящий порез. В зажатом кулаке мужчина держал полупрозрачные нити, червями извивающиеся и падающие вниз, ползущие к ней и куда-то за ее левое плечо.

Шея затекла, но Кьяра с наслаждением повернулась: совсем рядом с ней сидел, подогнув под себя ноги, пар-оолец на удивление небольшого роста, в красных шароварах и красной же жилетке, расшитой драгоценными камнями. Цветной костюм только подчеркивал почти угольную черноту кожи и дрожащие белки испуганных глаз. Перед его коленями лежало похожее на ошейник ожерелье. Губы пар-оольца были перехвачены полупрозрачным полотном, каких Кьяра раньше не видела. Наверно, тоже какой-то заговор, и скорее всего, ее кляп смотрелся так же.

Они находились в большом, пахнущем лошадиным потом шатре. Кьяра была привязана к центральному столбу, державшему высокий свод. Ткань просвечивала потертостями и дырами, по ногам стелился теплый сквозняк. Мебели в шатре почти не было: два валявшихся прямо на земляном полу широких травяных матраса, пара подушек. На одной из кроватей без движения лежал кто-то, повернутый к Кьяре спиной. Приглядевшись, она заметила знакомую прическу: такую носил Вартан. У ног мастера охраны сидела Лиамея в подранном платье, от которого были оторваны рукава – вероятно, чтобы сделать его более легким. Наложница держала в руках чашу с водой и мокрую тряпку.

Олтар в этот раз выглядел иначе: без плаща, в рубашке без рукавов, открывавшей широкие плечи и массивные, мускулистые руки; с собранными в простую косу волосами. За расстегнутым воротником виднелась белая ткань, словно Олтар был ранен и кто-то перевязал его. На поясе в простой перевязи он носил длинный, похожий больше на рапиру, чем на меч, клинок.

Смутно Кьяра вспомнила, как напала на Олтара, стремясь порвать вены на его шее. Зачем?

– Ты поняла? – напомнил о себе мужчина.

Кьяра с энтузиазмом закивала, растягивая одеревеневшие мышцы – и мгновение спустя с удовольствием приоткрыла рот, вдыхая жаркий воздух.

– А руки? – улыбнулась она Олтару.

Путы исчезли вмиг. Кьяра хотела с наслаждением потянуться, но плечи так онемели, что ей удалось только сложить руки на коленях и аккуратно начать разминать локти. Пальцы были совсем холодными.

И ноги тоже плохо слушались. Не обращая внимания на тысячи пронзивших икры игл, Кьяра неуверенно поднялась, пошатнувшись, и чуть не упала на Олтара, вовремя подхватившего ее под живот и отбросившего обратно к столбу, за который Кьяра уцепилась. Тут же рядом оказалась Лиамея, но Олтар отодвинул наложницу одним повелительным жестом, и та опустилась на пухлый от травы тюфяк, не говоря ни слова. Кьяра с болью отметила, что на скуле женщины расцвел багрянцем большой синяк, и кожа была содрана.

– Ты как? – одними губами спросила Кьяра, и Лиамея с робкой улыбкой кивнула. На душе сразу стало спокойнее.

– Не хочется меня убить? – усмехнулся Олтар.

– Пока не дали повода, – ответила Кьяра. – Если, конечно, нужно было так крепко меня связывать. Что произошло? Это же степи?

Некоторое время Олтар вглядывался в ее лицо, словно прожигая насквозь. Наконец, он решил ответить:

– Ты повела себя глупо. – Олтар не ругал, только констатировал факт. – Показала охотящимся за шепчущими врагам, что ты шепчущая.

Кьяра вспомнила, как попыталась вызвать клинок. А что ей было делать? Безоружной встречать врагов?!

– У меня же не получилось, – буркнула она, сгибая и разгибая колени.

– Конечно, не получилось. Лиамея, – неожиданно обратился Олтар к подпрыгнувшей женщине. – Выйди и подожди снаружи, я позову тебя.

Лиамея с сомнением поглядела на Кьяру, затем на мужчину. Взор ее дрогнул, и она, спрятав лицо за водопадом упавших волос, выскользнула из шатра. На миг приоткрылся полог – опалило золотым закатным солнцем, свежим воздухом и вечерним жаром, – и снова стало душно.

– Ты помнишь, что тебе приказывали, когда на тебе был ошейник? – не утруждаясь рассказом, спросил Олтар.

«Ошейник». Отличное название. Кьяру передернуло.

– Смутно. Я просто делала то, что было нужно. Но не мне, а кому-то другому. Ой, я же порезала Вартана! – испуганно воскликнула она, бросаясь к кровати, но Олтар легко остановил девушку. Воздухом ее отбросило обратно к столбу. – Зачем? – возмутилась она. – И как Вартан?

– Потерял много крови. Пусть отдохнет.

– Я не специально, – протянула Кьяра с сожалением.

– Я тебя не обвинял. Это был приказ – ударить его ножом?

– Нет, – покачала головой Кьяра. – Больше похоже на мысль.

– Ты слышала эту мысль? – нахмурился Олтар.

– Нет. Сложно объяснить.

– Ты слышала мысли хозяина ошейника?

– Не знаю. В какой-то момент я поняла, что Вартана нельзя убивать, что он слишком важен, и его надо доставить живым. Как и поняла, что вы – слишком серьезный противник, и я отступлю. Это похоже на то, о чем вы спрашиваете?

Олтар не ответил.

– Слушайте, прекратите меня игнорировать, – возмутилась Кьяра. – Расскажите, что произошло. Пожалуйста. Порталы же нельзя было использовать! Как они это сделали?

Мужчина повернулся к ней – в темных глазах блеснул опасный огонь.

– Ты позволила надеть на себя ошейник, затем чуть не убила Вартана, бросила нож в одного из стражников, попыталась напасть на меня, потом убежала в портал. Мне пришлось последовать за Вартаном, а значит, и за тобой. Лиамея... – ухмыльнулся Олтар так, что и сомнений не осталось: он считал наложницу чуть ли не за умалишенную. – Пошла за мной. Когда мы оказались в центре лагеря пар-оольцев, ты набросилась на меня, и я лишил тебя сознания.

– Центр лагеря, – протянула Кьяра с сомнением, понимая, что про порталы Олтар ей и слова не скажет. – Это что, пустыня Нгингми?

– Нет, это ваша Хурлах.

– Вы хотите сказать, у них лагерь в наших землях?!

– Да, – усмехнулся Олтар. – Ты, маленькая змейка, сильно переоцениваешь способность степей отражать набеги Пар-оола, правда?

– Не смейте говорить о Красных землях так пренебрежительно! – взвилась Кьяра. – Я уверена, местные сопротивлялись до последней капли крови! Но в пустыне почти никто не живет, вот они и здесь.

– Может быть, – согласился Олтар, подходя к девушке ближе. Кьяра не отступила, только задрала голову, чтобы не прятать взора.

– И как мы выбрались из лагеря?

– Я вывел вас. Тебя мне пришлось нести. Надеюсь, ты того стоишь, степнячка.

Это звучало мерзко.

– А подробнее расскажете? – без особой надежды спросила Кьяра.

– Нет.

По спине прошел холодок. Насколько же силен должен быть этот мужчина, если ухитрился отбиться от армии шепчущих и вытащить двоих раненых и одну не предназначенную для боя женщину?

– А мой ошейник?

– Я забрал у них мастера по артефактам, – кивнул Олтар на съежившегося на земле пар-оольца. – Он снял ошейник. Будет полезен, так что пойдет с нами.

– Куда?

– Во дворец.

– Мы от дворца в нескольких неделях пути.

– Мы используем порталы. Поэтому ты будешь нести вахту у лагеря пар-оольцев.

– Не буду, если не объясните.

– Не зли меня.

– Это вы меня не злите! Я вам не подчиненная, не слуга! Хотите, чтобы помогала – объясните, а то и с места не двинусь, можете обратно привязать, если поймаете.

Вдруг Олтар рассмеялся:

– Ты громко гавкаешь, а сама вся дрожишь, как мелкая собачонка.

– Конечно, дрожу! – обвиняюще воскликнула Кьяра. – Вы весьма пугающий, а история с «ну, я между прочим вывел вас из лагеря пар-оольских шепчущих, а еще отбил у них мастера по артефактам» не помогает, знаете ли! Что это вообще значит? Как вывели? Убили их, договорились? И как можно пользоваться порталами, если там ловушки? Что происходит?!

– Хорошо, – неожиданно смягчился Олтар. – Сядь, змейка, и послушай.

– Лучше уж змейка, чем собачонка, – пробурчала себе под нос Кьяра, устраиваясь на тюфяке. – В чем нужна моя помощь?

– Порталы сейчас ловят перемещающихся и ведут их в смертельную ловушку. Однако иногда пар-оольцы отключают этот созданный ими механизм, чтобы переправить собственные силы. Наша задача – поймать безопасное временное окно и воспользоваться им для возвращения во дворец. Для этого нам придется следить за пар-оольскими шепчущими, и как только они начнут открывать порталы – сделать то же самое. Я вынужден оставаться здесь, продолжая укрывать это место и поддерживать жизнь в Вартане. Лиамея бесполезна. Поэтому ты будешь наблюдать за пар-оольцами с безопасного расстояния. Заметишь, что они собираются на открытой местности – станешь следить внимательнее, а увидишь открытые проемы – активируешь заговор, который я подскажу, чем предупредишь меня. Я тут же открою портал и верну нас во дворец.

– Вас, – усмехнулась Кьяра, мигом соображая. – Всех, кто будет в этом шатре, пока я стану следить за пар-оольцами с безопасного расстояния. Правильно я поняла, мастер Олтар?

– Удивляешь, – коротко признал Олтар, ни капли не смутившись.

– Меня тоже сначала удивила ваша забота, – развела руками Кьяра. – Вот присмотрелась, стало яснее. Вы тоже присмотрелись бы.

– У тебя острый язык.

– Это вместо зубов.

– Почему ты не боишься меня?

– Я боюсь, наверно, – весьма честно ответила Кьяра. – И злюсь. Вот много и болтаю. И все же страх страхом, а давайте придумаем иной порядок действий. Насколько этот шатер далеко от вашего безопасного места для слежки?

– Чуть меньше лиги. Здесь безопасно. Поставишь под угрозу жизни Лиамеи и Вартана?

– Нет, конечно, – отступила Кьяра, вдруг поняв, что Олтар прав: ни раненого мастера, ни совершенно чуждую шпионажу Лиамею в ярком платье тащить с собой к пар-оольскому лагерю было глупо. И если бы их обнаружили, это стало бы катастрофой. Только вот умирать здесь ужасно не хотелось!

– И?

– Вы можете… – Кьяра запнулась. – Мне пообещать, что, если успеете, вернетесь за мной тоже?

– А ты мне поверишь?

– Вы правы, у меня не слишком много выриантов. Все равно лучше с обещанием, чем без него.

– Мне казалось, ты более упертая. Так просто сдаешь отвоеванные позиции. Ты практически начала мне угрожать, а я почти был готов пойти навстречу.

– Я не гений переговоров, – отмахнулась Кьяра. – Так пообещаете?

– Хорошо, самоотверженная змейка. Я открою портал сначала к тебе, а затем – во дворец.

– Если будете успевать.

– Ты еще и подсказываешь мне, под каким предлогом тебя бросить.

– Вы можете бросить меня и без предлога. Но если поймете, что времени мало – вытаскивайте их.

– И пытаешься говорить мне, что делать.

– Извините, сглупила, – без всякого сожаления ответила Кьяра. – Так по рукам?

И протянула Олтару руку. Мужчина со смешком сжал ее запястье своими сильными пальцами: мягко, куда аккуратнее, чем она ожидала.

***

Стоило им отойти от шатра, тот пропал из вида. Кьяра силилась различить в оранжевом мареве хотя бы колышащуюся ткань, но песок выглядел нетронутым. Она пригляделась: хотя они шли по пологому подъему одного из причесанных ветром барханов, и почва уходила из-под ног, следов не оставалось.

– А научите меня так скрываться? – крикнула девушка в спину Олтару, державшемуся впереди.

Мужчина покачал головой, не оборачиваясь.

Он шел очень быстро и почти не проваливался, тогда как Кьяра, привыкшая бродить по пескам, ковыляла, чуть подволакивая больную ногу. Левое колено ныло от напряжения, и девушка понемногу отставала. Она задыхалась, словно бежала, а перед глазами плясали красные и золотые мушки. В конце концов, Кьяра упала на колени, ощутив подступление обморока.

Ветер гнал песок, взметал его в воздух. Массивная фигура Олтара казалась подернутой желтой пеленой, смотреть ему вслед было больно: песок норовил пробраться сквозь ресницы к глазам. Кьяра поплотнее завернула ткань, которой скрыла нос и рот, и запустила руку за пазуху.

Почему она раньше не проверила? Неужели эта информация – о том, сколько ей осталось времени! – совсем неважна? Или все-таки было страшно сунуть руку и обнаружить там осколки вместо пузырьков с целительными эликсирами, которые могли продлить ее существование?

Пальцы укололи острые края. Кьяра выбросила два отбитых горлышка с деревянными пробками, аккуратно вытащила расколовшиеся на несколько частей сосуды. Жидкость давно впиталась в колет, так что мутные стекла были только немного липкими.

– В чем дело? – спросил ее Олтар, возвращаясь. Кьяре даже показалось, что он озабочен, но эта иллюзия сразу пропала, когда она увидела раздраженное промедлением лицо. – Ты же Теренер, должна уметь ходить по песку.

– Момент, – выдохнула Кьяра, вынимая пробку из единственного оставшегося пузырька и залпом выпивая содержимое. – Сколько сейчас часов?

– По времени дворца? – тут же понял Олтар. – Около полуночи.

– Ясно, – ответила Кьяра, снова наматывая шарф.

– Тебе плохо?

– Нормально.

Кьяра сделала усилие и поднялась, ощущая, как эликсир золотым теплом разливается по жилам. Ветер качнул ее, и как-то рядом оказался Олтар. Он положил руку девушке на лопатки, и несколько секунд Кьяра опиралась на него, но потом качнулась вперед и поспешила на заплетающихся ногах к вершине бархана, старательно не показывая, как болит нога – не хватало еще быть хромой собачкой, достойной жалости!

Теперь Олтар не уходил вперед, а наоборот, держался немного позади, так что Кьяра сама задавала темп. Понимая, что мужчине нужно вернуться как можно скорее, она спешила, поэтому то и дело спотыкалась, проскальзывая на бегущем песке.

– Плохо дышишь, – заметил Олтар отстраненно, в десятый раз помогая ей встать. – Твоя болезнь?

– Ближайшие сутки я буду на ногах, – успокоила скорее себя, чем его Кьяра. – Великому лекарю приходится исцелять меня каждый день. Вчера он лечил меня около шести часов. Но на его эликсирах я еще продержусь.

– Когда кончится действие снадобья?

– Каждая баночка дает мне день, – не стала вдаваться в подробности Кьяра.

– Сколько ты носишь с собой?

– Три.

– И что будет, если запаса не останется?

– Я точно не знаю, – соврала Кьяра.

– Лжешь, – заметил Олтар.

– Я умру, – зло ответила Кьяра. – И я не хочу это обсуждать. Планирую выбраться отсюда раньше.

– Две разбиты, у тебя всего сутки. Почему сразу не сказала, что твое время ограничено?

– Решила, что это – не аргумент. Только не говорите, что теперь, проникнувшись моей болью, вы решили меня спасти, хотя раньше собирались бросить.

– Вроде того, – усмехнулся Олтар. – Ползи медленнее, змейка, мне надоело тебя ловить.

Кьяра покраснела от стыда, радуясь, что воин не видит ее лица.