Текст книги "Наложница повелителя демонов (СИ)"
Автор книги: Елена Белильщикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 37 страниц)
Глава 164
Ксиан стоял перед беседкой. Она напоминала ему кукольный домик или сцену. Передняя стена – это были лишь деревянные колонны, а остальные три были глухими. Словно опущенный занавес перед тем, как на сцену выйдут артисты. Только вот что за представление задумала устроить здесь Цзин? Этого Ксиан не знал. Этого он боялся.
В сгущающихся сумерках вспыхнули магические огоньки. И в их свете в беседке показалась Цзин. Золотая вышивка на ее ханьфу поблескивала, казалась живым переливающимся огнем. А за спиной Цзин в темных одеждах выступили воины. Все до единого были демонами-лисами, это выдавали уши и хвосты. Но никто не принял бы этих молодых мужчин за милых зверят. Подтянутые фигуры, налитые сталью мышцы, сосредоточенные лица – с этими демонами явно были шутки плохи. Сразу несколько обступили пленников.
Леана и Юн. При виде них сердце Ксиана оборвалось. Но одновременно, несмотря на всю опасность ситуации, ему показалось, что в груди распустился тугой комок. Что наконец-то получилось вдохнуть в полную силу. Они живы, они в порядке, просто немного напуганы! А еще… губы Ксиана на миг скривила невеселая усмешка. Он оценил ход Цзин, зазубренным лезвием прошедшийся по сердцу. Нежно-розовое ханьфу на Леане, такое похожее на то, в каком Ксиан увидел ее в первый раз. Ксиан перевел взгляд на Цзин, и она ответила ему легкой торжествующей улыбкой, одними уголками губ. Будто призналась в шалости.
«Она нарочно, – понял Ксиан. – Ведь еще в Шаотянь мой мудрый шифу учил меня, что без гармонии и спокойствия, без уверенности и равновесия внутри самый умелый воин уже проиграл. Кто рассказал Цзин столько об энергии Ци? Кто посвятил ее в премудрости боевых искусств империи Таотянь? Неужели у нее был достаточно просвещенный наставник? Или… может, сам Гун-Гун – темное божество бедствий и наказаний за грехи, с которым, по слухам, спуталась Цзин? Какие у нас шансы против нее? Если нас всего трое, а при ней хорошо вооруженные воины и покровительство одного из темных богов?»
Ксиан стиснул зубы. Понял, что все-таки попался в сети Цзин, как глупая рыбешка. Ведь эти сомнения явно играли ему не в плюс. В то время, как Цзин выглядела уверенностью во плоти. Она махнула рукой одному из своих, и он толкнул в спину Шенли, заставляя стать ближе к демонице. Ксиан обратил внимания, что кроме цепочки на шее, блокирующей магию, оков на бывшем императоре нет. Да и выглядел он не как изможденный пленник. А скорее, как бесправный любимец, которого хозяйка-демоница притащила на цепочке.
– Ты пришел один, – промурлыкала Цзин. – Я рада, что не ошиблась в твоем благоразумии, повелитель. Каково тебе? Слышать, как тебя так называют в последний раз?
Она и правда выстроила все, как сцену в театре. Ее воины отступили немного назад, в тень, куда почти не долетал свет магических огоньков. А потому фигуры в темных ханьфу выглядели молчаливыми статуями. Даже пленников никто не держал, они стояли совсем рядом с Цзин. И потому она еще больше выглядела хозяйкой положения.
– Отпусти их, Цзин. Они ни при чем, – выдавил Ксиан, его самого тошнило от просящего тона.
– О, обязательно, мой дорогой враг… – улыбнулась Цзин. – Но сначала ты должен передать мне власть, помнишь?
Она потянулась к чехлу на поясе, в котором лежал какой-то свиток из дорогой бумаги. Но в ту же секунду Шенли резким движением оказался вплотную к ней. В его руке блеснуло что-то острое, тонкое. Он набросился на Цзин, толкая на колонну и выкрикивая остальным:
– Бегите!
Глава 165
Эта идея была полным безумством. Шенли сам осознавал это. Еще когда во дворце готовился воплотить в жизнь этот шальной план. Он помнил, как однажды у него осталась одна из цепочек, которыми Цзин блокировала его магию. В одной из игр она перевила такими его запястья, не разрешая касаться себя, лукаво шепча, что золото к лицу пленному императору. И изводила ласками, думая сломать этим… А после одна из цепочек затерялась в складках постели. Шенли забросил ее на дно сундука со своими вещами. До поры до времени. А еще Цзин оставила у него свою заколку. Совершенно случайно, так неосторожно, заигравшись в одну из последних встреч.
В начале этого плена Шенли не мог и надеяться на такую неосмотрительность с его стороны. А теперь… он отправился на место встречи, припрятав под широким и плотным поясом ханьфу и то, и другое. Острые кончик заколки, больше напомниающей большую булавку с плоской золотой лилией на конце, слегка колол бок. Но это было ерундой по сравнению с тем, что Шенли ощущал внутри.
«Другого выхода нет!» – снова и снова твердил себе Шенли, пока ехали на место.
«Другого выхода нет!» – повторял он мысленно, пока шел за Цзин, как послушная зверушка.
«Другого выхода нет!» – рявкнул на себя сейчас.
Всего пару движений, которые Шенли уже десятки раз прокрутил у себя в голове. Это можно успеть за несколько ударов сердца. Один – резко подобраться, все мышцы в сталь, как у зверя перед броском. Два – толкнуть Цзин к колонне, крикнуть остальным бежать. Три – набросить на ее шею цепочку, а между ключиц вжать острие золотой заколки, чтобы не дергалась. Вот и… все? Если не брать в расчет взгляд Цзин. Ее глаза широко распахнулись. Она рвано вздохнула, будто пытаясь что-то сказать, но так и не найдя слов. Кроме обреченного, с болезненной усмешкой:
– Убьешь?
Это было так… естественно. Пленник, попытавшийся вырваться из заточения. Такое нападение – это даже не подло. Это даже совсем не больно. Разве что для него самого.
– Нет, – прошептал Шенли через ком в горле. – Как раз не позволю. Хватит рисковать собой ради власти, лисица… Я слишком люблю тебя.
Где-то за спиной завязался шум, зазвенело выхваченное из ножен оружие. Шенли не слушал. Ему было плевать. Он впился в губы Цзин поцелуем, прижимая ее к колонне. Целуя так, как будто через секунду рухнет мир. Шенли знал: Цзин возненавидит его за такую выходку. Но она давно стала для него больше, чем просто пленительница, которой нужно повиноваться из страха. Шенли понимал, что Цзин слишком танцует на лезвии ножа. Видел в кошмарах, как меч Ксиана пронзает ее грудь, как обагряется кровью дорогое ханьфу… Шенли чувствовал сердцем, что эта битва последняя.
«Нет, нет, для кого угодно, но не для нее!» – мысленно прорычал он, а ей выдохнул в губы нежно-нежно:
– Останови это.
– Тогда тебе придется меня убить, Шенли. Ненавижу тебя! – она дернулась, и острие заколки оцарапало нежную кожу. – Люблю тебя…
А может, Шенли показались эти последние слова? Беззвучно, одним шевелением губ. С болью во взгляде. Будто Цзин до ужаса хотелось принять его страх за нее, его заботу, покориться, но она не умела доверять. И вскинула подбородок, яростно выкрикивая своим воинам:
– В атаку! Держать пленников! Схватить Ксиана!
Глава 166
Ксиан не знал, о чем думал этот щенок Шенли, бросаясь на Цзин. Судя по поцелую, хотел выглядеть для нее героем? Который предотвратит кровопролитие, заставит ее сдаться, а потом вытребует для нее милосердие? Кто бы мог подумать, что этот мальчишка, гордый юнец, презирающий демонов, будет смотреть на нее так влюбленно, так самоотверженно преданно? «Возненавидь, убей, но я спасу тебя и всех нас»? Ха. План Шенли не сработал. Цзин приказала атаковать немедленно. Воины бросились вперед, как воронья стая. Их черные ханьфу затрепетали от резких движений, заблетели отблески магических огней на стальных клинках. Ксиан решил, что терять уже нечего. Он ринулся вперед, к Леане, к Юну! А тем временем Цзин… она с вызовом смотрела на Шенли. – Останови их! – закричал он требовательно. – А что, можешь напасть, но не можешь убить? – рассмеялась она ему в лицо. Сразу двое воинов набросились на него, хватая за плечи, чтобы оттащить от нее. У него не было магии – об этом говорила особая золотая цепочка на шее. Но Шенли смело развернулся, пытаясь противостоять. Выпад одного воина он встретил ребром ладони, от второго отбился ловким ударом ноги. Однако Цзин уже вывернулась из хватки. А цепочка, которую Шенли набрасывал на ее шею, не застегивая, золотистой змейкой скользнула под ноги. Теперь магия Цзин была свободна. И она тут же использовала ее против своих же пленников. Взмах рукой – и из нее вырвалось тонкое гибкое щупальце, сверкающее и потрескивающее. Магические путы, в которые Цзин собралась поймать Леану и Юна, чтобы они точно не сбежали. Он испуганно пискнул, зажмуриваясь. Леана сделала шаг вперед, пытаясь закрыть ребенка собой. Со связанными руками она все равно была беспомощна. Ксиан успел раньше. Он взлетел на ступеньки беседки, вскидывая руку. Волна энергии вырвалась из ладони, отбивая магию Цзин. Но прорваться к Леане и Юну Ксиан не смог. Воины обступили их плотным кольцом. Ксиан бросился туда, но как и в случае с Шенли, этим демонам были неведомы принципы благородства и боев один на один. Сразу несколько вышли вперед, даже не вынимая оружия. Ксиану пришлось закрутиться на месте, отбиваясь от их атак. Помня тренировки в Шаотянь, он идеально держал равновесие. Даже когда ему приходилось держать весь баланс на одной ноге, второй отбивая удар противника и в это время руками блокируя уже следующие атаки. Наверно, только это и помогло ему не рухнуть к ногам воинов в первую же минуту схватки? Шенли повезло гораздо меньше. Ловкий удар ногой одного из воинов – и его защитная стойка обернулась пшиком. Потеряв равновесие, Шенли упал на спину. Воин уже выхватил меч, приставляя его к горлу пленника, и достал веревку, чтобы его связать. Похоже, он все-таки был нужен Цзин живым. Эта мысль Шенли одновременно и грела, и колола. Но к счастью ли, к горю, сейчас было некогда об этом думать! Думать приходилось о своей за... шкуре. Чем Шенли и занялся, когда вскинул ладони, скуляще, противно для самого себя протянув: – Я сдаюсь! Цзин, пожалуйста-а! О, эта демоница выбрала себе достойного хитрого лиса. И даже если у него не было пушистых ушек, коварство и хитрость никто не отменял.
Глава 167
Воин, склонившийся над Шенли, замер. Выводить свою госпожу здесь никто не хотел. Так что демон, чуть прижав темные лисьи уши, покосился на Цзин. Всего на секунду, ведь его рука уверенно сжимала веревку. Но этого мгновения Шенли хватило. Он резко вскинул ладонь, вспоминая азы по управлению энергии Ци. Наставник, нанятый отцом, рассказывал Шенли, что при должной концентрации такие тренированные бойцы могут делать свою кожу неуязвимой, без единой ссадины разбивая ладонью доски. Он ударил ее ребром по мечу, по плоской стороне, стараясь сделать удар максимально четким, чтобы не пораниться. И максимально сильным, чтобы отвести меч от своей шеи раньше, чем этот лис успеет перерезать им горло. У Шенли удалось! Один ловкий удар – острие дрогнуло в другую сторону. А он резко перекатился набок, подбираясь всем телом, чтобы быстро вскочить на ноги. Воин свирепо рыкнул, поняв, что допустил оплошность. Он замахнулся мечом, но неуверенно. Видно, хотел ранить, а не убить, чтобы не влетело от Цзин. Шенли воспользовался этим. Он изогнулся, отклоняясь назад. К счастью, над гибкостью его спины наставники работали хорошо, рассказывая самые эффективные упражнения и стойки, чтобы сделать мышцы крепкими, но при этом пластичными, как разогретый воск. Так что Шенли смог прогнуться до такой степени, чтобы пропустить над собой просвистевшее по воздуху лезвие. Впрочем, оно и так целилось куда-то в район плеча, чтобы пройти вскользь и просто выбить из колеи? Если так, то затея воина провалилась! Ведь Шенли ловко выпрямился и проворным зайцем бросился прочь. С небывалым проворством и ловкостью лавируя между демонами, он почти добрался до задней, сплошной стены беседки. Его рука уже потянулась к неприметной двери, как вдруг Цзин сверкнула глазами в его сторону. – Я уже предупреждала не раз, Шенли! – ее окрик прозвучал хлестко, как замах боевого кнута, рассекающего воздух. – Тебе от меня не сбежать! Взмах рыжего лисьего хвоста. Удар им о землю, словно хлыстом. И сами шерстинки затрещали, заискрили, высекли пламя. Оранжевое, алое, жаркое – вполне себе настоящее, а не просто магическую иллюзию. Оно, как юркая змея, побежало по деревянному полу беседки, перекинулось на стену, отрезая Шенли путь к двери. Он отшатнулся от жара, сгибом локтя прикрыл лицо от пыхнувшего в лицо горячего ветра. Повернувшись спиной к огню, Шенли увидел, что на него напирают демоны. Он попытался стать в оборонительную стойку, присогнуть ноги в коленях, выставить руки в защитном пасе. Хотя тело, если честно, немного потряхивало. За спиной потрескивало распространяющееся пламя, тянуло горьковатым запахом горящей древесины. Впереди жгли недобрыми взглядами воины. Бежать было уже некуда! Но Шенли собирался бороться до последнего. Дорого продать свою свободу. Хотя еще недавно был готов отдать ее без боя в руки Цзин, остаться с ней по доброй воле. Но сейчас она показала, что ей плевать на любую возможность примирения без крови. «Что ж, – подумал Шенли, невесело усмехнувшись своим мыслям. – Похоже, кровь она любит больше, чем меня».
Глава 168
Ксиан понял, что дело плохо. Выбора не было. Демоны сжимали вокруг него кольцо, а огонь уже перекинулся на крышу беседки. Ксиан услышал испуганный вскрик Леаны, когда над головой затрещала какая-то балка. Магическое пламя распространялось, как по сухому хворосту, моментально! Ксиан сжал меч так, что в кожу врезалась каждая линия оплетки на рукояти. – Фенг... – одними губами прошептал Ксиан. – Без тебя нам не справиться. Магия пробежала по клинку, выгравированные на нем иероглифы засветились. И через пару мгновений рядом с Ксианом оказался Фенг. Он материализовался в позе, преклонив колено, в синем ханьфу, в котором был до того, как вернулся в меч. Фенг выпрямился, готовый вступить в бой бок о бок со своим повелителем. – О, Ксиан, да ты не играешь по-честному? – скривила подведенные помадой губы Цзин. Ничего предпринять она не успела. Над головами опасно затрещало, пыхнуло жаром от накренившейся балки. Оставаться в беседке было просто глупо, да и воздух уже был раскаленным, плывущим. Сверху сыпанули искры, деревянный пол тоже кое-где занялся язычками пламени. Воины сыпанули вниз со ступеней, под сень деревьев. В этой круговерти они едва не забыли о пленниках. Хотя нет. Забыли. Леану еще ухватил один из демонов, а вот Юн остался на месте, связанный. – Юн, иди ко мне! Я здесь! – закричал Ксиан, бросаясь к нему, но среди толпы мальчик не сообразил, откуда идет звук. Добежать до Юна не хватило времени. Загрохотало. Балка рухнула, рассыпая яркие искры в темноте. Ксиан вскинул руку, пытаясь удержать ее магией, но уже знал, что оставшихся долей секунд не хватит ни на какое заклятье. – Юн, не-е-ет! – закричал он. Как получилось, что за долю мгновения в голове пронеслось так много? Ксиан и сам не смог бы ответить. Но ему вспомнилось картинками, вспышками все. Чумазый мальчишка на дороге, злой старик, щуплое тельце Юна в седле, когда Ксиан забирал его во дворец, восторг в глазах при виде первых игрушек и даже опаска с непривычки, когда приносили много еды и дорогую одежду... Неужели он, повелитель демонов, забрал мальчишку из ада, в котором тот жил, чтобы сейчас этот ребенок погиб у него на глазах?! Фенг тоже не мог пробиться к Юну – его взяли в оборот сразу несколько противников. Зато... сквозь треск огня вдруг раздалось яростное шипение. Из кустов недалеко от беседки выскользнул змей. Красно-золотая чешуя ярко заиграла в отблесках огня. Глаза Сяолуня вспыхнули золотом, и он превратился в человека. Его физическая форма и правда была превосходной. Ведь он в один прыжок оказался в беседке, рядом с Юном, сгребая его в охапку. Сяолун сбил мальчика с места, перекатившись с ним по полу. Увлекая в сторону от того места, куда рухнула горящая балка. А потом подхватил на руки, с легкостью перескакивая через язычки огня на полу. – Кто ты такой? – пропищал Юн, испуганно прижимаясь к нему. – Ты мой змееныш, мой Сяолун? Тот лишь кивнул. И все оказались за пределами беседки за секунду до того, как она затрещала, складываясь, как карточный домик. Только-только она стояла тут, красивая, умело сделанная, по размеру побольше иных деревенских домов. И вот лишь взметнулись в небо языки огня. Они ярко осветили фигуры всех противников. И стало понятно, что бой отнюдь не закончился.
Глава 169
Шенли сражался как мог, чтобы не отдаться в руки воинам Цзин, но он выбивался из сил, но пожар вокруг бушевал все жарче. И тут Шенли понял, что беседке остались считанные секунды. А Цзин, она совсем обезумела. Эта чокнутая лисица совершенно не думала о своей безопасности. Глаза демоницы горели одержимым огнем. В ее мыслях была только цель, только борьба с Ксианом.
Шенли даже зарычал от ярости. О, что ему хотелось сейчас сделать с Цзин окажись она в его руках в спальне. Он больше не предлагал: сам взял бы ее. Так горячо, чтобы Цзин голос срывала, извиваясь под ним. А Шенли наказывал бы ее. Наказывал удовольствием, чередой почти мучительно ярких оргазмов за то, что ей настолько плевать на свою жизнь.
Увы, такой возможности у него не было. И Шенли направил свой огонь на другое. Он с новыми силами бросился на воинов, все таки пробившись мимо них. Но уже не для того, чтобы сбежать.
Шенли ринулся к Цзин. Он не замечал ничего вокруг. Ни трещащих стен, колонн и балок. Ни сыплящихся искр, ни взметающихся языков пламени. Перед глазами Шенли была только она, Цзин. На секунду застывшая в ужасе. Словно она сама не ожидала того, что натворила? Насколько увлеклась. И теперь огонь распространялся стремительно. Готовый поймать в ловушку даже свою создательницу. Но Шенли успел вовремя. Он схватил Цзин з руку, сдергивая с места, пока кольцо огня не сомкнулось. Они едва не скатились кубарем по ступеням беседки за считанные секунды до того, как она рухнула за их спинами.
Шенли и Цзин на минуту замерли посреди хаоса. Как в сердце шторма, где царит щемящее страшное затишье. Пока вокруг звенели мечи и мельтешили дерущиеся фигуры, пока с грохотом падали последние колонны беседки. Пока пламя перекидывалась на давным давно ни живые, ни мертвые цветущие кроны леса уснувших деревьев…
А Шенли и Цзин стояли друг напротив друга, пока их волосы и ханьфу трепетали на горячем ветру. И он сжимал ее за локти, боясь отпустить. Она затаилась в его руках, как пойманная птичка. С растерянным, испуганным, запутавшимся взглядом. Но боялась Цзин не огня и не битвы, отнюдь не их. Ведь через секунду рванулась с криком.
– Пусти меня, Шенли. Мне стоило ожидать побега от пленника. Так не делай вид, что тебе не плевать на мою жизнь.
– Мне не плевать. А ты заигралась. Ты готова умереть, здесь, ради трона Таотянь. А я готов навсегда забыть о нем, лишь бы быть рядом с тобой. Потому что я люблю тебя, Цзин. – Шенли сильнее дернул Цзин к себе, практически впечатывая в свое тело.
Он не стеснялся того, что их могут услышать. Воины Цзин, Леана, Ксиан, перед которым Шенли недавно распинался, что никто из династии Таотянь не свяжет жизнь с мерзким грязным демоном. Выходцем из другого мира… Это все было неважно, да и не слышали они за шумом схватки и пожара. Зато Цзин слышала. Но вместо ответного признания, она вырвалась, залепив Шенли пощечину. На его щеке остались тонкие царапины от коготков демоницы. И он глупо улыбнулся уголками губ. Что ж, если они погибнут здесь, с ним навсегда останется что-то от Цзин. Хотя бы эти следы.
– Ты будешь рядом с императрицей. Иначе никак. – Отрезала она.
Совсем близко один из ее воинов держал упирающуюся Леану. Цзин перехватила ее за связанные руки, дергая ближе и прижимая к себе спиной. К горлу Леаны прислонился острый, ярко сверкнувший в свете огня, кинжал. Цзин нашла взглядом Ксиана, перекрикивая шум.
– Ксиан, посмотри на меня. Я же говорила, ты решил не играть по честному? Значит, и я не обязана. Попрощаешься со своей пташкой, Повелитель?
