Текст книги "Наложница повелителя демонов (СИ)"
Автор книги: Елена Белильщикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 37 страниц)
Глава 49
«Меня не проведешь, чертенок!» – подумал Ксиан.
Он крепче сжал пальцы на худеньком плечике, чтобы Юн не вздумал испугаться и дать стрекача на больной ноге. И второй ладонью перехватил подбородок мальчика, чтобы заглянуть в глаза. Ксиан смотрел на него по-прежнему серьезно. Без улыбки.
– А приказывать слугам уйти, и самому тащить тяжелый кувшин ты не постеснялся, да? Маленький хитрец, вот кто ты, – в голосе зазвучали нотки металла.
Ксиан прекрасно видел увертки Юна и такому уж точно не собирался потакать. Себе в его замке мальчик вредить не будет, это уж точно! Наверняка, Юн решил, что он снова будет его увещевать и уговаривать поесть? Как бы ни так. У него другие планы. Выбить правду.
– Хорошо, Юн. Я тебя понял, – вкрадчиво заговорил Ксиан, не отпуская подбородок, глядя в глаза, словно держал воспитанника в ловушке. – То, что ты пропустил еду сегодня, я понимаю. И не ругаю тебя, – кажется, Юн расслабился, а зря, ведь Ксиан добил его мягким вопросом. – Тогда ответь мне другое. Когда ты в последний раз ел?
Его палец свободной руки прошелся по ребрам мальчика уже совсем не в щекотке. А в глазах снова полыхал гнев. Не на Юна, конечно! Как нужно было довести ребенка тому, у кого он жил, чтобы он боялся есть!
– Я… ну…
– Отвечай правду. Иначе накажу.
Для Ксиана было важно узнать правду. Он знал, что люди очень хрупкие создания. В отличие от демонов. Он по Леане это видел! И стоило ему ошибиться с выбором еды для этого птенца, подать ему что-то тяжелое после голодовки, тот мог заболеть. Поэтому нет, Ксиан отступать не собирался!
Юн дернулся, услышав про наказание. Весь сжался, обхватывая себя за плечи, сжимая ноги, будто пытаясь свернуться в клубочек. Взгляд у него забегал.
– Ну… вчера… или позавчера я схватил дикой клубники у дома братьев Гао, но я не воровал, их змей съел в прошлом году! – поспешно оправдался Юн, поднимая на Ксиана несчастный взгляд. – Бэй часто говорил, что я слишком много ем, свалился ему на голову, и мы не переживем из-за него зиму. И я старался поменьше есть дома. Так что на меня много еды не идет.
Юн потер плечо, тихонько вздыхая. Там, под тонкой тканью, еще не сошел ощутимый синяк.
Ксиан пытался справиться с собой и применить сейчас технику дыхания цигун. Но у него не получилось. Демоническая форма все равно начала вылезать, зараза. Он поздно заметил, как когти слегка царапнули плечо Юна, разрывая его старую рубку, больше похожую на древние свитки, которые Ксиан держал в сокровищнице. Глаза запылали алым. Но он попытался прийти в себя. Еще не хватало ребенка пугать.
Хотя мысленно он поклялся… нет, сам не ходить к этому Бэю, а послать парочку демонов. Чтобы оставить старику хоть шанс выжить. А то после Ксиана не будет ни единого шанса.
– Значит, три дня без еды совсем. Понятно, – спокойным, но по-прежнему металлическим голосом сказал Ксиан и приподнял подбородок Юна еще выше.
– Я в порядке!
– Я не тот старик, у которого ты жил, Юн, – начал мягко Ксиан. – У меня не нужно бояться кушать. Наоборот. Я буду строго следить за тобой в этом, и если ты попробуешь пропускать еду, как сегодня, то накажу тебя. Пойми, малыш, если ты не будешь есть, ты заболеешь. А так нельзя. Я же демон? Я не умею лечить. И кушать ты будешь отдельно от всех. Для тебя будут готовить особенную еду какое-то время. Пока ты не поправишься. А от обычной еды у тебя может заболеть живот, и тебе будет плохо, – Ксиан ссадил Юна на диван и погрозил пальцем. – Не смей никуда уходить, мальчик. Жди меня. Я сейчас вернусь.
Ксиан отправился на кухню, чтобы поговорить с кухаркой. Кажется, ее любила Леана. Кухарка была взрослой дородной женщиной, не демоницей, и имела целый выводок детей. Уж в еде для таких, как Юн, она разбиралась!
Ксиан слышал, что нужно кормить после голода таких птенчиков часто, но понемногу. И чем-то легким. Поэтому решил заняться этим вопросом сразу. На кухне очень удивились появлению самого повелителя демонов. Но кухарка и правда не испугалась, выслушала его историю и обещала помочь. Уходя из кухни, он заглянул к слугам и потребовал через время нагреть помещение для ванной уже в его покоях и принести воды. Не хватало оставлять Юна в ванне без присмотра, нужно хотя бы за дверью быть, вдруг у мальчика голова закружится от истощения. С этими мыслями Ксиан заторопился к Юну. Страшно было оставлять птенца без присмотра.
Глава 50
Юн подбежал к Ксиану, прихрамывая на перевязанной ноге, едва не подламывающейся от его неосторожности. Он обвил его руками, прижимаясь крепко-крепко, словно не виделись вечность.
– Не злись! Я буду, буду есть все, что скажешь! – пообещал Юн, утыкаясь лицом в темный ханьфу. – Я видел, у тебя когти были и глаза красные, ты разозлился… я больше не буду! И я не больной, совсем-совсем!
Юн задрал лицо, заглядывая в глаза Ксиану. Он очень боялся его разочаровать или создать проблемы. Да и не считал чем-то плохим то, что голова кружилась и слабость была. Даже не связывал уже с голодом, по-детски принимая, как должное.
Ксиан легко, как перышко, подхватил Юна и закружил в воздухе. Он был таким трогательным сейчас, как настоящий котенок. Встрепанный, смешной, перепуганный.
– Ну, что ты, мой малыш, испугался? – выдохнул Ксиан, прижимаясь лицом в его старое истрепанное ханьфу, которое тот набросил сверху порванной рубки. – Я не злился на тебя, Юн. Я очень зол на твоего соседа, который не кормил тебя совсем и заставлял работать. Ты очень слабенький малыш и мог умереть. И я испугался за тебя. Прости, прости, что напугал!
Ксиан крепко сжимал Юна в объятиях, впервые испытывая чувство щемящего восторга. Что это маленькое существо так нуждается в нем. Что Ксиан может что-то сделать для малыша Юна, и это пойдет ему на пользу, и можно будет… впервые в своей демонической жизни спасти чью-то светлую душу. Спасти, а не убить! Ксиан не знал, откуда появилась в нем эта страсть. Наверное, Леана своей любовью к нему разбудила давно дремлющие человеческие чувства?
– Я вылечу тебя, Юн. У тебя не будет кружиться голова, ты будешь бегать быстро-быстро и не уставать, – Ксиан посадил Юна на свое колено и начал рассказывать. – Когда поправишься, пойдем на рисовое поле и побежим наперегонки. Хочешь?
Как раз в комнату, постучав, вошла кухарка и принесла чашку отварного риса. Ксиан взял рис в руки и вознамерился накормить Юна. Хотя пища демонов отличалась от пищи людей, Ксиан видел, что рис приготовлен с любовью и пахнет вкусно.
– Покормить тебя, Юн? Или сам хочешь покушать?
Юн удивленно уставился на Ксиана во все глаза. Он ведь не трехлетний малыш, конечно, его никто не кормил, как маленького! Даже когда болел. Да и вообще, не позволялось ему особо болеть. На ногах держишься – значит, трудись в огороде или на поле, или в доме, если совсем плох.
– А если ты покормишь, я быстрее вылечусь? – наивно спросил Юн. – Я ничего не знаю о вашей магии! Но ты… ты добрый! Наверняка, она у тебя хорошая.
В животе снова заурчало, Юн смутился от этого. Ведь пах рис ароматно, был белоснежным и чистым, а он и правда слишком давно не ел. Юн ухватился кончиками пальцев за краешек своего пояса, чтобы не наброситься на еду, как оголодавший щенок. Нельзя же было испортить о себе впечатление!
Ксиан с трудом сдержал улыбку. Никогда не думал, что дети могут быть такими наивными и милыми! И усадил Юна удобнее на колени к себе, осторожно вынимая чашку из ручонок, которые за нее схватились, но задрожали. Сердце снова тревожно защемило. Юну, бедняге, даже чашку держать тяжело!
– Да. Я покормлю, и ты быстро поправишься, – хрипло проговорил Ксиан.
Отчего-то на глазах появились слезы, которые он мужественно сдержал. Ксиан потянулся за палочками и принялся кормить Юна так, будто он маленький ребенок. Но цепким взглядом коршуна углядел, что тот морщится при некоторых движениях.
– Тебе больно, Юн? – Ксиан осторожно коснулся пальцем плеча. – Где болит? Покажешь?
Юн быстро наелся и засопел. Он ел, как птенчик. И даже не доел рис. Или постеснялся?
– Нет, мне не больно. Все хорошо!
– Рис доедим позже. Покормлю через время, раньше нельзя, – строго сказал Ксиан ему и отправил чашку под магический колпак, чтобы рис не засох и не утратил своего вкуса. – А пока с другим разберемся.
Глава 51
– Снимай ханьфу, Юн. Я хочу посмотреть. Если еще есть раны, их надо обработать.
Юн со стыдом опустил взгляд. Даже пальцы слегка задрожали, когда он потянулся к поясу ханьфу. Прямо так, сидя на колене у Ксиана.
– Я… я некрасивый и тощий. Так все говорят. Но я не больной, правда! – поспешно затараторил Юн, боясь, что болезненного мальчишку просто выставят за дверь.
Ханьфу, а затем и рубка спали с узких плеч. Юн поежился, ссутуливаясь, будто надеясь скрыться от взгляда Ксиана. Даже низко-низко опустил голову, но волосы были схвачены лентой, и нельзя было закрыть ими лицо. А он не хотел смотреть на Ксиана. Вдруг ему будет противно от синяков, которые покрывали тело. По большей части, приходилось на спину и плечи – так выглядело целенаправленное наказание. Но иногда прилетало и как придется, так что Юн закрыл рукой бок, надеясь хоть немного смягчить картину.
Ксиан мысленно готовился к тому, что увидит. Не вчера родился и сам не раз видел, как наказывают непокорных демонов на площади. Но то были взрослые сильные крепкие мужчины. Способные выдержать наказание. А больше всего на свете Ксиан ненавидел несправедливость. Когда обижают женщин и детей.
Его законы были строгими. Никакого вреда детям, даже если это дети врагов. Никакого убийства или причинения боли им. За это его демонов строго наказывали. Если ловили на горячем. Но… Ксиан все равно не был готов к тому, что увидел. На Юне повсюду были следы. Ксиан уже решил, что никаких демонов к Бэю посылать не будет. Лучше сам заглянет. Проверю какие-то жестокие методы древних пыток.
Ксиана всего выкручивало при мысли, что вынес бедный Юн. Но в голове билась одна мысль: нельзя его пугать. Никакой злости и демонической формы.
– Все хорошо, милый. Все хорошо. Худшее позади, вот увидишь, – мягко проговорил Ксиан, касаясь кончиками пальцев его ребра и отводя руку от бока. – Покажи мне все, Юн. Не прячься. Я вылечу тебя, и болеть не будет больше.
Голос Ксиана все еще был хриплым и расстроенным. Он кивнул на небольшую ванную в своей спальне, скрытую за толстой деревянной дверью. Слуги уже все приготовили и растопили камин, и он легонько подтолкнул Юна в сторону ванной. А сам потянулся в ящичек на стене, где хранил зелья, мази, притирания.
Юн быстренько скрылся за дверью. И вернулся оттуда так быстро, как только мог. Было неловко плескаться даже не в отведенных ему покоях, а у самого повелителя! Слуги принесли чистую дорогую одежду. Помня слова Ксиана, он нарочно взял самый темный вариант. Под низ были надеты широкие темно-красные брюки, а сверху наброшен длинный халат особого кроя, с такой же основой и парящим сверху слоем из черной полупрозрачной ткани. Казалось, что крылья у мотыльков толще! Пояс Юн не затягивал, понимая, что сейчас предстоит лечение, но все равно запахнулся, опуская взгляд и выходя обратно.
– Может, не лечить? Оно пройдет! Всегда сходило само! – пискнул Юн, поджимая порезанную ногу, которая, к счастью, уже не кровила без перевязки.
На лице расцвела улыбка. Так красиво выглядел худенький Юн в этих темных летящих одеждах. Будто и забылись все ужасы: следы на хрупком теле, голод, боль.
– Ты очень красивый, Юн, – потрепал Ксиан по макушке Юна и снова строго похлопал по своему колену, требуя послушания. – Что за упрямый вредный котенок? Юн, не капризничай. Иди сюда. Я полечу, и следы сойдут быстрее. И болеть перестанет. Еще ногу перевязать надо.
Ксиан угрожающе позвенел флакончиками с мазями и зельями, пытаясь не смотреть на умильную мордочку Юна. Хитрая лисица он.
Глава 52
– Снимай верх и не жмись, я должен везде осмотреть, чтобы ничего не пропустить, – скомандовал Ксиан. – Сильно щипать не будет!
Юн засопел недовольно, переминаясь на носочках. Становиться было больно, но щипало, он же помнил! Но Юн медленно стянул халат, ложась на диван, на живот, и прикусывая костяшку большого пальца. Даже прижмурился, словно его не лечить будут, а наказывать. И сжался всем телом, ожидая, что непременно будет больно!
В том, что Юн – королева драмы, Ксиан убедился окончательно после его представления. Он с таким видом пришел на диван, будто пригнали на плаху! Все-таки нужно было позвать Леану, женщины, говорят, лучше управляются с детскими капризами.
– Палка была не тяжелая, ничего мне не повредили, – капризно пискнул Юн. – А камнем Бэй всего лишь по плечу попал, нестрашно! Когда я в сарае задержался и не успел ему сварить рис.
Юн повел плечом, на лопатке осталась небольшая ссадина с уже подсохшей корочкой. Была у Бэя привычка швыряться всем, что под руку попадет. А если кто-то пробовал вступиться, он говорил, что если случайно расшибет дармоеду голову, невелика и потеря.
Ксиан взял один из флакончиков, когда услышал детский голосок. Говорящий так спокойно про палку и про камень… Дзынь! Ксиан все-таки не выдержал. Так сильно сжал хрустальный флакончик в руке, что тот брызнул по сторонам осколками хрусталя. Еще и порезался, черт!
– Извини, малыш, я сейчас, – сумрачно проговорил Ксиан, мысленно придумывая кары на голову ненавистного Бея, виновника всех бед Юна.
Масло с ароматом лаванды сделало на пушистом ковре лужицу, еще и обляпало все ханьфу. Ксиан перетянул ладонь платком и возблагодарил всех демонов ада за то, что пострадала его левая рука. Юн что-то пискнул и дернулся, но он только рыкнул:
– Лежать!
Тяжелая ладонь легла на поясницу, надежно фиксируя Юна на месте. Не давая шевелиться.
– Больно не будет, – в сотый раз терпеливо объяснил Ксиан, достав второй флакон, на этот раз с заживляющей и согревающей мазью от синяков.
Ксиан принялся тонким слоем наносить мазь на хрупкие птичьи косточки Юна. Перевязать бы мальца, а то весь запачкается… но на новый акт «королевы драмы» Ксиан готов не был. Ну его, все это, выбросит его измазанное ханьфу потом и наденет на него новое!
– А сейчас будет щипать… Да не трогай же ты! – в отчаянии выкрикнул Ксиан, когда Юн, естественно, полез руками, хвала древним демонам, хотя бы чистыми, и сковырнул ранку.
Теперь заструилась кровь. Ксиан обреченно покачал головой. Его рука уже выпачкала платок в алое, Юн выглядел так, словно раненый воин из поля боя… Нет, все-таки хорошо, что Ксиан Леану не позвал. Она в обморок упала бы от этого зрелища.
– Юн, – его голосу могли позавидовать ледники на Снежной горе Нефритового дракона. – Я попросил тебя не мешать. Вытянул руки вдоль тела! И не шевелиться! Вот так, умница…
Ксиан понял, что говорит с мальчишкой уже так, как с новобранцем-воином – демоном, который, придя на службу, путает правую ногу с левой. Отдает приказы. Но что поделать? Таланта воспитательского в Ксиане не оказалось. Увы.
Юн даже не дышал, пока Ксиан перевязал его небольшие ранки на плече и на ноге чистыми белыми тряпицами, покрыв их щедро тем самым щиплющим зельем, которое было в такой немилости у мальчика.
– Завтра позову лекаря, – устало выдохнул Ксиан. – Не хочу потом сюрпризов. Осмотрит тебя с ушек до пяток. Вдруг тебе что-то повредили тем, как били.
Ксиан оттаял и пощекотал пятку Юну и подергал его за ушко, торчащее из волос. И вспомнил про рис, томящийся под магическим колпаком.
– А сейчас доедим рис и уложу тебя спать. Рассказать тебе сказку, чтобы ты уснул? Про красивую девушку, рожденную из цветов лотоса, что плавают в пруду… – Ксиан улыбнулся, вспомнив Леану.
Знала бы она, что он про нее придумал сказку! Наверняка, ей понравилось бы?
Глава 53
Шенли открыл глаза на узкой деревянной лавке. Рядом с ним скользнула Цзин и провела почти ласково тонкой ладонью по разорванному на груди ханьфу.
– Так и не решился впустить меня в свое сердце, красавчик? – промурлыкала она, больше похожая на огромную рыжую кошку, а не лисицу-демона.
– Скорее, отдать тебе на поругание свое тело, – слабо улыбнулся Шенли.
Он сам изумлялся своей стойкости. Но… что поделать? Он уже устал бояться. Кроме того, пытки и хитрости Цзин были, скорее, изощренно сексуальными, чем болезненными. Но что она приготовит ему на этот раз, Шенли не знал. Может, демоница наконец-то сорвется и набросится на него, чтобы пытать, силой выбивая взаимность? А не пытаясь распалить его лаской… или раздразнить своим телом.
– О, какие мы гордые, – Цзин прищурилась.
На мгновение Шенли испугался ее хищного прищура. Но вместо того, чтобы взмахнуть рукой и показать свои острые коготки, врезывая кожу, как она делала это не раз, Цзин лишь взяла его за руку.
– Пойдем со мной, – позвала она Шенли спокойно.
Он встал, чувствуя, что не может сопротивляться магии воздействия на себя. Цзин потянула его за собой. Шенли на миг закрыл глаза. А когда открыл, то увидел…
Шенли помнил одну из легенд, где в районе одного небольшого села было много прудов, напоминавших каменистые бассейны. Их называли бездонными. Рыбы там испокон веков не водилось. И тогда жители села позвали колдуна, чтобы он осушил один из прудов. Но увидели странное: пруд оказался древней затопленной пещерой.
Таких пещер было много. Каждая пещера состояла из комнат, мостов, канав, бассейнов. Столбы из алевролита были украшены ритуальными мотивами параллельных линий. Идеальная симметрия, точность и сходство между пещерами делали весьма возможным то, что человек, попавший в них, мог заблудиться навсегда.
Шенли испуганно огляделся и ничего не увидел, кроме тени за спиной. Цзин незаметной тенью скользнула сзади. И горячо выдохнула на ухо:
– Хочешь спастись? Беги за мной…
– От кого бежать? – в ужасе воскликнул Шенли, но Цзин уже частично перевоплотилась в демона.
Перед носом Шенли мелькнул пушистый рыжий хвост и проворные лапки.
– Сейчас поймешь…
Шенли огляделся. Глаза его немного привыкли к свету, проникающему через верх колодца бассейна, и он увидел вокруг себя лишь высохшие деревья. Их ветви напоминали человеческие руки. Но Шенли не обратил на это внимания. А зря. Над отверстием, через которое они с Цзин попали в этот бассейн-пещеру, будто нависла туча. И наступила кромешная темнота. Где-то вдалеке мелькнул рыжий хвост, и нервы у Шенди не выдержали. Он не захотел оставаться один и побежал следом за Цзин. Правильно сделал… Потому что за его спиной раздались странные звуки. Шевеление, скрежет и, когда он добежал до очередного отверстия, свет разлился над его головой.
Шенли обернулся и едва не упал от страха. Следом за ним, злобно щелкая челюстями, мчались огромные черные собаки. Целая свора. У них горели алым глаза, выдавая демоническое происхождение, а лапы их и хвосты удивительно напоминали те самые ветви деревьев, что окружали Шенли и Цзин в начале их пути. Слишком поздно вспомнилось о растениях-призраках. Они обычно превращались в собак и в таком виде преследовали людей. Так же деревья-призраки могли принимать и облик огромных черных чудищ. Но на этот раз Шенли повезло. Его и Цзин преследовали собаки, а не чудовища.
Глава 54
– Ну, что? Может, на этот раз предпочтешь мое общество? – девушка снова перевоплотилась.
Перед глазами Шенли промелькнул рыжий хвост и яркий кармин на губах. А потом из-за угла вышла Цзин и щелкнула пальцами. Собаки припали к земле. Все, как одна. Хотя нет… одна из них все-таки рискнула зарычать и броситься на демоницу. Но Цзин нахмурилась и легко вытянула руку, перехватывая растение-призрака в полете. Раздался неприятный треск, Шенли поморщился, и от собаки… остались одни обломки. Сухие ветки на месте изломанных лап. Ничто в этом растении призраке, убитом Цзин, не напоминало про собаку.
– Нет! Я сбегу от тебя! – Шенли хватило на короткое заклинание.
Теперь, когда демоница справилась с одной из собак, он перестал их бояться. И направил ладонь на застывших и дрожащих черных псов. Магия в тюрьме у него отсутствовала, но здесь не тюрьма! И он оказался прав. Магия подействовала на собак, и они скрючились сухими ветками, цепляясь друг за друга, превращаясь в своеобразную лестницу наверх.
Цзин наблюдала за этим действом с нескрываемым удивлением. Но Шенли не забыл и о ней. Еще одно движение ладонью, второе заклятье, и часть сухих веток ожили, начали оплетать Цзин.
– Тебе не помешать мне на пути к свободе! – выкрикнул Шенли и полез наверх.
Руки и ноги дрожали от напряжения. Он не переоценивал себя, как великого мага. Растения-призраки надолго Цзин не удержат. Но он хотя бы сумеет сбежать… выиграв себе время. Шенли поднял лицо навстречу свету, глядя наверх, не отрывая взгляд от края бассейна. Еще немного, еще… он подтянулся и почувствовал, как упал на подушку из прелых листьев и трав. И едва сдержал разочарованный вздох. Он оказался в лесу! А над ним светило не солнце, а луна. Придавая еще больше потустороннего флера окружающей его обстановке.
Шенли сделал единственное, что мог сделать в данной ситуации. Он бросился бежать. Бежать, не разбирая дороги. Спотыкаясь о сухие корни деревьев, цепляясь за траву и растения. Но едва не умер от страха, когда над ним пронеслось что-то огромное, крылатое, с острыми когтями больше, чем его пальцы. Шенли упал… вернее, ему помогли упасть. Когда рыжая шубка мелькнула сквозь темно-зеленую мшистую окрестность, снова вильнула хвостом и уронила его стыдно – на живот.
Шенли вдруг почувствовал спиной биение сердца Цзин. Это была она, конечно. Над ними снова просвистели огромные крылья, и Цзин вдруг взмолилась тихонько:
– Спрячь меня, пожалуйста! Это Проклятый лес, он расположен подле пещер Лунъю, совсем рядом с нами лощина черного бамбука – долина Хэйчжу. Там царит густой волшебный туман, там пропадают и люди, и демоны, и звери… Там мои демонические силы не действуют! А… эти летающие твари, они охотятся на нас. И питаются демонами! Моя шкурка рыжая и заметная. Меня заберут!
Шенли хотел было заявить, что он будет только рад, если Цзин сожрет какая-то тварь. Но вместо этого сжался, когда снова услышал хлопанье крыльев над собой. И осторожно перевернул Цзин на спину, чтобы накрыть ее собой.
