Текст книги "Притяжение души (СИ)"
Автор книги: Элен Форс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 25 страниц)
Красавица.
– Ты не спал? – спросила она, нежно касаясь моей спины. – Прости, пожалуйста. Тебе нужно прилечь и немного поспать. Хотя бы пару часов. Я приготовлю тебе завтрак, когда ты проснешься.
– Между нами ещё ничего не было, а ты уже готовишься мне завтрак. – Неудачно шучу. Она вспыхивает. И я решаю, что между нами будет всё.
Глава. Прощание.
Демид.
– К чему этот ужин? – Малышка Ника нервно забрасывает ногу на ногу, усаживаясь за стол. Она скрещивает руки на груди. Смотрит на меня как волчонок, зло, с вызовом. Только в ней может быть столько эмоций. Неподдельных. Вкусных.
– Хотел поговорить с тобой. – Меня не было дома три недели, намного дольше, чем я планировал. Но мне было нужно время, чтобы обдумать содержимое папки и решить, как жить дальше. – Серьёзно.
Малышка закатывает глаза, стоило мне приехать как она всем своим видом стала показывать, что эти три недели были самыми прекрасными для неё, потому что меня не было дома.
– Надеюсь, что ты решил развестись и отпустить меня. – Выдаёт она, мотыляя ногой. – Очень уж хочется перестать видеть твоё лицо.
– И не надейся. – Говорю ей, наблюдая за тем, как наша новая горничная Есения достаёт из холодильника торт с кремом, режет его на куски и укладывает на тарелочки.
Торт. Как забавно. Точно такой же испекла Изи, когда собиралась меня отравить. Может, это превратности судьбы и теперь меня собирается отравить Ника?
– Оставите нас, Есения? Нам с женой нужно поговорить.
Смотрю на неё, на нервную ножку, на рваное дыхание. Потом смотрю на торт.
Забавные превратности судьбы.
Отламываю кусок и кладу в рот. Внимательно смотрю на свою девочку, она перестаёт дышать, наблюдая за тем, как я ем его.
Ну что, заслужил. Видимо, я очень хреновый муж, если уже вторая жена травит меня.
Тело начинает сразу же неметь.
– Ника? – зову её, пока могу ещё говорить. Она не в силах говорить, страшно дурочке. Я заставляю себя улыбнуться. Слова начинают даваться с трудом. – Запомни. Ты. Моя. Была. Так. и будет.
В глазах темнеет…
Николетта.
Как же страшно!
Меня трясло всю. Дико. Знобило от страха и предвкушения.
Демид прислал сообщение, что будет через час и сказал, что хочет поужинать и поговорить со мной. Неужели, он и в этот раз узнал о моих планах?
Я долго готовилась к этому дню, более осторожно после неудачи со Смерчем и более решительно после приезда родителей.
Переспать со Смерчем не получилось, но вот обрести в его лице союзника – да. Человек с отстреленным пальцем стал моим союзником. Он сам нашёл меня, передал записку в моём любимом ресторане, написал на салфетке, что если мои намерения расправиться с мужем ещё в силе, то он с удовольствием поддержит меня.
После этого мы общались исключительно на салфетках в ресторане.
«Нужен компромат на Омена. В туалете в кабинке устройство для перехвата связи. Найди компромат. Взамен я организую твой побег.»
Как выяснилось кабинет Демида был оборудован как бункер, сигналы не заходили в него и не выходили. Пришлось проявить смекалку и находчивость, чтобы записать переписки и разговоры с телефона Дэма. Я день за днем думала, как найти компромат.
Флиртовала со всей его охраной, чтобы собирать по крупице информацию о передвижениях и встречах Демида, чтобы сопоставлять эту информацию с тем, что было у меня.
Так, сидя постоянно дома, я рыла под Демида.
Позже я попросила купить Фиделя ноутбук, чтобы Демид о нём ничего не знал. Пришлось изловчиться, чтобы найти под него тайник и узнать покрытие камер в доме. Я должна была быть уверенной, что Демид не узнает о нём.
За это время я многое узнала о нелегальном бизнесе Дема: поставки оружия, военной техники, строительство военных баз и госпиталей. Легальный бизнес меня мало интересовал. Теперь я понимала, почему его считали опасным человеком. У Демида были по всему миру свои люди, и это были не просто бандиты или головорезы, это была многочисленная профессиональная армия.
Семью Гроссерия никто не трогал, потому что никто не знал, где расположены их военные активы, сколько их и так далее. Половину информации члены семьи держали в голове и передавали друг другу устно, таким образом, никто не мог узнать, где они и как их можно ликвидировать.
То, что я собрала, могло позволить значительно ослабить их семью. У меня список их тайной недвижимости, локация частных самолетов, базы и трафик поставок оружия и техники.
Нужно было решить, отдавать эту информацию Смерчу или нет. Эти данные могли сильно навредить не только Демиду, но и его семье. А они не были виноваты в том, что он такой мудак, поэтому я решила рискнуть и усидеть на двух стульях.
Я сказала Смерчу, что буду отдавать частями информацию. За криптокошелек я отдала ему список с военными базами, большую часть данных я исказила так, чтобы Смерч, когда проверил данные, не понял, что это липа, но и не смог найти все.
Чтобы уладить проблему с утечкой информации Демид уехал по делам. Как он удивится, когда узнает, что виновник его проблем был ближе, чем он думал, и улетать никуда не было нужно.
За время его отсутствия на чёрном рынке я купила два новых паспорта. Согласно им я была испанкой, замужем за Фиделем. Купила дом в Испании и билеты туда из Москвы с открытой датой.
После я продала Смерчу абсолютно липовые данные, за что он отдал мне паспорт и билеты. Я знала, что Смерч захочет убрать меня, поэтому, чтобы он думал, что я глупа и доверчива, на новый паспорт я купила билеты в Рим.
День Х был близко.
Оставалось расправиться только с Демидом. Это самое сложное. В библиотеке между книг я нашла статью про лекарственные свойства антидепрессантов, их нервно парализующее действие. Эта статья была подарком судьбы. Я заметила там даже заметку ровным почерком. Кто-то рекомендовал добавить их в торт, чтобы заглушить их вкус.
Демид видимо уже как-то применял нечто подобное, ну или Изи не была такой прекрасной как мне о ней рассказывали.
Я купила торт, взбила сама крем и убрала его в холодильник.
– Скучала? – Голос Демида показался мягче чем обычно, или у меня разыгралась фантазия на нервной почве. Он даже казался мне другим, не таким напряженным.
– Обскучалась. – Ответила ему, держась на расстоянии от него.
– Я тоже. – Ответил он, проходя сразу в столовую и усаживаясь за стол. Мне пришлось сесть напротив него. – Соскучился по тебе.
Он может о чём-то догадываться!
Есения накрывает на стол, и мы начинаем есть, Демид не торопится, наблюдает за мной и мне кажется, что он всё знает.
– Как прошли твои три недели?
– Замечательно.
– Расскажешь, чем занималась? Куда ходила, что делала? – Спрашивает он. – Ты выбрала университет, куда переведёшься?
– Нет. У раба не должно быть высшего образование.
– Мне нравится подчинение только в постели, в обычной жизни думаю, нам не стоит это практиковать.
– Иди к чёрту, Омен.
– Не говори так, для тебя я не Омен.
– К чему этот ужин? – Не понимаю, чего Демид хочет от меня. Опять проводит воспитательные мероприятия, или что с ним такое? Сегодня он какой-то странный.
– Хотел поговорить с тобой. Серьёзно. – Точно всё знает. Смотрю на потолок, прося Всевышнего оказаться хотя бы раз на моей стороне.
– Надеюсь, что ты решил развестись и отпустить меня. – Не буду до последнего сдаваться. – Очень уж хочется перестать видеть твоё лицо.
– И не надейся. – Есения достаёт злополучный торт, и мне становится дурно. Начинаю нервно трясти ногой, дыхание сбивается. Хочется выкрикнуть, чтобы он не ел его.
Демид послушно отламывает кусок и кладёт в рот. Смотрит так, что я начинаю плакать, больно физически от того, что я сделала. Демид может умереть. Если скорая приедет позже намеченного, он умрёт. Я стану убийцей. – Оставите нас, Есения? Нам с женой нужно поговорить.
А Демид ест этот торт так, будто знает правду и всё равно его ест.
– Ника? – Спрашивает он, чувствую, что у него уже изменилась речь. – Запомни. Ты. Моя. Было. Так. и будет.
Его пошатывает, он падает вместе со стулом, а я жмурюсь. Вот и всё. Половина дела сделана.
Убеждаю себя, что Демид не оставил мне выбора. Он просто не отпустил бы меня.
– Знаешь, что это, Демид? – спрашиваю его, наблюдая за тем, как веки мужчины тяжелеют и он сам ослабевает. Достаю из шкафа заранее приготовленную папку. – Это документы о разводе. Мы сегодня с тобой официально развелись. Я улечу и больше никогда тебя не увижу.
Беру его руку и подписываю документы. Я долго тренировалась подделывать его подпись. Сидела в кабинете за его столом и выводила заветную подпись.
– Так что я больше не твоя, Демид, официально. – Фотографию заявления отправляю Смерчу, чтобы он оформил наш развод. Это ещё один пункт нашего договора. – В тебе лошадиная доза антидепрессантов с обратным захватом серотонина. Сейчас они парализовали твою центральную нервную систему, поэтому ты не можешь говорить. Постепенно тебе станет трудно дышать… Потом твой мозг начнёт вырабатывать смертельную дозу серотонина, ты поймаешь эйфорию и умрёшь. Фидель только что вызвал скорую и предупредил медиков врачей, что с тобой. Они должны успеть до того, как твой мозг убьёт сам себя. – Я сажусь рядом с ним, провожу рукой по волосам Брюнета нежно, у него очень мягкие волосы в отличие от него самого. Мне всегда нравилось впутывать пальцы в непослушные локоны. – Твоей смерти я не хочу, Дэм, но и быть с тобой мне невыносимо. Правду говорят, от любви до ненависти один шаг. Я тебя как увидела в баре, как с ума сошла, влюбилась с первого взгляда, меня к тебе тянуть стало со страшной силой. Я как мотылёк на огонь летела, как тянулась к тебе. Ты дарил мне улыбку, шанс, что можешь полюбить меня и я расцветала, делала всё, чтобы заполучить тебя. Я готова была на все трудности. А оказалось, что ты любишь свою бывшую жену, твоё сердце принадлежит только ей. Мне остаётся лишь радоваться тому, что я могу стоять рядом с тобой. Ты был жесток со мной Демид. Ты обманывал меня. Знал, что ты мне нравишься и использовал это против меня. А потом… даже не нашёл в себе силы отпустить меня. Оставил рядом со мной как Барби коллекционную.
Вытираю слёзы.
Нужно идти. Нужно бежать.
– Я люблю тебя очень, Демид. Если ты любил Изи, то должен знать, что это такое, видеть любимого человека без возможности быть с ним. Это пытка. Невыносимая пытка. На которую ты меня обрёк. Прости за такое прощание. Но ты не оставил мне выбора.
Беру со стола полотенце, мочу его и кладу Демиду на голову.
– У меня есть весь список ваших баз и медучреждений, передвижения оружия и адреса недвижимости твоей семьи с запасными аэродромами. Смерчу я слила пару баз. Можешь расправиться с ним, как поправишься. Остальное всё, что я ему дала липа. Если попытаешься навредить моей семье, я обнародую все на чёрном рынке.
Его губы растянулись в улыбке. Или это началась эйфория?
– Прощай, Дэм. – Я позволила себе поцеловать его в последний раз. Встала и побежала к выходу. Скорая должна была успеть.
– Ника? – слабый голос заставил меня остановиться. В Демиде было столько лекарства, что он не должен был говорить, но Брюнет как-то нашёл в себе силы не только сказать моё имя, но и привстать с пола. Его силой нельзя не восхищаться. – Прости меня, м…
Последнее я совсем не разобрала, его язык заплетался.
Я побежала вперёд.
Времени не оставалось….
Глава. Его глазами...
Демид.
Девочка выросла. Девочка больше не маленькая куколка с синяком на скуле, что дрожала от страха и боялась посмотреть мне в глаза.
Передо мной красивая женщина, знающая себе цену и умеющая использовать свою красоту. Маленькая Николетта умела пользоваться своими данными и крутить мужчинами.
Она смотрела на меня во все глаза, немного приоткрыв чувственные губы. Хитрый язычок мелькал между губ.
Малышка Ника смотрела на меня неотрывно. Узнала?
Маню её пальцем, подзываю к себе, хочу поприветствовать и выразить уважение к отцу. Рад видеть, что у неё так хорошо всё сложилось.
Она послушно поднимается, смотрит так, что неожиданно простреливает в паху. От одного взмаха чёрных ресниц я чувствую жёсткий стояк. Приходится сцепить зубы, чтобы не застонать в голос. Чувствуя мою реакцию, она подходит вплотную и подаёт руку.
– Николетта.
Нет. Не узнала. Приняла за ухажёра. Стреляет глазками. Старательно пытается соблазнить.
Да. Малышка определённо выросла.
– А это Рамола. – Она говорит вызывающе, умело расставляет сети. Да. Маленькая Ника выросла везде... – Представитесь?
Её поведение вызывает во мне раздражение. Разве для этого её холил и лелеял отец, чтобы она крутила мужиками в барах? Маленькая Николетта, я ожидал от тебя большего. Я надеялся, что ты вырастешь в осторожную и приличную девочку.
– Ищешь приключений, Николетта? – спрашиваю у неё зло. Из-за выпитого алкоголя мне хочется отшлёпать девчонку, как сделал бы это с Евой, если бы она так крутила попой перед незнакомыми парнями.
Её может не спасти ни одна охрана. Одна ошибка и всё. Точка. Жизнь разделится на «до» и «после». Нужно быть умнее. Сжимаю челюсти. Мне нужна ещё водка. Больше водки.
Пах неприятно тянет.
Да что же это такое.
– Принесите ещё водки и девушкам шампанское.
Перед глазами возникает истерзанное тело Изи, её изнасиловали и изрезали на куски. Над маленькой, любимой Изи издевалось столько мужчин…
Маленькая Николетта… ты даже не представляешь сколько в мире зла. Хочешь проблем?
Она старается выглядеть опытнее и старше, флиртует и вертится вокруг меня, соблазняя своими формами. Я чувствую каждый изгиб красивого тела. Николетта красива. Тела в местах наших соприкосновений горят.
Горяча.
Отгоняю этот морок. У меня никого не было после Изи. Я не посмею. Нет. Жена должна быть одна и на всю жизнь.
Нужно прогнать девчонку и предупредить Зейда, что его дочь рано или поздно нагуляет неприятности, нужно объяснить ей, что, если она продолжит искать приключения, авторитет отца её не спасёт.
Ухожу, точнее даже сбегаю, в туалет, меня мутит от ядреного коктейля из таблеток и водки. Каждый раз заглатывая всё это дерьмо, я отчаянно надеялся, что сердце не выдержит и остановится. Но оно меня подводило раз за разом, не давая сбоев.
Умываюсь холодной водой, неожиданно улыбаясь своему отражению в зеркале.
Да, малышка выросла огонь, не осталось ничего от той забитой девчонки. Может, в этом и есть…
Дверь открывается и в комнату входит Малышка Ника, она не привыкла к отказам и решила испытать мою прочность здесь.
– Не делай вид, что я тебе не нравлюсь. – Она пьяная, язык заплетается, и она еле стоит на ногах. Мне приходится поправить брюки, неожиданно сдавившие член. Чёрт. Кажется, воздержание начинает неприятно сказываться на моей физиологии. – Что не хочешь меня…
Она кладёт руку на член, и яйца тяжелеют, наполняясь горячим семенем. Весь мозг стекается вниз к члену. Кажется серой вещество в голове переваривается в сперму.
Блядство.
Малышка, ты явно не дружишь с головой.
– Я смотрю ты отбитая на всю голову. Никакого инстинкта самосохранения. – Любой бы другой уже трахнул бы её. Изнасиловал. Порвал. Выбросил.
Я решаю проучить самонадеянную девчонку. Пусть узнает, что такое жестокость. Она уповает на силу папочки, но он не всегда рядом. Она должна быть благоразумнее и умнее, женщинам приходится быть сильнее мужчин, потому что физически они слабее.
Усаживаю рывком её на раковину, раздвигая стройные ножки. Сейчас мы поиграем, Малышка. Как далеко ты готова зайти?
Член наливается кровью. Пульсирует. Тянется к маленькой Нике, прося меня засадить ей поглубже.
Прилив вожделения туманит разум, подаюсь вперёд и нахожу сладкие губы. Я бы научил Малышку правилам этикета, заставил бы пересмотреть своё поведение.
Сладкая малышка. Слишком маняще сладкая.
– Не так… – она отталкивает меня, тонкие руки упираются в грудь. Не сразу понимаю о чём она. Но когда она тянется ко мне как маленькая девчонка, что никогда не целовалась, я млею. Какая же она наивная.
В ней умещается очаровательная смесь порока и наивности.
Ника осторожно целует меня, пробует на вкус, сама не знает, что делать, просто выпускает на волю свои девственные желания. Нежная. Податливая. Такая гибкая и послушная в моих руках.
Становится жутко стыдно. Я лапал её как зверь, так разошёлся под алкоголем, что не заметил ничего. Заигрался. Со мной происходило что-то странное. Сорвало крышу с петель.
Да с Изи всё было не так.
Я сам будто поцеловался впервые.
– У тебя был уже кто-то? – Выпалил прежде, чем сам понял, что говорю. Какая мне разница был кто-то или нет? Но внутренности скрутило при мысли, что она могла ласкать кого-то ещё. Маленькая Ника. Это разжигает внутренний огонь, и я набрасываюсь на девчонку словно ураган, желая пометить её.
Часть моего сознания глупо повторяет, что сейчас я напугаю её и выставлю за дверь, но вторая часть потирает ручки, говоря, что она с этой раковины слезет только на мой член. Только так. Только со мной. Только подо мной.
Малышка… Маленькая сладенькая Ника.
Как же хорошо…
Теряю грань. Смысл происходящего ускользает. Вот я хотел напугать девчонку, чтобы она больше никогда не пила крепкие спиртные напитки с незнакомцами и не соблазняла их, а вот я ставлю её на колени и в серьёз думаю о том, как бы засадить ей.
Меня бесит её характер, бесит как она тянется ко мне, говорит одно, а сама взглядом просит…
Блядство…
ХХХ
– Я нашёл хороший Рехаб. – Ханзи повернул ко мне планшет с душевными картинками. – Они помогут тебе справиться с утратой, завязать со всем алкоголем и твоими таблеточками.
Я посмотрел на брата, немного опустив очки, уничтожающе, сжав непроизвольно телефон, на котором красовалась сучка в красивом купальнике – малышка Ника. Для такой крошечной девочки у неё были неприлично огромные сиськи, запакованные в слишком тесный купальник.
После случая в баре я заинтересовался Николеттой Хегазу, захотелось всё узнать о девчонке.
– Не смотри так на меня, ты вчера чуть не трахнул малолетнюю девчонку. – С наездом сказал брат, напоминая мне о моём фиаско. И было непонятно на что злюсь больше, что не засадил ей или что разошёлся.
– Она совершеннолетняя. – Цежу раздраженно. Попалась же мне малолетняя дура.
– Она ровесница Евы. – Я снова сжал телефон, злясь на себя. Злясь на маленькую Николетту с зудом между ног, не могла оставить меня в покое?
– Решил преподать ей урок. Лучше я, чем потом… – Запинаюсь. Ханзи тухнет, понимая о чём я думаю. Нет, не понимает. – Короче, давай лучше на яхте прокатимся. Позови девчонок. Мне кажется, нужно спустить пар.
Изи – единственная моя пара, я не хотел никого после её смерти. Решил, что ни с кем не буду. Так будет справедливо, но видимо воздержание плохо влияет на меня. Начинаю сходить с ума.
ХХХ
Ханзи пригласил лучших эскортниц и моделей Италии на яхту, но ни одна не вызвала во мне ничего схожего с тем, что я испытал в баре. Девушки напоминали мне резиновых кукол, огромные дырки для ебли. Пустышки.
Не знаю, меня никогда не привлекали продажные женщины. Наверное, я с детства был сильно привязан к маме, уважение к женщинам привито ей. Поэтому видя молодых девчонок, способных зарабатывать и стать кем-то стоящим, но готовых отсосать за сто баксов я испытываю неконтролируемое раздражение.
Пах налился кровью, я удивлённо опустил глаза на растущий холм, а потом снова поднял их. Член отреагировал быстрее мозга. На соседней яхте в тесном купальнике стояла Малышка Ника, жадно рассматривала меня, сузив свои выразительные глазки. Сколько же в них было эмоций!
Да твою же мать! Нужно уезжать из Италии.
– Ханзи. – Зову настойчиво брата. – Нужно срочно уплывать.
– Зачем? Мы только час как причалили. – Брат возился со мной как няня с ребёнком. И сейчас он терял терпение. Люди ошибочно полагали, что Ханзи невероятно спокоен и безобиден, но это ошибочное представление. Брат в ярости был очень похож на своего отца, моего деда, а того называли Дьяволом, никогда ничего не прощающим.
– Срочно. – Повторил я требовательно. Нужно было убраться отсюда поскорее, пока эта девчонка не попыталась свести счёты, а она обязательно попытается это сделать. Слишком своенравная и молодая. На этот раз я могу не сдержаться. И точно трахну. Я знал это.
В груди приятно екнуло сердце. Что-то в глубине души ждало хода от малышки Ники.
И я не ошибся. Малышка Ника с воинственным видом искала меня, на её лице было столько решимости, что я невольно умилился. Она пришла не одна, а с электрошокером. В ней сила Зейда, его упрямство и напор.
Шикарная девчушка. Как она до сих пор умудрилась сохранить невинность? В девственности Ники я нисколько не сомневался. Она была очень неумелой, за бравадой и смелостью скрывалась маленькая сладкая булочка, которая ждала, когда её надкусят. А в том, что она хотела быть надкушенной – я нисколько не сомневалась.
Как только мы сталкиваемся, здравый смысл улетучивается и остаётся только раздражение. Я не хочу сдерживаться. А должен.
А ещё у неё сладкая щёлка. Не выбритая блядская пизда, а девичья пещерка, нежная и чистая. С такими ходят только девочки. Ника не думает о сексе, не планирует его, поэтому у неё там просто аккуратно и не выбрито.
От этой мысли мне становится тяжело. Изи была гладко выбритой, готовой для меня. Чёрт. Она тогда уже думала о сексе между нами? Почему я снова сравниваю их сейчас?
– Очень плохая и испорченная девочка! – Шиплю ей, злясь на себя и вымещая эмоции на Малышке Нике. От неё исходит столько горячего желания, она даже не пытается скрыть своего влечения. – Кто-то должен заняться твоим воспитанием!
– Отпусти! – Губы говорят одно, а её щёлка другое. Она влажная для меня. Горячая. Неподдельное желание. Какая же она на вкус? С удовольствием бы сейчас попробовал.
Не могу заставить себя отлипнуть от совершенного тела.
– Тебе нужно держаться подальше от таких как я. Это последнее предупреждение. Больше жалеть не буду. – Говорю больше себе, чем ей. Что-то есть в девчонке такое, что делает из меня озабоченного мальчишку. Думаю только о том, как бы трахнуть её. У меня так было в четырнадцать, когда я открыл мир секса.
С каких пор я такой озабоченный?
Воздержание! Нужно срочно снять воздержание!
– Бешеная сука.
– Облезлый кобель!
– Не боишься, что прочищу рот мылом?
– Только попробуй! И тогда мои зубы оставят тебя без чего-то ценного!
Вижу наяву, как член скользит между её губ прямо в горло. Могу поклясться, что язычок у Малышки острый и очень умелый.
– Швартуйтесь обратно. – приказываю. Нужно отвезти её маме, сдать в надёжные руки и уплыть нахер отсюда, до того, как я сорвусь. Чем дальше мы будем друг от друга, тем безопаснее для нас обоих. Ещё лучше позвонить Зейду и попросить его держать дочь подальше от меня.
Люди Зейда встречают нас на пристани. Меня забавляет происходящее. Я даже задумываюсь на мгновение, что будет, если кто-то из них выстрелит в меня. Неплохой конец. Но папа не простит такого Хегазу, а Ханзи себе.
– Возвращаю Ваше сокровище обратно. Прошу прощения, она пробралась к нам на яхту, мы не сразу отличили уважаемую сеньориту Хегазу от эскортниц. – Лгу. Малышка сразу же бросается в глаза. Маленький итальянский алмаз, требующий срочной огранки.
Задеваю Нику намеренно, хочу, чтобы она разозлилась и пересмотрела своё поведение. Пусть ненавидит меня, держится подальше. Пора заканчивать с этой игрой. Ничего хорошего не выйдет.
– Простите, нам пора. – Кланяюсь и собираюсь уйти, но люди Зейда не узнали меня и собираются открыть огонь. Неплохой конец. Встречаюсь глазами с Ханзи на яхте, он качает головой, просит меня не вступать в конфликт. Если я умру, он не простит себе этого. Не хотя добавляю: и не советую открывать огонь.
ХХХ
– Какие у нас планы в Риме, мы задержались тут дольше, чем планировали. – Ханзи, в отличие от меня, очень любил поболтать во время завтрака. Он непринуждённо скакал с темы на тему, не обращая внимание на моё молчание.
Мы с ним с детства прекрасно друг друга понимали и дополняли, несмотря на разницу в возрасте.
«Блистательная Николетта Хегазу с Альфи Краммером».
Малышка Ника в тесном платье, не прикрывающем острые коленки, подчёркивающим округлые бёдра и тонкую талию. Неприлично приличное платье. На этой девчонке любая вещь смотрится вызывающе.
– Что там? – Ханзи пытается отобрать у меня остатки газеты, что я случайно разорвал надвое. Непроизвольно. Руки сами захотели разделить эту парочку. – Чего бесишься с утра пораньше?
– Итальянские новости жутко бесячие. – Ворчу себе под нос, рассматривая Малышку Нику рядом со сладеньким итальяшкой. Могу поспорить, что она связалась с ним, чтобы успокоить папочку или угомонить окружение. Макаронник не во вкусе Малышки Ники. Нет. Я достаточно хорошо успел узнать её.
Кучеряшка ей не пара. Слишком хороший. Слабый. Слабее, чем Ника.
Друг, влюблённый с детства, идеальная кандидатура, чтобы прикрыть тыл.
– Всё понятно. – Ханзи начинает смеяться надо мной, рассматривая первую полосу целой газеты, лежащей справа от брата. Обычно не читал новости, оставлял газеты не тронутыми. Он тыкает пальцем в снимок. – Бесишься, что одна страстная итальянка досталась не тебе?
Кривлюсь.
Я сорвался, попытался отвлечься на других женщин, но ничего не помогло. Они все были без вкуса. Тяга никуда не делась, наоборот. Казалось, что внутри меня только нарастает не утоляемый голод. Глядя на улыбчивую девчонку в лапах Макаронника, хотелось добраться до неё и наказать за глупый фарс с мальчишкой.
Хотя, чего я бешусь, она мне не сестра, чтобы я так переживал за то, кто её трахает.
Трахает. А ведь он скорее всего уже трахает малышку Нику. Сукин сын.
Меня раздражал снимок. Краммер. Всё.
– Может мне ему ноги переломать? – Мысли вслух. Ханзи зависает, поднося чашку с кофе к губам, но не решаясь сделать глоток. Он смотрит на меня во все глаза. А я не пойму, в серьёз об этом размышляю или так?
– Демид, я рад, что ты перестал бухать, но меня пугает твоё поведение. Ты перешёл на что-то более тяжёлое?
Видимо – да.
– Забей. – Сминаю газету и выбрасываю в мусорку. Натягиваю солнечные очки.
Мы арендовали дом в центре Рима с видом на Колизей. Мне нравилось завтракать тут на балконе, наслаждаться солнцем и отсутствием дел, но теперь это место будет ассоциироваться у меня с газетой и малышкой Никой с её новым трахалем. Теперь мне не захочется тут сидеть. Больше я не найду тут успокоения.
Она действительно трахается с этим ничтожеством? Становится искренне интересно.
Перед глазами возникла Малышка Ника на раковине, широко расставив ноги и готовясь принять меня. Так же ли она старается для своего макаронника?
Нет. Не моё дело. Пусть трахается с кем хочет.
Мы с Ханзи меняем тему, брат рассказывает что-то про своё новое увлечение. Он стал заниматься недавно яхтингом, полюбил ходить под парусом. Я слушаю его в половину уха.
– Мне нужно позвонить. – Резко встаю из-за стола и прерываю его монолог, иду в кабинет, набираю на ходу номер помощника. – Гриш, пробей мне, пожалуйста, Альфи Краммера. Раскопай всё, что у тебя на него есть. Хочу знать о каждом его шаге во всех подробностях. И ещё… не помню имени одной девчонки. Она подруга Николетты Хегазу, на неё тоже собери всё. Присылай отчёты на почту каждый день.
Кладу мобильный на письменный стол. Потираю виски.
Зачем я это делаю? Бурная личная жизнь малышки Ники не моя проблема, пусть Зейд дежурит у её койки, чего я так беспокоюсь?
Не могу ответить себе на этот вопрос.
– Ты серьёзно? – Ханзи всё это время стоял за моей спиной. Брат скрестил руки на груди. Судя по осуждающей линии прямых губ, я услышу лекцию о неподобающем поведении. – Оставь девчонку в покое. Если у тебя есть какие-то намерения, позови её на свидание, если нет, то держи свои похотливые ручки подальше от дочери министра.
– Я не хожу на свидания. – Напоминаю брату, пытаясь найти пачку сигарет. Николетта Хегазу мне не нравится, как женщина, меня забавляет её упрямство и раздражает опасная самонадеянность. Я не спорю с тем, что жутко хочу трахнуть её. А какой мужчина не захочет? Малышка Ника очень красива, она и в детстве была невероятно очаровательной. Но желание трахаться не симптом любви. – Это просто спортивный интерес.
ХХХ
Последние два года я не посещал светские мероприятия. Мне было на них тошно. К счастью, положение позволяло слать всех на хер и не посещать никому не нужные рауты, где богатенькие куркули договаривались о взаимовыгодных сделках.
Но на этот день рождение я решил пойти. Сначала не понимал зачем, но увидев маленькую Нику, понял. Я заранее знал, что увижу светскую львицу на мероприятии. Хотел посмотреть на неё вживую. За четыре месяца тяга не ослабла. Я пробовал отменить воздержание, чтобы не сходить с ума.
Яйца отяжелели при виде красивой женщины в блестящем платье. Николетта легко порхала по залу, здоровалась и болтала за бокалом шампанского. Она чувствовала себя как рыба в воде среди акул, прекрасная наследница Зейда.
Я был голоден и жутко хотел утолить мучащий меня дискомфорт. Нужным блюдом была – Ника. Следя за ней с расстояния, я обманывал сам себя, давно уже всё эгоистично решил, а теперь себя обманывал, делая вид, что не понимаю зачем я тут.
Четыре месяца я не пил, отказался от алкоголя. После двух лет запоя первое время было непривычно просыпаться без головной боли похмелья. Сегодня же мне было необходимо успокоить нервы и выпить чего-нибудь жаждоутоляющего. Водка хорошо снимала нервозность.
Не один день я размышлял, почему меня так тянет к девчонке. Влюбиться в неё я не мог, я любил до сих пор Изи, она всё также жила в моём сердце. Любовь всей моей жизни. Единственная с кем я представлял себя.
Сначала я искал сходство между Никой и Изумруд, думал, что она напоминает мне жену и в этом всё дело. Но чем больше я их сравнивал, тем больше различий находил, Ника совершенно не была похожа на Изи. И мне до сих не было понятно, почему физически меня так тянуло к девчонке. Хотелось разгадать эту загадку и двигаться дальше.
Я думал, что трахнув – потеряю интерес.
Ника не замечала меня, мило расхаживала по залу, улыбалась, крутилась. Очаровательная штучка. В какой-то момент она пошла на меня, сначала мне показалось, что Ника меня заметила, но не заметив вражды в глазах понял, что – нет. Отвернулся.
Решил отвлечься и попробовать кальян. Именинник славился своей любовью к восточному расслаблению, он позвал лучших кальянщиков Египта. Сделав несколько затяжек мятного вкуса, я сразу понял, что в кальяне не табак. Дым быстро проник в мои лёгкие, взаимодействуя с выпитым алкоголем и туманя рассудок. Меня повело, и здравый смысл стал ускользать.
Я снова лениво обернулся, сразу же нашёл взглядом малышку Нику и невольно улыбнулся. Предвкушаю нашу встречу. Не разочаруй меня, девочка. Я хочу прочувствовать все эмоции, на какие ты способна.
