Текст книги "Притяжение души (СИ)"

Автор книги: Элен Форс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)

Оргазм застилает глаза. Я даже не сразу поняла, что Матео кончил в меня, а я назвала его именем бывшего мужа.

Наверное, поэтому он и не отозвался.

Когда Алварес ставит меня на ноги, в его глазах горит яростное пламя. Не стоило вспомнить бывшего…

Глава. Встреча.

– Привет, ма. – Фиделю удалось найти для меня сим-карту с переадресацией местоположения. Теперь раз в неделю я уезжала подальше от бара, звонила маме и говорила с ней не больше десяти минут.

Моя жизнь похожа на секретную миссию, приходится изворачиваться, чтобы поддерживать иллюзию нормальности. Не знаю, хватит ли сил долго поддерживать обман, но я попробую. Слишком уж мне хорошо на данном этапе жизни.

– Привет. Как ты? – Чувствую облегчение в её голосе. – С тобой всё в порядке?

– Всё хорошо, мамуль. – Поправляю огромные очки на носу, со стороны напоминая агента – неудачника. – Сегодня у нас дождливая погода. Стою на берегу и гадаю через сколько пойдёт дождь.

Наши разговоры ни о чём успокаивают меня, один мамин голос вселяет в меня надежду на стабилизацию жизни. Знаю, что и ей становится легче после моих звонков.

– Может ты вернёшься домой? Я вчера говорила с Зейдом, он сделает всё, чтобы решить конфликт. Поверь мне, Гроссерия тебя не тронут. – Хотелось бы в это верить, но я хорошо помнила разговор Демида и папы, Брюнет открыто угрожал отцу. В прошлый наш с мамой разговор она обмолвилась, что сам Демид пропал и не выходил на связь. Никто не знал, где он и в каком состоянии находится. Отец Демида, Макс Гроссерия, никак не комментировал исчезновение сына и не отвечал на звонки отца.

После этого я стала сильно нервничать. О его смерти не было ничего слышно, значит, Омен жив. Но если Демид пропал, значит, мог быть либо в тяжёлом состоянии, либо мог искать меня, что значило, что Брюнет не забыл ничего и собирался поквитаться за попытку отравления.

– Обязательно вернуть, но не сейчас, мам. Хочу немного пожить тут. – Нас могли прослушивать, поэтому я никогда не говорила, где живу. Я старалась быть очень осторожной.

Даже не говорила маме, что уже две недели встречаюсь с горячим испанцем. Между нами с Матео определённо были отношения, странненькие, но были. Мы виделись с Алваресом каждый день, при каждой встречи с ним я съедала себя заживо из-за чувства стыда и неуместности нашей связи. Каждый день я принимала решение, что расстанусь с ним, мы встречались с Матео в общественном месте, я собиралась с ним поговорить, но все заканчивалось жгучим сексом. Я была не в силах отогнать это притяжение.

После того как Мама сказала, что Демид пропал, я стала сильно нервничать, не могла себе позволить расслабиться и плохо спала по ночам. Меня мучили кошмары, было страшно – вдруг я изувечивала его?

Мы говорим с мамой ещё минут пять, после чего я отбиваюсь, вынимаю симку, убираю её в специальных чехол и прячу в сумку. Нужно быть осторожной. Мне приходилось скрывать ещё многое от Алвареса, но мне испанцу пришлось признаться, что брак между мной и Фиделем фиктивный.

Постояв немного на пристани, я иду к рыбацкой улочке, прогуливаюсь мимо кафе и гостиниц, размышляя над нашими с Матео отношениями. Почему я так убиваюсь? В каком-то смысле я имею право на отношения и любовь. Вдруг Алварес послан мне свыше?

Матео был очень внимателен ко мне, любил меня слушать и часто говорил о своих чувствах, не скупился на признания и жутко был внимателен в мелочах. В общем, он делал всё то, чего мне так не хватало с Демидом.

Перед глазами мелькнула высокая фигура, вызывая судорожный спазм в желудке.

Показалось. Не зря говорят, чёрта вспоминать нельзя. В моём случае, Омена. Только подумала о нём, как он тут же мне примерещился.

Это просто парень. Высокий брюнет. Сколько в мире брюнетов?

Не могу же я шарахаться от каждого темноволосого парня!

Парень резко остановился, будто почувствовав мой взгляд, замер и обернулся, и я вросла в землю как вкопанная, теряя связь с реальностью.

Это галлюцинация?

В метрах двух от меня стоял Демид.

Демид Гроссерия. Собственной персоной. Живой и здоровый. Ахуительно красивый!

Мы замираем оба при встрече как громом поражённые. Демид не ожидал меня тут увидеть. Явно. Я вижу по его глазам, слишком много эмоций читаю во взгляде. Брюнет вышел из гостиницы, где видимо остановился.

Всё-таки искал меня! Зачем ему ещё быть на Майорке?

Жив засранец. Испытываю радость, я не хотела, чтобы он умер. Нет, зла я не могла ему желать на физическом уровне.

Нужно сорваться с места и уносить ноги пока есть возможность, но я не в силах сдвинуться с места. Не видела засранца уже почти полгода, он похорошел за это время, стал ещё красивее. Смотрит на меня своими голубыми глазами, раздевая, вглядываясь как в последний раз. Прибрежный бриз теребит ворот идеальной рубашке, придавая киношности его образу.

Кажется, по моим щекам текут слёзы. Глупо, но мне жутко хочется подбежать и обнять его. Соскучилась по острым скулам и непослушным чёрным волосам. Да что происходит со мной?

Я с Матео, у меня идеальные практически отношения с полицейским, если опустить маленький нюанс – парень не знает кто я на самом деле. А я цепляюсь за Алвареса как за спасительную шлюпку, не позволяющую мне потонуть.

Демид первым берёт себя в руки, медленно поднимает руку и манит меня указательным пальцем к себе, как тогда в баре. Становится жарко от ассоциаций. Я срываюсь с места и иду ровно в противоположную сторону, постепенно переходя на бег и пытаясь затеряться в толпе.

– Ника! – Слышу за своей спиной. Бежать на каблуках не удобно, ноги сами собой периодически подворачиваются, угрожая мне переломом. – Стой!

На повороте меня сбивает здоровенная тётка, вылетевшая из ниоткуда, я лечу прямо в цветочные насаждения у прибрежного кафе. Не успеваю даже разглядеть его наименование. Чайная роза, чей аромат обволакивает меня с ног до головы, обязательно бы содрала с меня кожу, если бы сильные руки не поймали меня за лямки рюкзака за секунду до позорного столкновения.

Дэм… Как всегда – вовремя.

– Ничего не меняется. – Он ставит меня на ноги рядом с собой и обнюхивает как животное. От него пахнет лекарством, и мне становится не по себе. Он проходит лечение? – Тебя никуда нельзя отпускать одну.

Вот так просто. Будто не расставались на полгода. Мы столько не виделись, а Демид говорит со мной так будто не расставались ни на минуту. Становится больно физически, не могу стоять рядом с ним и смотреть в бесконечно синие глаза.

– Куда хочу, туда и хожу. Я теперь женщина свободная. – Становится не по себе. Я ждала другой реакции, думала он захочет меня убить, отомстить за всё, что сделала, а он поразительно спокойный.

Демид поджимает губы, откровенно игнорируя.

– Я приехал, чтобы забрать тебя домой. – Изрекает он после длительной паузы, отводя меня в сторону, чтобы мы не мешали потоку прогуливающихся мимо нас туристов. Слова Демида учащают пульс. – Твою липовую бумажку о разводе я аннулировал. Ты всё ещё моя жена.

Слишком много стараний для того, кто впутался в не желанный брак.

– Теперь я Николетта Кальво. – Выдёргиваю руку из его лап, тут же прикусывая язык, ругая себя за излишнюю разговорчивость. Теперь придётся менять место жительства. Хотя, если Демид уже здесь, он знает кем я прикидываюсь. – И тут я не твоя жена.

Брюнет смотрит на меня снизу вверх, впервые вижу его таким гладко выбритым. Обычно Демид всегда ходил с щетиной, от избытка тестостерона у него очень быстро росла борода.

– Скоро мы это исправим. Поехали домой, Принцесса. Поговорим, уладим разногласия.

Как он может оставаться таким спокойным? Это какая-то новая тактика?

– Ты ничтожен, Демид. – фыркаю злобно, пряча руки в карманы и делая несколько шагов от него. Невыносимо так близко стоять к нему. – Отпусти меня уже, в конце то концов. Я только тут счастлива стала. У меня жизнь наладилась.

Ноздри Демида раздуваются всё сильнее от каждого моего слова. Взгляд тяжелеет.

– Пошли ко мне в номер, там поговорим в более спокойной обстановке. – Настойчиво повторяет.

– Не хочу. – Хладнокровие Демида меня убивает. – Ни за что не останусь с тобой наедине.

– Николетта. Я настаиваю. – Он делает шаг, чтобы коснуться меня, но меня всю передёргивает. Пусть отправляется к своей Изи. Туда ему дорога. – Ладно, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.

Брюнет взваливает меня на плечо как мешок с картошкой, смачно хлопает по попе, не замечая мои попытки вырваться. Отчаянно стучу кулаками и ногами по спине, пытаюсь укусить Демида, он лишь хихикает, тиская лапами мою попку.

В гостинице если кто и удивлён нашим появлением, то виду не подаёт, мы проходим мимо стойки ресепшен к лифту, я верещу и зову на помощь, но никто не реагирует. В каком же бездушном мире мы живём.

– Можешь не стараться, это моя гостиница и тут все работают на меня. – Поясняет Дэм, нажимая кнопку «4». Поднимаю голову и смотрю на наше отражение в зеркало. Зрелище ещё то. У меня волосы растрепались, лицо красное, а зато Демид красавчик. – Но я соскучился по твоим крикам, Малышка.

Малышка. С каких пор такие ласковые обращения?

Дыхание учащается. Матео так называет меня в минуты близости.

Он слышал? Демид видел нас?

Глаза округляются в панике. Матео. Он же может убить Матео!

– Оставь меня, Демид. У меня другие, счастливые отношения и шикарный секс. Я наконец-то с уравновешенным и прекрасным мужчиной, способным доставить мне удовольствие! – Но мои слова не достигают цели. Он тащит меня по коридору гостиницы, не позволяя вырваться. Даже слова о другом не цепляют его. Демид всё знает уже.

Брюнет заносит меня в свой номер, достаточно обжитый для того, кто недавно приехал на Майорку. Сколько он уже здесь и что он успел разнюхать?

ХХХ

– Я не буду тебя пристёгивать наручниками к батарее, но пообещай мне, что не будешь убегать. – Демид усаживает меня на кровать, проводит большим пальцем по губам, магнитя их больным взглядом. Сглатываю. Невозможно игнорировать нарастающее напряжение.

Может антидепрессанты повредили ему мозг? Уничтожили в нём агрессию? Или, наоборот, он до сих пор в эйфориевой коме?

– Раз уж мы вот так встретились, тогда не буду больше откладывать этот разговор. Итак, затянул с ним. – Демид качает головой, достаёт из бара бутылку моего любимого шампанского, как будто готовился к встрече, и ставит её на журнальный стол. – Давай выпьем в честь встречи?

Если он откладывал разговор, значит, давно следит за мной.

– Я не пью.

– Странное качество для владелицы бара. – Значит, всё знает. Поджимаю испугано пальцы на ногах, чувствуя животный страх. Я каждый раз наивно недооцениваю Демида. – Не бойся, Малыш, бить по попе не буду.

– Ты умом тронулся? – Нервно сжимаю заправленное одеяло. – Моя попытка тебя убить не прошла бесследной для твоей головы?

– Типо того. – Демид галантно разливает шампанское, ведёт он себя странно. Как удав выжидает момент для идеального удушения? Ничего не понимаю.

Сбрасываю босоножки и забираюсь с ногами на кровать, подальше от Демида. У меня все мышцы сводит от страха, он ещё тот психопат, не угадаешь что придумал.

Демид протягивает мне бокал с шампанским, приходится его принять дрожащей рукой.

– Чтобы ты не сказал и не сделал, это не изменит моего отношения к тебе. – Предупреждаю опрометчиво, забывая об инстинктах самосохранения. С моей стороны глупо лезть на рожон. Я завишу от Демида.

Еле задавливаю в себе желание плеснуть шампанским Демиду в лицо.

– Ты моя, Ника. Моя сладкая женушка. И ВОТ ЭТО ничто не изменит. – Видимо нервы у Брюнета всё же сдают, потому что он достаёт пачку сигарет из кармана брюк и закуривает, стряхивает пепел прямо под ноги на дорогущий дизайнерский ковёр. Демид всегда курит, когда нервничает.

– С каких пор у тебя такая любовь ко мне?

– С самой первой встречи… – Какой лицемер. Полгода назад он готов был меня придушить за не опрометчивые слова об Изи. – Но сейчас не об этом. Демид бросает сигарету в бокал с шампанским, быстро сокращая дистанцию и касаясь моего лица, нежно проводя по щекам. Мы с ним одного роста, когда я стою на кровати.

Замечаю стояк в его штанах. Вот что ему нужно и на какие разговоры он притащил меня в гостиницу. Теперь всё становится понятно. Демид соскучился по своей всегда готовой на всё игрушке. Кто ещё будет так самозабвенно обслуживать Брюнета бесплатно по собственной воле?

– Я не буду с тобой спать, ты мне противен… Ты… – Все слова тонут в глухом поцелуе, я закрываю глаза и тут же слышу звон ремня, это жутко коробит. У меня есть Матео. Мой Матео. Я пытаюсь сопротивляться и пинаю Демида, чудом вырываюсь из его захвата. – Животное похотливое.

– Для той, кто ненавидит бывшего мужа и не хочет быть с ним, ты слишком томно стонешь. – Демид поднимает руки, оказывает бляшка от ремня звенела от столкновения с моей сумкой. Брюнет не пытался раздеться.

Я что выдаю желаемое за действительное?

– Это твои галлюцинации. – Огрызаюсь, болезненно реагируя на вкус Демида на губах. Он как яд проникает вглубь, отравляя сознание. Поднимаю руку и начинаю тереть губы, пытаясь унять жжение.

– Разве? Давай так, если ты сухая, я уйду и никогда не вернусь, но, если ты мокрая… Внимательно слушаешь меня и не препираешься.

Глупая игра не приходится по вкусу. Во-первых, я уже мокрая, то есть уже проиграла, а во-вторых, ни в какие переговоры с Демидом вступать не собираюсь. Он достаточно хитёр, обманет и не замечу.

– Говори, что собирался. Только отойди от меня. – Вытягиваю руки, желая обозначить личные границы.

– Боишься, что не удержишься и набросишься? – Язвит.

– Боюсь выцарапать глаза. – Огрызаюсь в ответ.

– Люблю тебя. – Обескураживает своим признанием.

– Смешно. – Вздрагиваю, не готова была услышать признание пусть и шутливое. Отворачиваюсь от Демида, не хочу смотреть в его прекрасные глаза, признающееся мне в любви. Интуитивно обхватываю себя руками, желая защитить. – Скажи ещё, что всё осознал и понял, что любишь меня и жить без меня не можешь.

Издаю смешок, жду, когда Брюнет съязвит в свойственной ему манере, но он молчит. Заставляю поднять голову и столкнуться с правдой. Демид стоит у края кровати, послушно держась от меня на расстоянии и спрятав руки в карманах дорогущих брюк, Брюнет смотрит так, что меня тошнить начинает.

– Это новая стратегия мести? – Спрашиваю его сломанным голосом, начиная себя нервно щепать, чтобы сон прекратился. – Ты решил меня теперь так изводить?

– Нет, Малыш. – Отвечает Демид нежно, он говорит не спеша, чтобы не спугнуть, и мне ужасно хочется ему верить.

О Боги. Я вытираю слёзы со щёк.

Матео. Матео Алварес…

– Поздно, Демид. – Говорю ему сквозь нескончаемый потом слёз. – Поздно. Мы не можем быть вместе. У меня другой мужчина теперь. Я изменила тебе… Между нами действительно стоит точка.

Глава. Признание.

– Матео? – Меня ведёт из стороны в сторону. Я захожу в квартиру Матео, чувствуя себя шлюхой. Раньше я никогда не была у Алвареса, он особо и не приглашал меня в гости, но сейчас нам нужно было срочно поговорить.

Я знала подъезд и дом, где живёт Матео, спросила внизу консьержа номер квартиры и поднялась. Дверь оказалась не запертой, я толкнула её и вошла внутрь. Алварес не отвечает на звонки.

Квартира Матео пуста, тут ничего нет кроме десятка коробок. Даже мебели нет, как будто тут никто не живёт. Неужели Демид успел добраться до него так быстро?

По коже пробегает жгучий холод, я погубила Алвареса.

На моё признание Демид отреагировал странно, протянул руку и попросил спуститься с кровати, снова повторил, что хочет поговорить со мной, обещал показать нечто важное. Его ледяное и не пробиваемое спокойствие пугало меня, не мог он так спокойно реагировать, а значит успел что-то сделать Матео.

Я приняла руку Демида, а потом всё произошло как в тумане. Оттолкнула его и побежала снова прочь от него босиком, вырываясь на лестницу и сбегая вниз. У самого выхода из гостиницы я поймала такси и сразу же назвала адрес Алвареса, моля Бога, что успею сюда быстрее Демида. Нужно было предупредить Матео, помочь ему спрятаться.

Верить, что он сможет сам противостоять Демиду, глупо.

– Матео? – снова зову его и замираю, замечая за коробками приоткрытую дверь. Ступни горели, я не привыкла ходить босиком и содрала кожу асфальтом, ранки болезненно жгли, но я заставляла себя двигаться. – Матео, ты тут?

Замечаю приглушенный свет в конце квартиры, иду в маленькую комнату, напоминающую отдаленно кабинет – лабораторию. Весьма необычное помещение. На массивном столе стоит холодильная камера, полностью стеклянная. То, что это холодильник, я догадываюсь из-за цифр с температурой в углу, знакомому урчанию и небольшому образованию льда на дне камеры.

Передо мной оказывается лицо Матео. Вскрикиваю, пугаясь не на шутку, что Демид содрал с Алвареса лицо, но потом до меня доходит – это резиновое лицо. Очень реалистичная маска, выдаёт лишь отсутствие глазниц в прорезях для глаз.

Маска лица Матео. Что это значит? Маска для розыгрыша? Ничего не понимаю.

Рядом с камерой лежит упаковка линз, парик и пачка документов на имя Матео Алвареса.

За спиной раздаются шаги, мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто стоит за моей спиной. Силы покидают тело, требующего объяснений. Опираюсь о стол.

– Всё это время… – Не могу сформулировать мысль, мне трудно говорить.

– Я играл роль Матео. – Жестоко подтверждает Демид, прислоняясь к косяку двери. – Спектакль затянулся. Сначала я хотел просто присмотреть за тобой, пока ты наслаждаешься самостоятельной жизнью, а потом всё сорвалось... Я всегда хотел тебя слишком сильно, Ника. Не мог противостоять влечению и логике.

Какой же он сукин сын. Снова играл с моими чувствами, делая из меня дуру.

Демид оттолкнулся от косяка, заходя в комнату.

– Именно это я и хотел тебе сказать и показать. – Демид пытается обнять меня, но я уворачиваюсь. Не хочу, чтобы он трогал меня.

– Убери… от меня… свои руки! – Во мне просыпается истеричка.

– Ты отрицаешь очевидное, Ника. Ты моя. Душоq. Телом. Сознанием. Я могу поменять внешность, голос, манеру поведения, но ты из тысячи мужчин всё равно будешь выбирать меня. Снова и снова. Это притяжение души. Ты моя. Была. Есть и Будешь. Это любовь.

– Херня это всё. – Срываюсь на крик.

– Ника… я – Демид вздыхает и помещает в рот маленький камушек, после чего начинает говорить голосом Матео. – Не выпускал тебя ни на день с момента твоего прибытия в Испанию. Я следовал за тобой по пятам каждый день с момента твоего отъезда. Я был рядом и ждал, когда гнев поутихнет в тебе. Искал нужные слова, чтобы подобраться. Именно это я и хотел сказать тебе в гостинице.

Что?

– Ты арендуешь у меня дом. – Продолжает спокойно пояснять он. – На моей площади ты открыла бар, мои люди сделали тебе ремонт и моих же людей я устроил к тебе, чтобы они приглядывали за твоей безопасностью. Фидель – молодец, но он один мало что может против таких людей как Эррера.

Снова вся моя жизнь – иллюзия. Это ни я сделала всё сама, это Демид.

– Я тебя…

– Любишь, знаю, малыш. – Демид берёт моё лицо в свои ладони, вжимая в стену. – Посмотри на меня, пожалуйста. Я тоже тебя очень люблю. Ещё в Москве я хотел сказать тебе это и попросить прощения. Нам действительно нужно серьёзно поговорить, перестать лгать друг другу, бегать, просто сесть и поговорить.

Теперь я уже сама опираюсь о его руки, чтобы не упасть. Голова кружится, и я начинаю терять сознание. Чувствуя моё состояние, Демид прижимает меня к себе крепче, не позволяя упасть.

– Иди сюда… – Он обхватывает меня за талию, целует в губы и затем поднимает на руки. Цепляюсь пальцами за мощную шею, утыкаюсь носом в мужское плечо, чувствуя себя слабой как никогда. Как я могла не узнать в Матео Демида? Видела же поразительное сходство, но списывала всё на эмоциональную нестабильность, не вслушивалась даже в то, что он говорил. А ведь каждое слово Матео было сказано Демидом, адресовано мне.

Демид усаживает меня в машину на переднее сиденье, он приехал сюда на модном Порше с откидным верхом, я его видела пару раз недалеко от бара, но даже не могла подумать, что полицейский Алварес приезжает в бар на такой дорогой машине.

Какая же я слепая дура.

Брюнет садится за руль, заводит машину и трогает с места.

– Предупреди Фиделя, что сегодня не приедешь ночевать. Отвезу тебя в гостиницу, поговорим там.

– Я хочу поговорить на своей территории. Так мне будет спокойнее. – Собираю пальцами юбку сарафана, не надеюсь даже, что он пойдёт не навстречу. Демид привык делать всё по-своему. Но он в ответ согласно кивает.

– Бар или дом?

– Дом. – В баре в это время было много гостей, а нам нужно было поговорить тет-а-тет.

ХХХ

Демид относит меня сразу в ванную на втором этаже, прекрасно ориентируясь в доме. Не удивительно, это же его дом. Осведомлённость Демида вызывает спазмы тошноты, я так долго бегала от него, мучилась, а он был всегда рядом и прекрасно знал, что со мной происходит и позволял страдать.

Брюнет усадил меня на край ванной и быстро помыл начисто перепачканные и окровавленные ступни ног. Демид делал всё бережно и забавно дул на царапинки, когда я морщилась, несколько раз поцеловал ступни, вызывая прилив нежности в глубине души.

– Болит?

– Терпимо. – Из ванны я уже выбираюсь самостоятельно, с удовольствием обуваюсь в мягкие тапочки, принесённый Дэмом. Брюнет окутал меня заботой, это было очень мило, и мне хотелось сделать что-нибудь в ответ. – Сделать кофе?

– Можно и кофе. – Соглашает Демид, и я слышу радость в его голосе.

Мы спускаемся в столовую, и я размещаю турку с кофе на плите. Последнее время я полюбила свежесваренное по-турецки кофе. Попробовала в одном из кафе и теперь постоянно баловалась им.

Демид сел за стол, не дожидаясь приглашения, и наблюдал за мной с интересом. Было жутко неудобно делать что-то в его присутствии, у меня дрожали руки, элементарные вещи давались с трудом. Мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы разлить кофе по чашкам и не залить им стол.

– И о чём ты хотел поговорить? – Ставлю кофе перед Брюнетом, пытаясь поверить, что происходящее реально и я только что сварила Демиду Гроссерия кофе. И ему для этого даже не пришлось приставлять к виску дуло пистолета.

– Я так и не успел сказать тебе главное в наш последний день в Москве. – Говорит Демид, проводя рукой по коротким волосам по привычке. Он подстригся, видимо, чтобы было удобнее носить парик. – Что люблю тебя.

Дёргаюсь. Не привычно слышать нечто такое от него. Демид не лжец, но не могу поверить на слово, кажется, что он обманывает меня, желая поквитаться.

– Уже тогда я хотел попросить прощения, сказать, что сильно виноват и заслуживаю любого наказания. – Грустная улыбка Демида вызвала першение в горле. – Но ты подобрала его уже для меня.

Демид тянется ко мне и ласково проводит рукой по щеке, от шока приоткрываю рот.

– Неужели ты действительно думала, что можешь сбежать, улететь и спрятаться? Я позволил тебе улететь, потому что не хотел больше применять силу. – Губы нашли мой висок. – Хотел, чтобы ты вернулась ко мне сама. Хотел завоевать твоё доверие.

– Странные способы… – бормочу оторопело.

– Какие есть. – Соглашается он.

Демид рассказал мне правду. Впервые в нашей жизни он сел и рассказал мне всё от начала до конца. От знакомства с Изи до нашей встречи, все свои чувства и мысли, разговор с отцом и как он осмысливал всё, что произошло.

Его рассказ занял не меньше часа, но для меня время пролетело незаметно. Слушала его внимательно, пропуская всё через себя. Я не стала злиться на него меньше, но слова и поступки Демида стали понятнее.

– Ты не отпустишь меня?

– Нет. Я знаю, что ты любишь меня тоже, просто злишься, поэтому не отпущу. Просто буду каждый день делать что-то, чтобы твоя злость стала меньше.

– Романтичное дерьмо, не подходящее тебе! – Фыркаю и отворачиваюсь. Но как же приятно слышать такое. Не могу заставить себя его оттолкнуть, если есть хотя бы маленький шанс, что это правда, я обязательно им воспользуюсь. – Было жестоко прикидываться другим человеком.

– Наверное. Извини. Мне нужен был способ присматривать за тобой. Пришлось применить определённые рабочие навыки, дальше всё вышло из-под контроля. Придётся смириться, я не могу держать себя в руках при тебе. И я искренне хотел тебе всё рассказать, ещё в ресторане, но ты убеждала меня, что тебе хорошо одной и что ты не хочешь ничего менять, поэтому я сдался и решил дать тебе время… потом увидел тебя на пляже и… снова всё полетело к чертям. После нашего секса в раздевалке я не знал, как снять маску и признаться.

– Я сжирала себя, чувствуя шлюхой… – Опускаю глаза, злости не было. Наоборот, я удивительно спокойно реагировала, испытывала даже облегчение. – Мне казалось, что я готова наброситься на первого встречного.

Демид улыбнулся, я видела такую улыбку у Матео, но у Демида не разу. За всё наше время он впервые так улыбался мне. Как на том свадебном фото.

– Ты ни раз «Матео» называла Демидом во время близости, поэтому я прощал тебе всё. – Демид снова примирительно коснулся руки. Он постоянно трогал меня, видимо ему было жизненно важно чувствовать близость. – Тем более, у меня никогда не было сомнений в тебе, твоя душа чувствовала намного больше, чем глаза.

Убираю руку и отодвигаюсь от Демида. Такая романтичность была ему не свойственна.

– Не привычно видеть тебя таким. Ты пугаешь меня. – Признаюсь ему. Взгляд Брюнета мрачнеет. – Мне всё равно кажется, что ты обманываешь, чтобы отомстить. Или решил залатать мною дыру от предательства твоей покойной жены.

– Я докажу, что это не так. Поверь мне, больше тебя своим поведением я наказал себя самого. – Трогаю руками горящее лицо. Всё реально?

– Ника! – ревёт Фидель, врываясь голосом в наше пространство и нарушая единение. Мы с Демидом вздрагиваем от неожиданности одновременно, испытывая разочарование. – Ты дома? Куда пропала? Я извёлся весь, ты должна была вернуться в бар полчаса назад.

Фидель заходит на кухню, видит меня и с облегчением выдыхает. Демида ему не видно из-за стены. Я так растеряна, что сижу на стуле и не могу бровью пошевелить.

– Фуф. Клянусь, я пересрал. Пытался лихорадочно понять, что могло случиться и кого из твоих мужиков в этом винить. – Я уже говорила, что наше с Фиделем общение стало совсем простым, но теперь, когда в нескольких сантиметрах от меня сидел Демид, это казалось неуместным, как будто я с другим мужчиной перешла какую-то черту. Даже покосилась на Демида, пытаясь оценить его реакцию.

Фидель подошёл ближе, он сначала заметил лишнюю чашку с кофе, а потом гостя.

Как в замедленной съемке я наблюдала как округляются от шока глаза Фиделя, как вытягивается лицо. Фидель ахренел при виде Демида.

– Привет, Фидель. – Демид откинулся поудобнее на стуле, наслаждаясь реакцией телохранителя. Если бы Демид не был всеми моими мужиками в одном лице, то я бы точно отхватила от слов Фиделя. – Как дела?

Фиделя парализовало, он замер, боясь пошевелиться, только глаза комично выпучил в мою сторону, спрашивая без слов «Это не глюк?» Сейчас горячий итальянец больше смахивал на комичного клоуна.

Хорошо его понимаю, у меня была такая же реакция на набережной.

– Выдыхай. Я здесь с миром. – Усмехается Дэм.

– Всё хорошо, Фидель, правда. – Судя по лицу итальянца он не верит ни единому слову. Напряжение не отпускает, Фидель напоминает искрящий провод. – Матео… это и есть Демид. Так что он в курсе всего.

Произнеся последнее, я опускаю глаза, чувствуя себя идиоткой в очередной раз. Судя по судорожному вздоху Фиделя он тоже не думал, что Демид Гроссерия – великий актер, по которому плачет Оскар. Ди Каприо отдаст свою статуэтку, если узнает какой трюк он провернул. Водил нас за нос полгода.

У Фиделя начинает комично дёргаться бровь, видимо напряжение достигает апогея.

– На самом деле я хотел поблагодарить тебя за верность Нике. – Демид поднялся на ноги и протянул Фиделю руку. – Когда она настаивала забрать тебя из Рима, я сомневался в её решении, но теперь не жалею. Ты порядочный человек, Фидель. Я очень благодарен тебе. Можешь обращаться ко мне по любому поводу.

Итальянец протянул руку в ответ осторожно, словно боясь, что Демид сломает её, когда их ладони соприкоснуться.

Фидель нерешительно кивает, у него не хватает смелости сказать «спасибо», и я прекрасно его понимаю. Демид умеет давить ментально. Вроде бы не делает ничего, а всё равно страшно.

– А теперь оставь нас, пожалуйста, с Николеттой, у нас накопилось много тем для разговора. – Мягкость голоса не обманывает ни меня ни Фиделя, это приказ. Телохранитель переводит на меня взгляд, ждёт моего решения. Отпускать Фиделя совсем не хочется, мне страшно, не хочу оставаться с Демидом наедине, но понимаю, что против Брюнета Фидель не сможет ничего сделать. Да и Демид, если бы собирался что-то сделать, но не привёз бы сюда. Поэтому киваю, стараясь выглядеть убедительно.

Фидель вздыхает, боится за меня. Демид правильно заметил, он предан мне, настоящий друг, и за этого я люблю его как брата.

– Скину тебе сейчас адрес гостиницы, можешь поехать туда, тебя разместят на самом высшем уровне. – Демид достаёт телефон из кармана и отправляет сообщение Фиделю. – Не переживай, обижать Николлету не буду.

Слова Брюнета совершенно не успокаивают. Наоборот. Звучит так, что точно будет.

С уходом Фиделя напряжение в доме нарастает. Странно находиться вместе в одной комнате, мы выпили кофе, Демид рассказал всё, но мне было невыносимо не ловко в его присутствии. Я постоянно обнимаю себя за плечи, пытаясь успокоить. Всё будет хорошо. Демид пришёл с добром.

– Вкусный кофе. – Решает нарушить молчание Брюнет спустя пятнадцать минут гробовой тишины. Демид как самый послушный мальчик выпел всё до дна, непроизвольно усмехаюсь. В любой другой день я бы съязвила по этому поводу, но сегодня нет ресурса ёрничать. – Может, выпьешь чего-нибудь покрепче, чтобы успокоиться?

Демид непринуждённо сидит за столом, а я стою у окна, пытаюсь не смотреть на него.

Внутри странный штиль, во мне нет негодования или злости, наоборот, я испытала облегчение. Всё стало на свои места.

– Не хочу. – Слишком поспешно отрезаю, на одном стакане я не остановлюсь, а если напьюсь – наделаю глупостей. – Просто пытаюсь понять тебя. В Москве ты с регулярной завидностью возил меня мордой по полу, напоминая о своей любви Изи, указывал на моё место… А теперь ты сидишь на моей кухне и рассуждаешь о великой любви. Вроде, говоришь правду, но я боюсь поверить. Понимаешь? Боюсь, что опять доверюсь, раскроюсь и ты снова разобьёшь мне сердце.

– Я думал ты смелая девочка. Не боишься рисковать. – Такой похвалой он меня не задобрит.

– Ты превратил меня в размазню.

– Глупости. – Он поднимается, и я прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы не закричать «Не подходи». – Ты очень сильная и смелая, кто бы ещё решился отравить Демида Гроссерия? М?