Текст книги "В объятиях пламени (СИ)"

Автор книги: Элис Айт

Соавторы: Майя Велина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Глава 2

Арген знал, что попадание в пятерку неизбежно. Знал – и все равно злился, шагая по монастырю так яростно, что монахи в смятении расступались, лишь завидев его впереди.

Всего несколько дней назад он поддевал Вигера на эту тему, ехидно подмечая, что если каратели владеют магией и прекрасно тренированы, то им незачем ездить всюду впятером. Но это делалось не потому, что слава карателей была преувеличена и те не могли противостоять врагу в одиночку.

Все слабы перед дьявольскими соблазнами. А магия соблазнительнее золота, женщин и долгой жизни, потому что она способна дать все это сразу, причем поразительно дешево. Нужно лишь найти подходящий артефакт. Или того, кто такой артефакт создаст.

Каждый каратель хоть раз испытывал искушение поддаться. Большинство боролось, но некоторые все же проигрывали. Что далеко ходить за примером – это и произошло со второй пятеркой Аргена. А ведь он там был самым молодым и неопытным…

Арген провел в одиночных заданиях шесть лет – поразительно много. Потому, наверное, он уверился, что так будет всегда. В крайнем случае, не сомневался Арген, он успеет умереть прежде, чем кому-то из приоров стукнет в голову идиотская мысль подсунуть его какому-нибудь несчастному сержанту.

Пеллек несчастным не был. Арген его ненавидел заранее, и из-за тянущегося за ним шлейфа дурной молвы, и просто потому, что теперь придется получать от него приказы.

Сержанта он нашел в монастырском саду. Тот валялся под оливковым деревом с миской винограда в руках и плевался косточками в кружащих неподалеку ос.

Парочку даже сбил.

Увидев его, Арген заставил себя разжать кулаки, так и чесавшиеся кому-нибудь вмазать, и успокоил дыхание.

Драки между карателями наказывались. Склока с вышестоящим в иерархии тем более могла грозить серьезным взысканием, а Арген и так уже сегодня «показал себя» в разговоре с приором. Кроме того, он попросту не был уверен, что победит.

Высокий рост и воловья выносливость Пеллека делали его опасным противником. Еще до присоединения к ордену он отличался бычьей силой, а получив дар и пройдя особую орденскую подготовку, и вовсе превратился в гору мышц, дьявольски стремительную и способную с одного удара вышибить дух даже из брата-карателя. Арген же привык полагаться не столько на физическую силу, сколько на ловкость и изворотливость.

– Привет, Арген, – поздоровался сержант, сбив плевком косточки осу, которая подлетела слишком близко к карателю.

– Привет, – сухо сказал он, проводив взглядом упавшее насекомое.

– Что, зол, да? – равнодушно поинтересовался Пеллек.

– Ага, – согласился Арген. – Не принимай на свой счет. За шесть лет я привык принимать приказы только от Бога.

– Да не волнуйся, я тоже не так чтобы готов от радости в штаны наложить, – хмыкнул он. – Командовать завзятым одиночкой – удовольствие не из больших. Никогда не понимал, что в голове у сопляка Вайса, когда он отдает подобные приказы… Впрочем, он, хоть и приор, даже не сам их придумывает, только по бумажке зачитывает то, что присылают от архиприоров. Ну а с тех что взять… Сложно подчиняться тем, кто Бога вообще не слышит, да, брат?

Арген кивнул. Злость немного развеялась, несмотря на осознание, что им умело управляют. Пеллек оказался не только физически мощным, но и умным. Хитро перенаправил гнев нового подчиненного с себя на безмозглое командование, которое якобы из одних дураков и состоит.

Под оливой затягивалась тишина.

– А ты не слишком-то разговорчив, да? – спросил сержант, видимо, рассчитывавший, что новичок начнет горячиться и поносить начальство.

Арген пожал плечами. Что тут еще скажешь?

– Ладно, – Пеллек хмыкнул, отставил миску с виноградом и поднялся, но вдруг замер, нахмурился и с шумом втянул воздух через ноздри. – Ну и запашок от тебя, брат. Ты когда мылся последний раз?

– Не помню, – честно ответил он. – Спешил сначала доложиться о завершении задания, потом уже отдыхать.

Сержант загоготал так громко и зычно, что два мирянина, шедшие через сад в сопровождении двух монахов, вздрогнули и оглянулись, а увидев, кто смеется, ускорили шаг.

– Ну ты даешь, – Пеллек снисходительно похлопал Аргена по плечу, не переставая смеяться. Его темная с рыжеватыми проблесками борода тряслась, будто живя отдельной жизнью. – Было бы куда торопиться… Бог-то знает, что ты Его волю выполнил, а приор может и подождать. Он, наверное, сидя там в своей клетке и нюхая лошадиные ароматы, только и думал, как от тебя избавиться. Ну ничего, пусть этот неженка вспоминает иногда, с кем в одной упряжке, да?

Каратель опять кивнул. Эти постоянные вопросы в конце фраз, заставлявшие собеседника волей-неволей соглашаться с сержантом, уже начали утомлять. Как и намеки на вонь.

Впрочем, может, к Пеллек стоит прислушаться. Сам Арген о таких вещах давно не задумывался. Ему было попросту не до того.

– Идем, – сержант опять похлопал карателя и хитро подмигнул. – Покажу тебе одну баньку прямо рядом с борделем, где можно хорошенько расслабиться после задания. Заодно с ребятами познакомлю. Они уже туда ушли, а я остался тебя дождаться.

– Ты знал, что я приеду именно сегодня? – удивился Арген.

– Да уж, – протянул тот, глядя на новичка с сочувствием. – Ты явно забыл, что такое работать с собратьями. Конечно, я знал. Как может быть иначе?

Арген склонил голову в знак согласия. Он и правда забылся.

Похоже, приор и сержант правы, а он, Арген, нет. Ему следует вспомнить, как трудиться в команде на благо Господа и веры, а то так можно дойти и до впадения в дьявольское искушение.

Пеллек поманил за собой, и каратель послушно зашагал следом. Вообще-то он знал каждый угол в Мальерте, но решил об этом не сообщать командиру. Пусть считает, что способен чему-то научить «новичка».

Может, они и сработаются.

Глава 3

Эска жила, танцуя. Иногда ей казалось, что если отнять у нее это, сказать, что больше никогда-никогда танцевать будет нельзя, то она тотчас падет бездыханной.

Каждый день в Мальерте она пробиралась на площадь, невзирая на строгий запрет предводителя их небольшой группы беглых магов. Томмар говорил, что им нельзя попадаться никому на глаза. В городе слишком много приезжих, кто-то может увидеть в толпе старого знакомца, вспомнить, что того обвиняли в запрещенном колдовстве, и доложить страже. Тогда конец и их замыслу, и всей компании магов, которые уже однажды сбежали от очистительного костра благодаря Томмару и не собирались вновь туда отправляться.

Эска понимала, что она легкомысленна и, поддаваясь своей слабости, подвергает опасности друзей. Нет, даже не просто друзей – единственную оставшуюся у нее семью. Но сделать с собой ничего не могла.

Гильдия музыкантов по договору с городскими властями каждый день отправляла на Торговую площадь кого-то из подмастерьев играть с обеда и до заката. Для учеников это было хорошей практикой, а для паломников – отличным развлечением в городе, где особенно нечем заняться.

Как обычно, предупредив друзей, что пойдет за свежими овощами для ужина, Эска осторожно покинула их убежище на окраине, прошла полдороги, а затем резко свернула вбок и почти бегом пересекла несколько улиц, то возвращаясь назад, то опять уходя в сторону. Эти предосторожности она соблюдала всегда на тот случай, если Томмар послал кого-то следить за ней или занимается этим сам.

Непросто руководить группой людей, которые владеют запретными силами.

Спрятавшись за углом, девушка подождала какое-то время, но на улице никто подозрительный или знакомый так и не появился. Эска с облегчением выдохнула, залезла в свой тайник за крупной дождевой бочкой и, озираясь, быстро переоделась.

Она и раньше выглядела, как обычная бедная лиотка – деревянные туфли-сабо, простое коричневое платье до пят с затасканным передником, светлые волосы повязаны косынкой. Теперь прохожий увидел бы все ту же симпатичную молодую лиотку, но из сословия чуть побогаче: передник исчез, на подоле появились оборки, рукава стали шире, просторнее, как у женщины, которой не приходится каждый день заниматься физическим трудом.

Даже косынку Эска заменила на цветастую. Почему нет? Она любила яркое.

Жаль, часто такое не поносишь, когда ты беглый преступник.

Когда девушка закончила, то осмотрела себя и довольно кивнула. Теперь она стала больше походить на ученицу писаря после занятий или жену какого-нибудь мелкого чиновника, которая может позволить себе прислугу, а следовательно, и немного потанцевать после обеда на площади. Даже если у нее появятся проблемы, то беглянку станут искать в кварталах более обеспеченных жителей, а не в том нищем районе, где находилось убежище.

Еще раз оглядевшись, Эска покинула проулок и поспешила туда, откуда звучала музыка.

На деревянном помосте лютнист и флейтист, оба лет пятнадцати, наигрывали веселую народную мелодию. Мальчишка еще младше отбивал для них ритм на небольшом барабане. Чуть поодаль седовласый мастер в пестрой одежде: одна штанина синяя, другая желтая, рубаха таких же цветов, только в другом порядке – сложил на груди руки и, изредка покачивая в такт головой, наблюдал за игрой учеников.

Публики собралось человек двадцать – неплохо для буднего дня! С десяток из них уже вовлеклись в ритм и отплясывали. Эска, едва зайдя на площадь, сразу кинулась к ним и лихо закрутилась в танце.

Пшеничные локоны быстро выбились из-под косынки. Юбки взметывались, демонстрируя худые загорелые щиколотки. Эска радостно смеялась.

Да! Пляска! Веселье! Свобода! Хотя бы на полчаса в день!

Упоение длилось недолго. На красивую девушку, которая к тому же так живо скакала среди танцующих, стали обращать внимание. Она быстро заметила бросаемые на нее заинтересованные мужские взгляды.

Ими дело не ограничилось.

– Эй, красотка!

К ней «пританцевал» улыбающийся парень лет двадцати, ладный, веснушчатый, как сама Эска. Он попытался к ней подстроиться, но та шутливо погрозила пальцем.

– Я замужем, молодчик!

И, закружившись, ловко увильнула на другую сторону отведенной для танцев площадки.

Вообще-то парень был хорош собой. Эска ушла не потому, что он ей не понравился, не потому, что была постарше, и уж тем более не из-за несуществующего в природе мужа.

Ей исполнилось двадцать два. В таком возрасте большинство лиоток уже имели по четыре-пять детей. Эска была совсем не против последовать той же судьбе… но кто же возьмет в жены девушку, которая родилась с даром к «дьявольской» огненной магии и по лиотским законам должна быть казнена?

Она не торопилась заводить отношения и среди своих, в группе Томмара, хотя некоторые мужчины уже демонстрировали недвусмысленный интерес. К счастью, их предводитель считал, что дело превыше всего, а слишком близкие отношения могут навредить их плану, поэтому любовные шашни в команде не одобрял.

Эска не хотела привязываться, пусть ее сердце и ныло иногда болезненно, а чувства требовали выхода. Группа Томмара продержалась поразительно долго среди подобных ей, однако рано или поздно их все равно переловят.

Каратели приходят за всеми.

Девушка подняла руки и закружилась на невероятной скорости, позволяя юбке цветком распускаться вокруг нее. Подзадоренные музыканты стали играть быстрее, и чем сильнее они увеличивали темп, тем яростнее кружилась Эска.

Забыть, забыть, забыть, забыть… Просто танцевать.

Музыка остановилась. Эска тоже. Толпа грянула аплодисментами и восхищенными возгласами. Девушка, смеясь, поклонилась и отошла в сторону. Следующий танец можно и пропустить, а тем временем немного прийти в себя, чтобы после короткого перерыва опять зажечь всех своей пляской.

Но едва она остановилась у деревянного ограждения, как плеча сзади кто-то коснулся. Эска вздрогнула и резко развернулась. В лицо улыбался все тот же веснушчатый парень, однако теперь он показался ей неприятным.

– Познакомимся, красотка?

– Я же сказала, что замужем, – сухо ответила она.

– Так что-то не видно рядом муженька твоего, – подмигнул он и придвинулся еще ближе.

На нее накатил внезапный страх. Кончики пальцев начало покалывать. Проклятье! Еще не хватало неконтролируемого выброса магии прямо на одной из городских площадей!

– Отстань, – оборвала девушка. – А то на помощь начну звать.

Парень досадливо передернул плечами, явно не понимая причину ее холодности, однако лезть не стал и вернулся к танцующим. Эска выдохнула, но сердце не унималось и как будто собиралось вырваться из груди.

Потерев лицо, девушка отошла еще дальше, к самому краю ограждения, и встала за чей-то фургон, крытый сероватой тканью. Ими полнилась вся площадь – не зря же ее называли Торговой. На подобных повозках сюда привозили товары из окрестных деревень и пытались ими заинтересовать паломников. За фургоном Эску никто не мог увидеть, и она могла в одиночестве перевести дыхание.

Несколько минут она просто смотрела в небо. Бьющий боевыми барабанами шум в ушах наконец стих, кипящий колдовской огонь в венах утихомирился, и девушка наконец смогла мыслить более ясно.

Зря она так с тем парнем. Хотел бы распустить руки – только раззадорился бы. А получилось, что Эска чуть по собственной глупости не нарвалась на громкую ссору, которая в ее положении точно ни к чему.

Она сердилась на саму себя, а потому не сразу поняла, что что-то изменилось. Это не шум в ушах больше не бил барабанами, а стих самый настоящий барабан, который играл на площади. Теперь, успокоившись, Эска могла различить напряженный разговор где-то совсем рядом.

Девушка насторожилась. Говорили на повышенных тонах. Испугавшись, что привлекла танцем слишком много внимания к себе и речь может идти о ней, Эска проскользнула между фургонами и подобралась поближе к источнику звука.

В просвете открылись двое – седой мастер и мальчишка с барабаном. Лицо у ребенка было зареванным.

– Опять не попадаешь в такт, Селли! – отчитывал его наставник. – Сколько можно! Сегодня опять останешься без ужина!

– Но это уже третий день подряд, господин! – робко возразил мальчонка.

Эска молча поразилась логике мастера. Ребенок и так тощий, кости торчат. Если его еще больше морить голодом, о каких музыкальных успехах можно говорить? Да он еле этот барабан держит, какой уж тут ритм!

– Значит, на четвертый наконец заиграешь нормально! – огрызнулся учитель и внезапно отвесил мальчишке оплеуху. – Родители за тебя опять не внесли деньги. Думаешь, в гильдии тебя только из-за жалости будут держать?

– Но мастер… – попытался заспорить маленький барабанщик.

Следующая оплеуха свалила его на колени. Мальчишка застонал, схватившись за краснеющую сторону лица.

– Не вой тут мне! – отрезал наставник. – А то прикажу старшим мальчикам переломать тебе руки. Все подтвердят, что ты сам покалечился. Вернешься домой вообще ни к чему не годный. Может, родители тогда хорошенько подумают о том, как бы заплатить за твое обучение заранее, а не тянуть постоянно!

Терпение Эски лопнуло. Она и до побега, пока ее дар не проявился, не жила на широкую ногу и прекрасно знала, каково это – гадать, будет чем заплатить в следующем месяце за обучение или нет.

Жестокость мастера и вовсе не вписывалась ни в какие рамки. Это же надо – заставить других учеников переломать руки ребенку только потому, что за него вовремя не внесли плату! Ясно, что «непопадание в такт» тут ни при чем. Мастер всего лишь срывает злость на мальчике. Наверное, сам проигрался в кости или потратил все деньги на шлюх, а теперь кто виноват? Ученик, конечно!

Кончики пальцев опять закололо, но на сей раз девушка решила не сдерживаться. Рассудок подсказывал, что, пусть она поджарит мастера хоть дотла, ребенку это не поможет, деньги на обучение из воздуха не возьмутся, и в гильдии на барабанщика продолжат смотреть косо. Но, по крайней мере, ему перестанут угрожать битьем! А может, если наставник несколько дней проваляется в постели с ожогами в интересном месте, то мальчика все это время будут кормить, как положено. А там уже и плата поступит.

В общем, дело стоит риска.

Она позволила энергии выйти через пальцы, сформировала из нее огонек размером со свечной и медленно направила к мастеру, который как раз наклонился к ребенку, продолжая ему угрожать. Рубашка задралась. Два прямоугольника штанин, сходящиеся вместе широким швом, представляли собой отличную мишень…

– Ай! – заорал наставник, когда его зад в прямом смысле полыхнул огнем. – Какого демона?!

Эска хихикнула, довольная произведенным эффектом, и развернулась. Пора было проскользнуть между повозками обратно, затеряться в толпе и не возвращаться на площадь несколько дней, пока шумиха, вызванная подгоранием грубого мастера, не поумерится.

Но девушка сразу же, не успев сделать и шага, уткнулась в мужскую грудь. На предплечье будто железными оковами сомкнулись чужие пальцы. Эска оцепенело подняла голову, и первым, что она увидела, были мрачно смотрящие на нее глаза странного желтого цвета, как у кошки. Затем – низко натянутый капюшон и лицо с жесткими чертами.

– Запретной магией, значит, обладаем, – утвердительно произнес незнакомец, и в его взгляде читался приговор.

«Каратель», – пронеслось в голове Эски, и сердце ее упало.

Поймали. Все кончено. Ее сожгут. А раз так…

Какая разница, умереть сейчас или завтра?

И девушка выпустила всю накопленную колдовскую энергию.

Глава 4

Позже Арген задумывался: в тот день проблемы искали его или он сам отчаянно на них нарывался?

Беседа с Пеллеком не клеилась. Сержант любил поболтать, Арген, наоборот, нет, и его молчание раздражало собеседника. Не успели они дойти до бани, как между ними уже повисла гнетущая тишина.

– Сократим через Торговую площадь? – предложил Пеллек.

Оттуда звучала музыка. Она могла заполнить досадную пустоту в их разговоре, и Арген кивнул – все что угодно, лишь бы не вымучивать поводы для бессмысленной болтовни.

Там-то он и почувствовал, что что-то не так.

Вступая в орден, каратели получали дар к магии, а вместе с ним – способность ощущать колдовскую энергию. Братьев натаскивали, как охотничьих псов, чтобы они улавливали ее издалека и могли по энергетическому следу выследить мага или артефакт.

И прямо сейчас где-то совсем рядом либо применяли артефакт, либо колдовал маг.

Судя по тому, что Пеллек резко остановился и повел носом, будто принюхиваясь, он тоже это заметил. Мужчины переглянулись и, не сговариваясь, двинулись в одном направлении – к нагромождению телег и повозок.

Высокому и плечистому сержанту было тяжелее пробраться через толпу танцующих на площади людей, и Арген его опередил. Он ринулся в лабиринт между фургонами и успел увидеть, как над склоненным гильдейским мастером, похоже, собирающимся отлупить мальчишку-ученика, вздымается огненный сполох.

Риски каратель оценил мгновенно. Мужчине вряд ли грозило что-то серьезнее пары-другой ожогов на мягком месте. Пламя вспыхнуло достаточно далеко от повозок, и те загореться не могли, к тому же оно сразу погасло. Никто не смог бы доказать, что магия вообще применялась.

Если бы не присутствие девчонки, так увлекшейся процессом, что она уткнулась прямо в Аргена.

Колдовская энергия кипела внутри нее, не давая ошибиться. Это она создала огонь. Интересно, зачем? Этот человек ее чем-то обидел? Она хотела отомстить? Явно же не убить пыталась, самое большее – насолить.

Каратель схватил ее за руку скорее машинально, чтобы не отпрянула. Сильным противником девчонка быть не могла. Худенькая, еще ниже Аргена – боец из нее никакой. Это и по глазам видно. Серые, такие растерянные – два озерца, расплескавшиеся на светлом лице со вздернутым носиком.

За годы охоты Арген повидал разных магов: мужчин и женщин, детей и стариков. Поэтому он удивился не тому, что девушка лет двадцати на вид оказалась колдуньей, а тому, что она решила колдовать в подобном месте, на одной из городских площадей, да еще сотворила такую мелкую пакость.

По-детски как-то, что ли. Обычно маги если и демонстрировали свою силу прилюдно, то уж разменивались на что-нибудь серьезное – покушение на короля или кардинала, разрушение собора или кражу ценных предметов.

Короче говоря, никак не прожжение штанов пожилому гильдейцу.

Арген смотрел на нее больше с любопытством, но годами выработанные привычки победить было сложно, и губы уже произносили:

– Запретной магией, значит, обладаем.

Девчонка застыла, в глазах волной прокатилась паника. А затем…

Энергия вспыхнула в ней с такой силой, что Арген как будто на миг ослеп и инстинктивно шагнул назад, выпустив преступницу.

Поразительно. Захдарцев не зря в народе называли магопоклонниками. Они холили и лелеяли своих магов, любых, не только целителей, строителей и садовников, выявляли их с детства, отделяли тех, чьи способности получалось отнести к боевым, и тренировали, превращая ко взрослому возрасту в идеальные орудия убийства. Пару раз Арген сталкивался с боевыми магами захдарцев и чувствовал их страшную энергию, которой, случалось, уступали даже каратели, тоже натренированные на убийство колдунов.

Но эта девушка была сильнее. Ее мощь сверкала алмазом – пока неограненным, но Арген не сомневался, что, попади она, к примеру, в руки тех же захдарцев, то они превратили бы ее в массовую убийцу за какую-то пару месяцев. Уже сейчас она могла бы запросто спалить несколько человек разом. Аргену со всем его опытом пришлось примыкать к наемникам Вигера, чтобы добиться того же самого.

Только потенциал – это еще не гарантия успеха.

Будь на месте девчонки кто-то другой, он бы умер в мгновение ока. Каратель мог остановить ее сердце собственными чарами или метким броском всадить нож ей в глаз. Арген никогда не промахивался – на то была воля Божья.

Однако сейчас он не чувствовал, что это необходимо, а чутье его еще никогда не обманывало.

Поэтому Арген не стал атаковать и продолжал стоять на месте, глядя на девчонку.

– Спокойно, – сказал он. – Мы можем просто поговорить.

Девчонка тоже не нападала, внимательно наблюдала за ним и медлила.

Интересно. Любой маг попытался бы убить карателя сразу, понимая, что это конец.

Внезапно сзади раздался утробный рык, и Арген запоздало вспомнил, что он теперь работает не в одиночку. Медведь-Пеллек наконец добрался до фургонов.

Лишь для того, чтобы все испортить.

Несущаяся гора мышц, сносящая на своем пути телеги, как пушинки, не оставляла места для лишних трактовок ее намерений. Девчонка отпрыгнула назад, за фургон, и раскинула руки. В стороны разлетелись десятки огней. Несколько со скоростью стрел направились к карателям, остальные попадали в повозки, мгновенно воспламеняя дерево и ткань.

«Попытается скрыться в дыму», – понял Арген и метнулся за ней.

Он легко уклонился от огненных снарядов. Два ударились о грудь рычащего Пеллека, но не причинили ему никакого вреда, даже бороду не подпалили. Путь ему преградила повозка, и он отшвырнул занимающийся пламенем крытый фургон, наверняка весивший не меньше лошади-тяжеловоза, как детскую игрушку. Тот врезался в соседние, сломав их. Огонь перекинулся с него на соседей так жадно, словно был живым существом, которое только того и ждало.

Арген просто перемахнул через преграду.

Девчонка показалась впереди сразу же. Обычная, плохо обученная колдунья, она не обладала усиленным телом и улучшенными рефлексами карателей. Ей было не уйти, как бы быстро она ни бегала.

Арген твердо решил взять ее живой, однако сомневался, что Пеллек придерживается того же мнения. Скорее всего, как только догонит, он будет забивать девчонку ногами, пока от той не останется мокрое место. Оружия-то в баню сержант не взял.

Пеллек приближался к девчонке с ужасающей скоростью. Арген на бегу окинул площадь взглядом, прикинул, где срезать, и перепрыгнул через очередную телегу, чтобы опередить колдунью.

Есть!

Он врезался в нее на бегу и обхватил руками. Они оба свалились в груду плетеных корзин, которыми на углу площади торговала какая-то женщина. С криком она бросилась прочь.

Арген с облегчением подумал, что хорошо отделался. Падение могло быть гораздо более жестким – по соседству располагалась лавка горшечника.

Девчонка не сопротивлялась, лишь взвизгнула, прикрыла голову и обмякла. Бурлящая колдовская энергия в ней погасла – она выпустила все без остатка среди фургонов.

Через пару мгновений их нагнал и Пеллек, под шагами которого содрогалась земля. Позади него поднимался пожар. Всего минуту назад весело отплясывающие люди разбегались, а площадь наполнялась воплями.

– Убей ее! – зарычал сержант.

– Нет! – огрызнулся Арген, неосознанно прикрывая девчонку собой.

– Ты свихнулся, клятый одиночка?!

– Это ты забыл приказы! – рявкнул он. – Было сказано артефакты по возможности доставлять в орден целыми, а магов – живыми. Я только сегодня получил за это выговор от Вайса, так что второй раз так не облажаюсь, даже не рассчитывай!

Пеллек сжал кулаки, и Арген уже ожидал, что на его голову сейчас обрушатся удары, но сержант справился с собой и лишь процедил:

– Тогда ты девку туда и тащи. Вырвется или подожжет что-то на пути – тебе и расхлебывать.

Каратель расслабился и окинул взглядом худенькую женскую фигурку.

Попасть в плен Ордена воинов Слова Божьего для мага не означает ничего хорошего. Но, по крайней мере, она пока жива…