Текст книги "Притяжение души (СИ)"
Автор книги: Элен Форс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)
– Да ради Бога… – Протягивает он, продолжая расстегивать рубашку. Со стаканом водки Демид оставляет меня и уходит в одну из комнат, я замечаю, как он скидывает рубашку на кровать и отправляется в ванну.
Меня охватывает разочарование. Исходящий от мужчины холод задевает меня физически. Я постоянно жду от него какой-то реакции, хочу эмоции, но Демид не выражает ничего. Он напоминает мне ледяную скульптуру из водки.
Поднимаюсь и иду в комнату, противоположную той, что выбрал для себя Демид. Закрываю дверь и пытаюсь снять платье, очень трудно расстегнуть самостоятельно корсет. Я пыхчу над ним минут пятнадцать, но ничего не получается. Платье не удаётся прокрутить и дотянуться до застёжек трудно.
– Чёрт! ЧЁРТ! Чёрт!
Проклинаю всё на свете, выхожу из комнаты и иду к Демиду. Стучу в дверь его спальни и распахиваю её, не знаю, могу ли так врываться к нему, но не могу оставаться в этом платье ни минуты.
Застаю Демида в одном полотенце после душа. Он ещё мокрый. Смотрит на меня вопросительно, не ожидал, что я к нему так ворвусь.
– Напоминаю, Принцесса, у нас договорной брак. Брачной ночи не будет. – Снова этот издевательский тон, распаляющий кровь всё сильнее. У меня, итак, в груди бурлит от всей этой ситуации.
– Не могу расстегнуть… – Цежу сквозь зубы. – Помоги мне.
– А где волшебное слово?
– В Караганде.
– Ох. В тебе больше русского, чем ты думаешь.
– Просто расстегни это чёртово платье.
– Сначала скажи волшебное слово.
– Тебе обязательно постоянно вести себя как скотина?
– А тебе трудно по-человечески попросить?
Он скрещивает на груди руки, и я невольно засматриваюсь на его мокрое тело, покрытое густой порослью чёрных волос. Идеальная пропорция волосатости. Не слишком много, и не мало. Как у настоящего мужчины.
Резко отворачиваюсь от него, стараясь не думать больше о Брюнете как о сексуальном мужчине. Дыхание сбивается от пошлых картин в мыслях.
– Пожалуйста. Пожалуйста! Пожалуйста, расстегни его поскорее!
Надеюсь, что Демид не заметит в тусклом освещении как покраснело моё лицо. Брюнет неторопливо подошёл ко мне и с лёгкостью расстегнул оставшиеся застежки на корсете.
Я так сосредоточилась на том, как бы сдержаться и не показать Демиду своего смущения, что упустила тот факт, что если расстегнуть корсет, платье больше не будет держаться на мне.
Стоило Демиду освободить мои лёгкие, как тяжёлое платье упало к моим ногам, оставляя меня в одних чулках и прозрачных трусиках. Вид сзади был что надо. Мне даже послышалось, что Демид нервно сглотнул.
– Да блин! – Я рванула вперёд, не зная за что хвататься и прикрывать в первую очередь. Ноги тут же запутались в объёмном платье, пришлось руками хвататься за дверь и пол, чтобы не упасть и не прочесать носом.
Сама того не понимая, я встала в самую недвусмысленную позу перед своим якобы мужем.
Да БЛИН!
Из груди вырвался протяжный стон, меня парализовало от стыда. Предстать в неглиже перед Демидом в мои планы совсем не входило. Брюнет мог подумать, что я специально пытаюсь его соблазнить.
Я почувствовала, как тёплые ладони прикоснулись с оттопыренным навстречу приключениям ягодицам. Меня тут же прострелило коротким разрядом тока, я выгнулась и выровнялась, накрыла ладонями груди и попыталась не думать, что Демид держит настойчиво меня за попу.
От него исходил стойкий запах алкоголя, как и всегда.
– Спокойной ночи. – Глупо выдаю, глядя прямо перед собой, пытаясь как-то положить конец глупой ситуации. Брюнет не торопился убирать руки, а я не хотела поворачиваться к нему. Боялась пошевелиться лишний раз.
– Платье забирать не будешь? – Он говорил у самого уха. А я боялась обернуться и посмотреть ему в глаза. У меня всё тело вибрировало от дикого возбуждения и страха.
Слишком близко. Слишком большой. Слишком… Всё это было слишком.
Моя ненависть улетучилась моментально. Я впервые поняла выражение «все бабы дуры». Стоило Брюнету сделать малюсенький шажочек в мою сторону, как я забыла обо всём плохом.
– Завтра заберу. – Писк мало был похож на мой собственный голос. Я сорвалась с места, чтобы поскорее сбежать в свою комнату и плевать, что он будет при этом думать обо мне. Видимо у Бога зуб на меня, потому что, чем больше я пыталась убежать от Брюнета, тем сильнее вязла на месте.
Ноги запутались в платье, и я всё-таки полетела вниз. Демид во время притянул меня за попу к себе, впечатывая в возбужденный член, прикрытый махровым полотенцем, и не позволяя упасть. Твёрдый кол уверенно раздвинул булочки чуть сильнее, протискиваясь между ними.
– Принцесса, неугомонная душа, я тебя уже видел голой. Можешь так не трястись. – Хорошо, что Демид думал, что меня так штырет от смущения. Лучше так, чем правда. Не могу же я ему сказать, что сейчас получу инфаркт лишь от одного факта близости. – Стой ровно.
Брюнет обвивает меня за талию, приподнимает и отпихивает платье в сторону, чтобы оно больше не мешалось под ногами. Он словно не замечает моего веса. Рука Демида случайно дотрагивается до груди, заставляя соски затвердеть. Волоски щекочут кожу и мне разреветься хочется от досады.
Он действует на меня магическим образом.
Повторяю про себя как мантру: «Этого человека я должна ненавидеть. Нам нельзя соприкасаться. Я не должна обманываться на его счёт и забывать, что он не любит меня и не воспринимает как свою женщину.»
Рука скользит по животу. Не могу понять, он специально это делает или мне мерещится?
Для влюблённого в другую женщину у Демида слишком крепко стоит на меня член, и он слишком долго шарит руками по голому телу.
– Я могу идти? – спрашиваю у него, откидывая голову назад и решаясь заглянуть в глаза человеку, с которым меня обручили. Сглатываю вязкую слюну, потому что мгновенно растворяюсь в глубоких, синих глазах. Мантра выветривается из головы.
Строгое лицо всего в нескольких сантиметрах от меня. Если немного потянуться, я смогу достать до его щеки или губ.
Демид держит меня крепко, одна его рука накрывает мою попу, а другая живот. Мы тесно прижаты. И если я дышу часто и рвано, то Брюнет медленно и глубоко. Его как будто никак не смущает наша поза, только член пульсирует и буравит ягодицу. Если бы не он, я бы и не подумала, что как-то эмоционально воздействую на глыбу льда позади.
– Не провоцируй меня. – Нарушает, наконец-то, Демид тишину, убирая руки и делая шаг назад. Выглядит он так, будто ему пришлось приложить усилия, чтобы заставить себя отлипнуть от моего тела. Или мне хочется так думать, и я просто выдаю желаемое за действительное. – Иди спать.
Я прикрывала руками грудь, вываливающуюся наружу из-за своего немаленького размера. Прозрачные трусики не прикрывали мою писечку, она открывалась во всей красе Демиду. Перед свадьбой я заставила себя пойти в салон и убрать волосы, сейчас я жутко жалела об этом. Потому что это не укрылось от Брюнета. Подумает ещё, что ради него.
– Нам трудно будет ужиться под одной крышей, если тебя так легко спровоцировать. – Поворачиваюсь к нему всем корпусом, вздёргиваю подбородок. Пусть не делает вид, что я домогаюсь его, а он весь такой белый и пушистый. Просто столб целомудрия, которого окучивает хитрая и прожженная итальянка. Не я сейчас облапала себя с головы до ног.
Глаза Демида темнеют, когда он замечает мои попытки удержать тяжёлую грудь. Он шарит по всему телу, оценивая вид. И, кажется, ему чертовски нравится моя поза и то, что он видит.
– Согласен. – Он рывком притягивает меня к себе, проводит рукой по голой спине, покрытой мурашками, расслабляя мышцы и вызывая спазмы между ног. Я касаюсь его голого торса и машинально вдыхаю запах чистого мужского тела.
Обалдеть. Неужели может быть так вкусно.
– Придётся пересматривать договор. – Демид подхватывает меня под попу и заставляет обвить его торс ногами. Мне приходится выпустить грудь и ухватиться за мужские плечи, чтобы не упасть. Вот она сила. Вот почему говорят, что мужчины сильнее женщин. – Думаю, провести всё же консумацию стоит…
Сердце ухает вниз, потому что в считанные секунды я оказываюсь на кровати под ним, не в силах отлипнуть от совершенных мышц, не отдавая отчет своим действиям, я глажу его руки и спину, пытаюсь на ощупь запомнить каждый рельеф.
Да. У Краммера не было и шансов. Альфи на фоне деспотичного хищного царя зверей был маленьким котиком, которого можно пожалеть и погладить, но не более.
Облизываю губы. Я могу остановить всё, сказать, что не хочу его и не соглашаюсь ни на какие консумации, но мне жутко хотелось ощутить, что такое секс с Брюнетом, в прошлый раз получилось как-то не очень. Мы прервались даже не начав.
– Только один раз… – шепчу я больше себе, чем ему. В ответ слышу лишь смешок, от которого в груди всё сжимается. Значит, он сам считает, что одним разом мы не ограничимся. Сердце тут же начинает радостно трепетать, глупо надеясь, что… а вдруг у нас всё получится? Что если наш договорной брак станет началом чего-то настоящего?
Ведь его тянет ко мне, почему тогда он не может сдержаться? Или это просто самец хочет самку, чувства тут не причём?
Я открываю рот, чтобы съязвить что-то на тему того, что он не хотел вроде бы меня как женщину и у него есть другая, но потом закрываю его, решая не портить момент. Демид был сейчас со мной, официально он был моим мужем, а значит сейчас я не хотела пускать в спальню другую женщину.
Брюнет стащил с меня трусики, оставляя в одних чулках и поясе с ремешками. Он нежно погладил внутреннюю часть бедра, помогая мне расслабиться. Я доверяла ему без этого, почему-то чувствовала, что физически больно он не сделает.
– Я буду осторожен. – Хрипло заверил он, наклоняясь к лону и обхватывая губами клитор. – Помню, что это твой первый раз.
У меня в глазах заискрило от сумасшедшего фейерверка в голове. Кажется, гормоны от удовольствия сошли с ума, я хотела расплакаться от дикого кайфа и эйфоричного состояния. Демид ловко вырисовывал замысловатые фигуры, играя с чувствительной плотью и доводя меня до оргазма.
Мне понадобилась всего пара минут, чтобы дойти до точки кипения, тело напоминало горячий пластилин, я выгибалась как Демиду хотелось, послушно разводила ноги в стороны, дрожала как осиновый листочек и тихонечко поскуливала от наслаждения.
– Оказывается, Принцесса, ты умеешь быть послушной. Нужно знать только на какие точки нажимать. – Рассмеялся мой мучитель, просовывая в меня два пальца и имитируя движение. Я застонала громче, чувствуя, что начинаю кончать. Стенки плотно обхватили его шероховатые пальцы, не желая отпускать. Брюнет приподнялся, не вынимая пальцы из меня, продолжая совершать фрикции. Он навис надо мной, посмотрел на раскрасневшееся лицо и затем поцеловал, запуская язык в рот и слизывая эмоции.
Я забилась в его руках кончая, отвечая на поцелуй и прижимая к себе крепче. Этого момента я вожделела с первого взгляда на него.
На несколько секунд я потеряла связь с реальностью, потому что не заметила, как Демид перестал меня целовать, скинул с себя полотенце и приставил горячую головку к влажному, готовому принять его, входу.
Складочки охотно расступились, пуская Брюнета внутрь. Я охнула от натиска его члена, раздирающего меня изнутри.
– Больно? – Пришлось прикусить губу. Оказывается, он мог быть нежным и заботливым, и это ранило намного больше, чем толстый член, пробирающийся вглубь меня. Мне жутко захотелось, чтобы Демид всегда смотрел на меня с такой нежностью.
– Нет. Хорошо. Очень хорошо. – Признаюсь ему, выдавливая смущённую улыбку. Демид хмыкает и входит в меня до упора, толкаясь в самую матку. Я жмурюсь от непривычного чувства распирания. Он во мне.
Дыхание снова сбивается. Всего лишь один факт заводит меня снова так, будто не я потеряла осознание от оргазма пару минут назад. Окутанная со всех сторон Демидом Гроссерия, я извожусь от перенасыщенности событий. Не хочу, чтобы это заканчивалось.
– Дэм… – Цепляюсь за сильную мужскую руку, чувствуя, как он напрягся от моего прикосновения и как проступили вены на его руке. – Не нужно лишней нежности…
– Как скажешь, Принцесса… – Он правильно понимает мою просьбу, перестаёт сдерживаться и начинает движение, вколачивает в меня член на дикой скорости, как ему нравится, от чего у меня пальцы на ногах поджимаются.
Да. Не хочу, чтобы он возился с моей невинностью, хочу чувствовать его эмоции, хочу видеть, как его трясёт от возбуждения, хочу знать, как ему нравится.
Обвиваю ногами его торс и приподнимаю бёдра. Глубже. Сильнее…
Тело сводит местами от боли, иногда Демид хватает меня и не рассчитывает силу, но я кайфую от этого сильнее. Так я чувствую его желание. Не верю, что он не хочет меня как женщину. Каждое его движение говорит об обратном.
На губах появляется улыбка.
Я кончаю вместе с ним и решаю неожиданно для себя – я буду за него бороться.
Глава. От любви до ненависти.
Утром меня встречает тягучая боль в мышцах. Чтобы классно трахаться нужно оказывается много заниматься спортом, без должной подготовки марафон можно не осилить. Или секс такой только с Демидом Гроссерия?
Откидываюсь на подушках и вбираю шумно свежий воздух. Брюнета конечно же в кровати уже нет, наступило утро, вышло солнце, и мы снова стали чужими людьми, как будто не мы занимались сексом до самого рассвета.
Интересные у нас отношения, ничего не скажешь.
Сажусь на кровати, кутаясь в одеяло. Нужно принять душ и привести себя в порядок. Косметика размазалась по всему лицу, выгляжу я как Джокер. Да и подранные чулки не предают мне презентабельности.
Быстро принимаю душ, мою голову и осматриваю тело, где местами уже проглядывают синие пятна. На руках не удастся скрыть следы ночных игр, слишком уж однозначные следы преступления.
От чего-то это поднимает мне настроение. Интересно, что по поводу его свадьбы думает Изи? Ревнует? Сходит с ума? Я бы порвала на части своего мужчину за измену.
Кровь тут же отливает.
По сути, я сейчас и сама игрушка в мужских руках, захочет приласкает, захочет прогонит. Я могу лишь крутить попой и угождать ему. Какая мерзость.
Выбираюсь из душа, набрасываю халат и отправляюсь на поиски Брюнета. К ужасному разочарованию его нет в номере, нет даже намека, где он может быть и когда вернется.
Меня пробирает даже злость. Так как у меня нет номера его телефона, я не могла даже позвонить ему. Какая нелепость.
Почувствуй своё место, Николетта!
Мне ничего не остаётся как позвонить в ресторан и заказать завтрак в номер. Оставаться голодной из-за Демида я не собиралась. Решаю сделать заказ на одного человека, Брюнет не заслужил заботы. Ночью, конечно же, заслужил, но потом свёл всё своим поведением на нет.
Ладно.
Устраиваюсь поудобнее в кресле в гостиной. Мама часто говорила, что папа сложный человек и ей ни раз приходилось находить особый к нему подход, чтобы их отношения были именно такими как сейчас. Значит, и я найду подход к Брюнету. Жена – шея? Или как говорится?
– Доброе утро. – Новоиспечённый муж не заставил себя долго ждать, появился буквально через пять минут. Демид был в чёрных брюках с поворотами и чёрной рубашке с коротким рукавом. Стильный и свежий. Приятнее было бы видеть его разбитым.
– Привет. – Кровь прилила к лицу, стоило мне увидеть его. Нет, определённо, после этой ночи я не смогу нормально на него реагировать. Кажется, у меня на лбу теперь написано, что у нас был секс. Классный. Очень классный!
Хотелось закричать – где ты был? Но я промолчала. Не стала давить и мучить вопросами. Не всё сразу. У нас ведь договорной брак и секс без обязательств?
– Я скорректировал твой заказ, решил, что мы можем позавтракать вместе. – От его тона мне стало стыдно, теперь мой поступок выглядел эгоистично. И снова я истеричка, а Демид – благоразумный мужчина. Я кивнула и отвернулась к окну. У Демида был чёрный пояс по доведению меня до истеричного состояния. – Эй, ты чего?
Повернуться обратно к нему меня заставило настойчивое прикосновение руки к подбородку. Демид подошёл ко мне и прикоснулся пальцами, больше он не стеснялся, касался как хотел. Считал, что имеет право на правах мужа и любовника.
– Что? – Только произнеся вопрос писклявым голосом, я поняла, что все мои чувства были написаны на лице. В глазах стояли слёзы, а подбородок дрожал. – Всё хорошо. Честно.
– Жалеешь о прошлой ночи или расстроилась, что не нашла меня, когда проснулась? – Его проницательности можно было позавидовать. Говорить правду не хотелось, пусть не думает, что завладел мной.
– Осознала вдруг, что больше не вернусь домой. – Стараюсь говорить убедительно и закрыть другие насущные вопросы. – Мы не обсуждали как будем жить дальше и где будем?
Брюнет ласково очертил пальцем скулу, вызывая прилив тепла к внутренней части бёдер. Было не привычно видеть его таким, неужели на него секс так подействовал? Готова кормить его пять раз в день страстным сексом, если он превратится в милого котика от него.
– Отец тебе ничего не говорил? – Осторожно спросил он и пошёл к двери, потому что именно в этот момент раздался звонок. Нам привезли завтрак. Я напряглась. Очень странно. Что папа должен был мне сказать? – До этого момента я жил в доме родителей, они всё равно там не появлялись, но сейчас, мне кажется, это будет неуместным, поэтому распорядился, чтобы в моём доме сделали ремонт и подготовили к нашему переезду. Ремонт продлится ещё недели две, после этого мы сможем туда перебраться, а пока поживём здесь.
Официант закатил стол на колёсиках в номер и поставил его рядом со мной, после чего поклонился и поспешил ретироваться.
Демид спрятал руки в карманы и поджал губы, готовясь что-то добавить к ранее сказанному. По его лицу я поняла, что мне не понравится то, что он собирался сказать.
Я окаменела вся. Надеюсь, он не собирается сказать, что мне придётся жить с его Изи.
– Принцесса, мой дом не в Риме… даже не в Италии. Тебе придётся переехать со мной в Москву. – Демид сразу сорвал пластырь с раны. Не стал тянуть и ходить вокруг до около.
– А? – Не знаю, что я испытала в этот момент, шок или облегчение. – Куда? – постепенно до меня стало доходить. – Нет! Я не поеду, в Риме вся моя жизнь, тут мои друзья, тут… – задыхаюсь от возмущения, вскакиваю на ноги. У меня голова кругом. – Почему ты не хочешь переехать в Рим? Или уезжай один и живи как раньше!
Демид щурится, смотрит на меня как на капризного ребёнка, просто ждёт, когда я успокоюсь, а разве я не вправе злиться? Мою жизнь перекраивали без меня, ставя меня перед фактом. В жёны декабриста я не записывалась.
– Мой ответ окончательный! Можешь валить куда хочешь, но я не поеду ни в какую Москву. Знаешь, как я ненавижу Россию? Я считаю день моего отъезда оттуда своим вторым днём рождения!
Брюнет подходит ко мне и запускает руку под халат, мне остаётся только замолчать и оторопело смотреть на него. Демид по-хозяйски касается моего клитора, сдавливая его и вызывая смятение в груди. Кровь спускается к одной заветной точке.
Что. Он. Делает?
– Иногда тебя можно заткнуть только таким способом. – Самодовольная ухмылка раздражает рецепторы. Брюнет невыносим. К нему невозможно относиться хорошо, не понимаю, почему пылаю от такого грубого и неотёсанного отношения к себе.
Отпихиваю руку Демида и отпускаю пощёчину. Звонкий шлепок эхом разлетается по огромному люксу.
Запахиваю халат, сажусь на диван и с непринужденным видом беру в руки чашку с кофе, делаю глоток и начинаю завтракать. Руки дрожат от волнения.
Охренеть. Нужно научится лучше реагировать на него.
– Я не хочу уезжать. – говорю более спокойно, беря себя в руки. – Обязательно переезжать?
– Да. – Отвечает спокойно Демид, размещаясь рядом, делая вид, что ничего не произошло. – Но ты сможешь часто ездить в Рим, Зейд и Ната могут приезжать к нам в любое время, как и твой брат. – Злость на отца только росла, он не просто выдал меня замуж за сына своего друга, он прогнал меня из Италии. Прекрасно знал, что мне придётся уехать, но ничего не сказал, не хотел пугать меня заранее. – Жить раздельно мы не будем. Это не безопасно.
– Наш брак договорной. – Принципиально не смотрю на Демида, не могу физически. Сомневаюсь, что после этой ночи он воспылал чувствами и решил стать примерным семьянином. Чувствую, что мужчина закинул руку на спинку дивана. Он снова был невыносимо близко ко мне. – Зачем нам жить вместе?
Задав вопрос, я перестала дышать. Вчерашняя ночь давала надежду, что мы сможем жить вместе не просто как чужие люди. Я совсем выжила из ума?
– Такой был договор. Забыла? Теперь ты красавица – жена, кто будет сопровождать меня на светских раутах. – Ах, вот как, я и забыла, что всего лишь картинка. Придётся ещё на постоянной основе играть роль примерной жены. Какая прелесть.
– А что ты имел в виду, когда сказал, что это не безопасно?
Тяжёлый вздох, присутствие Демида давило.
– Принцесса, ты знаешь, кто твой отец? – Вопрос заставил меня посмотреть на Брюнета. Я нахмурилась, не понимая к чему он ведёт, но всё же кивнула. Демид оскалился. – Считай, что мы одного поля ягода.
Нечто подобное я предполагала, но это не было ответом на вопрос. Демид не простой бизнесмен, но я хотела знать больше.
– Чем ты занимаешься?
– Рановато для таких вопросов, поговорим на бумажную годовщину свадьбы.
– Думаешь, мы так долго протянем?
– В моей семье ещё не было разводов.
– В твоей семье женщины оставались счастливыми вдовами?
– Хм. Нет, но возможно ты будешь первой?
– Буду на это надеяться!
ХХХ
Было жутко непривычно ехать куда-то с Брюнетом, но ещё непривычнее было ехать с ним домой на ужин к родителям. В номере у меня не было ничего из одежды кроме чёрного платья, пришлось оформить заказ в магазине с экспресс-доставкой. Краситься я не стала. Не было желания.
Весь день я наблюдала украдкой за Демидом, пытаясь раскусить мужчину. Немногословный, закрытый и очень проницательный. Он видел всё даже с закрытыми глазами. Отточенные до автомата реакции, животные инстинкты… В Демиде порой я видела отца.
Весь день я ждала, что мужчина подойдёт ко мне, обнимет или скажет нечто интимное, как-то покажет своё отношение ко мне. Но Демид занимался своими делами, звонил кому-то и решал рабочие вопросы, не обращая внимание на моё присутствие.
Как порядочный муж он вручил мне карту на моё имя и попросил сказать ему, если мне что-то понадобится. Его карта мне была не нужна, потому что у меня хватало своих денег. Ещё в раннем детстве отец создал персональный сберегательный счёт для меня и Ибрагима. Мы были обеспечены на четыре жизни вперёд.
– Будь мудрее, Принцесса. Если ты моя жена, почему бы тебе не поиметь меня на деньги, если я тебе сам это предлагаю.
Сомнений в его состоятельности у меня не было, но деньги мне были не нужны. По крайней мере – пока.
На крутой машине моего мужа мы приехали в особняк родителей, в дом моего детства. Демид был спокоен как удав, его совершенно не нервировало семейное мероприятие. А я вот не могла и двух слов связать, меня знобило от волнения и растущего негодования.
– Твои родители будут? – Мне хотелось побольше узнать о семье Демида, понять что они за люди и чем занимаются. Возможно они помогут мне получше узнать своего мужа.
– Нет, они улетели ещё вчера. Не расстраивайся, у тебя будет ещё возможность познакомиться с ними поближе. – Ничего не понимаю, но вопросов лишних не задаю.
Впервые я почувствовала себя в своём домом гостьей. Первым нас встретил Ибрагим, брат сначала посмотрел на меня, потом на Демида и странно усмехнулся, протянул Брюнету руку, которую тот тут же охотно пожал.
– Ты значит теперь мой зять. – Протягивает Ибрагим в привычной ему манере, брат был неторопливым и расчётливым. Он был младше Демида и меньше всего на свете мне хотелось, чтобы он пострадал от моей личной жизни. Я напряглась.
Когда-то я появилась в семье в один день с Ибрагимом, приехала в Италии в день его рождения. Брат был самым любимым и близким человеком.
– Он самый. – К моему облегчению Демид был учтив с братом. Не грубил ему как большинству людей. За это я была ему благодарна. – Надеюсь, что наши отношения будут более тёплыми, чем в первую встречу.
– Всё от тебя зависит. – Ибрагим ему подмигивает. Начинает казаться, что Демид нравится всем вокруг несмотря на причину нашей свадьбы. Сплошной заговор против меня.
– Демид? – Услышав папин голос я вздрогнула, а потом надулась от обиды. Министр Хегазу спускался по лестнице вниз неторопливо, папа даже не волновался обо мне в моё отсутствие. Сплавил меня в другую страну и забыл. – Ника?
Я не увидела волнения в чёрных глазах, папа не беспокоился, что мне могут сделать больно вдали от дома. Не переживал, что я могу тосковать или страдать от вынужденного брака, он даже не боялся отправить меня куда подальше.
Отворачиваюсь и иду на кухню, желая найти маму. Стук каблуков отделяет меня от отца, я демонстративно не стала говорить с ним, пусть не думает, что я прощу его так запросто. Его предательство нельзя простить.
Подбородок подрагивает от внутреннего волнения.
– Не обращай внимание, она узнала о переезде. – Донесся до меня голос Демида. Какая прелесть, он уже на короткой ноге и на «ты» с папой. Просто супер.
– Злится? – Они говорят обо мне просто, догадываясь, что я могу их слышать. Старые закадычные друзья.
– Немного. – А-а-а! Хочется кричать в голос. Почему они все объединились против меня?
– Мама! – бросаюсь к тонкой фигуре на кухне, крепко обнимаю её. Тепло Наты Хегазу мне необходимо как воздух, хочу спрятаться в её объятиях от всего мира. – Скажи, что ты не знала, что меня собираются сослать в холодную Россию!
Слышу, как она смеётся, только она умеет так тепло улыбаться. Мама гладит в ответ меня по голове, зная, как это успокаивает меня. От неё исходит свет и вселенская доброта.
– Папа просил ничего не говорить тебе, сказал, что Вам с Демидом стоит самим разобраться. – А он значит так и рад переложить меня полностью на мужа, приёмная дочь с плеч – повозке легче! – Не злись на него, он желает тебе добра.
Облизываю пересохшие губы. Мама любила очень готовить, я не сомневалась, что ужин она приготовит своими руками. На кухне вкусно пахнет. Её личный вклад в крепкие семейные узы, создание традиций. Сейчас она стояла в платье, поверх которого висел фартук. Домашняя и одновременно с этим роскошная.
– Как первый день в браке? – осторожно интересуется, рассматривая мои руки. Она видет меня насквозь. – Кажется, всё не так ужасно?
Фыркаю, отхожу от неё и ворую оливку, украшающую салат, отправляю в рот и нервно гоняю во рту. С чего она решила, что всё не так ужасно?
Мама снова касается моей головы и поправляет непослушные волосы, улыбаясь моему недовольному лицу.
– С мужчинами не бывает легко, особенно с такими как Демид Гроссерия или твой папа. Мне почему-то кажется, что сегодня твои глаза блестят ярче обычного. – Мамино замечание вгоняет меня в краску. Наверное, она догадывается, что вызвало такой блеск. – И ты ведь знаешь отца, он разный, но всегда неумолимо желает тебе лучшего. Думаешь, он согласился бы на этот брак, если бы считал, что ты можешь пострадать в нём?
– Людям свойственно ошибаться.
Папа всю мою жизнь был моим лучшим другом, он лучше всех понимал меня, занимал мою сторону и не позволял никогда оступаться. Сейчас же он не говорил со мной, обходился как со своей подчиненной.
– Посмотрим. Помоги мне накрыть на стол, я отпустила прислугу. Не хотелось, чтобы за семейным ужином были не нужные уши. – Приходится взять тяжёлую тарелку с едой и поспешить в столовую. Когда я вышла, мужчины уже сидели за столом и о чём-то мило беседовали. Их бокалы уже были наполнены вином.
Увидев меня с тяжелым блюдом в руках, Брюнет не сдержал ехидной улыбки.
– Моя жена ещё и хозяйственна. Как мне повезло.
Не знаю почему, но в этот самый момент меня замыкает. Я чувствую себя женщиной, которую продали мужу за стадо баранов. Бесправной тушкой, которой уготовано мечтать о любви своего мужа и облизывать его в надежде, что когда-нибудь он снизойдёт до меня.
– Что есть, то есть. – Ставлю на стол блюдо с мясом, обвожу мужчин тяжёлым взглядом. – Будешь утку?
Руками отламываю ножку и просто бросаю её на тарелку Демида. Здоровенный кусок шмякается на фарфор, отпрыгивает от него и врезается в грудь Демида. А я пытаюсь унять злость, сжимаю и разжимаю кулаки. Им весело. Они всё за меня решили, превратили в приложение к богатому мужчине.
Демид – красавчик, таких мужчин хотят все женщины. Но он мудак. Как ни крути и не пытайся его оправдать. Грубый мудак, в которого лучше не влюбляться.
– Николетта! – отец ударяет кулаком по столу и поднимается на ноги. – Тебе не шесть, и ты…
– Всё нормально, Зейд. – Демид поднимается на ноги, даже с жирным пятном выглядит он солидно. – Принцесса, проводи меня лучше в ванную и помоги застирать пятно.
Он просто грубо хватает меня за руку и ведёт в коридор, ему, судя по всему, прекрасно известно и без меня куда идти, и чувствует себя Демид тут вольготно, как у себя дома. Брюнет заталкивает меня в ванную для гостей, а я задираю платье и показываю пальцами на новые трусики.
– Ну, затыкай мне рот. – Лицо мужчины искажается, Демид снимает маску терпимости. Он включает воду, медленно расстёгивает рубашку и бросает ей в меня. Я в последний момент ловлю её, ошарашенно глядя в злющие глаза, метающие молнии. – Эй, я тебе…
– Ты испачкала, ты и замывай, Принцесса. – Он надвигается на меня, нависает всем телом. – И свои обиды смой вместе с жиром. Научись достойно отвечать за содеянное. Я здесь из уважения к твоей семье, мне вообще не интересны чинные семейные ужины. У меня дел дохренище. Могу развернуться и уехать прямо сейчас, плевать я хотел на вежливость и что обо мне подумают. Все в этом доме знают истинную причину нашего брака, мне не нужно строить из себя влюбленного, но я проявляю уважение. Могу перестать. Таких хочешь отношений? Хочешь чувствовать силу?
– Можешь валить прямо сейчас. – Бросаю рубашку на пол и отпихиваю её ногой в сторону. – Мне же лучше, не поеду никуда с тобой.
– О, нет, Ника. – Демид хрипло, пугающе смеётся. – Ты поедешь как миленькая, тебя силой упакуют и запихнут туда, куда я скажу. Хочешь, проверить?
По коже пробегают мурашки.
Брюнет открывает дверь и выходит из уборной, оставляя меня одну. Я испугалась не на шутку. У Демида быстро менялось настроение.
– Вот. Она новая, можешь не возвращать. – Кажется, отец одолжил ему рубашку. Я не захотела возвращаться на ужин, а просто поднялась к себе в комнату. Набрала номер Рамолы, мне очень хотелось поговорить хоть с кем-то близким. Подруга не отвечала, и я написала ей сообщение.
Легла на кровать и поджала к себе ноги. Я замужем за монстром, и никто меня не спасёт.
Глава. В баре.
Не знаю сколько я пролежала так и как заснула, но проснулась уже в машине у Демида, когда мы ехали обратно. Кто-то бережно перенес меня в машину и пристегнул. Брюнет молча рулил, кисти рук едва касались руля, он не смотрел в мою сторону.
