Текст книги "Невеста темного генерала. В объятиях дракона (СИ)"

Автор книги: Элин Морт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 21

Когда шаги Ричарда окончательно стихли в коридоре, я ощутила, как гнев стремительно закипает внутри меня, вытесняя страх и осторожность. Поведение герцога было не просто несправедливым – оно было жестоким, низким и подлым. Я знала, что вмешиваться – глупо и опасно, но не могла молча смотреть, как отец обращается с собственным сыном хуже, чем со слугой.

Глубоко вдохнув и расправив плечи, я стремительно направилась к кабинету Валмора. Сердце бешено колотилось в груди, но я была решительно настроена высказать ему все, что накопилось.

Не останавливаясь перед дверью, я распахнула ее и шагнула внутрь. Герцог поднял голову от бумаг, и его взгляд скользнул по мне, полный неприкрытого раздражения и презрения, ведь я была всего лишь дерзкой девчонкой, осмелившейся нарушить его покой.

– Что все это значит? – спросил он, откладывая перо и пристально вглядываясь в мое лицо. – Ты забылась, Эмилия.

– Нет, это вы забылись, – ответила я, стараясь удерживать ровный и уверенный голос, хотя внутри все пылало от возмущения. – Ваш собственный сын едва жив после битвы, в которую послали его именно вы. А вы встречаете его так, будто он для вас пустое место. Даже хуже.

Глаза герцога опасно сузились, и он опустил перо на стол, явно сдерживая нарастающий гнев.

– Что ты сказала? – произнес он почти шипящим тоном, поднимаясь из-за стола.

– Вы прекрасно все слышали, – ответила я, делая еще один шаг вперед и не отводя взгляда. – Вы отправили его в дальнее крыло, жить среди слуг и ненужных вещей, и намеренно стремитесь унизить его еще сильнее. Он ваш сын, и он едва не погиб, выполняя ваши же поручения. Как вы можете быть настолько жестоким и бессердечным?

Герцог обошел стол, остановившись передо мной на расстоянии вытянутой руки, и его глаза буквально пригвоздили меня к месту.

– Осторожнее, девочка, – низко и угрожающе произнес он, изучая мое лицо. – Ты забываешься. Ричард получил именно то место, которого заслуживает. Если он слаб и не способен защитить себя, ему самое место среди прислуги.

– Он не слаб! – горячо возразила я, чувствуя, как руки невольно сжимаются в кулаки от возмущения. – Он ранен и измучен вашими бесконечными интригами. Он чуть не погиб, потому что боялся вас больше смерти. Но и это не заставило вас проявить хотя бы каплю сострадания.

Герцог шагнул ближе, его фигура возвышалась надо мной угрожающе, глаза сверкнули яростью.

– Ты слишком много себе позволяешь, Эмилия, – отчетливо проговорил он, приближаясь еще и вынуждая меня отступить на шаг назад. – Я не позволю тебе вмешиваться в мои отношения с сыном. Ричард прекрасно знает, где его место.

– Да, он знает, – произнесла я, упрямо подняв подбородок и не отводя взгляда, хотя внутри дрожала от страха. – Его место – рядом с вами. Он ваш наследник, ваша плоть и кровь. Он возможный наследник императора! А вы сами отталкиваете его, словно он чужой. Вы настолько ослеплены своей властью и интригами, что не видите ничего, даже собственной семьи.

Герцог замер на мгновение, его лицо застыло в жесткой, непроницаемой маске. В глубине его глаз промелькнула опасная тень, и я поняла, что зашла слишком далеко, но уже не могла отступить.

– Будь осторожна, Эмилия, – произнес он с угрозой в голосе. – Ты заходишь слишком далеко. Мое терпение имеет пределы.

Я еще раз упрямо вздернула подбородок:

– Это вы зашли слишком далеко. Вы сами разрушаете все, к чему прикасаетесь. Ваш сын заслуживает хотя бы уважения, если не любви. Перестаньте притворяться, что вы этого не понимаете.

Он долго смотрел на меня, явно обдумывая мои слова, затем губы его растянулись в презрительной улыбке.

– Вот как, – проговорил он, склоняя голову набок, пристально изучая меня. – Что ж, если тебе так дорог мой сын, возможно, стоит пересмотреть твое положение в этом доме. Учти, если ты хочешь помочь ему, тебе придется заплатить. И цена может оказаться гораздо выше, чем ты думаешь.

Его слова заставили мое сердце болезненно сжаться, но я не позволила себе отступить или показать слабость.

– Я не боюсь ваших угроз, герцог, – произнесла я спокойно, твердо и уверенно. – Я пришла сюда не торговаться, а сказать вам прямо, что то, как вы поступаете со своим сыном, недостойно вашего положения и просто отвратительно. Если вы этого не видите, то, возможно, потеряли не только сына, но и остатки чести.

Валмор молчал несколько долгих секунд, затем отступил назад и вернулся к своему столу, давая понять, что разговор окончен.

– Я услышал тебя, Эмилия, – неожиданно равнодушно произнес он, снова садясь и беря в руки бумаги. – А теперь уходи. Ты сказала более чем достаточно. В следующий раз будь осторожнее с выбором слов. Мое великодушие не бесконечно.

Я гордо развернулась, направляясь к двери и чувствуя, как спина покрывается холодным потом.

Когда я закрыла за собой дверь кабинета, ощущение облегчения смешалось с новым всплеском тревоги. Оставалось только надеяться, что мое вмешательство не сделает жизнь Ричарда еще тяжелее. Но, несмотря на страх и тревогу, в глубине души я была уверена, что поступила правильно. А это стоило любого риска.

К тому же – Кайден оценит мой маленький эксперимент. Я должна знать границы дозволенного мне в этом доме. От этого зависит, на чем я могу попадаться, а на чем – не имею права.

Глава 22

Несколько последующих дней прошли в тягостном и изматывающем ожидании. Каждое утро, едва открыв глаза, я начинала нервно отсчитывать часы до четверга. Именно на его вечер была назначена очередная тренировка с Кайденом, и только в этот день у меня появится возможность вновь увидеть темного дракона, убедиться, что он жив и невредим.

Однако чем ближе подходил четверг, тем сильнее разрасталось мое беспокойство. Казалось, весь особняк герцога Валмора замер в какой-то странной, зловещей тишине. Сам герцог несколько раз куда-то уезжал и возвращался обратно, не объясняя причин и не сообщая никому никаких подробностей о своих планах. Он словно потерял интерес к происходящему в доме, и это только усиливало мое тревожное ожидание.

Ричарда после нашей последней встречи я не видела. Он исчез, отгородившись от всех стенами дальнего крыла особняка. Я знала лишь то, что он по-прежнему находится там, не пуская даже слуг. Почему он выбрал такую тактику – не понимала, и это незнание грызло меня изнутри, не давая покоя.

Слуги, обычно суетливые и громкие, вели себя теперь странно. Они боялись потревожить нависшую над домом напряженную атмосферу, двигались почти неслышно, говорили тихо, переглядывались с тревогой. Эта гнетущая тишина с каждым днем становилась все более невыносимой.

К четвергу мое напряжение достигло пика. С самого утра я не находила себе места, нервно ходила по комнате, то подходя к окну и выглядывая во двор, то вновь возвращаясь к двери, прислушиваясь к каждому звуку в коридоре. Сердце билось быстро, а руки чуть заметно дрожали, выдавая мое волнение.

В назначенное время я отправилась в мой импровизированный тренировочный зал, гадая, какой «магистр» посетит меня сегодня. Впрочем, я подозревала, что Кайден избавился от Фелиана так, что последний никогда не вернется.

Когда дверь комнаты, наконец, приоткрылась, я обернулась и на мгновение замерла, словно не веря, что передо мной действительно стоит он. Увидев знакомую фигуру, я с облегчением выдохнула и стремительно шагнула вперед, крепко обнимая Кайдена за шею и прижимаясь всем телом, словно боялась, что он снова исчезнет.

– Наконец-то ты здесь, – прошептала я с облегчением, удерживая его в объятиях и чувствуя, как постепенно ослабевает моя тревога. – Я решила, что сегодня что-то случилось и ты не сможешь прийти. Тебя могли видеть?

Кайден слегка улыбнулся, обнимая в ответ. Его руки скользнули по моей спине, успокаивая и давая понять, что с ним все действительно в порядке.

– Все нормально, Эмилия. Никто ничего не заметил, не переживай.

Иногда он казался мне мальчишкой. Ну кто еще станет пробираться в чужие дома тайком? И не важно, что конечная цель здесь у нас была не слишком романтичная. Это не отменяло того, что приходил он ко мне и ради меня.

Я ненадолго прижалась щекой к его груди, прислушиваясь к ровным, успокаивающим ударам его сердца, а затем снова отстранилась и принялась нервно расхаживать по комнате.

– А вот со мной все совершенно ненормально, – начала я, бросая на него быстрые, тревожные взгляды и сцепляя пальцы рук в беспокойном жесте. – Герцог куда-то уехал еще утром. Просто исчез, не сказав никому ни слова. Я пыталась выяснить хоть что-то, но слуги ничего не знают. Он явно что-то задумал, и мне это совершенно не нравится.

Кайден следил за моими метаниями по комнате, затем нахмурился, задумчиво скрестив руки на груди.

– Это не к добру, – произнес он серьезно, наблюдая за мной. – А Ричард? Что-нибудь о нем слышно?

Я тут же остановилась, повернулась к нему и с тревогой посмотрела в его глаза.

– Вот именно о Ричарде я и хотела тебе рассказать. Он вернулся в особняк несколько дней назад. Ты бы видел, в каком состоянии он после вашей битвы. Он едва держался на ногах, выглядел измученным и совершенно разбитым.

Кайден слегка приподнял бровь, теперь явно встревоженный новостью.

– Он здесь? Я был уверен, что после той истории герцог вычеркнет его из жизни навсегда.

Я нервно покачала головой, вновь начиная ходить из стороны в сторону.

– Он вернулся по приказу императора. Теперь он потенциальный наследник трона, и выбора у него не было. Но ты представить себе не можешь, как ужасно встретил его герцог. Между ними почти открытая ненависть. Они смотрели друг на друга так, словно готовы были броситься в драку в любую секунду.

Кайден слушал меня, не перебивая, явно обдумывая мои слова.

– Значит, отношения между ними окончательно испортились, – произнес он, сощурившись. – Ты говорила с Ричардом?

Я остановилась, на мгновение задумавшись, затем кивнула:

– Да, совсем немного. Герцог ушел, оставив нас одних. Ричард едва стоял на ногах, и я проводила его в покои. Точнее, в то место, куда поселил его отец – в дальнее крыло, там живут слуги. Валмор просто унизил сына. Я попыталась предложить помощь, но Ричард оттолкнул ее. Сказал, что теперь рад любой возможности держаться от отца подальше.

Кайден снова кивнул, явно осмысливая мои слова и делая выводы.

– Ты поступила правильно, поговорив с ним, – сказал он наконец. – Чем глубже пропасть между ними, тем проще нам будет использовать их конфликт.

Я снова нахмурилась, покусывая нижнюю губу и не переставая двигаться по комнате.

– Не уверена, что это нам вообще поможет, – пробормотала я беспокойно. – Ричард замкнулся окончательно. Просто спрятался от всех. Я пыталась поговорить с самим Валмором, убедить его изменить свое отношение к сыну, но он только разозлился и пригрозил мне. Сегодня весь день стоит такая жуткая тишина, словно что-то вот-вот случится. Я не знаю, чего ждать дальше.

Кайден усмехнулся.

– Думаю, сегодняшнюю тренировку лучше отменить, – сказал он с легкой улыбкой на губах. – В таком состоянии ты ненароком спалишь всю столицу своей магией.

Я остановилась, сердито повернулась к нему и гневно сверкнула глазами:

– Только тебя, если не перестанешь издеваться, – процедила я, шагнув к нему вплотную и с вызовом подняв подбородок. – Поцелуй меня.

Глава 23

Утром проснулась я от того, что кто-то деликатно, но настойчиво коснулся моего плеча. Я приоткрыла глаза и некоторое время растерянно разглядывала служанок, стоявших вокруг кровати. В их серьезных, почтительно опущенных взглядах читалось напряженное ожидание.

За окном едва начало светать, и сквозь занавески в спальню проникал медово-золотистый свет раннего утра, ложившийся на мебель и стены. Эта уютная атмосфера странным образом контрастировала с застывшими лицами служанок и тревожным ощущением, что-то непременно должно было произойти.

– Госпожа, вам необходимо вставать, – произнесла старшая служанка, склоняя голову чуть ниже обычного. Ее ловкие руки уже раскладывали передо мной великолепное платье глубокого фиолетового цвета. Оно было так богато украшено тончайшей серебряной вышивкой и мелкими драгоценными камнями, что казалось почти волшебным – словно сотканным из ночного неба, усеянного звездами.

– Что случилось? – спросила я, поднимаясь на локтях и окончательно прогоняя остатки сна. Тревожное предчувствие уже вовсю набирало силу, заставляя сердце биться чаще.

– Вас срочно ожидают во дворце, госпожа, – ответила другая служанка, приступившая к моим волосам. Ее пальцы быстро, но аккуратно распутывали пряди, превращая их в изящную и сложную прическу, в которую искусно вплетались жемчужные нити и сверкающие украшения, отражавшие утренний свет.

Остальные служанки принялись ловко обтирать меня мокрыми тканями. Видимо, сегодня мне не оставалось времени на ванну.

Упоминание о дворце сразу вызвало внутри тяжелое беспокойство. «Срочно» и «дворец» не обещали ничего хорошего, особенно теперь, когда визит туда мог стать маленькой битвой с Валмором и его бесконечными интригами. Кулаки сжались, и я с трудом удержала невозмутимое выражение лица.

Слуги между тем закончили мое преображение. Я оказалась перед зеркалом и замерла на мгновение, пораженная собственным отражением. Платье идеально подчеркивало фигуру, ткани сверкали при каждом движении, превращая меня в настоящую придворную красавицу. Но внутри этой великолепной оболочки все еще скрывалась девчонка, охваченная волнением.

В этот самый момент дверь комнаты распахнулась без предварительного стука, и на пороге появился Валмор. Он остановился, изучая меня с головы до ног, и на его губах появилась удовлетворенная улыбка, будто он лично придумал каждый элемент моего образа.

– Превосходно, – произнес он почти ласково, подходя ближе и пристально разглядывая мое лицо. – Именно так ты и должна выглядеть. Император непременно будет впечатлен.

– Для чего этот визит? – уточнила я, стараясь придать голосу покорную интонацию и не выдать всей степени своего любопытства.

Герцог сделал еще шаг вперед и наклонился так близко, что его голос превратился в едва различимый шепот, предназначенный только для моих ушей:

– Сегодня очень важный день, Эмилия, – произнес он, и у меня по коже пробежали неприятные мурашки. – Ты все узнаешь там. Перед императором ты должна быть осторожной. Внимательно слушай мои подсказки и помни, что каждое твое слово и каждое движение будут иметь последствия.

Я кивнула, не отводя взгляда, но не позволяя себе смотреть прямо в глаза герцога. Пальцы непроизвольно сжались так сильно, что ногти впились в ладони, заставляя меня сосредоточиться на боли, чтобы не выдать тревогу.

– Я понимаю, – ответила я, сохраняя на лице идеально выверенное спокойствие.

– Отлично, – Валмор улыбнулся, хотя его глаза остались холодными и расчетливыми. Он галантно протянул руку, изображая заботу, которой на самом деле никогда не чувствовал. – Ты умная девочка, Эмилия. Уверен, ты прекрасно справишься.

Слуга накинул на меня теплый плащ. Я положила ладонь на руку Валмора, подавив острое желание тут же ее выдернуть. Мы вышли во двор, где воздух был наполнен утренней свежестью, а солнце ярко освещало замерзший сад, превращая его в картину невероятной красоты.

Охрана и слуги склоняли головы, когда мы подходили к карете, украшенной гербом Валмора. Я поднялась по ступенькам и устроилась на мягком сиденье, обитым темным бархатом. Валмор занял место напротив, не отводя от меня пристального взгляда.

Когда карета плавно тронулась с места, я кинула последний взгляд на поместье. Оно выглядело таким мирным и безопасным, что невольно захотелось вернуться и спрятаться там навсегда. Но возможность эта была упущена – мы уже направлялись к воротам дворца, который обещал лишь опасность.

Путь показался странным – одновременно долгим и слишком коротким. Пейзаж за окном терял ясность, превращаясь в однообразную картинку. Валмор не произнес ни слова, но его пристальное внимание чувствовалось почти физически, давило на плечи тяжестью и заставляло сильнее нервничать.

Когда карета наконец въехала в огромные дворцовые ворота, я выпрямилась и глубоко вдохнула, пытаясь придать себе хоть немного уверенности и собранности. Отныне требовалась абсолютная точность каждого моего слова, жеста и даже взгляда. Малейшая оплошность могла дорого обойтись.

Лакеи распахнули дверцы кареты. Валмор вышел первым, а затем с той же показной галантностью помог мне ступень за ступенью спуститься вниз, чтобы никто из наблюдающих даже не заподозрил в нем безжалостного манипулятора, которым он был на самом деле.

Я остановилась перед великолепным дворцовым входом, поправляя складки платья и мысленно собираясь с силами, чтобы сделать первый шаг внутрь.

Глава 24

Я замерла у подножия ступеней императорского дворца, ощущая, как от торжественной тишины, воцарившейся вокруг, начинают покалывать кончики пальцев. Все здесь казалось одновременно великолепным и пугающим – высокие башни, уходящие в небо, сияли на солнце золотыми гербами и изысканной лепниной, поражая своей безупречной и холодной красотой. Свет отражался от стен так ярко, что приходилось невольно прищуриваться.

Вокруг дворца простирались сады, настолько идеально ухоженные, словно за ними следил кто-то очень дотошный. Даже зима не испортила вид. Безупречно ровные дорожки, аккуратно подстриженные вечнозеленые кусты, изящные статуи, расставленные с продуманной симметрией – все это напоминало не живой сад, а искусную картину, нарисованную мастером, помешанном на порядке и совершенстве. Даже воздух казался здесь прозрачнее и прохладнее.

Валмор едва заметно улыбнулся и подставил мне руку, без сомнений ожидая, что я возьмусь за нее. Этот жест был настолько демонстративным, что я едва удержалась от того, чтобы отдернуть свою. Но вместо этого мне пришлось лишь покорно шагнуть вперед, держась за его предплечье.

Когда мы пересекли порог дворца, двери которого бесшумно распахнулись перед нами, я снова невольно замедлила шаг, пораженная роскошью и великолепием внутреннего убранства. Высокие сводчатые потолки, украшенные сложными фресками и позолоченными узорами, словно растворялись в мягком сиянии сотен свечей, горевших в огромных хрустальных люстрах. Свет их отражался от высоких зеркал в тяжелых, искусно резных рамах, создавая завораживающую игру бликов и теней.

Стены были увешаны роскошными гобеленами, что изображали славные победы и подвиги героев империи. Казалось, они внимательно наблюдали за каждым вошедшим, оценивая, достоин ли он находиться здесь. Между гобеленами стояли изящные мраморные статуи, настолько реалистичные, что казались готовыми вот-вот ожить.

Каждый мой шаг по толстому, мягкому ковру был медленным и напряженным из-за бесчисленных взглядов придворных, которые словно специально собрались в коридорах, чтобы рассмотреть и оценить меня. Их лица выражали смесь интереса, высокомерия и легкой неприязни, словно я была незваной гостьей, внезапно ворвавшейся в их тщательно выстроенный мир.

Идя вслед за Валмором по длинному коридору, я заметила знакомую фигуру, неподвижно стоящую чуть в стороне, в тени массивной колонны. Сердце затрепетало, когда я узнала Кайдена. Он стоял с видом мужчины, знающего свое место и цель. Наши взгляды пересеклись всего на мгновение, но и этого хватило, чтобы я почувствовала его поддержку, такую важную для меня сейчас. Он кивнул, незаметно для окружающих, но так ясно для меня: «Я здесь, рядом». Это простое знание наполнило меня силами.

Наконец мы вошли в огромный тронный зал. Он был пуст – здесь не было никого, кроме неподвижной и молчаливой стражи у дверей. От этой пустоты и безмолвия я ощутила еще большее напряжение, чем от взглядов придворных ранее. Высокие потолки зала были украшены фресками с изображением исторических битв и триумфов, подчеркивающих мощь и превосходство империи. Стены, отделанные полированным мрамором, поблескивали в свете множества свечей, расположенных вдоль стен в изящных канделябрах. Огромные окна были закрыты тяжелыми бархатными шторами, будто хозяин этого места презирал дневной свет.

В центре зала возвышался массивный, роскошно украшенный трон, установленный на широком мраморном подиуме. Сейчас он пустовал, но именно в своем безмолвном ожидании владельца он выглядел наиболее значительным, словно напоминая всем о том, что скоро сюда войдет тот, перед кем склоняются народы.

Валмор приблизился ко мне вплотную и наклонился чуть ближе, его голос звучал тихо и жестко, с едва уловимой угрозой в каждом слове:

– Сейчас появится император. Запомни все, что я тебе говорил. Любая ошибка дорого обойдется нам обоим.

– Помню, – ответила я, опуская взгляд и изображая покорность.

Герцог удовлетворенно улыбнулся, отступил на полшага назад и застыл рядом.

Последовало мучительно долгое ожидание, и, наконец, тяжелые двери в дальнем конце зала медленно раскрылись, пропуская внутрь того, кого мы ждали. В тишине раздались ровные, неторопливые шаги, и в зал вошел император в сопровождении двух высоких стражников в темных доспехах. Его появление казалось таким естественным и привычным здесь, словно он был не просто правителем, а самим сердцем и душой дворца.

Его лицо выглядело почти неживым, выточенным из мрамора, а глаза бесстрастно скользили по залу, оценивая и взвешивая каждого присутствующего. Вся его фигура излучала власть и абсолютную уверенность того, кто привык управлять миром и не знает сомнений.

Валмор напрягся рядом со мной и сделал едва заметный шаг вперед. Затем он осторожно, но настойчиво подтолкнул меня чуть ближе к подножию трона, словно выставляя меня вперед для оценки императора. Я замерла, не смея поднять глаза.

Сейчас, стоя под испытующим взглядом императора, я чувствовала себя совершенно уязвимой и беззащитной. Но где-то в глубине души, за всеми страхами и тревогами, билась мысль о том, что я не одна, и это ощущение давало силы выдержать любой взгляд и любое испытание, которое могло ожидать меня дальше.