Текст книги "Проходной персонаж (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

Но мы можем спросить у Лилиан или Рузанны…

Искренне поблагодарив за ответы Тиану, которая так и симафорила на меня взглядом, требуя подробностей, следователь обратился ко мне:

– Леди Ровелье, пройдемте в вашу комнату.

И первым направился к нужной двери.

К счастью, я успела вспомнить, что двери зачарованы на ауру хозяйки и, немного волнуясь, коснулась ручки. Магия не подвела – и дверь открылась, хотя я сама серьезно волновалась. Сработает ли? Ведь я не Мишель. Или не совсем Мишель… Я вошла внутрь первая и с интересом осмотрелась, совершенно не узнавая комнату.

Это была довольно большая спальня с широкой кроватью и прикроватной тумбой, с вместительным шкафом и комодом для одежды, над которым висело зеркало, а у окна стоял письменный стол и стул. Над столом висела полочка, сплошь заставленная книгами. В центре комнаты – красивый яркий ковер.

Хм-м… А недурно живут местные студенческие сливки! Помнится, когда я училась в меде, нас в такой комнате жило аж четверо.

А тут всё моё!

Интересно, как выглядит местный санузел и где он находится?

Впрочем, прямо сейчас это было не актуально и пока Тадеуш, изображая служебное рвение и просто опытного следователя, обследовал стол, где немного хаотично валялись тетради и ручки-карандаши, я присела на кровать и просто осмотрелась внимательнее.

Итак… У меня есть неделя, чтобы вспомнить, как быть графиней и магом. На самом деле времени мизер, но в свою бытность студенткой я и не такие дедлайны сумела пережить. Главное, понять, кто хотел меня убить и почему…

Тем временем Тадеуш изучил стол и подоконник, заглянул в комод и шкаф, но, судя по пустым рукам и поджатым губам, не нашел там ни единой зацепки, после чего подошел ко мне и учтиво поинтересовался:

– Могу я взглянуть на вашу сумочку, леди Ровелье?

Сообразив, что он хочет поискать там записку, вручила безо всяких возражений, хотя уже сама догадалась, что вряд ли он найдет там хоть что-то стоящее. Потому что, если бы оно там было, это бы упомянули в книге. Но…

Я оказалась права.

Вынув всё и тщательно прощупав подкладку, следователь изучил тетради и блокнот, косметичку и кошелек, но записку так и не нашел, после чего поднял сосредоточенный взгляд на меня.

– Понимаю, покажусь вам излишне дотошным, но может вы что-то вспомнили?

– Нет, – вздохнула, даже не пытаясь скрыть собственной досады. – Совершенно ничего. Как отрезало. Даже прошлое утро помню с трудом, а после вообще пусто. Наверняка те, кто выманил меня из общежития ночью, позаботились о том, чтобы уничтожить улики.

– Судя по всему, вы правы, – кивнул мне мужчина. – Может, вспомните, кто вам угрожал прежде? Или некие конфликты? Важна любая мелочь. Даже, – поджал губы, – оскорбленные вашим невниманием кавалеры.

– Думаете? – Я с сомнением нахмурилась. – Но я…

Не став вопить “я не такая!”, предпочла задуматься. К сожалению, в сюжете не описывалась толком личная жизнь Мишель. Да, было упомянуто, что она яркая и жизнерадостная девушка, что у неё были поклонники (но не было жениха!), но при этом ничего не говорилось о том, что кто-то из этих поклонников считал себя незаслуженно обиженным вниманием.

– Нет, никто на ум не идет, – покачала головой. – Я никому не раздавала авансы и никого не выделяла. Никогда. Только училась. Сами понимаете, отец не одобрил бы моего… кхм, недостойного поведения.

– Конечно-конечно, – с жаром заверил меня следователь. – Но в том-то и дело, что нынешняя молодежь из числа молодых аристократов, – он презрительно фыркнул, – слишком избалованы вседозволенностью. И вы могли даже не подозревать о недостойном интересе… неадекватного поклонника.

– Но какой смысл меня просто убивать? – возразила и, наверное, сказала грубость и дикость по меркам местного общества, но не смогла промолчать: – Не логичнее было бы сначала изнасиловать?

Следователь замер и посмотрел на меня ну очень внимательно. Очень-очень. Спокойно выдержала его взгляд, потому что за время своей работы в морге не раз и не два вскрывала сначала изнасилованных, а потом жестоко убитых женщин (ну или наоборот, но реже), так что сама в глубокий обморок не спешила. А вот следователь… кажется, был шокирован моими словами. Но быстро взял себя в руки.

– А знаете, вы скорее правы, чем нет. И это сужает круг подозреваемых до особ женского пола. Впрочем, я могу и ошибаться. Были ли у вас завистницы, леди Ровелье?

И я задумалась снова.

Увы, память в этом плане была ещё дырявее и на ум шла только Оливия. Только ей было выгодна моя смерть, ведь только после этого ей досталось местечко на практике в городе Хэльбруш. Но…

Какие у меня против неё улики? Ноль! Мы разве что на одном потоке учились, не более того. К тому же автор писала о ней, как о посредственности, и лишь на практике, влипнув в ряд неприятностей и собрав по кустам с дюжину роялей, она стала феерической колдуньей чуть ли не в статусе архимага. Принц шел бонусом.

– Знаете, явных, пожалуй, не было, – в итоге пожала плечами. – Но вы сами понимаете, мой отец – граф Ровелье, уважаемый самим императором придворный и опытный политик, а сейчас и вовсе посол в западном королевстве, так что… А может меня хотели убить именно поэтому? Из-за отца?

И снова следователь не спешил отметать это моё предположение, сначала внимательно изучив меня, затем обдумав мои слова и под конец кивнув.

– Да, пожалуй, версия не лишена логики. Что ж, будем учитывать и это, леди Ровелье. Благодарю за содействие. Со своей стороны обещаю, что опрошу всех и отработаю все версии. По возможности буду держать вас в курсе событий и обязательно навещу вас до отбытия на практику. В свою очередь постарайтесь пока не покидать пределы академии. Здесь вы в полной безопасности.

Заверив следователя, что дружу со здравым смыслом и очень хочу прожить подольше, причем целиком, я дождалась, когда он уйдет, и на всякий случай заперлась.

А потом рухнула на кровать, уставилась в потолок над своей головой и звонко цокнула.

Ну вот какого черта, а? Почему я не помню самое важное? Сейчас бы быстренько раскрыли интригу, посадили всех виновных за решетку (или что тут принято делать с преступниками?), и я бы преспокойно жила дальше!

Но нет…

Неожиданно вскользь подумалось о том, как нелепо оборвалась моя прошлая жизнь, но рыдать не тянуло. Мне было семь, когда из семьи ушел отец, оборвав с нами всяческое общение. Мне было двадцать пять, когда в один миг не стало мамы – инфаркт. Личная жизнь не сложилась. Ни мужа, ни детей, ни даже питомца…

Так о чем горевать?

Вот и не буду. А что буду, так это обстоятельно обживаться в новой жизни, попутно поблагодарив богов за этот удивительный и невозможный, но случившийся шанс. И больше не позволю себя убить!

А сейчас пора узнать о себе чуть больше!

Глава 3

Сев, я осмотрелась. С чего бы начать? Бросила взгляд на кровать, где до сих пор лежали вещи, вынутые следователем из сумки, и начала с них. Для начала перебрала тетради. Их было всего три плюс блокнот. Ни в одной ничего особо интересного: в тетрадях информация о рунах и магических потоках, в блокноте – расписание, какие-то невнятные почеркушки и немного подозрительные цифры с именами.

Как будто номера телефонов…

Тут есть телефоны?

Это так меня обрадовало и удивило, что я даже не вздрогнула, когда мелодия, похожая именно на телефонный звонок, донеслась… от жетона со львами! Взяв его в руки и заметив, как мигает центральный элемент в виде почти плоского розового кристалла, я интуитивно нажала на него и не ошиблась: тут же из скрытого динамика раздался горячий шепот Тианы:

– Мишель, не спишь? Я зайду?

А почему просто не постучать?

Удивившись, следом задумалась и поняла, что сейчас не в силах отвечать на ту сотню вопросов, которые готова задать мне соседка по боксу. В себя бы сначала прийти!

– Сплю, – проворчала ну очень недовольным голосом. – Давай позже.

– Ясно, – тяжело вздохнула девушка и удивила извинениями: – Прости, пожалуйста. Не хотела разбудить.

Отключилась она сама и это было хорошо, потому что я пока не понимала, куда вообще нажимать. И где цифры, чтобы набрать нужный номер? Ничего непонятно!

И почему в книге об этом не писалось? Только ли потому, что Оливия была слишком бедной, чтобы иметь такой гаджет?

Или…

Я не в книге?

Но как тогда объяснить все эти совпадения с именами? Академия опять же! Практика в Хэльбруше!

Надо разобраться.

Похмурившись, я пока отложила телефон в сторонку и продолжила изучать свои пожитки. перебрала косметичку, опознав всё без особых проблем, сунула нос в кошелечек, придирчиво изучив монетки и с изумлением выяснив, что это классические медные, серебряные и золотые монеты, причем достаточно свежей чеканки. На задней стороне изображены всё те же два льва, на передней – чей-то героический профиль. Цифр нет. Судя по всему, номинал един.

Не сразу вспомнил, что золотая монета называется “крона”, а серебряные и медные ещё проще – серебрушка и медяшка, отложила в сторону и кошелечек.

Следом изучила шкаф и комод, порадовавшись, что вещей у меня много и они красивые. Никаких корсетов и панталон до колена. То, что в этом мире уже изобрели нормальное белье, я выяснила ещё в больнице, когда одевалась. И пускай это были не стринги и лифчики, а скорее шортики и бюстье, это не умаляло красоты и удобства этих вещей.

В остальном я бы назвала этот набор вещей гардеробом институтки начала двадцатого века. Уже почти удобно, но всё ещё слишком закрыто и высокоморально. Блузочки с воротничками под горло и длинными рукавами, юбки до щиколоток, классические туфли-лодочки, жакетки…

Нет-нет, не спорю, всё очень красиво!

Так, а это что? Брюки? Серьезно?

Придирчиво изучив широкие и немного бесформенные брюки, вдруг выудила из дырявой памяти информацию, что в них надо было ходить на местную физкультуру и прежняя Мишель этого вроде как дико стеснялась. Ага… Значит, брюки можно. Но ещё слишком смело.

Ладно, учтем.

При этом в комоде я откопала очень даже бесстыжие чулки с широкой резинкой на липучке, но тут, судя по всему, это было обычной деталью гардероба состоятельной леди. Колгот, видимо, тут ещё не изобрели.

Ла-а-адно!

После шкафа и комода я добралась до рабочего стола и первым делом изучила отчасти разбросанные тетради. Какой-то системы в них я не нашла, так что пока просто сложила в стопочку, освобождая стол. Ручки, карандаши… о, конфетка!

Нет, я не сунула её в рот, тоже предпочтя отложить в сторонку, но для себя отметила, что это карамель в обертке. Буду знать: тут есть и карамели, и обертки.

На самом деле я пока не сильно понимала эпоху. Она была какой-то нетипичной. Вроде бы и магический мир, но уже и машины есть, и телефоны… И конфеты в обертках! Трусы, чулки… Аристократы!

Полный фарш!

Ладно, разберемся.

Глянула я и книги, с удовольствием отметив, что среди них есть “История магии”, “История становления империи” и “Классическая рунология”.

Самое то для попаданки в моём лице!

Нет, я не стала хватать их и торопиться изучать, предпочтя глянуть остальные томики. И их подборка показалась мне немного странной. Учебник по бытовым заклинаниям соседствовал с томиком по стихиям, “Демонологические печати 1 уровня”, стояли следом за “Базовая некромантия”, а “Основы целительства” лежали поверх “Зельеварение для начинающих”.

Ничего не понимаю!

Я на кого училась?

Снова решив заглянуть в блокнот, изучила его с самого начала, найдя расписание в том числе за первый курс, а потом и за остальные. Ага… Нет, всё равно не понимаю! Такое ощущение, что тут нет деления на стихии и факультеты! Мы изучали всё! Практически как в школе дают физику, химию, биологию, математику и труды, так и тут учили рунам, печатям, некромантии, целительству и зельеварению.

А какой у меня факультет-то был?

Снова заглянув в свой студенческий билет, нашла взглядом нужную строку, наконец выяснив, что это был факультет “Прикладной магии”. То есть никакой конкретики, да? Поня-я-ятно…

Внезапно в памяти всплыло невероятно своевременное и полезное знание, что первые пять лет после пробуждения магии детей учат именно основам, а потом после завершения базового курса можно пойти в магистратуру и там всего за два года уже стать дипломированным специалистом именно по узкой специальности: некромант, демонолог, целитель и прочая.

Но обычно в магистратуру идут только мужчины. Женщины идут замуж.

Блестяще!

Даже рассмеялась, но без особой радости, с досадой констатируя, что Клары Цеткин на них нет. И нет, я не планирую ею становиться. Смысл? Пусть всё идет своим чередом.

Разве много пользы я увидела от того, что жила в продвинутый век всеобщего равенства, вынужденная работать наравне с мужчинами? Таки нет!

Нет, я не за махровый шовинизм и прочие крайности. Я за то, что мужик должен быть мужиком. А женщина – женщиной.

Вот когда мужики начнут рожать, сидеть в декретах и заниматься хозяйством, тогда женщины обязательно пойдут работать на заводы и содержать семью!

А пока, простите, каждый должен заниматься своим делом!

Папочка меня содержать, а я быть красивой и послушной дочерью.

По губам скользнула кривая ухмылка немного злой иронии, потому что в голову вдруг пришла мысль, что в таком случае именно отец будет мне диктовать правила поведения, а так же решать, когда и за кого выйти замуж, но торопиться впадать в депрессию я не спешила. В самом деле, судя по книге, граф в дочери души не чает.

Не будет же он ломать ей жизнь, тираня глупым и скорым замужеством?

В глобальном смысле слова я даже не против брака. Особенно если муж будет симпатичным молодым и состоятельным. Да даже если не по любви! Пофиг! Я не из тех романтичных ромашек, для кого это в приоритете. Главное, чтобы был достаток. Ну и не тиран-самодур. Остальное решаемо.

Не сойдемся характерами, и это не беда. Рожу ребеночка или двоих, буду заниматься детьми и домом, а он пусть себе любовницу заводит. В самом деле, семья – это не любовь до гроба и ежедневный секс. Это прежде всего крепкий тыл, налаженный быт и дети. Я, конечно, могу быть и не права, но мне в прошлой жизни хватило абсолютно глупого одиночества и работы на износ, без просвета в конце туннеля, чтобы не ценить текущие реалии.

А потом у меня буркнул живот.

Точно. Я же ещё не завтракала!

К счастью, я уже достаточно освоилась и успокоилась, чтобы вспомнить базу: где туалет и где центральная столовая на этаже. Да-да, именно на этаже! К сожалению, для этого требовалось выйти из комнаты и скорее всего начать общаться с остальными, кто живет в моём боксе и на этаже в целом, но… Можно же отказываться отвечать на самые неудобные вопросы, верно?

В итоге я переоделась в симпатичное темно-синее домашнее платье с белым кружевным воротничком, не планируя сегодня выходить из корпуса, сунула ноги в мягкие домашние туфли и отправилась на разведку.

Для начала просто вышла из комнаты и, радуясь, что в общей гостиной никого, дошла до санузла, который располагался в конце нашего общего коридорчика на четыре спальни. Внутри оказалось достаточно роскошно, чтобы снова позавидовать самой себе: и качественная сантехника в стиле “ретро шик”, и вместительная ванна, и отдельная душевая, и просто само по себе просторное помещение, мягкие полотенца и индивидуальные подвесные шкафчики, где хранились индивидуальные средства гигиены. Кстати, шкафчики были подписаны.

Любопытства ради попробовала открыть соседний, но у меня ничего не получилось – они были закрыты магически и реагировали на ауру. Внутри моего шкафчика хранились самые разные баночки: шампуни-бальзамы, гели и прочие пены. В том числе зубная щетка и зубная паста.

Недурно…

Всё-таки есть толк от того, что я стала графиней. Есть!

Интересно, как обстоят дела у других, не столь титулованных студенток?

Покопавшись в памяти, не нашла ни единого упоминания о том, что читала бы в книге именно про быт главной героини. Словно она в принципе не умывалась, не ела, не спала и не ходила в туалет. Нда…

Так, ладно. Потом об этом подумаю.

Есть хочу!

Вытерев руки, я вышла сначала из санузла, затем из нашего бокса и отправилась дальше по коридору. Дошла примерно до середины и повернула в арку, входя в небольшое кафе-столовую. Буквально десяток круглых столиков со скатертями, на окнах цветочки-занавески, справа стойка раздачи по типу шведского стола, то есть набирать можно самой, но что душе угодно, а слева несколько мягких диванчиков с чайными столиками. Судя по всему, для вечерних посиделок.

Тут же в памяти всплыло знание, что в боксы таскать еду нельзя, за этим тщательно следит особое заклинание. То есть даже если ночью захочется похомячить, то это можно сделать, но только здесь.

Чудно, чудно…

Сейчас в столовой сидело от силы пять девушек примерно моего возраста, время было ещё не обеденное, но пока вроде бы никто активно не жаждал моего внимания и я смогла спокойно выбрать и поесть.

Моментально оценила разнообразие и вкус блюд, отмечая, что это действительно уровень кафе, а не студенческой столовой, после чего выпила ароматный чай с сахарной булочкой, и вернулась обратно.

Итак… За учебу, детка!

Снова заглянув в толстый блокнот, который хранил информацию даже пятилетней давности, нашла список предметов, которые изучались в первом семестре первого курса, затем нашла на полках по ним тетрадки, положила перед собой стопочкой и погрузилась в дивный чудный мир новой для меня реальности.

Погружалось, как ни странно, довольно легко. Темы разбирались простейшие, понятия – легчайшие, а лекции давались языком, понятным даже детям.

Неудивительно!

Пять лет назад Мишель было всего четырнадцать, именно с этого возраста принимали в академию тех, в ком проснулась магия. При этом сама Мишель, насколько я сумела вспомнить, год до этого уже отучилась на дому, постигнув самые-самые азы магии под присмотром персонального наставника, так что не испытывала проблем ни с адаптацией, ни с режимом… ни вообще!

А вот мне похоже придется напрячься!

В итоге три следующих дня я вылезала из своей спальни только в туалет и поесть, нагло игнорируя окружающих, но стоит отдать им должное, они сильно не навязывались. Если я всё правильно поняла, реальных подружек у Мишель были единицы, и сейчас они все чуть ли не поголовно были кто в отношениях, тратя время на свидания-страдания, а кто и у родни гостил, потому что совсем скоро нам предстоит разъехаться по дальним городам и весям для прохождения итоговой практики.

Причем дипломную работу тут не писали, лишь отчет по практике, который и становился итоговым документом перед получением диплома.

Выяснила и я точно место, а так же точное… кхм, задание, которое мне предстоит. Саму практику мне предстояло проходить в муниципалитете славного города Хэльбруша, причем в канцелярии. На первый взгляд, самое блатное и бесполезное место, особенно если вспомнить тот шЫдевр, что я прочла перед тем, как сюда попала, но в том-то и дело, что это было не так.

Это главная героиня умудрялась практически на ровном месте находить приключения на свою задницу, толком не практикуясь и не работая, но если задуматься и прочесть хотя бы пару умных фраз между строк, то получилось, что именно через канцелярию шли все заказы, заявки, новости, сплетни, контракты, жалобы, жалобщики и просто посетители, желающие попасть к сотрудникам администрации на прием, будь то купец или рядовой житель, герцог, наёмник и даже принц. Понятное дело, ко всем отношение было разным, но факт оставался фактом: канцелярия Хэльбруша была эпицентром жизни администрации.

И я планировала погрузиться в эту жизнь с головой!

Надо же понять, чем буду заниматься, когда получу на руки диплом! Замуж – это замечательно, но немного финансовой независимости не помешает, да и круг общения расширить именно этим простейшим способом будет нелишним.

Кстати, выяснила я и то, как называются и работают местные мобильники. На самом деле это магофоны и чтобы кому-нибудь позвонить, надо нажать кнопочку снизу, тогда выдвинется панелька с цифрами, и можно будет набрать нужный номер.

К сожалению, ни телефонной книги, ни интернета тут ещё не изобрели, как и определитель номера, так что выяснить, кто звонит, можно лишь приняв вызов.

В итоге именно на четвертый день после обеда мне позвонили из ректората и лично мистрис Думкфорн известила меня, что моей напарницей на практике будет…

Кто бы вы думали?

Правильно! Сиротка Оливия Холванд!

Услышав это, я с трудом сдержала нервный смешок, найдя в себе силы поблагодарить секретаршу за информацию, после чего уточнила, поставили ли уже в известность Оливию (ещё нет), а потом выяснила этаж и номер комнаты, где жила моя единокровная сестрица.

Кстати, она была старше меня примерно года на полтора, по сюжету магия проснулась в ней поздно и из-за несчастного случая, который унес жизнь матери (на фабрике, где она работала, случился пожар, несколько десятков рабочих погибли), сама Оливия тоже там трудилась и наглоталась дыма, а в клинике выяснилось, что у неё пробудился дар и уже осенью она отправилась поступать в академию по сиротской квоте.

Кстати, про мать Мишель я до сих пор ничего выяснить не сумела, словно её в принципе в природе не существовало, так что могла лишь предполагать, что женщина тоже умерла, причем давно.

Родных братьев-сестер у меня, насколько я знаю, тоже не было, именно поэтому в книге, потеряв Мишель, гарф так вцепился в Оливию, случайно узнав, что она тоже его дочь, но там дело было уже к эпилогу и на сюжет это никак особо не повлияло. Разве что принцу было в итоге легче жениться именно на дочери графа, а не на сиротке.

Так-с…

Где тут у нас комната номер двести семнадцать? О!

Не откладывая дело в долгий ящик, я спустилась на второй этаж, для себя отмечая, что двери тут расположены чаще, чем у нас на этаже, да и столовой вроде как нет (интересно, где они тогда едят?), после чего громко и достаточно требовательно постучала в нужную дверь.

Открыли мне почти сразу, причем это точно была не Оливия.

По сюжету главная героиня истории была хрупкой блондинкой с невинными голубыми глазками, а открыла мне дверь пухленькая шатенка, причем, судя по изумленно расширившимся карим глазам, меня узнали сразу.

Я же понятия не имела, кто эта девушка, но всё равно доброжелательно улыбнулась.

– Привет. Мне бы Оливию.

– Добрый день, леди Ровелье, – немного напряженно поздоровалась со мной шатенка. – А её нет. Она сегодня на смене.

– Где? – озадачилась я.

– На смене, – осторожно повторила моя собеседница. – Оливия работает в трактире “Пьяный гусь”.

О-о? Что-то новенькое! Не помню такого в сюжете.

– Понятно… – пробормотала слегка озадаченно. – И когда она будет?

– Только утром.

– М-м… А далеко это?

– Так в ремесленном районе, на Шорной улице.

– Ясно. Спасибо за информацию.

Вернувшись к себе, я долго думала, идти или нет, слишком уж интересно было посмотреть на Оливию во время подработки, но потом любопытство всё-таки взяло верх и я, одевшись попроще и взяв с собой далеко не все деньги, чтобы не рисковать лишний раз, отправилась на улицу. Для начала нашла книжный и купила там карту столицы и карту Хэльбруша, чтобы изучить заранее, затем свежую прессу, и только потом, некоторое время понаблюдав за прохожими, тормознула извозчика.

Если я всё правильно поняла, магмобили тут тоже были ещё не особо распространены и владели ими только состоятельные горожане, но меня вполне устроил и обычный извозчик с лошадкой.

За один серебряный меня лихо довезли до ремесленного района и нужной Шорной улицы, которая оказалась вполне приличной, ну а “Пьяного гуся” я нашла благодаря вывеске.

Правда, то, что это именно гусь, можно было догадаться только по названию, потому что картинка сильнее всего походида на колченогую жареную курицу, но меня это не смутило.

Внутри тоже оказалось не ахти – ещё не третьесортная забегаловка, но уже и не семейное кафе, которое стоит посещать девушке моего уровня. Внутри столов двадцать, причем о скатертях тут явно даже не слышали. Вместо стульев – длинные лавки. Освещение тусклое, ароматы…

Ну, очень сильно посредственные ароматы: кислое пиво, тушеная капуста и не самое свежее жареное мясо.

Посетители все сплошь мужчины, преимущественно среднего возраста. Одеты, как рабочие.

И куда я вообще полезла…

И нет, я не ушла.