Текст книги "Наложница повелителя демонов (СИ)"
Автор книги: Елена Белильщикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 37 страниц)
Глава 36
– А-ах, Леана, ты… что ты творишь, чертовка?! – выдохнул горячо и потрясенно Ксиан, не готовый к тому, как Леана осторожно, но упрямо погрузит его член в свой нежный рот.
Ей было сложно и непривычно. Это понятно. Ее губы поначалу даже не раскрывались так широко, чтобы обхватить его член целиком. Но она старалась… медленно и постепенно, она выласкивала языком, проводя кончиком по чувствительным местам. Пока его головка толкалась в ее горло. Леана стискивала губами его член инстинктивно, и Ксиан едва не кончил через несколько мгновений, будто подросток, впервые увидевший девичье тело. Но сдержался, пытаясь приспособиться, привыкнуть к этому ослепляющему желанием ритму.
Привыкнуть к нему, похоже, было невозможно. Ксиан стонал, инстинктивно перехватив Леану за волосы. С наслаждением погрузив свои пальцы в ее длинные пряди волос. Он двигал бедрами. Медленно, осторожно, чтобы ничего не испортить. Не навредить Леане, не сделать ей больно. Толчок за толчком, так плавно, так горячо… ступень за ступенью, она приближала его к оргазму.
Ее щеки горели румянцем. Ведь раньше Леана даже не представляла, как можно первой поцеловать парня! Не то, что вытворить что-то подобное. Но она хотела доставить Ксиану удовольствие. Каждый его стон, каждое движение его бедер отзывались сладким спазмом внутри нее.
Обезумев от возбуждения, Леана сводила ноги, почти терла ими друг о друга. О, сейчас она жалела, что не на Земле, что на ней не грубые джинсы или белье из жесткого кружева, которое можно натянуть с силой, вжимая в чувствительную точку, чтобы облегчить свое желание.
Леана сама не поняла, как скользнула ладонью к низу своего живота, отбрасывая шелковые полы. Ее пальцы бесстыдно скользнули между ног. Она протяжно застонала… попыталась это сделать. Но получилось лишь пошлое мычание, которое Ксиан ощутил практически вибрацией.
Он услышал долгий порочный стон Леаны и открыл глаза. Перевел на нее мутный взгляд, пытаясь сфокусироваться на девушке. Вернее, на том, что она делала. Он прикусил губу, сдерживая вскрик. Когда губы Леаны двигались в особом ритме, в таком обжигающем и заводящем. В том же ритме, что и ее ладонь, проникая между бедер.
Ксиан с восторгом следил взглядом за движениями Леаны. Такими заводящими, такими страстными. Она касалась себя… Одновременно с тем, как ласкала губами его член. Приближая с каждым мгновением его к оргазму.
Ксиан уже не мог сдерживаться. Он двигал бедрами все чаще, быстрее, резче. Запускал пальцы в смоляные волосы Леаны, натягивая их все туже, все сильнее.
Она ловила его ритм. Подчинялась тому, как двигаются его бедра. И в ответ на каждый его толчок сильнее вжимала в себя пальцы. Они скользили по влаге, которая сочилась из нее так пошло, пока она слышала каждый стон удовольствия.
Перед глазами его искрились звезды, когда Ксиан хрипло и громко зарычал. В ту же секунду, когда сгорел он, оказалась на пике и она. Толчки члена, движения его бедер, слились с ласками пальцев Леаны, когда она ласкала себя. А потом он ощутил спазм, стиснул бедра, изливаясь в ее горло. Леана застонала, забилась в оргазме рядом с ним. С заглушенным пошлым стоном изогнулась, зажимая свою ладонь в бессильном спазме. Ощущая, как изливается Ксиан. Но не было отвращения. Лишь плывущее запредельное удовольствие. Когда ничто на свете не смогло бы заставить ее подняться с колен.
Леана провела кончиком языка по члену Ксиана, прежде чем отстраниться. Ее взгляд был немного испуганным, словно теперь уже вернулась та робкая, пугливая девчонка.
Ксиан едва мог дышать, даже не в силах подняться с этого кресла. Не в силах поднять и Леану. Но пришел в себя быстрее. И подхватил ее на руки, перенося девушку на кровать. Укладывая бережно на розовый шелк, вышитый драконами. Потянулся за графином с водой и чистым полотенцем, чтобы помочь Леане привести себя в порядок, хотя бы наскоро.
– Ты моя прекрасная, моя цинь ай дей… – зашептал Ксиан горячечно на ухо Леане, покрывая ее шею и ключицы жаркими поцелуями. – Это было невероятно… Лучше любой ожившей мечты… Спасибо тебе, мое сердце, спасибо, Леана. Я тебя люблю… Я так сильно тебя люблю.
Отставив графин с водой и отложив влажное полотенце, которым после прошелся и по себе, Ксиан скользнул под простынь к Леане. И зарылся лицом в ее черные блестящие волосы. Вдыхая сладкий аромат бамбука и жасмина, он продолжал медленно целовать разгоревшуюся от секса кожу Леаны и не мог оторваться от своей возлюбленной.
Глава 37
У окна дымились сандаловые палочки. Сами окна были наглухо забраны узорными деревянными решетками. На первый взгляд, не толще щепки. Но Шенли уже пытался ударить по ним с ноги, перенеся всю силу в удар, как наставлял его учитель по боевым искусствам. Мало того, что ничего не вышло! Так еще и волной невидимой магии отбросило назад. Так унизительно, прямо на низкую кровать, над которой находилось панно, изображающее ветки сакуры. По обе стороны висели красные узкие полотна, расшитые золотыми иероглифами. Талисманы. Такие вешали и в императорском дворце, но здесь символы прочесть Шенли не смог. Похоже, они были из Подлунного мира. Попытка использовать магию тоже провалилась. В голове зашумело, Шенли не смог даже минимально сосредоточиться. Он сел на край кровати, роняя лицо в ладони. Черные волосы длиной ниже плеч спали вдоль лица. Скрутить бы в пучок, но золотая заколка потерялась где-то в момент похищения.
Двери в комнату открылись, и раздались мягкие, как у кошки, шаги. Шенли даже почти не услышал – почувствовал присутствие Цзин. Шлейф духов, яркий, как у распутницы, тихий шелест шелка.
Шенли подорвался на ноги. Эта девушка его пугала. Хотя на первый взгляд казалось, что это не демоница, а милейшая красавица. Гладкая, как белый шелк, кожа, мягкие рыжие волосы, скрученные на затылке и украшенные свежими цветами, выразительные темные глаза… Да и фигурка точеная, что только подчеркивал богато вышитый ханьфу. Вот только недаром в народе Таотянь говорили, что лисий хвост не спрячешь. Правда, тогда имели в виду хитрую человеческую натуру, а не так буквально! Ведь сзади у Цзин выглядывал пушистый и длинный, до самого пола, рыжий лисий хвост. Это смотрелось бы мило. Если бы демоница не пугала Шенли до дрожи. Он отступил назад, косясь на ее длинные золотые когти, покрытые тончайшим узором. Если вонзить такие в грудь, легко выдернуть и само сердце!
– Что же ты, не соскучился? – улыбнулась Цзин, хищно, лукаво прищурив раскосые глаза.
Она отошла в сторону. Там в низкой вазе, больше напоминающей большую плоскую пиалу, плавали срезанные без стебля цветы и несколько подсвечников-лодочек. Цзин зажгла в них свечи. Хотя сквозь узорчатые решетки свет кое-как все-таки проникал.
– Отпусти меня, – прорычал Шенли, каменея на месте. – Что бы вы ни задумали с повелителем демонов, империя Таотянь никогда не будет принадлежать Ксиану!
– А кто сказал, что я с ним заодно? Я сама по себе, мой милый Шенли… – промурлыкала Цзин, обходя его по кругу. – И только рада насолить Ксиану.
Пришлось собрать в кулак всю выдержку, чтобы не шарахнуться, не следить взглядом. Позволить этой демонице оказаться за спиной. И все равно Шенли нервно выпалил, сжимая пальцы:
– Тогда помоги свергнуть его! И убирайтесь в свой Подлунный мир!
Цзин прильнула сзади. Она потерлась о Шенли всем телом, как ластящаяся кошка. Тонкие руки скользнули по его груди, царапнули длинными коготками через шелк ханьфу. Даже хвост – и тот обвил бедро Шенли. Нарочно прижимая его ближе к Цзин, горячей, гибкой, манящей хрустальным смехом на ухо:
– Ах, ты такой зануда… Постоянно говоришь о делах империи. Даже не представляешь, что мне хочется сделать с тобой, когда я снова это слышу.
Глава 38
– Ч-что? – Шенли напрягся в руках Цзин.
Она наказала за это. Легкий взмах когтей – и царапины у основания шеи. Совсем небольшие, как от разыгравшейся кошки. Но Шенли все равно вздрогнул.
– Ты так много думаешь о делах, – промурлыкала Цзин, ведя ладонями по его телу. – И совсем не умеешь расслабляться. Мне бы стоило сковать тебя магией на целую ночь. И заставить сорвать голос от моих ласк. Тогда бы ты точно забыл обо всем на свете. Когда я ласкала бы тебя так, как не умеет ни одна распутная девка во всей твоей империи. Когда я показала бы тебе, что мужчина может сгорать от страсти настолько ярко, как тебе и не снилось… Если его любовница не знает рамок и запретов, каких-то глупых человеческих приличий.
Ее ладонь бесстыдно скользнула к низу живота, юрко проскользнула между полами ханьфу, и Шенли сдавленно рыкнул, ощутив касание через брюки. Тонкие ловкие пальцы накрыли его член, проходя вверх и вниз, поглаживая, распаляя. Шенли дернулся зло, сжимая бедра:
– Ты не любовница мне, Цзин! Я никогда не лягу в постель с демоницей, мне отвратителен весь ваш народ!
Он так и не понял, как это произошло. Как хвостов у Цзин стало гораздо больше. Девять, как в старых легендах? Шенли не знал. А краем глаза заметил, что на голове Цзин появились и лисьи уши, когда она наклонила ее, чтобы чувствительно прикусить нежную кожу на шее. Похоже, разозлившись, демоница хуже контролировала себя. Или наоборот? Ведь сразу несколько хвостов обвились вокруг ног Шенли, как веревки, силой заставляя развести ноги. Чтобы Цзин могла без препятствий скользнуть рукой ниже.
– А я? Я отвратительна тебе?
Ласка тонких пальцев стала жестче. Даже когти слегка царапнули через ткань. Шенли едва не заскулил от беспомощности. Рваться сейчас, когда одна когтистая рука Цзин лежала на его шее, а вторая – на не менее опасном для мужчины месте, было невозможно. А эта демоница упивалась, лаская, тихо посмеиваясь на ухо, шепча хрипло и вкрадчиво:
– Так отвратительна, что ты сейчас изольешься в свои же брюки, как мальчишка?
Шенли глухо застонал, закрывая глаза. И тут ему вспомнились ножны, висящие на поясе Цзин. В них был не то короткий клинок, не то длинный кинжал – к счастью, на своей шкуре проверять случая не представилось. Но лучше паршивое оружие, чем совсем никакого!
Шенли подался назад, потерся о тело Цзин, запрокидывая голову, и с губ сорвался рваный хриплый вздох. Нужно было убедить эту демоницу, что поддался ей!
Она довольно усмехнулась, ослабила хватку на шее, да и с коготками стала поосторожнее. Только продолжила с нажимом поглаживать ладонью, нарочно не доводя до грани, мучая, разжигая. В голове от этого туманилось, но Шенли взял себя в руки. Выберется отсюда – найдет себе девицу на ночь! Сейчас главным было другое.
Шенли резко завел руку назад, выхватывая чужой клинок из ножен. А после вывернулся из девичьих рук, поворачиваясь к Цзин лицо к лицу. Черные волосы Шенли растрепались, глаза горели не то возбужденным, не то яростным огнем. В голове была еще пелена, но он думал лишь об одном. О побеге из лап демоницы!
Глава 39
– Тебе не понравилось, Шенли? – рассмеялась Цзин.
Отблески свечей плясали на ее рыжих волосах, на заметных лисьих ушах, на хвостах, недовольно подергивающихся за спиной. Они соединились в один, коротко вспыхнув светом. Цзин ударила им по полу, и от удара в воздух взвилось несколько огненных сфер. Они полетели в сторону Шенли.
Он ловко пригнулся под одной сферой, уклонился от второй, третья едва не зацепила рукав ханьфу. Прошлась в сантиметре. В итоге, их удар пришелся по мебели. Разлетелась в щепки деревянная узорчатая ширма, зазвенело осколками разбитое зеркало. К счастью, ничего не загорелось. Похоже, это был магический огонь, не настоящий. Но испытывать его силу на себе все равно не хотелось!
Шенли ринулся в атаку. Он решительно сжал рукоять клинка. Короткое прямое лезвие блеснуло в свете свечей. Шенли устремился к Цзин, и ни один человек не увернулся бы от этого быстрого удара. Но она утекла в сторону, как проворный ручеек. Только рассеклась под лезвием тончайшая ткань ханьфу.
– Ты отпустишь меня, демоница! Или я убью тебя!
– Попробуй, – прошипела Цзин. – Не боишься, что проиграешь мне? Я могу быть уже не такой ласковой с тобой!
Уйдя вбок, она сделала выпад. Больше оружия при Цзин не было. Но острые когти вполне его заменяли! Длинные, поблескивающие золотым, они прошлись по плечу Шенли. Ткань ханьфу разошлась даже без треска. Он сбился с дыхания, ощутив пять росчерков на коже.
Шенли дернулся в сторону. За спиной оказалась сломанная ширма, но он не споткнулся, ловко перемахнул. Учитель по боевым искусствам всегда твердил Шенли, что хороший воин должен замечать все. Хотя сложно было чувствовать себя хорошим воином сейчас. Когда хрупкая на вид девушка начала загонять в угол. Цзин принялась наступать, замахиваясь когтями раз за разом. Шенли едва успевал то уклоняться, то парировать клинком. В один из раз лезвие скрестилось с когтями в считанных сантиметрах от лица.
– Осторожнее, глупый, – со смешком Цзин отбила клинок, как от мухи отмахнулась. – Я же не хочу испортить тебе мордашку. Ты слишком красивый, мальчик, у меня на тебя другие планы!
В наказание она замахнулась тыльной стороной ладони, чтобы не оцарапать. Но пощечина все равно получилась увесистой. Ведь на пальцах Цзин были дорогие перстни с камнями. Шенли ощутил, как гадко запульсировала разбитая губа. Во рту появился привкус крови.
Цзин вскинула руку, собираясь сцапать за шею. Шенли успел перехватить тонкое запястье. Второй рукой он замахнулся клинком. Еще немного, еще чуть-чуть – и он вошел бы в живот демонице! Но та снова оказалась проворнее. Реакции у нее были молниеносными, не каждый бывалый воин мог похвастаться такими. Вот и сейчас она перехватила за запястье в последнюю даже не секунду, долю секунды! В изящных пальцах оказалось неожиданно много силы, когда Цзин выкрутила руку Шенли в захвате. Стон боли сорвался с губ, клинок со звоном выпал на пол.
Пользуясь этой минутной слабостью, пока Шенли стискивал зубы от болезненного захвата, Цзин развернула его, унизительно толкая лицом к стене. От ластящейся к нему соблазнительницы не осталось и следа.
– Похоже, следовало быть с тобой жестче, Шенли! Не понравилось быть моим гостем? Тогда отведаешь, каково быть пленником в подземельях!
Глава 40
Один из слуг нашел Ксиана в коридоре. Высокий демон с подтянутой фигурой, красивым лицом и уверенной выправкой сейчас покаянно склонил голову, поклонившись.
– Прошу прощения, повелитель. С Вашим юным гостем некоторые… м-м-м, проблемы.
Звучало это так, будто Юна, как минимум, похитил отряд вражеских демонов. И вел себя слуга соответствующе, не смея поднять взгляд, даже распрямиться. Боялся нарваться на ярость господина. Все знали, что Ксиан может быть суров в гневе, хоть и справедлив. Хотя слуга искренне не понимал, зачем нужно было тащить во дворец деревенского оборванца-сиротку! Если можно просто бросить подачку, немного денег на еду, и убраться восвояси. Но воля повелителя на то и воля повелителя, чтобы не обсуждать его причуды.
Ксиан нахмурился и подошел ближе к слуге. Он был чем-то даже похож на него. Высок ростом, славный воин, красив и умел. Но дрожал перед повелителем демонов, как мальчишка. Ксиан рывком перехватил слугу за высокий черный воротник ханьфу и впечатал его в стену. С силой, так, что зазвенели жалобно чашки, стоящие на стене в углублениях за деревянными резными решетками.
– Что случилось? – отпечатал Ксиан так жестко, пронзая взглядом провинившегося слугу, что несчастный заерзал в его руках. – Кто обидел Юна?
Ксиан верно ставил вопрос. Потому что как только привел сиротку во дворец, некоторые служанки посмеялись над его воспитанником. Что интересно, мужчины-слуги, его подчиненные демоны, нет. А вот девушки… Юн заплакал от обиды, когда услышал девичий шепот за дверью. Ксиан разобрался с дерзкими девчонками по-своему, сделав им такое внушение лично, что они испуганно склонялись перед Юном в поклонах, именуя его маленьким повелителем. Мальчик, правда, не понимал, что они говорят, но раз над ним уже не смеялись, ему было хорошо.
Ксиан улыбнулся, вспомнив, как встал на колени перед этим милым, чистым душой ребенком и обнял его, громко пообещав, что всегда-всегда будет защищать от обидчиков. Юн застенчиво кивнул и шепнул на ушко, что Ксиан сильный. Самый сильный демон из всех, кого он когда-либо видел! И что верит ему.
Ксиан отвлекся от воспоминаний и снова ощутимо тряхнул демона за шкирку. Волнение раздирало его сердце.
– Так что случилось с Юном? – прогремел Ксиан.
Демон испуганно уставился на него. Глаза у повелителя сейчас казались сплошь черными, горящими яростью и готовностью убить любого, кто обидел этого ребенка.
– Н-ничего не случилось, повелитель. И никто его не обижал, клянусь! Мы направили к нему слуг-людей, которые раньше прислуживали в этом дворце, чтобы не пугать демонами. Но он их… прогнал! – демон растерянно развел руками. – Просто выставил за дверь и выгнал, не дав помочь ему искупаться и переодеться в те наряды, которые привезли по Вашему приказу!
Ксиан сразу же приказал привезти наряды из дорогого шелка, с роскошной вышивкой – в общем, которых не гнушался бы и принц.
От неожиданности пальцы Ксиана разжались. И демон упал на колени перед ним, испуганно схватившись за горло. Он потирал кожу и отпечатавшиеся на ней алые следы от пальцев. Кое-где виднелись крохотные капли крови.
«Кажется, я перестарался с допросом!» – подумал Ксиан и тряхнул черными блестящими волосами.
– Что ж, если ты соврал мне, демон, тебе не поздоровится. Веди меня к Юну! И оставь меня с ним наедине. Я разберусь с этим мальчишкой! – в голосе повелителя демонов прозвучало, кроме гнева, нескрываемое тепло. – Я научу его не пугать повелителя демонов!
Ксиан для пущей острастки добавил это, бросив короткий взгляд на сопровождавшего его демона. Конечно, не собирался пугать мальчика, но после такого представления слуга разнесет по всем остальным слугам о том, как грозно и серьезно настроен насчет этого мальчишки повелитель демонов! И больше никто не посмеет и рта открыть, и пикнуть в сторону Юна!
Демон часто-часто закивал и повел Ксиана к Юну. Однако в ванной комнате мальчишки не оказалось, он как сквозь землю провалился. Демон решил последовать его примеру, чтобы не попасться под горячую руку. Он неслышно ушел, и Ксиан остался один на пороге ванной. Как вдруг дверь в покои приоткрылась.
Глава 41
Юн шел, пошатываясь под тяжестью огромного кувшина. Он был по размеру едва ли не с него. Еще и полный воды. Горячую уже принесли слуги, пока он не успел их прогнать. А вот холодную Юн теперь тащил сам, обхватив кувшин двумя руками и качаясь, как бывалый пропойца, который решил с кем-то потанцевать. Но вдруг из-за своей ноши он заметил знакомый силуэт.
– Повелитель? Ксиан? – пискнул Юн испуганно, решив, что он сейчас отругает за слуг, что был недостаточно вежлив со взрослыми или еще что-то.
Это стало последней каплей, и кувшин полетел на пол, брызнув осколками. Под ногами растеклась лужа воды, а Юн сжался. И будь он котенком, точно прижал бы уши, словно в ожидании удара. У него задрожали губы, ему хотелось извиниться, но голос не слушался.
Ксиан замер, как вкопанный, увидев эту картину. Юн с тяжеленным кувшином! Да у него во дворце такие даже девушки по одной не носили! Только вдвоем! Не то, что ребенок! Но он сдержал эмоции, чтобы не напугать Юна.
– Юн. Я волновался, – проговорил Ксиан своим низким бархатным голосом и медленно, плавным шагом обогнул черепки кувшина, подошел к мальчику.
Его движения были похожи на поступь хищника. Вкрадчивые, опасные, но хитрые. Подойдя ближе, он присел перед Юном на корточки и без улыбки заглянул в лицо мальчику. Тот сжался, как звереныш, но Ксиан не спешил тянуться к нему, как обычно это делают девушки. Набрасываются, тискают… Это было не в его характере. Обычно замкнутый и строгий, сейчас Ксиан словно оттаивал с этим мальчишкой. Юн раскрывал в нем новые потребности и желания: утешить и позаботиться.
– Чего ты боишься, малыш? – Ксиан осторожно протянул руку, не думая о том, что даже такой простой жест может напугать мальчика. – Иди сюда.
Он нахмурился, думая о своем. Что вокруг разбросаны осколки кувшина, а Юн какого-то черта босиком и может повредить себе ногу. Нужно увести его отсюда!
Юн невольно переступил босыми ногами назад, на меленький шажочек. И прикусил губу, чувствуя, как небольшой осколок кольнул в пятку. Он знал, в него вбили, что нельзя пытаться сбежать, когда провинился, тогда будет еще хуже. Но по телу невольно пробежала дрожь, когда Юн поднял на Ксиана взгляд больших темных глаз, блестящих от выступивших слез.
– Ты накажешь меня? – спросил Юн виновато. – Это был… дорогой фарфор.
Он теребил пальцами рукава, радуясь, что не надел дорогие шелка, которые ему купил Ксиан. Иначе они намокли бы от брызг. Юн смотрел на Ксиана доверчиво и искренне, словно даже за самое жестокое наказание не затаил бы обиды, а принял, как должное.
Ксиан не увидел, как Юн наступил на осколок. Сердце кольнула жалость. Этого мальчика хотелось приручать… чтобы он не боялся его рук. А знал, что Ксиан не сделает ему больно. Но пока нужно до него достучаться. Проще всего было бы схватить на руки, унести в комнату Юна и продолжить разговор там. Но после того, как он дернулся от одного движения, Ксиан побаивался мальчика… не меньше, чем тот его. И Ксиан решил, что лучше пока не делать резких движений.
– Иди сюда, Юн, – позвал Ксиан его снова, чуть строже, не отвечая на вопрос нарочно, но не сводя пристального темного взгляда с черных глазенок, блестящих от слез. – Иди ко мне, ну, малыш? Не бойся.
Ксиан снова смягчил тон, действуя как хамелеон, желая, чтобы Юн доверился ему и сам подошел. А там он уже разберется с ним и его поведением!
